Иванов П. К.

Самая плохая дорога, хуже не может быть

 

65.12.08 – 65.12.17

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

 

     1. Пожили, потрудились, да подумали. Получили, что следует. Есть у нас все для жизни. Одежда хорошая, теплая и красивая. А пища вкусная, сладкая, да жирная. Все это делалось и делается в жилом доме. Казалось, лучше не может быть, эта человеческая зависимая сторона. Она нас научила, поставила на наши ноги. Мы стали ползать. Нас условие пихнуло, чтобы мы пошли в природу искать жизнь. Мы с вами ее ищем, уже заканчиваются, последние дни отходят в область предания 1965 года. Но чтобы удовлетвориться этим, такого времени или дня не приходило к нам на нашу землю, чтобы человеку не понадобилась новенькая какая-либо небывалая вещь.

    2. А то, что мы с вами ждем ежедневно. Стоим один за другим, и своего дня не минем, в нем обязательно свое здоровье потеряем. Мы все такие люди, не гарантированные от этого. Нас с вами хорошее привело. Мы своего близкого родного человека на веки веков зарыли в землю. Что мы сделали ему? Плохое. И сами от этого не уйдем. Нас тянет магнит. Мы удивляемся с удава, что к нему идет и кричит криком трус. Это мы самые с хорошего в плохое идем, что нас и заставляет заболеть и простудиться, и умереть.     

    Не будет ли лучше, если мы от этого всего хорошего отступимся. А возьмемся мы за плохое, за холодное. Не станем делать дело, которое нам всем в этом вредило.

    3. У нас с вами, если разобраться, природа имеет две стороны. Рождается, чем мы радуемся. А когда уходит от нас, умирает, мы плачем. Мы больше этого человека не увидим. Это все сделали мы, не делали удовольствие своей желательной похоти, без чего человек интереса не нашел в жизни. Он хорошее у себя имеет. Раз ему пришлось, сегодня прожил, хвалился своим здоровьем. Одевался, кушал в этом всем, одно время делал. А потом в этом деле устал. Его заставило от этого дела отступить. А взяться за другое, где его руки поджимаются и ложатся в постель. Человеку захотелось отдохнуть.

    4. Что ты делаешь сам себе. Мало, что ты лег в постель. Считаешь, это хорошо, мозг не думает, а засыпает, умирает. Он не живет, а умирает. День не для этого природа прислала, чтобы человек своим делом удовлетворялся. Она не родила науку. Родился человек, а к человеку в гости пришло время, чтобы от себя не гнать плохим. А всегда поближе к нему. Да прислушаться и приглядеться, свои чувства приложить, как близкого родного брата. Не делаться от него чем-нибудь лучшим. Время миф, по реке веслом. Так и воздух, вода, да земля. Они любят и сохраняют того, кто их своим телом с душой и с сердцем любит.

    5. Мы с вами для этой встречи не захотели плохо себя показать. Человек дружить, любить не стал, а взялся за дело. Стал вовлекаться, одеваться, наедаться каждый день и ночь. Некрасивое для природы это дело. Но наука сделана для того, чтобы им воспользоваться один раз. А раз мы с вами попробовали, и сделали на себе, и не ошиблись, нам от этого стало хорошо. Почему не делать в жизни каждый день и ночь, их хватит в природе сегодня, И завтра то же самое одно – одевайся, наедайся. А этого в природе очень много, нет конца и края. А дело у них одно развитое для того, чтобы трудиться. Без всякого труда ничего в жизни не дается. Надо будет делать, значит, уже работа.

    6. А каждый день от человека требовал, чтобы он готовил для себя сменную одежду и свежую пищу, которая приготавливается весь день напролет год. Ему приходилось немало об этом думать. Место приготавливать, посуда чтобы была. На все от человека требовалось умение и знание. А когда знаешь, потом делаешь. Да еще какое и когда будет перед тобою дело. Начинаешь с первого дня теплой весны. Рано поднимаешь себя с постели. Ты хлебороб, всю зиму колотился, да все ждал. У тебя это время не выходило с твоей головы. Ты должен знать: а что для тебя потребуется вот эту минуту, в которую ты стал собираться.

    7. У тебя под руками должно быть все, особенно сила живая. Ты ее хранил, все свое время кормил, поил, чистил с-под них – это твоя прямая забота. А к этому всему землю вовремя под зиму пахал для того, чтобы влаги набираться. И никогда не выбрасывать устно это место, о котором приходилось все время думать, и мечтать о родившейся прибыли. А прежде чем эту прибыль увидеть, или дождаться, какая она будет, и сколько ее окажется перед тобой, очень много надо к этому делу потрудиться. А посмотреть в высоту для того, чтобы климат изменился человеку. Не одно солнышко дает всему рост. В природе много для этого и разного изменения для шагов человека.

    8. Он не за одной землей охотится. Для него в природе есть и промыслы, можно будет и недра находить, ими пользоваться. Под землей и руда для железа заготавливается. Лес рубается, рыба ловится, и зверь убивается. Это все делается человеком не одними руками. Сюда приходит на помощь ум, все силы кладет, и сосредотачивается, чтобы заставить человека. Надо вырыть колодец для того, чтобы вода была. Для этого свои силы закладывает, достает. Это уже его счастье, которому надо поклониться. Не думал, а пришлось это получить. Как и вещь любому хорошему мастеру сделать, а хозяину богаче от всех в своем селе сделаться. Без всякой хитрости и умения ничего не получишь.                

    9. Один хлеб в крестьянстве не помощник. Надо в природе не одни пришедшие дни, за которыми людям приходится гоняться. И не то, что хотел охотой своей развить хозяйство. Это хорошо, что тебе достается отцовское. В нем можно пожить нетяжело, если есть на все твое оружие. Мы, вся наша молодежь, не родились в своей жизни, чтобы кто-либо что вздумал, то и сделал над нами такими. Особенно начальные в своем селе годы. Не введено нашими взрослыми людьми, кто поставил всю свою задачу нас сделать такими людьми. Можно хвалиться, не глупая их мода.

    10. Нас поставить на наши ноги, чтобы мы на них не легко, а тяжело бегали. Не сами лично, а нас заставляло условие. Мне, как таковому мальчику, не сровнялось семнадцать лет. Я еще шалун неполноценного труда. Спрашивается у хорошего хозяина, у хлебороба, кто в своем хозяйстве выходил молодых парных бычков. Им уже можно на шею ярмо надевать, а вот на груз, чтобы они его возили, хозяин это не разрешает. У себя в уме держит: не подросли, сил у них нет, мало им годов. Это животная сила, пожалеет, и это бывает. А раз заменить нечем, и эта пара волов считается между двумя парами.

    11. И эта своей силой помогает. Это было раньше. Интерес был хорошему родному отцу и любимому сыну. У них был работник нанят. Он папе помогал. А я учился не хлеборобом быть, меня заинтересовало другим. Самая это хлопотная в сельском хозяйстве жизнь. Особенно на хуторе, где твоя вся земля тут же рядом. Только в этом деле любовь. Много и крепко приходилось делать и в степи, и в доме для молодежи. Это не на базар ходить с деньгами. За месяц получил, а потом тебя заставила еда. Можно не ходить, но условие такое. Надо ежедневно не один раз покушать, а еще кому-либо другому изготовить.

    12. Купить надо уметь, и приготовить тоже уметь надо. А вот в хуторе не в городе. Того нет, что есть близко к культуре. Мы хотим себя лично заставить, чтобы было на каждом месте своей жизни. Не было плохо, а было хорошо. Наше знание делает, и это обязательно на земле будет. Мы этим источником пользуемся, без чего не обойтись. Надо будет, мы мастерим, эту вещь вводим в жизнь свою, делаем машину. А тут рядом конструируем дешевое и лучшее, от плохой уходим. Одежду плохую не носить. Есть деньги, не жалей, покупай, только снашивай. Также пищу приобретай хорошую, свежую, вкусную. Зачем нам плохое?

    13. Мы с вами не привыкли смотреть, да даже вместе находиться. Мы учимся только хорошему. Деньги есть в кармане. Разве можно будет за другую совсем руку заручиться, у нее ум свой. У него нет того, что ты у себя имеешь. Это твое незнание. Ты не сделаешь того, что я сделаю. А сказать не скажу. У меня в доме не то, что у тебя. Я умею, а ты не умеешь. Люди идут по дороге одной. У всех есть своя хата, в ней хозяйничает, по своему фасону строит. Сам ложится в постель головою в подушку. А сам лазит по земле, ищет для себя дело легче, от тяжелого бежит, а хорошим хвалится только одно время. Дело никакое долго не живет, а меняет свою форму. То мы жили, были зависимые от средств производства капиталиста.

    14. А сейчас от социалиста. Тяжело работать никому не хочется. А легко не дают, заставляют трудиться. Раз взялся работать, надо трудиться, чтобы жить хорошо. Прогресс в труде за деньги делается. Без оплаты мы не научились жить. Думают ученые, к этому прибегнут, но не выходит живой факт. Не подходящая структура. Делается не по-старому, а по-новому, чтобы твое сделанное подхватили все, если от этого дела хорошо. А мы все хотим делать хорошее, а у нас делается плохое. Думаем, что из-за этого дела получится хорошее. Этого никогда не получится, из хорошего хорошее. Природу не обманешь. Танцевать, радоваться, песни петь не всегда удается. Надо и слезы проливать.

    15. А вот плохое не любим. Из двора запрягли лошадку, да не одну в линейку, пару мастью серых яблоком. Показали, ржут, не удержишь за вожжи. Чем только хвалиться. Частная собственность, она на плохое не развивалась. Даже пастух своей животной скотины. Как она организовано пасется, тоже есть, чем можно хвалиться. А разве корова, да еще молочная, у нее сбор хороший. И сама имеет большой вес, и масти красивой, цеминталка, чем хозяин не нахвалится. Даже природа, она сегодняшний день, по такому тихому приятно было спать. Мы, все люди, поздно поднимались. И в это время не собирались в степь, сырая была погода.

    16. Солнце не светило. Решили по-домашнему справляться. Я умею делать с железа любую гайку с винтом. Я коваль хорошего класса, для меня не тяжело в таком селе приобрести копейку. Лишь бы ударил по наковальне молотком. А людям требовалась тяпка, и то, что необходимо рукам… И тогда он нужен полоть от бурьяна хлеб. Если бы мы знали, что нам сегодня природа своими силами помешает, мы сказали другому. И, может, мы от этого дела избежали. А раз не знали, нас стихия накрыла, мы получили в жизни несчастье. Колеса под драгами быстро крутились, мы сверху сидели да песни пели. А Луны время проходило, и вдруг наша песня нашла свой конец. Нам наши взрослые про местность эту рассказывали.

    17. По вот этой балке стояли здоровенно толстые дубы. Все это убралось нашими отцами. Наша земля нас заставила ей верить. Мы на ней стали сеять конопли, и с нее легко приобретали холстинную одежду. С нее сами делали фасон. И ею перед другими хвалились, что нам давало легко огораживаться. Не надо было в руки  брать раньше ручку и перо, да бумаги лист, на чем приходилось  создать. Из нас, людей, как мы вырастили своего парня, и стали его женить. Брали за него красивую дочь богатого отца. Мы через это делали свадьбу, целую неделю под хмелем. Одно пили, да друг с другом рюмками толкались телами, чтобы не последняя была. 

    18. А вот когда время пришло на дворе, мы перед ясным солнцем из хаты вышли. Крик услышали в высоте гусиный, это летели дикие как раз над нами. У нас была охота смотреть на такое дело, в котором можно было их по одной посчитать. А стрелять было можно, но высоко, не достала дробь. Так мы на них посмотрели, а потом они быстро скрылись. Это дело было в субботу, наши собирались кое с чем ехать на базар. Пораньше потребовали, чтобы был им ужин. Они укладывались спать, а то рано надо подниматься, чтобы вовремя попасть на место. Лошадям дали корм. Чего надо брать, уложили.

    19. Сегодня небывалый день 9 декабря, последнее этого года время проходило. А с высоты по такой приятной атмосферной погоде сыпал рыхлый белый снег. Все люди, зависимые от природы, боялись, на себя натягивали свою сделанную руками одежду. Не корили, что она не заслуживала быть на теле только одного человека независимого. Кто своей фамилией хвалился, и нам всем говорил слова. Зачем это мы с вами делали, нас природа пугалась. Не хотела хорошими качествами дотрагиваться. Она не любила на нас мертвое, нашу красивую надетую одежду. Всеми силами сосредотачивалась, делалась такой сильной, и портила ее, не давала быть ценной.                     

    20. Мы хотели все, чтобы сегодня этот снежок не сыпал на нас. Мы его не любим, кроме одного Иванова. Для нас это неприятность, которая наносит болезнь. Мы простудимся. Наша надежда на нашу одежду. Мы ее носим, она нас давит, мы от нее терпим. Это наш тяжелый вес.

    А я без этого сюда 14 февраля ночью в одиннадцать часов 1965 года при 30 градусов мороза прибыл. Нас всех удивило. Мы к этому отнеслись холодком. Не посчитали, это сила природная. Она прибыла наш режим разрушить. Мы конвоировали человека, не знали, кто он таков по заслугам в природе. Почему не простуживается и не болеет он. А мы, все живущие люди такие с оружием в руках, вооруженные, сами защищенные хорошо и тепло. 

