Две дороги. 1960.10.с.127.

Продолжение другой дороги. 1960.11.с.63.

 

Иванов П. К.

Две дороги

 

1960 год

Иванов

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

 

    1. Я дорогу имею одну, и по ней хожу. Какая она длинная. Если в сапогах по ней проходить, обязательно за это время крепко устанешь. Больше не пожелается идти по этой дороге. Для тебя в твоем теле создается немощь. Жить в природе сделается тяжело. То по этому изложению, надо будет распрощаться с этой дорогой. Она нас заставляет, чтобы мы с вами от этой первой дороги отказались и ушли далеко вон, дальше от нее. А взялись за дорогу другую, за ту дорогу, в которой легко придется жить без всякой обуви. Для тебя будет послан везде и всюду ковер, он не будет нашим ногам вредить. Он не будет строить вредного в теле.

    2. Наше тело будет прогрессировать за счет одного естества, за счет природы. А в ней две стороны. В одной мы с вами научились отыскивать свою вечно сорившую зависимость. А она нам дала кусочек и тряпочку, да поставила стену. И увела нас своим убеждением, своим делом в труде, якобы это все нас спасает. И мы из-за этого живем, и продолжаем свою жизнь в годах. Мы с вами крепко ошибаемся, если так говорим про нашу пищу и нашу одежду, также про наш дом. Мы с вами употребляем в сутки три часа, и те врозь. Если бы мы эту пищу ели ежеминутно каждый раз, мы бы не жили, а наши тела закупорились, и не дали возможности совсем жить. Едим мы в день три или четыре раза всего. А то наше тело живет за счет отдыха, счет неупотребления. 

    3. Также и одежду мы носим не всегда одинаковую, и не всегда, чтобы не снимать. А носим при условии. Жарко – мы раздеваемся, холодно – мы одеваемся. Если нам ходить всегда в одежде, то у нас на это не хватит средств, чтобы эту одежду новую приобретать. И она будет на наших телах гнить. Она тоже требует ухода, ибо одежда имеет все. А на нее падает атмосфера. Воздух, он давит своими силами человека к земле. Поэтому человек и теряет свои силы в пути. Он же устает в одежде все время ходить, и не заходить в дом для отдыха. Человек в доме все делает, у него печь за счет воздуха прогрессирует. Человек себе пищу готовит, он же ее употребляет. А потом ложится в постель, и там спит прекрасным сном.

    4. Бывает такое время, что все задыхаются от создавшегося условия. И, вообще, человек умирает в своем доме. Гробы выносятся из своего дома, и несут их на указанное место, где все предковые люди лежат в прахе в земле.

    Дорога первая показала всем путь из-за природного богатства. Одно время пожило да поборолось с природою. Думало, что тело индивидуально докажет своим делом. Но тело жило до тех пор, пока на него не набросились силы природы и свалили человека с ног. Лежи, стони теперь до того времени, пока воздух не перестанет попадать в ваши легкие. Недостаточный доступ к телу, чтобы быть пробужденным. У зависимости весь путь вреден в жизни.

    5. Весь путь непригоден через одно отмирание, через стихийную смерть. Если бы зависимость удовлетворила нашу человеческую жизнь, чтобы человек не жил так, как он живет сейчас. Чуть что такое, уже человек простыл, заболел, у него немощь, стон. А на все это другие близкие люди задались цели ему в этом деле помочь, но их была неудача. Человек взят в больницу для того, чтобы там ему помочь. Но помощь какая, изолировали совсем от здоровых людей. Или будет жить, или нет. Надежда на авось. Будет удача – будет хорошо, нет – будем жить плохо. Наша такая привычка, без судьбы не обойдешься. Зависимость ищет себе неприятность. Зависимость нехорошая для жизни, без зависимости жить не будешь. А раз жить не будешь, значит, будешь умирать.

    6. Вот какие в зависимости дела. Заставляет человека, чтобы он знал про время, и думал о нем прежде времени. А потом приходило это время, в нем надо было делать. Что и как, и когда? Природа без труда ничего не дает, чтобы заиметь у себя это богатство. Это слово зависимость живет за счет того в природе, что она дает. Есть в природе, значит, будешь зависимый. Нет – зависимый не будешь. Ибо природа открыла все качества. Все то, что она дала, это плоды человеческих рук. Плоды труда, через которые человек одно время живет, и в этой зависимости помирает. А независимость рождена для того, чтобы жить, и продолжать свои годы. Это уже показал доступ из идущего воздуха, из бурлящей воды, да из площади земли, что и дает человеку все.

    7. Ухитряться в природе не приходится, ибо она не искусственная сторона, а естественная. Она все сможет сделать, лишь бы только захотела, она найдет для аварии силы. Она в этом деле мать сохранять у себя все то, что есть у нее. Но искусственное от себя гонит подальше, это только она делает. А естество живет, и будет жить на человеке том, кто сам себя не хоронит, и не боится оставаться в природе без всякого искусства. Оно мешает человеку через одно мертвое существо. С мертвым живое не будет в духе жить, ибо живое гонит от себя мертвое вон подальше, чтобы своим запахом и не воняло.

    8. В мертвом неодушевленное существо. А в живом все живое и жизнерадостное для того, чтобы жить в токе, электричестве и магните, где вся сила из-за этого живет, и воля находится. Поэтому-то в природе и рождена независимость. Она вред на человеке нашла, и стала всем противополагать, сделалась одна для всех воином. Свои силы общие представляет, и уверенно заявляет, что это обязательно будет распространяться на человеке одном. Человек один пока воюет с природой, хочет ее своими силами упросить, как источник, чтобы она ему свое право отдала.

    9. И чтобы он был хозяин всему сделанному в природе, чтобы с земли гнал подальше от себя все сделанное человечеством, а человечество сделалось независимое от природы. Она человеку подсказала, чтобы по пути встретиться с человеком, только каким. Человек думал, что он встретится с человеком, независимым от нее. А на факте пришлось встретиться с человеком, зависимым от нее. Она пришла ему не на помощь, а стала своим знанием его учить, и стала заставлять его слушаться ее. И вот так оно и получилось, что в природе стала учить предковое явление молодежь. Не у старого учиться стали, а у нового, рожденного от природы зависимого. А чтобы быть независимым от природы, этого молодежь не пожелала видеть у себя.

    10. Ибо в этом всем, что делалось человеком первым для человечества, очень тяжело оставаться. Ибо оно зарождено заразой природой, она их вовлекла, и заставила у себя на это трудиться, и себе в природе добывать плоды, из-за чего человек стал зависимый. Он не научил сам себя оставаться навеки без чего-либо. Им надо одежда, им надо пища, им надо жилой дом. Это человеческая зависимость в природе, с которой люди молодые рожденные пожили одно время, и на себе развили простуду, заболевание. И поболели, поболели, да стонали с этим, распростились с белым светом из-за этого богатства. Их оно задавило, им дальше дышать не дало.

    11. Они задохнулись в этом деле, им природа не дала дальше дышать, ибо природа сама естественная. И хочет, чтобы без искусства оставаться, чтобы не было в природе окиси, и не было никакой химии и никакого дела. А чтобы было человеческое тело без всякой самозащиты, без самосохранения, и на кого-то другого надеяться. Ибо природа сама родила, и сама сохранит человеческое тело без самозащиты и удовлетворения, чтобы за счет этого пожило одно время, а потом так или иначе человек помирает.

    Независимость призывает всех добрых и любящих природу людей, чтобы они с этим делом разобрались хорошенько. И сделали свой вывод на это дело: или жить, или не жить.

    12. Мы с вами пока учимся одному искусственному, им огораживаемся на одно время. А естественность говорит нам всем, чтобы мы обратили свое внимание на одного человека, кто своим телом сделался независимым от природы, от ее всех условий. Человек, это Иванов, наш русский человек, закалился тренировке. Работает над собою, чтобы на себя не надевать никакой одежды, и не питаться никакой пищей, и не входить в жилой дом. Это природа, сам человек все это сделал для самого себя. А теперь кричит на весь мир, все человечество о том, что нам надо поделаться в природе независимыми от природы. Не надо жить за счет другого жизнерадостного.

    13. Давайте же мы попробуем за счет самих себя пожить. Вот это будет доказательство, вот это будет новое небывалое. Сами говорим о независимости, хотим, чтобы между людьми мир и дружба, любовь. А сами не признаем, что делается в природе. А в природе развивается над другим животным кровожадность за счет другой крови, человек зависим от другого животного.

    Независимость 27 лет ползает по земле, и свое вносит в жизнь. Но ученые бутят, ученым не нравится, что это Иванов делает. Он практически делает, между нами вырос, теперь ходит. И говорит про свой желудок о том, что он этого добился, он не нуждается никакой пищей, никакой водой.

    14. Живет за счет электричества, за счет тока и магнита, в чем и купается в любое время года. Для Иванова воздух, какой бы ни был температуры, является ванной. Также вода при любой температуре тоже ванна, и земля держит человека на ногах, чтобы он не садился и не спал. Это будет практика. Подсказывает практика, и делает для того, чтобы получился на человеке факт. Человек должен оставить все позади, и взяться за свое найденное новое небывалое, чтобы жить пришлось за счет природы. Какая бы она в своем деле ни была, а человек должен жить и пользоваться природой. Ему не надо будет искусство, или какое-либо дело в труде.

    15. Ему будет надо природа естественная для того, чтобы вечно пахнуть, и вечно за счет этого запаха жить. Человек подготовился, человек нашел эти качества и ими окружил себя, теперь можно базироваться. То, что мы до этого делали, нам история показала на прошедших людях, на тех людях, кто умер.

    Независимость свое возьмет, она заставит бросить все то, что есть построено человеком. Она покажет дорогу смелую для того, чтобы обязательно эта дорога воссияла. И взяла свои силы, стала действовать сперва полезностью. А теперь так природа ставит перед собою задачу: карать за отношение к независимому человеку, кого изгнали вон от себя подальше для того, чтобы не быть вместе с зависимостью.

    16. Независимость была и будет, она жива. Никуда она со своими силами не денется. У нее ноги крепки содержать себя, а глаза далеко видят, и руки деловые на все. Но почему-то ученые не желают эту независимость поддержать, чтобы независимость жила, чтобы на нее никто не был гонителем. Только эта система, только этот путь благороден во всей жизни. А зависимость, как сто овец. А ему, как хозяину, была одна на другую сотню. Только так и получилось, но не на прибыль, а на убыль, хозяйство упразднилось. Так и это строение моментально рассыплется, как и не было его. Природа живая естественная живая, но не мертвая.

    17. А люди говорят все, они живые, им хочется это на себе видеть и слышать, как же его ровесник покончил свою жизнь. Она ему была интересная, никогда бы он не умирал, но его природа заставила. Также заставит человека быть независимым в природе. Он будет жить за счет всех один, а все будут смотреть на одного.

    В независимости нет никакой надобности, чтобы с дела получать вред. А зависимость имеет эту надобность. Независимость руку не протянет, и не будет просить. А зависимость просила, и будет просить, ибо ей надо. Независимость воровать не станет. А зависимость воровала и будет воровать. Независимость убивать не будет. А зависимость убивала и убивает. Независимость зла никакого никому не создавала и не создает.

    18. А зависимость без этого жить не сможет. Независимость перед всеми вежлива, а зависимость горда и капризная. Независимость богатая для жизни, чтобы жить и продолжать свои годы. А зависимость бедна в своей жизни. Независимость другому человеку в любое время поможет. Если человек больной чем-либо, ему человек поможет, больше ничем не будет болеть. А зависимость сама мертва и бессильная это сделать. Она боится природы, прячется, уходит от природы. А независимость не боится природы, вместе наравне живет, и хочет жить всегда вместе через любовь свою. Зависимость любит сама себя, только ее рубашка хороша.

    19. Для независимости нет плохого, а все есть хорошее. А зависимость от жары прячется, и от холода одевается. Для независимости это его любимые чувства для того, чтобы иметь у себя силы, волю. У зависимости таких сил и воли не будет. Да и кто ему такое чувство даст для его тела. Его вечно висящая одежда, она же не пробуждает, а гниет на теле, и никакой пользы не создает, кроме одного вреда. Одежда снашивается, и тело задыхается. А в независимости делается, все бурлит, и соприкасается без конца и края все новым, идущим в природе воздухом живым. Это неумирающее чувство в теле. Когда только это заимеет независимость, вполне оформит так, как оформляет сейчас один человек на самом себе. 

    20. Это я, Иванов, кому администрация не находит нужного, чтобы человек это делал.

    Независимость такой мысли не имеет. Он не ждет такого дня, который умер уже вчера, такого дня не будет, и не придет он к нам через пришедшего человека, а он в нем вчера покончил жизнь свою. Таких дней для нас не надо. Мы сами в зависимости зарабатываем, чтобы завтрашний день без этого не обошелся. Человек сам в этом заработал от природы. Он ее хотел съесть, а свое восстановить. А пришлось свое потерять, хоть поодиночке. Их заставила их экономика и политика.

    21. Вот что зависимость сделала для всего человечества. Да ничего, кроме как родилась, пожила одно время, а потом вместе со своим сделанным умерла.

    Независимость живет и показывает на одном человеке. Уже пошел 27 год. Ему не надоело, ему хочется освободить от зависимости всех живущих на белом свете, чтобы они отказались от природы, а взялись за самих себя, и сделались хозяевами над своим телом, чтобы тело ничем не нуждалось. А независимость это сделала, закалилась в тренировке, над собою работает, и хочет, чтобы в этой работе была рентабельность. Вот чего хотела иметь у себя независимость.

    22. А зависимость как чуть что такое, уже простыла, заболела. Его клонит слабость, она зависимость гонит долой прочь вон подальше. У зависимости есть бессилие, оно не может дальше двигаться. Бессилие не накапливает у себя здоровье, а теряет постепенно, и делается непригодным. А в независимости накапливается ежеминутно, и укрепляется для того, чтобы быть всегда победителем. Уже показывает свои силы на Иванове независимые. А раз независимые, значит живые и энергичные для того, чтобы жить. Бояться природы не следует, уходить от ее качеств не надо. Независимость уверяет в свои силы, что они останутся вечно, раз увеличиваются на мне силы. А они у меня прогрессируют лучше, чем когда-то было при молодости.

    23. Я юноша со своим сердцем. А все зависимые люди этого в этом возрасте не имеют. Независимость не убеждена, и не верит всякого рода запасам. А думает и надеется на окружающую атмосферу всей нашей природы, в которой есть сила, ток и магнит, и электричество, через которое человек живет. И надеется на свои такие же самые в себе силы воли, они человека спасут, и создадут в теле не вред, а пользу.

    Зависимость верит и убеждена в запасы и прогресс. А чтобы кому-либо была с этого польза, ни один человек не получил у себя никакой пользы ни от какой развитой науки. Только можно будет получить от науки закалки-тренировки.

    24. Она только может человека научить, она может и помочь человеку, чтобы приостановить этот развитый на человеке поток, который нашего брата относит на могилу. Это тоже общая работа, сделанная человеком. Человек только не стал своими глазками смотреть или воздухом дышать, его сердце приостановилось, не стало биться, а для этого человека уже роется яма, делается гроб. Условие гонит с дома этого умершего человека. Что мы, как зависимые люди, на этой земле в своих телах дождались? Да дождались, или дождемся одной смерти.

    Независимость говорит, что меня в этом поступке, что я делю, сохраняет моя любовь, мое дело. Я делаю своим телом не на вред, как все делают.

    25. Я не делаю, как все, делаю один пользу. Она будет, докажу не кровожадностью на другом теле, а защитою этого природного тела не сегодня, так завтра. А время этой жизни движется. Признаете мою способность, что она в жизни будет необходимо надо. Это не смерть, а жизнь.

    Зависимость все это сделала на себе. Ей человек надо, как продукт в природе. Сегодня родился, и очень много его. Он, мол, сделает лучше. А это разве не лучшее нам вносит человек, его личное здоровье. Что может быть от этого лучше, в теле своем иметь здоровье. Давайте обратим все внимание на все здесь сказанные слова, что говорилось о независимости, и что было сказано о зависимости.

    26. Вся история вон лежит в земле, и все стоят на очереди. Так это же есть жизнь, которая нас всех тянет туда.

