Иванов П. К.

Будет это

 

1967.01.01 – 01.17

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

 

      1. Да, сегодня день, такой погоды, и такого времени еще не приходило на нашу землю. Мы, все люди, свое такое проходящее время прожили 1966 годов. А сейчас пришло время новое и небывалое. Еще 1967 год, знаменательный год нам, всем людям, поклонился, и сказал свое слово «извините». Он нам говорит, и просится своим разрешение, чтобы мы, люди все нашей земли, не возразили встретиться. И не отвернуться от нового, никогда не бывалого между нами, такими людьми зависимыми.    

    2. Такими бессильными, борющимися с природой. Как чуть что такое сделалось в природе и нами, людьми, мы обнаружили близко живущего соседа. А он у нас заболел, и крепко болеет. Что за такая болезнь сильно окружила, не понятно никому. И врачи молчат. Люди догадываются, что эта болезнь у нас по людям ходит, развивает свои силы не на одном этом человеке. А на многих таких людях, не заслуженных в природе, через свой недоброкачественный поступок, который сам человек проявил в процессе. И ученые наши теоретически ищут. Все поиски направлены к тому, чтобы развивать этого создавшегося злейшего врага, которому люди наши ученые дали имя рак.

    3. Нет сил, нет воли, чтобы человек своим умением и знанием додумался для того, чтобы ему природа помогла это сделать. Добиться в природе, получить средства для того, чтобы исправиться с этой болезнью. И ее надо предотвратить нам любыми экспериментами, лишь бы было человеку легко. Я вам, всему человечеству, представляю одного человека, закаленного в тренировке, сильного. Иванов Порфирий Корнеевич не ученый, а практический в природе человек. 35 лет ему было, как он сам себя заставил этим делом заниматься.

    4. Я этого человека стал отыскивать с самого первого дня моей родившейся жизни. Я для этого дела сам родился1898 году 20 февраля. Я попал в холодное и плохое. Но меня оттуда стали тянуть родители. У них к этому недоверие проявилось. Они стали искать выход, что надо будет сделать этому телу, чтобы оно дальше продолжало. Нашли, и стали по-своему одевать, кормить, да в постели спать. Они меня заставили, чтобы я шел по их следам, и делался в природе зависимым человеком. Это было всех нас, людей, на земле начало.

    5. А конца мы не дождались, и не сделали его живым фактом. Рождались и умирали, умирали и рождались, все это наделали предки. Они развились, сами окружили себя, заставили себя ей поклониться. Для того они кланялись, чтобы в ней одно время пожить, и помыслить, и поделать, в  этом ошибиться, и умереть. Я этого человека, эту мысль и дело не признал, и не хотел видеть этот поток людской. Мое знание не давало делать в природе то, что требовалось сделать, чтобы природа для человека не была такой сильной и вольной для того, чтобы помешать или не мешать. Человек, зависимый в природе, и не собирался этим богатством окружать себя.

    6. Человек одной дорогой идет сердцем на острый рожон. В природе из хорошего никогда хорошее не происходит. А мы, все люди, с холодного и плохого оторвались, и вниз со своим здоровьем покатились. И стали день за днем не накапливать, а терять его через деланное нами, всеми людьми. Им это все требовалось, и политически заставили человека это все делать. Наша игра во всем, мы с вами желанием заболели. Она прогрессировала, прогрессирует, и будет прогрессировать, роль над человеком. С первого дня эта история начиналась и делалась людьми.

    7. Они инициаторы были родить, притянуть к себе начальный первый день, который родил другой день. Сложилась неделя, а из недели сложился месяц. Из них сложился для родившихся людей. Они поделились пополам, увидели у себя недостаток. Сами люди пошли по природе, стали делать след, по следу увидели живое. Погнались за ним, поймали, привязали, изучили, что оно надо. Развили в индивидуальном порядке, у людей в этом заботливом труде прибавляется. Кому-то легко давалось эту систему развивать, а кто-то грудью своей брал.

    8. Это все шло по-старинному, по кустарному у предков, как будто все приобретенное Бог дал. Это такая людская в природе манера. Она себя заставила, чтобы люди были сильные. Им приходилось и жертвоприношение свое сделанное приносить для того, чтобы похвалиться перед Богом за свою добычу, которая неодинаково давалась. Природа неодинаковых людей на землю родила, и неодинаково им преподносила. Особенно сажала на своем месте по порядку дни. У них даже солнышко не в одно время всходило. Весь свой день напролет оно трудно к 12 часам поднимается. А когда оно начинает вниз падать, то его не удержать.

    9. Все люди сосредоточились на это время встретиться с заходом солнышка. Людская вся работа тухнет. Человек начинает не жить, как он до этого времени жил в природе. Они шли, и за собою тащили. Было очень трудно людям развиваться в таком со своим недостатком. Без этого не оставался ни один человек, чтобы ему не подумать: а как это надо сделать, чтобы не было нужды. Мы, все люди, в этом деле инициаторы встречать время истории не такое, как оно было раньше. Люди были не такие, как сейчас. Раньше еврейский народ эксплуатировался фараонами. Люди об этом деле пророчествовали.                            

    10. Они прежде говорили, что в таком-то году родится на долю этого Моисей. Из-за этого рождения люди обиженной стороны своими детьми потерпели, их фараон велел за весь год поубивать. А как было сказано пророками, так оно и получилось в природе. Моисея одна мать в корзиночку положила и пустила по реке. А фараоновой дочери это дело пришлось обнаружить. И все же назвали его Моисеем. Он возрастал и воспитывался у фараона, но он был еврей, болел за свою нацию. Ходил, смотрел, слушал, и думал сделать. У него к фараону, царю, просьба, которая не заставила царя Моисею отдать свой народ. То Моисей ему бросил палку свою, она сделалась змеей.

    11. Она фараона заставила на это время быть перед пустыней вожаком, то есть путеводителем еврейского народа, которому пришлось в это время по суше моря перейти. И там с помощью Богова дела свои трудные дни встречали, провожали. А от зависимости они не ушли. Как они природе кланялись, просили, умоляли Бога. Говорит Моисей, в своих скрижалях написал, есть Господа Бога. Он его видел один без всякого народа, с братом Ароном. А люди, как они были людьми, так себя вели, как и было, тельцу поклонялись. А по закону Моисея, люди людей одни других за это новое поубивали. Остальные живые остались, и так же само в болезненной нужде.

    12. А мы, люди такие, с холодного и теплого уходим вон дальше к хорошему и теплому. За что шла все время в природе война? Кабы кто-то делал, а мы жили.

    Сами люди хотели, они всегда хотят, и будет такое время перед человеком. Зависимые люди свою жизнь меняли в деле. А без всякого дела люди не появлялись. У них была вера в самих себя, якобы это делается человеком. Все проложили дороги от села до села. Частная собственность ввелась в индивидуальные хозяйство. Дворы захватили, дома сделали в населенном поселении. Старосты с волостным старшиною людьми избирались.

    13. А земского начальника самодержавное государство через губернатора в уезд посадили для того, чтобы на вожжах держать пришлось в отдельности, кому земля стала служить ежегодно источником. Этого дела добились в природе люди, они были кустарно воюющие люди. У них не на свое, а на чужое разгорелись глаза, протягивались руки. Им хотелось так для этого дела вооружиться, чтобы сделаться богатыми и имеющими дельцами. Чтобы за что-либо такое дело взяться, и так сделать ловко, чтобы сбоку другой человек заинтересовался нашим. И взялся по нашему развитию делать так, да еще лучше от нас, таких неумелых людей.

    14. Кто не сидел на одном месте, а думал сам сделать себя сильным человеком, чтобы у нас было такое развитие в силе. Не одного человека, а много, чтобы мы с вами на месте не боялись никакого другого нападающего человека, кто только подумает со стороны напасть. Мы, все люди одной национальности, у нас такой жизненный закон. Близкого родного знать, как себя, и ему всеми особенностями помогать. Мы в этом люди не отстающие. Наша нация такая хлебосольная, и добрая на доброе. Моисей не бунтовал, а просил. За него природа, вовремя прошли евреи по морскому дну.

    15. А когда вздумали фараоны догнать их, тут природа не такая, как была. Сделалась вода, затопила всю армию фараона. А Моисей это дело хорошо знал, что людям надо закон. А в нем должен возглавлять, и по его делу делать. Моисей представил неправду свою, которая сложилась в 10 заповедей, кому надо верить. Это одно. А когда человеку приходилось, к этому делу доходило, надо по этому закону выполнять, то жить по Богу нельзя. Значит, это был для всех людей не закон. Кого они держали. А сами этот закон кругом обходили. У них без него получалось. Бог рассказал Моисею. Не надо воровать, не надо убивать, и у себя не надо строить кумира.    

    16. Как же так, заявляют люди, без всякой зависимости в природе. Мы, никто из нас, всех людей, не брался свои шаги прокладывать. У Моисея первые шаги прокладывались, они делались на своих людях для того, чтобы легко им заслужено пришлось встретиться с Иисусом Христом. Люди этого ждали у себя видеть. Им эта доля выпала в природе вместе практически делать, и у них между людьми и Христом получился живой факт. Христос, человек по своему делу, заслужил в природе доверие. По морю ходить, по горам лазить, с народом на свою тему говорить. Природа была за ним. Он не стремился жить так, как жили все люди со своим богатством.

    17. Люди через это все своих близких бросали, не хотели видеть брат брата и сестра сестру. Христос искал обиженного, того человека, кого природа наказывала, то есть убирала с жизни. Иисус Христос по этой части был болельщик. То есть он был больной человек, эти все качества имел. Ему давалось все в чудесах с народом делать. Он им рассказывал про ту сторону, которая оставалась в народе правдой. Христос не играл роли в природе. А играла в этом деле природа. Она силами распоряжалась по земле Иисуса Христа. Он был силен своим практическим делом сделать с мертвого в живого. А он поднял в своем деле бедного умершего Лазаря перед всеми людьми. Что и заставило людей этому небывалому, новому в жизни поверить.

    18. И вслед за Иисусом Христом, как Господом, сыном Бога, многие шли. Слушали его слова, старались его дело выполнять. Люди хотели не бросать вслед за ним идти, и то, что ему потребуется по дороге, они старались выполнять. Христос своих учеников имел. Но им, как людям, не доверялся, проверял их силы. Они были меж природой на людях и Иисусом Христом. Петр первый  по истории был, самый главный из всех ученик. Одно время едут ученику по морю. А Христос где-то взялся. К нему Петр свои руки протянул, у него спрашивает: Если ты Господь, то дозволь мне по морю так идти. Как шел по морю Иисус Христос.