    21. А с нами не считается природа, а с ним считается. Ему дух в ковре снежном природа расстилает. А если мы пойдем по его следу, нас с вами, всех людей, что называется, природа поваляет. Отберет наше здоровье, а введет нам свое нездоровье. Через это не надо нам хвалиться, не надо петь песни и танцевать. А надо согласиться и с женой, с природой. Она наш друг, у кого можно нам учиться на любые способности. Мы своей зависимостью в жизни своей проигрывали  через нашу войну. Между людьми и природой фронт, в котором каждому человеку трудиться. Свое тело заставляет условия приобретать, неплохие качества.

    22. Нам не надо для посевной площади, чтобы плохую землю разрабатывали. Мы знаем хорошо, что природа плохой обработки или бессильному хозяину, она больше мешает в его недостатке. Природа любит здоровое тело, в нем здоровый дух. Она, как естественная сторона, никем не тревожена. Природа холодная, плохая, они никем не поддерживается. Все люди от этого всего бегут. Знают хорошо все люди, что они этим обрядом пугают всех. Чин для чего человеку вводится? Чтобы люди знали его титул. Человек с ним встречается не смело.

    23. Боится с ним разговаривать на «ты». А чин хочет, чтобы чин называли «вы». Кто своей норой хвалится или в доме, или в поле? Мышь, она живет одно время там, а питается в природе временем. Чем питается кошка, или наша лиса, хотя любимая еда мышь. А что такое время или дело преподносит человеку в чине, кроме язвочки, или маленького чувства. В теле заводится неприятность, которая наносит на тело свой могучий в форме удар. Эта сила враг природный никем не предупрежден. Сам организм без участия другого сильного человека бессилен совладать с этим врагом, с этой системой.

    24. Она не верит природе. Не верят ученые человеку, что организм человека не боится уже врага через выхоженное сердце. Оно у меня есть молодое, здоровое 25-летнего человека. Говорю нам, ученым людям. Я через его электризующие силы живу независимо никем никак нигде.

    А вот показываю, сюда попадал не так, как все. Их привозили по холоду в одежде, обуви, особенно конвой Казанского изолятора. В жизни при такой температуре был взят с вагона заключенных разутым, в тельной рубашке, в шевиотовых брюках. А от вагона до машины надо было идти по снегу.

   25. 30 градусов мороз наступал, а Иванов сел в волчок. Солдата спросил. Было ли это у вас, чтобы такого человека люда привозили? Солдат ответил: «Не было такого больного, чтобы в первое отделение с такими силами, с такой способностью поступал». Не было такого больного, как я один в мире оказался. Есть вся надежда, только не на человека ученого, кто испытывает в лице самого себя. Сам одевается в фуфайку, а испытуемый в трусах. Сказал свои слова заведующему 5-го отделения Алмазу Разаевичу, когда в октябре 12 числа первый снег лег. А теперь уже полностью разгар зимы, холода приходили порядочные.

    26. Я, Иванов, ежедневно выхожу, принимаю морозные ванны по 40 минут. И никому не похвалюсь, что мне жарко. Говорил, говорю, и буду говорить людям, что это я делаю недаром. Делается мне холодно и плохо, а я иду на смерть. Тысяча иголок колет. А я иду, говорю: мне хорошо, и действительно хорошо. Так почему эти снежные пробуждающие ванны в природе не делать. Это же я не хвалюсь чужим. Посмотрите на мне короля чин. Я распоряжаюсь людьми, за счет их строю благо, они меня хранят всем. Или есть пастуха палка, которая бьет скот. Они ему подчиняются. Они так же, как люди, как люди, зависимые от закона.

    27. А в законе есть приказ, чему ты служишь своей верой, идешь отечество защищать от врага нападающего. Корабль сделан плавать по морю людям. А бывает и привязывается. Когда идет по морю, то волна его разбивает, и море стирает. Так и человека, зависимого от нее. Он тоже ползает по земле, ищет для себя жизни. Болельщик природы, охотник большой себя заставляет ежедневно ходить взад да вперед, раздобывать питание. То он ягодкой питался, а потом мясом, теперь переключился на белый хлеб, на то, что он в природе своими руками сделал.

    28. Он его за целый год приобрел, кушает, наедается. Он оделся, наелся, и в дом зашел, закрылся и уснул, на веки веков умер. Разве нельзя будет это сменить? Есть ведь, лежит вечно, никем она не занятая в природе, холодная, и самая плохая. Я один человек в природе заинтересовался испытать на себе лично. Делаю, а мне не верят, и не хотят мою мысль понимать. Я говорю, что это дорога наша людская независимая. Ею надо учиться практически для того, чтобы по природному жить, ничем не нуждаться, жить за счет своего умелого терпения. Как я делаю, выхожу гулять не так, как все.                 

    29. Без завтрака они не остаются. Им дай теплую одежду, валенки, и то не хотят идти. Считают, лучше в теплом. А как же я не завтракаю, не ужинаю, а обедаю для того, что нахожусь в условиях. Моя наука: свободно жить, на рожон не лезть, любить самих себя. А головою кланяться всем, свою вежливость представлять. Это я делаю, одежду никакую. Считаю: это все для меня есть преступление. А мы боимся. Иванов говорит нам. Я умру – мне простительно. Чего вы умираете? Вы, все живущие, боитесь. У вас сердца негодные. Жить не приходится, а умирать научились.

    30. Надо учиться жить по Иванову. Он в нашем хозяйстве один такой. Он не отказывается ни от чего, как мы. Все зависимые говорят ему, он делает условие какое. Он говорит, я испытуемый, как и все люди. Кушаю, в коечке отдыхаю, не считаю сам себя чужим. Не хочу хвалиться, что я  это умею, а все этого не умеют. Это неправда одна есть. Все умеют раздеваться и разуваться, и не кушать, да без дома оставаться. Они боятся, и не хотят испытывать, что испытывает на себе Иванов. У него дорога не разная, одинаковая. Жить, так жить всем. А что мы делаем? Умираем поодиночке.

    31. Это наше всех незнание, которое нас бессильно окружает. Мы не умеем жить, думаем поодиночке. Как хочется свою мечту передать людям. Что с этого всего. Если мы с природою боремся, воюем, наша ошибка в этом ее заставлять, и от нее отбирать, как какую-то особенность. К своему имени приобщаем, делаем своим. А земля говорит: чего ты лезешь ко мне со своей техникой. Она для тебя не помощник, а заменитель, чтобы свое здоровье терять в ней. Ты же на ней без мысли не сидишь, и без дела не бываешь, в этом устаешь. Можешь забыться, и аварию сделаешь, да еще какую убийственную, стихийно создавшую.    

    32. Не думали, а получилось. Человек, да еще ученый, умирает. Спрашивается, почему? Разве у него сил нет, или он не хотел жить? Не заслужил внимания в природе между людьми. Ушел со своим знанием от любимого друга отстающего. Я ученый, а ты нет. Я умею, а ты не умеешь. Ты практик, а я теоретик, твою работу учту, оценю, и за это заплачу. Как уже, но не обижу себя. От тебя оторвать, и себе создать хорошее. А плохо и собака живет на дворе. Хоть ей и тяжело, плохо, холодно, а зато хорошо, она сторожит хозяина двор от чужого появления. А при теплой температуре она спит, так что время выигрыша в жизни получается.

    33. На воле да при холоде человек идет на жертву. Холодно, но зато здоровье сохраняется крепким для дня нашего пришедшего. Он нам стол накрытый принес с собою. Наше дело одно – себя подготовить, и сказать пришедшие слова. Все это сделано нами. Мы в этом свою жизнь развили. Нам не один стол понадобился сегодня. Как раз угадал годовой праздник. Мы к нему готовились, нас заставила наша природа. Если бы она нам с вами не давала за наш труд, мы бы с вами этого не делали. А то только поднимешься с постели, не оглядишься глазами, а у самого мысль проявилась, на свое тело что-нибудь из хорошего надеть.

    36. Наша с вами такая привычка. Потребность наша: сон своего счастья мы проводим в доме на коечке в постели. А на двор нас заставляет наша необходимость. Мы ввели в жизнь труд. Для этого дела у каждого человека есть место, он им дорожит. Это его проигрыш в жизни своей. Если он сегодня ничего не делает, это бывает у него редкость. Он сегодня ничего не делает ради какой-либо родившейся стихии. А она рождается самим человеком. Кто этот стол нам создал? Мы сами. Для кого мы это все делали? Сами для самих себя. Чудаки вы все такие люди, живущие на белом свете.

    37. Нас праздник заставил. Все живое и мертвое мы бросили. А хвалиться своим хорошим надо. У нас есть все, чем встретить это время. Ежедневно мы не сидели, за поля душою, старались не упустить это время даром. У нас под руками находится не одна ложка, которую пришлось подобрать ради этой вкусной пищи. Вся наша площадь земли нас с вами ежегодно приглашает в гости. Не за столом у нее сидеть, и не вино распивать, как это хорошим хозяином хлеборобом делалось. Он за стол порожний не садился. У него было, с чего это все приготовить. Он не ездил ежедневно в степь там праздновать, где воздуха достаточно, а природа какая.       

    38. Мы у себя имеем сегодня не такое солнышко, которое по вчерашнему месту проходило. И не так, как сегодня, оно теплом нас с вами окружило. Это время, о котором речь идет, мы сможем увидеть на каждом своем месте. Оно, это время, не за горами. А находится в природе. Что захочет сделать сегодня, ни у кого не спрашивается. Особенно у любителя труженика, кто не так это даром. Ему пришлось в этом другим людям позавидовать. И сказать свое слово ему, это делалось богом, если он есть. А нет его, как это другие думают мыслители, то этого человека окружает счастье, а не какой-то бог. А я, как автор, скажу. Если бы он не знал природу, и не готовился, ничего он не думал и не делал.

    39. У него этого стола на этот день не получилось. И он бы в гостях на сегодня здесь не был. Все это дело имеет наша грядка. Земля всему дело, которая без влаги ничего не дает. А без воздуха человек не дышит. Он бы ничего не делал в природе, да на этой земле, которая его пригласила не сидеть, а делать своей сделанной техникой, своей снастью. Он выехал рано, спешит вбросить в землю зерно, его в этом деле выигрыш. Кто рано встает, тому и бог дает. Это давно-давно лежит между нами поговорка, мы ее держим у себя. Но и про это не забываем, что в природе может получиться с ничего что-то. Автор спрашивает у самого любителя, у хозяина этого дела, в котором он очутился.

    40. У него все есть для того, чтобы эту землю обработать, и от нее получить не плохой урожай, а хороший. Все это делается человеком для человека. А что, если этому человеку сказать: удовлетворен ли он этим? Или у него спросить: может, это не надо делать, что мы делаем. Нам же мало, надо больше, и лучшее заиметь. Это наша всех задача. Автор правильно нам преподнес свои слова, что земля хозяина не приглашает в гости, чтобы он приходил к ней с голыми руками. Как он очутился за этим столом. Его умение заставило. Мы же, люди, учимся чему? Хорошему. Почему мы с вами не хотим понять о другом, о чем-либо ином новеньком, что можно будет сделать. Без этого стола и без этой ложки попробовать хоть один денек пожить, и поработать так, как мы работаем всей своей техникой. 

    41. Может, у нас получится другое. А то, что мы каждый день делаем, трудимся, достигаем, этому конца не будет. Не техника родила человека, а человек ее сделал. Не для того, чтобы она себе помогала делать, а человеку это все потребовалось. Он ее для этого и сделал. Не лучше ли будет для нас, всех этих людей, кто ее создает, совсем отказаться от этого нашего ума. Кто заставил практику. Чтобы она ему ставила на колеса, и заводила мотор, и за собою волокла, силу делала. Пахала, сеяла, растила и убирала в закрома, складывала, да берегла, как око свое, для будущего времени.

    42. Может быть, в этом деле какая-то есть ошибка наша, что мы родили человека не для смерти, а заставили в этом деле умирать. Не ошибка ли наша всех, что мы против природы стали вооружаться. И между собою, меж людьми и природой ввели фронт. Мы ее убиваем, а она нас убивает. Что-то здесь есть какая-то неправда, или в нас, человеке, или в природе. Не лучше ли нам, ученым людям, этим делом заняться. Попробовать одним человеком практически испытать в природе, как будет надо пожить, чтобы ничего не делать, и  ни за что не отвечать. Почему мы сказали в своих словах: кто не работает, тот и не ест. Это неправда есть, все хотят. У кого какой развит, да еще на какую пищу аппетит. Все ели, все едят.

    43. Надо попробовать без еды хоть один день сознательно пробыть человеку. Может быть, мы что-то в этом найдем новое. Мы не пытались, и не пытаемся этого сделать. Наше дело не в сознании, а в психическом желании. Нам дай, мы ничего не знаем. Есть одно, мы хотим иметь другое лучшее. А когда мы возьмемся за плохое, оно сзади нас плетется. Мы на него не обращаем внимания, а оно нас догонит, окружит своими силами. А в ней это наше незнание наша болезнь. Что я, Иванов, делаю. Это для нас не земля наша, которая нас заставляет на ней работать. И на ней строить то, что нам не продолжает. Мы же с вами, ученые понимающие люди, видим, слышим. Но не хотим одного понять, что это все, что мы имеем, что нам только природа ни дала.

    44. Есть серебро, есть золото и сталь. Есть чугун и железо. Мы построили машину. У нас есть транспорт всякого вида, быстрый и удобный.… Казалось бы, надо легко жить с вами. А мы с вами не гарантированные в таком законе режимном жить. Нас стихия окружает, мы горим в этом, хоть и ученые. Много знаем, химию развили, как это полагается. А вот сердце человека, чтобы оно было молодое, ни на одном человеке не выходили, чтобы человек не уставал. Нам предлагает плохое, не культурное, по современности, холодное Иванов. А мы на его дело, на его труд, на закалку бутим. Говорим: он нас обманет, резко взял. Дюже сам делает, а мы не сможем. Мы себя в этом деле не подготовили. Какая радость предо мною открылась.