    Независимость пишет свои соображения, укоряет всем ученым. Что вы в этом деле нашли, и сделали быстрое удобное. Это же временное явление. А человек живет между нами, он растет, набирается своих сил уже 27 лет. И не видит у себя упадка, чтобы ему было плохо. Сердце заставляет быстро бежать, все равно он эти качества догонит и раскроет на себе их. Вот тогда-то ученым скажет, с кем надо дружбу и любовь заиметь. С природой, но не с человеком, да еще вооруженным против природы.

    27. Независимость в это время убеждена, все равно это будет рассказано. Значит, сделано человеком живым, но не мертвым делает.

    Пусть кто-либо из зависимых людей такой путь проложит, как проложил наш Иванов. Он не видит плохого впереди. А у зависимости висит водородная и атомная энергия, без которой козырять ни тому и ни другому нечем.

    Независимость говорит: надо научиться, как жить. А гибнуть мы можем. У нас все приспособлено для этого. Продукт сделан правильно, но неправильно расходуется, не по назначению. Это уже зависимого человека боязнь, не хочет с-под энергии умирать. Кричит криком, для них нужен мир, во всем мире мир.

    28. А про природу, самое главное, что от этого всего терпит человек, промолчал. Человека за некоторое расстояние сбили, хвалятся. А кита 120-тонного убили, это естественная прибыль, так экономический и политический человек говорит. Знаю, знаю, и вижу, и слышу, как перед бойней в мясокомбинате кричит своим голосом животное. Но не пришел тот мой час, в котором я своим голосом об этом деле закричу. Долой от этого дела свои руки, человек.

    Независимость идет в степь, и там себя заставляет без ничего быть. Но вы же, ученые, знаете об этом, расскажите об этом факте народу. Пусть они призадумаются. Почему это так, что человек такой, как и все люди, но не захотел этой дорогой первой идти, а пошел по дороге своей, не по той только, по которой все время людей других вело к Богу.

    29. Независимость не верит разным богам, она верит человеческому телу. И убеждена в то, что человек научил себя, чтобы учить других, а как будет надо, чтобы не простуживаться и не болеть. Это надо предотвратить себя от этого. Иванов многих научил, теперь хвалится Богом на самом себе, и Иванов за это все заслуживает, как человек, но не сверхъестественный бог.

    Независимость не уходит ни от кого своим умением, а даже приглашает. Будьте добры, делайте и совершайте на самих себе это самое, что делает Иванов.

    30. Иванов независимый человек. От природы он защищает человека, и животное жизнерадостное, обиженного в природе, поэтому и является в природе один человек, это Иванов Бог. А прежде чем быть Богом, надо отказать себе от всего, что имеет человек на сегодня. Независимость – это не то, что хочет у себя иметь зависимость. Она без куска хлеба ни шага, и без тряпки тоже ни шага, и без жилого дома тоже ни шага. А лучше быть здоровым человеком, никогда никак не простуживаться и не болеть. Этому человеку надо отказаться от всего имеющегося в природе. А природа любит естественность, бедность, но не богатство, имеющееся у человека.

    31. Человек имеет надежду, что он будет жить за счет этого всего. А получилось в природе только одно умирание из-за этого дела.

    Поэтому независимость и бьется перед учеными всего мира. А ученые на этот поступок бутят, им хочется всем со своим имеющимся богатством умирать. Ни один человек не хотел этого испытывать, чтобы отказаться от природного богатства. Только Иванов один для этого взялся, сам лично работает над собою, изучает положение всей человеческой жизни. Не думает о том, о чем все всегда думают. Это их желание, чтобы каждый год получать от природы большой урожай.

    32. А у независимости одна мысль – просить природу, чтобы она ему дала право на учение и жизнь. Это Иванов от природы получил. Хоть и сейчас встретиться с природным недостатком, и с ним будет возможно наравне жить. Бояться не приходится стихии, ибо она упразднена за счет своей любви в природе, независимости.

   Не играет в жизни роли, а играет в жизни человек, он получает в природе естественные плоды. Это зависимость не имеет полного права получить. А у независимости они есть, и будут, если человек не бросит таким делом заниматься. Это дело – это любовь, труд над собою, и всегда уход за своим телом.            

    34. Зависимость на человеке преет, и в человеке киснет, и вокруг воняет. Природе не нравится, она это дело гонит вон с земли.

    Независимость за собою не волочит какую-либо ахинею. В независимости может любой человек в природе остаться, его личное желание. Разве это большие трудности не носить на голове шапку, разве нельзя ходить по природе разутым всегда. Разве плохо оставаться в одних трусиках, это же воздушная ванна. А что может помочь наш жилой дом зависимому от природы человеку. Это все богатство необходимо лишь потому, что его тело требует. А независимое тело от этого богатства уходит, зная хорошо, что это все несет за собою для любого человека вред.

     35. Никакая наука, только одна есть наука закалка-тренировка, способная на человеке развить силы и волю для того, чтобы любой болезни давать отпор, то есть предотвращать себя от простуды и заболевания. Это же в природе для человека есть сама польза. Она не навязчивая, и никто не имеет права ее заставлять. Только есть любовь к этому делу. Я, Иванов, эту сторону в природе нашел, и на себе ее развил для этого. Теперь этой независимостью хвалюсь, то есть разговариваю с учеными. Но они интересуются, но соглашаться не хотят. Говорят, мой поступок «фантастический». А раз на мне фантазия развивается, то поэтому когда-то будет истина. Ведь делаю то, что будет надо нам всем.

    36. Зависимость от природы не реальность. Все мы зависимые от природы. Если бы мы с вами не были зависимые от природы, как мы все сейчас зависимые, жили бы мы на земле тяжело? Конечно, нет, и мы бы не болели, смерть как таковая не прогрессирует на нас. Так почему мы не признаем такое для человека развитие за счет природы, за счет естества, и за счет самого человека. Это же обоюдная драка, война, жить или не жить. А мы с вами не пробовали, чтобы за счет независимого времени жить пришлось хоть один денек. Мы не находим нужным это делать. А как же я, Иванов, 27 год пошел, я же в этом, как человек, нашел пользу, окружил себя природою, мне хорошо.          

    37. А почему не попробовать молодому человеку таким остаться для своего здоровья? Разве он не желает этого. А при здоровье можно будет все делать. Я, как человек, еще ничего не сделал, чтобы хвалиться. Своей практикой не заставил ученых, чтобы они мое поддержали. Я уверен в своих силах, что эта сторона, эта независимость будет признана тогда, когда люди произойдут в сознание, и разрешат моей идее свободно прогрессировать. Я должен своей лапой поступать там, где человек не появлялся. Для меня воздух ванна, и для меня вода тоже ванна, и для меня земля тоже содержатель моего здоровья. В этом есть ток, магнит и электричество.

    38. А в токе, электричестве, магните сам человек есть. Что может быть лучше и легче от естества, от живого человека, никак нигде не защищенного. Это же кусочек живого тела, кто делает то, что всем надо. Мое здоровье по природе всем пахнет. Мое тело всем надо, чтобы жить, и продолжать свои годы. Надо нам всем учиться у Иванова. Он по этой части Учитель, учит закаляться. И уходить нам от зависимости совсем – наша будет задача.

    Питание. Это такой орган в человеке и в природе. Есть такой запах, который заставляет неохотно, а употреблять, что веками люди на себе развили.       

    39. Это в процессе всей жизни человек на себе сделал. Он невольно это открыл в природе, и стал этим временно пользоваться. Питательный орган – это требовательность такая. Лишь бы появилась вещь, и красота на что-либо позавидовать. Вот нам для питания и представлен хлеб, мы считаем, один наш необходимый. А в хлебе как будто и вся сила. Хлеб делается нашими руками, в хлебе есть вода, есть и воздух. Но это все умирающее через температуру. А получается продукт жизнерадостный. Все мы его едим при условиях хорошей выпечки. Мы запах чуем, поэтому для нас это еще не все один хлеб в процессе. Человек – это хозяин своему добру, он целый год беспокоится.

    40. Все не спит, а ворочается, не бросает думать про завтрашний день. Если у него не будет под руками надежды на то, что у него не будет, чем жить период времени. Человек про него знает, и по порядку ставит перед собою эти идущие дни, с которыми человек должен в них жить и пользоваться правами. Вот именно он должен знать, что ему придется сегодня или завтра кушать. Человек зря или как-либо не будет кушать. Он своим аппетитом кушает в одно намеченное время. Он всегда кушает, если только есть чего, и на время надеется. Питательный орган, само собою требует тело и заставляет, чтобы на что-либо пища не пропадала.

    41. Она хранится от природы через свое знание, ибо в природе такие есть качества, которые будет надо знать и предостерегаться. Ибо все то, что сделано для человеческого питания, с природы добыто. Оно же взято живым, и убито приспособлением. Кровь та энергичная с тела вышла, тело стало не действительно живое. Оно не живет, как оно вольно дышало, а постепенно портится в условиях. А природа меняется каждый час. То у нее одни силы появляются, то другие настанут. Но все же они живые, не любят мертвое, неживое гонят совсем своими качествами, чтобы между ними не было неживого. Поэтому природа живая.

    42. А то, что человек сделал, то есть убил, с живого сделал мертвого. Уже эта жизнь не природная, а технически в искусстве приготовленная. Пока она имеет свою свежесть, можно будет готовить с этого тела, с мяса, любые приготовления, и любые блюда по нашему сегодняшнему развитию. Мы сегодня своими телами заставили вооружить сами себя, можно сказать, до самих зубов. Такое количество рождать животных. И как мы только их имеем. Все нам, как людям, природа помогает в нашем развитом труде. Мы с вами трудимся, все делаем для нашей жизни, чтобы за счет этого пожить хорошо. И есть такие люди, сами живут хорошо, но с ними природа не считается, как с людьми, сильными чтобы жить.

    43. Она видит, она слышит, а что этакий человек со своим питанием делает. Если бы человек свое тело не сохранял за счет чужих тел, то дело бы было другое для человека. А то только глаза раскроет после сна, у него думка волчья: как бы такого поесть, чтобы было сыто и от этого приятно. Человек это я, или хотя возьмем мы человека другого, такого человека, кто имеет у себя орган питания. Он у человека самое главное, роль все заставлять и ничего не делать. Тот, кто что-то где-то делает, он за это сделанное получает. На это все приобретенное имеет время сам себя сохранить.

    44. Он не верит природе естественной, и не убежден в нее, что она сможет ему в жизни помочь. Он охотник, сегодня его праздник, он отдыхает, ему пожелалось пойти пошляться по природе. Это мы берем самые крайности у любого человека, а они есть наша храбрость. Наши предки нам их оставили, мы теперь живем, и пользуемся этими правами. А закон один для всех, преподнесенный в жизни всем. Только народится человек на белый свет, уже за ним ходит условие для того, чтобы его тело опутать и заставить болеть. Почва такая, время пришло. Охотник одно думал, а природа делает другое. Она же подсылает человеку счастье для того, чтобы свое задуманное совершить.

    45. И вот человек родился для жизни, как и все рожденные. Где они подевались, те, кто рождался в природе? Да умерли. Кто их мог побеспокоить, они ведь рождены для жизни, чтобы жить. А факт на них раскрылся не тот, который ожидался. Охотник – это ученик, он учится для того, чтобы научиться, других учить. А самому прожить легче от них. Ты, мол, работай. А я тебя буду учить технике, как будет легче приобретать в природе то, чего человеку надо в его жизни, чтобы жить. Но из-за этого ни один ученый не сказал своему ученику, что если ты будешь учиться этому, то ты болеть не будешь. А наоборот, ты знай, что ты сможешь в любое время заболеть.

    46. Тебе природа помешает, нанесет ущерб твоему здоровью. Скорее беги к врачу, пусть он тебя лечит. Это все тебя заставила делать природа. Она во всем инициатор, она учит нас, чтобы мы с вами подальше от нее уходили своим поступком. А раз имеешь вкус в жизни, вот тебе и аппетит на тебе развит, ты его имеешь. Для тебя природа не природой через него. А в человеке это орган один для всех. Он заставляет тело человека, чтобы он беспокоился. И делал то, что делали все наши предки. У них всех было желание, как бы на целый год заиметь у себя запас. Чтобы не было одно, а и другое. Хлеб хлебом, а к хлебу вода, а с водою все проглотишь.

    42. Ибо в теле внутри есть такой развитый каш, в который падает сверху все, что идет с воздухом. Это продукт, питание по питательному каналу. Для того человек это все для себя делает, он знает, что ему это все развитие Бог дал. Так все развитые люди думали, а оно не так здесь получалось. Никто никого не заставлял делать это развитие. Сам человек нашел в природе вид, вовлекся в эти качества. Стал самовольничать, зубами жевать, вкусное воспринимать, а горькое гнать от себя. Вот в этом вся жизнь на человеке проходит все даром. Орган питательности заставил подчиняться, и быть вечно в природе продуктом. Сегодня человек – природу, а завтра природа – человека.

    43. И так этому конца не видать. Тело человека с природою борется за существование. А природа отбивается, возьмет и не даст возможностей человеку. А человек уже болеет. Его заставило условие об этом думать. Если только будешь думать про индивидуальную прибыль, то это не реально. Если будешь болеть один за всех, или все за одного, то обязательно получится в жизни одно великое богатство для человеческой жизни.

    Надо всегда думать и делать о жизнерадостном общем условии. Про свое индивидуальное условие своей жизни не надо будет совсем думать или делать. Ибо это все не жизнерадостное условие, не пригодное совсем для того, чтобы воспринималось в природе, и делалось для того, чтобы было от сделанного удовольствие.

    44. Моя игра вся относится из-за одного начала, лишь бы получалось, лишь бы делалось на ту славу, которая должна быть. Это дело человеческих рук, явление человека там, где человек никогда не был и не будет. Это его шаги, его появление в жизнь, и во славу своей жизни. Как это хочется. Как это все бывает, что не получается никогда никак. Поэтому и надо бросить все свое намерение, все то, что мешает в своей жизни. А взяться за природу, за друга своего, кто близко к тебе, и с тобою вместе живет на одном пути. На правах одних жить за счет своих сил, за счет своей воли.

    45. Довольно уже пользоваться природой. Не надо самого себя одевать, и не надо самого себя кормить, и не надо в дом входить. А надо будет идти в природу, в ее условия, и там быть всегда. Не пользоваться никакой природой, а жить за счет своего тела, за счет самого себя. Не надо будет готовиться прежде времени. Будешь ли жить, а кушать надо. Будет ли какая-нибудь с этого дела польза, об этом нам время не сказало. Оно бежит от нас подальше из-за нашего ожидания. Мы ждем, ожидаем это время, в котором начинаем делать. И делаем все для того, чтобы у себя получить гибель. Она человека заставляет, чтобы о времени думать.

    46. И не забывать свою мысль, которая заставляет человека всегда быть там, где он всегда делает свое личное удовлетворение. Человек не может жить без ничего. Ему требуется сегодня и завтра то, без чего он не может оставаться. Для него надо будет одно и другое для того, чтобы за счет этого всего приходилось жить. Ему надо всегда, чтобы перед ним стояла чашка, или какой-либо инструмент, чтобы этим инструментом делать чего-либо. Без дела человек не сможет своими шагами дальше ступать. Раз время перед ним умирающее, не бывает перед ним всегда одинаковое и трудное, как вообще оно должно быть.

    47. Это не время есть идущее перед человеком. Это время вовлекает за собою человека, чтобы он от него прятался, и не мог жить вместе с ним. Это ненормальность всей поступательной системы, она заставляет умирать время. И также умирает в жизни своей человек. Он дождался время, в нем стал делать, что полагается. А времени не хватило, ему надо такое время, как оно и было, а оно ушло. Такое время человек ждет, и дожидается этого времени, которое ушло, оно должно прийти во второй раз. Какое оно, но видное одно из всех. Оно не такое, как было до этого времени. И вот пришло, мы его дождались. Оно нас заставляет, чтобы мы это делали для того, чтобы что-то получилось. И вот наши дела сделали такое дело, от чего может получиться неприятность.