    19. Ему, как ученику, да еще Петру, повелел Христос идти к нему по морю сверх воды. Петр поверил, пошел, а потом у него сомнение. Он подумал: хорошо будет, если это он. А если не он? В эту минуту стал Петр тонуть, погружаться в воду. Тогда Иисус Христос к нему подходит, и говорит ему: Петр, ты маловерный. Взял его за руку, и ввел его в лодку. Люди об этом знали, и практически в народе с Иисусом Христом делились. Народу надо было кушать, а пищи не было. А когда потребовалась пища, Иисус Христос малой дозой кормил тысячу людей. Они были сыты, и после них осталось множество пищи. Поэтому Христос послал к крестьянину своего ученика, чтобы он пошел и взял у него ослика.

    20. Он ему говорил: иди и возьми его, он приготовлен для Иисуса Христа. Закон и большая вера заставила крестьянина такому человеку ничего не пожалеть за его дело, сделанное между людьми. Люди, верующие в его дело, не отказывались сохранять Иисуса Христа. Людям это все можно делать, лишь бы было, что надо будет делать. В этом деле прав Иисус Христос, или люди все, или люди те, кто вооруженные режимным законом, силой? Правы окажутся те, у кого будет в руках оружие, да хитрость в голове. Христово дело временное явление перед своими учениками Вечерю.

    21. И на ней Иисус Христос ученикам рассказывает, чтобы про это дело знали, что они пьют чару – это кровь его. Едят хлеб – это тело его. По дороге в Иерусалим Христос не шел пешком. Его ослик принес не для того, чтобы про какие-то особенности рассказывать. А Иисуса Христа здесь ученики сами продадут этому тогдашнему закону. Он предстанет перед воинами виновником. С ним, как с небывалым, займутся военные начальники. Иисус Христос не успел въехать в Иерусалим, как его продал за 30 серебряников Иуда. Он воинам так сказал: я вам его поцелую, а вы его возьмете. Всю ночь Иисус Христос к этому делу готовился. Он уповал на Отца небесного, что он заступится, и разгонит эту силу.

    22. Иисус Христос по закону займет место свое. Это ему не было поручено, чтобы он осудил, не зная, кого. На это надо будет в природе поучиться. А Христос так же, как и воины, и люди все, зависимые в природе. кто кого, или Христос, или воины закона. У кого режимная сила. Она так сказала: «Люди здесь не виноватые, чтобы их мучить к смерти, надо убрать одного Иисуса Христа». Значит, не была сила природная на человеке подготовлена. Не учился и ничего не делал Иисус Христос, чтобы от своего такого дела отказаться, которое перед людьми делал Иисус Христос. За это, что он делал, ученики не пошли вслед на смертное вешанье…

    23. Сам первый ученик Петр, когда народ на него показал, что и он был, Петр не пошел, как не пошли все вслед за мучение Иисуса Христа. Таких смельчаков между всеми людьми не нашлось, чтобы на себя взять добровольное мучение, и ни за что попасть на крест. Чтобы воины занялись физически избивать, как избивали при осуждении Иисуса Христа. Градоначальник хотел знать, кто же это есть Иисус Христос между всеми воинами. А по пророчеству Моисея, Иисус Христос должен за тех умерших пострадать и умереть на веки веков, чтобы люди знали про это все пришедшее им время. Он людям не сказал, когда это время придет, когда человек с Востока придет, и начнет людям рассказывать, писать, практически делать то, что будет надо делать всем.

    24. Он говорил про это время из времен, одно время. Тогда оно придет на землю, когда эти церкви запустеют. И все дары, все богатства от человека отпадут. Иисус показал на высокие материи. Он назвал выше от себя, Отцом Богом, кто будет про это дело знать. И ему все поручатся, он хорошее сделает для всех. А сейчас Иисус Христос погибает перед природою за умерших. Они умерли, и будут умирать ни за что. Это не доказательство самого Иисуса Христа умирать мучительным человеком на кресте. А потом сняли, положили в гроб, он где-то делся. Большая пребольшая для людей делалась легенда. Кому-то от этого времени приходилось жить, этому верить, и с этим соглашаться, а потом не выполнять.

    25. Природа и все причитающееся к жизни люди, они подтвердят и про человека, и про время, которое родилось, и время указанное. И с нами всеми в природе возрастал, и воспитывался в духе здоровья. Природа не радуется, и люди сами не хотят такого у себя иметь зависимого дела. Одно время пожить, а потом надо умереть. Это наша неправда человека. Хочется жить, а нам природа не дает. Люди, мы жили по Ветхому закону. Нас природа обижала, не давала легко дышать. Мы в большом недостатке жили. Не умели, чтобы нам природа не мешала. Никто нам не ввел достаточную жизнь.     

    26. А такую бедную, страдальческую мы имели. Нас наши законные начальники вели, и говорили свои слова. После того, как Иисус Христос в этом горе бедняку не помог, изложили новый представленный закон. Он второго человека с собою приведет, и наше все причитающееся разрушит. Мы с вами не такой дорогой пошагали.

    Ни Моисея руки, ни Иисуса Христа слова, ни от кого не произошло в природе, чтобы всем живущим жилось на всей земле хорошо. Не давала жизнь больше всего северная часть. Она у себя держала холодное и плохое, что и не давало человеку развиваться, чтобы было завоевание, было в жизни новое и новое. Очень тяжело без технической помощи людям в природе жилось.

    27. Люди сами себя заставили на север продолжать свои силы, которые стали на человеке прогрессировать за счет того, что опознали и сделали. Наша вся господствующая сила людей не хотела, чтобы ей кто-либо мешал. У людей разрасталась своя частная собственность, индивидуальные люди завоевывали в природе жизнь. Поделали уезды, губернии, и государя хозяина земли сделали, чтобы он у нас распоряжался мыслями бояр, рыцарей, князей, кто за свою собственность не жалел сам себя со своим народом. На фронте положить жертвой князю не хотелось, какого-то национального уважать. Князь есть князь, он не какой-либо простой человек, которому требовались люди.

    28. Да еще такие вояки, которые умели воевать. И были на руки сильные для того, чтобы врага побеждать. Мы такую политику в природе много лет держали. А говорили: все зависит от Бога. Мы получаем, нам он в наших шагах помогал, в нашем сделанном всем. А по всему тому режимному выводу, мы виноваты за наш с вами поступок, что мы между людьми сделались выше от всех человека. Для меня, такого человека, есть все люди ничто, ниже от нас все. Мы, люди, так себя научили жить, чтобы кто-то работал, а я был звеньевой. На эту всю темную неразвитую систему пришла в помощь всего дела теория. Вмешалась в людскую, стала помогать, чтобы человек знал начальную историю, которая началась из ничего. А жить было надо, так как больно трудились предки.

    29. У них ни один день без всякого дела не проходил. Людям не хотелось идти по дороге непротоптанной. В природе много места и времени, его использовать так, как никогда. Но между всеми людьми были люди с высоким знанием, не признавали себя за человека такого, как все. А всегда держал у себя высокого в жизни короля. Человек им хотел стать, и многими людьми  распоряжаться. Этому человеку и большинству не давалось природой. Она рождала на все техническое развитие героя, и давала право завоевать свое имеющее богатство, с которым все время жил, но не удовлетворялся этой жизнью. Нам, всем людям, не хотелось так плохо жить, как нас всех заставляла природа, которая не радуется нами.

    30. Мы своим опознанием в природе взяли между одним и другим проложили зло, свою большую ненависть за то, что у меня есть, а у тебя нет. Кто в этом всем виноват? А вина ложится на того человека, кто, и сам не знал про эту приливающую прибыль. А ее человек любой стороны про эту тайну, где она находится. То ли в Иисуса Христа, или же в людях, или ее держат у себя, имеют воины? Люди не хотели, чтобы Иисус Христос от них уходил. Им была большая обида перед этим. Все время речь шла о хороших качествах, об одинаковых в природе людях. А сам он не нашел нужным остаться между людьми.

    31. Христос взял своим сердцем полез на рожон. Он это делал не напрасно, свою такую мучительную для людей оставил. Все об этом деле знали, но чтобы кому-либо заступиться, и не дать, чтобы Иисусу Христу с такими словами, которые он нам оставлял. Я, как таковой человек, родился для того, чтобы люди знали, за что пришлось нашему человеку тогда умереть. Они не знали. А сейчас Иисус Христос показал свою сознательную и мучительную смерть. Кто этому делу остался виноват? Воины, книжники, фарисеи, кто не захотел у себя видеть Иисуса Христа. Кто не ожидал, пока к нему придет наш крепко обиженный природой человек. Иисус Христос сам шел, находил его, как забытого всеми, кому надо помочь.

    32. Мы этого ни при Ветхом законе, и ни в данном законе не делали. Тех людей, которые умирали до прихода на землю Иисуса Христа, он оправдал за их сделанное. А сейчас после смерти его на кресте сами разбойники висели вместе на своих крестах. Один из них попросил прощения, другой не стал слова говорить. Поэтому техническая часть заставила людей в природе, чтобы жить хорошо, других плохо. Как и сделалось в природе людьми. Они хорошее и теплое восприняли и полюбили, сохраняем это дело, от которого никто из всех не желают уходить. Все люди за это дело боролись, и Моисей, и Иисус Христос.

    33. А как природа не захотела у себя такого духа слышать, по ее так и определилось. У нее силы в этом деле. Она мысли, этого человека подослала, и то, что надо, на нем сделала. Но чтобы добиться в природе того, что люди все хотят. У них большая и желательная охота у себя получить то, что ни один человек из всех не получал, чтобы человеку одному из всех и для всех на все благо его здоровье. Все мы с вами, рожденные в природе люди, зависимые. Нам требовалась одежда, чтобы сохраняться от холода и плохого в жизни, кормились пищей, и жили в доме. Чем мы хвалимся, и делаем для того, чтобы было хорошо ему лично и всем.           

    34. А природа не давала, и таким людям нуждающимся не разрешала дальше жить. Мы все не заслуженные, чтобы быть в жизни таким человеком, которого в жизни не было. Никто не стал делаться сознательным независимым человеком для того, чтобы в жизни своей в природе не нуждаться ничем никак. А зависимым человеком, кто не в силах заставить сам себя оставаться без этого, однобокого, не рекомендуется, делать своими руками. Они заставили тело человека самому защищать, то есть надо будет телу уходит от самого холодного и плохого. Кроме только единственного человека, кто по своему делу заслужил от природы в это время, в котором пришлось явиться к людям, которые привели два завета.

    35. Тысячелетие прошло, но такого человека не нашлось, и не было в природе, чтобы он перестроил сам с зависимости в независимость. Я оказался между всеми людьми первым всего этого дела. Они уходить стали от моего поведения. Я – к ним, а они – от меня. Я работаю, и практически описываю свою работу, которая заставила себя научить перед обиженными, всеми забытыми людьми. Я к ним прибег и стал им помогать, тяжелое снимал, а легкое вводил. Меня эти люди окружили, стали мне верить, как Учителя, просить, умолять, чтобы я им помогал.

