Иванов П. К.

Тракторист

 

1966.01.07 – 1966.01.27

Иванов

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

 

    1. Я, говорит человек нам всем, никогда не собирался и не думал, чтобы быть в природе трактористом. Меня мой возраст поставил в природе на свои произвольные ноги, которыми я стал двигаться взад и вперед, то есть по земле я полез между другими взрослыми людьми. Меня, как маленького человека, мои родители в фасонную одежду приодели, сшили мне брюки на мой такой рост, рубашку сшили. В магазине купили фуражку и ботинки. Я стал сам кушать, наедаться досыта. Меня природа обязала, как всех нас, своей зависимостью. Я стал от своего дня, как и все остальные люди нашей местности. Меня и их учила предковая обстановка. Со мною стал встречаться людской предковый порядок.

    2. Перед моими глазами раскрылась широкая и длинная дорога. Я увидел по ней след другого, по возрасту своему, от меня больше да старше. Особенно приятное летнее теплое время, когда на дворе в природе само условие в жизни заговорило. Я и от этого не отвернулся. Мои, по взрасту, ребята и девчата тоже так по улице. Где это можно было нам всем без всего плохого поступка, мы там по-детски шалили. Нас заставляло глянуть на высокое стоящее возле дома дерево. А на нем, как и обычно бывает у хорошего хозяина, и курочка господин. Так и у этого человека была заинтересованная своя любовь дождаться другого весеннего солнечного дня.  

    3. Он хорошо приметил по прилетающих издалека. Ежегодно маленькая черненькая птичка обязательно на этом месте садится, и на нем во весь свой голос песни разные распевает. Она нам всем к труду открывает ворота, чтобы мы знали про это наше пришедшее время, в котором мы, как люди, зависимые от этого дела, пораньше вставали да попозже ложились. Я выделил время, приложил свои руки, ему, как гостю ежегодному, построил дом. И присвоил его имя скворец. Скворечник на этом месте, где собрались мы, ребята, да были меж нами и девочки. Нас, всех собравшихся, эта красивая черная голосистая птичка заставила обратить внимание не одним видом.

    4. А был у нее замечательный голос. Мы к нему так любезно прислушались. А он перед нами одну свою какую-либо дюже интересную песню закончит, а другую начинает. Не так делается нашей дворовой собакой, она во дворе зря не гавкнет. Попробуй кто-либо из соседей с другой хаты загляни. Мы из-за его зла на цепь прицепили, боимся всякого случая.

    Не каждое такое время хорошее бывает на дворе. А дней в году очень много, и они бывают все разные. Мы, как возрастающие дети, пока без всякого дела живем. Нас жалеют отцы с матерями. Мы бы, может, и выбежали попробовать с теплого в холодное, но нас жалеют. Говорят нам всем таким детям, не дают воли.

    5. Боятся, чтобы мы не простыли да не заболели. Мы поэтому сидим в своей хате. Если я девочка, мне надо будет кукла. Если я мальчик, мне покупается ружье. Кто к чему приучается с малых лет. Я и все остальные мои ровесники нашего села или улицы по правилу всего нашего закона должны в школу ходить. И учиться знанию, чтобы человек наш социалистический умел читать, умел писать, на это и школа, и учителя. Семь классов можно будет учиться, чтобы перейти в повышенную среднюю школу или в техникум. На все требуется не плохое, а хорошее знание. Через твою любовь к этому специальному делу ты эти классы заканчиваешь. Уже можешь разбираться в жизни нашего всего государства. А мы его строим через наше хорошее знание.

    6. Мы делаемся из детей взрослыми людьми. Уже получили доверие свою работу делать. Чему я способен, того меня научила обстановка. Никто меня не заставлял учиться, чтобы я научился практически водить машину. Это наш трактор, самая первая сильная наша лошадь. Она может пахать и всякого рода грузы перебрасывать. Я на этой машине тракторист.          

    Чем тракторист сможет в своей жизни другим каким-нибудь делом заниматься, как человек любитель. Не одна его работа – пахать, сидеть на своей машине, и ничего не думать о лучшем. Человек любой профессии может свои годы не бросать так. Особенно молодежь, она имеет у себя в своем теле бодрость и человеческую хватку, которая может быть у меня и у тебя, и у нас многих, кто любит потанцевать, попеть.

    7. Есть гармошка, или какой-либо инструмент, балалайка, гитара, мандолина, рояль и пианино и так далее. Разве кому-либо запрещается делать, у нас права, пока свободы никто ни у кого не отбирает. Даже есть институты, высшие учебные заведения, учат, дают знание. Человек за это получает диплом, с чем он направляется на указанное свое место, где работает на машине. Пашет землю тракторист, а я ученый агроном. Без площади в природе на земле, и без влаги воды, и без воздуха наше учение не получит того, чего мы хотели от природы получить.

    8. Сама земля без знания, что будет надо сделать этому удобному месту, где мы с вами живем не однобоко. Смотреть и не видеть окружающее в людях, что бы они на этот год новенького от нашей земли в природе получили. Для чего нас учили люди? А они от нас ждут помощь одну, чтобы наша зависимость в природе ежегодно. В природе есть, чем хвалиться. Как болельщики этого дела. Вот земля, пешком волочи, делай грядку, сажай зернышка. Оно без твоей мысли много зародит. И ты этому добру рад, и этим удовлетворился. Есть хлеб – нам больше не надо ничего. Зачем же нас назвали трактористом, и мне, как ученому, дали диплом агронома.        

    9. Мы технические люди самого директора. Совместно я за столом сижу, принимаю своих людей по каким-либо хозяйственным недостаткам, которые мешали нам в развитии. А ты должен видеть по грунту, да по твоей качественной вспашке, что мы должны посеять на вот этом месте, да чтобы раньше да интересней. Надо знать людей своих, и тех, кто от нас с вами ждет. У них большая потребность, они привыкли видеть у себя на рынке. Знаешь, как это делалось раньше. Свежее, хорошее давало деньги, за хорошим цеплялись, и никогда не жалели деньги. Пойми сам, как хочется нам всем хорошую жизнь у себя заиметь. Ты когда-либо ездил куда-либо по другим местам, видел что-либо лучшее, чем у нас.

    10. Трактористу известная любая местность земли. А по ней надо трактор, машину, а она без человека мертва. А когда эту машину я, как тракторист, обгляжу, прощупаю, узнаю ее ход, заведу, она станет от моих рук работать. Я сяду на ее колеса, и возьму руль в свои руки, она начнет меня слушаться. Мне надо знать про ее ход, прислушиваться, как она работает. И не забывать про время, которое она должна этим заводом и заправкой проработать. Это не моя одна есть болезнь. Я сплю вместе с этой машиной, с этим мотором. И также я всегда сижу в своем месте и ничего не думаю. Я должен знать не одного своего технического директора, агронома, кто много командует. У него большое теоретическое опытное понятие к этой земле.

    11. Я пишу, а он мне говорит. Я его слушаю. Он заинтересован чем? Тем делом, что мы с ним хотим от природы какую-либо не плохую, а хорошую прибыль. Чтобы нам люди не сказали свои слова, что мы сами не умеем жить. И не учим мы других таких людей, не стараемся уважать, одичали. Я сегодня иду по своей дороге, по которой не раз здесь за свою жизнь бываю. А со мною какая-то незнакомая личность, старше от меня. Да и не в таких условиях, видно по его всему, он живет хуже от меня. Я же ученый человек, понимающий в этом. Надо мне ему своей головкой поклониться. И сказать свои слова: «Здравствуй». Я этого не сделал. Доволен он моим поступком? Конечно, нет. И за что нам эта земля будет родить, если мы с трактористом этому не приучены.

    12. Наше дело – приказать трактористу. А машина вспашет. Твое дело одно, зашел 5-лемешною бороздою. Сколько окинул глазом, надо будет вспахать. На этом месте будет посеяна раньше от всех по времени пшеница. А мы ее выращиваем, об этом вся забота, чтобы взять больше количество, и чтобы она была всегда. Как мы с тобою ни делали, да ни думали про самих себя, мы думали, как бы эту площадь вспахать. И в этом деле нам пришлось легко это сделать. Не успел тракторист глянуть на солнышко, как пахота зачернела. А для нас заложено на что? Первое начало. Только надо придумать. А что такого хорошего угадать посеять, чтобы недаром.   

    13. Люди без этого жить не смогли. Они знали, что мы без этого жить не сможем. И если бы мы не были трактористом или агрономом, у нас не было бы этого хозяйства. У нас есть постарше директор, а ему ниже его подчиненные. И пастухи рогатого скота, и чабаны овец, свинарки, доярки – создатели нашего богатства. Шофера и комбайнеры с механиком. Все это делается в пользу нас самих.

    Жить и не жить. Как мы с вами живем, и не хотим признать самих себя, что мы, люди все, являемся от природы зависимые. Вояки, борцы за то место, где мы родились, и присвоили. Это все моего имени. А сами встаем рано до солнышка, и бежим за поля, душою никому ничего не говоря.   

    14. Он человек, да еще хитрый и кровожадный. Он ничего не знает, как это в природе бывает. Год кончается днями холодными зимними, от которых мы, люди, уходим, прячемся. Все со степи убираем. Не хотим, чтобы под снегом что-либо оставалось. Особенно живое тело человека пробирается в сделанный им дом. А в доме приготовлено все для того, чтобы старое время проводить, а новое у себя встретить. Если есть человек старого времени, изношенное тело, непригодное к жизни, потерявший здоровье, мы все от такого человека избегаем. А что с ним, с таким человеком почти умершим. Он уже заболел, его сердце на исходе, вот, вот остановится.

    15. И перестанет мыслить совсем мозг. Что же он между нами такими храбрецами. Как уже сказано, человек кем мог быть. Он забыл про себя, что его все дни причитающиеся ведут к этому делу. Люди все зависимые временем, их магнит тянет в могилу. Не один тракторист или агроном со своим всем имеющимся ляжет в землю. Если мы будем так встречаться, и не знать тех людей, которые возле тебя редко, но проходят. А мы их не признаем, что они есть люди. Мы забыли про них. Как им хочется, чтобы я ему, как незнакомый совсем чужой человек, по всему жизненному делу должен сказать вежливо слово: «Здравствуй». Я не желаю говорить со своим семьянином.      

    16. Он вон лежит, доходит, скоро, скоро расстанется. Его мы с вами скупаем, приоденем, и, как маленькое дитя, положим в гроб, нами сделанный. И ему выроем в земле могилу, и туда его спустим, закопаем землей. Считаем, это его такой между нами, людьми всеми, и природою заработок. Надо бы от этого дела не уходить, все свои силы класть, и драться, чтобы не попасть в эти условия, в которые наш человек проводником стал. Это наше с вами одно недоразумение быть таким человеком, кто это последнее время, последние дни, этого ушедшего дня и ночи. А мы как люди, да еще такие, как и были зависимые в этом природном деле. Не надо бы так жить, как мы живем.

    17. Это время тракториста и агронома. Мы же за все свое пройденное время ни разу. Хоть один день году сознательно не стали бы приготовленное с аппетитом кушать, а взяли и сознательно отказались. Этого мы не делали. А это мы делаем. Еще зима не пришла, не лег снег на нашу землю, а мы себя приготовили. Уже заставили сами себя надеть на свое тело чучельную мертвую одежду. Чем мы птицу пугаем на скирде, на соломе? Одеждой. А разве тебе небывалые в году, отходящие совсем, на веки веков умершие. А мы не хотим их на своем теле испытать. А все люди испытывали в мертвом, не пахучем, а вредном. Особенно зимою по такому чистенькому беленькому снежку. А мы капризничаем.

    18. Это время не любим, гоним от себя, не хотим, чтобы оно медленно проходило. Мы спешим жить, как бы было уютно и хорошо. А вот плохо не желаем. Наше тело теплому приучено, изолированному от естественных природных качеств. Мы окунулись из теплого развязанного, приятного времени без одежды, в одной рубашке. А сейчас потребовало время от каждого человека, зависимого в природе, чтобы он оделся, обулся и шапку надел. И сказал природе: вот я, так я, оделся и досыта наелся. Посмотрите, как я в этом всем танцую, пою. Всякого рода комично наши слова рассказываем, как будто это есть действительная правда.

    19. Кто-то об этом деле говорил, а мы с вами с них, как умершие, смеемся, чего не надо было делать. А мы с вами делаем. Зависимые люди, которые друг друга за это дело хороним, закапываем, это наша не хорошая и не теплая сторона. Она пользы не создала в природе людям, а народила вред, то, что мы с тобою делаем. Тракторист и агроном то делали все еще до нас, они потеряли свое здоровье через это. И мы с вами также в этом деле потеряем, если только в природе свой поток, сделанный нами, не изменим. И будем умирать через одну неправду, которую мы двое так же, как все, делали. Делаем и будем делать. Зависимые люди.

    20. А раз мы люди, зависимые от природы, наше дело одно – делать. Заставлять, чтобы ты, тракторист, землю осенью ранней порой пахал. Надо, чтобы так без дела земля не лежала. Людей надо кормить за их дело в природе. Они не будут работать – не будут приобретать для себя причитающийся продукт, который человеком в природе приобретается в труде. Мы с вами если перестанем это делать, у нас это отнимет, как людей, свои силы. Мы без этого всего умрем. Кто за нас с вами заступится. Дни природные совсем не наши природные.

    21. Ежегодно приходят один раз в году не жалеть нашего брата, и ни с кем не считаться, а заставлять быть в природе воякой, борцом с природой. Наше дело – от нее милостыни не ждать, а брать все то, что она имеет. Дело человека. Для чего глаза, а руки для чего, ноги зачем? Все приспособлялось для спасения в жизни. Я бы сроду не был трактористом, и тебе, как агроному, не подчинялся. Все это наделала наша такая жизнь. А у нее природная сила. Это для всех сделанная зависимость.         

    22. Она руководит людьми. У нее такие способности держать человека в таком режиме, дисциплине, где люди поделились пополам. Ученых даже меньше, но у них в руках средства производства. Оружие у них в руках, командование на их стороне. Что захотят, то сделают с тобою, с человеком. У них такой закон. Родят человека живого энергичного для жизни. А в процессе сделают, вооружают, заряжают. И от него не пахнет, а воняет. Самое главное, в природе боится зимы, снега, холода. Не хочет доверяться всему этому.