    48. Думалось, что будет хорошо, а получилось плохо из-за индивидуальной мысли. А человек думает про то, что ему всегда мешает. Он считает, если у него не будет на земле построен жилой дом, и в этом доме не будет приобретено для него удовольствие, как пища для самосохранения своего желудка, и также одежда для самозащиты тела. Никакой пользы никогда никому не создавала, и не создаст человеческому телу, ибо тело есть живое и естественное. Тело ничем другим не нуждается, сможет жить и без этого сделанного. В природе факты остаются фактами, проверьте их на себе лично.

    49. Это есть возможность не за счет искусства жить, а за счет естества, живого природного дела. Ток, электричество, магнит, но не неодушевленное, нежизнерадостное. Вот что спасает человека живого естественного. А у нас есть, показывает на себе. Не все имеющееся богатство, которое человечество имеет, человека в его жизни спасает. А наоборот, заставляет, и думает. Его мысль уходит от старого лишь потому, что ничего не сделали полезного в новом. Нам нужно новое такое, чтобы показать на фактах, как показывает на себе Иванов. Он же завоеватель в этой области, практически делает, и еще приходится практически очень много делать.

   50. Перед Ивановым стоит задача огромного значения в перемене в жизни. То мы жили за счет другого, за счет природы, с нею воевали, ее убивали. А свое ставили, то есть жили зависимыми от природы. А Иванов нашел в природе такое идущее время, в котором человек должен признать себя, что он все время огораживался не на пользу, а огораживался на вред. Мы этим делом развивали на себе нашу смерть.

    А теперь по природе ищется выход с этого всего, чтобы мы жили и продолжали свои годы по-иному, по пути новому, не зависимому от природы. Вот чего надо добиться человеку на самом себе лично, чтобы с природою дружить.

    51. Чтобы природу любить, но не воровать ее, и не убивать ее, и не торговать ею.                      

    Природа есть мир животных, также в числе и человек. Сам себя назвал быть хозяином над природой через выход своего ума. Он ухитрился сделаться над этим вооруженным. У человека все оружие на то, чтобы подчинить под свое умение другое. Если человек человека заставляет, чтобы человек человеку кланялся, то есть работал своим телом для другого тела. Так же само и служит человеку вооруженному другое животное. Для спасения в его жизни зверя надо убить через его шкуру, а человека надо одеть в его шкуру. На это есть специальность, руки человека овладели инструментом.

    52. Они и сделали все в природе для того, чтобы один раз пожить, но за счет природы, за счет животного. Такого права никому в природе не давалось и не дастся, чтобы кого-то из живых жизнерадостных с жизни снять. А заставить за счет этого себя восстановить, свою жизнь. Где вы видели это господство, чтобы человеком делалось, и признано человеком законно. Если бы это не была правда, то не было бы жизни. Эта жизнь бесконечно в колесе крутится. Сегодня одно, а завтра другое. Но чтобы стойкость была на человеке, чтобы он у нас так скоро не горел, мы ничего еще не сделали, и не сделаем.

    53. Мы делам для себя как будто хорошее, а получается вредное. Поэтому мы делаем не то, что следует.

    Надо делать по-новому и небывалому. Не надо нам верить тому, кого мы не видели, и с ним не говорили, чтобы слышать. А надо верить человеку живому, а не мертвому, кто за собою повел, и ведет все человечество для того, чтобы человеку родиться, а потом умереть. Эта жизнь построена на человеке, зависимом от природы. А на человеке, независимом в природе, этого нет. Она окружена и сделана для того, чтобы от этого дела уйти подальше. И не делать то человеку, чтобы ему не мешало, и от этого не получалось смерти. Независимый человек на себе эти качества раскрыл, удовлетворился одним для всех сознанием.      

    54. Все у него есть, и было, и будет лишь потому, что это человеку в жизни необходимо. Человек в необходимости помирает, человек жить без необходимости не научился. У человека потребность такая, чтобы было все то, что надо для человека в запасе. Если у человека этого не будет, он моментально умирает. А независимость в природе это и нашла, и сделала на себе без этого оставаться. Его тело не желает быть зависимым от природы, легче оставаться в природе независимым. Тело сильное всем сказать свои обоснованные слова: в природе оставаться навсегда, быть без пищи и воды, и одежды, да и без жилого дома.

    55. А на это общее человечество права добиться от людей, чтобы без зависимости в природе жить. Об этом следует всем знать, и ему одному в этом деле не мешать. А прежде надо сделаться таким сильным человеком, кому надо от общества получить разрешение. Чтобы об этом люди все знали, по их местности приходилось смело и точно проходить для того, чтобы свои силы для этого дела закалить, и ими овладеть, как с практики, так и с теории. Мы же, люди все, живем в нашей родной семье на земле. И хотим сами добиться, чтобы она у нас в нашей жизни не мешала, а помогала за то, что наши люди будут заслуженные.

    56. За свой поступок мы обязательно получим естественную жизнь. В природе человек есть борец за свое здоровье. Он имеет права выступать в любой политике, доказывать на своем теле, что он не нуждается в природе никакой экономикой. Для человека надо, и необходимо надо его личное здоровье, чтобы жить самому и помогать другому. Чтобы человеческое пробуждение давало себе силу воли для того, чтобы природа в его шагах ему не мешала. Поэтому нам нужна политика народная, и нам нужна пока экономика своя, созданная нами. Но нам человеку необходимо иметь свое личное здоровье для того, чтобы нас наша мать природа не стегала своими силами за то, что мы с вами в этом деле не подготовлены.   

    57. И ничего не делаем с вами, чтобы быть всегда готовым любому наступающему врагу дать своими силами отпор.

    А мы с вами большого ума политики, и создатели сами экономики. А себя предотвратить от своей болезни в природе мы не умеем. Какие мы с вами люди, если мы не признаем в медицине самого лучшего и полезного, из всех наук науку. Это закалка-тренировка, она нам нужна, и мы ее должны на себе лично развивать. Брать от природы силу и волю для того, чтобы хвалиться ими перед всеми тем, что мы научились в природе жить за счет самих себя.

    58. Мы же борцы за свою жизнь в природе, и существуем один раз за счет природы. Она нас заставила и преподнесла нам нашу дорогу, чтобы мы по ней проходили, и свое личное тело ставили для того, чтобы жить за счет того, что мы нашли в природе. Мы с вами землю всю ископали. Мы это все сделали для того, чтобы она нас не забыла, что мы стали на ней трудиться. Это наше всех к ней было отношение. Мы сами вздумали это сделать. Значит, было нужно для жизни своей это дело начать. А природа и без нашего ума могла в бурьяне и цветах прожить, да диких рожденных животных водить.        

    59. Природа сильная была это сделать, но наша человеческая голова, наши руки и наши ноги не захотели ползать без труда. Стали строить, добывать себе в необходимости все то, что в жизни потребовалось. Раньше человек не умел ползать по земле, он своим началом был в воздухе, не имел представления, что ему будет надо для завтрашнего дня. Он жил за счет своих лично сил. Он не нуждался никакой пищей, ни одеждой, и ни жилым домом. У него всего хватало. Для него было новое и новое, всегда падающий из высоты воздух. А прибывающая и убывающая вода с землей, все время крутится.

    60. Как и сейчас делается на одном человеке во всей природе. Он один-единственный человек разбирается со всеми условиями в природе. Расценивает человеческий поступок, на арену его ставит. Неправильно сделал первый человек, что пошел со своими шагами в степь охотиться за другими животными. Неправильно он стал мыслить, что ему это потребовалось в необходимости.

    Как же теперь вот на наших глазах человек, это наш русский Иванов, не пожелал нашим развитием пользоваться, а отказал себе в этом быть. А взял дорогу одну, направленную к одной цели. Чтобы жить, а не умирать в природе, не за счет животного, не за счет растительного, а за счет естества, что само в природе живет.

    61. Это воздух, это вода и земля. А между ними живет пока один человек со своей любовью. Не защищает сам себя, и не употребляет пищу, и не входит в жилой дом. Знает хорошо, что это все в жизни человеку ничего подобного не дало, только отобрало у человека силы, и заставило бессильно умирать. А сейчас природа раскрыла двери, огородила человека умом и силою, создала богатства для того, чтобы не нуждаться ничем в природе, а жить за счет своего личного тела. Если нашего тела не станет, и не будет его, то это все, что мы сделали, не будет нужно.            

    62. А пока тело, и будет дело. Мы научились сами это все приобретать, и добываем сами, из-за чего имели один поток. Колесо крутилось бесповоротно, нам представляло. Старое умирало, а новое рождалось. Это наша с вами техника, она нас заставила о ней мозговать. Она и заставила сама себя, чтобы с нею вместе на одной дороге умирать. Человек вовлекся, ему потребовалось одно и другое. Он не может оставаться в природе, чтобы ничего не делать и ничего не творить. В природе человек научился хоть что-либо, но делать своими руками. Что получится с этого, он после увидит. Он никогда не думал, что его по жизни друг учил, а что будет надо сделать в дальнейшем, чтобы жить не тяжело, а легко.  

    63. У человека проявилась на это любовь сделать какую-либо вещь. А она была и есть в искусстве первой. Это железный наточенный острый нож, чем будет легко справиться с деревянной палкой. Она подчинится, сдаст свои твердые силы, и заставит себя, чтобы нож резал деревянную палку на какую-либо нуждающуюся вещь, которая в жизни будет надо для человека. А человеку необходимо надо в жизни для того, чтобы сготовленную пищу съесть. Она заставила человека сделать в помощь себе деревянную ложку. Уже не руками, уже человеческая хитрость.

    64. Человеческий ум свое тело этим огородил, заимел у себя ложку, которая с человеком живет вечно. Так и каждая сделанная руками человека вещь появилась. И сейчас она живет, без которой человеку тяжело бывает. А при этом человеку лучше и легче, чем без ложки. Все то, что сделал руками своими в помощь телу, все это хорошо. Но плохо одно то, что мы не научились жить без этого всего. А с ложкой, с ножом и лопатой легко можно человека в землю зарыть. Поэтому в природе и получилось наоборот. Мы – природу. А природа за нас взялась, и валяет своими силами. А мы падаем, нас природа не жалеет.

    65. Люди, весь народ, вся система, развитие нашей техники. Почему я претендую против всего дела? Я же победитель природы, сохранитель в своем теле силы, воли. Это моя идея, мой труд. Во всем сделать, добиться от природы, чтобы она нам больше не мешала своими силами, и не создавала в наших телах болезнь, и не простуживала нас. Поэтому я ищу в природе все возможности для того, чтобы ими воспользоваться навсегда, чтобы быть над природою победителем. Я же такой человек, как и все люди, только у меня не такая форма. У меня природная, естественная сила в теле.     

    66. Она никогда никак для тела не вредная, а всегда везде и всюду полезная. Я хорошо знаю, изучил на фактах, проверил, что нам все идущее в природе, и дается ею как плоды через наш труд влиятельный, особенно для тела. Как бы и где бы человек ни работал, он от него зависимый. Ибо труд надо, что-либо человеку делать, без труда человек не научился жить. Ибо у человека его мысль заставляет, чтобы в своем времени жизни обязательно что-то сделать. А раз обязали, то он же мог в этом деле ошибиться, и навеки погибнуть. Какая ошибка, она болезненная.

    67. А раз болезненная, значит почва, а из этого рождается причина. Мы ошиблись, и крепко, за то, что своими телами стали уходить от природы, и за счет качеств ее стали удовлетворяться. Не помогает, а мешает это все идущее. Ибо сегодня новые совсем в воздухе идущие силы, они не стоят на одном месте, а движутся. А мы с вами своими телами делаем, что нам вредно и мешает. Хоть сон, как милое счастье, вот поэтому мы, как герои, в этом деле себя теряем. Я герой в природе, рожденный со своими качествами, не вредный, а полезный. Меня никто не имеет права беспокоить.

    68. И за что, если мои силы направлены к завоеванию. С каждым человеком и животным дружба и любовь, чтобы в помощи каждый жил, без корыстной цели, без вреда, а с пользой. Вот чего я ищу, и нашел всем, и огородился этими силами, теперь хвалюсь, и крепко на весь голос перед всеми кричу сейчас. Мол, вот смотрите, я вот этакий есть один на белом свете научился побеждать врага. Он у меня есть ни что такое, как в жизни любимый друг. Это воздух, вода и земля, с кем я вместе неотрывно живу. И буду жить до тех пор, пока …не разлюблю сам себя.

    69. А кто может быть против своего тела. А мы все такую дорогу имеем, чтобы жить и продолжать свои годы. Вот тогда-то можно будет сказать свои слова, чтобы другие слышали и видели, определяли, как какую-то достигнутую и сделанную вещь. Так вот и эта местность вся, она заросшая в зеленой траве, где редко, но показывали себя беленькие цветочки. А по них при такой теплой погоде, как сегодня в сию минуту, с юга подувал ветерок. А тучи, хоть редко, одна за другой проходили. И видно из всего этого времени, запах доказывал, что должен вот капнуть дождь, и сделать для нуждающихся влагу. А то к этому часу люди много поработали на этой земле.

    70. Для них надо было самих себя заставить об этом хорошем дне знать. И думать, что будем ожидать благодать для прибыли. А то в землю зернышка вбросили, а поработать мало приходилось, да и животное за собой поводили. Все хотелось, чтобы было, что и чем самого сохранить, и также прокормить худобу. На этот счет была человеческая жалость, с нею на своем языке разговаривать. И ей готовить то, что приходилось животному приобретать, и чтобы хватило. В природе очень много растет, и много собирается, и много хранится. А за счет этого все живет, и будет жить через человеческий глаз, и его руки, да и слух. Как только солнышко поднялось, день уже начался. А на дворе то ли лежал снег, или был снег на дворе.

    71. Для человека, для животного какая-то есть разница. Для человека одно помещение, а для животного другое. У человека дорога своя лежит протоптанная от порога до сарая, от сарая до стога сена. И так за весь день своего пребывания человеку некогда отдохнуть, и чем-либо другим заняться. Перемены нет, кроме как одно и одно занятие каждый день с утра до вечера. А вечером надо что-либо сделать, про свою вспомнить молодость, которая хочет показать перед другими. Ведь хочется попеть песни, или потанцевать. А собраться в кучку, да один другому что-либо рассказать. Ведь сегодня говорит Колин Павлович, Кивенок его по-уличному дразнили.

    72. А он нам про своего отца так-то смеется, и на кого-то из нас обиду кладет. «Ишь, этакие кто, уже я не могу, – он сказал, – кто это делал?» Но дело было вчера вечером. Кому-то по Луне захотелось прогуливаться. А другие собрались им помешать. Нашли длинную бечевку, ею перевязали улицу за ворота и за колодец. Этого эти люди не ожидали сроду, чтобы кто-либо им подстроил. А у людей этих высокоблагородия землемеры, и был старшина, да учитель. Всем хотелось покататься на велосипедах. А только Паршеку и Ивану Гурину не понравилась эта атмосфера, взяли, да и сделали это сами двое. А Яшка Колганов к ним подошел, как раз под хату сапожника Тихона. Тоже присоединился посмотреть на все это издалека. А ехать, они ехали быстро с горы на низ.          

    73. Дело делалось на славу своей жизни. А кто ехал, они в голове не держали, чтобы в их селе нашелся такой человек, кто эту всю систему устроил. А ребята уже стоят, ждут, тут как тут с-под тени Луны. Тишина, без шороха стоим, не дышим, ждем начало. А у них большая радость в этом пробеге. Но не знают про это они, что им, может, стихия подстроена. Перед ними только игра начиналась. Как же, ночь, Луна, а у них сердца играют между собою. А мы ждем момента, того часа, когда им придется падать, и своим голосом кричать. На это вечер лунного света подсказал ребятам, что таким господам приходилось делать. Они друг за другом стали падать, у них появилась паника. Что это такое было перед всеми?

    74. Что нам стоящим приходилось делать? Только с этого места быстро бежать через огород Кобзы Кирюхина, через ток. Кто нас своим голосом встретил, стал криком кричать, чтобы ему на помощь пришли соседи, и помогли нас поймать, как сделавшим своим господам стихию. Тогда бы нам, как дельцам, в этом деле не отказаться. Нас бы за это судил закон, мы же сделали для этого закона большую неприятность, весь трон пал на землю. А нам приходилось бежать от этого места в сады через огороды. Мы необдуманно в эти условия попали, нас окружила неприятность. Как-то попали на хозяйский огород.