    36. Человеку если природа не поможет в его жизни своими свойствами, то тогда приходится человеку от своего отказываться. Здоровье дает телу воздух, вода, земля. Без чего жизни нет никакому живому телу. А мы с вами люди на своих местах, в своем климате пристроились, как короли, повели сами себя. Не надо бы бояться природы, и не приходилось уходить от нее. Она нам мать, мы в ней родились для жизни. А своим умение не доверили ей, что она сможет в своей атмосфере сохранить, и не допустить никакого врага для того, чтобы жить, и не получать никакого заболевания и простуды.      

    37. Она говорит. Всему делу я являюсь в пути своих шагов. Для чего у меня существует на земле воздух, или такая массивная вода. Это самые любимые и родные для человека есть друзья, которых надо очень крепко любить, и знать, их понимать. Всегда быть уверенным в том, что они за твое все хорошее, что ты в жизни для них сделал. А ты один между всеми такими оказался, и не стал мыслить по зависимому желанию. Если бы было хорошо и тепло человеку нашему, больше не надо ничего. Он тогда кум королю, у него есть в природе то, чего нет у другого человека.  

    38. Поэтому он и учится, хочет сам научиться, а потом своего близкого соседа на произвол бросить сзади. А сам за поля души побежать. Куда и зачем? Он об этом деле ничего не знает. Он для этого дела вооружился. Не один человек в природе имеет силы свои для того, чтобы что-то делать.

    Я, как автор этому письму, пишу про нашего простого, в шапке, в сапогах и в одежде, крестьянина хлебороба, кормильца нас. Он в этом деле недоделал эту всю причитающуюся работу, поспешил захватить другую. Без всякой мысли он не брался. В степь с руками голыми любой делец не выезжает. Источник есть земля. С нее надо делать грядку не чем-либо зря, а силой, оружием.    

    39. Здесь не одно оружие надо. Человек должен знать про каждый день своего времени, что и как, когда надо делать. Я всю зиму продумал, говорит один невеликий человек по своему развитому хозяйству. А у нас в такой деревне большой очень много их. Все своим умением и быстротой хвалятся, особенно богатством богатеи. А бедному не похвалиться, нечем. Он даже не пришел к соседу для того, чтобы с ним поговорить, да подумать об этом времени. Солнышко если бы не всходило и не заходило, такой тяжелой жизни между людьми не было. Кто мне был помощник в моей такой жизни. Я не сидел на месте, хотел хлеб делать. Лошадку, как и все, на ярмарке купил. Думаю, что теперь хозяин.  

    40. Кинулись запрягать, хомут надевать – она не дается. Еле-еле надели. А возить ничего не хочет, не приучена. На этой лошадке возил верхом человек всю свою жизнь почту. Вот и подумай, какое это мое счастье в природе. Одного нет, а другое не начиналось. Спасибо надо сказать шахтовладельцу, про близкого хозяина своей Морденской шахты. А я на ней шахтер есть. Так делались в нашем Донбассе бедняками не в доме и не в поле. Делалось, делается, и будет на земле так делаться через нашу в недостатке болезнь, которая между нами, людьми, в природе прогрессирует. И хочется от этого избавиться, чтобы никак не болеть. Этого люди не искали и не ищут. Им эта история не требуется.   

    41. Они нашли такую дорогу, по которой с первого дня своей рожденной жизни. Чтобы человек нашелся такой, который задался цели, изучил это все, пройденное нами, и познал, что оно нам дало в этом деле. Мы с вами как жили неодинаково и с нехорошим оставались, так мы и остались на нашей земле в неправде. С зависимостью, которая не помогала, а заставляла вооружаться против природы. Она мешала и мешает, и будет нам мешать за наше желание. Мы сами разделили природу, и любим ее за то, что она имеет. У нее есть для нас и прибыль, и убыль, и хорошее, и плохое, и теплое, и холодное. Что и заставило с этим не ладить, а воевать, и крепко бороться.

    42, Человеку не надо то, что делает плохое. А когда человек в окружающей обстановке все делает хорошее, он никогда ни от кого не получит плохого из-за поступка. Мы с вами, все люди, которым приходилось это все строить, получили то, чего не ждали. А вот все люди не желали, чтобы мы в природе не заболевали. А фактически заболеваем и простуживаемся. У нас нет того, чтобы не было. А как началась эта бессильная система нашего брата защищать от холода и плохого, мы к этому пришли. Надо бы не болеть, и не простуживаться. Нас этому наша зависимость не учила, и не хотела, чтобы у нее были такие люди.

    43. У самих людей толк учиться, и хорошо в природе делать, чтобы было человеку в отдельности легко. Но это у них никак не получалось. Дырка прорвалась, а латать очень тяжело, латка большая, и много надо ниток. А как была латка на дырке, так латка осталась, неновая и некачественная. Такая крепко распаханная целинная земля. Она требует от любителя качественного ухода, большой силы для возделывания почвы. Не один человек думает, не одно чистое зерно ждет свое время для того, чтобы всей имеющейся силе и инвентарю хозяйскому пришлось так с душой и сердцем это делать. И природа как раз этому делу согласилась быть помощником.

    44. Она не с чем-либо согласилась, а стала этого мыслителя и хозяина признавать, что он хочет, чтобы природа ему в этом деле помогла. Хозяин не ждет в этом деле, чтобы было плохо. Природа ввела труд, и создала ему хорошую климатическую погоду. Она на месте одна не стоит, меняет, чтобы это место всегда встречало, и провожало от себя такое приятное время. От этого дела радуется и солнышко своим духом, и ночная темнота вся в росе молоком облила, и тянула сходы вверх. Наше, всех людей, дело – на это все смотреть и соглашаться с этим хозяином. А у него во дворе есть одно счастье заслуженное между ним и природою. Он не думает, а рождается на это все любительские дела.    

    45. Сама наша великая природа задалась цели помочь этому задуманному человеку, кто задался цели неожиданно богатеть. У этого человека место заслуженное магнитом тянуть во двор. Мы хорошо знаем про огороженный двор для какой-то цели. Он бывает в людях неодинаковый от самого маленького хозяина на нашей родной земле. Мы сможем увидеть его на каждом куске не таким, как это надо. Он должен сам себя расположить между нами, всеми людьми. Без всякого богатства это все не делается, так даром, без всякого хозяина не обходится. Двор любит золотые и трудовые руки для того, чтобы в этом дворе было для жизни людей все.

    46. В природе ни один год так пусто не проходит. Обязательно эта местность, которой пользуется человек, она у него без всякого дела никогда не лежит. Это для него источник, который весь век. На нем, как на хорошем столе, всегда хозяином приготавливается для того, чтобы приготовленное с хорошим аппетитом употребить. Так и человек с этой принадлежащей землей, которая находится в самой гуще, глухоте, где, может быть, и огородилась человеком эта давно не распаханная земля. Лишь  потому, что на ней одни дикие птицы водились. Или, может, и этого не было, как есть такие безводные пустыни, и безлюдное население. Кто захочет в этих условиях сам себя заставить жить.

    47. Мы с вами теперь ни на что не сможем смотреть. Наши силы шагают по этой площади, и делают каналы. Приходят машины, и начинают с этого места вечно лежащую грядку. А к ней пропускается вода, которая помогает нам, людям, родить всякого рода продукт. Без которого и двор не двором. В хуторе, или большом селе, или в новом построенном городе, где никогда не было никакой огорожи для жилья людям. Люди все сделают для самих себя, жизнь любую введут, и хорошую, и плохую. Но заставят человека с природой на этом месте воевать. Ему, как вояке, да еще в таком месте, где наши геологи открыли место таких залежей. Они потребовали в данное время, они надо нашим людям ежедневно для того, чтобы не сидеть на одном месте и ничего не делать.                            

    48. Такого двора, такой местности мы с вами не видели и не слышали, чтобы она нам, людям, в течении года за наш такой для ее труд ничего не давала. Хоть и плохо, и холодно здесь живется человеку в этом ауле, или, можно сказать, в национальной столице, в которой люди расположились и живут со своим таким здоровьем. Один хвалится, другой плачет, не повезло ему в жизни, скоро встретила плохая и холодная жизнь. То человек жил, у него все было во дворе. А сейчас не стало его лично, как хозяина, такого вожака, кто очень много людям хорошего в жизни обещает. Мы давно слушаем слова, сказанные кем-то про такое небывалое время, которое не приходило.

    49. Мы его не видели таким, как о нем наши ученые говорят. Куда мы идем,и что мы хотим, и что с нами, такими людьми, встречается по пути. Мы с вами сейчас сильные сказать свои слова в природе, и здоровым телом все сделать на этом месте в этом дворе. Нас заставляет условие. Мы делаем это дело для себя, огород городим, землю пашем машиной, разделываем. Как хотим, так и поступаем. Наше дело хозяйской стороны – хорошо и тепло жить. А вот плохое и холодное не надо. Этого природа никогда не думала, чтобы человек нашей земли от этого всего отказался. Он ушел со своим таким вооружением, с такой силой стал думать про время приходящее, в котором не приходилось человеку даже свой собственный двор городить.

    50. А как в нем не хочется человеку такому. Ученому благородному дельцу с этим делом приходится расставаться из-за своих имеющихся рожденных в природе сил. Человек никогда этого не думал, да и где ему приходилось думать, если он огородился такими большими стенами. Ему построили его кабинет со столами красного или зеленого сукна застланного, где бы жить человеку. А ему помешала природа. Он не выходил свое давно негодное сердце. Ограда этой местности этого двора не помогла, а помешала через единственный твой такой поступок. А его как не любит никакое такое время. Ни хорошее, ни теплое не помогает, а тянет к себе плохое и холодное.              

    51. Наше живущее с нами все время. Она – это для нас, всех людей, смерть.

    Не двор нашей земной жизни, и не место такое, представленное людям. Умирать надо. Этот процесс  жизненный, он никем не поддерживается ни в какой ограде, ни на каком месте. А как мешал людям, так и мешает. Не помогает ограда, и не спасает место. Умирают все те люди, которых заставляют, и ими делается, но ни одно дело никем не доделывается. А берет и рвется нитка, и не зашивается латка через свое незнание, которое нашего брата валяет, кроме одного нашего человека, заслуженного в природе. Ему не надо ни тряпка, ни кусок, никакая стена. А ему надо природа, а в ней самих три тела: воздух вода и земля – что и помогало людей за собою вести.

    52. Но конца не завоевали, чтобы бессмертно жить. Мы – люди не наученные, слабые, незакаленные, незаслуженные. Мы – люди самовольники, воры и убийцы. Мы природе не такие, как наш Иванов. Пришел, шагает по земле босыми ногами. Мы не умеем ими ходить. Это чистая перед всеми людьми правда. Она делалась и не бросалась, как мы с вами, все люди, на нашей земле живем, и хотим у природы научиться. Все свои силы в жизни представляем. Всю волю свою показываем для того, чтобы природа нас, таких людей, знала, что мы с вами бедные, нуждающиеся люди. Ежедневно мы не бросаем об этом думать.