    45. И врачи врачами сделались. Мне, как дельцу, в этой больнице разрешили на прогулку выходить. Это мое в этом деле. Мне не надо ничего, кроме холода и белого снега. Это моя пища, моя одежда, мой жилой дом. Я не простуживаюсь, не болею. Что может быть лучше от этого всего. Прошусь в людях, чтобы они мне ничего не давали. Одной воли в природе, быть таким везде и всюду. Я не хочу, чтобы земля меня приглашала к себе за стол, я ею не нуждаюсь. Я хочу, чтобы она опять зацвела разными цветами, и украсила молоком, своей росой, как оно и делалось до этого времени. Мы имеем школу экономики сельского управления в радио. В Москве выступаем, рассказываем про свое местное изделие.

    46. Что я или ты, умное лицо, у нас в хозяйстве сделал. А вот не нашелся ни один наш ученый человек. Взял бы и написал такую научную статью, что будет надо сделать человеку в своей жизни, чтобы между природой и человеком не было грани. Это гарантия, которую имеет каждый человек. Его надо научить, чтобы человек научился быть победителем природы, чтобы он делал то, что его не заставило быть перед другим человеком преступником. Чтобы он не делал себе и другому вредное, и не попадал в тюрьму и больницу. Я думаю, что у нас найдутся такие люди. Дадут согласие такое сделать, чтобы не попадать в эти условия. А мы только пишем про климат и здоровье. А сами не хотим практически учиться на это, чтобы не гореть, а жить.

    47. Нас с вами, как борцов и воинов с землей, земля забирает. Мы не хотим жить. Наша задача одна, надо умереть. Так зачем же мы это все строим, и хотим, чтобы наш человек в этом деле мучился. Мы же с вами  в этом деле что делаем, и что у нас получается? Это же стратегия база коммунизма. Один будет сильный жить, удовлетворяться, а другой бессильный будет гибнуть. Это уже не братство, не равенство нашему человеку в природе. Разве мы за это воевали, чтобы всего было, а жизни не было. Мы же хозяева природы, и экономисты делаемся. Хотим зажить лучше в природе. Разве мы живем плохо.                             

    48. Чего нам не хватает. А не хочется попадать в тюрьму, не хочется ложиться в больницу. А у нас не спрашивается. Раз надо делать операцию, делам. Одному помогаем, другого режем. Это есть естественность, законная смерть, ее развили на себе сами. Иванов говорит. Если вы признаете, что по вашему всему выводу есть смерть между нами, людьми, в природе. А почему ее нет между мною, Ивановым, и природою. Зима в разгаре. Проходят этого года дни, лежит снег белый. Не может быть от него белее и холоднее. Это же снег, мороз. А я же человек, только не думаю, что завтра будет для моего тела весна, теплые, хорошие солнечные дни.

    49. А по нашему ожиданию, уже проходят холода, до 40 градусов морозы. Они должны и здесь быть. Я их не боюсь встречать подготовленным телом. Они для меня не страшный враг. Я умею, как с ним справляться, когда он на меня набросится. Зачем же тогда в природе воздух и вода, да земля. Они же милые мои родные друзья. Если бы не они, я бы давно умер. Надо прочитать «Победа моя». А тогда будете говорить: или есть смерть, или нет. Дорога к этому всему лежит прямая и верная к цели жизни. Что меня спасает  в этом деле, если не природа. А в природе мои заслуги. Я люблю холод, и не ухожу от плохой жизни.

    50. Из плохого получаю хорошее. Что можно сказать мне или вам. Вы этого не сделаете, умрете. Вот ваша и смерть, вами созданная. А где же вы возьмете смерть мне, если ее не видать. Она развита на том человеке, кто ожидает завтра лучшее. А как ты будешь этого ждать и получать, если нам природа не говорит, и не находит нужным нам сказать, что она хочет сделать нам, людям. У нее свои силы в тайне находятся и сильные. Она сможет человека обогатить своим достоинством, и может обидеть на веки веков своей жизни. Она вечно перед нами живет.

    51. Сама себя меняет, и показывает иными видами. Особенно своим делом страшит, особенно зимою холодом. А летом стихией, неурожаем. Возьмет и помешает хозяину своему делу. А у хозяина свое дело, он ничего не знает. Его думка одна – лазь по природе, ищи умом. Найдешь живой факт – делай практически, чтобы у тебя даром земля перед тобою не лежала, и не ждала от тебя благодарности. Земля не просит людей, а вовремя заставляет, чтобы они не спали, а спешили, силою дрались. Это их был фронт.     

    52. Не будешь знать это время, не будешь готовиться к этому делу – ничего не получишь. Охотник никогда не рождался им, его родили люди. Они не знали, что он будет такой забияка. Если бы они знали, что будет с ним дальше, они сами от этого предостерегли. Он оказался отца убийца. Вот поэтому мы с вами неправильно мыслим, и неправильно делаем. В природе есть, идут такие для нас денечки, которыми, бывает время такое, не радуются, а плачут. Но у нас перед всеми есть авось. Мы с вами сегодня хорошо живем. Одеваемся, кушаем, наедаемся досыта, и в доме можем отдыхать. Это наше дело. Если мы с вами пожелаем выйти на двор погулять, подышать чистым воздухом, так мы все делаем.

    53. Это наше такое желание. Не захотим выходить, тоже желание не к жизни, а к отмиранию. Так зачем же тогда рождаться, если у тебя любви нет к жизни. Ты не хочешь жить. Дорога не одна лежит в природе, их для нас две дороги. Одну мы опознали, а другая никем не занятая. Стоит вопрос. Пожили хорошо, а теперь сознательно давайте на себя возьмем плохую не начатую жизнь, которой никто не занимался. Это холодная и плохая для всех независимость. Мы с вами, все до одного человека, такой работой не хотим заниматься. Считаем: это неприемлемо. Не находим нужным делать это дело.       

    54. Мы с вами ввели для этого дела свой физический и умственный труд. Для этого делаем машину. Она своим ремнем крутит привод. Легко приобретаем продукцию. Легко приходится свое время жить. А этого не делать, у нас машины не будет. Кустарно тяжело жить. Нам всем не приходит, такому делу не возвращаемся назад. Мы с вами идем вперед, завоевываем силы для того, чтобы ими хвалиться. Лошадка выхоженная очень хороша, по всему она красивая, как художник ее создал. Так и с нею человек носится. Это его коса деньги стоит. А за деньги жили наши, все умершие старики, их не стало, уже нет их. Родились мы, по их дорожке идем. И хотим сказать, она для нас хорошая. Разве можно родиться, а потом умереть.

    55. Это ненормальность. А вот это есть наша нормальность, которую мы все вводим. Еще не родились в природе, а мы этому вновь рожденному путь-дорогу преподнесли. Одели его, накормили, и на ноги поставили. А потом пихнули в условие. А чтобы научить и подсказать этому человеку, что можно делать, а что нельзя. Мы не подсказали, а учить стали свое дитя умело, чтобы он научился хорошему полководцу, командиру такому, как был Суворов. А его любили, и считались с ним, как с самородком, за его душу к каждому солдату. Он его учил, как будет надо в природе закаляться. А когда солдат закаленный, он в любом  бою завоевывал, чем Суворова слова прославлялись. Он всегда со своими солдатами выигрывал действия.       

    56. Поэтому и требуется нашему трудящемуся, нашему борцу с природой. Она его заставила, чтобы он легко терял в природе свое здоровье. А закалка-тренировка выдвинула на арену суворовские шаги. Прежде чем надо родить человека в его жизни, надо самому подумать, как тебе придется этого вновь рожденного воспитать. А мы с вами его рождаем человеком, кто с первых дней начал себе отыскивать путь-дорожку, по которой должно пройти это дитя. А мы, как родители, помощники в его продолжении. Только мы его не просим, как свое дитя, а взялись за его тело, как будто он другой человек, и понимающий то, что они его заставляют. Это наша с вами родительская ошибка.

    57. Мы человека приучили сами себе, отделывать на бессильного борющегося в природе. Хотим мы, чтобы оно было таким, как это нам самим хочется. Только по-нашему оно не выходит. Мы у него спросились таким его рождать. А потом в процессе заставлять, чтобы оно делало то, что ему тяжело и вредно. Он не наученный переживать недостаток. Видеть его на другом месте, и отрывается от своего. Начинает пользоваться другим незаконно, и на нем провалился, как никогда в природе погорел, за чужое зацепился. Человек не был 20 лет материально нуждающимся, всегда был на иждивении. Это дело чужое дело, нехорошее, от кого-то ждать копейку. Чем мы с вами мешаем этому дитю. По моему выводу, если только мы все согласимся с авторскими выводами.    

    58. Кому мы это все строим. Если мы в этом отходим с колеи, а прибегаем к чему? К негодности. Нас наши деньги не спасают, мы свои силы потеряли в них. А вот оставили дитя. Оно возрастает так, как мы с вами заставлялись. Наше дело одно – родить, и считать своим. Нет, уважаемая наша мать, ты этого дитя не добивайся. Чего ты хочешь от дитя, не получишь. Как вояки одно время проигрывают, так и ты не получишь на своем сыне. Надо матери родной перестроить себя. Дитя рождается тобою для борьбы с природой, он воин, со своим умом он растет для жизни общего дела. А мы с вами его учим для себя. Он чужой человек. У него детство проходит в большом недостатке. 

    59. Вы, отцы, вспомните, как вы тяжело возрастали. Для тебя была надо копейка, чтобы ты ее расходовал, как свою. А ее никто даже не подумал из бюджета отчислить. Мы кому родили человека, кому он понадобится? Нам. Мы такие же самые, как все малые и старые, в душе с сердцем. Для нас жизнь в природе, по нашему определению, одна и одинакова. Мы – на колею, а вы – с нее. Давайте мы хорошо подумаем про самое плохое и тяжелое в жизни. Это надо расставаться с близкими за свое незнание. Мы в этом люди зависимые в природе.

    60. Нам дай, мы ничего не знаем. А природе терпи через наш поступок, он заставил родиться для жизни. А мы взяли, повернули, нашли ему дорогу не на пользу своего здоровья, а на вред мы его пихнули. Вспомните, как вам приходилось завоевывать ваше знание. Как вы от своего близкого друга уходили. Вам было нужно место, вам надо деньги. А наука закалка-тренировка вам не надо. Какие же вы отцы своих сынов, дочерей, что вы не желаете им правду рассказать про нашу природу, которая две стороны имеет: холодное и теплое. Все мы, кроме одного, юг сохраняем. Над пляжем жаркое солнце, где люди им загорают.          

    61. А север – холодная сторона, ее любит Иванов, ему хорошо. Он этому делу Учитель, учит людей. Как хочется это все передать без всякой потери! Надо помочь обиженному, больному, забытому всеми. За это тому человека, кто это сделает. Раньше сулили человеку обузданному через веру Бога рай. А сейчас через созданную базу – коммунизм. Экономика сама не рождается в природе. Ее делает недостаток, в чем каждый человек живет. И выход свой направил для того, чтобы уйти от него. Но природу в этом деле не обдуришь. Она – всему дело. Захочет – наградит, одарит.   

    62. Все свои силы направит, всю свою волю отдаст человеку, и свою независимость, плохую, холодную, привьет. Этого человека в мире не рождалось, чтобы он от этого теплого отказался. Мы умирать не хотим. А живем за счет этого один раз. Поживет, подумает, и впоследствии сдает силы свои, и умирает. Вот чего человек в процессе приобретает смерть. Не хотелось, а пришлось этим закончить всю начатую борьбу с природой. Это все сделала зависимость, которая всем нашла место, и захоронила, как непригодность в жизни.

    63. Что и не оправдало, а помешало своим принуждением. Мы в природе ее тайну не хотим искать, а нашли врага. Он напал на человека. А вот другая дорога, другие совсем мысли об этом говорят. Так делать, как приходилось зависимости. Она проходила на ногах, обутых в хромовых сапогах, да и лыковых лаптях смеялась. А когда шапку и пальто наденет, уже его форма. Чем человек протанцевал, да песни пропел, когда был здоров. А потом к нему пробралась природа.    

    64. И ударила по голове, он умер, жизни человека не стало. На его место пробралась новая независимость со своим практическим делом. Зачем кого-то заставлять. Как любому человеку можно будет испытать, если это надо природе.

    Человек родился, для этого прожил 35 годов, немало дел на белом свете проделал. Все это испытал. Но потом взял, отказался, в этом нашел неправду человеческой жизни. А взялся за правду. Так хорошо, так тепло не захотел свои годы продолжать. А взялся за другое, за то, что и должно быть. 

    65. Я человек. Не думайте, что мне хочется вернуться назад, и попросить у нее милостыни. Я делаю телом своим пахучее, которое от меня не воняет. А раз у человека хорошее получается в жизни, куда его задевать. В лес уходить спрятаться. Я не чемпион мира, кто сделался на одно время герой. А потом горит. От меня этого не дождетесь. Я своим поведением всех приглашаю. Дорога одна, и мест для этого дела хватит. Человеку больному, обиженному, забытому всеми надо помочь. Кто такое качества уберет, если они нам надо. Иванов, это я, криком кричу, отбиваюсь руками, говорю словами.