    75. А хозяин не спал, он мог нашего брата вилами заколоть. Но мы, кроме крика, здесь не получили от него. А навстречу мой отец Павел из жилого дома выскочил в одном белье. Такая у него была думка: но я их перережу, кого-либо с троих поймаю. Вот они бегут против меня. Я все силы приложил, всю свою возможность, чтобы соседу своему Кириллу помочь. Думал, моя будет удача в этом деле. А получилось не то. Их страх защищал, они бежали в лес в балку. А я за ними прижал, вот, вот нагоню. Где-то, на мой грех, взялось несчастье. Как моя пуговица в подштанниках в это время отрывается, и путает мне мои ноги.      

    76. Я с большого разгона сам вниз лицом падаю. Прошу Господа Бога, чтобы он меня в этом деле спас. Я не знаю, что со мною случилось: или я жив, или я ужу умер. Летел через голову совсем, моей голове не стало легче, и также лицо мое искорежилось. А мы по своей дороге один за другим побежали, как и не были нигде. Поэтому нам стало известно, что мы за дельцы такие этому закону, кто тогда в нашей деревне управлял. Если бы он знал, кто этому делу был мастер эту историю закону тогдашнему сделать, суд был бы царя. Выслали с места за это. Но здесь природа ночью нас огородила. Мы слышим, но не признаемся никому, что это сделали мы.

    77. Нас природа берегла, не давала нам слова об этом промолвить. Ибо тогда проходила столыпинщина, резали крестьянам участки, землю собственникам индивидуалистам. Землемер, ваше высокое происхождение, человек был. А мы ему спутали ноги. Заложили свой корень, что мы были сильные им в их гулянии помешать. Они бы за это нас по головке не погладили. Так и сейчас сделалось перед секретарем городского комитета партии СС, кто обрушился со своим индивидуальным единоначалием в законе. С председателем городского исполкома Вяловым и Нескубовым, кто моей идее в моей работе, и закаливании создал самоволие. Что хотели, то и делали, их была надо мною право.

    78. Сажали для того, чтобы разоблачить мою способность. Их это дело не увенчалось. Меня и здесь не забыла природа, дала такой на мне диагноз, с которым народ согласился, и не стали беспокоить. Я в областном исполкоме разговариваю по части, чтобы меня не беспокоили. А с областного исполкома пишут, чтобы Нескуба не беспокоил меня. А он им отвечает, что он, мол, в Сулине хозяин, выбран народом, и хочет, чтобы Иванов не ходил в трусах, а одевался. А я был очень недовольный его поступком, он запретил ходить в трусах на стадион. Я ходил в одежде. А Вялов что мне ответил на мои слова по телефону. Я у него, как Виталия Трофимовича, спросил, а какого он был мнения обо мне.       

    79. А он мне отвечает: «Самого плохого. Хоть за Москву езжай, жалуйся. Как давил тебя, так и буду давить до тех пор, пока не задавлю».

    А время пришло, час сбылся моей тяжелой на мне идеи. Она недаром мною делается. Я хожу не так, как все ходят. Для чего это я делаю? Изучаю природу, понимаю ее для того, чтобы она больше мне в моей работе, в моем труде послужила телу моему пользой.

    А труд человеческой жизни, он наносит на тело человека усталость. Человек в труде сам себя изнашивает. Прежде времени отмирает за то, что он на себе носит всякого рода свою одежду. Какая она ни была на нем, она висит весом, и защищает от воздуха.

    80. На что человек теряет свои силы, а накапливает свою усталость, через что сам человек и стареет, и делается дряхлым. А чтобы этого не делать, сам себя человек не научил без этого оставаться, ибо ему надо для тела. Если он одевается, то он и кушает. Если он одевается и кушает, то ему приходится заходить в дом. После какого-либо в пути похода человек должен отдохнуть. Человек без этого жить не сможет. У него под руками должно быть какое-либо дело. Он без дела ни шагу, что и приводит человека к неприятности. Он бы это дело не делал. Но все то, что добывается руками, все дается через их прибыль. А когда у человека прибыль появляется, то он начинает жить веселее.

    81. В природе таких дел хватит, лишь бы человек делал. Он это делает из-за того, чтобы у него было. И не мало, а чтобы много было. Ему нет предела, что хватит. Он имеет одно, давай другое. Есть другое, давай третье. По этой части проверено, уже остались факты жизненные на людях живых.

    А вот мине, как закаленному человеку, наученному человеку, проверено на фактах, практически не требуется никакая одежда и никакая пища, и не нужен дом. Как же жить? По-моему, есть все возможности для тела быть в природе независимым человеком, победителем природы. Не надо одежда, не надо пища, не надо и дом.

    92. А раз не требуется необходимость, так зачем же заставлять, чтобы тело вставало с постели, и куда-либо шло. Зависимость интересная жизнь. Но независимого человека еще между нами не было. Это вот он только что появился, и то ему поворачиваться не дают администраторы. Запрещают ему делать, чтобы он был, как все зависимые от природы. Все живут по их развитию, все через это умирают. Я не желаю продолжать, и не хочу, чтобы на себе испытывали все тяжелую жизнь через наше искусство, через наше приобретенное богатство, которое ведет нас к королю. И самому самовольнику, чтобы все делать по-своему, чтобы ему никто не мешал.

    93. Тогда он будет жить по своему уму, по своему размышлению. А когда другой человек уже своим делом мешает, он не хочет, чтобы другой человек сбоку что-либо делал. Он боится, как бы другой человек его способности не передал. У человека ненависть на то, что человек сделал. У него есть, а у него нет. А раз нет, вот нам и болезнь. Я ни от кого не прячусь, ни от кого не ухожу. Да и зачем прятаться и уходить, если богатств таких хватит в природе. Лишь бы все воспринимали, делали то, что делаю я лично. Это все наше здоровье. А в нашем понятии есть сознание признать в природе свою ошибку. Мы не должны пользоваться в природе ее плодами. Они для нас есть другое, и они никогда не должны играть роли в отношении личной пользы.

    94. А пользу дает нам всем только одна моя идея. Она на мне недаром рождена такой тяжелой, и без всяких денег. Меня только окружила верующих в меня, как Господа, чужая копейка. Я не понял тогда, взялся за это дело. Думал, что деньги – это есть спасение жизни человека. А когда углубился в свою идею, она не требует для спасения у себя денег. Она сначала практически заставила себя окружаться ими. Ведь возьмите мою историю, как она на мне сначала создавалась. Я был совсем здоровый человек. Но медицинская наука психиатрия признала мою способность, что я был в то время, когда начинал это делать

    95. Меня за мое сознательное дело посчитали ученые: я психически больной, паранойя личности, и, как все типы, я должен закончить свою жизнь. Есть записано у ростовских ученых в сборнике. А когда мне дал профессор Н. Н. Корганов все это прочитать, я прочитал, и неотрывно имею счастье с ним по этой болезни связь. Я у него числюсь и на сегодня больным человеком. Я от этого его решения и на сегодня не откажусь такую болезнь у себя сохранять. Это же, что я делаю, если вам пригодно кому-либо, моя жизнь, которую я в течение 27 лет делаю. Будьте добры, кто-либо возьмите ее с собою, окружите себя ею. Я вам свое имеющееся передам.

    96. Только делайте, что делаю я. А я делаю это не для себя лично, ищу в природе будущему молодому человеку, хочу свое лично найденное передать. Пусть он делает так, как я. И не думаю одеваться. А готов всегда встречать эту суровую и стихийно порожденную природу только в своем Адамовском костюме.

    Если это потребуется нашему народу, всему живущему. Что я им не нужен со своим полным и сознательным развитием, что я тоже животное существо такое, ползающее по нашей земле. Я смогу, по требованию всех живущих на белом свете, я уже подготовился ступить на другой порог своею ногою для того, чтобы освоить в воде.

    97. Уже практически делается, только этому никто с ученых мне не верит. Я говорю, как практик в этом деле. Мое тело не дрогнет в любую волну любого бала пойти. И проанализировать все там, где человеческая нога не ступала. А моя ступает. Пусть кто-либо попробует, и сделает то, что мне приходится делать. Я не бросаю, а иду по той дороге, по которой требуется идти всем. Но все люди на меня обрушились через печать, через критику мою на мне, что я барон, вроде чародея, колдуна. А может быть, святого человека. Нет, уважаемые все предо мною ученые люди, вы погорели со своим решением. Думаете и на сегодня, мне ваше решение обо мне, якобы я есть больной человек со своими качествами.

    98. Я от вашего решения не бегу, но свое болезненное дело не брошу никогда. И не соглашусь со всеми своими близкими людьми, кто меня считает, как только его мысль подсказывает. Я не лжепророк, как евангельская секция обо мне предрешила. И я не лукавый сатана, как попы православной церкви сказали. И я не такой больной, как ученые назвали, и сейчас держат итогом моей жизни.

    Я человек, как и все, был физического труда, трудился. Но я тут не причем, что меня встретила в труде эта мысль. Разве я сам бы бросил работать. А чем приходилось мне жить. Моя на мне вся способность всех заставила ошибочно обо мне мыслить.

    99. Я такой же, как и все добрые и плохие люди, кому далось право ползать по нашей земле. Я имею руки, я имею ноги. Я имею мозг, чему, как тело, подчиняюсь. Знаю хорошо, что завтра надо жить, как бы по нашему всему, не так плохо, как мы прожили до этого. Мы завтра ждем лучшее. А сами готовимся, как бы лучше, слаще, да жирнее, да побольше покушать. А когда стоит вопрос в жизни, за это больше поработать, жалуется человек, ему тяжело. Вам тяжело вашу работу делать. А мне, вероятно, легко оставаться при любых обстоятельствах в природе таким человеком, как я всегда хожу в трусиках. Я спрошу у вас, как людей.

    100. Если вы, люди, знаете про меня, кто же в этом деле спасает? Не 27 секунд, или минут, да и не 27 часов, и не 27 дней или ночей, и не 27 суток или недель, и не 27 месяцев, а годов 27. 

     Будьте добры, пофантазируйте, или поболейте так, как я и до сих пор болею. Идите и делайте, что я делаю, вам мое все будет.

    Я не лукавый сатана, как попы представили, и не лжепророк, как евангелисты говорят, и не больной человек со своими качествами, как заключили ученые.

    Я только что наглядно себя показал, что меня заставил прокурор своим выражением, как блюститель порядка. Он сказал мне: ты, мол, святой есть, считаешь сам себя. А я на его слова взялся проигрывать в буру деньги.

    101. Блюстительское воспитание только не мне, только это все было и есть временное явление. Эти карты меня заставили с молодежью шутить. Всем хочется меня как такового обыграть, ибо я не имею права никого обыгрывать. Я копейку не ворую, и ни у кого ее не прошу, чтобы беречь у себя. Но говорил, говорю: я одно проигрываю, но другое выигрываю. Это жизнь, мое здоровье. Я не хочу, чтобы чужая копейка сохраняла, как господа, и создавала мне мое богатство. Я не считал, и не считаю сейчас, что копейка человеку помогает в его жизни. Копейке, как мерилу, человек верит, и убежденный в том, что она ему дает в этом деле прогресс. Никакой пользы нет, только одно круглое колесо. Сегодня прожил, слава Богу.

    102. А завтра вся надежда на авось. Будет лучше от сегодняшнего дня – проведем эту систему. Нет – умираем. Наше одно – пожить, да подумать, да поделать. А что с этого дела получаем? Да ничего, кроме дефекта в своем здоровье. Что можно будет сказать всем наукам? Их науки куда ведут, к легкому или тяжелому? Ученые доказывают на своем развитии в прогрессе. А практика говорит. Нам надо здоровье не такое, как мы его имеем всегда. Как чуть что такое, уже простыл, заболел. Это не работа и не учение наше помереть.

    Вот учение практическое на человеке закалка-тренировка. Всегда быть в ванне, всегда чувствовать энергично, и всегда быть с природою вместе, и с нею неотрывно держать естественную связь.

    103. Не уходить от времени, а ждать в этом времени одного терпения. Без терпения ничего не сделаешь. Есть, что из сделанного получать.

    Человек никогда не делал бы этого, чтобы возраст его доходил до 35 лет. Это самые лучшие в жизни силы. Они заставили не верить старому историческому делу, кто этому делу подражал, и кто этим делом всегда занимался. Это история начатая прошлая. Она человека обязала думать, она и заставила человека делать, в чем человек ошибся, и получил себе в этом деле недостаток. Человек заболел, он простудился, лежит больной, болеет, стонет, его тело непригодное к жизни. Его гонит природа вон подальше от себя, как заболевшего. Природа любит здоровье, и ему прививает больше здоровье.

    104. Он это признает, и признает все равно на том человеке его способность, его любовь к природе. Но не каприз и негодование: одно время хорошее, а другое время плохое. Все будет хорошо. Плохого ни в человеке, ни в природе не будет через один хороший поступок, который оправдает человека и природу. Для человека вредного в природе не будет, и для природы с человеком тоже не будет. А будет пахнуть, и красоваться во всем местах и всюду. Человек природе не будет вреден, а природа человеку. Между ними перестанет борьба за существование, кто кого. А будет любовь и дружба. Между животным не будет убийства, а сохранение друг друга. Вот тогда можно сказать, что это будет коммунизм.

    105. Человек научился, как себя предотвращать от простуды и заболевания. Это все сделается в мире в природе. Заставят сами себя люди быть такими людьми, как они еще и не были. Будут знать про мир животных, кто совместно с человеком живет, и по одной земле ходят, только не одинаково удовлетворяются. Животное не словесное, говорить не умеет. Жаловаться некому, и за что. Хотя оно и беспокоится о своей семейной жизни, но ее не дают совершать через его подчинение. У человека вся на это способность держать у себя на бечеве животное. Гладить по головке, чтобы животное знало, и было вежливее, чем оно есть. Животное дразнить не приходится, ибо у него есть сердце.

    106. А ему не дается человеком на поступок их оставаться таким, как хочет быть над собою это животное. Оно индивидуально воспитанное, и ему место есть. Нельзя животное допускать, чтобы он, как есть бугай. Видит и бутит, как отец этого племени. Он бы мог догнать человека, и его рогами заколоть. Такому животному дорогу одну создают, и больше бугая такого, чтобы людей колол, не держат. А гонят на бойню, и убивают его на мясо. Что же вы делаете? Вы же такие подчиненные природе, как подчиненное вам животное. Оно служит своим телом, и вы его, как продукт, поедаете, как едите вы всякого рода пригодную в плодах растительность.

    107. Одно другому помогает, чтобы прежде времени не жило. Утроба человеческой жизни заставила, чтобы животное свою кровь лило. Кровь льется рекою. Куда оно девается между нами? Оно живет, и жило до этого времени. Никто об этом времени не знал, да и никто не мог знать до этого времени, когда настал час один и другой. То животное развивалось индивидуально огораживанием, а сейчас должно общее. Разве животное спрашивает у человека, рождать ли ей свое дитя или нет? А рождается природой. И воспиталось бы ею, то есть матерью. Она знала, что делала. Только не знала, что будет: она или он. А свое все делала, чтобы животное жило.

   108. А раз живет, от них запах идет. Какой только, и кому он пригоден, об этом знает наша всех природа. Она заставила человека господствовать над всеми. Он и подбирает, он и уничтожает, и ему приходится самого себя за это потерять. Если он не научился жить за счет самого себя, за счет своих сил, поэтому он живет и надеется на другие и чужие силы, на всю способность в природе. Человек верит тому, что им делается, и что сделалось в своей жизни. Он из этого всего получил не пользу, а вред. Поэтому он и не живет, и не пользуется природными богатствами. А как он животное убивает, так и его убивает не тем, так другим. Природа сильная все сделать за его хорошее, за его оставшееся позади.

    109. История зря никого не наказывает, чтобы даром. Сделал вред – отвечай. В природе одно это только и есть желание. А раз есть большое желание, то и сделаешь все, лишь бы только захотел. Говорили, что нельзя будет оставаться без одежды, или дома жилого. А пришло время, настал добрый час, что человек сделал, добился в воздухе. Воздух уступил ему эту желательную дорогу, которая завоевана в труде. Труд был человеком не зря сделан, и не зря своими ногами проделано. На этого человека обратили все внимание, что он не данной земли человек за то, что он сделал. Это его труд, и незабываемая идея. Он готовит себя к другому порогу, к другим шагам своего действия.