    53. Нам надо завтра день, чтобы он у нас был таким днем, которого в жизни еще не было. Мы к нему за многое время готовились, и очень крепко ждали со своим приготовлением. Мы хорошо знаем, что он к нам даром без ничего не приходит прежде времени. Нас всех держит на своем месте. Он хочет, чтобы мы про него не забывали, как про идущее к нам время. Оно нас заставляет с ним встречаться вооруженными. Для этого надо иметь хорошую и теплую одежду. И также надо будет нам, всем людям, свежая и вкусно приготовленная пища. Да чтобы был поставлен на своем дворе дом по средствам своим. Мы на это все закладываем силы, ежедневно каждый год для этого трудимся.

    54. Руками своими это все создаем физически в труде. Нам это дело надо делать, чтобы у нас это было. Мы в этом всем инициаторы, творцы, создатели и вояки, борцы. У нас с вами для этого дела есть, на колесах стоит с мотором машина заведенная, рычит. А ток вырабатывается на каждой станции, и снабжает все наши точки энергией. Мы сильные делать всякого рода для самозащиты оружие, чтобы нашего врага, нападающего на нас. А он не спит, все свое время прогрессирует, хочет своими силами нам помешать любыми нападками со стороны внешности и внутренности. Мы его имеем в нашем деле. Делать приходится тяжело лишь потому, что учимся.             

    55. Сегодня мы только сняли урожай с этой местности. А у самих плуг наготове пахать под зябь эту землю, которая делалась под грядку. Мы спешили с этим делом, чтобы в погоду управиться. Наше дело разговаривать с природой. Она нас кормит, она нам дает сырье. Мы не теряем время, к нему готовимся, как к какому-то делу. Всю свою изложенную технику ремонтируем, и хотим, чтобы она нам помогала. Такая наша мысль, чтобы делать не руками, а машиной. Но надежда на природу, которая говорит: всему дело – я являюсь в жизни. Каждое утро у меня поднимается на весь день солнышко. Оно медленно вверх поднимается, хочет своими лучами охватывать те места, которые надо.

    56. Наше дело – смотреть и встречать, что будет. Это мы, люди, прожили, да проследили много лет. Видели очень много не того, чего следует. Надо было бы жить человеку, а он бессильный сделался, не заслужил от природы. Ему она не дала возможностей, чем-то да помешала. А у нее таких дорог очень много, чтобы мешать. И день такого характера, и ночь приходит, и вся неделя, месяц и год. Не дает никакого такого, чтобы пришлось хвалиться, никакое оружие. А только сама природа человеку помогает, чтобы он сделался героем, таким человеком, которого не было. Мы от природы ожидаем между собою в природе нового, но не старого. Человека родили для жизни, и ему преподнесли мысль. Она заставила мыслить в природе о том, о чем начинают делать сегодня.           

    57. Мы, все люди, оставляем позади прожитое и сделанное. А начинается не деланное, это то место, на котором мы с вами сделали, и получили для себя это все изложенное богатство. Оно собирается нами по одному зернышку, и делаются тоны, а тоны везут в закрома в базу, и там это берегут для дальнейшего случая. А за новым руки прикладывают, лезут возделывать с помощью машины. А той, которая в этом износилась, потребуется ремонт. И на это люди способные делать, и готовиться к механизированному бою в природе на земле не одним человеком и не на одном месте. Это все делалось многими людьми, да еще болельщиками.

    58. Мы прогнали с земли белое снежное, холодное и плохое. А встретились с другой, совсем не такой, как она не была на арене. Солнышко не такое пришло, атмосфера не такая в этом всем, и люди не такие, как они были до этого дня. У этих людей оказалось большое слово к недоверию самих себя. Когда получается в жизни нашей дюже хорошо, как мы с вами остаемся этим, сделанным нами, довольны, наша радость не признает слезы. Довольно нам с вами жить в недостатках. Мы богатые люди всем в природе. А вот знать приходится в природе меньше, чем мы с вами опознали маленькое дело в жизни человека, что делается.

    59. Мы с вами не добились, и не сделали того, что мы хотели получить в природе. Мы не удовлетворены. Нам природа для этого не открывает ворота. Одно время ученые люди прокричали про Румянцева посадку. Она им не увенчалась, а теперь поиски наткнулись на легкие акулы. Эксперимент подсказал сделать на всякого рода жизни, на крысах, на мышах. Оказалось рентабельно, ученые добились. Значит, враг будет уничтожен через заготовку акулы. По нашему выводу, природа глупая на этот счет. Что мы делаем, это хорошо. А когда природа делает, это плохо. Скажите мне, пожалуйста. К нам обращается автор.

    60. Какая может быть разница между капиталистическим и социалистическим. Не берите его права в жизни, чему он верит. Берите его заслуги в природе, они создают последствия в природе. Что там у капиталистов нет стойкости, и нет стойкости у социалистического человека. Как была очередь, так она и осталась перед нами, всеми людьми, кто живет на земле, одними условиями зависимыми пользуются. Через свое право поделились пополам. Одни хвалятся крепко Богом, его не хотят никому отдать, держат с оружием в руках крепко. На вьетнамском народе рвутся по Божьему указанию снаряды, бомбы. Им будет прощаться за это Богом.

    61. А скептики – люди совсем не верующие в Бога. Они не знают природу, что она сильна нам для этого дела родить в жизни Бога. Не жить на нашей земле таким соседям, за которых приходится вмешиваться, и сказать всем нам Боговы слова. Спросить у нас, верующих и неверующих. Для чего Бог придет к нам на землю, если это будет правда? Капиталисты это время ждут, а социалисты не ждут. У них к этому делу доверие отсутствует. По Марксистскому учению, бога нет. По материалистическому определению, есть в природе продукт, он рождается новым, а старым умирает. Как это делалось в природе все время, так оно и делается сейчас.

    62. И будет так делаться в природе до тех пор, пока из нас, живущих двух соседей, один человек какой-либо стороны, капиталистической или социалистической, хорошо обдумает это дело. И свою головку преподнесет низко, и извинится перед другим, один скажет свои слова. Вы меня извините за то, что я по Божьему явлению признал себя виновным. Я держался своей собственностью. А сейчас признаю Бога, но не признаю богатство, за которое воюю. А теперь передаю вам, всем неверующим в бога людям. Распоряжайтесь вы человеком, как вам хочется его заставлять. Пусть вам человек человеку подчиняется, и выполняет то, что человек человеку скажет. Человек научился у человека жить не по Божьему явлению, а по-своему.

    63. Надо будет для этого дело, что делает человек. Это его труд, в котором человек сам себя сносил. А по Богу, если надо работать в жизни, надо всем работать. Как это и сделали у себя скептики. Сами не верят в Бога, а сами заставляют человека безвинного воевать в труде с природой. А природа не какая-то глупышка. Она природа, на этот счет не любит неправду, которая расположилась между людьми такими, как оказались двое. На земле живут, друг другу не доверяют. У одного оружие, и у другого оружие, сделанное руками для человека. У одного люди, и у другого люди, которых мы нанимаем, и посылаем их воевать, убивать за деньги.        

    64. Бог для этого не родился, чтобы было одному хорошо, а другому плохо. Лучше не жить так человеку, как он сам себя обманывает, живет однобоко.

    Мы с вами, все люди, идем по дороге со своим направлением зависимо. Знаем хорошо, что зависимость нужна человеку через дело ее или его. Природа богатая на все. У нее, самое главное, источник – земля, воздух, вода. Мы в этом всем являемся дельцы находить в этом, самое главное, ценности для человека, дело в природе. Он в нем делает одежду себе и приготавливает пищу, да строит для себя жилой дом. Считает, это все ему надо.

    65. А раз надо ему природная зависимость, то надо будет человеку дело. В природе делается человеком дело для нашего искусства, чем люди все заинтересованы. На этом не останавливаться. То, что мы в природе нашли, нам это мало. Одно мы заканчиваем, что начали. Мы другое захватываем. Само дело тянет к себе небывало новый, никогда он между нами, людьми, в природе не был. В нем наш близкий  и хороший человек закончил свою жизнь. Он как естественно не хотел без всякого оружия встречать. Думал своими силами всей вселенной доказать.

    66. Я, мол, был в своей местности своего села, из всех богато жил. У меня была сила живая, снастью все делалось. Для того это все мною физически практически. Землю в грядку делал. Рано впереди всех спешил, хотелось отстающим людям. Не таким, как я был во всех отношениях силен физически. Не было такого человека, чтобы он был один из всех победитель природы. Боятся все люди природы. Она их всех по порядку держит, всем свои дни у себя. Каждому человеку свой один день, в котором мы его заполним своим умершим телом. Это все сделала нашему человеку зависимость в природе.

    67. Она встретила человека, ей поклонился человек из-за его добра, из-за продукта. Все это надо было делать. Человек с первого шага стал этим себя окружать. Он думал, будет лучше. А оказалось, для человека в природе хуже. Человеку пришлось силы для этого закладывать. Трудиться стал он для того, чтобы у него была одежда. Он ее стал в природе делать. Да потом потребовалась пища, он ее стал мастерить. И также ему надо было дом, он и это не отказался построить. Казалось бы, это все недостаточно. Надо было из чего-то все это строить.                 

    68. Надо было обязательно сырье, с чего надо было получать в деле живой факт. А мы это все отыскали через тяжелый труд. Мы этим добились, у нас стала видная экономика. Мы заимели аул, хутор, село, деревню и город, в чем мы стали делать живого человека. Стали его растить и подготавливать к бою с природой на фронте, где человек приобретает всякого рода прибыль. Ему в этом деле потребовался не один уголь, и не одна руда. Надо была нефть, он открыл промысел. А лес кругом и всюду. Также окружили моря и реки. Все это пошло на строительство. Вместе с воздухом стали делать. У человека получилась жизнь не такая, как он хотел ее получить.            

    69. Первый человек рожден в природе, он не имел у себя никакой смерти. Да от чего приходилось ему умирать, если его силы были такие, чтобы жить и жить, и жить. Он так и делал в природе. Он был независимый никем нигде никак. Был Богом всему. Для него не надо была одежда, он без нее обходился. Ему не требовалась пища, он и без нее жил. Он даже не имел дома, жил в природе, естественно огораживался. В природе для него разницы никакой не было в жизни. Зимы и лета не существовало, было одинаково. Света и тьмы тоже не было. Все это далось природой через человека. Человек первый все это получил в природе через свое желание.

    70. Он это все в природе зависимо развил. И стал все делать руками, и носить на себе ногами. У него получился жизненный курган, которого мы с вами видим. И в них находим вымирающие пещеры, которые до сих пор лежат в некоторых местах. Мы их, как исторические предметы, находим, и их разузнаем, как ученые. Для нас это повадок. Мы это понимаем, что люди и раньше жили на земле. И они со своими силами отмерли, как отмираем мы с вами. Нас природа за наше нехорошее бьет, снимает с пути.

    Если бы мы с вами не пошли за зависимостью в природе, то мы, может, иначе жили. У нас в природе есть другая дорога.