    66. Вы же люди не такие, как я. За 50 лет кое-кто останется. А то все будете зарыты в землю. В прахе будете ждать. Кого вы там будете ждать, как не меня. Я же на землю пришел недаром в своем теле, приглашал. Никто не дал согласия. Меня назвали за это дело сумасшедшим, и держат в спецбольнице, как убийцу. Где я этих слов набрался, кто мне их дал, как не моя практика, которую я делаю. Это же мне хорошо, холодное и плохое для вас. Разве вы не понимаете, что вы сделали? Бога природы посадили в темницу. Вы читайте библию, ее писал человек, но не в наше время.        

    67. Что бога никто не видел, и не может его никто видеть. А это человек, его в этом заслуги. Так говорится людьми. Бог то бог, но не будь сам плох. Этого Бога разоблачат в белых халатах врачи, они признают, и по всему свету прокричат. Люди узнают и обратят своими мозгами, потребуют его силы. Он тогда скажет всем людям. Разве вы этого времени не ожидали, или вы не слышали. Предки вам говорили. Придет время, от всех времен время. Церкви запустеют, дар Божий отпадет. С востока этот человек придет, кто нам рассказывает. А мы ему не верим. Тогда еще у Господина Иисуса Христа его ученики спрашивали про это время.

    68. Он им говорил. Ни я, ни мать моя, ни все люди об этом деле не знают. Только знает одна высота. Вот вам живой и неумирающий факт время. Его коммунистическая партия родила. Он в одном году обосновался человеком таким, как он оказался сейчас в теле своем, но не в чужом. Разве можно это делать, что делает он? Если только один день пропустит, не выйдет на двор, и не покажет природе свой костюм, у него уже отсталость. Он пропустил то, что вечно между нами проходит. Вы думаете, что мне потребуется ваша одежда, или пища, или жилой дом. Мне ваше, сделанное вами, не надо.

    69. Мне надо возвышенное место бугор, вечно не умирающее, и не меняющаяся цветом эта белая струя. Вы помните, обнаружили след в горах, искали человека. Это я там проходил. Но корреспонденты не согласились со мной, остались. Без меня тяжело будет всем вам. Я вас назову своим словом. Горе, горе, вам будет, книжники, фарисеи, лицемеры. Не хотели меня понять. Кого же вы хотели осудить, фокусника. Я закаленный человек, независимый. Один в природе таков. А вы меня держите, как преступника. Держите, я и сам не убегу. Мне и здесь хорошо. Я ничего не делаю, кроме одного, об этом очень много пишу.

     70. Хочу свое уложить, внедрить, чтобы наши люди рождались не для того, чтобы быть в природе зависимыми. Однобоко, психически делаем, ненормально живем, за деньгами гонимся, уходим от близкого друга. От самого близкого питателя. Это – воздух, вода и земля, с которого все свое оружие сделали. И им сами себя защитили мертвым от них. Между ними и человеком – неодушевленная стена, прослойка, которую сам человек воспринял. И на себе носит, в себя бросает, и в ней живет. Он не верит природе, верит делу. У него надежды к живому нет.

    71. Есть вся заинтересованность покататься, а саночки не хотят возить: тяжело. Так и уходить от природы не надо. По зависимому всему развитию, надо человеку и воздух, и вода, и земля. С этого он делает, и приобретает в деле и одежду, и пищу, и ставит жилой дом. Уважаемые ученые, как же так, наши предки этого не имели. Как же они нас родили, и как мы своих детей рождаем? Не для жизни, а для смерти. Разве вы своим появлением в природу остались довольные за ваш людьми прием. Вы же у них не просили, чтобы они у нас рождались.

    72. Мы, все люди, при условии дитя родили природою. А когда мать услышала твой голос, она испугалась. Она подумала, что тебе холодно. Его встретила пленная жизнь, людьми построенная убивать, ловить, сажать, держать и мучить. По этим следам мы с вами пошли, и стали искать в природе жизнь, и сейчас ищем. А смертью огораживаемся. Что мы с вами делаем? Мы дитя живое своим умением стали заставлять подчиняться, слугой вечно жить. Кому нам хотелось слушаться, чего тебя в твоих шагах заставляли. Вы же так же рождались, как наши пленные дети, рожденные нами.

    73. Вы же не хотите признаться своим детям, что вы их растите для фронта. Его вооружаете, мыслите, чтобы это дитя по вашему уму шло. Но оно видит нашу неправду. Ее хочет изгнать, но на это сил нет. Не рожденные, чтобы детей защитить, чтобы их не готовили в бой, и не гнали на фронт. Мы этому сами виноваты. И дитяти надо делать. Если оно нас не будет слушать, такое дитя бьют, гонят родители. Как и нам, отцам и матерям, приходилось. Мы же все от этого дела зависимые. И нам так хочется хорошо и тепло жить, что нам не дало дальше пользоваться правами.  

    74. Поэтому дразнят меня или тебя, критикуют, якобы мы не умеем жить по-ихнему. А их дело надо делать, и надо в нем ошибаться. Уже, когда ошибемся, назад не вернемся никогда. Как это и делается нами, себя заставляем умирать. Умираем мы, и умирают они. Если бы наши дети, которых мы родили на белый свет. Но не спасли их жизнь, чтобы они не простуживались и не болели. Мы не хотели, чтобы наша история с колеи ушла. Мы этому делу сами создатели. На нас наш недостаток. Мы заболели, болеем, и с этим все умерли.

    75. И умрем мы, дети, и умрете вы, отцы с матерями. Разве это наша история, мы научились умирать. А вот про тайну, про средства для этого не отыскивали, чтобы между нами и природою не было. У нас на это ума не было. Мы боимся жить, у нас с вами робость. Мы думали: дитя закричало – уже оно кончается. Мы скорее на него рубашку. А он успокоился, уснул, как мы были рады. Поднялся, уже не так стал энергично плакать. Мы его стали кормить досыта. Пока хотел, только сосал молоко, и опять в сон. Он не жил, как мы хотели, а частично умирал, подготавливался нами, всеми людьми. Мы его родили, мы его вооружили, и пихнули в жизнь. А не указали ему другую дорогу, совсем не такую, которой мы, все люди, шли.

    76. И один за другим умерли. А почему по Иванову, по независимому, за счет своих сил и воли. Надо будет попробовать, а мы этой дорогой не учились.

    Местность этой земли, хозяин ее подобрал к своей выгоде. Он долго об этом деле думал, и сделал, что захотел. Ему приходилось на этом удобном месте посадить сад, всякие фруктовые деревья. Посадил яблони, посадил груши, посадил сливы, посадил крыжовник. За ним без плодов ухаживал, большое приходилось время, в чем хозяин готовился, и ждал от этого дела прибыль. Он это время видел, ему это снилось прежде времени.

    77. Сад – это богатство человеческих рук. Надо будет  брать лопату, и рыть яму для того, чтобы посадить корень и зарыть надо. А природное дело – плоды давать. Хозяину хотелось, чтобы его молодой выросший сад немало давал плодов и хорошего качества. Не одному любителю попала в рот эта ягода, чтобы скушать и получить удовольствие. Это удовольствие не один хозяин получает за свое сделанное, не один год трудился. А теперь сад своим урожаем заставляет, чтобы он готовился к реализации этих плодов. У хозяина не это одно, как будет эту ягоду умело снять.

    78. И сохранно доставить на место, где ею приходится хвалиться перед каждым потребителем. Я это хозяйство развил по своему физическому труду. У меня свой близкий требуется транспорт. Сколько захочу, столько вложу. Эта продукция, или ягодка, она многих в это время вовлекала. Особенно того человека, кто мимо этого сада проходил, не имеющий этого добра человек. У него на это все разработался свой этот аппетит, а смелости не нашел к этому хозяину руку протянуть. Самоволие не применил, а  все же подумал: хоть бы одну ягодку покушать. Что за вкус был этому добру.  И так его дело не совершилось.

    79. А хозяина дело, в это время связался с людьми, хорошими потребителями. У них деньги, и развили на это добро свой аппетит. Им надо за деньги купить, да как новинку отведать. Хозяина дело одно – эту ягодку доставить в посуде сохранно. За это все не грех никакому человеку уплатить по стоимости деньги. Заслужили хозяйские руки от людей получить эту копейку. А ягодка потребителя вовлекла и красой, и вкусом. А раз ягодка хорошая, то хорошие покупатели. Наш хозяин заслужил внимание от природы, и от своего сада, его труд даром не пропал. Копейка за копеечкой прибавляется, касса растет ежедневно.

    80. А раз у хозяина деньги завелись, у него на это развилось свое желание что-то хорошенькое отстроить. По деньгам всегда планируется, раз деньги в кармане есть. Да еще сад другого урожая стоит. Его руки золотые, по его выводу. Ждет, надо будет что-то у себя для своей любимой семьи память оставить. Чтобы не сказали: был хозяин хороший, умел хозяйничать. Угадал, что сделать на это время этому месту. Повезло мужику, за счет сада обогатился. У него стало хозяйство выделяться наружностью. Хозяин любит перед всеми людьми своим талантом похвалиться. Природа его одарила.       

    81. Он благодарит за это все. Но чтобы самому найти нуждающегося в этом деле, для него эта мода не увенчалась. Он говорит. Всем вам тоже можно было это сделать, что сделал я в жизни своей. Мне повезло, счастье выпало на эту долю. Я стал не бедным человеком. Перед всеми беречь копеечку умел. Даром не раздам я, цену своему труду знаю хорошо. У меня большая скупость, а это большому хозяину не глупость. В своем дворе какой-то дворец, вроде какого-то небывалого купца. У него чего только на арене не появляется. Нужды, чтобы она ему в жизни помешала, он этого дела и не встречал.    

    82. Сад ежегодно плоды дает. А людям эта ягодка надо один раз в году отведать на столе. Мы за это, говорят люди, делаем дело, нам платят за это. Пусть такие люди, как этот хозяин, у нас побольше. Умение делает вокруг нас героя. Он вылезает на гору для того, чтобы про него сказали все люди, которым приходилось ему всему делу позавидовать. Значит, такой человек любитель. Все у него есть к этому саду. Заслуженный мужик хранил себя в этом богатстве. У него дом, он построил. У него все приспособления, снасть, сила есть животная. Что лошади, как лошади. А коров держит недаром, за ними ухаживает, он их кормит.  

    83. А корова его. Словом, такому двору, такому месту. У него на углу своего двора стоит поставленный дом со всей отделкой покрашенный. А в таких высоких стенах чего только ни было сделано. Зря во двор не зайдешь. По цепи ходит собака злая, чужих не любит. Как чуть  что такое, дает хозяину знать. На этот зов хозяин тут как тут. Вооруженный сам себя бережет от всего стихийного случая. Больше верит запорам, крепости своей. А время то не стояло, все двигалось. Жизнь сама менялась в возрасте. Когда был я молод, у меня усталости не было, сам  все это делал трудом. А сейчас это дело выходит наружу, отразилось на теле.    

    84. Стало что-то барахлить свое сердце. А раз сердце нехорошее, больное, что  может быть в жизни хуже от этого дела. Если сердце человека не работает, как следует. Мозг устает, не находит, что думать. И сад у себя свою бодрость меняет. То яблони, груши были молодые, много давали плодов в прибыли. А сейчас не вечно всему это жить. И хозяин не как хозяин, и сад не как сад. Приходится считаться с природою. А до этого дела смотреть не приходилось. Не слышал у себя никаких лишних тревог, все было. Я не видел того, чтобы нет. Только оно появится, у тебя такая потребность. А у тебя в кармане деньги, ты с ними всегда бил по банку.

    85. Оставался в выигрыше. Сад помогал, да и сила была, что и делало хорошее. Никто мне не скажет, что я такой-то сидел, а ему люди работали. Он через них разбогател. Этого у меня не замечалось. А землю, воду и воздух надо не забыть, через них я был одно время человеком видным меж всеми другими людьми. Особенно в наше время мы должны знать не плохого человека в природе. Он был живым фактом миллионером. Даллес секретарь Белого Дома в почете был бороться с природой. Копеечка копеечку прибавляла. А какой он был к советской власти недобродушный. Всю свою жизнь продумал своей головой помешать этому строю. И додумался, и доделал.

    87. Свое дело было кричать на весь мир, на всю природу. Был в политике известен. Но в природе, в воздухе, в воде и земле не заслужил своим здоровьем. Как и садовод со своей мыслью, лез на гору для того, чтобы себя показать. А мы видели многих и завоевателей, дельцов. Разве английский болельщик не заслужил от своего народа благо Черчель. Он не хвалился своей жизнью перед концом своих дней, умер, как и умер Даллес. А вождь американского народа Рузвельт умер, человек тоже не заслужил от природы. И также в социализме одно время господствовала рука Сталина, который был между людьми гений через свой политический в режиме закон.       

    88. Мы же свидетели этого дня, в котором его тело прибралось. Кому не доходило его дело, что он делал над людьми, тот о нем плакал. А кто об этом деле знал, он боялся смерти. Но природа есть природа. Она для этих людей рождает людей мстительных за прошлое. В природе есть хорошее, есть плохое. Зачем мы с вами оторвались от садовника. Если он был человеком таким же вожаком своего дела, но не делал для самого себя быть в природе заслуженным. Ему она все годы давала хороший урожай, он им пользовался до времени своего. Хвалился делом, украшал тело молодое. Бегал быстро, спешил захватить место, и там сделать дело свое, и от него убраться.   

    89. Этим садовод заставил очень многих за собою гнаться. Но чтобы догнать пришлось кому-либо из других, природа не дает. Как оно и не дала дальше возможности этому садоводу продолжать. Как и все светила науки Павлов, Введенский и другие оставили свое начатое место, но не довели его до конца. Природа им в их деле помешала, прислала его день. Это время, которое не стало помогать, чтобы он на это дело трудился. Очередь подошла его, и поделился с жизнью, а ввела ему, как человеку, смерть. Разницы нет между людьми всеми, кто окружил себя своим делом в природе, и стал от него зависимый.