    110. То ему приходилось рождаться в воздухе, и защищать самого себя от природы, то есть быть зависимым от природы. То человек удовлетворялся, а потом он будет и без удовлетворения жить. Надо изменить форму, надо себя показать другим человеком. Довольно будет жить так, как мы свое время на земле прожили, да проделали то, чего не следует. Все время своей жизни мозг беспокоился приобретать, чтобы у него было все то, от чего ему не было лучше, не было хорошо. Труд его заставил быть от него зависимым, и он был всегда в нем недостаточно развит. Его силы способны были крепко трудиться. А без труда человек не научился, как будет надо жить.                   

    111. Поэтому и потребовалось от человека искать в жизни другое. То он одевался, то есть гонялся за условиями, за каждым днем, за каждой измененной минутой. Если на дворе появлялась другая атмосфера, он к ней со своим вооружением прибегал. Ему было в этом деле доступно. Он научил сам себя, как в этом всем окружать себя.

    А другая дорога, другой путь для человека показала, и без этого всего можно было жить. Но люди, живущие по старому историческому пути, соглашаются с тем, что есть возможность оставаться без одежды и без дома жилого. Значит, есть и будет возможность остаться без всякой пищи. На это нужно силы другие, направленные в природе от человека.

    112. Человеку надо будет рассказывать, надо себя показывать не таким, как все всегда делали, и получали в природе. Пока один человек на это дело родился со своей сознательной мыслью. Он много продумал, и не зря седым сделался. Его голова ведет свое тело не к старому, не к историческому прошлому. А ведет по пути нового, небывалого. То человек украшался искусством, и за счет этого прожил одно время. А теперь человек окружил себя только природою, источником одним. Для человека не надо будет пища и также вода. Ему задают вопрос, как подготовленные к этому делу. Как же так, что будет возможно оставаться в природе без пищи?

    113. Уверяют все: такого еще не рождалось, чтобы человек жил без всякой пищи. А человек отвечает. А это было, что человек ходит при любых обстоятельствах в природе без одежды? Мы же видим. Он же нам рисует картину обо всем этом. Мы его слушаем, логично он все представляет. Не одежда обогревает человека, а человек одежду. Так и пищу нашло тело, и применило на своем теле, поглощало, как вкус.  Мы не каждый раз, и не всегда мы пищу употребляем, а три или четыре раза в сутки. А чтобы кушать приходилось ежеминутно, каждый раз, этого нельзя делать. Тело себя заставило о пище всегда мыслить, чтобы ее где-либо, и как ее приобретать.

    114. И чтобы было всегда в запасе не на один раз, и не на один день, а на целый год. Чтобы было в достатке, и чтобы было хорошее. Для того чтобы надеяться на это все приобретенное и приготовленное для того, чтобы употреблять. Вся надежда и убеждение в это все, чтобы им жить, и продолжать свои годы. Пища или весь приготовленный продукт, с которым надо было жить, и делать одно приобретение, а оно рвется. Человеку хотелось, и было, за что и с чем жить. Но природа с этим запасом взяла, да подослала свои силы на его запас, да окружила болезнью. И все это не помогло, человек умирает, что его заставило умирать.

    115. А что, если бы человек сознательно взял, да и не стал употреблять никакой пищи, никакой воды. И не думал бы про все приобретение и про запас. Этого в жизни человек не думал и не собирался делать, ибо весь путь, вся система была одна начатая – быть зависимым от природы. Человек заставил свое тело, чтобы оно каждый день и каждую неделю, каждый месяц, и каждый год думало и делало для того, чтобы у тебя все было, и много было. Тела человека не будет, и не будет это, что приобретается. Оно в природе живет один раз, а другой оно умирает из-за естества. А вот тело человека живет, и здравствует без всего удовлетворения за счет естества, за счет того, что есть в природе.         

    116. Не химическое соображение, а естественное, идущее в природе без конца и края. В природе сил больше, чем есть в куске хлеба, или в чашке борща, или в куске мяса. Это все есть мертвое, убитое, но не живое. А вот тело живое – закаленное в своем уверенном труде. А труд сделал тело для того, чтобы получить новое. Поэтому для тела и сделалось. Никогда и не бывало на человеке, чтобы человек на себе не носил одежду, и не употреблял никакой пищи, и не нуждался домом. Чем же, интересно, он живет? Духом святым. А человек говорит о себе лично, что я не нуждаюсь ничем никак нигде. Это мои силы, мой организм.

    117. Он получил от природы все то, что есть. А в природе есть ток, электричество и магнит, что и сохраняет в природе меня. Я являюсь своему делу Бог. И хочу сказать про сказанные слова. Бог то Бог, да не будь сам плох. Я своим поступком завоевал у себя силы воли. Если предложить кому-либо другому, чтобы он изложил свое желание. Свою любовь проявил это делать, что я сделал. Любителю продолжать мое все свое имеющееся отдам, лишь бы он согласился заменить мое здоровье. А мое здоровье никем не побежденное. Я победитель природы. Мое тело не так живет, как оно сейчас заставило само себя без пищи, которую приходилось кушать.

    118. 62 года по 5 сентября я был в Академии медицинский наук СССР у Михаила Александровича Жуковского. Он меня положил в песок, он меня оформил всем приспособлением всего аппарата для того, чтобы изучить мое сердце. А какое оно есть, и свою имеющуюся способность. Аппарат выявил на мене мое сердце 25-летнего человека, юношеское мое сердце. Что заставило это на себе получить? Только моя работа, мое действие. Никто моей тайны не знает, и не может определить, что же меня спасает. Они говорят: «Тебя спасает Бог». А Бог на земле не ходил, его дело одно для всех окружило меня.

    119. Оно заставило окружить себя небывало. Ходить в трусиках при любой погоде, при любых температурах. Как я чувствую телом хорошо, слышу холод крепко. Но чтобы вредно, я этого не получал и не получу через одно мое дело, мою любовь, мою работу своего тела. И к этому делу еще самому не употреблять никакой пищи и воды. Вот что мое тело завоевало.

    В Казанском институте, в больнице, в клинике № 4 профессору А. П. Шипову и его коллективу, как специалистам науки медицинской, и городскому блюстителю рассказал о том, что мое тело воюет с природой. Отбирает от нее ее качества, и хочет их у себя, как человека, восстановить, чтобы они пользовались правами делать то, чего не делал человек.

    120. Ассистенты и профессор в своем хозяйстве спрашивали: «Как же так, что человек не может жить, чтобы ничего не кушать, и не пить воды». А я им доказывал, что может, лишь бы он делал то, что делаю я лично. Это мое тело и мой поступок, а он природе не воняет, а пахнет ароматом на мой рассказ, на мое здоровье. Никто не согласился поддержать мои практические силы, а они ведь прогрессируют такими и сейчас. Хоть кричи во весь рот, во все горло, ни в Москве, ни в Ростове, и ни в Сулине человек не употребляет. А его с ученых специалистов никто не поддерживает, а бросают. И уходят совсем от меня.

    121. Я для них считаюсь больным человеком, и крепко, для них разрушающим человеком. Никто не желает это испытать, никому не нравится моя тяжелая интересная идея без денег.

    Я не боюсь выступить перед всеми учеными специалистами. Не играет роли всему искусство, сделанное руками. А играет во всем деле человек. Если он добьется и сделает сам себе это, то тогда он будет герой. Я кушать умею, и мой организм воспримет, и все сделает то, что все делают. Только я сознательно сделал, и делаю для того, чтобы мое дело показало всем ученым всего мира о том, что человек может обходиться без одежды и без пищи, и без жилого дома. А человек есть, и будет он всегда.            

    122. Тело мое заинтересованное всеми моими делами. Мое дело одно – для всякого человека закаляться. И закалиться есть возможность, всем надо будет делать, особенно здоровому человеку, кто не заболел еще. Если он будет этим поступком заниматься, он больше от меня все это проделает. В природе есть все для того, чтобы от нее получить человеку пользу. Вот тогда-то человек легко заживет, он сбросит с себя бревно, и не будет тяжело так жить. Ему надо будет легкую жизнь сделать. Ему надо то, что всем надо. Это его будет всегдашнее продолжение, его все для жизни. Он завоюет на себе вечное бессмертие. В природе эти качества есть.

    123. Они живут на земле вечно, сами себя перемещают с одного места в другое. Это тело воздуха, тело воды и тело земли, что своими общими силами через любовь и дело человек для себя получит. Он этими чувствительными и пробуждающими силами. Если себя заставит от природы эти качества получить, как воздух, вода и земля, в них будет в любое время года тело человека находиться. Для него все равно, что в воздухе, также в воде и на земле. Большие чувства слышатся в изменении самого себя, но зато крепко. А мысль сосредоточена рассказать всем ученым про борьбу, про войну с природой. И спросить у самовольного человека.

    124. А кто ему сначала давал такое право, чтобы он хозяйничал над природою, над кусочком земли? Он не имел никакого права называть другое совсем моим. Разве земля, та местность, на которой он поселился и живет своим телом. Он говорит: это моя усадьба, это мой дом, это моя скотина, это моя собака, это моя кошка. А дружить ли он с ними думал? Его заставила жизнь предковых людей это богатство присвоить. Каждый человек зависимый от природы, он за счет ее и отстраивает себе собственническую в природе жизнь. Земля не твоя, ты не имел права на ней заводить собственность, как это каждым человеком делается и делалось.

    125. И будет делаться, если он не изменит свое направление в другую сторону, если он не признает за собою ошибку. Земля не его, и дом не его, и животное не его. Его только по закону тело. Он своим телом может распоряжаться, но не обогащаться этим добром. Это добро все природное естественное. Оно рождено для своего пути для того, чтобы пожить одно время легко без всякой крови, без всякого мучения. А человек заставил вечно лежать в фундаменте камень, вечно подчинять другое животное. Ибо его все вооружение направлено убить другое животное, и разделать его умело для удовлетворения своего желудка и своего тела. Только сейчас вот человек нашел эту тайну, разузнал ее, и применил на себе, что это будет неправильно, что мы живем за счет собственного своего имени.

    126. Кошка не твоя в твоей комнате. Она сможет тебя в любое время обидеть. Ты же, человек, 50 % мертвый, а 50 % живой. Тебя окружает твоя собственность. Ты ей веришь, что она тебя спасет. Нет, твой изложенный труд может заставить тебя остаться бессильным. Так природа не твоя, которую ты приготовил, с кем ты, как убежденный, хочешь свое время продлить. Разве природа хочет, чтобы ты в ней на другое животное охотился. Ты же что делаешь. За собою ведешь маленькое рожденное животное ягненка, а сам его ласкаешь, чтобы он тебя знал, что ты его приобрел. Если бы он знал, что он родился для твоего желудка, он бы жил с тобою наравне?

    127. Если бы он знал про тебя, что ты ему готовишь нож для того, чтобы укоротить ему время жизни, он бы тебя рогом заколол. А ты человек хитер. От зависимости буржуазии, то есть от капитала, ушел. Говоришь, что мы хозяева всему добру. Спроси, чья это земля? Наша. Чье добро? Наше, кто работал. Мы для чего это все делаем? Для сохранения самих себя. Разве это спасение, что ты, как человек, за сутки три раза досыта наедаешься? А потом пыхтишь, от тебя, милый человек, воняешь. Ты за собою волочишь все нехорошее. Без тебя и твоих рук любой в поле цветочек простоит, и попользуется своими правами. А ты заинтересовался им, его сорвал, он, мол, ароматный, пахнет. Тебе такого права никто не давал и не даст, чтобы ты за счет…

 

1960.10

Иванов

 

Набор – Ош. С копии оригинала. 2013.10. (1310).   

 

    6010   Тематический указатель

Зависимость  5, 17, 18

Независимость  6, 12, 14, 17, 18, 81

Первый человек  9, 10, 59

Учитель независимый  21

Независимость и Бог  29

Иванов Бог  30

Природа  30

Первое развитие питания  42

Жизнь без потребностей  45

Вера  53

Верить человеку живому  53

Идея Учителя, труд  65

История Учителя: бечева  74-77

Деньги  100, 101

Что будет  103, 104

Коммунизм 104

Не присваивать 125

Свое 125

Не собственное имя 125

         

        

                        

Иванов П. К.

Продолжение другой дороги

 

1960.10 – 1960.11.21.

Иванов

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

 

Паршек

      Моя местность, где я родился, глубокая деревня. Вокруг ее расположены есть вершины и горы дикого камня. А люди жили за счет одной земли, да был уголь. От города до села 35 верст. Дорога была через коноплянку. Если ехать, надо будет целый день. А верить своему приходу приходилось только в одного Бога и Христа, и его дело.

 

Продолжение другой дороги

    128. Ты разбойник всей природной жизни, ты обуздал природу. Надел веревку на рога ее, запряг ее. Заставил ее, чтобы она была для тебя продуктом, сырьем и подтоварником, и товаром. Это все твое самоволие учинило тебе. Ты родил любимого сына или дочь для чего? Думаешь, для жизни.

    129. А что если бы она знала, или он знал, что ему придется нелегко жить, а потом надо еще умирать, рождался ли он? Конечно, он бы не родился. Это его родило незнание.

    Что делает человек. Он вооружился на земле для этого, чтобы природе своим делом мешать. И за это все свое получать от природы смерть. Если мы с вами не будем так имя свое прославлять, что оно правильно делает. Одно изгнали самоволие человека человеком. А почему же нельзя избавиться от этого всего, что делает человек. Какую он строит технику. ставит на землю твердое колесо, и в воздухе рычит мотор. Все это для жизни человека, и за счет природы. Без смазки машина работать не станет. Как и человек сам себя заставил одно время досыта накушаться. А потом выработать у себя такие силы, чтобы это все выбросить.

    130. А другое, приготовленное кем-то, набросать опять. Скажите, пожалуйста, мне. Спрашивает тот человек, кто этим делом не занимается. Он есть машина естественная, не искусственная. Что из этого всего представляет жизнь человека. Какую он пользу дает природе? За счет самого себя уничтожает другое. Он враг природы. Сам добывает, и сам убивает. Это не человек жизни, а разбойник природы. Он подчинил, технически вооружился, пошел против рожденного в природе. Убил своего брата, воспользовался другим. Он вор и убийца, да и к тому же сам создал на себе через это все смерть. Он смертник, умирает из-за богатства. Чалдос, из чалдосов чалдос. Он был силен за счет самого себя. Жить он научился за счет природы, как и жил сначала до этого времени капиталист. Мы же прогнали его, сделали коллективный труд. Теперь что мы делаем? То, что делали. И раньше над природою смеялся, и смеется сейчас.

    131.  Землю заставляем своими колесами ежегодно с места одного в другое ковырять, то есть мы ее пашем под зиму. А зернышко сеем весною, выращивать приходится летом, всю осень убираем. Заготавливаем, чтобы мы за счет этого приобретения жили. Разве тому, кто умер, не хотелось жить. Спрашивается, почему он умер? И умрем мы все из-за этого. Только нас природа не любит за то, что мы все живем нелегально, обманываем природу. Сами хотим меньше поработать, а больше получить. Наша хитрость и умение для этого сделать машину. А потом человека заставить, чтобы эту машину оседлать, и ею эту землю ковырять весь год напролет. Сказали бы: вот у нас машина, вот у нас город, вот у нас стоит дом, мы живем в нем продолжительно. А то же человек как жил до этого, так и сейчас он живет. Трудится…, и без сил своих умирает.

    132. Нового ничего в своей жизни человек не завоевал, кроме как отдал это дело смерти.

    Не спасение в жизни наше богатство, не спасение наша техника. А спасение – наше тело и природа. Надо дружба, любовь ко всему жизнерадостному, и животным. Руку свою прочь от природы. Не надо нам одеваться, не надо нам кушать, не надо нам и дом жилой. Нам надо жизнь неумирающая. А она лежала, и была в природе, своим путем жила. Человек каждый не одинаково одевался, кушал, или в доме хорошем жил. Заставляли средства деньги приобретать себе все необходимое, все то, что требовалось. Сначала покушать, а потом уже одеться и входить в дом жилой. Все это делалось человеком из-за жизни. Человек думал: если он не накушается, ему будет жить нечем. Или не оденется, он сейчас помрет.           