    71. Не такая совсем дорога, живая и неумирающая. Мы с вами дорогу нашли такую, в ней надо работать, но не надо искать в природе. Мы ищем для себя жизнь, а наткнулись мы с вами на смерть. Для чего мать с отцом родили так в жизни, как этот маленький мальчик. Он недаром для нас кричал, и недаром мы слушали. Он боялся оставаться в жизни таким человеком, которого мы, люди, хотели всегда видеть. У нас красота показывает свою форму. Одежда кутает тело, делает красоту. А пища наполняет досыта. Дом привязывает к своему месту.

    72. Люди все, зависимые в природе, оторвались своим телом энергичным, и пошли с холодного, плохого в теплое и хорошее. Это так оно делалось, оно и делается, и будет оно делаться из одного времени в другое, как это человеком встречалось и провожалось ежедневно. Мы его, люди, с самого утра для нас поднимается огненное в пламени солнышко. А человеку само положение подсказывает, что будет надо сделать телу. Человек одевается, ему надо покушать, он старается быть все время в доме. Но это не все его перед ним дело в природе. Надо нагнуться, и камень поднять, и положить на стену камень, и это требуется.

    73. Это только говорится, а делается больше. А одежду носить надо, одежду хорошую, теплую приятную для того, чтобы ею хвалиться. Он не одну одежду делает, и приобретает ее. Также и пища делается, и приготавливается для еды, чтобы этим досыта наесться. А потом в доме приготовлено место для сна хорошее. Заиметь и им воспользоваться, как человек живой и мыслящий тому, чему это надо. Мы эту историю начали и недоделали, закончили жизнь свою смертью. Чем мы хвалимся, если мы с вами не живем с кругозором, и не с мировоззрением мыслим. А мы не делаем в природе то, что нам надо, чтобы мы не простуживались и не болели.

    74. Мы природу не знаем так, как она хочет, чтобы мы ее опознали. И признали ее, так как она для жизни заслуживает. В природе всегда есть живые качества: электричество, ток и магнит. Также имеются качества в природе и в человеке, одно направление. Жить хочет она, и хочет жить в этом деле он. За счет любви, дружбы живут, и взаимно. Когда люди рождались, и имели у себя силы равные, ими не хвалились, и не делали друг другу неприятностей, друг от друга не уходили. А если сходились они, то друг дружке помогали словами, что будет надо сделать, чтобы обеим нам хорошо в природе жилось.                   

    75. Какие мы с вами ученики первого класса. Нам дали буквари, задали уроки, мы их наизусть изучаем, хотим этим хвалиться, и перед учителем лучше сделать, чтобы тебя, как лучшего ученика, похвалили. Разве это первого класса ученик верно делает, если он свой урок с собою уносит, он не хочет вместе делать. Уходит, бежит, смотрит, как на отсталость и нехотение, на свою лень. На то, что делается между ними двумя. У одного силы есть на это все, у другого их нет. Разве это помощь человека, хоть и ученого, моего близкого по жизни, друга по детству. Он со мною физически в шахте под землей трудился. Мы были всему делу лошади с одной стороны, с другой стороны воры и убийцы природы.

    76. Мы не смогли в природе оставаться без всякого труда. Нас с вами всех тянула наша развитая на нас зависимость. Она нам простирала дорогу, чтобы мы с вами ее делали. Мы по детству двое шли однофамильцы, как деревенские парубки, обнявшись своими руками. И также пели песни: житье, бытье, да жизнь горькая солдатская. Житье, раз бытье. Это мы делали для тех людей практически, которые не хотели, чтобы мы это делали. Он был видный мужик, сказать свои слова. И погрозиться на нас, чтобы мы этого не делали. К нам эта угроза пробралась. Мы об этом узнали, на его слова свои послали. Палкой можно нам делать, что Илья Бочаров наметил. А у нас были спички его соломенную хату поджечь.

    77. У нас на это хватало сил сделать это все. Мы такие ребята, хвалить нас крепко не надо. У нас ноги быстрые, у нас руки деловые. Мы ночь не поспим, это, что задумали, сделаем. Люди привыкли спать. А мы дали слово такими сделаться, которых не было в жизни своей. По встрече нашей мы слова свои дали друг другу, чтобы не уважать тем ребятам, которые были до нас. Лишь бы только захотели. Наша деревня русская большая, но не одинаково люди в ней жили своим индивидуальным хозяйством. Три улицы было набито битком, сидели соседи от соседей. У каждого любого хозяина хоть и плохая хата, но на своей собственной земле или усадьбе на углу стояла.

    78. Она построена за средства, чтобы в ней жить приходилось. Человек зиму и лето неотрывно своей удалой головой с подушкой разговаривал, да все думал и думал об этом жизненном факте, которого приходилось в жизни человеку делать. Мы, говорят наши мужики, сюда на это место переселись с Курской губернии. Нас всех подряд населил на этой земле несколько сел, да большие для того, чтобы мы не жили так, как жил пан круглянский и голубовский, да щетовский. Своих людей у себя держали. Мы такого права не имели. У нас была наделенная земля.

    79. На каждого мужчину ежегодно выделялась паевая земля. но раньше ею не нуждались. Чтобы хорошо делать с земли грядку, на что требовалась сила. Семьями это все делалось. И хотелось, чтобы в природе пожить хорошо, да чтобы было от этого дела тепло. Никто в своей жизни не делал сам себе, чтобы было в этом деле легко. Лошадка во дворе редко. Не была для того, чтобы ее иметь, и с нею не расставаться. Куда я со своими длинными будящими ногами, туда ее запрягаю в драги. На лошадку хомут надеваю, на шею седелку, на спину кладу, опоясываю. В гужи оглоблю в место закладываю сапоню.

    80. Хомут, клещи стягиваю. Чтобы сказать о полной запряжке, надо чересседельник подвязать, вожжами завязать. И в руки надо не одни вожжи брать, берешь кнут сам. Если она у тебя хорошая лошадка, ты ею распоряжаешься, как сам собою. Видишь вперед, и надеешься на ее силы, что надо будет в драги в мешок положишь. Куда и зачем ты, этакий мужик, без всякого знакомства поедешь. И для чего лошадку будешь мучить. Лошадка у тебя – это твоя помощь во всем. Особенно осенью крепко надо она для  вспашки под зиму пахоты. А пашется земля в нашей местности, не ковырнешь одной лошадкой. Надо будет для этого дела складывать лошадку с лошадкой.

    81. Общая работа, четыре хозяина однолошадные. Ребята всегда прыгают. И как на своей лошадке, все делаешь. Зачем тебе что-либо такое. Ты должен по знакомых ездить на что. Надо будет лошадку для этого беречь, как око. Она у тебя кормилица, приобретает во двор все, лишь бы умел. Твои руки не научились честно жить в природе. Если проспишь, ничего не получишь к этому дню, в котором ты весь день в нем по своему месту взад, вперед ходишь, да разбрасываешь с  мешка эти зернышка по пахоте. Хочется жить между всеми как бы лучше. Лошадка, это чепуха для хозяина такого, как у нас. Их было очень много хозяев, кто как и где свое хозяйство показал.

    82. Особенно в сельском хозяйстве, да тогда, когда я родился для этого дела в 19-м веке. Всем трудновато было, без волов не хозяин. Есть две пары волов, да одна лошадка. Можно было свой нос не в одном обществе своей силой показывать. Ты едешь к пану в его экономию, с ним, как ученым и богатым человеком, встречаешься не для какой-либо выгодной цели. Земля у пана не обрабатывалась самим. Сил не имел ее у себя держать такой, как хотелось. Само положение заставляло мужика и пана честно дружить, и близким быть за любую договоренную скупщину. Земля своя собственная, никогда никому она даром не раздавалась. Хозяин был пан, а мы, мужички, возле него со своим тяглом.

    83. И делаешь для этого, чтобы не сидеть даром дома на своем мужицком месте. Как оно делалось, своей земли хоть распояшься. Можно будет ее пахать, делать разработку, и от нее брать урожай. Мы этого дела себя не научили без вмешательства пана жить. Лучше и легче с паном водиться, чем ты водился со своим соседом. Никогда ему, или к тебе пришел сосед, и признался про свою годичную прибыль, как ему пришлось весь год на пана проработать. И себе хлеба взял, и помог пану. Его принадлежащее не оставил трудом, все сделал, и делал в своем селе. Без всякого труда ничего никому не дается. В природе с ничего обязательно что-то в жизни да получится. Не было до этого детей.

    84. А сейчас говорит Илларион Емельянович. Мужик сам высокого роста в полушубке пристроился на одной паре лошадок… Ездит на своей земле, ежедневно с утра до вечера бывает. Особенно весною по теплому дню все это делалось им. А про обиду, он и сейчас должно про это тяжелое время не забыл, хотя его и нет в живых. Давно он со своим имеющимся хозяйством, труженик, расстался. На свою волю всегда обижался. Ему не как другому везло на рождаемость. У кого-то уже как повезет. А мне, говорит Илларион, не везло. Жена такая попалась по приплоду. Как чуть что такое, уже говорят, девочка родилась. А то никто не знает, про это дело, что делается на белом свете. На девочку земля обществом не дается. А человек-то родился.

    85. У него сердце, у него душа, да и жизнь такая построенная, без хлеба не оставаться. А где ты, как мужик, этой земли возьмешь, если ей не дали надел. Я не такой великий мужик, у кого волов несколько пар, у кого голова не кланяется, он этому делу король. У него мало своей земли, он берет у бедноты. Ему мало по сильному тяглу и по богатству своей принадлежащей земли – он добавляет. За что я добавлю? За счет детей своих. Один сын был Яшка, и тот рано от меня убрался. Бог к себе последнюю душу мужского пола отобрал. А девочке надо расти и одеваться. За что, если она не получает паевой земли?

    86. Моя бедность всегда ежегодно плачет. Никто этому делу за все время, прожитое мною, не помог. Разве только я на своей улице со своими детьми в горе живу. И думаю по-своему: где взять больше сил, и такое умение, чтобы эта причитающаяся земля, которая заставляет каждую неделю о ней думать. Наш каждый человек с нею ночью и днем разговаривает. Чтобы про нее забыть, также не забывается. Свой семейный человек, ему надо не одна рубашка. Особенно девочке надо туфли… На рубашку надевалась кофточка, да требовался фартук. А платок, или шапочка, да какой-либо из пуха платок.

    87. Это не все, как говорится. Мне говорит одна да другая: свою собственную, чтобы я ее знала, да берегла. Особенно, она меня называет батей. Я отец ей родной. Хочется от Кулинина Максима. Ему в жизни своей везет, мальчик за мальчиком рождаются. Тоже голопузая окружает бедность. Она разве с нами, такими людьми. Мы верим очень крепко богу. В нашей такой деревне не приходится на одну самую большую улицу одна церковь. Улиц три, а церквей четыре. Интересно, если рассказать про наших таких живущих мужиков, у кого ворота есть, но они отворяются тогда, когда из двора хозяин на подводе выезжает.