    23. Сделал хату не плохую, а хорошую, живет в ней. Сшил одежду, в ней ходит. Приобрел пищу. Одевается до тепла, а кушает досыта. Не хочет видеть плохого, выбирает хорошее. Поэтому он живет один раз в жизни, а в другой раз за это все природа его руки, его ноги, его сердце останавливает. Мозг прекращает мыслить, и человек происходит в негодность. Куда его девать? Только мертвых на край слободы, там место всем неживым. Так будем делать в природе. Не переменим жизнь хорошую на плохую – все умрем. Нас отнесут наши близкие родные со слезами.

    24. С лопатами захоронят. Это все будет делаться до тех пор, до того времени человеком, когда у него, как у юноши, родится сознание испытать на себе все то, что требуется для жизни. Бросить верить и надеяться на цацку, какую-либо чепуху. Поверить живому человеку энергичному, закаленному в тренировке, естественному, природному независимому. Кто ничего не делает, ни за что не отвечает. За то все, что он делает, ученые считают, говорят: «Он больной». Его тело не простуживается, не болеет из-за этого всего. Весь год напролет практически все делал, по-своему готовился встретиться с 1966 годом, с днями его пришедшими.

    25. Зимою не летняя пора, разницы нет в природе. Умирает человек и летом, и осенью, и зимою, и весною. Но таким никто не умирал. Не видели, чтобы человек при любой атмосфере смог оставаться в одних трусиках. Он не зависимый ни от кого, никак нигде. Не такой, как все люди. Поделился с нами. Себе взял холодное время и плохое. А нам всем оставил теплое и хорошее. Нам про это пишет, доказывает. Мы ему не верим, считаем, его дело неправильное психически. А сами ученые боятся попробовать хоть один денек побыть. Не находят нужным это делать. А он говорит, как практик. Мне хорошо, что может быть лучше от этого. Я потерянное все возвращаю назад. Я этого не имел при 17 лет, чтобы так бегал быстро.

    26. У меня была тяжелая любовь к жизни. Меня заставляют, а мне не хочется. А сейчас выработал силы, никогда не устаю. Самое главное, ноги, а они ходят по морозу, по снегу. Я стая пишу, никогда не устаю. Мысль моя работает. Удержу, чтобы думать, что писать. Вперед тема рождается, этого тракториста оформлю. Точно не скажу, но скоро я здесь расскажу, как будет надо, чтобы быть таким, что делать. Я расскажу здесь, что мешает жизни. Отдам все свое знание, в этом не жалею. Сбоку места хватит на твое заслуженное тело. Людей страдающих много. Враг живет и прогрессирует на нас, на людях зависимых в природе. А вот на независимом человеке этого нет.

    27. Он в природе такой один. Его природа поставила на ноги для доказательства ученым. Не та жизнь есть в природе, которую мы делаем, а та жизнь нужна человеку, в которой независимость живет. Этому человеку не надо трактор или земля, которую мы с места одного в другое кидаем, и от нее требуем урожай. Это хорошо, что она, глупая,  нам дает за наше самоволие, за наше дело. Мы же все в плену своего незнания. Что мы с вами делаем сегодня? А что будет с этого дела с нами, не знаем? Хвалимся своим вооружением, а сами боимся. А что если враг внутренний займет ваше место, в котором вы очутились. Что вы будете делать без людей. Они все перестанут вам верить, и надеяться на ваше зависимое дело. Не будут слушаться, и делать ваше дело. 

    28. Вы обещаете еще лучшее, а сами держите в кармане. Самого себя удовлетворяете. Зачем вам Мишка, Гришка, Иван? Путь они ждут и верят словам, что мы со своим делом придем к не завоеванному делу. Это наши шаги в будущее другим подчиненным обещать. А сами делаем машину, и машиной делаем машину. Садим человека, и ею управляем. До тех пор летим, на скалу попадаем, и в блин делаемся. Машина отмирает, и вслед человек умирает. Разницы нет. Зима, холод ни с кем не считается, всех валяет. А независимость оставляет. Он воин один с нами, противоположный всему нашему делу. Нам никто права такого не давал от курочки отбирать яичка, от овцы стричь шерсть, от свиньи сало снимать, от коровы молоко доить.

    29. Лошадь седлать, и верхом ездить. Быку на шею ярмо надевать, чтобы нас с вами возить. Как мы научились все делать? За деньги. Умираем, и то платим. А вот жить без денег не брались, интереса нет, обманывать нет кого. И просить нет, у кого. И давать нет чего. Будет все построено на нелегальности. Раньше Богом козыряли, обещали рай. А сейчас нашли в природе партию, и ею козырям, что у них есть красная книжечка. Она его в природе считает таким же самим человеком бессильным, борющимся и воюющим с природою. У нее оружие не такое, сделанное руками, как у человека, огнестрельное. В природе естественное. Не знаем, откуда берется враг, и нашего брата валяет в койку, не дает возможности дальше продолжать, укорачивает человеку жизнь.

    30. А он еще средств не нашел в природе, как будет надо избавиться от этого врага, который силу имеет над человеком, отбирает у него силы любыми путями, лишь бы он не жил. Люди мы такие в природе, за это самое получили нехорошую сторону. Нас с вами как таковых неправда окружила. Мы стали расти со своим развитием, со своей волей не на пользу своей жизни. А мы за это все получили самую плохую дорогу в жизни. Это же надо родиться в природе. А потом без всякой мучительной болезни, без причины не умрешь. Горе, горе нам всем книжникам, фарисеям и лицемерам. А мы это сами заслужили.         

    31. Нас с вами в бой такой с природой не просили, и никто этого права никому не давал. Человек сам захотел быть в природе трактористом и агрономом. Техническим директором заставлять подчиненного, чтобы он делал для этого хозяйства экономику, и своим поступком ошибался за это. У нас есть наука, без точки не останавливается в этих людях прогрессировать. Я, говорит, на это учился, юридический диплом получил с этим родившимся в природе преступником расправляться. Что скажу своим словом. Моя требовательность народная здоровых заразившихся людей в этом деле сроком наказывать.

    32. Чтобы они сидели в тюрьме, томились, думали, как невольники, о своей мысли, в которой они ошиблись. Их условие природное заставило это делать. Не родился человек, чтобы найти, дорогу такую минуть, а пойти по дороге не той, которая заставила человека в тюрьме посидеть. А потом лечь в больницу, чтобы закончить свою тяжелую в режиме меж людьми и природой жизнь. Надо не теории учиться, и не выковывать с человека преступника, чтобы он делался им. Вы сами, как теоретики, ему показали, даже обсмеяли его, что он не умеет жить между людьми в природе.                            

    33. Напишите в природе такую статью, которая бы помогла человеку не стоять в очереди, и не ждать время, чтобы дождаться своего дня. И в нем получить стихийную болезнь, да еще какую болезнь, которой не нашелся пока человек, чтобы себя сперва научил не получать этого. Мы с вами тоже такими людьми стоим на очереди, ждем, с нами природа не считается. Я, или прокурор, или начальник областной, или центральной милиции комиссар. Сталин еще большим был гением, его сами ученые раскрасили перед людьми. Овцу пихай в воду, она тебе не пойдет. А когда возьмешь и бросишь, все до одной прыгнут вслед, потонут. Так и люди.

    34. Они не ваши, присваивать их и держать в своем законе. Заболеешь, узнаешь. Кого посадили за это? Кто умеет сам себя сохранять, и другого, кто попросит его, как знающего. В этом спасает жизнь человека от смерти. А мы его, как больного психически, хорошо знали, но мы его хотели своим развитием осудить за его практическую на себе работу. Он закалился в тренировке, сделал на себе все это. А мы его вместо помощи ему в этом скорее в тюрьму сажать, да на суд вести, как фокусника. А где же 30-летняя закалка. Люди то видали, возле них рос этот человек. А вам он себя показал чужим.

    35. Вы его опознаете и признаете своим, и полезным в этом деле. Сами же дадите право. О чем он мечтает, эта мысль вредная для командиров и начальников, прокуроров. Люди не будут делать, и не будут ошибаться, и не будут наказываться. У людей родится сознание на себе испытать, что наш один человек испытывает, что испытывает на себе Иванов. Ему от этого всего, что он делает в этом 1966 году. Он не знает, как ученых за это благодарить, что от него эту силу не отбирали, а как ему хотелось. Его мечта независимой жизни совершилась. Сорок минут ежедневно своим телом протерпеть. Это каждому неподготовленному человеку смерть принадлежит. А мы с вами, воины и ученые, не слава уже наша, проигрыш в этом деле.

    36. А выигрыш останется на стороне Иванова. Он же в природе средства нашел, как будет надо бороться с врагом, чтобы больше не нападал на человека. Он не у вас учился, а в природе. Она его научила для того, чтобы не было внутреннего и внешнего врага. Наука Иванова закалка-тренировка – оружие его перед всеми. Он для этого закалился. Он в этом самородок. Источник – закалка. Трудится один на благо здоровья. Учится в природе, и хвалится перед миром. А правду говорит про самосохранение своей клетки. Сердце здоровое закаленное 25-летнего человека. Выход его места. Не боится врага, не страшится ничего, даже своей смерти. Если бы этого не было, не было бы моей жизни.

    37. Человек земли я, дышу крепко. А резко говорю не про чудо какое-либо, а про природное физическое явление. Это, самое главное, про чистый воздух, вдох и выдох, про снежное пробуждение, про центральную нервную часть мозга. Люблю и болею, но про больного не забываю. Душу знаю его. Хочу помочь, через свои руки током убиваю боль. Это не слова нам говорят, а делается все дело. А пишется рукой владыка, никогда про это не забыть, очень справедливое. А просьба какая. Меня надо просить, будешь здоровый. Это кому не надо, юноше молодому? Да нет. Уважаемые, это мировое значение. Нам надо любить природу великую. Не молчать словами, а говорить правду.

    38. Не играет роли болезнь над человеком, играет роли человек над болезнью. Нам надо учиться, понимать мое учение, чтобы больше не садиться в тюрьму и не ложиться в больницу. Живите свободно, не лезьте на рожон. Будет большая слава любить самих себя. Головкою поклониться, а вежливость представить. Эх, жизнь моя для всех тяжелая. Пойми мое терпение, а свое сердце  закали. Милые люди, гляньте на солнце, вы увидите правду, свое выздоровление. Быть в этом деле Победителем природы и Учителем народа.

    Это все дала, чтобы знали люди независимость. Она человека научила, и огородила дарами для того, чтобы учить людей. Чтобы люди это делали, и у себя получали такую жизнь, как получил Иванов.

    39. А ему на это все приписали неправду. Она им говорится людям в природе.

    Жить хотелось крепко мне, но природа не давала. Раньше работал, трудился, а сейчас отдыхаю. Но ученые люди наши ошиблись на мне, признали свою болезнь. Паранойя развитие личности, шизофрения. Ох, как молодость моя, жалеть приходится ее. Но зато я хвалюсь. Имя его ценю, он хороший добрый человек, сделал меня полезным. Мои руки золотые, а ум дорогой. Если знаешь мое тело, хвались перед всеми. Обращайся ко мне, проси крепко: «Учитель мой дорогой, дай мне мое здоровье». Когда упросишь меня с душой и сердцем, никогда не останешься в обиде. А ты получишь то, что следует.

    40. Природа мать богатая. Воздух, вода и земля – это самые близкие, родные милые, незабываемые друзья. У кого можно нам научиться? У них можно научиться очень много для самого себя и для другого. Надо будет трудиться, закаляться в природе, силы воли набираться, чтобы они были у тебя. А потом это маленькое зернышко сеять. Мы привыкли болеть и простуживаться сами. А Учителя на это нет, чтобы учить людей, кроме одного только русского простого человека. Кто силы свои перед всеми поставил не врача и не знахаря, свои лично закаленные. Хочется ему передать народу, самому обиженному человеку, забытому всеми, больному. Он крепко хочет быть в жизни здоровым.

    41. Но человека не нашлось, чтобы он был такой, чтобы об этом болеть и крепко думать, как будет надо умело помочь. Ежедневно болеет, страдает об этом. Природу сам просит, чтобы она открыла ворота для этого самого, чтобы человек назад вернул здоровье. Что самое главное в жизни. Ей сказать спасибо за ее заботу, за независимость свою, которая помогла. Человек стал здоров, уже болезни нет. Есть жизнь одна здоровая и крепкая.

    Для того чтобы свершилась эта вся мечта или дело, человеку не надо думать. А взяться за самого себя, за свои силы и волю в природе, чтобы перед нею заслужить своим новым поступком. А он человеку помогает стать в природе новым человеком, кто не будет простуживаться и заболевать.             

    42. Он и не будет нуждаться пищей, которая развила свою способность в процессе так же само, как и табак со своим никотином. След один, потребность такая, и аппетит такой же самый, кого люди, давно курящие, никак не приостановят, то есть бросить курить. Я знаю хорошо, как будет надо сделать, чтобы это место завоевать. И занять это место, чтобы перед всеми хвалиться. Уже сам делаю сознательно, не телесной требовательности подчиняюсь. Ему готовлю то, что ему будет надо. Не на один день или на неделю, или на месяц, а на весь год, на 365 дней. Можно будет в прах произойти. А у нас вера и надежда на все окружающее очень большая, что пища – это самое главное для человека.

    43. Дает какие-то калории, выдуманные врачами, то есть теми людьми, которые не смогут оставаться без этого всего. У них большая вера и надежда на одежду, которая защищает его тепло. Но не вырабатывает у себя тепло, а отбирает у тела человека, энергичные силы с собою уносит. А телу живому надо будет у себя иметь эту тепловую силу, и надо будет одежда теплая. А холод есть холод, это естественная сторона. Она наносит удар по неживому, больше холода преподносит. А вот живому закаленному,  энергичному, приученному дает через ток, электричество большие не измеряемые никем силы, которые мы видели на факте.