    90. Он без воздуха, воды и земли не человек. Эти три неразличимые друга помешали зависимости. Им уже надоело людей умертвлять, как умерли все. Эти три друга заимели друга теперь, своего близкого родного независимого в этом деле. Он противоположный всему сделанному. Что с этого человека садовода получилось? Да ничего, силы расходовались, он все это сделанное оставил позади, и сам ушел область предания, в вечную жизнь в землю. Разве это хорошо он сделал. Он не смог свое начатое бросить. А в природе дел не начатых очень много. Так что человеку приходится ошибаться.  

    91. Он ошибся тем, что он сделал. А до конца своего не довел, умер. И сад его не вернется таким. Это был миф, по воде удар веслом, так и садовод. Природе не любит чужое и мертвое, гонит с колеи всех, зависимых в ней. А вот независимость сохраняет. Она поручила человеку изучать, понимать о холодном и плохом. Это дело Иванова. Он не садовод, и не предприниматель какой-либо фирмы, или хозяйского дела, как садовод. Или же ученый человек какой-либо науки, также литератор, поэт, художник своих в жизни слов. Он практик, за столом не сидит. И не думает, как мы думаем. Без этого боимся оставаться.

    92. Со своим сердцем лезем на рожон, чтобы у меня было. А у тебя, ты как знаешь.

    Мое развитие известно этой местности, в которую нас привезли на излечение, чтобы мы поправились. Чтобы ты, как больной, этого не делал, за что тебя обвинили. Твои заслуги в природе терпеливые лезут к плохому, холодному. А врачи, весь персонал, не дают, гонят. Говорят: «Ты простудишься, заболеешь, будем мы, как врачи, отвечать, когда помрешь». Мои выводы говорят об одном изменении – между человеком и природой надо поставить поток другой совсем, закаленный в тренировке. Что и требуется человеку его личное здоровье.

    93. Ему не надо так жить, как уже сказано. Прежде чем надо родить нам, людям, человека, надо подумать: для чего ты его родишь? Обманывать, заставлять, этого права никому не давалось. А не сказали сами себе про это дело, что мы с вами делаем. Учимся, получаем дипломы, занимаем место, прилично получаем, живем прекрасно. А про плохую жизнь, про холодную знаем. А чтобы место ее занять, мы боимся свое потерять, а это не найдем, и провалимся на веки веков. Иванов живет 30 лет не так, как живут все люди. Хочет свое найденное для нас холодное, плохое показать. А мы его труды на нем видим.

    94. А вот учиться у него не хотим. Как это так получается, что его нога, на ней прогрессировала нарываемая, воспалительная вещь. Мы свидетели, весь персонал ужасался. А он же от своего дела не отступил. Говорит: это образовался природный враг. Вы же своим поступком мешали моему поступку, чтобы я делал. Помните, как приходили теплые дни нашей природы весенние. Снег уходил, а зелень нарождалась. Как я просился по снежку походить, как мне приходилось с ним расставаться. А вы же меня одевали и обували. Не хотели, чтобы я это делал, что делаю сейчас. Разве природа не такая холодная, не такая плохая, от кого все бегут, уходят от нее. А почему же я приближаюсь к ней близко, соприкасаюсь.

    95. Не боюсь я врага, даю ему отпор сам без всякой помощи. Как это делается всеми. Надо, не надо. А ты должен это делать. Тебе врач говорит – ты, больной, должен слушаться. Это будет легче для тебя. Это Иванов знал, но его умение обслужило умело. Получило свое право выходить по-своему в природе, по независимому. Это будет не теоретическая сторона, а практическая, не хвалебная, а делающая. Хвалиться не надо, надо сделать. А я же сам удалил от ноги врага своими средствами. Я же вас не просил. У вас на это нож. Не по щиколотку, так по колено. Не по колено, так по седалищный таз. У вас это введено. А у меня сила, воля моя. Воздух, вода и земля – самые милые мои родные друзья.

    96. А у них мало науки, или нет, чего практически изучать. В каждой, приходящей на  нашу землю разной атмосфере, которая перед людьми себя меняла. Да с солнышком обогревала нас всех. Как мы своими телами к нему пробираемся. Мы зимней всей причитающейся одежде уже не верим, и не хотим на себе ее таскать, она тяжелая. Уже мы с вами переключились на летнюю пору. Она с нами встретилась не так, как мы с вами встретились с холодными морозными днями. В них не так легко приходится жить. Не надо бы лишнее надевать, а тебя условие природное заставляет. Ты же от этого зависим.                    

    97. Для тебя потребовалось не то, что от тебя попросила весна. В ней каждый листочек заставляет себя жить, и развиваться со цветками. Это только говорится, и смотрится, как на маленький в аромате цветок. Он к себе тянет разную живую пчелку, которая заставляет себя трудиться. Она собирает жидкость в себя, и по дороге делает настоящий мед. Чем ее, как полноценность, стража своя впускает для того, чтобы мед в это теплое время для семьи прибавлялся. За это вся эта семья борется, и делает для себя запас. А люди со своей сумкой через плечо. Со своей силой ведет запрягать лошадку в драги. В хомут, в седелки, в оглобли да в дугу заводится. И берется на гужи и сухонь. 

    98. Для быка ярмо положили. А у птиц другое. У них снег с земли, она берется за дом, свое гнездышко делать. Уже она раскрыла свою потребность в этом. Это только человек, ему надо площадь земли, да еще чтобы она была вспаханная под зиму под снег. Земля черноземная выдержанная любит всегда человеческий хороший труд, с хорошим инструментом. Она не хочет зернышка как зря принимать в себя, чтобы оно пропало. Земля учит всех людей над нею очень много ухаживать, чтобы получилась из пахоты из дерна грядка пушистая. И не глубоко сажать, лишь бы в сырое для быстрого появления в природу к воздуху, кто начнет это все уговаривать, давать рост всему с водою вместе.   

    99. У людей дело одно – по развитию надо будет спешить, а делать тем больше. Какая бы ни была построена техника, и кто бы землю ни пахал, без воздуха и воды не ущипнешь. Земля, как источник, кто каждый корешок любого колоса держит. А воздух сохраняет, вода поливает, чем зеленая сторона удовлетворяется. Все будет, и зерно хорошее, к этому сила самая лучшая, агрономия. А когда не будет Воздуха, воды, сама земля без них нам ничего не уродит. Мы с вами приучили сами себя ежегодно получать от природы хороший урожай. Мы люди, мы больше ничего не знаем. Родила нас с вами для этого дела, чтобы мы ежегодно заставляли тебя быть обработанной, засеянной. 

    100. Людям надо зернышка. А мы его собираем по одному в общие закрома со всех сторон наших людей. Они эту работу выдумали, без которой жить не могут. Людям зима ничего не дает, только отбирает от людей имеющееся. Зиму все сидят по хатам, в  своих постелях лежат. А сами лазят по земле. И думают, что на эту землю приходится угадать посеять, чтобы взять больше да лучше.  Человек эту проблему обдумывает ежеминутно, по дороге это все в природе находит. Ему, как хозяину, само подсказывает, что на вот этой подобранной земле знающей, что эта земля без урожая не обходится. Только ей надо руки человеческие, ум его, об этом всем мыслить, и не забывать про это все.

    101. В природе не одно это может дать человеку богатство. Он сеет больше пшеницу, которая имеет на любом рынке ценность. За нее все люди воюют. Особенно за ту землю, за тех людей, где родят много зерна. Она в истории кормит людей, без чего люди не остаются. А все к этому берегу гребутся, там появилось много рыбы. А за нею охотятся люди, ловят, с нее делают консервы. Словом, кормят себя. А зима холодная говорит. Для чего ты живешь, и что ты делаешь? Я снег сыплю для твоих ног, чтобы они у себя не имели никакого заболевания.

    102. А то, как только что такое, уже ноги непригодные ходить, подламываются, поясница болит. Природа – не фунт изюма поедать. В природе есть все, за твое хорошее она про тебя не забудет. Но когда ты делаешь в ней плохое, то тебе, как светилу, не станет легче. Умрешь, как умер Курашов. Он был для министерства и для врачей хороший человек, беспокоился. Сделал добавку зарплаты, улучшил положение медицинскому персоналу. Он был отец всей медицины, доктор. А как он считался с делом Иванова, кто вносил предложение по части излечивания рака. А он гнал от себя Иванова.

    103. В 1951 году Иванова, как политика, прибрали к рукам. Это была политика Сталина. Иванов боролся за здоровье, а ему пришили 58-10, через что Сталин издох. А вот в 1964 году был посаженный за договоренность с министерством здравоохранения. По части излечения рака взяли, как больного изолировали. Умер в этом Курашов. Меня за мое к людям не надо беспокоить. Я сам защитник и спаситель вновь рожденного человека. Я мечтатель не о смерти, как это делается нами всеми. Мы воюем с природой. Между нами и природой лежит фронт. Мы по ней стреляем огнестрельным, а она нас валяет с ног. Мы не люди к ней, а нехорошие деятели в жизни, за что от природы и получаем.

    104. Где вы слышали, или видели, если родилось в жизни полезное, чтобы оно совершилось. Как это думается тому человеку, кто это делает. Вы видели Иванова где-либо, чтобы он на своих ногах не стоял, а сидел да думал. У него силы все делаются в быстроте своего здорового сердца. Он начал это дело, ему приходится заканчивать. Свое поставить, а другое непригодное убрать. Иванов так говорит давно всем. Эта зима в этом году себя заканчивает, уходит с колеи жизни. Какая придет зима, то есть дни какие настанут в 1966 году. Они к нам идут небывало с силою своею. Не хотели, чтобы мы, люди, у себя продолжали то, чем мы занимались. Время пришло к жизни, чтобы жить в природе.

    105. Мы с вами простояли в очереди. Дождались в этом году своего дня, и в нем умерли. Разве это наше время, или наша природа, что нас одно время породило. А вот сейчас от нас силы отобрало. Она ведь нас с  вами не звала на эту дорогу, и не хотела, чтобы мы с вами по ней пошли. Мы своим поступком испугались природы, ее посчитали плохой, и стали искать лучшее. Послушали другого родившегося человека, кто пришел на помощь первому. И вдвоем стали отыскивать для себя свой выход в жизни, чтобы другой дорогой пойти. Да попробовать, как будет надо, чтобы попользоваться правами в природе, чтобы что-то делать.

    106. И нашли свою дорогу зависимую, и стали для себя делать. Думали, лучше. А оказалось, хуже. Мы у нее, как у природы со своим временем, не угадали. А для самих стали делать. Нас природа за это не похвалила. На смену нас, нарушителей, другого подослала человека вновь рожденного. Мы привыкли его заставлять. А чтобы просить, у нас это не зарождалось. Мы этим в природе проиграли. Наша грубость капризная заставила во всем проигрывать. Мы, все люди всех национальностей, рождены для этого, чтобы с природой бороться. И делать то, чего приходится получить от нее вредное.

    107. Мы, все люди, с оружием в руках разрешили у другого человека отобрать. Это нас заставила наша с вами развитая зависимость. Она учит человека быть от другого умным человеком, то есть быть над всеми подчиненными командиром. Пока мы это право в природе не завоевали, и не брали себя в руки. Мы сознательности не имеем. Наше дело – дай, и все. Мы с вами ничего не понимаем. Хорошо знаем время, за ним гонимся. Хотим догнать, а оно меняет свою форму. Хочется, и крепко хочется, чтобы в природе было тепло и хорошо. Мы этому теплому и хорошему не доверяемся, а делаем у себя собственную самозащиту.         

    108. Мы пока ей верим, и на нее надеемся. Один перед другим ее приобретаем формой и чином. Показываем, что у меня в руках есть оружие, я умею им владеть. Оно мне в любом бою помогает. Мы так с вами в природе делаем. Сегодня ты – меня, а завтра я – тебя. Наш с вами уход, нехотение наше с вами о другом человеке, обиженном, незнаемом в жизни. Мы не хотим знать, как он живет, и что ему надо в такой отстающей жизни. Мы привыкли жить сами, и таить от других, чтобы другие люди об этом деле не знали. Поэтому наш в этом деле весь созданный проигрыш.

    109. Вот тогда мы будем выигрывать, когда мы в своем отечестве поделаемся такими. Не ждали, пока на нас они нападут. А в своем хорошее дело перед всеми поставили. И огородили сами себя этим, чтобы у нас не было между людьми погони за хорошим. Живешь хорошо – учи другого жить хорошо. Знаешь соседа – иди к нему с хорошим мнением, но не с плохим. Будешь гостем хорошим. А мы, сильные, на бессильного напали. И у него свое приобретение отобрали, присвоили к себе это чужое другое. А природа человека у себя не делит, она не дает одному, а награждает всех. Только мы этого сами не захотели знать. Особенно наша индивидуальная собственность.

    110. Своя введенная, или даденная предками фамилия – это наша кличка, а не жизненный вопрос в жизни. Разве природу можно было человеку менять. Разве человек природу родил, что ему приходилось продавать ее и покупать. Это уже самоволие частной присвоенной на месте собственности, которая сделала с человека хозяина. Он стал распоряжаться, как своим добром, направо и налево швырять. И не стал никого, кроме себя. Вся была надежда та то, что он должен неумирающий своего места быть. Он не чувствовал, что это все у него делалось природой. Она ему меняла в его шагах по земле форму.        