    133. А без дома кто оставался жить. Предковое явление жизни человека заставило все это сделать. Он сам в процессе своей жизни собственническим местом, и своей собственнической усадьбой. А на ней он самовольничал. Думал и делал все свои возможности для того, чтобы природа человеку в его желании давала. Он был больной человек, оторвался он от своих близких родителей, не стал их порядка слушаться. А создал его сам, и заставил сам себя добиться от окружающих себя по закону место. Какое-либо место, чтобы слепить какую-либо хату. Для человека родилась в природе в этом деле частная собственность и необходимая, в чем он сидел да думал. А что ему будет в жизни надо.

    134. С одного слова начиналось все делаться, и одно за другим приобреталось. Есть одно для человека хорошо, он чувствует радостно. Ему хочется прибавить еще что-либо иное, оно его мучит. Он думает, он все силы кладет на своем фронте для того, чтобы лучше от соседа жить, и воспользоваться правами. Берешь всегда пример с встречающегося поступка небывалого, нового. Родился человек молодой от старого. Казалось бы, его надо слушаться, и учиться у него дела. А мы, молодые, со своими силами гоним с земли старика.  Говорим, ты старый, иди с дороги. А у него силы есть помогать молодому, чтобы молодой жил и приобретал необходимое. …Ни у кого не было, ни у кого нет, чтобы без зависимости человек жил. Он одно имеет, а за другим волочится. Говорит. Надо, чтобы во дворе у него была лишняя палка, что-либо делать, чтобы удовлетворить себя и не нуждаться другим.

    135. Такого человека не рождалось, чтобы ему не нужно было ничего. Кроме как вот один-единственный человек, рожденный в природе, вместе с нами он вырос. Заявляет нам, всем живущим, о том, что ему не надо все имеющееся наше. Он без этого всего может жить. Вы живете по своему историческому, по пройденному, что наши предки делали. И что они с этого всего получили? Умирайте в палатах, задыхайтесь в домах с куском хлеба, с чашкой борща. Заканчивайте свою жизнь с пальто, с красотою, с танцами, с плясками, с песнями. А я буду без этого жить. У меня рождены силы не ваши, а природные. Я верю телу, и его заставил, чтобы оставаться без этого всего. Какая легкая и спокойная жизнь, не иметь ничего, и ничем не удовлетворяться, как те …

    136. А как же вы живете. 21 час употребляете, ничего не едите, живете же. Ваша мысль работает всегда за приобретение. Лежат сто рублей не тревожных, а деньги надо, их расходовать надо. И вот берешь сегодня рубль, завтра два, и так этой сотни не стало. Так, имейте в виду, не станет вашего и здоровья. Оно исчерпается, устанешь все делать в необходимости. Кушать и на себе носить всегда одежду без изменения нельзя, и в доме быть всегда нельзя. А в природе можно быть всегда лишь потому, что сама природа на месте одинаково не стоит, а движется. Поэтому наше тело этими качествами продолжает свои годы жизни, но не укорачивает. Это естество, но не искусство. Родилось искусство в естестве, поэтому оно пожило, пожило на человеке, и умерло. А человек не умирающий без искусства, жизнерадостный всегда.

    137. Возьмите мою закаленную жизнь, которая мною делается. Это есть одно для всех здоровье. Я ее начал делать с весны. Мне время природное подсказало. Сам народ меня сохранял, и хотел, чтобы я это дело продолжал. Чтобы я научился в природе, как будет надо делать, и не получать в природе вреда. Как мы своим направлением заставляем себя искать для прибавления. Учиться над тем, чтобы это новое дало прибыль в богатстве, чтобы человек у себя больше имел материальности, чтобы в достатке полном огородил себя человек. Ему обязательно нужна пища и нужна одежда, и жилой дом, без которого наш земной человек не сможет дальше своим телом продолжать жизнь. Он считает себя в этом деле бессильным.                              

    138. И его только это бессилие. Заставляют себя через свои руки, через голову все для этого делать, и выдумывают всякого рода изделия. Особенно прогрессирует вся изложенная техника, весь инвентарь для того, чтобы нашу мать землю приходилось легко обрабатывать. Земля заставила нас ее машиной пахать, и сеять зерно. Прорыли каналы для орошения, чтобы была влага. Ввели огороды овощные. Расширили площадь большую посева, всякого рода насадили сад. И для уборки легкой комбайн. Казалось бы, нам жить, жить, все у нас есть. Мы же хозяева всей своей площади земли, то есть природы. А из-за этого, и в этом сами изнашиваемся, то есть умираем. Не легче стало, а тяжелее. Что же нам приходится делать. Хвалиться ли этим делом, или нет? Мы со своей техникой не останавливаемся, все прогрессируем.

    139. Уже не признали земной покрой в своей жизни, что может и земля наша человеку служить пользой. Люди, со своими мозгами ученые шевелят, бегут дальше от такого условия, которое мы сделали сами. Мы получили в своем процессе эту зародившуюся болезнь, и она нас убила. Так сказал видный ученый человек Л. Н. Толстой: «Век учись, но глупцом умираешь». Поэтому ученым не жаль, самих себя заставляют, чтобы от этой болезни приходилось умереть. Всей науки не плюс, а минус за то, что она не нашла в природе предотвращение для здорового человека, чтобы он не простуживался и не болел. А вот я, как практик, нашел его, имею у себя, на весь белый свет кричу. Чуть не каждого человека встречаю, ему про наших ученых рассказываю, как они против меня бутят.

    140. Не хотят, чтобы мое тело так по природе прогрессировало. Им не хочется, чтобы я это делал. Они говорят: я больно много сделал, переборщил. Я им говорю всем: вы из-за этого дела, что вы от меня отворачиваетесь, не выигрываете, а проигрываете. Народ меня, как победителя в природе, знает. А вы боитесь признать, и поддержать мои идейные качества. Говорите: «Лучше умирать в пальто, чем без пальто». Как же я не умираю, а живу уже 27 год. И не собираюсь получать от природы за это дело вред. Потому что я закаляюсь, и хочу, чтобы мое тело никогда не простуживалось и не болело. Это моя задача – добиться от природы для этого и через это одну пользу. Моя идея на мне жила, живет, и будет жить, если только мы, весь народ, его поддержим. И он, это я, буду это дело продолжать. Мы добьемся от природы другого потока, других путей.

    141. Через эти двери разрешит оставаться без всякого богатства. А за счет естества, за счет воздуха, воды и земли. А в этом всем сам себе человек добывал для своей жизни, чтобы чем-то хорошим наесться и одеться, а потом в хорошей комнате пожить. Это у каждого человека такое желание, но удачи в этом деле никто не получает. А природа свое строит, ей такой человек, как боится ее и уходит от нее. Не хочет, чтобы такое время проходило. А время не по душе, не такое, как ему требовалось. А природа циклоны делала этому человеку, господствовала, заставляла, чтобы человек нервно находился, и требовал от природы свое требование. Он не желал, чтобы это время для него проходило. А природа – это такой друг, никого нигде не слушает, а по-своему…

    142. Человеку хорошее, и много хорошего. То хорошо ему не дает, и не даст свое через нежелание свое. Вот поэтому и делается у человека плохое. Кто из всех свое хорошее сбросит. Возьмите дом Романовых и его прислужников. Они без крови не сдавались, а бились за свою собственность. Но раз оно незаконное явление в жизни, то поэтому все созданное и разрушалось. Стал не индивидуалист собственник хозяин природы, а мы стали все хозяева, чтобы на себя работать. И создавать для себя ценности, чтобы легче жилось. Мы ведь рабочие и крестьяне, в наших руках вся созданная экономика. Все искусство сооружено для того, чтобы им воспользоваться. Старое прошедшее в музеях держим, а новое отстраиваем.

    143. Теперь рычит трактор, сила другая, много. Сажалка со своим делом сеет зерно. Все это как будто нам улучшает. А как родился человек от своей матери в крови, так он и рождается без всякого, но тяжело приходилось рождать. Мать не знала, а что она для себя родила: помощника в ее жизни, или разорителя. Но мать для своего дитя приготовила вперед еще до родов, до появления в природу. Сшила ему рубашку, приготовилась его воспитывать для того, чтобы он или она в природе жил. Она же не знала про его силы, а будет ли они жить, как молодое тело человека. Оно же никогда не видело перед собою такой самозащиты. Хоть рубашка, она тело окружала, и не создала ему доступ воздуха. Человек рос без достаточного развития своих способных сил.

    144. Тело человека не пробуждалось, а утомлялось без воздуха. И во внутрь в желудок, стала насильно туда пихать, чтобы было ей приготовленное. Сама ела, что крепче, а дитю находила, что легче. Мать вовлекала, тянула за собой. Ему показывала: вот, мол, смотри, у меня для тебя есть богатство, им пользуйся, пока малый. Я, как мать родная, и пожалею, и побью. Какая же ты мать, если ты одно время жалеешь, а другое бьешь. Ты родила, но воспитать не умеешь. Твое дело – ему давать и окружать, чтобы дитя училось, как быть зависимым от куска хлеба, тряпки, от стенки дома, чтобы этому дитю было всегда хорошо. Дитя это не видел, он часто болел, простуживался. А жить-то такому телу надо, поэтому оно и боролось с условиями. На себе несли неодушевленную защиту, и вбрасывали в себя тоже мертвое, выросшее в природе. А человек для этого развил свои способности пожирать. Он сначала кушал, наедался.

    145. А потом его мать успокаивала своим созданным уютом. Она его берегла, одевала, что лучше и теплее. Считала: это спасение ему. А ребенок как рождался тяжело, так он родится и сейчас. И как он тяжело воспитывался, так он и сейчас тяжело воспитывается. Он же не родился в рубашке, и не родился с умом, и не родился с ложкою, и не родился с желудком. Все это сделала его родная мать. То есть предки научили, как будет надо, чтобы сделаться от природы зависимым. Этому человеку молодому надо рубашка, надо пища. Не одна рубашка, а чтобы было, чем сменить – уже две рубашки. А пища какая дитю дается. Самое лучшее для дитя пока все дается. Но и на время его возраста не забывается, а смотрится и ждется это время, когда наш этот молодой человек станет помогать хоть матери. Когда этот молодой человек будет учиться в школе, забота материнская, чтобы ее дитя выучилось и достигло знания быть человеком ума. Но это стихия, чтобы каждый достигал, был (инженером).                         

    146. Таких талантливых людей редко природа рождает, но рождает. Как вот родился человек, описываем про перворожденного человека, кто родился от ума. А сейчас он его развивает в искусстве. Он учится, ему хочется учиться. А спросите у него, куда ему интересно идти: к дому или в школу? Это идти в школу и там учиться его заставляет наша всех желательная необходимость. Мы в этом деле учимся, и хотим научиться, как бы кем-либо командовать. Никто не хочет тяжело работать. Все хотят, чтобы быть ученым. Только ученые в науке имеют свой для этого дела план, они лишний контингент не допускают. Их одно – научиться лучше от всех. И эти хвастуны, эти карьеристы задерживают себе место лишь потому. Ему какое-то в эту минуту есть счастье. Те, которые набрали баллы, они стихийно прошли. А тот, кто, может, засыпался при зачете испытания, но он бы в процессе себя показал.

    147. А он засыпался на науке, как лишний. Ну что ж, пусть развивается за счет прогрессирующей болезни на человеке враг. Это такая наша, ученых, способность признавать человека больного. Сегодня прославился диагнозом, когда это новая небывалая на этом человеке болезнь. Он заболел в природе сегодня…этим диагнозом, уже 10 лет, как умер человек. Человек заболел в природе из-за своей подготовки, из-за неумения в жизни. А сила врачу дадена законом этих сейчас же брать, то есть подбирать «скорой помощью» этих больных. На это дело спросим любого больного: он хочет ложиться в эту больницу, в эту коечку? Его заставляет обстановка. Он в эти условия сам попал, а врачи как тут подскочили, и сейчас же к нему со своим анализом. А их анализ технический, искусственный, сделанный человеком руками, разве можно точно определить.

    148. Если бы этот препарат болезни помогал, а то он определенной палочке, зародившейся на человеке давно. А больной есть больной человек, у него она болит, ломает. Природа его давит за то, что он неправильно материальностью огородился. Он бы со своим понятием всегда готов сделаться, он и делается королем психически перед другим. Но за это его хлестнет природа. Как чуть что такое, человека не спасло имеющееся, заболел, уже лежит в постели, температура. Ему жить бы, но ему природа не дала жизни. Кто виноват? Да человек, он же заболел материальностью. Он искал в этом деле спасение, ему надо то, ему надо и другое. Уже природа не смогла предоставить его телу удовольствие, он же психически больной человек, окружил себя богатствами. Его предупреждала болезнью, ему подсказывала, чтобы он бросил. А он свою психику на этом деле развивал. А умереть боится, хочется жить. Собака не зря его укусила, он залечился уколами, не пил вина, слушался врача. А потом что сделалось с ним. Самоволие заловило.

    149. Пьяному сесть в машину, и поехать в народ, и там задавили человека. Он форсил, он добегался… Это все чужое заставило сделать. А чужим не поживешь. Чужое не свое. Все равно прорвется дырка. Пролезет чужая рука, и вытащит с кармана. Только это чужое тяжело присвоить. Лучше в природе отыскать для будущих полезное. 

    Практик не теоретик со своими кафедрами, со своим делом, со своей любовью к другому здоровому человеку, кто на себе носит тяжело одежду, и употребляет приготовленную пищу. Химически сделанное, это все для человека вредное. Давайте человека накормим и оденем, и заставим его бежать – он же не подбежит, и не сделает того, что сделает практика. Она научила себя от всех болезней и простуды предотвращать. Кто это сделал? Я сам лично. Сейчас купаюсь, подготавливаюсь встречать зиму с холодом опять.

   150. Мои силы пользуются правами, чтобы не кушать и не одеваться, и в дом не входить. Вот такие силы нарождены мной. Попробуй, проведи на себе эту компанию. Поверь человеку, с ним сдружись, как друг жизни, полюби его дело. А его дело, одно для всех, надо будет делать. Берись самого себя перевоспитать на новую дорогу, новый путь. Для этого надо не пить вина никакого, и не курить никак. Не ругаться на другого. За собою ухаживать. Мыть по колени ноги два раза в день. Со стариками, со старушками, с дядей, с тетей здороваться. Низко кланяться, чтобы люди были покойные. Бедного самому искать для того, чтобы найти его, и ему помоги. Чем хочешь и умеешь, помоги. В неделю полтора суток протерпи без всякой пищи, без воды. А когда надо кушать, то надо воздух с высоты тянуть для пополнения в желудке окиси с воздуха.

   151. В это время, если веришь моим силам, что они тебя учат, проси: «Учитель, дай мне здоровье». Каждую неделю будешь делать. Харкать, плевать никому не рекомендуется. А только надо будет проглотить, как пищу.

    Попробуй, попытайся таким сделаться, как сделался я. Прошел цель и испытал, все невзгоды прошел. Не побоялся остаться без одежды, и не побоялся остаться без пищи и жилого дома, как лицо, независимое от всей уничтожающей человеком природы. Она пока служит продуктом. И она делает все, что захочет для себя человек сделать. Она ему помогает. Он со своим развитием с индивидуальной мыслью строит на фразе героя.   

    152. А в герое все показывает для того, чтобы над этим делом, в чем человек копается, роется, ищет выход изменить путь своей другой дороги. Мы же в природе являемся над всем хозяева. Не сохраняем ее, а берем, уничтожаем. То есть заставляем каждое место земли, чтобы она послужила нашему человеку своим богатством, прибылью, чем интересуется сам лично человек. Для него надо будет в природе, чтобы обязательно работать, трудиться. Его заставило условие жизни этим заниматься. Он разузнал этот источник, этот путь, без которого нельзя, как будто, продолжать свою жизнь. Если человек не будет в природе для себя искать то, что ему необходимо надо для жизни. А для жизни надо, во-первых, кусок хлеба. А его надо сделать, чтобы он лежал на столе спеченным хлебом для того, чтобы этот хлеб резать ножом.