    44. Иванов находится на изучении ученых, его силы проверяются. Правильно ли он сможет у себя сдержать в природе ежедневно без пищи и всякой одежды. Это нам, ученым, показал 1965 год. О чем его речь идет. Он же нам не говорит: дайте место, или помогите материальностью. У него есть своя дорога, найденная им. Не зависимая ни от кого нигде никак. Ему не надо место тракториста, или агронома, чтобы технически заменять директора. Этого не просит Иванов. А свои способности имеет у себя. Никого не просит и не заставляет. А умеет помогать обиженному, больному в природе, забытому всеми. Мы этого не отберем от него.

    45. Он это сам на себе испытывает, нам, как врачам, показывает свою родившуюся болезнь.

    Это будет надо подсчитать, по порядку рядышком поставить одну и другую стороны.  А потом сказать: какая же, может, лучше из этих двух наших. В одной местности движущиеся небольшие чистые серебряные из воды ручейки. Они нам создали больше от этого реку, в которой образовался плес, и у них рыба завелась. А хутор как был на этом месте, так он и остался с людьми. Не с теми, которые уже здесь в этих условиях свою жизнь закончили.

    46. Им эта молодежь за это все, что они сделали, слово свое не промолвила про их прошлое. А сказать сказали: зачем нас таких представили в жизнь. Не научили пользы, а дали вред. Так умирать, как умер мой старенький дедушка. Я от этого дела не ушел. За мною ходит со своими силами природа, ежегодно подсылает свои в году причитающиеся дни, в которых не была одна атмосферная струя. Ей согласился бы, и сказал свои слова: ну достаточно, мне больше от этого времени не надо. А давай вместе с тобою обоснуем жизнь. И будем друг другу помогать, ты – мне, а я – тебе.

    47. А то меж нами большая-пребольшая разница. Приходишь один раз на это место, а потом уходишь. А мы остаемся, и живем на этом месте, да еще хвалимся хорошо. Поживем, поживем, и идем на вечный покой в землю. Никто нас не пожалеет, и никто не подскажет, что мы все с вами в этом деле виноваты. Не надо бы бояться природы. Особенно мы вооружаемся, готовимся. Целое лето загораем в труде на нашей земле на полях, где целое лето день и ночь своим мотором рычит трактор. Он не сам ходит пашет, пахоту готовит под зиму. Так нас научили наши предковые старики.

    48. Они нам это все оставили. Как на столе стоит чашка борща, налитая для всех, а возле нее лежит каждому человеку ложка, да по куску хлеба. Не учит нас этого не делать. Мы ежедневно садимся за стол и встаем  раза по три в день, пустые не вылезаем. Ел бы еще что слаще, да нет. А если есть, что кушать, наелся досыта. Такая история у всех делается, но это все нас не спасает. Мы у себя имеем в природе недостаток, мало живем на белом свете. Мешают нам больше всего пришедшие разные дни. А мы живем на этом месте  не один год и не одно время. Знает о нас наш район, даже область, и также центр.        

    49. А вот нашего врага никто не брался отыскивать. Что это за такая причина неполадка между нами, людьми, и природою лежит? По нашему всему, не надо бы получать человеку никакого заболевания, ни материального, ни физического. Ни одна наука об этом не написала свою такую человеческую статью, чтобы этим люди заинтересовались, и делали меж собою в природе. Не каприз развивался, а вводилась вежливость. Поэты выступают со стихами, они пишут любовь. Это жизнь наша неумирающая. А у нас наши дети.

    50. Мы их родили для процветающей жизни, чтобы учиться, как будущей молодежи. Чтобы не было между ними в природе такого отсева, как наши дети оставляют все свое среднее образование. Ему дальше не дали учиться из-за балов. Вы разве не знаете таких родителей, которые живут и надеются на своих родных детей. Свое имеющееся не жалели, оставались в недоедании куска.  Мы разве таких детей милых не знаем, которые на свою недостаточную жизнь были недовольные. Но у них была вся надежда на свое одно для всех учение.

    51. Кто не хотел учиться, или кому права не давалось, если все дороги от порога лежали. Но чтобы достичь всем это высшее учебное заведение, пройти пятилетним стажем учение, не все мы с вами поделались с дипломами. Мы же с вами люди в природе все не отстающие, нам место есть, указали. Будь добр, занимай, и по своей специальности делай, чтобы ты, как человек ученый, на своем месте неплохо жил. И помогал нашему государству развивать экономику, политику этим поддерживал.

    52.  Ты не пробовал нарушать закон, делаться преступником в наших людях. И не заинтересовался спросить у того, кто это сделал. Разве он хотел, чтобы на него, как человека, заводилось дело другим человеком. И перед людьми всеми его судить, чтобы другие не делали. Мы с вами в своем районе этого научились на людях делать, и делаем, чтобы компанию остановить. У нас в голове не нашлось, чтобы помочь этому человеку. Мы своих людей не знаем, как командир, и не изучаем его психологию, то есть болезнь. У одного одно заболело, а у другого другое.              

    53. Ученый специалист сидит на своем стуле, как врач человеческого здоровья. Он знает хорошо, что между людьми нашими враг живет, болеют часто люди. Есть такие, приходят и уходят, больше не возвращаются. Говорят: ему от этого помогло. А есть такое, заболевание остается на теле. Мы, как ученые, бессильные помогать. Долго болеют, поболеют и умрут. А есть – быстро. Говорят: заболел и уже умер. И этим наука занимается. Койка в больнице не стоит без человека. Врач не живет без больного. Но вот ученый сидит на своем месте, руководит этими людьми.

    54. А не выдумает, что же надо сделать между нами всеми по всем нашим местам, чтобы люди это тяжелое сбросили с себя. И не делали больше, не попадали больше ни в тюрьму, ни в больницу. Неужели между нами, такими людьми, не зародится практический человек, которому пришлось это на себе испытать во все шедшие дни по природе, которых нам год несет. Мы их встречаем и дома, и в поле, везде и всюду с оружием в руках. Хотим им своим умением доказать. А вот на живом факте не получается. Сколько знаю я прошлых людей неглупых с силой умной. Для своего тела хранит, чем лучше да теплее. Это ему не помогло, а стало хуже.    

    55. Состарился, сносился, умер, говорят, без всякой болезни. И это бывает. Есть, много лет живет, но он тоже не знает, будет ли ему возможность такая, что он не будет помирать. Этого наш человек не сможет сказать потому, что он ничего не делал и не делает. Менять свою форму никак не хочет, боится другого человека, не доверяется на его честность. Хранит от него добро свое, и хранит сам себя. Ученый человек с неученым дорогу не найдут, чтобы по ней идти рядышком. Обязательно кто-то должен чем-то поучить другого. Бывает, учит практика теорию.

    56. А больше от всего мы доверяемся теории, ученому человеку. В случае он чем-либо подведет, то тогда мы, как с ученого, спросим. Человек умер, его не стало. Он был подчиненным, мы у него спросили, что ему помешало? Нет, зачем мне человек больной. Если я научился управлять людьми проверенными, здоровыми людьми. У меня производство, я делаю машину, для человека помощь, но не даю человеку здоровье. Мое дело – заставлять, но не просить. Это история большая и интересная. Родила мать дитя, этого человека. А мы его испортили, не дали быть здоровым человеком. Заставили работать непосильно. Он свой внутренний желудок сорвал, пошел по больничному бюллетеню. У нас и на это предусмотрено, надо оплачивать.

    57. А вот этого нет, чтобы учить человека не болеть и не простуживаться. Ученые с этим делом не соглашаются, не верят практике закалке-тренировке, не хотят испытывать на себе это дело. А дело это не в природе есть, и ни в чем другом, находится в самом человеке. Есть силы воли, но ученые не хотят за это браться. Природа эти качества имеет, не жалеет их каждому человеку передать. Мы с вами боимся своему начатому точку поставить, чтобы не драться на такую высокую гору. И там находить не жизнь хорошую, как мы ее ищем. Как чуть что такое, свой нос простираем, и нюхом щупаем для нас какую-либо особенность, которая нам нужна.

    58. Из сырья сделать какую либо вещь, и ее показать на выставке. И похвалиться своим умением, что мы, люди земли, научились летать в космос. Это все нам дало наше развитие нашей жизни в природе. Мы любим природу теплую и хорошую, а холодное и плохое гоним от себя. Как же наши предки, отцы, прадеды и дедушки, нам это хорошее не побоялись оставлять. Они хорошо знали, что мы с этого хорошего и теплого придем в плохое. А не подсказали нам они, как знающие в этом деле. Прежде чем жить хорошо, надо будет пожить нам плохо, не тепло, а холодно. Чтобы понять в природе, а что нам в нашей жизни дает хорошее.    

    59. Мы с вами знаем про независимость, она никем из нас не занимается. Самая плохая. Не хорошая, а плохая. Ничего не иметь в природе для жизни. А вот жизнь человека есть без всякой самозащиты и всего оружия. Человек прокладывает не за счет природы в природе для природы делать, а для человека человеком. Свое найденное ставить, а вот другому человеку не мешать. Кому мы этого человека родили и для чего? Мы его родили для жизни. А получилась в процессе смерть. Задумался ли хоть один ученый, у кого свой ум работает для того, чтобы другому человеку помочь. И рассказать про ту справедливую сторону, которая нами всеми еще не начиналась.   

    60. Наши ученые знают, но они молчат. Зачем им нужно это, если у них всего достаточно, и теплого, и хорошего. Он себя не ведет к тому, чтобы сознательно испытывать на себе то тяжелое или холодное, которое дает впоследствии хорошее. У нас этими качествами никто не занимался. Не находят нужным люди этим природным добром пользоваться. Для них эта наука безденежная неприемлемая. У них одно – дай им прибыль, они ничего не знают. Раз природа родила, она обязана сохранить. Через наши с вами руки мы сделали временную самозащиту, на одно время вооружили, сделались дельцами. Много дней прожили. А вот в котором надо было жить, мы попались. Нас природа за наше хорошее наказала.

    61. Мы что-то сделали нехорошее в природе, похвалились днем. А вот день не мертвый и не вооруженный к нам пришел, как мы его ожидали. Приготовились за год вперед. А это приготовление не помогло, а помешало. Причина создалась, а дело помешало, ошибся человек. А когда человек ошибается, трудно найти такого человека, чтобы он ему помог. Скорее помешает. Сам пишет, говорит, а сам не делает. Закалка-тренировка – наука безденежная, не оплачиваемая. Кроме пользы, ничего не дает, а закрепляет свое здоровье. А мы, ученые, видели в этом деле Иванова, что он закаляется. Ему хорошо, после этого мороза и холода дефекта не получает. Но мы ему не верим, и не хотим вслед за ним идти.       

    62. У нас к нему к полноценности недоверие. Мы его не понимаем. Как ему хочется вежливо обратиться, и попросить нас, всех людей, чтобы ему указали такое место, где будет можно такому телу находиться, чтобы не мешать. Плохого не делаю, обиды не получил ни от кого, грабежом не занимался, не убивал. А вот обиженному, больному, забытому всеми помог. Что будет лучше. Если я между людьми таким вырос, я должен. Если прав, то меня природа за это не снимет. А даст волю пожить. Вот я живу, и делаю так, как не делают все люди. Я снежной, холодной, морозной ванной окружаю себя.

    Сегодня 10 января, 23 градуса мороза. А я должен так же, как до января 1066 года ходил взад и вперед. Не бегом, чтобы бегать нагреваться.

    63. Бег делается мною не для того, что я умею быстро бегать. Я бег делаю для того, чтобы делать свое сердце молодым, а не старым негодным сердцем. А мы с вами уже про это прочитали. Но вот не читали мы про то, что будет надо сделать, чтобы не заболеть и не простудиться. За собою повести я не поведу вас, а учение вам расскажу. Первое. Встаешь рано с постели, ни за что не берись, а только за холодную воду. И скорее мыть ноги по колени. Также ложишься спать в постель – тоже помой холодной водой по колени обе ноги. Нет ничего лучшего в жизни от этого. Это делается не мною одним, а многими другими. Это такое пробуждающее практическое занятие, ежедневно два раза надо будет делать.

    64. Второе. Ничье желание выработалось в природе между людьми. Ты, или я иду по дороге. Знай, что с тобою встречаются люди всякого возраста. Не жди от них милости, пока он или она тебе поклонятся низко головкой, и скажет свое слово: «Здравствуйте». А спеши сам это сделать. Никогда и ни перед кем не проиграешь. За это твои будут заслуги в природе. Кто бы он ни был, старый человек или молодой. Твое дело – сказать, а их дело – как хотят. Твой такой человека перед человеком долг любовь, это друзья жизни. Третье. Надо будет человека найти такого, чтобы он нуждался в помощи. Спросить, нуждается или нет. Тогда надо сказать сам себе: я, мол, даю этому человеку для того, чтобы мне не болеть. И отдай без всякого осуждения, с хорошими видами.

    65. Это твой уклад хорошему. Четвертое. В пятницу поужинай в 6 часов вечера, и не еж до самого воскресения до 12 часов. 42 часа, всю субботу протерпишь. А потом без вдоха и выдоха чистого воздуха не садись кушать. Выйдешь на двор, и с высоты тяни, и проси Учителя: «Учитель, дай мне здоровье». Три вдоха и выдоха, и просьба должна быть, что, самое главное, даст мгновенное выздоровление. Пятое. Не рекомендуется на землю плевать слюну, или харкать. Не курить табака, не пить вина.

    Как это было все раньше. Не делали этого, что делаем мы с вами сейчас. У нас таких ученых не было, как они есть сейчас между нами. А не упраздняли с дороги от человека преступление и всякого рода болезнь.

    66. А вот когда мы это устно будем в голове держать, как дело своей жизни, никогда не получишь за это самое от природы стихии. Ты или я будешь заслуженный. Не надо будет тебе от природы никакого сырья, и никакого дела, чтобы делать для человека вещь, которая делается руками. Машина выпускается для человека в помощь, чтобы обрабатывать землю для урожая. Потребуется не один тракторист и не один агроном. За счет урожая много людей в труде зависимые. И для него надо будет природа не одинаковая, чтобы была одна. Урожаю надо день хороший и влажная погода.

    67. С чем человеку весело живется. Он ежедневно видит свое возрастающее прибыльное. У человека вся на это надежда. Он к этому добру с прошлого года начал готовить это поле. Эту землю с мыслью под снег положил. Всю зиму ее под головами держал, не забывал думать о ней. какая она для того, чтобы сделать такую хорошую для посева грядку. Он должен время дождаться, приготовиться с трактором и трактористом и прицепщиком. И чтобы были исправлены положенные сажалки, и прочищено зерно. В случае какого-либо изменения в сторону того, чтобы на дворе было возможно услышать муху в полете.