    88. Ему не приходится сидеть на одном месте ежедневно. Да ничего не думать и не делать. Этого мы никто не делает. Особенно жили в большом и крепком недостатке больше всего. Не было, что будет надо хозяину. Он в голове всегда держит про прошедшее. А в каждом дне есть свои свойства, не как-нибудь быть, а по-своему по природному. Недаром это делать, что думает. Человек сделать может в любом месте. Можно видеть не такого человека, как Максимка  Кулинин. А он был не такой, как все. Трезвый он не работая. Красивая не такая. Был день понедельник, как он всем людям нехороший, всегда сам себя после воскресения показывает.

    89. Он всегда в одно воскресение бывает, и каждого в отдельности заставляет работать. Говорит: я не праздник, как воскресение, и не последний день субботний, которого со своим здоровьем заслужили. У людей в это дело верят одно, а ждут другое. Вторник за понедельником. А человек такой, как у нас есть, этими днями не интересуется. Они их миновали. С ними встречаться, и к ним готовиться таким, как они есть. Не надо было ожидать, как какую-то надежду, которая даст человеку не плохое, а хорошее. Разве наша деревня договорилась, или она хотела, чтобы изменилась она в не такую бедную сторону, как она себя держала.

    90. У людей не богатство развивалось, а росла большая бедность. Ученые люди искали свой выход в этом деле. Они уходили от бедных, а без бедных людей у них ничего не получалось. Делал у него свою работу человек, не имеющий ничего. Он же не забывал про это дело, чтобы сделаться с бедного человека в богатого. Мы привыкли все делать, особенно верим в хорошее дело. А в деле любом человек ошибается. Лучше было бы человеку любому ничего не делать. А жить так умело, как живет наш маленький поющий соловей.

    91. Он живет в природе, как время, идущее по нашей земле. Солнышко своими лучами, оно там обогревает, и в свое прекрасное время. Никто, ни один человек от этого дела не отказался. Разве одно время, да еще ночное тогда, когда человек спит. Он крепко тогда дышит. Ему не приходится тогда о чем-либо плохом думать. Он же не получает от природы ничего такого, кроме как перед ним разосланная постель. И звучит на всю свою вселенную, что человек в это время ничего не делает. Он и не боится этого поступка в жизни, что это есть частичная подготовка не к живому, а мертвому.    

    92. Человек не в поле едет, спешит до солнышка попасть на свою землю для того, чтобы на этом месте образовалась для человека не какая-либо прибыль. А то будет надо, что человек хотел видеть. Он просчитался одним наступлением, одной славой, что ему приходилось в каждом дне работать, трудиться. А человек в нашем селе старался быть своим человеком. Отставать ему не приходилось от других людей. У него время было такое, как у всех людей. Кому не хотелось видеть у себя хорошего. Человек уходил от первого к другому. Ему не хотелось жить так бедно, чтобы всегда нуждаться, и делать то, что делали наши предки. У них сорило большое незнание. Они сегодня так жили хорошо, не думали в природе, чтобы плохо жить.

    93. Старались мастерить, делать то, что было в жизни надо. Человек без такого вооружения, которое потребовалось человеку одним пользоваться. Я, говорит человек, если бы знал, что мне придется родиться для этого дела, я бы в жизни никогда не рождался для этого, чтобы одно время пожить да попользоваться хорошим и теплым. А потом время такое придет, оно нам принесет умирающее время, в чем жить бы, жить, а нам своими природными условиями сделала человеку неприятность. Он в этом всем старался сделать хорошее, а у него оно не получилось.

    94. Я не одной нашей деревни анализатор. Как делец своего, я много и хорошо знаю про человека не нашего, с которого приходится кому-то смеяться. И с него строить какого-либо нехорошего комика, как будто он не умеет в нашем селе, или в каком-либо поселении он не умеет. Все мы с вами хорошие люди, когда на нашей стороне со своими силами природа. Каждый ее пришедший день, он приносит себя для того, чтобы мы в нем жили хорошо, и не нуждались в нем ничем. Мы с вами очень много лет прожили, но не видели, не встречали и не провожали такое время. Как она приходит со своими силами, со своей любовью, и взяла и продлила человеку его не глупую и не тяжелую жизнь.

    95. Мы же с вами этого не делаем, и не делает никто из других населенных пунктов. Не делали и не творили, чтобы человек человеку пустил свою мысль для того, чтобы человек взял на себя свою смелость своего дела, и ввел в белый свет жизнь. Не забыл про своего близкого неимущего человека, кто за имеющим человеком гонится для того, чтобы с ним поравняться, и у себя иметь то, что имею я. Но никому даром ничего не дам, и не хочу его давать лишь потому, что человек боится. Если он свое имеющееся отдаст другому человеку, то он свое имеющееся потеряет. У него такая мысль зарождена, не хочет ждать.

    96. Бежит за поля душою, не хочет плохо жить. У него такая мысль, не идти по дороге, по которой шли все люди. И строили очень крепко хорошо для того, чтобы у себя иметь не одну нашу землю, которая обрабатывается на грядку. И от нее мы получаем в жизни урожай. Мы с вами не это одно делать хотим. Раз заставила нас, всех людей, в своих селах и городах быть от этого всего зависимым, мы с природою воюем. Мы для этого боремся, и хотим, чтобы для нас были одинаковые идущие дни. Они никогда не были перед нами такими. Как мы хотим всегда хорошо одеться и хорошо покушать, и хорошо в доме своем пожить.

    97. Мы с вами, люди, не по одной дороге идем. Из нашего или чужого села там, где он народился, у него такая мысль в голове. Если бы мы с вами были сильные. Были в этом деле люди, которые не научились в природе, как надо будет жить. Мы с вами для этого дела раскрыли источник, стали добывать сырье, и с него стали делать частичные детали, с которых сложили машину, изучили ее, как ею владеть. И как будет надо ее заставить, чтобы она работала не для ничего, а для того, чтобы она нам сама собою делала. Мы научились на ней ездить, и ею управлять для того, чтобы ею пользоваться, как мы пользовались человеком. Никто и никак не откажется, чтобы человек человеку одно время помогал.

    98. Ни в нашей деревне, ни в чьем городе это не делается, и не пробуется нами, всеми людьми, на белом свете. Через зависимость свою сделанное и выхоженное нами наше молодое здоровое, закаленное сердце 25-летнего человека. Наш с вами такой в природе выход в свете. Я не боюсь никакого наступающего в лице врага. Ничего такого не боюсь, даже своей смерти. Если бы я таким не был в природе, я давно уже не жил. Моя способность такая, которую я в процессе заимел. Поэтому я самородок, закалка – источник. Учитель народа, Победитель природы. Это, что я сделал, в природе закалился в тренировке, добился сам, без всякого преподавателя и учителя.

    99. Так закалился, не простуживаюсь, не болею. Что может быть в этом всем лучше, если мне хорошо сделалось и делается в природе после такого холода и плохого дела. Никому из наших людей ученых мое это дело, которое я делаю. Хожу не в одежде, в которой ходят все. Я хожу в трусиках не для того, чтобы этим делом хвалиться. Вот, мол, я в такой атмосфере хожу, где бывает жарко, а в холоде нет. Я изучил природу, понял о ней, как о хорошем, полезном деле. Испытываю сам всякого рода заболевания. Мы, все люди, боимся этого в природе делать, и не хотим на себе это все испытывать, как начальные первые в этом деле дельцы.          

    100. Я вам не буду ни про кого рассказывать. Про своих принадлежащих людей в нашем родном селе, где не одни знающие жили по фамилии Бочарова Платона сыны, которых родил для своей продолжительной жизни у себя Платон. Четыре неплохих сына, все были по своему определению, жили сами  собою. Один при отце Родион до своей старой смерти, умер так же, как и Антон. Жил со своими детьми, рассыпало условие, не дало так прожить со своими детками. Прожил свое время.

    101. Не знал близких своих также Иван. Как хороший был во всем топорный плотник со своим родным сыном, ростом молодым. И также самый меньший сын Василий, тоже от несчастного желудка сделал операцию, и с этим скончался. Жили сразу один от другого, а умирали своей народившейся болезнью. Никто из других своих близких родных и знакомых этому создавшемуся в природе не нашелся и не научился, и ничего не сделал такого в нашей всей жизни. В ней не один Платон со своими детьми дружно прожил, когда они были живые. Они гору сломили за свою фамилию.

    102. А сейчас доживают по своим местам внуки, правнуки, все имеющие свое собственное место, на котором он не ушел ни от какого другого брата, которого закопали в принадлежащей своей земляной могиле. Это все делалось на моих глазах. Эти люди жили, у них не было конца в жизни. А была жизнь, как у всех людей. Не в одном нашем селе приобрели они свою жизнь, и в ней сами индивидуально доживали. Разве ему или ей, мужу с женой, нечем было в природе дышать. Или он не видел, куда своими ногами ступать. Дорога всех была одна.

    103. И было время одно для всех, встречалось и провожалось. Особенно было солнышко, оно каждое утро недалеко от другого человека всходило. Никто из всех не хотел оставаться дома. Все люди одной местности бежали в свою принадлежащую степь, не один сам. А силой своего ума, как воин ведет свою роту в бой для того, чтобы повоевать с врагом, и своего солдата не потерять, этого не бывает. Так и люди с природой воюют, с нею борются. Хочется человеку от своего соседа, имеющего у себя хозяйство, не отстать. И делать то, что делали наши прадеды. Они нам оставили свою индивидуальную собственническую жизнь на месте.

    104. Не в нашем одном селе жили сильно хорошо. Каждый мужик сам себя хотел сделать между всеми нами, живущими в свете, неумирающим человеком. Разве этим четырем братьям хотелось в природе умирать, как и прожили все наши на земле люди. Каждый сам себя огораживал хорошим и теплым. Никто из всех людей не хотел в своем плохом хозяйстве расставаться, и никому из нас всех не хотелось помирать. Помню, как сейчас, мое детство, как оно проходило у нас в селе, таком огромном, и крепко верующем в Бога. Четыре церкви было со своей Божьей верой. Все люди знали свой приход.

    105. Неделю напролет бьются в труде. Как только услышали колокол, уже у него не то. Жизнь человека была в ней. Это не церковь человеческой жизни, как это везде и всюду считалось, это магнит смерти. Разве в церкви люди живут? Они только Богу приходят молиться, и уходят к дому. А в церве остается, по всему выводу, со своими святыми иконами Бог, с кем люди живут, и они вместе с этим делом умирают. Несут на кладбище, заносят в последний раз в церковь прощаться на веки веков. Человек ложится до своего времени в землю, человек делается в прах. А в природе ничего такого не пропадает.

    106. Жило, живет, и будет жить. Так и прах этому всему дождется своего времени, и на это родится человек.