    111. Он не смог про это забывать, что его люди – отцы, матери, и старые все начальные люди – не так были огорожены. А раз их окружал недостаток, то что можно было сказать про это дело, которое тогда нельзя в природе получить. Мы были неумелые, наши руки этого не сумели делать. Вот поэтому мы жили не так, как живем сейчас. Не было, от кого уходить. Начинали это развивать бедно. Даже у себя по земле друг к другу не было следов. И ни от кого мы не смогли услышать свои сегодняшние новости, и было некому создавать.

    112. Такое время по земле проходило. Человек жил очень много времени в одиночестве. Не знал так природу, и не заставлял своим умением, своей любовью, чтобы природа ему, как человеку, дала право от нее получать. Он в природе не был таким человеком, как он сделался сейчас. У него тогда собственности не было. Он с природой не боролся и не воевал. У него была независимость. Он не смог на себя одевать никакой одежды. И не имел перед собою никакой пищи. А дома никакого. А жил тогда, ему хозяйничать не приходилось. Его дело было другом быть.

    113. И тогда друзья были близкие родные и незабываемые милые в природе – воздух, вода и земля. А потом уже в процессе это все сделалось. Человек с человеком повстречался, и нашел свой язык по-своему рассуждать. Один говорил свое, а другой преподносил другое. До того они двое дожились, пока на смену своего тела сделали маленького энергичного живого человека, кто уже сам мечтал о своей жизни, и своем удовлетворении. Первый человек. И сейчас родители бывают рады вновь рожденному своему дитю.     

    114. А тогда тем больше были рады его находчивости, что он приобретал. У него уже развивалась под руками и ногами природа со своим добром. Человек от человека услышал голос, увидел человека след. Стал к нему приходить, стал у него учиться, как быть дальше. Раньше до их появления смерти не было, была одна жизнь. Это все сделал человек. Я тоже вам точно не скажу. Это мои мудрые предложения, кроме (этого) не может быть ничего. Фронт делался людьми в природе. Человек начал сам делать, что он получал.

    115. Мы не умели так умирать, как нас с цветами хоронят коллективом, как своего меж нами в природе заслуженного начальника. Он нас заставлял, он нами распоряжался, как собою. Он этого дела не избежал. Это наш человек, которого мы с вами родили не в плохие времена. Он же родился так, как все добрые и плохие люди, но его не научил процесс в это деле быть между нами, всеми людьми. Он не той совсем дорогой пошел, и сам себя не заставил учить, как другие, одни из всех любители своего какого-либо дела. Оно его заинтересовало быть на нашей земле любым специалистом.

    116. Разве теперь этого права нашему человеку нельзя получить. Этакие двери всем открытые в любое время. Ваша к этому любовь. Знаете, как муж со своей женой живут. Когда меж ними проходит такая хорошая и мирная договоренность. У них даже и слова за нее радуются и говорят. А как со стороны на это можно смотреть, свои слова плохие не скажешь. Всегда будешь на их стороне, надо учиться и учиться. А вот мы многие такие же самые люди, так все делали, когда сходились. Как будто и с порожними ведрами не переходил дорогу. А вот старые люди этим не умолкающие людям, нехорошо живущим сами с собою, так свой совет дают.

    117. Ему или ей надо будет присматриваться к тем людям, к той парочке, которые один без другого никогда не станут что-либо хорошее делать. Так это без всяких своих любимых слов, которые их одно время  заставят друг другу хорошенько продумано свои руки протянуть. Хотя и мужу жену поцеловать. Какие бы мы ни были людьми, мы же люди, принадлежим народу новому социалистическому, кто должен знать это время перед человеком новое. Мы не рождаем своего маленького человека так, и не бросаем его на произвол, чтобы он без родительских глаз все это так делал. На это мы всю силу кладем на воспитание дитя.

    118. Как хочется сказать матери и отцу: лучше не рождайте в природе этого человека. И не заставляйте же его так, как он между нами и природою на свои ножки становился. И хотел окрепнуть на них, чтобы был похож на нашего первоклассника, которому приходилось идти в люди со своей одеждой, со своей пищей из своего дома, через порог ступал. Обратись, посмотри на это все, хорошо помысли перед этим всем. И другому такому своему по возрасту скажи: все ли мы, первого класса ребята, одинаково провожались в школу? Мы идем с радостью, нас заставила наша дорога, чтобы мы учились.

    119. Но мы все разно огорожены материально. Кому я нужен? Кому я надо? Говорит один самый боевой в этой жизни всем нам. Если я выросту до своего времени и выучусь, я же никогда не брошу свое место, в котором мне за это будут платить. Уже я буду тоже, как и все сделались мужчины. У меня дети будут. Я за это никогда не забуду свое родное дитя, чтобы оставить без этого всего, что ему надо. Я его родил, и его должен обеспечить. Я его отец родной. Не хочу, чтобы он другим эти слова говорил, как живут, есть другие дети.

    120. Зачем они мне. Мое место заслуживает быть таким человеком, на кого можно сказать, как на отца, удовлетворенного материальностью. Я уже про это не забуду. Хоть и трудно мне приходилось в нашем народе учиться, а диплом получил. Я инженер, могу теперь хвалиться отцом. И думаю, что мое дитя будет мною удовлетворено навсегда. Этот отец своим местом ошибся. Диплом получил, ему доверили коллектив. Он забыл сам себе дальше учиться. У меня достаточно теории, я окружен коллективом. У меня дети и моих подчиненных. Я знаю, что они не удовлетворены так, как мои, но я молчу.

    121. Не хочу у них, как отцов, спросить: все ли дети так обеспечены, как я своих детей по-своему материально воспитал? Он не узнал своим желанием огородить дитя. Ему хотелось, чтобы его дитя лучше от другого воспитывалось. Но он просчитался этим. Только беспокоился о своем дитю. Зачем ему надо другие. Он растил своего, уклад свой делал у своего дитя. Но не угадал, просчитался своим учением. Думал одно, а получилось  другое. По его дорожке его сын не пошел, дочь не пошла. У детей родилась правда пропустить к учению другого, но не себя. А я останусь, у меня было чужое воспитание, не такое, как у других недостаточное. Мой отец не по-своему меня возрастал. Он думал, лучше делает, что меня так баловал.        

    122. То есть кормил, поил, одевал, и укладывал спать. Это все мне не помогало, а баловало. Мне в голову так не шло, как шло всем другим. Я взялся за неподчинение своим родителям. Не хочу быть подчиненным так, как моему отцу все подчиняются. И плохо своих детей растят. Они дерутся за прежнее место, как дрался мой родной отец. Он хотел, чтобы его дети были такими, как он думал. Но природа не глупая прислать в деревню плохого сапожника, чтобы нам всем он шил хорошо сапоги. Этого нельзя будет сделать, какой будет товар, и кто его будет носить, и как носить, и где будет его снашивать. Здесь не виноват сапожник, виноваты мы. Лезем, не просим, пожалуйста, чтобы он сшил хорошо этот сапог. А говорим цену. Берешь, я плачу не за плохой пошив сапог, а за хороший.

    123. Но опять же, это не станок, который выдавливает любую какую-либо вещь для того, чтобы этому станку сказать. Он молодец выпускать продукцию одинаково. А это приказание и требовательность большая в этом деле. Человек, он жаден на деньги, и за ними гонится. Ему наука новая небывалая на человеке не надо. Он пускает свою разведку в природу. То, чего мы с вами не имели, хотим от него уйти. У нас теперь сделанное оружие, с которым мы пробираемся, достигаем своей цели. А вот как был между нами с природой враг наше незнание, так оно и осталось на нас. Мы с вами не знаем, что с нами будет сегодня в природе. Всю свою холодную зиму прокрутились на своем дворе при своем месте. Знали хату, ее топили, чтобы тепло было. Да готовили, что покушать. Выбирали, что получше. На улицу выходили в праздник.

    124. Про свою неделю, как про берлог, рассказал, что он в нем хорошего сделал, и каким стал. Раньше были введены меж собою кулачки. А они проводились в свободные дни мясоеда на рождественских святках. Старые малые ничего не делали, кроме одних кулачек. Как любители своих кулаков да боков лица поразбивают, как только попадется хорошему битку ударить. Начинают дети сначала, а кончают старики бородачи. Все село сходится на эту битву смотреть, как же наши чужих. Как в своей деревне улица на улицу бьется. У нас были три улицы. На одну улицу две улицы бились. Две улицы Рашки занимали, а одну Хонтеи защищали.

    125. Между собою росла в этом любительская схватка. Кто не умел биться из молодых ребят, его девушки не любили. А кто бился, тот всегда заводил, и был крепко избит. Люди в этом имели свой предковый отдых, и здесь показывали свою силу. Говорят, договариваются, вызывают, друг на дружку посматривают, кто же с какой стороны сегодня пришел, и какую личность привел. Всегда сила чувствующая требовала, у нее чесались кулаки. Но знать не приходилось, кто на сегодня будет биться, и на кого надо будет кидаться, само дело покажет. В разгаре боя люди на людей кучею кидались, они же от этого отбивались.

    126. Это все проходило без всякой замены. Пришел сюда, есть желание – кидайся, бей кого попало. Но смотри, сам не прозевай. На что, на что. А на это лишь бы твой был бок, или твое органическое тело, которое не так бьется, как кричит. Давайте, братья, биться. И пошел один другого. Сначала вьются вьюны дети. А потом  дети уходят в отставку, замена всех взрослых. У них свои люди собираются весь год напролет. Это время ждет, и свои силы на себе хочет показать, чтобы о нем прошла речь по всей деревне, кто же биток на кулаки биться. А раз человек на факте показал, его уже другие боятся.

    127. А когда пришел биток, то на него группируется особенная договоренная куча людей, чтобы этого битка впереди сбить. А тогда они считают: наша их погонит. Хитрость узкому месту, поддается большинство, уходит. А сила наших дружных ребят бережет. На эту развитую историю ни один живущий человек не должен считать себя обиженным. Их предковая меж собою привычка кричать криком: «Давай, рашки. Давай хонтеи». А сами не хотят, боятся. Но сама обстановка забияк русских – ни от кого не отступать. Мы же все здесь посажены во время завоевания, нас царь сюда посадил. Мы эту местность заселили.

    128. По этим балкам стоит крупный дубовый лес. Волки выходили на бугор, и выли по-своему. Наше дело было такое. Друг от друга мы отгораживались. И делали себе избу, которая хранила от всякого бедствия в природе. Мы для своего села получили кругом свою наделенную землю для того, чтобы здесь жить, и ее обрабатывать. Сюда без ничего семьи маленькие не выезжали. Выезжали мужики, чтобы показать свою силу, что мы можем продолжать свою жизнь за счет того, что мы сделали в течении года. Наши люди – это агрономы земли, наши люди строители своего дома. 

    129. У наших людей есть все, что хочешь. Сами лично кустари и одежду делать, и пищу приобретать, и создавать дом. Мы сюда не приехали милостыни ждать от природы, а трудиться на земле. У нас для нашего села в Ореховке 7000 десятин на 700 хозяев. Достаточно есть, на чем трудиться. Есть, в чем учиться. Все делалось физически. Сам собою все делал, другой ему был не нужен. Получи свое, и делай, как хочешь. Индивидуальность старого характера в людях проводилась. Только из-за того жили, что нам год времени приносил. Мы в этом деле сидим на своих местах, но проходящее время никогда не забывали. Встречаем радостно, а провожаем плачем.

    130. Так нас природа учит, и в дальнейшем оставляет свои дни, чтобы мы их будние знали, и каждый праздник был на учете. Мы люди, да еще не здешней местности, а с севера. Мы сюда систему притащили. У нас там правда. Можно сказать, на много разница. Приходит к нам земля, а мы там ее не на вольной земле встречаем. Нам был дорог этот кусочек, который давался по закону. И ждали мы не так, как сейчас мы ждем. Надо будет поспешить это зернышко вбросить в подготовленную твою земельку. А она по жребию тебе досталась. Ты ее под зиму по погоде глубоко вспахал, она солнцем осенним пропиталась. А дождь по ней лил, сколько хотел.        

    131. Это природа, она нас недаром на этом месте посадила, и заставила нас всех с землей не делиться. Мы, все люди этой местности, так заучили. Как только солнышко скроется за наш западный бугор, уже мы готовы встретиться с наступающей ночью. Время пробовать, уже готовые. Управились со своей скотиной, дали им корма, пусть ждут утра. Как мы с вами все это дело делали, без чего не оставались обиженные в природе. Нашего дедушки семью со своим развитием дразнили все односельчане, если касались в разговорах. И это надо миру написать, чтобы у них остались наши предки. Как и вам было известно, слова наши Нестерята, возле кого жил мужик со своей небольшой семьей, которая удовлетворялась кустарно простым трудом.

    132. Семья была с трех человек, сын женатый с невесткой. Одна была лошадка, коровы не содержать. Если была свинка, но не каждый год. Жили надеждой от Бога. Богу молились крепко. По рассказам всех наших старожилов, будет большое наказание за наш деланный грех. А мы его делали. Хоть на худо, надо приобрести хлеба на эту семью 30 пудов. Это надо обработать целую десятину земли. А она у них не под боком, ее надо притянуть к себе. А она, как источник всей нашей жизни, сама тянет этого Сычева Корнея со своим сыном Егоркой. На одной лошадке вдвоем надо быстрее справиться со своим паем.           

    133. Не один раз к нему надо приехать, и там надо сделать то, что требовалось для урожая. Не надо так нам жить. Особенно теперь мы с вами не живем. А этот человек с сыном жил, имел свое гумно, на котором мало было привезенного урожая. А возить надо арбу, как это делалось хлеборобами таврийцами парой лошадей. Земля вот в головах. А Корнею за 10 верст досталась пайка, к ней за час не доберешься. А надо ехать, до солнышка вставать, чтобы развязать со своего мешка. Да посеять, волочить, как это следует. А потом дождаться урожая не плохого, а хорошего. И на это надо подумать. Приедешь на загон на свою пайку.