    68. Нос человека чует запах цветка, появляется из-под снега зеленая трава. Тот, кому надо ухаживать за землей, до солнца рано ночью поднял себя. И завел свою машину, зарычал по всей местности своим гулом трактор. Все наши живущие в один голос сказали: дождался тракторист своего дня и своей ночи. Будет за землей теперь ухаживать, чтобы урожай на этот год получить не плохой, а хороший. Нам даст это все не один тракторист, не агроном, а совместно с природными днями. Они каждый раз на эту местность, где лежала площадь, без всякого того, что требуется для урожая, не приходили.

    69. С утра хорошие старожилы с опытом в природе скажут еще зимой, по ее развитию, что сего года будет неплохой урожай. Скажут вперед, какой будет месяц, или сухой, или мокрый. Когда время себя показывает, что сегодня будет в средине дня дождик обязательно. Солнышко не такое будет, как на сухую погоду. Любой человек сельской местности за этим следит, и подойдет к своему близкому соседу. Если они живут в дружбе, обязательно скажет, чтобы человек об этом знал. У людей вся есть сила на то, чтобы обязательно на земле было все то, что требовалось не одному человеку. Надо была трава животному.

    70. А человек добывал чистое зерно. А солома, полова прибиралась в скирду человеком для кормления животной скотины. Голова человека не глупая этим заниматься. Она занималась и занимается, и будет так заниматься в природе через свой имеющийся недостаток, с которым все время человек живет. Ему в этом развитом деле все мало, он со своим здоровьем ищет много. Это хорошо делает природа, ее условия человека родят. Она его родила, а вот обогатить не смогла. Бессильный он сделать, особенно сейчас со своим намерением. Он бы сделал, корону короля надел бы на голову свою. Может быть, и хвалился где-нибудь, но тетерь наш народ не такой. Он пока не верит истине, и не хочет понять, что он живет в ледовитом океане воздушного пространства, где атмосфера такая никогда никак не сможет отмирать.

    71. Она раньше была такой же самой, как мы ее видим и пользуемся. Один раз поживем да поглядим, послушаем, живой факт сделаем. Чтобы с собою его взять в могилу, оно не требуется. Человек отмучился. Он думал, и не сделался со своим развитием Богом в жизни через свое большое незнание. Не делался бы зависимым человеком, может быть, что и получилось в таких приятных днях, в снегу белом. Они не пришли живое тело человека пугать в чучельной своей собственной одежде, в которой человек научился оставаться в природе.

    72. Можно сказать прямо, не вояк и не борец своего живого тела, а трус. Сам кричит во весь свой голос, ему не хочется к удаву на съедение идти, но бессилен. Как наш человек, оделся до тепла, как это следует. Валенки на ноги надел, даже фуфайку с бушлатом на тело натянул, шляпу на голову надел. Казалось ему, он попал в ванну не природную, а самую нищенскую. Ему же нелегко ходить в этом всем. Какой бы ни был на дворе чистый воздух, он тяжел для мертвого. Всякими путями ему очень хочется, чтобы человек не одевался, но поделать никак не сможет. У человека свое, а у природы свое.

    73. Не верит человек природе, не хочет знать день пришедшего характера. Он с собою принес неизмеримые богатства в жизни. У человека веры на это дело нет. Он верит своему делу, рукам своим. Если человек оделся, наелся, и живет в доме. Что может быть лучше с этого всего. А сам форточки имеет. Как чуть что такое, он задыхается. Ему надо много кислорода, он без воздуха жить не сможет. На это он и сделал это удобство. А если бы не форточка, он бы не жил. На двор без одежды, без еды ни за какие особенности не выйдет. Скажет: лучше я умру здесь на койке убранной в постели, чем мне придется умирать на снегу.

    74. У человека вера и надежда не к жизни, а к смерти. Он этим поступком, этим делом себе не ищет жизнь, а нашел смерть, и с нею согласился, и давай по-своему продолжать. Природу никак не обманешь. У нее к твоему живому телу любимые незабываемые родные друзья, с кем жить бы, и умирать не надо человеку. Ему никто не виноват, сам он это все сделал. А жить не захотел, независимую сторону совсем невзлюбил. А взял да пошел вслед за развитием прогресса, в чем люди не живут, а отмирают. Он больше ничего не знает, кроме как ему надо в помощь техника, оружие, чем он научился в природе стрелять природою.

    75. Она человека  заставила, чтобы он в ней работал, для себя делал то, что ему в жизни помешало. Человек думал одно, а получалось другое. Не машина родила человека в природе. А природа родила человека не для смерти, а для жизни. Но работа в жизни не дала человеку дальше жить. Он в процессе заболел сам, его природа за его ошибку наказала. Он хотел руки в брюки, но ничего не делать. А в природе есть такое перед каждым человеком, зависимым в ней. Взялся за гуж – не говори, не дюж. Умирай, а сам строй. Такие дела в жизни человеческой происходят, они и будут в ней происходить.                              

    76. Ибо так наши предки в неправде фундамент заложили. Как хотели люди прежние сложить гору до неба, чтобы она им помогла долезть до бога, и с ним лично разговаривать по части счастья и несчастья. Людям хотелось такую штуку в природе сделать, но они этого успеха не получили. У них не состоялся разговор по этой части. Они думали: если они доберутся до Божьего стула, то они ему предъявят ультиматум, чтобы бог им ежегодно давал прибыль, чтобы у них между ними не сорила беднота. И вот много, много затратили труда и материальности, но удовлетвориться люди не смогли, как и не удовлетворяются люди сейчас.

    77. У них произошла дележка между собою в природе за природу. Все наделала теория. Люди поняли однобоко. Их заставить всех, чтобы  сами с собою за богатство воевать. Оружие делать, и один на другого стрелять. За что? Да ни за что, за богатство в природе. Неужели люди ученые не поймут, что они гости на время в природе. Придут, и уйдут за их одно нехотение, за лень, за неумение. Кого стреляем, и чем стреляем, и как стреляем? Вернуться, никто не вернулся обратно. А один за одним идем и идем. Докуда эта история будет продолжаться? Если мы в этом сами виноваты. Нам в жизни потребовалась пища, одежда и жилой дом.

    78. Но когда это все стали приобретать в своем деле, мы в этом деле ошиблись. Тракторист и агроном не удержались, умерли оба. Мы тоже поем, танцуем, на разные инструменты играем. Хорошо в природе живем, и будем жить хорошо в природе. Один от другого уходит, и будем догонять, чтобы догнать и перегнать своим умением. А безвинного, больного человека посадить в тюрьму сначала, а потом положить его в больницу. И дать ему его право. Пусть он закаляется, сам себя показывает небывало. Он человек, как и все, отомрет. Мы его спишем, как списали всех других, кто не в силах был с природою бороться.   

    79. С каждыми днями воевать, как мы, все люди, воюем. Не хотим мы считаться. Сами себя кормим, поим, одеваем, в доме живем. Но про другого знать не хотим. Он же у нас в природе из-за чего умер? Сами мы не знаем. Делам все то, что влияет на наших людей. Мы только думаем жить, но нам природа не дает. Берет и нападает на наше тело, и начинает мучить до тех пор, до того времени, пока он приостановит свою жизнь. Уже не стало тела. Что мы с вами сделали в этом? Мы с вами крепко-крепко ошиблись в этом развитии. Свое тело потеряем на веки веков. Больше сюда не появишься, и не придешь на это место работать. Твои силы произойдут в прах.

    80. И будут ждать человека, противоположного этому всему. Кто своим умелым умом докажет про нашу с вами смерть, что она на наших глазах рождается, и тут же исчезает. А сама природа, в которой мы все до одного человека не хотели. Но что ты поделаешь с природой. Она нами распоряжается. У нее на это есть силы и воля, которая 1966 лет проходит. А вот люди не хотят соглашаться и пробовать, чтобы отыскивать тайну. То ли она в природе, то ли она в человеке. Мы боимся заразы, моем после этого всего свои руки, боимся замазаться. И у себя не заиметь то, что у него есть. За нашу брезгливость, за нашу всю нелюбовь свою, природа за это его наказала, и обмазала своими силами.

    81. А у нее они есть и будут. Обязательно накажет любого человека зависимого. Для природы эта сторона не оправдала свои действия, которые делались в любом месте. И будут делаться, ибо человек этого заслужил. Для него мало быть трактористом, ему надо агрономом сделаться, чтобы наступать на природу, на тот путь, который давал и давал. А людям сколько ни давай. А чтобы не было мало, люди лезут на рожон. Вот спросите у них, что им не хватает. Или нет воздуха, нечем дышать, или нет воды, в которой барахтаться, или не хватает земли, чтобы по ней ползать? Мы деремся за самих себя. Мы же думаем о природе, и ждем от нее, чтобы была прибыль. А прибыль каждому нашему человеку обязательно нужна, и крепко надо.

    82. А эта прибыль так без труда не дается. Надо будут на это дело люди. Они создают богатство, и им оно надо. Мы хорошо знаем, что не будем делать, или не будем думать, у нас между нами и природой не будет войны, и не будет борьбы. Зародится тишина, не будет развиваться смерть. Не потребуется для кого-либо из таких людей такой в природе день, в котором мы встречаем не одну, не одинаковую струю погоды, которая себя меняет с одного вида в другой. Человек больше от всего любит, что приятней и лучше было. Особенно любит время середину сладкую, вкусную для того, чтобы удовлетвориться, и чтобы другим ничем не нуждаться.

    83. Мы на земле очень много кое-чего делаем, и хотим мы, чтобы она нам через минуту рождала новое. Мы на нее свое желание расходуем ни на что. У нас для нее нет того, чтобы не надо делать. Время подскочила под ноги, хорошая по пути дорога, а по ней принадлежит нам несколько раз пройтись. Уже без следа и дороги не обойдешься, особенно зимою. Хотя летом без жизнерадостных одного шага не ступишь. От твоего костюма прыгает кузнечик, а комар набрасывается на твое тело. Ты для него любимый запах, он тебя любит за твою созданную в природе кровь, она ему, как кровопивце, нужна. Как нужен на земле заяц для потребности человека.                

    84. Мы считаем себе, это закон делается в природе. На земле и дороге делалось людьми, и ягоды искали. А на дереве яблоко садовое красовалось для рук человека и для того, чтобы сорвать этот фрукт. И отмыть рукою для того, чтобы вкусить зубами, и почувствовать его запах и вкус. Мы не это одно делали. На деревьях росли вишни сильные. Мы их обрывали, и делали в кипятке компот. Также терн не уважал этому всему силою показывал, не такой вкус создавал. Терн можно было квасить. А кроме этого всего земля давала не один хлеб, не один хлопок для одежды. А для самого себя сажали картошку, капусту растили, всякого рода тыква или бахча с огурцами.

    85. Если человек занимается на земле, получается прибыль у него в одно время. Приготовлено яруса, он не знал, чем спасать и как хранить. А хотелось, чтобы все время лежало свежим продуктом. Но таких сил, такого места мы не находили, чтобы природа туда не прислала воздух, или не протекла вода, или не лег белый снег со своим холодным морозом. Он со свежим не считался, подряд губил своими силами. А когда придется солнцу показаться, или дунуть низом южному ветру, все меняется кругом и всюду на нашей родной земле. Мы с вами видим, но чтобы удержать возле себя то летнее тепло, в котором мы ходим в легком одеянии. Мы с вами это время никогда ни на что не заменили.

    86. А когда лето начнет себя терять, на смену приходит осень со своей струей. Люди все постепенно уходят со степи, бегут, волокут во двор то, чего и не надо было. Он его приволок, и целится израсходовать. Зима, он говорит, не лето, чтобы давать человеку какую-либо прибыль. У природы свои капризы человека заставлять, чтобы он знал, что есть теплое и есть холодное. А раз мы знаем об этом всем, мы готовимся встретить. И зиму встречаем, и лето встречаем. Но больше от всего заинтересованы получить от нее какую-либо в сырье прибыль. Зима для людей бесценный источник, к которому не стремятся так, как есть стремление наших тел. Мы уходим от зимы, тяжело с нею жить.

    87. Нелегко терпеть в нетопленой хате, а это бывает сплошь и рядом. Раньше такого разума и дела такого между людьми и природой мы с вами искали. Нам хотелось жить не так бедно, не так тяжело и очень крепко вредно. Мы в этом году прожили не один день, не одну неделю или месяц – 365 дней, целый год. Зима начиналась с самой осени. А мы знаем ее прекрасное время. Проходят дни какие, особенно когда снег ложится. Это редко бывает, осень проходит сухая. А большинство льют на землю, как нарочно, дожди. Не так бывает худо, как летом. Какой день начнет группироваться, как будто это надо дождю быть. А у нас с вами какая мысль в голове.

    88. Возьмешь под этот час, и скажешь необдуманно словечко. Ну, я говорю: «Слава тебе, Господи, дождик начинается». Может быть, ему время пришло, пройдет по нашей такой местности. А дождик мы давно ждем. А то наша земля лежит сухая, Бог нам не дает. А он, как нарочно, делает. Мы же какие стали люди. Трактористы да агрономы, милостыни не просим. Наше дело – не смотреть на облака, и не крестить голову. Мы люди теперешнего времени. Дождик дает природа. А в ней такое время делается. Надо, и крепко надо, дождик, все сохнет, а его нет и нет. А мы хорошо знаем, когда погода проходит влажная, в людях и радость на лицах.

    89. Они считают эту сторону, когда увенчаются дожди, да еще какие. Бывало в жизни, на черной земле посев вымокал. Этим людей не накажешь. То зато песчаная много родила. А теперь природа не хочет нашему умению гордому. Слова агронома: дождь будет, мы его заставим, он обязан быть. Наше дело – иметь оружие, и обрабатывать хорошо землю для того, чтобы земля родила ежегодно. У нас есть на это, мы хвалимся, что мы умеем это делать, и без дождя получим урожай. А природа есть на что. Природа, она помогает вежливости и болельщику в жизни. Мы знаем, как собственность вводилась годами, временем, да просьбою.