    153. И кусать зубами для того, чтобы жевать со слюной, и проглотить с воздухом. Это работа машины, она же думать стала про этот годок. С самой осени взялся за землю, чтобы ее вспахать под зиму. Для того он это делает, чтобы весною раньше и во влажное вбросить зерно, о чем человек не забывал думать. Всю зиму строил свое благополучие. Если природа ему даст большой в этом деле урожай, он прибавляет в хозяйстве другое. Ему хочется не одни трактора иметь, ему надо комбайн для скорой уборки хлеба, и также ему надо быстроходная автомашина. Он хочет, чтобы жить по культурному. Это хозяйство есть для облегчения своего труда. А человеку, как хозяину своего индивидуального дома, для своей семьи и самого себя иметь какой-либо с этого дела интерес.

    154. Что-либо лучше, слаще да жирнее покушать. А приодеться, да в доме хорошем пожить. Этого каждого человека к этому тянет. В природе хватит богатств. Надо только делать, трудиться. Надо оседлать машину, заставить мотор, чтобы он быстро крутился, и делал то, что приходилось человеку в этом деле получать. Человек водитель машины до одного случайного времени, пока не попадет в аварию. Это колесо, это мотор, это человек убивает сам себя. Снимает с пути прежде свое тело.

    Не лучше ли попробовать, попытать счастье, испытать, чтобы остаться естественным живым без всякой защиты и удовлетворения. Тело не одевать в одежду, надо научиться в природе. Я научился, хожу, и не нуждаюсь этой одеждой. Мне без одежды хорошо. Что может быть лучше, если я не одеваюсь ни в какую одежду.

    155. И к этому, хочу вам, как людям, признаться, мне и пища не нужна. Тот, кто работает на это, трудится, он этим не удовлетворяется. Он зависим от этого, ему будет все надо. А мне не надо ни одежда, ни пища, ни дом жилой. Как же жить без этого всего? Надо для этого воздух и вода, да земля, в чем все есть для жизни. Как лежала покроем на земле зеленая трава, так она и лежит сейчас. Как был белый снег, так он и остался вечный.

    А человек есть мыслитель в своем деле. Его мысль неотрывная летит по воздуху, и там бывает, где это возможно будет останавливаться. И эту местность изучить, и применить себе, чтобы в атмосфере завоевать, и сделаться победителем над этим всем. На земле этого богатства хватит, лишь бы человек захотел, лишь бы человек за это дело взялся, и стал делать.

    156. Я же сам за это все дело взялся. Меня никто не учил, чтобы я остался без головного убора. Я же добился этого, и без обуви ходить по снегу, по морозу, я же хожу. А остаться в трусиках одних тоже проблема, да еще какая ученая. Я научился сам, меня никто не учил. А чтобы не кушать, совсем не употреблять, я и к этому себя подготавливаю. Сначала меня окружили слова, чтобы я терпел по девять суток, по 18 суток. Все это делалось мною сознательно. Я не кушал никакой пищи, и не пил воды. Мои силы проходили между воздухом и водой, между светом и тьмой, по голышам по-над морем делалось. Я не спал, не садился отдыхать. Вот что я делал. А потом переключился на систему через один день кушать, я год провел, через день ел. Значит, экономил время, 183 дня ел, а 183 дня не ел. После этого я не ел в неделю полтора суток. А сейчас в это время я подготовил сам себя к выезду в Москву в академию к ученым, чтобы поняли обо мне, и моем здоровье, о моем сердце.                          

    157. Ученые 5 сентября 1960 года разрешили по их убеждению. Они разрешили мое тело положить в ящик на песок, через руки и ноги соединить с током. Аппарат для того, чтобы им черта показала, правильна ли моего сердца работа. Когда я лег, меня соединили с током. Я чувствовал нехорошо, 15 минут все ждал их команды. Вот, вот скажут мне ученые: «Готово». А у них все минутка, да минутка. А организм, мое тело естественное закаленное. Что лед положить на раскаленную печь, так и мое тело для их аппарата. Сначала я подумал, что это испытание пройдет вредным для меня, а получилось как никогда хорошо. И вот ученые узнали: мое сердце 25-летнего человека, юноши. Я только начинаю жить, мое все впереди.

    158. Я рисую картину в больнице № 4, в хирургической перед профессором Шиповым А. К. и его ассистентами, и студентами. Перед ними хвалился, что я новый человек, небывалый, подготовленный с большими и уверенными своими силами. Я к ним в Рязань приехал. Для меня хоть какая будет температура, я для нее буду любимый друг через свое тело. Оно у меня не живет за счет природы, а терпит уже шестые сутки для того, чтобы не простуживаться и не болеть. Вот что я от природы своим телом получаю, и получу от нее через свой поступок. Я всему человечеству несу свое здоровье, не жалею его отдать любому и каждому здоровому человеку. Будь добрый, ты разувайся, раздевайся, и вслед. Что я буду делать, то и ты. Я – за стол, и ты – за стол. Я – в дом, и ты – в дом.

    159. Я – в машину, и ты – в машину. Если сменишь меня своим телом, забирай с собою все, что я имею. Я это мое тело, оно заслужило перед всеми на него смотреть и крепко думать. «Почему это так, что он умеет, а мы все не умеем?» Мы вооружены, и вооружаемся против природы, идем со своим сердцем на рожон. Наша охота. Мы охотимся на животное, убиваем его для того, чтобы насытить свои желудки. А я этого не делаю, и не хочу, чтобы мы все это делали. Кто будет прав: тот, кто запрещает, или тот, кто убивает? Защита моя, она говорит. Как бы вы ни вооружались, и ни делали себе оружие, оно может вас подвести не к хорошему. Как бы вы ни удовлетворялись, все равно вас природа за это не любит. Она своим чувством вам, вашим телам влияет.

    160. А мое тело для природы пахнет за то, что я не употребляю и не ношу на себе одежды. А всегда везде нахожусь в природной ванне. Для меня есть одно, что воздух, что вода, что земля. А для вас всех временное явление. За меня природа заступается, и заступится везде и всюду за меня. Я такой один делаю для всех хорошее, хочу, чтобы мое хорошее подхватили. Это же здоровье. Всегда быть в жаре и холоде одинаковым. Для моего тела друг есть природа. А для всех – неприятность, она всех простуживает и наносит болезнь. А мне нет. Кому будет лучше: мне или вам? Вы боитесь природы. А я не боюсь. Знаю хорошо про природу, как про своего близкого друга. А для вас природа – мачеха, она вас заставила, чтобы вы приобретали необходимое.

    161. А вы теперь и бегаете на своих ножках, ищете, чтобы природа вам больше давала, а вы меньше работали.

    Я не работаю, да и зачем мне работать, если мне не надо одежда, если мне не надо пища, и также не надо жилой дом. Я смогу обходиться без одежды и без пищи, и жилого дома. А вы в этом всем умираете, для вас не спасение это. А для меня есть жизнь, да еще какая энергичная, крепкая и неумирающая. Всегда жила и живет, и будет жить вечно. Мы не всегда, и не каждый раз кушаем, и также в одежде не бываем одинаковой. А гоняемся за хорошим и с хорошим. Плохое за плохим не охотится. Всегда хорошее настроение приобретает другое.

    Я заявляю всем ученым, своими словами говорю. Две тысячи лет боролись с природой, добывали он нее для жизни источник, и за что падали жертвой.

    162. Давайте же попробуем на одном человеке. Пусть он сам делает, чтобы мы о нем знали, что ему не требуется то, что нам всем надо. Он говорит. Ваше богатство, что вы имеете для своих тел, не надо мне. А тело ваше такое же, как и мое. Вы живете вместе с искусством, а я живу вместе с естеством. Для вас надо хутор, или дом, чтобы в него заходить, и там в нем покой иметь. Имейте, только меня не заставляйте, чтобы я в нем находился. Вы меня не видите, как я простаиваю на высоком кургане. Вы меня не видите, когда я ночью спускаюсь в воду, и там все время сижу. Моя любовь в этом деле, труд мой – терпение мое умелое. Я живу, а вы в своем вооружении не спасаетесь, вы простынете и заболеете, с вас будет хана.    

    163. Я в вашем богатстве проживу, и буду жить, как вы живете. Но вы, как я, не согласитесь. Как не соглашалась буржуазия с большевиками, так и ваша экономика смотрит на мою бедность. Она дикая для нее, но зато здоровая. Бедность не порок, а богатство одно для всех ведет нас к могиле. Таким, как вы, все смогут. А таким, как я, не всем право дается. У кого силы будут поверить, как истине, тот будет жить. А тот, кто не имеет веры, он отомрет.

    Я всегда верил своим силам, что они сами без всякого вооружения сделаются живыми, и будут жить в природе живыми. А в природе эти силы не умирающие, а изменяемые. С одного переходят в другое. Вот почему человек на своем месте сидит и хозяйничает. Говорит: это мое, мол, место.

    164. Я на него никого не пущу лишь потому, то мое тело здесь привыкло. И здесь научилось работать, и давать этому производству какую-либо помощь. Но имей в виду. Это место не ваше, а, может быть, мое. Не присваивай к себе лично. Умрешь – кому оставишь. Лучше не присваивай. Я имею место лучше от тебя, но никогда не пожалею это место другому кому-либо отдать. Будь добрый, разувайся, раздевайся, и иди вслед. Ты же не пойдешь, побоишься. Вот это есть правда. Она будет только на мне жить. А вы со своим местом умрете. Вас ваше место не спасет. Вы своему месту король. А я своему месту самый бедный человек, которого еще не было в своей жизни. Я только один-единственный человек. Никогда не думаю про место, что не захвачу. Место для меня есть везде и всюду. Я его займу, но вы его не займете.

    165. Оно никому не надо, чтобы на нем на своих ножках без одежды в любое время простоять, и остаться живым. Это только мое место. Я имею право на нем свое тело поставить, и пусть оно стоит живым.

    Вашему телу, не подготовленному, не быть, и не простоять на этом месте. Ибо для вашего тела надо самозащита, а ее надо изменять, и через нее устанешь стоять. А я не устану стоять. Стоял, стою, и буду стоять только для жизни. А ты повалишься, уснешь, не пробудишься, умрешь. Никто тебя не облегчит. Только надо на себе небывалое строить. Это отказаться от удовлетворения пищи, как вот я бросил с первого сентября. А живу за счет своих сил и своей воли. Для меня пища никакой пользы не создает, и я ей не верю, как источнику. Не думаю, и не хочу, чтобы ее чем-либо и где-либо приобретать. Добрые люди покойно без всякой ругани и без трудностей.

    166. Этот продукт можно будет кушать. А если его добываешь в неприятности, ругани, было тяжело – этот хлеб есть будет нельзя. Ибо психическое недовольство. А когда ты имеешь у себя эти все качества, то зачем его добывать. Ты думаешь о другом, как бы сохранить это все, чтобы оно было пригодно. И так у тебя твоя мысль работает только для того, чтобы у тебя было, на что надеяться.  И быть всегда на это дело убежденным, что оно тебя спасет, как человека. Он через это все имеющееся может жить, и продолжать свои годы. А то ведь все равно наступает такое время, в котором человеку делается плохо. Он начинает у себя чувствовать пролезшую в тело неприятность, она его стала беспокоить. Человек услышал на себе боль, она стала ломить, он стал от боли стонать. А другие люди, здоровые люди, это все создавшие, слышат.

    167. На глазах это у них родилось. То человек был жизнерадостным, а то заболел. А болезнь не красит человека. Об этом стали думать, чтобы избавиться, и уйти от этого дальше. Больному человеку надо помощь. А она находится в людях, кто чего об этом скажет. Это же болезнь, она пролезла в тело, стала человеку мешать. А человека дело одно – стонать. Как же больно ломит тело. А ему другие люди со своими силами лезут помогать. Вспоминают прошедшее, каким способом своего соседа, кто уже умер, его же лечили, он болел. Одного в больницу отвозили, клали на койку, другого знахарка на дому лечила. И так все равно сосед поболел, поболел, и при этой болезни умер. Никакие особенности ему не помогли. Этому были соседи свидетели.

    168. Они его захоронили. Поэтому лучше быть здоровым человеку. Болеть не надо. А то эта болезнь другого зарождает и заставляет, так или иначе все равно заболеешь. Почва твоего недостатка приведет к этому. Ты сам все на себе разовьешь, и сделаешься не таким бодрым, как все. Ты стонешь. А другие люди то слышат твой стон, они его бояться, как бы самому не заболеть. И вот скорее избавиться, уйти от этого стона. Есть больница, врачи, сестры и нянечки. Коллектив весь подобранный для того, чтобы за этим больным ухаживать. Это работа врача, сестры, нянечки. Деться некуда. Учился для этого, чтобы быть врачом. Так будь добрый, помогай человеку в его болезни. Он научился искусственно, технически помощь создавать.

    169. Это его прямая забота – любому человеку помогать своим умением. Любить надо свою возложенную на тебя работу, тогда будет реальность, работа твоя даст результат, в работе ты выиграешь. А ты, врач, сам боишься заразы, моешь свои руки, не желаешь этого иметь. Но от этого нет спасения никому. Казалось бы, попу не быть в аду, а он в него идет передний. Так и врач от этого не застрахован, он может в любое время года заболеть. И болеть так же, как другие простые и обыкновенные люди. Так и врач умирает. Нет разницы между специальностью и незнанием, а все меряются одним покроем. Живешь в природе, пользуешься природой – значит, зависимый от нее. Хочешь ее уничтожить, а свое восстановить. Ты себе в этом деле не помогаешь, а мешаешь. Хочешь посвятить себя. А раз тебе хочется, ты идешь на жертву для того, чтобы заиметь.    

    170. Посмотри-ка назад, где твои все остались предки. Они ведь лежат в могиле прахом, и тебя туда твоя жизнь ведет. Ты же борец за свое существование. Ты другому помеха, хочешь жить лучше от другого. Твои силы уходят. Не хотят жить одинаково, а хотят жить с умом сами. Этого и природа не природа, и не друг общей жизни. Человек хитрец для самого себя. Это жульническая выходка, за это все человек и живет плохо. Правдой не проживет, всегда живет нелегально. Лучше совсем на белом свете не жить так, как мы живем сейчас. Все люди видят, на человеке одном есть правда. Она между нами создалась своим трудом. Для этого закалился в тренировке, теперь хочет свое сказать нам. Живите за счет природы, ищите в природе, находите, для вас будет надо одно и другое.

    171. Вы одним не успокоитесь, чтобы жить приходилось вам без всякой болезни. Вы хотите получить то, чего человек никогда не видел. Для него это развитие приняло большой размах в удовлетворении. Человек имеет для того, чтобы было приятно на него смотреть, и ловко быть самому в таком одеянии. Я, говорит человек, хвалился своим сделанным богатством. На это все закладывался свой труд. Труд для того, чтобы у меня была пища, одежда, да дом жилой, в чем должна моя семья, которую я создал, покойно удовлетворяться. Это будут мои силы сохранять, сам себе в трезвом состоянии, всегда быть довольным временем. Ты сидишь в стуле, отдыхаешь, смотришь в телевизор. Он тебе все показывает: цирковое, всякого рода постановки, разные пляски с песнями.

    172. Все это делается для человека. Человек рассказывает про международную политику, особенно про вооружение. Хотят, чтобы была между народами дружба и любовь. Знаем про все страны, какого они намерения, и что они делают на ассамблеи. Всем хочется хорошего, но боятся крепко хорошего. А сами делают и выдумывают что-либо хорошее с пищи, с одежды и с дома. Для дома надо очень много богатства для того, чтобы жили хорошо. Надо хорошо работать, и за это все получать каждый день существование. У нас экономика есть социалистическая, разбитая на национальностях. Одни люди растят зерно, другие хлопок, третьи добывают уголь, а четвертые режут лес. Все это нам требуется в нашей жизни для того, чтобы наша экономика была сильная. У нас есть запас продукта, на что вся опора человеческая.              