    134. А она не уродила, дождик вовремя не прошел, а земля не навозная. Сеем, большинство вся надежда на бога, а мы грешные. Что же делала эта семья в своей жизни, которая заставила одно время мучиться. Надо же скосить, если уродило, надо и привезти, смолотить, и повеять. Все делали наши трудовые руки, одна была надежда на них. Земля ждала силу. Как вот наши Лисеевы жили, отец с сыном, Севастьян с Иваном. У Ивана дети взрослые, у них две пары волов, пара лошадей. Да и к тому церковь не оставляла, делала маленький копеечный доход. Они были в почете.

    135. За стол большой садиться, и было, что кушать, как полагается. У семьи большой можно жить, у отца разумного работать надо, но на иждивении сидеть не надо. Ни один отец своего сына не доводил до ума. Так же, как этот инженер на свои приобретенные деньги думал ум своему сыну вставить. Нет, без природы не обойдешься. Если ее не попросишь, как мать свою, и не поклонишься головкой ей, она тебе ничего не даст. У нее вся сила все сделать. Посадила нас на это место, уложила спать. Мы спим, и просыпаем все свое царство, которое было до этого, и оно есть сейчас. Мы напрасно вооружаемся, напрасно воюем с природой.

    136. Своей силой заставляем, чтобы она нам, этим людям, свои качества давала для того, чтобы одно время пожить, а в другое умереть. Природа этим делом не радуется, и не хочет, чтобы мы с вами ложились из-за этого всего в землю. Мы вечно не будем лежать в могиле. Мы с вами должны добиться от природы одного, и одинакового в жизни, что нам предлагает Иванов. Иванов говорит нам всем. Мы же, люди, должны понять, что это наше все не спасение то, что мы с вами сделали, и сейчас хвалимся перед всеми.

    137. Мы с вами напрасно поем и танцуем. Говорим: это правда, что мы являемся природы хозяева. Мы же с вами, все люди, бедные тем, что мы ничего в природе хорошего не знаем. Разве это для нас хорошее, это машина, или оружие, в чем мы находимся. Мы же с вами делаем дело, в котором ошибаемся, на веки веков уходим с вами с белого света с жизни, которая нас заставила все делать, что нам вредно. Мы с вами должны от этого всего отказаться, и взяться за самое плохое дело и холодное время, от которого мы уходим.

    138. У нас с вами есть сознание, его надо повернуть в другую сторону. Не весну радостно с оружием в руках дожидаться, теплые наши дни, которых мы с вами не видали и не ждали. Мы с вами только всю зиму готовились, вооружались, делали то дело, которое нам надо в нашей жизни. Это хорошо будет тому, кто останется со своим здоровьем. Он с оружием в руках выедет на фронт в природу. И начнет также своим умением по природе умом стрелять. Думать да делать то, что будет надо.

    139. Мы с вами умы, не знаем уже, что сделать для самих себя. Особенно требует наше сельское хозяйство для обработки и уборки нашего урожая. Кто нам со всех полей  приносит золото, тонны зерна. Мы с вами хотим добиться через свои руки и свой ум получить в помощь то, чего мы еще для человека в его труде не получали. Наше дело – надо будет учиться и учиться, и учится, чтобы научиться такой теории, которая бы заставила всех нас научить, чтобы мы ничего не делали, а все у нас было. У нас есть, но у нас мало.

    140. Площади не хватает, дорог нет. Руки есть, и ноги носят, но ума нет, чтобы додуматься хоть один денечек приостановить это все движение, и употребление. У самого себя все это сознательно сделать, что получится. Мы же не хотим и не делаем. Сколько от матери ни бери своей жалости жалеть свое дитя, все равно она перервется, и не будет его. Мать твоя потеряет здоровье, и ее больше не будет. А как вы думаете про нашу природу, она у нас для жизни нашей бесконечная? У нее силы не для того, чтобы мы были здоровые для того, чтобы ее качества уничтожать.

    141. Надо нам всем взяться за другую совсем непонятную и нехорошую дорогу, и также за холодную дорогу взяться. Довольно надеяться нам всем на авось. Будет хорошо – мы с вами будем хорошо жить. Будет плохо – мы от этого не уйдем. Для хорошего у нас есть отдельные дни. А вот для плохого, мы бы с вами их и не хотели, чтобы они приходили к нам. Они без нашего ума и дела нашего сами идут, и налезают на наши тела. Мы, все люди, от этого не гарантированные. Сможем меняться то в хорошую здоровую сторону, то в плохую.

    142. Это все делала, делает природа. Все мы как один человек думаем и хотим, чтобы наше дитя родилось покойное и умное. Но подумали ли мы с вами о том, что это не мы с вами лично рождаем человека. Наше дело – семечко заложить. Оно делается в процессе, одно время находится в чреве матери, которую бережет природа. А потом его обмывает водой, а воздухом, он работает на земле жизнью. Мы испугались его непонятного крика. Подумали, что ему будет холодно. С первого дня с первой минуты стали делать теплое и хорошее. Иванов говорит нам. 35 лет одевался, обувался, сверху на голове носил шапку. Спросите у любого человека, зачем это он делает, это все носит?

    143. Я тоже так же, как и все, не знал. А когда начал трудиться на это дело, и учиться в природе практически, у меня получилось недоверие к этому всему. Стал искать в природе выход. Сначала думать начал, мечтать об этом всем, что делается людьми. Они же на эту землю сели. Стали понимать дни, к ним за время готовиться, которые на землю приходили и уходили. Для этого родился в этой местности человек. Он так же, как все, поднимался на свои ноги, и делался в природе зависимый человек. Ему так же, как и всем, приходил и уходил первый день начального своего года. Это было в этой местности 20 февраля, когда приходилось стать на свои ноги, и сделаться настоящим человеком.

    144. Кем можно было распоряжаться, как достигшим возраста. Все это делалось человеком до тех пор, пока не встретилась мысль такая. Почему это все у человека есть все, что он в природе приобрел. А вот нет у него сил воли сказать про себя: я ведь никогда не заболею и не простужусь. Такой гарантии пока наши люди не имели и не имеют. Им надо ежегодно с природой воевать, от нее ее качества отбирать, свои восстанавливать. Как это все время делалось, и делается в природе людьми в нашей деревне. Без земли, и на ней производимого труда у человека ничего не получается.                    

    145. А земля своя лежала не обработанная под выпасом. А сами у пана в скупщину брали и сеяли хлеб. У самих хлеба не хватало, шли, занимали, а потом богачу отрабатывали. Хлебопашеством занимались, но ездили на затеи, у хозяев нанимались и косили за деньги. Это у взрослых происходило. А вот этого ни у каких людей не было. Это только получалось в своей жизни сменить свою мысль. Все люди думают завтра встретиться в природе, как никогда не было, таким, как может быть. Особенно таким выделенным, как можно сделаться таким человеком, как сделался в природе Иванов. Где он таких сил, такую волю приобрел, что он делает. Один может, а все не умеют. Они умеют, но не хотят, и боятся делать.

    146. Это в жизни не делали. Лучше умереть в пальто, чем умирать без пальто.

    А вот этому человеку независимому одному из всех. Он взялся за это, от всего имеющегося отказаться. Этого мало, что на себе нет того, что всю жизнь свою надевалось. Природа помогла, и этому научила, чтобы человек не доверялся идущему времени. Оно никогда не бывалое. Особенно снег ложится на землю. Он не говорит, и никто об этом не знает. Но снег такой же самый, как он до этого приходил тихо и холодно. Уже человек к нему, сам не защитившись, не придет, и не станет с ним наравне быть. Снег заставляет перестраиваться.

    147. К нему человек делается не таким, как он был все время, ходил и верил хорошему теплу. Ему не требовалась никакая лишняя для тела одежда. Он смог оставаться в одной тельной рубашке. Его это заставила природа, он ее боится. Она сможет тело человека свернуть в бараний рог. У нее на это есть силы свои  естественные, от которых сталь ржавеет. А человеку своими индивидуальными силами, он только сможет себя обогащать. Ему мало этого, что он приобрел. И его бережет, всегда думает, чтобы за счет этого времени прожить. Это его в этом деле большая ошибка. Не такие люди в истории себя показывали. Если знаешь ее, то проследи ее, и скажи, как они впоследствии сами себя оставляли позади за их одно хорошее.

    148. У них была мысль, которая их заставляла иметь у себя одно время силу, даденную природой, которая охранила человека своим делом. Он физически и теоретически сам себя заставил быть в природе богатырем, или командиром какого-либо производства, или командиром полководцем. Или профессор науки медицинской, которая была тогда окружена, и сейчас они окружены своим незнанием. Человек, зависимый от природы, борец и воин в природе. Сам природа, и природу хочет снять с пути. Особенно человеческая мысль, которая заставляет человека.

    149. Прежде чем идти в природу, он свою мысль пускает в ход для того, чтобы в свою пользу завоевать. Ни один человек не хочет проигрывать, и свою низость представить. Просит человек богатырского звания, или профессор будет просить, чтобы его подчиненный послушался, и дал свое личное согласие, которое никогда не пойдет на плохое.

    Это все создало партию, она в государстве сменила свою форму, через которую этот человек стал действовать в пути своего здоровья. У нее оказался теоретический человек, который заставил все человечество обратить свое внимание на то, чтобы человек был таким, как он никогда не был.

    150. Таким со стороны политики и экономики, которая заставила человека в природе делать еще больше, чем он когда-то делал. Партия не старая дорога для человека, чтобы он в ней не жил. Партия – новая дорога для того, чтобы человек со своим здоровьем жил. Она с колеи старого человека прогоняет, не хочет, чтобы ее воспитание на ветер пропадало. Мы, люди, не ищем этого в природе, чтобы одни хорошо и тепло огораживались, а другие жили плохо и холодно. Это не партия делает у себя. А те люди это сделали, кто не захотел в природе жить. Он не знал врага, какой он есть. У партии чужого нет, все есть природное человеческое. Раз надо жить в природе всем, значит, надо всем родившимся жить одинаково.

    151. Не воевать одному на фронте, и не командовать. А надо людям рассказать свою правду, которая вечно с человеком жила. А сейчас от него закалку-тренировку, науку всего народа, изолировали отдельные люди. Говорит нам такой человек, кто борется за здоровье всего мира. Он не идет и не хвалится природным богатством. Он показывает живое энергичное бронзовое не умирающее нигде никогда такое закаленное тело. Так что правда его. Он с партией идет для нашего обиженного человека, забытого всеми, больного.

    152. И своими силами его желание поднимает. У независимости своего места, как у партии, нет. Чтобы сказать, это я сделал, и должен одно время пользоваться, а все не смогут. Это не партия. Партия ни от кого не уходит. Она всех людей просит, чтобы мы с вами закаливались, и делались в природе такими, как сделался я, Иванов. Мои заслуги, это партия. Она не за богатство заступается, сделанное нами. Она говорит нам, всем людям: надо здоровье. А мы с вами, все люди, живущие в природе, не поддерживаем Иванова. Говорим: «Он у нас ненормальный, что так ходит». Это его обоснованная, проверенная, испытанная на самом себе наука, от которой и партия не откажется, как от человека.           

    153. Сознательно это делать, что у себя развил Иванов. Он неумирающий со своим телом, со своим здоровьем, со своей любовью к жизни. А в жизни в природе в людях и партия. А с партией Иванов шагает не для смерти, а для жизни вечно жить. Вот что нам партия подарком всем людям преподнесла. Человека, меня, одного Иванова научила, выходила такое сердце, с которым  приходится жить вечно. Если природа своими свойственными силами не влияет этому телу, что может быть от этого лучше. Это уже есть продолжение жизни. А за продолжение и партия.

    154. Сама себе не откажет. Она живая, а не мертвая. Вечно жила, и живет с нами всеми одинаково, как живет Иванов. Он хочет, чтобы все такими поделались для того, чтобы тайну в природе разузнать.

    Партия есть Природа. А в Партии есть все. Самое главное, человек. Воздух, вода и земля – неразрывные близкие родные друзья. Партия говорит. Человек я, это мое здоровье. А здоровье есть мы, все наши люди. Партия их сохраняет, но никто больше.

    155. Я, человек, за партию, за свое личное здоровье, которое будет жить вечно. Вот это есть и Партия, жизнь, но не смерть. Партия наша всех нас этому не учит всему, чтобы мы своих детей так растили, как мы их рождаем. Партия у себя не имеет никакого нигде фронта. Она нам такое время не подсылает, чтобы мы с вами природу боялись. Когда весна приходила, мы к ней готовились, всю зиму вооружались. Ставили на колеса машину, мотор заводили для того, чтобы землю нашу обработать.   

    156. И сделать с нее хорошую грядку, чтобы от нее получить урожай. Это не партия заставляет. Она говорит: надо покопаться, порыться в природе. И не забыть про человека, в нем есть вся наша тайна. А мы видим действие Иванова. Он ученик партии. Встречает время не так, как мы все хоронимся. Он победитель природы, на себе не носит одежду, не говорит. Ему жарко, а в три гибели терпит от созданного условия.  Ежедневно выходит на прогулку в трусах.

    157. А в природе ложился снег, в ноябре уже сплошной лежал. А атмосфера воздуха меняется, это небывалое явление. Физическое природное терпение. По всему этому пища человеку не потребуется. Думать то, что думали все. Зачем ложиться спать в уютном и в теплом. А мысль твоя работает, что она ищет по природе. То, что ты сделал вперед, и от этого дела получишь годичную прибыль в этом. Это твое есть дело, не один день это делаешь. Круглый год делаешь то же самое, что делал.