    90. Только туча сама себя покажет, дождик себе спустит. Где-то возьмется гроза, светом осветит. Но, думаешь, дождик начинается. Возьмешь и входишь в помещение. Думаешь: разовьется сильным, намочит. А какая дорогая одежда, ее надо покупать, а деньги так нам не даются. А природа не родит то, что мы хотим. Дождик дает урожай, а дождика нет и нет между нами в жизни. Мы от этого дела зависимые. Когда дождик проходит, нас клонит ко сну, в это время человек отдыхает. А то ему нет времени, чтобы ничего не делать. Он землю свою по силам захватил, и старается тяпать. Думает, дождь пройдет.

    91. Природу надо нам любить, и не отворачиваться от нее. Не быть такими умными и знающими крепко, что мы самое главное. Не хотим сказать людям. Мы с вами все наше завоевание всей природы. Мы ошиблись на одном человеке, на больном человеке, страдающем крепко, терпящем с идеей. С ней он идет пока один со своим небывалым новым здоровье, со своим молодым сердцем, с закалкой. А мы с вами встречаем дни январские. Температура ниже нуля, мороз в этой местности проходит по земле в снегу.

    92. 10 января 21 градус, 11 января 23 градуса, а 12 января 27 градусов. Наш человек закалился, хочет сказать. Мы его видим не в защите самого себя. Он нам таким людям не мешает своим поступком. Ему, как человеку, подготовленному независимому естественному человеку. Мы с вами не сделали, что он нам показывает. Не в природе надо искать тайну, надо порыться человеку самому в себе, как роется Иванов. Никому не верит, ни одному человеку на нашей земле, что он правильно живет со своим развитием, со своим телом.

    93. Мы боимся природы, даже хоронимся от нее в своем богатстве. Мы с вами не вояки, не борцы за свою славу. Когда было тепло, хорошо, тогда мы снимали рубашки, храбрецы были солнышком загорать. А когда повернулась иначе природа, у нас на это есть приготовленная теплая одежда. Мы ее сделали сами, это наше оружие. Мы всю зиму на себе таскаем, пугаем дни ею. Ничего не поделаешь, так нас заучили наши предки. Мы пока верим им. Но не верим природе, что она у нас мать. Она же родительница, она и хранительница.

    94. Мы этой дорогой не пошли, свернули. Надо было искать смерть в природе, и опознать ее (природу), и с нею подружить, руку протянуть. Ее попросить хорошенько, она живая естественная сторона. Любит, когда к ней подходишь, и с нею начинаешь вежливо говорить. Особенно, когда ее просишь. Она, такая природа, снисходительная, на все идет. И на это дала согласие, чтобы человек больше не беспокоил, чтобы человек больше этого не делал, и не уходил от природы, не хоронился от нее. Природа любит тех людей, кто ее любит. Она не хочет, чтобы мы с вами по-старому жили, так, как мы уже стали жить 1966 год. Иванов кричит нам.                 

    95. Мы его видим, но не понимаем его. Он же человек. Эти дни, про которые речь идет, он у нас помощи не просит, чтобы мы ему дали одежду, или кормили. Или в дом заходил, и в нем жил так, как мы им пользуемся. Иванова слова звучат нам, мы давно их читаем. Про свое доверие и свою правду, которая находится у меня. Говорит: вся тайна – разувайся и раздевайся вслед за мною. Это будет не моя тайна, а ваша всех. Мы имеем у себя вожака Учителя. Мы с вами должны теперь все у него учиться, если только не хотим умирать. А хотим – в земле мест для нас хватит. Все люди сделают и родят, и зароют.  

    96. У них оружие сделанное стрелять у самих себя в природе. Но нет сознания бросить, и не драться за природу. А у нее, как у хорошей, сильной и богатой матери дети умные и здоровые. Так и расположены дни, в которых не стоит одна атмосфера, себя бурно бросает, и не стоит на одном месте, движется без конца и края. Нам этого права не давалось. Если это была возможность человека все делать без всякой самозащиты в природе чистым своим энергичным телом. Какая радость была тогда по нашей земле, следа даже никем не проделывалось. Все не было начатое, а все целое, как какая-то игрушка. Мы же с вами не захотели жить по независимому.

    97. Стали ожидать своего созданного времени, в котором стало человеку хорошо. Мы с вами признали: теплое приятнее, чем стоит холод на месте. И вот теплу не приходилось верить, как мы его дождались. Он и к нам пришел, скоро нас заставил с ним согласиться, и одно время побыть. А потом это все ушло, и мы с вами не насытились таким удовольствием, как мы с вами встретили тепло. Мы в иной форме сами себя готовим. Не приходится хорониться или уходить, прятаться, как от нехорошего времени. Мы с вами знаем, что нам приносит в свое время, скажем, южная сторона, если от нее потянул воздух. Или север, также запад и восток.

    98. И когда как, нам сама природа подсказывает. Мы сами видим, и уже готовимся с этим временем, с этой струей, которая с собою принесла все то, что было надо человеку. Она нам не принесла, показала. Мы не успели наглядеться и попользоваться, как оно исчезло. А когда после хорошего приходит плохое, то мы уже не те делаемся, что имели. В природе не стоит одна погода всегда, и не делается перед человеком всегда одно. Даже за столом с ложкой, с куском хлеба, и то кое-когда у какого-то человека на лбу проявится система пота. У человека уже дело, он ложкой не понесет к уху, и не нальет в него.

    99. А несет ложку в рот, и одна за другой после жевания сухого хлеба. На все надо иметь молоток, и им по гвоздю, по шляпке, забивать без промаха. Так и жизнь человека проходит. Думается ему, что день у недели будет одинаково меняться. Как в природе пробирался, вверх лез мороз, холод, к которому приходилось человеку теплее одеваться. Не хотелось замерзать. Лучше будет в теплом, в тяжелом пробыть в эту минуту. Когда зима, предупреждают врачи, они косметологи, считают беречь от неприятной погоды. Как же Иванов считает. Это все, что мы делаем – одеваемся, кушаем и в доме живем – преступление.

    100. Мы хорошо знаем время. Оно в этом году и к нам пришло с глубокой самой лучшей зимой. Как она себя заставляла прыгать, до 23 градусов пришла. Казалось бы, надо Иванову, как все, одеваться, обуваться, на голову шляпу одеть. А он говорит. Трусы – мертвое, не греют, а наоборот, мешают. Их же надо греть, а они болтаются. В природе нет халам балам, а есть истина та, которую человек у себя  имеет. Это же природа с 27 градусов мороза на 12 градусов. Что это себя заставило, и кому это было надо. А природа умница. У самой эти качества родились, но не у Иванова. Была его просьба, как будто через его это произошло.

    101. А в природе, в человеке его любовь. Холод находится в селе, хуторе, в городе. А вот на земле, да на равнине, люди борются за право одно. Они хотят, чтобы жить хорошо, но им это не дается природою. Им это хотение всегда можно развить, как с родной матерью, а получается им не то. Вчерашний день проходил каким по этим местам. А сегодня не таким, так и жизнь дается в природе. Сегодня одно здоровье, а завтра другое. Хоть бы одна была похожа на другую местность, где люди живут. У них даже не одинакова усадьба. А чтобы был дом, да под одной такой крышей, которая делается руками. Она человеку даром не дается, а все покупается за деньги.  

    102. Вот деньги даром никто никому не дает, только можно заработать их трудом. Это его одно в этом свое любимое желание. Я умею быть подчиненным человеком в любом месте, только за деньги меня купили. Мое не у меня заставило продаться за то, что тебе дал хозяин. Он учел мою жизнь молодую, и дал ей свою возможность, чтобы я у него жил и трудился. За это все получил в целый день от солнца до солнца. А вы разве не знаете, какие стоят летние жаркие дни. Они так не проходят, чтобы чем-то тебе помешать, да подсказать про то, что ты не умеешь делать.

    103. А раз твое такое неумение, ты непригоден к этой жизни. Тебе, как мальчику, доверилась пара лошадок, чтобы ты на них сам ездил. Твое дело было вожжи. Надо ехать вправо – держись правее. Надо влево свернуть – поверни влево. А прямо ездят по дороге, и то, бывает, сбиваются. Особенно зимой, да еще в ненастную погоду пургу. Если бы человек там в это время не ехал, он бы там и не сбился. А тут такая несведущая лошадь, на которой приходится не один раз ездить. Но только время не надо человеку получать. Он не поехал так даром, его заставило какое-то дело. А дороги от села были какие. И кто в такую пору должен ехать.

    104. Надо дома сидеть. Что же ты за такой человек, если ты не бывал в этом селе. И никого ты там не знаешь, поэтому зачем ехать. Да еще на такой дрянной лошадке, которая заставила в дороге плакать. Это все достается нашему родному бедняку, тому, кто хотел свою бедняцкую жизнь показать. Не надо было ехать, не попал бы впросак, не захватила бы его природа, и не нанесла ему снежное условие. Засыпала, закидала. Разве можно одному с природою так, как делалось раньше в степи, по бездорожью погибать. А разве можно было дома на печи простудиться, заболеть,  и помучиться, а потом умереть.            

    105. Что заставило его. Повечерял, лег в постель спать, и в ней умер. Этого люди не добивались. Их дело – с вечера окошки закрывал лучше свету. Свет виднее, садись за стол. Если есть, что кушать, то кушай. Веришь Богу – молись. И ложись на всю ночь. Тебе никто не мешает, кроме одного Бога. Не веришь – не молившись тоже ложись. А сам не забывай про своих близких соседей, они рукастые, смогут обидеть ночью, уворовать. Идет там, где ты в жизни не узнаешь. Это все сделала природа, она такой день, такое время подослала. Не надо было делать это чужое, а человек за чужим полез.

    106. И сделался на время, за бесценок продал. Кто знает? Да никто. Я, говорит торговец, которому дается копеечка без труда. Она копеечка за копеечкой. Так и день, он задним приходит, и свое хозяину оставляет. Говорят, родился в семье человек. Какой он будет, и что с него будет? Когда ему года взрослые настанут, уже надо подсобную палочку. Ноги не ходят, здоровье плохое, а жить будет надо. Я же человек, кому хочется жить, да чего-либо кому-либо сделать. А тому, кто заболел, болеет, лежит в коечке. Он чего ждет? Отмирания. А тот, кто на ногах ходит, у него сила есть, на плечах мешок носит.

    107. Это его дело. Я быков запрягу, и повезу на мельницу на санках. А ему надо на горбу. Сейчас машина все работает, все делает, даже машину сама складывает, поэтому их стало много. Время такое, машины в природе рождаются. Мы с вами много кое-чего делаем, но у нас как-то не получается. Мы крепко-крепко хвалимся, но чтобы без всякой ошибки оставаться, мы за свою справедливость не получаем. Дельцом быть это нужно уметь. А прежде чем знать людям человека какого-либо дельца, что он умеет делать. А этого в природе не получается через его сделанное дело. Это бывает один раз в жизни. Человек на арене сам себя показывает. Он сделался за это дело чемпион.          

    108. Такого между людьми он никогда не делал, а сейчас он случайно сделал. Значит, он оказался на одно время. Какой бы он ни был человек, что бы он ни делал у себя хорошего, но впоследствии, получается, он сделал в природе хорошие качества. Может быть, заставил многих думать очень. Другие об этом деле знают хорошо, но у них так не получается. Раз этот человек не ужился в жизни в природе, его за что-то нехорошее не пожалела наша природа. Он же гений, когда умер.  А вот другому такому не пришлось, как человеку, свою славу между людьми оставить. Неправильно делается любым нашим человеком.

    109. Разве мы с вами этого не захотели сделать, между нами всеми себя новым человеком показать. Мы этого дела не умеем, через что нас природа бьет по голове. У нас за это мозг приостанавливается, и дальше про это самое больше не мыслит, и делать перестает совсем. Какой же это он человек, свою середину выбрал. Пожил, похвалился одно время, но точности в своей жизни не получил. Ему, как человеку, приходилось очень много годов учиться теоретически, самого себя подковывать. На это требовались его силы, чтобы сделаться человеком ума. И то делать, что ему самому вредно.

    110. Учился он, бился, старался освоить, получил диплом. А по диплому, как ученый, между неучеными получил доверие быть командиром не плохим, а хорошим. Но у него не получилось того, чего надо будет в жизни. Человек много кое-чего делает, и хорошее получается, но одного он не добьется в своей жизни. А она есть, эта тайна, это богатство, которое надо нам, всем людям. Но мы и учились, и научились, много знаем по истории. Казалось, не надо бы болеть за наше все то, что делается между человеком и природой. Это одно наше незнание. Почему это так, что в году время не одинаковое бывает.

    111. Особенно каждый наш год, он себя к нам приносит. Первые дни зимние, холодные, морозные не по всей нашей земле проходят. Есть всякого рода день. Человек и не захотел, чтобы он такой нехороший в жизни сам себя показал. А человеку надо начинать. Хоть и зима пришла, и вся в снегу лежит наша земля, но больше думаем о другом времени. То обязательно должно в природе получиться. Мы же люди живые, на нас только не такая форма. Мы с вами не любим зиму, поэтому и одеваемся. Хоть нам тяжело, но надо делать это.            

    112. Мы с вами, все люди, есть зависимые в природе, в условиях. Мы таких сил, такой воли не имеем через наше незнание. Почему это делается, что год наш начинается и кончается в снегу, большинство зимой в холоде. А вот лето, оно прибыльное все. Что за такая причина рождения, глупцом и умираешь. И вот… самая война с природой за жизнь, борьба за богатство. А в богатстве есть наше все. Мы с вами считаем: это, что у нас есть, много его есть, это наше во всем. Такая жизнь проходит между людьми и природой. Она нам дорогу показывает. У нее есть все то, чем надо человеку жить.

    113. Мы с вами сколько живем, посмотрите назад. Сколько ты в жизни своей прожил да проследил время, ты покоя мало видел и также слышал. А сколько мимо возле тебя проскочило без конца и края. А ты от него хоронился, все бежал да бежал. Мы с вами этого раньше не имели. Да и где ты будешь иметь, если у нас было знание короткое. Мы не видели того, что видим сейчас. Перед нами лежит большая задача. И сейчас, и тогда мы хотели жить, как бы лучше да легче. А вот природа нам этаким людям и не давала, и не дает нам этаким. Мы с вами не заслужили, у нас нет того, что надо.