    173. Не будет этого, не будет и жизни, человек умрет. Поэтому он, как человек, об этом всем и думает. Ему природа не переставала давать из-за его желания. Он все думает и делает, его обязанность – делать. Он за это получает и живет. Как живет, пусть он нам расскажет. Достаточно ли он доволен тем, что перед ним стоит труд тяжелого характера. Он в своей работе крепко нервничает, больно устает, мало получает, не совсем хорошо удовлетворяется. Обижается на своего правителя, на прямого начальника, он всему дело. Если захочет помочь, поможет материально. А сейчас только жизнь создана. На этом живется хорошо, когда легко. А когда что-то мешает человеку в его жизни, он кряхтит, стонет. Особенно нашему человеку всегда мешала и сейчас мешает его боль. Он неудовлетворенный.

    174. Чтобы не быть зависимым от природы, чтобы природа его не заставляла развивать свой имеющийся аппетит. Что он хочет. А человеку мало. Ему надо чашка борща, кусок хлеба. Второе мясное и что-либо жирное, и закусить сладким. Все это готовит своими руками человек. Он заставил человека, чтобы человек готовил человеку. Ибо человек на это имеет свои средства, а другой человек ему за это готовит. Между нами говоря, мы живем не одинаково, чтобы получать деньги одинаково. И кушаем неодинаково, и ходим в одежде неодинаково, и в доме живем не в одинаковом. Это уже нехорошо, потому что неудовлетворенный этим.

    Прежде чем так жить все время, так лучше от всего отказаться. Будет лучше и легче, чем хочется, а его нет. Это большая болезнь, ее редко кто вылечит. Это потребность, которая бы удовлетворила человека.

    175. Я … бы работал очень много, но меня накормите, и оденьте, и дайте коечку покойную. Я буду жить хорошо. Но люди не научились жить хорошо, у них есть очень много плохого. Их мучит вино, их мучит табак, и их распущенность. Не ценят жизнь через свой поступок.

    У человека есть желание на многое, он уже болеет. И, можно сказать, что он этим в недостатке. Ему природа не даст получить для себя это. Он нервно психует, и недоволен сам собою, обиду кладет на несчастье. И вот в это время форма раскрывается, и делается физическая болезнь. Она человеку мешает, и человек начинает болеть, доходит вплоть до смерти. А жизнь берет, и заставляет жить. Это бывает, тоже в этом борьба, а в борьбе все существование. Через это и помирает. Хуже от всего умирать.

    176. Лучше будет жить, но мы со своей мыслью не научились жить. Надо бросить носить одежду, и не кушать пищу, и не входить в дом. Вот вам и другая создалась мысль. Она уже думает о приобретении. Через это здоровье у тебя нет мысли той, которая тебя заставляет, чтобы ты думал про сегодняшний завтрак. А он перед тобою вертится. Для тебя нужно будет приготовиться, к чему садиться. Есть хлеб да соль – уже есть, что зубами жевать и с воздухом глотать. Уже работа человека, на себя он работает. Он кушает для того, чтобы досыта насытиться. А раз досыта наедаешься, уже ты ни о чем не думаешь. Как будто у тебя мешок с зерном полный завязанный. Человек сытый ни о чем не думает, кроме как может хвалиться своим брюхом. Его богатство заставляет все это приобретать. Есть хорошее, он стремится еще лучше приобрести. Этому конца не видать перед богатством. А если нет, говорят: на нет и суда нет. Вот в чем живет наша мысль.

    177. Все думают о прибавлении, чтобы у него было не мало, а много. Только я один думаю, и пишу про самого себя не искусственно, а естественно. Практически показываю и делаю то, как тело хочет всегда быть в ванне. Для тела хорошо, если оно купается в воздухе, и купается в воде, и ходит разутым всегда. Значит, легко остаться и без пищи. Кушать не требуется, и не желается в дом заходить. Знаешь хорошо, что это не спасение в жизни. Спокон веков люди жили в этом доме, но ни одного не спасло так, как меня спасло от природы. Она меня огородила за мою любовь, за мое дело в закалке-тренировке. Я не стал прятаться, я не стал хорониться, и не стал одеваться, и не стал кушать. Не кушаю уже систематически с 1 сентября 1960 года. Как чувствовал с пищей, так и чувствую. И без пищи даже лучше, чем с пищей. Мое тело делается крепким, здоровым и жизнерадостным всегда.

    178. В моем теле сила и воля на все то, что требуется для тела. А для тела человека в жизни приходит больше времени тогда, когда он не кушает. Его весь организм отдыхает, не кушает. А одевается он одно время одним одеянием, а другое время другим одеянием. Он верит одежде. Он не верит воздуху, не верит воде, и не верит земле. Вовлекся в искусство, живет за счет сделанного своими руками, и убежден в это дело. Говорит: меня от простуды спасает, я верю пока неодушевленному. Тому не верит, а верит мертвому, сам сохраняется им. А чтобы природой, это у нас пока я живу, и пользуюсь правами не так, как все. У всех мысль одна – сам себя защищать. А у меня одного – раздеваться. Что же человека спасает, если он верит тому, что требуется для человека в необходимой жизни. Если бы сказали о том, что мы вот трудимся, вырабатываем в природе это добро для того, чтобы им пользоваться.

    179. Оно нам помогало. А то оно заставляет, чтобы это все приобретать, и на известное время запасаться. В природе много дел для того, чтобы этим делом заниматься. И с этого дела что-либо получилось, какие-либо плоды из сырья, а плодами человек удовлетворяется.

    Это все удовлетворение для того, чтобы жить и продолжать так, как продолжали за счет природы предковые люди. Чего они ни делали для того, чтобы остаться на один день да пожить. Как они собирались за многое время, чтобы дождаться, кто будет живой. Они отмечали его роскошно. Для них был этот день годовым праздником из-за труда. В этот день их было такое дело и право: никто в этот день не должен нигде никак работать. А у самих на столе что только ни приготовлено. Режут к этому дню обязательно какое-либо животное.

    180. Для гулянья набирают вина, и собираются за стол близкие родичи, и начинают вспоминать своих умерших. А что, если бы они теперь поднялись, и поглядели на этого Ивана, что он заимел, и какой он стал умный. Они бы сказали про незабываемую его простоту. Так и сейчас проводят все свою жизнь, в тяжелом труде сами себя сохраняют, каждую неделю отдыхаем. Для того чтобы жить культурно, надо рационально расходовать копейку. А за лишнюю копейку приобретать чего-либо с хорошей одежды и лучшего питания. Да в праздник революционный намечено отметить, чтобы знал человек, и всегда этим днем хвалился. Что он в этот день хорошее себе сделал, а плохим окружил себя. Он вина много попил до неузнаваемости за свои заработанные деньги. Его родители у себя не имели того, что он сейчас имеет.

    181. Он же хозяин, у себя пристойную семью имеет, дети есть. Ему хочется, чтобы эти дети у себя тоже заимели такое здоровье, такую хитрость, как их родной отец заимел. Вот тогда-то им, как детям, можно сказать, что они пошли по отцовскому. У них есть, за что пожить и полакомиться в природе. Но никто из них не ожидал на себе случайной стихии, а она может перед человеком родиться стихией. Об этом ни один живущий человек в своих пришедших днях не подумал, и не хотел, чтобы такие дни перед ним наступали. Мы от этого дела, что мы делаем в природе, зависимые. Трудимся для того, чтобы продолжать за счет этого труда свою жизнь. Чтобы не плохо, а хорошо за счет приобретенного в природе. Земля нам дает урожай, мы ее обрабатываем, и все делам. Машину за машиной выпускаем для того, чтобы нам, как труженикам, было в этом деле легче.

    182. И выбирать из-за этого легкого. Хорошую, жирную, сладкую пищу поедать, и наедаться досыта. А потом похвалиться этим, что мы же хозяева этому всему добру. Что захотим, то и сделаем. Для нас все представлено, чтобы по предковому делать, мы делаем. Все наши науки, весь наш народ думает, и свое рациональное зерно преподносит в общество для того, чтобы это общество обсудило, изучило, и приняло, поддержало его дело, и пустило в ход.

    Мы своим умом прогрессируем для того, чтобы обязательно хвалиться перед другими. Хорошее, новое показываем, делаем между государствами выставки. Смотрите, как мы живем, и что мы с вами делаем. У нас прогрессирует в лице нас наш труд, за счет этой быстрой и удобной машины. Она нас катает, она нас и возит, мы пользуемся этим.                    

    184. Практически делать со своей теорией взялись за человека того, у которого ученые обнаружили при 62-летнем возрасте сердце 25-летнего человека. А оно есть у него из-за самосохранения себя в природе. Человек – это я, Иванов. Меня моя болезнь сделала независимым от природы. Я пошел не той дорогой, не тем путем, по которому ходили все время все. Для них природа была источником. Для меня сделалась природа другом близким. Я в природе не борюсь с нею, и не хочу, чтобы она мне давала свое тело на съедение. Я не хочу, чтобы она для меня была мачехой. Одно время дает, а другое время отберет. Я хочу быть над своим родным телом хозяином, чтобы в природе в условиях любых мог оставаться без всякой одежды и всякой пищи. Да зачем будет надо дом, чтобы в него заходить и в нем находиться, если природа.

    185. Да на таком снежку, который пал на нашу землю 19 ноября, как раз под субботу разгрузочный день. Да еще нашей природной жизни, кто тоже занимается этой работой, люди такого проступка, как мы. Нас двое во дворе, я да Иван Гордеевич, с кем мы неотрывно вместе до самого льда купались. А сейчас по этому мягкому снежку мы четверо, с нами Марк Иванович и Сашка тоже. Ночью встали в 2 часа ночи, и по двору кругом один за другим. То пройдемся шагом, то мы четверо один за другим сделаем в своем теле быстроту. Я иду впереди, а они идут вслед. Я им рассказываю, когда надо будет самого себя предупреждать от наступающего холода. Ведь наши тела этого в жизни не делали, и в жизни этого не думали. Мы все четверо шли по снежку своими лапами, то есть ногами босыми по такому чистому белому снежку. А по нашему телу пробирался холод.

    186. Мы дрожали, слышали эту всю неприятность для нашего тела. Но не давали никакого отступления, чтобы этим делом не заниматься. Наши тела восприняли этого года зимой эту работу, полюбили ее очень, признали для здоровья хорошим чувством. Мы походили да подумали про наших добрых таких людей, живущих на нашей земле. Они все имеют тоже такие тела, но слишком боятся, и не желают такими оставаться, как мы сейчас начинаем воспринимать свой нелегкий труд. Мы сознательно в это время приостановили свой организм, чтобы он для нас не делал того, что делают все. У них был каждый день одинаковый для того, чтобы покушать больше да слаще, да жирнее. У нас есть истина, проходит день субботний. Он для нас в нашей местности на земле положил в ноги наши белый снег для того, чтобы мы по нему эту ночь походили, да подумали про всех тех, кто этим добром не занимается.   

    187. Кроме нас одних, все они лежат на своих созданных постелях. Им снятся чудеса, он в них героем живет. А мы ходим, да свои слова говорим. Какое добро нам всем пока четырем. Мы этим свои добрые сердца оттягиваем назад, чтобы они у нас никогда никак не старели, а были всегда юношескими. Пусть нам наш Иван Гордеевич 76-летний старик, был до этого никуда не годным. Со своим сердцем с пороком лежал в больнице, он ничего нигде себе помощи не получал до этого дела, до этой работы. До этого времени, когда он взялся за любовь к природе, за то, чтобы уходить от зависимости, а прибегать к независимости. То он говорит: я в этом деле увидел правду, за нее крепко ухватился. Стал учиться по делу Иванова. Иванов учит меня, и учит нас всех сейчас по этому снежку ходить, и не простудиться и не болеть нигде и никак.  

    188. Походили, да посмотрели в высоту наших далеко расположенных планет, про них сказали. Они бы тоже этого запаха от нас хотели, чтобы наши тела не побоялись ступить. А мы начинаем, для нас командир Учитель, он нас учит, как надо делать, чтобы наши пальцы на ногах не замерзали. Это же оконечности, и также пальцы рук тоже не замерзали. Для ног требуется мозговое чувство для того, чтобы не бросать про них, чтобы забывать. И не смотреть в них чувством. Когда станут стыть, ты все пальцы в ногах поднимай вверх, давай им свои силы, жми, что есть силы. А когда станут замерзать в руках, то поднимай руки вверх, и держи их прямо. Пальцы будут и на ногах греться, и на руках тоже греться. Мы эту ночь под 19 ноября под субботу с великой радостью провели в первом павшем снегу, на нашем дворе своими босыми ногами по снегу получили удовольствие.     

    189. Наши ноги не холодные, а наоборот, делаются теплыми. Мы 19 ноября все общими силами протерпели без всякой еды, и проходили по белому снежку. Для нас это было новое. Это была безлунная вся в снегу ночь под 20 ноября под воскресенье. Наши тела из-за всех радовались, друг друга спрашивали про будущее. А что будет с нами, такими людьми, кто этим добром занимается? Одно хорошее от всех окружающих мы получим. Мы же будем первыми, нас природа одарит нашим здоровьем. Мы его несем всем нашим людям. Мы же не хоронимся и не уходим от других людей, даже приглашаем. Будь добрый, этим делом занимайся. Для этого дела никакая материальность не требуется, и она никому не надо. Нужно будет одна природа, воздух, вода и земля. А мы с ними подружили, заключили дружбу и любовь. Не прятаться от условий, и не уходить от природы, от ее снега, а прибегнуть к этому делу смело и уверенно.

    190. Я, Иванов, а вслед за мною Иван Гордеевич и Марк Иванович, Сашка, да Петька с Дмитрием Николаевичем. Это наши друзья по закалке-тренировке, по нашему труду, и по нашей идее. Мы делаем уже все, пользуемся, и еще делают очень многие в разных местах нашего света. Мы их приветствуем, хотим, чтобы они про нас знали, как про людей закаленного характера. Проводили мы наш любимый в режиме праздник, пообедали. Но Учитель наш не ест так, как мы все едим. Он без мысли никогда не проглотит кусок, жеваный со слюной. Он знает, что это все не помогает, а мешает, но пока надо. А придет час в жизни, мы это дело завоюем. «Скажи, Иван Гордеевич, – у него, как друга по жизни, спрашивает Иванов, – завоюем мы это дело или нет». Иван Гордеевич с радостью отвечает: «Да, завоюем мы это дело все равно».           

    191. А завоевать, мы завоевали, уже наше начало есть. Конца не видать, края тоже. Мы же не останавливаемся, идем прямо с вами вместе, разницы от всех нет. Это наше, всех людей, дело, чтобы закаляться. Работа одна для всех не вредная, а полезная.

    В воскресение отходит автобус в 2 часа 20 минут, он идет через Новую Соколовку. А к ней Марк Иванович и Сашка доехали. А потом им на трудовой поезд, который движется на Должанскую. Они приедут к дому в Кондрючий в шесть часов вечера. Наше дело – их проводить, и пожелать им здоровье такое. Как и мы, они уже ходят без головных уборов все.

    Пришли часы полночи под 21 ноября. Я, как инициатор писать, об этом пишу, и практически делаю все то, что надо. Наш урок – не забывать про эту историю, про это дело, а делать свое намеченное. Стою и пишу про всю историю. А ведь надо нам двоим пройтись по снегу до самого железобетонного завода, до сторожа, до свидетеля живого человека.     

    192. Мы вдвоем пошли, идем вдвоем вместе. Я у него спрашиваю, а он мне отвечает: «Хорошо». А раз хорошо, будем достигать еще лучшего. В наших сердцах радость развивается. Мы эту зиму хотим систематично.  Сами себя в этом деле заставили ночью бег у себя развивать. Наше дело, это чувство проходит по нашему телу от холодного снега. Мы друг друга не забываем, и нельзя будет забыть, чтобы не мыслить. Мы только мыслим про небывалое. Продумать и сказать о том, что для нас обеих приятно. Одно проходит по всему нашему телу.

 

1960.11.21.

Иванов

 

Набор – Ош. С копии оригинала. 2013.10.28. (1310).  

 

    6011.21   Тематический указатель

Человек враг природы  130

Спасение наше  132

Жизнь без потребностей  135, 177

Продолжение жизни  136

Искусство  136

Предотвращение простуды, болезни   139

Дитя  144

Что надо  150

5 советов, новая дорога  150

Воздух, вода, земля  155

Эксперимент Учителя без еды  156

Кардиограмма Учителя  157

Суд ученых  160

Человек умирает  168

Болезнь  175

Учителя тело  184