    158. Партия этому не учит, она говорит, базируется на Иванове. Он же человек, он же избрал для всех одну дорогу. По ней идет правильно, и прямо в цель попадает. Не за оружия живет, а за счет естества одного. Если бы не было хорошо, делал бы я? Нет. Одно время холодно и плохо, но зато здорово. Я, говорит нам Иванов, не думаю и не жду завтрашний день, и не готовлюсь его встретить лучше, чем мы его встречали.       

    159. Наша мысль на нас крепко ошибается. Мы с вами ученые люди. Разве врачи психиатры не понимают, что это есть практика тяжелая работа человеческой жизни. Они разве не видят правду, которая делается Ивановым. Он между нами такой один. Не наступает на нас, а наоборот, от нашего подальше уходит. Все наше с вами не признает реальным в жизни. Если бы не было живого факта, дело было бы другое. А то мы делаем в природе все это вредное.

    160. А вот все то, что делает в природе сам Иванов, это все для себя хорошее, и для других не плохое, а тоже хорошее. Мы с вами неправильной дорогой идем и шли. Против природы вооружались. У нее за счет ее богатства сделались героем. Мы с вами на этом месте недаром поселились. И мы с вами стали делать то, от чего получили хорошее для самих  себя. Для нас пришел на смену наш молодой человек, которому показали мы дорогу, развитую совсем нами.      

    161. Мы не жили в природе, чтобы нам было плохо. И не было для нас хорошо. Наше дело только одно – с ничего сделать что-то. Так и мы поселились на этом вот месте диком, где не было ничего сделано человеческими руками. А все было независимое живое, не свое собственное. А когда нам, каждому человеку, дали право сделать облюбованное место, которое пришлось занять. И назвать своего имени двор. Когда я это получил, этому месту хозяин.

    162. Никто не имел права меня здесь беспокоить. Я сделался собственник индивидуалист. Наше село сделалось наше. Мы свою землю заимели, без нее с вами ни одного шага. Когда ложимся спать в постель, мы ее, как источник, под голова кладем. И с нею на расстоянии говорим. Она бы не хотело этого. Мы сами это все сделали. Распределили ланами, окружили сотнями. Жребий общий ввели, счастье какое достанется. А потом там, как хочешь. Земля дается для прибыли.

    163. Если только ты ее любишь, умеешь ее обрабатывать. Если есть, чем ее пахать. Ты на это силы кладешь. Знаешь хорошо, что эта земля сама не тревожная, мертва. А когда ее вспашешь глубоко, под зиму под снег положишь, это не все. Хозяину надо про это не забывать, на это дело тянуть время. Мы все приехали сюда без всякой земли, здесь нам ее не дали.  Мы как собственностью окружили себя. И стали каждый сам себе на ней ежегодно топтаться, то есть делать то, что надо. В нашем селе через это все показались жилые дома.        

    164. Нас это место обогатило, и назвало нас ореховцы. Мы за это место грудью пойдем защищать своего царя. Он нас с вами сделал людьми. Мы уже на карте есть собственники крестьяне. Все мы денежные люди, которых заставило условие. Мы обогатились землей, поэтому она у нас под головами всегда лежит. Земля про что думает? Если он умеет делать, он этого и достигает. Наше село первого года, между собою не делались колышки. Это все заставило богатство.

    165. Сила наша физическая. Эта местность этих людей за счет природы зависимой возросла. Мы увидели полного богача со всеми силами. Нашего царя, кто нам со своим режимом ежегодно приобретал эту силу, которая делалась нашим селом всеми людьми. У них был ум сам себя индивидуально перед всеми людьми показывать. И было возможно, чем хвалиться перед другим. Человеку давалось, уже можно было жить за счет своего труда.

    166. Мы в нем хитрили. Кто куда хотел попасть, ему это все давалось. Человек не сидел на месте, шел, бился и делал. У него впоследствии получилась дележка в природе. Волков Василий Леонтьевич ничего не имел с богатства, кроме одних детей. А Абрамченок Петрушка, у него полный двор всякого рода богатства. Но природа не пошла вслед за Петрушкой. Она взялась поддерживать Василия Волкова.

    167. Село дождалось другого закона. То царь был управитель над всеми людьми. А сейчас пришло время, стали сами люди хозяева в природе. Земля перешла в руки общего коллектива. Люди на это дело поделились. Одни взялись за работу, трудиться стали, делать. А другие уходить стали от другого неграмотного. Ему место дала наука. А физического человека посадила в тяжелый труд.

    168. У них между собою совместная драка. Тот физически делает, а тот умственно создает. Но чтобы в этом выиграть, они оба проигрывают. Природу заставляют, от нее хотят получить не мало, а много. Я этому делу инициатор. Знаю хорошо об этом, что люди, какие они ни были, их система в природе индивидуальная разрасталась. Для того она росла, чтобы саму себя показать, что она умеет жить зависимой стороной.

    169. А зависимость не стоит на одном месте. Она приобреталась на фронте, кто где и как. Надо было этому хозяйству самого себя показать, что они умеют жить за счет природы, за счет своего дела, которое они делали. Ночь не спали, весь день напролет взад, вперед ходили. Разве бы они не имели, что их дети сделали, чем они окружили себя сейчас. У них тогда не доходило, кустарно и тяжело жили.

    170. А так жить не надо, как жили этого села люди. Сами себя теряли, набрасывалась какая-либо болезнь или простуда. Укладывала в койку, беспомощно держала до тех пор, пока измучит. Никто им не помогал. Если наука не разрасталась. Люди рождались быстро, и показывали сами себя. Видно, как человек, борющийся с природой для того, чтобы жить не плохо, а хорошо. Поэтому люди поделились.

    171. У одних было, чем приобретать хозяйство. А у других не было. Один хлебопашеством жил, другой нанимался хозяйством. Это все равно надо работать, копейку для жизни зароблять (зарабатывать). Но признавался хозяином на месте хлебороб. А работника нигде не считали, он в выборные не попадал. Итак эта сторона, которая жила в недостатках, впоследствии осилила. Особенно бедный крестьянин, он стал хозяин села, про общее целое разговаривать.        

    172. Его силы переселились. У капиталистов, у буржуев отобрали войной вожжи. Всему этому быть. Природу не обдуришь, и не обидишь ее сам. Она заставила человека. Одного права учиться, а другого трудиться. Один делался командиром, другой стал подчиненный. Один цели добился, а другой отстал. Обижаться не приходится, надо будет не спать. Природа требует труда. А раз будешь трудиться, проживешь одно время.

    173. Чего только заинтересуешься, того в природе добьешься. Природа широка и велика. Дел есть, и хватает много. Но вот жизнь одна. Как бы ты ни жил, хорошо ли плохо. А умирать-то надо. Ученому, неученому сдаваться приходится. Силы теряются, а бессилие наступает. Надо было бы жить, и есть, за что жить. Но с нами раньше, до этого, ни с кем не считались, и никто тебе не говорил. Надо было человеку умирать.

    174. Болезнь нападала на него и валяла, не давала двигаться. Беспомощные мы жили люди, в природе ничего не знали, и не хотели искать. А дорога была и тогда. Это по которой мы с вами не пошли, чтобы по ней ступать. Наше дело было одно – в природе находить теплое и хорошее. Мы привыкли любить легкое прибыльное. Для нас это весна. Все мы для него лезем, все к солнышку плетемся. Нас условие заставляет.      

    175. Зависимость гонит. Надо приобретать, чтобы было. Одеваться-то надо, кушать-то тоже надо. А в доме жить надо. Без труда ничего не сделаешь. Поэтому раньше жили, трудились и учились хитрые все люди. А сейчас, как будто в этом деле заставляет. Партия – это человек, без человека он жить не сможет. В природе хозяин человек, только он ошибся, не по той дороге пошел. Правою пошел, а левая осталась.

    176. Надо было бы жить, а человек не захотел. Этой дорогой идет один наш Иванов. Он примерно заставил, пошел по независимости. Не стал слушать зависимость. Воевать, ни с кем не воюет. Бороться, не борется ни с кем. А вот делает сам. Говорит нам всем. Пусть мне простительно, будет надо умереть. Я сам не защищенный. Чего вы умираете? Я сумасшедший для вас. Вы же нормальные. Попробуйте остаться таким, как я.

    177. Вас спасало чужое. Вы отбирали в природе, ею удовлетворялись. Но одно время жили, другое время вы умирали. Жить я перестал по-вашему, живу по-своему. Не лезьте вы ко мне, не мешайте вы мне. Вы же бедные люди, у вас такого магнита нет, за вами не пойдут люди. Когда только поймут, возьмутся за это дело. Тогда-то мы поделаемся людьми ума.

    178. Ум наш нас заставит, что будет надо сделать, чтобы мы больше так не жили, как живем сейчас. Ученые, неученые, у себя все мы имеем, но вот здоровья нет. Как чуть что такое, горим. Мы с вами в этом не научились жить, а научили себя богатеть. Мы в природе брали то, что она нам одно время давала. Наша сила заставляла, чтобы земля нам родила. Мы с нею вместе жили, с нею, как источником, воевали. В труде дружили, без труда хорошего она нам ничего не давала.

    179. Мы весь год напролет делаем. Чего только мы в жизни не делаем, это наше все. Если мы не будем делать, то нам никакая особенность не даст. Природа такая наша мать, родить родила нас всех своими силами на белый свет, а учить не стала по-своему. Это уже родители испугались. Думали, что их дитя умрет. Зачем же оно рождалось? Его природа родила для жизни, но не для смерти. А мы повернули ее на то, чтобы человек одно время пожил.

    180. А потом умереть надо. Что это за история бедная для всех нас. Родиться надо, а потом в процессе своей жизни за нее заработать от природы, и покончить жизнь свою. Так и эта режимная собственность, она же не человека есть. В природе человек все сделал. Он же поймал животное, он же его привязал на бечеву, присвоил к своему имени. И так же стал пахать землю, стал с нее делать грядку, и сеять в нее зерно. Ему потребовался урожай, он же развил сам аппетит.       

    181. А в природе необходимость на желание человека давит. Он в этом деле больной, этим делом болеет. Научил себя одеваться, научил себя кушать. А дом для него он построил для своего удовольствия, без которого он не обошелся. Его, как хозяина, в гробу с него выносили. Сами плачут, а сами несут. Семье жаль, но ничего не сделаешь. Природа сама убила. Человек простыл, заболел, поболел, поболел, и умер. Это все делается законно. Природа наносит это.

    182. В природе силы не изученные, они нашего человека в процессе своей жизни калечат за наш нехороший поступок. Мы с вами эту землю заняли, какую безлюдную. Она и без нас обходилась, жила. На ней цветы цвели, трава росла, сохла. А снег ложился. Это все в весеннее время с собою с водою забирал. Но человеку было надо. Он со своим умом пришел в тупик. Как и делает человек в природе. Делает иголку, без которой жить не сможет.   

    183. А где девается иголка? Ржавеет, упраздняется. Это вещь, сделанная руками. А это, что есть сейчас, все причитающееся строительство разве одушевленное. Оно тоже стоит на земле до одного времени. Также силы недр всех, они же не прибавляются, а упраздняются. Значит, силы падают. Не думайте, что вы, люди этой земли, за ваше дело с вами надо соглашаться. Вы честно жить не умеете. Надо учиться в природе, как учится Иванов со своим телом, со своей любовью.

    184. Всем холодно и плохо, а он же терпит. Мы от него ждем смерти, вот, вот скоро он умрет. А он только прожил 35 лет, он зависимый был, как мы. С природой воевал. Был убийца природы. Без одежды не ходил. Думал своими силами ей доказать. Не доказал. Взял, бросил все делать, что делал.

    185. Он про эту местность сейчас описывает. Какая она была в селе сильная. Особенно вспоминаю про устроенные кулачки, про революцию нашу в селе. Как всем хотелось советской власти. Никто, как мы, люди все, ее завоевали для жизни. А когда присмотрелись, мы в природе также умирали, умираем, и должно, будем умирать. Наше с вами неумение. Мы учились природу убивать. Наше все оружие направлено к этому, мы по ней стреляем.

    186. А раз мы по ней стреляем, убиваем ее сами. Кто же нас таких будет жалеть? Иванова убивать не будет, он этого не заслужил. У него есть сила ума думать и сохранять природу своим телом. Это между ним и природою большое терпение, труд великий, чем люди не хотят радоваться. Иванова дело выигрывает, а не проигрывает.

    187. Он трудится не для того, чтобы себя убить. Его труд делается на то, чтобы вечно жить естественным порядком. Человек будет не старый, а будет новый. Живой, а не мертвый.

 

1965.12.17

Иванов

 

Набор – Ош. С копии оригинала. 2014.07.

   

    6512.17   Тематический указатель

Сон мозг умирает 4

Хорошее плохое 14,50,60,66,137

Учитель приезд Казань 1965.02 20

Сердце независимость  24

Мороз ванны 40мин  26

Учитель в природе  29

Ошибка наша  42

Умирать ненормально 54,90,181

Рождение воспитание детей 56,58,

60,75,93,118

Зависимость причина смерти 62,91

Учитель история 64

Учитель  Бог 67

Садовод 80-91

Независимость 91,152

Новый поток 92

Враг рак 96

Учитель тюрьма

1951г, 1964г  103

Первый человек 105-112

Любить другого 109

Своя фамилия  110

Кулачки  125

Ореховка  129

Партия новая природ 150-155

Не готовиться на завтра 158

Тянем время 163