    114. А человеку надо была рыбка. Он такую дорогу собрал, по которой не приходилось даже подумать.

    Мы по старому стилю проводили, будущий год 14 января, а по-старому 1 января. Так кто его знает, чему поклоняться. То ли новому, то ли старому. На Новый год не была температура низкая, как она спустилась ниже нуля 26 градусов. Тяжелое время моего дела, но я не боялся, и это встречал. 30 минут холодно чувствовал, но чтобы внутренность захватил, этого не пришлось. А вот ноги что-то прихватило. Не могу объяснить, что за такая для меня причина была, что я даже у Риммы Усмановой выпросился вторично на двор на снег.

    115. Работы было много, не бросал заниматься с врагом. Может быть, вызвало мое такое недоверие, я стал от своего отступать. Плохого не чувствую, но есть, как будто меня какая-то сила со двора в помещение гонит. Я хорошо природу знаю, за ней хожу, и прошу ее силы, чтобы она от меня их не отбирала. Они у меня есть, но тяжело мне за 24 часа один раз выходить, и эти минуты терпеть. Я выхожу для того, эту температуру улавливаю, чтобы была возможность в любом месте переживать. Природа истине помогает, а неправду гонит.

    116. Я не тракторист и не агроном, а самый простой в жизни человек. Практически разбираюсь сам собою. Но зато неповторимый, кому надо будет верить, как одному из всех противоположному, закаленному в тренировке человеку. Кто встречает и провожает, несмотря на пониженную температуру, которая идет вперед. 15 января в субботу 29 градусов мороза. Я и этого не убоялся, а провел свой сеанс, свою холодную ванну, которая всем надо. Мы, все люди, хотим это видеть и слышать, но боимся, как бы нас природа не обидела. Поэтому надо человеку нашему, любому и всякому человеку, кто хочет в жизни видеть и слышать.

    117. А мы с вами уходим подальше. А не хотим, чтобы был на дворе этот мороз. От него имеем одежду и пищу, да жилой дом, в чем мы все не живем, а отмираем. Говорим: ми любим приобретать все это в труде. А вот что-либо делать, мы не делаем, особенно нашим телом, как делает Иванов. 15 января 29 градусов, стоял да дышал, ногами гимнастику делал. Было очень чувствительно на эту атмосферу обращать внимание. Это была такая ванна, где я был со своей мыслью, ни о чем не говорил. Особенно касался жизни человека, которая жила в природе один раз, а потом свои силы теряла, и падала жертвою. Мы, люди, были бессильные жить.

    118. Надо было искать всем нам то, что ищет Иванов. Мы с вами это не хотим делать ни за какие особенности. Мы бережем сами себя в этом.

    16 января 32 градуса. Тоже был, испытывал эту холодную ванну. А в холодном и плохом никто не собирался, и не собирается пробовать так жить, как Иванов жил на воле, и живет в специальной больнице с врачами. Да еще зимой в такое время, когда понижается температура. Она стоит 32 градуса ниже нуля. Хочет сказать про свое господство над любым человеком. У него одна мысль – сам себе за временем гонится и гонится. Мы плохую одежду на себя не одеваем, и не собираемся плохую пищу кушать, и также в доме плохом жить.

    119. Мы с вами растем по новому небывалому. Так жить, как мы живем хорошо, до этого времени жить не собирались. Делаем свою работу очень быстро и аккуратно, да и качественно. У нас есть все. Мы не нуждаемся многим. Друг к другу не пробираемся и не просим, а живем сами разно. В своих условиях забываемся. Надо у себя иметь сознательную вежливость. И друг другу помогать в отношении умелой жизни, которая нас всех учит, чтобы мы опознавали природу, как мать свою. И жалели ее, и от нее не брали то, что ежегодно берут.   

    120. Да еще в такой день, в такое время, когда ученые сами себя заставили не жалеть, а лезть на рожон, чтобы в природе долго не жить. Мы же дня приближаем со своими недостатками. Мы хотим найти в природе тайну. Наша всех задача – это чтобы был на земле мир, друг с другом не воевали, и не убивали, не эксплуатировал человек человека. А сами мы, люди все, для чего сделались трактористами и агрономами? Чтобы от природы брать больше, от земли урожай. Это мы право получили сами лично.

    121. У нас с вами есть сделанное нами оружие. Какая техника, но она нам не помогает так, как должна она нам помогать. 17 января вторник, 22 градуса мороза. А 18-го пошло под уклон. И 19-го в день крещенский надо мороз, а оно было повышение температуры. Я ни одного дня не оставлял позади, его, как здоровый дух, не бросаю. За 40 минут 1300 раз поднимаю свою ногу вправо и влево. А чувство, оно же меняется, делается в теле не вредное, а полезное. Я такого вредного получать. А 19 января, на мою долю, насыпал такой чистый белый снег, в большом бушующем снегу…

    122. Я и здесь со своим телом не растерялся, делал то, что надо. Я этим, как художник ищет такой выход в искусстве, от которого никак не отказаться. Мы тоже человека осужденного посылаем. Чтобы Иванов сам собою эту ванну 12 градусов в снегу испытал. Это его в этом деле любовь, и тяжелый был труд. Раз природа допускает это делать, уже можно похвалиться самим врачам. Они же поручили, доверили мне, дали свое пожелание, чтобы я это делал. И сама блюстительская сторона согласилась, и дала возможность Иванову конвоироваться. Правда победила неправду. Север своего в этом деле добьется. Мы с вами сживем с земли смерть.

    123. Разве это не открытие, или это не дорога есть для жизни. чтобы продолжать. Мы этим поступком очень много в природе сделали и помогли, чтобы в человеке раскрыли его тайну. Что может быть лучше в этом  деле, как человека есть здоровье. Может быть, я этого не сделал, что сделает наша будущая молодежь. Раз она делает у себя вредное, что им мешает в их жизни, то почему не начать ту историю, которую  надо давно начать с вами, и ее делать нам всем? Мы же рожденные отцами, матерями для того, чтобы жить не за счет того, что мы находим в природе. Это наше дело всех – ползать по природе, и искать себе жизнь.

    124. Мы с вами не хотим на себе отыскивать смерть. Чтобы найти ее своим телом, и ее изучить, понять, как врага, и ему дать отпор. Мы этого не делали и не делаем, что нам делает своим телом Иванов. Он идет своим телом на преступление своей жизни, а получает другое. Он не нарадуется нам найти, таких слов сказать, как ему делается после хорошо. Верите, не верите, но моя за мною есть, была, и будет правда. Она же окружила себя жизнью. Раз я не простуживаюсь и не болею, что может быть от этого лучше. Я для этого, что нахожусь 23 часа 20 минут в помещении, кушаю один раз среди дня, на ночь не ужинаю, и не завтракаю.

    125. Я это делаю не для того, что умею делать. Я бы совсем в рот не брал никакой пищи, если бы находился в природе. На это надо волю завоевать. Как 19 января приходилось на таком снегу бывать, это самая лучшая пища. Не надо телу жирное, пахучее. А только надо чувство это, которое получается. Лучше и мягче не найдешь жизни. Кушать не желается, одеваться тоже самое не хочется, и домом никаким не нуждаешься. Это природное условие, оно сделано человеком, и делается им.

    126. 20 января наложило столько снега. Рабочие нашей палату пошли готовить для прогулки дорожки. Я стал у Тимофеева проситься, он меня не пустил. А вы, читатель, как думаете. Если захочется кушать крепко, то человек на это дело всегда найдет выход, и всякими путями он старается этот голод утушить. Так имейте в виду мое это все развитие на мне. Я же закончил год зимним временем. Не боялся я переступить через порог на другой, а пошел прямо. Мною это дело завоевано. Для меня это дух родной.

    127. Я никогда для этого дела, чтобы пойти на этот двор, на который я просился, и уговаривал его. Он мне отказал. Говорит: «Мы будем ходить по двору, а ты где будешь». Его обман предо мною. Я и на это не обижаюсь. И не хочу сказать никому плохого. Одеваешься, обуваешься, иди, тебе никто не мешает. А мне мешают, не дают такой воли, которая надо. Вздумал про двор, про природу, про место, где расположился такой…снег. Белее не может быть от него. А он, по сути, никому не нужен, как мне одному. Я к нему свою любовь проявил, свое желание изъявил. Я учусь в природе.

    128. Это мое искусство – чистой энергичной ногой разутой на снег наступить. Он же холодный, морозный. А мне за мою любовь, кроме хорошего, не дает. Я получаю от него минералы. А для каждого человека это смерть, да еще какая она есть. Человек простуживается, и он же болеет. А раз он это получает, ему это сторона вредная. Он поэтому уходит, боится. А раз боязнь в этом деле, значит недоверие к природе. Старается сам защитить себя чем-то. Мы сделали с природы одежду. Убили медведя, лисицу, волка, и самого безвинного зайца.

    129. Для нас надо пушнина, мы ею огораживаемся. А сейчас пошла в помощь химия. Она выпускает все то, что хочешь. А вот яичко, да еще куриное, беленькое, с белком и желтком, мы с вами не в силах сделать. Мы с вами в своей жизни делаем то, что нам своим делом мешает. На нашем теле исчезает, и мы вместе с ним умираем. Говорим, это законное явление любить и хотеть хорошее и теплое. А от плохого и холодного уходим. А куда ты денешься, если в том году, 1965 году, был снег, заканчивал свои дни зимой.

    130. И в этом году, в 1966 году, тоже снег и большие морозы. По всему этому надо умирать, как умер Королев, герой, академик, большой человек. Разве он не хотел жить, или у него не было сил к жизни. Ракету соображал, нужен был в природе на это развитие. А вот на этот дело, чтобы себе помочь, он не старался искать, ибо он этому не верит. Если бы ему сказал: вот тебе одно спасение от этого врага, чем он болел. Ванна для того, чтобы от него избавиться. Это независимая сторона, холодное и плохое. Никуда оно не годное, никем оно не исследовано, только Иванов делает.   

    131. А как вы, читатель, думаете. Иванову эта сторона не была известна, что с себя представляет снег белый. По нему трактор нам не будет делать пахоту, уже он не в моде. И тракторист с агрономом не пойдет по снегу так разувшим, как хожу я, Иванов.

    20 января, четверг. Он был весь в снегу, в сугробах. Температура на 5 градусов поднималась, но мое тело не доверяло, что тепло. А слышимость была холода и снега, я крепко слышал эту ванну, но легче, чем приходили впереди морозы по 26 –  32 градусов. Я не побоюсь пойти на сотню, у меня для этого есть сила, воля.                         

    132. За меня природа, но не человек. Мы с вами человека считаем в природе хозяином. У него сделанное с природы его оружие, с чем он и ночью, и днем не боится. Он себя пустит на жертву через условие, а оно имеет богатство. А в богатстве все человека. За это богатство в природе есть война, борьба человека с человеком. Ему надо место, он его в жизни захватывает, как место.  Огораживает забором, своими именем его называет. Делает на углу дом с окнами, с дверями, и накрывает. Это его считается в жизни спасение. Он в нем живет, он в нем делает, и в нем развивается. Прибыль получает, и удовлетворяется одно время одним, а другое – другим.

    133. Один день живет хорошо.

    21 января была погода 5 градусов. Я то же самое, купался так, как при 32 градусов. Снег тот же самый, белый и энергичный, а мне делается тепло. Не обманывает ли меня природа? Я не лучше всех, но делать делаю не так, как все. Всю жизнь от природы прятались, уходили, вооружались, в природу стреляли, и убивали, пугали своей чучельной формой. Природа мертвое никак не любит, и не хочет наравне с мертвым жить. В природе отмирающее делается в негодность, и сохнет, делается бескровное, и уходит с колеи, как непригодное к жизни. Что и заставляет человека уходить от этого дела.

    134. Трактористом и агрономом долго не будешь. Это дело старое заставлять природу землю ежегодно родить урожай не малый, а большой. Хочется пожить нам, всем людям через нашу такую работу, и такую мысль, которая заставляет человека знать про каждый день. Где он живет, и что он сегодня делает, и для чего.

    Чабан не тракторист, а пастух овец, которые ходят по земле, и хватают травку. Схватит, и бежит дальше, захватывает другую такую же травку, чем она накапливает в теле свою силу и растет. Этим она кормит нашего человека ежегодно. Особенно самого чабана, кто не остается без всякой баранины. Так же, как и тракторист с агрономом к делу одному. Вся периферия на земле.

    135. А раз надо делать грядку, то обязательно нужно думать, чтобы перед хозяином не оставаться в долгу. Мы для этого звание имеем, на это учились, получили диплом. Нам народ доверил и землю, а каждый день в отдельности. Мы хорошо знаем про каждый пришедший и ушедший день. Он и к нам даром не приходил, и без всякого не уходил. Мы провожаем в снегу прошлый год со своим холодом, с морозами большими. А новый год мы встречаем не теплый, а зимний, который нас заставил это все забросить, то есть оставить позади. Мы в них все наши люди этой местности. Нам приходилось в эти дни чинить трактор, да думать про местность земли, и планировать по своему развитому уму, что должен делать на тракторе тракторист.

    136. Он всю зиму провозился с трактором, давал ему здоровье. А когда трактор здорового характера, он всю зиму ничего не делал, а возле него лазил своим умом. Человек думал очень много хорошего. Им надо природу обуздать вовремя, и вовремя с весной распроститься, чтобы лето нами было довольно. Наши поля нашу работу примут. А вот лету не надо будут голые не посеянные поля для человеческой жизни. Человек не научил себя оставаться без своей специальности, он за эту работу деньги получает. А за деньги эти жизнь свою строит. У него тело живое.

    137. У него и дело под руками. Ему без всякого дела и лета не надо будет. Лето нужно для выздоровления самого себя лично. Человек видит свою болезнь, старается от нее избавиться. Ему не надо ничего другого, как одна из всех прибыль, да еще какая хорошая. Он и делает для этого, чтобы у него было это. Пшеницу сеет вовремя. Человек старается посеять. Для нее выбирает грунт, и время избирается. Без времени ничего не делается. На хорошее надо хорошее. Осень стоит ясная в солнышке.