    Этот человек, про которого знает вся наша история. Ученые психиатры не представляют ничего такого, что делается с ним. Он готовится не домой попасть, где можно умереть всегда. А свое место занять, где будет возможность только всех людей за зависимость осудить. Вот чего этот человек эти силы бережет. У природы на все есть качества, и на хорошее, и на плохое. Если захочет, она одарит всем достоинством, всеми силами ума.         

    107. Природа есть человек. Лишь бы он в ней захотел сделать, добьется всего. Он в ней сделает, лишь бы любовь его в деле. А почему это касалось этих в жизни предметов. Потому что я их знаю практически, между этим с кругозором жил и понимал с мировоззрением. Даже скажу про самую близкую нашу птицу сороку. Она знает про любую в жизни погоду, но никогда она со своего прежнего места не уходит. Она живет на опушке леса там, где воздух не быстро проходит между землей. Там и снег задерживается, долго лежит, не тает этот зимний снег, которого приходится природе убирать с дороги любыми средствами.

    108. Особенно ветер, дующий по просторам природы. Он тепло сам себе на это дело представляет, и снег улетучивается с земли.

    У лежащего быка под задними ногами были расположены мухи, очень много. Я их прогонял оттуда, прогнал рукой. Много виделось такого жизненного в пути, зависимого и умирающего в природе. Как это наши люди вообще не сберегли, чтобы от этого всего надо было избавиться, чтобы так в своем теле не получать такого неприятного дела, в котором мы с вами, конце концов, попали, как непригодные к жизни люди. Это будет, и обязательно будет это. 

    109. Люди дождутся этого времени. И то от нее получат, что будет надо в нашей жизни. Сменится в природе жизненный поток через это одно независимое дело.

    Мы с вами начали с первого шага нашей жизни, которая нами без всякого препятствия делалась. Оделись для самосохранения, но не спаслись от этого всего. И не ушли с пищей далеко, также не помог жилой дом. А вот помогла природа, она родила человека. А раз мы это для жизни получили, уже будет новое небывалое. Мы себе откажем в этом деле, нас никто не будет обижать. Чтобы мы с вами, люди, по-старому жили, мы этого не получим, и не сделаемся бессильными, воюющими или борющимися с природой. Она за это все стегает, и крепко.   

    110. А сейчас мы при такой дороге не получим. Мы будем жить.

    По зависимому в природе за счет самоволия, за счет принуждения человеком человека. Этого больше не будет у себя получать, чтобы его накрыла какая-либо стихия. Как нашего мужика, у которого сил во всем не было. Он не смог встречаться с природой в своем недостатке. Ему надо была сила та, которая помогала человеку в его данной жизни легко жить. В природе есть какие-то способности все сделать, и плохое, и хорошее. Чем хорошее хочется получить, лучше надо будет получить в пути своего желания плохо. Человеку по всему этому делу надо знать, и много такого знать.   

    111. В человека, в нашего человека вводилось знание на нелегальную жизнь за счет кого-то. За счет другого жить невозможно. А за счет себя никак мы не пробовали. Это наша дорога – сознательно идти в хороший холодный морозный снег. Самое лучшее ощущение в этом деле. Я родился так, как родились все. Люди наши не захотели оставаться, как оставляла сама мать вселенная природа. Она не хотела, чтобы мы так возрастали. И не поднимали сами себя так, как мы зависимые от всего нашего богатства. Независимость другая сторона.

    112. Она была раньше до этого времени. С нею не согласился ни один человек в жизни идти вместе. А вот я, Иванов, задумал учиться, так учиться, как не учился никто. Хотел было, чтобы ученые мне в этом деле помогли. Ученые на мою просьбу не так посмотрели, и не так обратили внимание, как это надо. Если это так будет предо мною, что мое учение само себя заставило практически. Я начал на своих ногах учиться понимать, как будет надо природу полюбить, чтобы она про тебя сроду не забывала, про твое сделанное хорошее. Я просился, чтобы мне, моему учению поверили, и помогли дальше все это делать.

    113. А секретариат мне на мою просьбу отвечает: «Можно будет работать, можно будет учиться. Можно будет учиться и работать». Я и от этого не отказался. Подумал, подумал. А учиться стал, и крепко учусь. Сейчас свои силы ищу словами. И хочу, чтобы они были меж нами и природою такими в деле нашем, чтобы мы с вами не писали и не хвалились своим искусством, что мы в данное время добились от природы. Она на наше умение себя раскрыла своим богатством, одарила нас своим делом. Мы стали в этом больше трудиться, больше делать, и в этом стали много цацек получать.

    114. Наша человеческая такая задача. Во всем этом строить на земле такой труд, или ставить у себя такой объект, который бы нас в процессе не обижал. Мы должны в природе взять мало сырья, а продукции дать много из-за своего умения. Это есть всему дело наш человек, он должен сам себя огородить в природе тем, чем следовало. В природе получить, чтобы не было влиятельно ни нам, людям, ни ей, природе.                                                                                                                                     

    Мы взяли не тот такт, не ту дорогу, по которой мы шагаем в руках с оружием. Мы в природе делаем то, от чего нам во всем деле делалось от этого дела легко. Так мы с вами такой дороги не нашли, и не пробовали пользоваться.

    115. Пока мы с вами не опознали, как следует, природу, и ее не изучили все возможности. А эти качества, они были до этого, подтвердились сейчас человеком нашим, русским человеком, кто своим телом решился ступить в плохое и холодное условие сознательно. Я не хочу про своего односельчанина, который когда-то сам  себя заставлял каждую неделю в субботу он приходил, а в воскресение на вечер уходил. Эта история не у нас одних делалась, а по многим местам. Человек ходил, и продавался за возможные для жизни деньги какому-то предпринимателю, какому-то богатею.

     116. Где и как он сам себя заставил, в этом деле нажился. Это человека святое дело, оно его не заставляло с другого какого-либо человека комично смеяться. А он шел. Знаете, как другие люди о других людях, которые заставили сами себя с этого человека, как будто он его видел и с ним говорил. А этот человек, который необдуманно делал, его условие заставляло, чтобы не забывать про такую дорогу, которая длилась. А он по ней шел, и очень крепко думал про свое рождение. Никого не винил, кроме себя. Говорил вслух. Для чего я такой в природе народился, и зачем меня мои родители зародили. Если можно было моим родителям воздержаться.

    117. Не так это ими делалось, и они об этом всем не подумали. Разве моя, одного человека, лежала. От самой домашней хаты прокладывалась вслед в путь. А все другие те, которые не научили другого человека критиковать. Про нас, про такого бедного незнающего человека не написало даже перо ни одной строчки, ни одного слова. А мы были люди совсем безграмотного характера.  У нас были руки для этого дела золотые, да крепкие наши ноги. Мы были у каждого своего хозяина, у богатого человека очень крепко надо. Он нами хвалился, прибыль через нас получал. А раз он очень быстро и хорошо в своем развитом деле, о чем не знала тогда никакая теория.

    118. Знали мы, шли пешком, на горбу несли свой мешок с хлебом. Про нас люди ума забыли написать. Мы этой местности этого села друг друга хорошо знаем. Приглядываемся, это наша прямая и полная в жизни обязанность. Мы все до одного человека живем в этой местности. Все мы имеем источник земли. Сами больше смотрим на наше солнышко. Земле мы не доверяемся, не хотим ее признавать силой, ее дело, и не считаемся с нею. Еще под зиму под снег пашем, делаем пахоту. А снег ее питает влагой.

    119. Удовлетворит тот человек, кому надо будет знать в этом окружении каждый кусок грунтовой земли. Человек за продолжительное время к нему подходит, и уже знает, что на ней делать. А дел в природе не одно только надо ее вспахать. А мысль для чего у человека есть? Она у него в голове не на одном месте стоит, и не об одном том же думает. У человека четыре стороны и времени, каждое отдельное место свое требует. Приходит весна наша, начальное время, еще снег лежит на пахоте, а у человека  мотор рычит в машине. Человек смотрит на положение.

    120. Не дожидается, пока просохнет, выборку делает. И туда силу направляет, как на какую-то особенность. Он хорошо знает про эту природу, что она такая есть. Ни в коем случае не сможет. А хоть немножко даст. Если захочет, тебя, как заслуженного человека, в этом деле наградит. Все она сделает, лишь бы ты захотел. И Богом она человека сделает, если человек по дороге Бога, но не по людской, пойдет. Богу никакой грунт не понадобится, никакая земля не надо. Сила для этого дела никакая не требуется. Так же само и жилой дом не потребуется. Это будет сила Богова. Любит нашу великую природу.

    121. Не беспокоит ее так, как мы ее, как землю, и пашем, и волочим, и в нее сеем, и на ней растим, и убираем. Мы с нее все скашиваем, а готовимся к новому уже другому урожаю, к которому мы, все люди, готовились, готовимся, и будем готовиться. Наше человеческое такое дело будет в природе в каждом отдельном дне. Мы знаем хорошо первые дни развития. А в природе весна такая солнечная. Мы за ней бежим, спешим, да гонимся вслед за временем. А оно само себя меняет, не дает нам равно, чтобы мы жили да делились одинаково богатством через наше денное явление. Мы его дождались, собрались со своими силами. У одного они есть одни.

    122. А у другого силы другие. Один легко окружил себя, другой тяжело. А делать будет надо. Если этот день упустишь, то, что требовалось человеку сделать, ему надо расстаться с белым светом. По этому делу приходилось одному завоевать, а другой проиграл из-за того, что не смог сделать вовремя своего того, что надо. Человека природа заставляла думать об этом деле. А делать он обязан, ему надо будет в своей жизни для своего труда сила. Он ее приобретает годами, делается силен, для того у него оружие, чтобы с врагом управиться. Когда у тебя нет того, что надо, то у тебя недостаток, есть в природе болезнь.

    123. Эту болезнь в процессе природа делает, она человека лечит большой у себя прибылью. Нечего поставить на стол, чтобы кого-либо из других пригласил, и их хорошо угостил, вроде устроил какой-либо ради чего-либо пир. Мы с вами, все люди, этим научились крепко перед своими близкими родными хвалиться тем, что у меня есть, а у вас такой доброй души не имеется. Человек думает, это он один в этом деле один одаренный. Все люди не такие, как он есть. Ему как будто везет, везет и везет без конца и края. Люди привыкли глядеть, люди привыкли говорить, дюже на это сделанное завидовать.

    124. Как это бывает в нашей жизни, без кого не обойдется это могучее и случайное в хорошую сторону дело. Никто раньше не смог говорить и делать никакого начального дела. Человек за этим делом своим делом гнался. Не с плохими качествами, не с плохим здоровьем, а с самым лучшим и крепким здоровьем дрался на гору для того, чтобы это, что надо, завоевать.

    А надо просить природу вселенную мать своей любовью, своим делом, чтобы она пошла тебе навстречу, и разрешила свое право для тебя помогать. Вот что будет надо нам от нее получить. Не вредное дело, а полезное дело. Надо заслужить, чтобы твой шаг не шагал по земле так даром, как это делается.