    138. И ранняя считается. Для пшеницы готовится хорошо вспаханная земля, чтобы она пролежала осень. Да прогорела на зябь. А тогда все для нее нипочем. Снег, и тот любит пахоту. А природа, она тем лучше. Если человек об этом деле крепко беспокоится, у него она всю зиму не выходит с-под подушки, с головы. Он думает, как бы лучше, да раньше от всех с этим делом управиться. День весенний год кормит нас. Мы об этом хорошо знаем. Но про очередь свою лично и думать не хотелось.

    139. И никому не хочется знать. Она находится между нами, в наших людях появляется. Как вода в гребле не удерживается, ищет в деле свой проход. Она на месте не должна умереть. Ее дело движется без конца и края. Так и человек в природе без всякого дела не живет. Что-то сегодня надо сделать, особенно к завтрашнему дню. Мы его считаем жизнью. А природа посылает то, что не надо. После этого. Сегодня я веселился на гуляньях. А на завтра встал, а у меня голова раскололась, болит. Если бы знал об этом деле, не пил ни за какие деньги. А то, думается, попал в компанию, где люди собрались хвалиться своим приобретенным здоровьем.                              

    140. А хвалиться, особенно нам новым таким людям, не надо. Мы чужое разрушили, а свое не построили. То, что обещали, не сделали. А по-плохому и с режимом заставили подчиненного человека. То есть физически здорового не научили по той дороге идти, по которой наш старый человек не ходил. Он со своим богатством никогда не согласится оставаться без имеющегося своего богатства. У него такой мысли не рождалось, чтобы с неимущим человеком поделиться. Чтобы его найти, как неимущего в этом деле, и сознательно ему дать. 

    141. И помочь его уму и делу, чтобы он тоже так делал, как сделал богатый человек. Мы бы тогда были все удовлетворительные природой. Тогда было бы возможно сказать про природу, что в ней есть Бог. А какой же Бог у верующих людей, и самых богатых людей, кто на копеечку приобретает копеечку? А про самого себя не забывает, своего кумира строит. У Бога не то делается, у Бога такой закон. Есть что-либо лишнее другое – найди человека нуждающегося. Разумей, что он нуждается твоей помощью. Перед ним извинись, как перед заслуженным человеком, кто этого дела никогда в жизни не ожидал.

    142. Чтобы перед ним раскрылись такие Господние двери. И на его бедность нашлись такие добрые люди, которым сама их воля подсказала это сделать. Кто за это будет винить этого человека. И кому он это делает, и за что? За доброе переживание. За то, что он долго ждал в природе такое время,  в которое родился сознательный человек, и стал нас всех этому делу учить. Разве это будет для нас всех живущих людей в природе. Если люди поделаются такими добрыми людьми, которые завоюют в природе такие силы, и ими будут обиженным людям в природе помогать.   

    143. Мы ни при каких обстоятельствах не делались такими заслуженными людьми. Этому делу учит – не обижать, как мы обижаем  сами себя. В чужое, не свое сделанное, вовлекаемся. Мы с вами научились обманно жить.

    Тракторное дело одно – у себя иметь прикрепленного человека. Он же практический тракторист, умеет обслуживать меня. Говорит человеку своей работой трактор. Я не одна лошадка. Запряженная в соху. Я имею у себя много лошадок. Не соху таскаю, а 5-лемешный плуг. Для него нет, чтобы крепкая была земля. Это машина. Хомутов не надо, постромки не надо, бечева или деревянные барки.          

    144. Все тяжелое, крепкое, с железа, не ржавеет. А день и ночь землю не свою, а общественную, колхозную в коллективе с места одного в другое бросает. Из нее делает пахоту. Это все делается по указке агронома. Он об этом деле болельщик, заместитель председателя или директора, как ученой степени, на кого ложится вся обязанность знать в этом хозяйстве не этого одного тракториста. Он без указки агронома ничего не делает, всегда за ним ходит со своей рукой, и показывает на время природы. Его дело – не спать, а все думать. На то он и учился быть ученым человеком.      

    145. Расчет свой не терять, что где и как по-ученому сделать. Земля не скажет нам, людям, вот надо вовремя вспахать под нашу качественную пшеницу или под ячмень. А бывает, трактор строит… все лето буравит, то и дело его создавать искусственную в природе влагу для посева озимой пшеницы. Или роет для того, чтобы хозяину своей работой угодить. Мы на это дело пять лет протаскались то в аудиторию, то с аудитории. Мы слушали профессора теоретические слова. Он нам так говорил: «Надо нам, всем студентам, быть в этом деле любознательными людьми, находчивыми во всем».

    146. Вас учит народная копейка. Чтобы вы учились, вы обязаны это делать. Не будешь делать – не будешь знать, с тебя будет соломенная шляпа. Мы с вами недаром делаемся солдатами. Нас с вами условие заставляет быть из солдата генералом. Он по дороге одной вместе не ходит, как тракторист вместе с агрономом землю возделывает. Не спрашиваются у природы. Она им не говорит про этот пришедший новый год, и небывалое для нас время. Мы, тракторист и агроном, ничего не знаем. Нас научили наши предки: дедушки, бабушки, папы с мамами. Не надо так даром оставлять позади наши пришедшие дни.

    147. Особенно был день зимний холодный, в морозе днем и ночью. Пора, она нас всех родила знать не про одну зиму в снегу, в которой бывает день не такой длинный и жаркий, как бывает время летней жаркой поры. Ты или я, не знаешь, где деваться. Все хилые люди едут на море с севера на южную сторону. Чтобы в жизни такой была какая-либо разница. Мы, говорит тракторист с агрономом. По нашей работе, мы не видим и не слышим, чтобы другие люди сказали и позавидовали нашей работе.

    148. Они нам недаром нашу землю беспокоят мыслями и практикой, но разницы в этом не нашли. Кто из нас с тобою в природе со своими силами, и в какое время сдастся. Человек наш русский, или какой-либо национальности. Разницы между человеком ни на юге, ни на севере, ни на востоке с западом. Мы получили от природы право, жить друг с другом не научились. И не можем дружить с природой. Однобокие мы все. Не хотим знать с вами про плохое и хорошее, взялись за одно хорошее.       

    149. У нас двоих дорога одна. Они на это все закладывают у себя труд умственный и физический. Они хвалятся теперь в это время машиной, что их руки сделали у себя машину, которая пришла на помощь человеку в борозде. Она заменила лошадь или вола, они не стали помогать своими силами человеку создавать его индивидуальную собственность. В то время, когда не было этого трактора, этого гула, все делалось на тихую. Сам с собою хозяин круглый год разговаривал с природой. Он от нее сам ждал ежедневно, чтобы ему она давала хоть одно, но беленькое яичко.    

    150. Он, как хозяин своего двора, дождался такого времени, в котором его курочка сама сложила где-нибудь в таком месте, где хозяин даже не подумал. Кудахтанье его заставило туда посмотреть, а там уже лежало, на этом месте, еще теплое яичко. Он его, как первое начатое, не брал. А заставлял опять туда курочку, чтобы она там прибавила к этому яичку другое. Хозяин это яичко брал, и хвалил эту курочку за ее доброту. За то, что он не зря курей у себя держит какой-либо десяток, он от них собирает сотни. Их сам употребляет, а лишнее везет на базар, продает.

    151. У него не одни волы, которые делали в год свое дело хозяйское. Весь год почти напролет ярмо не сбрасывали с шеи. Хозяину надо будет свой рост пихать по тем местам, где это было надо для его хозяйства. У него есть пара лошадей ускоренного хода. Ему волы только на месте цоб да цабе. А уже на них не сделаешь того, что делала лошадь одна. Ее запрягал человек, и ехал на ней, куда хотел. Лишь бы была с этой дороги ему в его жизни польза одна, за которой гонялся любой человек на нашей земле.

    152. Польза человеческой жизни – это прибыль, богатство в природе. Экономика, за которую человек свою жизнь не жалеет, а заставляет сам себя об этом времени думать. У него известно, на арене лежит полгода на земле белый снег. Считает: тогда он хороший, когда тихо ложится без всякого ветра, никакой бури не происходит. А потом делается влага, снег садится, после начинает мороз. Это все замерзает, и до своего времени землю держит под снегом. Тогда хозяин благодарит это время. У него посев зимний зазеленел, уже рвется со своими силами вверх.

    153. А вы знаете, как хозяин рад этому сделанному им делу. Его это растила, она его огораживала с одной стороны, но с другой обязывала трудиться. Так его природа не допускала хозяйничать, чтобы на все село это приходилось хвалиться. Вот, мол, я, так я. У меня ничего нет. А есть все во дворе. Тот, у кого нет курочки, не услышит ее кудахтанье. А тот, кто имеет у себя хозяйство, да такое развитое, большое. У него три пары волов одних, да пара лошадей, три коровы, овцы есть. А оплодотворитель, и есть еще свиньи. Вы не пробовали, как это человеку в природе давалось.

    154. Земля есть, но нет, чем ее пахать. А тут надо умение, любовь в этом деле, как и где копаться. Это хорошо раньше было, просторно за счет свободной земли. За счет пашни приходилось легко кормить скот. Как чуть что такое, уже говорят. Снег слез с земли, а трава показалась. Она быстро растет, животным еда. А человек только смотрит за нею, да не забывает, какая она есть. Или красная, или белая, а бывает рябая, но моя. Ее, как свою собственническую, кормит, поит, смотрит, как око. Хорошо, или нет. Он за это отвечает перед нею.           

    155. А в природе раньше не так, как сейчас. Раньше такого не было, как оно все делается на нашей земле, на наших полях. Мы раньше жили со своей снастью бедней, но мы жили. Кормили, одевали, и в доме своем жили. Нас учила практическая обстановка, которая тянула человека назад. Некому было теоретически рассчитать, и в помощь крестьянству на его земле сделать такую машину трактор. Это бы его сделало тогда культурным человеком. Он бы не так хвалился, как он молчал одно время. 

    156. Сам все делал руками, а правду боялся говорить. У него сосед близкий по жизни спрашивал, как у соседа. Ведь интересно знать и работать на том месте, где другой работает. И забывает, что надо здесь посеять. Сосед соседу врет. Только то, а гак не сказал. Сколько зерна, тоже не скажет. Он считает, это его трудовое. Зачем, кому-то даром он не даст. А если только кому-то даст, с каким-либо выговором. Как это делалось в жизни. Кто-либо к кому-либо за чем-нибудь идет просить. Сам боится, что не даст.  

    157. А самому нужно до краю. Идет, как к уверенному хорошему хозяину. Знает о том, что у него есть. Думает, выпрошу. Вся была надежда на него, мешок пшеницы, что помогает в жизни, чем жить. А ему, как не умеет обращаться, просить. Не знал, как он думал. Это легко, да еще какому человеку. Да кто может дать. Большинство в этом деле отказывает. А вот поработаешь тогда, когда нужно, дает за это. А так не законное дело. Только за помощь. Человек уже за это дело продается тогда, когда хозяину потребуется.

    158. Тогда это портило настроение каждого человека. Знаете, какое время бывает в году. Поэтому-то трактор с трактористом ввалился в борозду. И так быстро эту пахоту делают, готовят, никому не кланяются. А сами еще не дождались времени, и не знают, что природа им преподнесет. У них одно, они не считаются ни с чем. Заставляют посеянное, без дождя роста нет. Одно без другого не бывает. А надо спешить жить, и делать то, что требовалось в жизни, чтобы не кланяться никому.

    159. Мы с вами не жили так. Природа заставляла человека быстро бегать, чтобы догнать. Но у нас люди такие родились. Надо было хитрить, уходить от другого такого же самого, как и он, человека своим знанием. Учиться стал, сделался агрономом. А агроном ученый человек. Он для того агроном, чтобы заставлять подчиненного. Хотя тракториста, кто обязан делать то, что ему агроном показывает. Качественно делать на земле. Но без чего-либо не ущипнешь, надо была сила экономическая. Тогда она требовалась и сейчас. Хозяин – это государство, в нем есть хорошее и плохое.

    160. Раньше хозяин наказывал, не прощал, а выгонял с дома. А сейчас тем больше. Тракторист человек наш сельского звания. Его дело одно – делать то, что сказано, лишь бы на земле получился урожай. Когда хлеб хорош, полноценность, в достатке, и хозяин благодарит. Кто скажет плохо, когда оно хорошо. Мы все делаем в природе то, чтобы было. А когда мы с вами делаем на нашей земле то, что делали раньше. Зимой готовились, ждали весну. Оружие направляли, чтобы природа знала, что мы в ней не спим, а ходим и думаем. И делаем то, что наши предки думали и делали.              

    161. А вот получали не одинаково. Мешал больше всего грунт земли. Да и тот день, которого мы с вами в это время дождались, в нем мы все это делали. Всему дело сама природа, она за твои заслуги и время подсылает, и счастье одаряет. Мы с вами не такие, как надо будет, не представляем. Вот этим мы всегда проигрываем любым игроком. Любой игры человек азартный берет карту свою не для перебора, если он играет в двадцать одно. Всем не хочется проигрывать, а у каждого игрока в уме лежит мысль зарожденная, он должен на этой карте выиграть. А когда стал брать на туза, ему попался валет, а потом девятка. Сделался перебор, не выигрыш, а проигрыш. Так что в некоторое время и шестерка госпожа.

    162. Человек ее в игре не считает за карту. А она в игре кому-то, как пойдет карта на выигрыш. Сперва приходит король, а потом добирает туза. Выиграл. Я, говорит игрок, бил на банк. Это уже счастье, можно всем сказать, в игре оказался тот, кому в картах стихийно повезет. А в сельском хозяйстве, можно сказать, роли играет природа. А в ней земля не одна, и не один человек, у кого на это сила имеется. У человека двор огорожен, да еще какое было место, кому оно счастьем досталось. Факт жизненный, на факте оказалось. Жребий бросался, досталась моя фамилия. А как нам в этом деле везло, неожиданно природа обогащала. И я этим не интересовался.    

    163. Чего хотел, то и делал. Никогда не был членом союза в этом деле. А потом на работе другой, как служащий, получил болезнь. Мне тогда-то пришлось не в карты играть, а делать свою работу, которую я никогда не делал. И не умел быть кладовщиком или завхозом, мне люди в процессе моей работы сами помогали делаться дельцом. Они меня гнали с места одного в другое. У административных людей была апатия, они боялись моей начатой правды. Она меня учила, чтобы я на ходу этого дела сделался человеком небывалым. Стал в жизни помощником обиженному человеку, и забытому всеми нами, особенно в тюрьме заключенному, и в больнице больному.

    164. Человек на это дело не учился. Он со своим телом лез на рожон. Ему не надо было браться за это дело, за эту работу. А как же жить. У человека зависимость. Она заставила человека мыслить с первого дня своего рождения. У него каждый день требует, чтобы был накрыт стол не плохо, а хорошо. Не чем зря, а белым пшеничным хлебом. Да каким-либо сваренным борщом не постным, а с мясом. А его приобретают через животное. Режется, и по кусочку поедается. Это было не у всех, но делалось.

    165. И делается сейчас. Растят специально для этого животное. Признают, по религиозному обряду, это им сам бог указал это делать. Маленькое приобретали, как свое родное дитя, растили, имя дали. Он слушался, кормился, всегда давал знать в своем месте, где его хозяин держал. И от него ждал прибыли, он его специально кормил, как самого себя. Он знал, и делал это для ножа. Это было принято делать, у каждого хозяина считался. Между ними в природе был заложен труд.

    166. Свое дитя не зарезал, и не стал жертвоприношение делать. Человека нельзя было убивать, от Бога грех, никогда не прощаемый. А всякого рода животное можно. Даже на этот счет охота делается с ружьем, убивали зверя. А потом открыли войну сами с собою за это богатство. Стали один у другого, национальность на национальность шли, и саблями головы рубали. Это тоже было дозволено от бога защищать самих себя. Когда он убийца природы, то можно было.

    167. А когда человек на человека лез с кулаками, с дубиной у человека соседа. Особенно были воины украинцы с поляками, турки с русскими, и татары за природное богатство. За то, что у человека было, его надо отнять. Это неумолкаемая человеческая жадность, меж собою зарожденная ненависть. У него, мол, есть, а у нас нет. Что же мы за такие соседи другой какой-либо нации. Мы по всему этому закону, по всем правилам, не должны уступать никому. Мы народ сильный, у нас в руках есть дубины.

    168. А мы же, люди, не жалеем в этом деле самих себя лично. Как овцы не идут в воду, пока не вбросишь одну, все за нею пойдут. А раньше в моде были соседа с соседом воины за землю. Тот себе присвоил, а тому хотелось считать, это наше или мое. Кому хотелось друг другу в природе уступать. Если природа состояла из воздуха, воды и земли. В чем человек жил, и хотел заставить своими силами подчинить под свое геройство пленника. Народу требовалось богатство.

    169. А это богатство одни имели, трудом создавали. А у других сила, самоволие рождалось на эти бессильные народы набрасываться, и у них отнимать.  Это традиция, деление между людьми, живущими в природе зависимыми. Видит, что есть у соседа это, что будет надо в жизни – все силы кладет приобрести. А за чужое люди людям ввели народное наказание. Особенно люди людей ловили, забирали в плен. Да еще какого-либо вояка, они его казнили на глазах у себя. Это делалось, и делается сейчас.           

    170. Мы своим умением, что мы, ученые, умеем это делать, что человека человеком убивает. Мы ценим и говорим: нас оно спасает в природе. Этим оружием надо владеть. А оно у вас новое, практически не исследованное. Продукция  есть, можно побрякать. Но одна беда, разум не разрешает. Признали, это напрасное убийство человеком человека. Да еще если бы убивало это оружие, которое убивало солдата. А генерала нет, тогда можно бы воевать. А то эта война отечественная свои фокусы показала и на мирном населении, и на умных многих генералах.

    171. Дети, старики безвинные в этой войне потеряли жизнь. Все это сделала теория, она собрала в Потсдаме совещание. Договорились врага уничтожить, ибо такого врага вооруженного ни одна история не имела. Его надо общими силами бить, и с земли прогнать, чтобы больше таких войн не повторялось. Мы вместе с американцами, с англичанами, с французами были участники. Даже правительства осудили. Это такого закона не делали. А сделали, только что это ввели.

   172. Правительства расстреляли. А сами 9 мая праздник за это дело истории оставили. Пусть, мол, наши дети знают предков, что мы это сделали. А сами учились атом создавать. Спрашивается, зачем, если мы убили самого большого врага? Это правительства. Такого закона до этого времени не было, чтобы правительство другое правительство стреляло. Разве мы не знаем, с кем мы воевали. Или кто нас бил, людей безвинных. Природа природою, как природу. Она же живая, но терпеливая, и мстила. У нее это дело незабываемое.

    173. Она делает тому, кто это сделал. По заслугам платит. Мы же люди, имейте ввиду, не капиталисты. Зарождать у себя такого злейшего, как он сейчас оказался. Нет Германии. Люди, да еще какие они вояки, а мы с ними в больших неполадках. Их родную землю с людьми оторвали, и заставили своим оружием сделать новое демократическое хозяйство, чему люди не рады. Мы по-новому сами не научились жить, неудовлетворительно своим учением практически делаем и делаем оружие, воюем с природой. Мы – ее, а она – нас.

    174. Какая может быть правда между собою в природе. Один удовлетворен жизнью, а другой нет. Что мы делаем сами себе? Сажаем в тюрьму, ложимся в больницу. Это наши с вами не заслуги, а проигрыш один из всех. Мы не напрасно с природою воюем, и не напрасно один за другим в своей жизни отпадаем. Это наша недооценка в наших силах. Мы не сделали, а похвалились, что мы сами научились, и умеем хозяйничать, чтобы новое сказать. Мы все начатое людьми прежнее доделываем, только в большем масштабе. Как будто мы не нуждаемся.

    175. В природе для наших рук хватает дел, а их приходится человеку на себя брать, как на какую-то особенность надеяться, что она нам, людям, даст в этом деле продолжение. Как было в природе, так и осталось в жизни. Человек маленький, только родившись, умирал. И также юноша умирает. И умирают все взрослые люди, старики. Им природа не разрешила защищать самого себя, и быть в природе вооруженным. Ходить по земле, и искать для существования самого себя, чтобы встречать каждый день и каждую ночь.               

    176. В них делать то, что мы с вами всегда делали для того, чтобы нам было в этом деле хорошо. Мы с вами не любим плохого. Бежим, уходим, но от своего внутреннего врага не сможем отстать. Он из нас всех появляется. Мы его делаем в своей сделанной экономике. Мы ею неодинаково пользуемся. И хотим перед народом выправиться, что мы есть братья по жизни, друзья в природе. Сами ей не доверяем, и не хотим в ней закаляться. Боимся воздуха, боимся воды, и боимся земли. Наша большая в этом ошибка.    

    177. В природе для тела человека в жизни ближе нет ничего, кроме одного близкого, родного и милого воздуха. Он же и внутри помогает, и с внешности сохраняет. Это есть все для жизни человека. Идущей, ежеминутно меняющейся в природе, не останавливающийся, не видимый глазом воздух. Он живая атмосфера, чего только нам у себя на земле ни рождает. Давайте же возьмем море воды. Если бы не воздух, вода смогла из берегов выйти, и пробраться в какое-либо место, и своей волной затопить население.

    178. Это уже, можно сказать, для нас делается непочатое чудо. А мы своими двумя будильниками неотрывно ползаем по земле. А мыслим через наше сердце, которое не получает в этом здоровье, а наоборот, теряет. У нашей одежды свое способное дело, недостаточно получает от воздуха чувства через нос в легкие. И то часто простывает горло, и делается ангина, от чего человек бежит, уходит. У него к этому нет любви. Поэтому сердце у каждого человека, зависимого в природе, больное.

    179. Не работающее, а лениво делающее человеком. Сердце человека несильно держит человека бодрым. Он всегда чувствует не таким, как это надо, энергичным. У него, как у тракториста с агрономом. На этой железке сидит, и хвастается, что он умеет с землей, с воздухом, с водой барахтаться. Если бы он этого не делал, чего научила наша зависимость, которая поручила человеку с земли возделывать ежегодно грядку для посева зернышка. А с этого зернышка брать очень много зерен. И это зернышко к своему имени присваивать, и его беречь, как око.

    180. Он считает в своей жизни. Если зерно у него в закромах лежит чистым зерном, к нему не проберется никакая особенность. Это зернышко, как золото, хранится в элеваторах, в сундуках, в гардеробах и в комодах. Это считается,  самая надежная и спасательная в природе жизнь человека. Он этому верит, и идет на жертву, не жалеет, сам себя бросает в любую погоду, идет в одежде с оружием в руках. Он приспособлен убивать и в воздухе, и на воде, и на земле жизнерадостное живое. Он умеет это делать, и ему это необходимо надо.

    181. Ибо в природе этого не будешь делать, что делает человек, он умрет, как умирает наш тракторист с агрономом. Он тоже стоит на очереди, ждет своего дня так же, как все вместе, не трактористы и не агрономы, своего дня дождутся. И с этой землей, и с воздухом, с водой на веки веков распрощаются. И будут нами, такими господами, с руками на ногах. С лопатами выроют могилу, и зароют ее. Сами плачут, жалко такого живого человека. Он же наш был семьянин, делал все то, что надо.

    182. Помогал нам в природе своим телом жить. А сейчас природа с ним не посчиталась, что мы трактористы и агрономы. Она нас рядышком за это дело кладет и держит в прахе. Мы этот поток, это время не хотели у себя иметь. Но что ты поделаешь с такой естественной силой. Нас всех зависимых людей так держит, и дает нам право одно пожить да повольничать в природе, как мы вольничали. Ежегодно на этом тракторе пахали землю, водою поливали, а воздухом тянули вверх свой посеянный рост, который мы делали ежегодно и каждый день.

    183. Мы по закону не делали плохого, а делали хорошее. Людей кормили, одевали, и заводили в дом. Там ему давали его тайну. Он не жил там, а умирал. Ему хотелось, чтобы был у него сын. А сам это делал. Хотелось, чтобы дочь была. Он и от этого не отказывался. Всегда любил на ком-то делать и кем-то. Этого маленького человека рождал, и своим умением его вооружал, чтобы он сделался таким человеком, как и он сам. Своих родных в землю зарыл. Это было при всех завоевателях, в природе зависимых людях, кто в своем вооружении не пожил, как это следует.

    184. А мучительно заставил сам себя ежедневно трудиться, делать то, что ежедневно делали все трактористы и агрономы. Или всякого рода ученые, не ученые люди, а расплата одна для всех. Сердце останавливается, а мозг перестает мыслить, жизни как таковой не будет человеку. Это все наделала нам зависимость, она нам эту дорогу проложила, и заставила по ней шагать своими ногами.   

    185. Мы с вами, не одни трактористы с агрономом, оставляем в доме свой порог, и от него бежим. Спешим попасть в одно время, в то же самое, в котором любой специальности человек тоже спешит на своем месте. Свою работу начатую доделывает. И в ней же сам себя от усталости теряет, как непригодного к этой жизни. В природе делает человек, в природе все дела создают у человека усталость. А усталость в теле создает недостаток, с чем теряет силы человек.     

     186. И в этом деле заканчивает свое все через это. Мы же с вами люди, борющиеся с природой, воюющие, и делающие у себя хорошее. А через это все хорошее получается в природе плохое. Рад бы быть трактористом или агрономом. На такого коня, в такую борозду, или такой грунт земли. Мы ежегодно учимся, и замечаем в природе такие дни и такое время. Не подумаешь, а оно получается. Земля – это родительница. Захочет – своими силами ревматизм в ногах человека зародит, от чего не уйдет ни один человек.

    187. У человека в его жизни от этого дела есть спасение. Он думает не болеть. А природа свое берет, рождает болезнь. А когда ноги больные, человеку не ходить очень тяжело, у него больное сердце. Если бы человеку было легко в его жизни, которую он на себе делает. Он на своем теле не носит одну рубашку или туфли. А что есть у него, сделанное им, одежда или пища, она ведь не одинаковая бывает. Ее делают многие руки и разные люди, у них не одинаково получается через их дело, и через все то, что делается.

    188. Человек когда сам это делает для самого себя, он все свои силы кладет на этом фронте. И хочется ему, чтобы получилось, на его грядке на земле этот год уродил нежданный урожай. Как хотелось любому хозяину. Он без экономики не человек, и не деятель в этом деле. Он будет иметь средства у себя на все, но не будет иметь прибыли. Он погибнет, эти средства отойдут в отмирание. Всему дело то, что делается, оно не остается без прибыли. 

    189. А наша земля, она была и есть перед нами источник, и осталась перед всеми остальными источником во всех направлениях. Она как давала богатство, так она и дает сейчас нам, чем мы с вами хвалимся. Говорим: хорошо живем, у нас есть для этого все, лишь бы только желание. А в желании не одним зависимым человеком оставаться можно. Природа – это любимые друзья, они помогали во всем. И помогают одно время пожить, да полакомиться хорошим. Надо научить самого себя, чтобы пользоваться природой холодной и плохой.

    190. А в плохом и холодном самое одно из всех начальное. Если человек это все имеющееся изучит, поймет, испытает на себе, то не будет подвергаться никакими другими заболеваниями, и не будет делаться преступником. Вот чего нам, трактористу и агроному, надо добиться. И всем не мешало это сделать, что сделал нам Иванов в природе. Не простуживаться и не болеть.

 

1966 года 27 января

Иванов

 

Набор – Ош. С копии оригинала. 2013.07. (1307).        

 

    6601.27   Тематический указатель

Здороваться  15

Потерявший здоровье  14

Зависимость  19,22, 184

Хорошее, теплое, плохое, холодное  23, 58, 186, 190

Человек – в негодность  23

Юноше родить сознание   24

Учитель история  26

Независимость  27

Моя победа  37, 38

Неправда  39, 40

Наука закалка  61

5 заповедей  63-65

Природа мучит  79

Человек и природа  93. 94, 189

Тайна в человеке  95

Пища, одежда, дом  90

Закалка  127, 128

Закон Бога помощь другому  141, 142

Сердце  178

Усталость  185

Больные ноги сердце  187