    125. Я твой близкий сосед, не хочу, чтобы ты, как мой близкий сосед, возле меня жил хорошо. То есть лучше, чем я живу. Я недолго спал, рано вставал, позже я ложился. У меня было, на что надеяться. Я смог это свое дело поставить в жизни так, как никто в жизни своей не делал. И не получал от природы таких даров.  У меня, как ни у кого, делалось во дворе. Росло и на степи, поднималось, как ни у кого. Я будто такого ничего хитрого не делал, и никому такого хорошего тоже не учинял. Считаюсь таким, как все люди. Только со своим понятием, со своей любовью отношусь к другим людям неимущим. Если надо будет помочь ему.

    126. У меня есть своя душа и свое сердце его считать не как соседом близким, а как родным человеком. Кто в это время не имел того, что надо. Как известно, было не одним нам, или нашему родному селу. Можно коснуться многих других, даже незнающих таких людей, которые стремились в то самое нехорошее, совсем тяжелое время. Они свое давно занятое место сами собою городили. Можно сказать, полным переулком, или маленькой улицей, начинающей расти. Она росла новыми построениями, теми людьми, которые сами себя заставили быть хозяином хоть над собакою и кошкою. Он считал, это все не дает хорошее в жизни жить у своих родителей, и им все время так делать.

    127. Или так, как это делалось всегда. Жил наш Родион Иванвич Бочаров, у него было пять добрых сынов. Одного Гришу отдал в зятья. А четыре все молодцы жили, слушались отца. Как меносовцы по-уличному они дразнились. Работники были до крайности. Сам Родион не допускал, чтобы его сын со своей женой или детьми получил хату, и занял свое индивидуальное место для того, чтобы на нем приходилось жить, да думать о прошлом. Как будет надо жить, чтобы твое имя или фамилия не держалось в бедноте. Чтобы ты рос, а на тебя другие неимущие люди поговаривали с недоверием, что ты один между всеми приклонился, и сам собою случайно зажил.    

    128. Об этом деле не одни люди скажут. Даже может не забыть про это дело сам день. Он много мест занимает своим ярким солнечным лучом, и видит немало таких в природе счастливчиков, у кого мало детей. А большое у себя создалось на своей скупости. Человек зря свою головку не пускал в ход, чтобы ничего такого в жизни не делать. Всему дело – это его такие руки, быстро носящие ноги. И то бывает кое-когда не в праздник, а в буднее время человек так себя нарядит. И хочет встретиться с таким человеком, у кого есть все. Он посмотрит на всю мою создавшую одежку, не позавидует, а скажет свои слова в неправильную цель. Он говорит: такого за свою жизнь никогда не встречал.

    129. Страшно нехорошо одет. Богатый человек его нехотение обсудил. Я, говорит, тоже жил не лучше, слушался отца. Надо же так жить, как велено. Богатый только об этом деле подумал. А этот человек неожиданно хорошо зажил.

    Мы такие, как все, не оказались. А как все, умерли. Умер Радион Иванович со своими родными сынами и внуками, материалами. Умер Меркул Иванович и Григорий Иванович с сыном Филиппом и четырьмя дочечками. Одна дочечка не забытая Матрена, которая вышла замуж за Нестеренкова Корнея Ивановича, Иванова. Где родился у них родной первый сын.

    130. Ему дали имя одно из всех между людьми всеми Паршек.

    Это имя не перед одними этими тремя братьями, не в одной местности, и не перед одним человеком прозвучало. Как нога человека прошла не так, а по-своему, по-новому, небывалому. Не по человеческому пути. Стал встречаться не со своими родными близкими, которые не были помощниками в жизни. Она стала встречать по пути своему не такого человека, как мы с вами зародились. У нас одна дорога зародилась. Будь добр, иди со своими обутыми ногами. Одно начинаешь, другое кончаешь. А чтобы закончить начатое, не пришлось.

    131. Как спешили попасть на свое место, и сейчас спешат для своего удовольствия. Так не пришлось ему делать, как делали все остальные люди, кому пришлось проститься с белым светом только через свое желание. То, что он делал в своей жизни в своем деле, недоделано, сам лично умер. Это произошло не в одном нашем селе, и не в одной нашей местности. Это все делалось, или делается. Возьмет свое личное направление, лезть в своем костюме на гору. До тех пор он туда лезет, пока у него силы есть. Он надеется, и делает то, что следовало человеку в свои годы делать. Это его была первая работа, которую он недоработал.        

    132. Разве одни меносовцы на белом свете прожили. Да сколько они своими силами сделали природе неприятностей. Их, как и других людей в своей местности, заставляла необходимость, великая из всех нужда. Если бы они не знали время, и не готовились к нему, они бы так дружные одно время не были. Их заставляла зависимость природная, красила и делала здоровыми людьми. День прошедшего времени встречали, провожали так хорошо. Они в этом деле никого не боялись. А кучею все делали для того, чтобы у них этой нужды не было. Их одна храбрость во всем деле держала. 

    133. И также держит других другой местности. Они не хуже были и сильнее от них. Свое дело доводили до ума. Их заставляли так же, как и всех, с природою воевать, бороться, и отбирать у нее качества. Природа давала постольку, поскольку надо было человеку иметь. А в природе есть и такие ее качества, про которых никогда никакой человек не забывал. Вперед строился, вперед знал, и готовился к этому делу, которого он не хотел. Оно само к нему так пришло неожиданно. Он его дождался, утрешнего солнышка. А оно себя не показало так же само в жизни своей. Так природа взяла и не дала человеку того, что это надо.

    134. О чем человек никогда не продумал? Про такую в природе вещь, что природа не согласится с мыслью человека, возьмет и откажет. Это стихийное дело не мы одни, меносовцы, получали. Очень много таких людей, которые так организовано не жили. И не думали они так, как мне мой дедушка родной по матери сказал. Видит мою к такому хозяйству бдительность, но помочь мне никак не сможет, ибо это тогда было бы в жизни не мне тяжело, а дедушке. Он мне говорит, называет внуком. Не так за лошадьми ухаживает, одну соломку кладет, сена по горсти, а мукой совсем не пахнет. Надо будет гладить эту лошадку, мешком гладить.

    135. Взял да еще в руки мешок, и как, внуку показал. Я его было, правда, послушал, стал делать это, а оно не помогает. Он тогда мне с улыбкой говорит как никогда правду. Надо с мешка больше сыпать да водой поливать, чтобы лошадки были от этого дела сытые и сильные. Как делается нашим людям, таким отцам и таким детям, кто в этом деле сам себя своим собственным вооружал. У этих людей были руки, они делали для самих себя эту штуку. Это дело, которое делалось не одними Миюсовцами да Бочарами, кто своей силой дружно сам себя защищал. Говорил: мы это делаем.        

    136. Никому из всех людей про свою тайну не сказывали. От людей таких, как они были, жили близко от одного к другому. Мы такого главного героя своим племенем в этом месте от такого скромного человека родили. На нашу долю это все выпало, что нас история природная в это время не забыла. Она создала человека такого, кто родился для нас, для заслуженных в природе людей.

    Никто из живущих на белом свете не смог знать об этом деле, что я буду такой родившийся в своей жизни. Сама природа доверилась моему предназначенному отцу Корнею Ивановичу, пастуху. Овец пас на Кубани с Кириллом Ивановичем Носовым.

    137. А мать моя была пряха, ткачиха, сама делала рубашку холстинную, и шила штаны левой рукой. Матрена Григорьевна. Только они виноватые, или, может, в этом деле остались правы перед всеми людьми, что они только сохранили свое плодовое зернышко. И я в этих условиях родился не для того, чтобы быть в природе таким, как я оказался перед всеми за мое все, сделанное мною в таком великом труде. Где я своим телом проходил. Я труженик, я хлебороб, я самый верный в жизни работник. Не боялся рвать тяжелым трудом сам себя. Два ребра, 8 и 9, поломал, для примера.       

    138. И вот еще работал в шахте. Мне подсказывала моя мысль спросить у Иисуса Христа, самого верного друга жизни, кто мне это все оставил. Я так думал. Когда Христос ходил по земле, таких шахт не было. Он не таскал санки, не гонял железные вагоны, не рубал зарубку каменную, не рубил бурку для угля. А Паршек этому делу инициатор. Ему через это все выпала чара сделаться Богом в жизни. Выпросили его способности люди больные, забытые всеми. Это мученики своих болезней, лежат и до сих пор. Не знают, кого просить. 

    139. У нее или у него сложилось, как будто должен им всем помочь невиданный ими бог. Бог то бог, но не будь сам плох. Человек, любой человек может занять свое место. И быть перед всеми людьми, теми людьми, кто его знает, как Бога. Но дело его не выполняют. А другие есть люди, не верят  этому, скептики. Они даже не знают, что делать в природе, чтобы в этом деле оказаться богами. Иванов – Бог природной жизни. Не один он является этому делу. Он говорит. А сколько мест, не занятых никем. А дела одни для всех можно делать человеку для того, чтобы через это все сделанное сделаться на земле богом.

    140. Бог – ученый практический человек, делает в природе, физически закаливается, опознает природу чистым энергичным телом. Испытывает сам, в природе ищет врага, сосредоточился для того, чтобы врагу дать отпор. Учитель Бог хорошему, но не плохому. Учит всех нас, чтобы мы не болели и не простуживались. Вот что нашел наш, по сказанному слову есть Бог. Он человек, рожденный так, как его родили люди. Мать моя идет со мною вместе рядышком, жалеет меня. Она же мать, не хочет, чтобы я был такой. Она же моя родная мать, она учительница плохому.    

    141. Прожила с нами, такими детьми, как и я перед нею оказался. Она мне говорит: «Если бы я знала, что ты такой окажешься предо мною, я бы тебя маленького убила». Я испугался, и ей сказал свои слова. Мама, ты моя мамочка! Я хитрил, вслед за тобою шел. А ты мне помогала, заставляла, но я тебя не послушался. А послушался природы. Мои друзья: воздух, вода и земля – три самых неумирающих тела.

    Я ей говорю. Вот это моя мать. Я ей верю. Но не верю я тем матерям, которые родили своих маленьких людей, но воспитать так они не научились. Умерли все со своим предковым знанием.   

    142. Они и тебя закопают за твое нехорошее к своим родным детям. Все они умрут так, как наша сестра Варя умерла. Она захватила эту дорогу. Умер наш родной отец. Мы даже его и не видели мертвого, его закопал зять и внук мой родной сын Андрей. А вы, как жена, остались. Кому вы нужны. Вы идете по той дороге, по которой все люди шли. С такими, может быть, детьми, которые слушались, и делали то, что их родители учили. Они также все умерли. Умер человек, другой человек умер своей смертью, но ничего. Его, как и всех людей, зарыли в могилу.

    143. Скоро и моя мать, в 1945 году она скончалась. Я ее провожал на могилу. Хотел лопатою закапывать, а у меня ее отняли. Говорят: мать нельзя своему дитю закапывать. Тут-то я понял про это все, нами сделанное дело всеми. Мы зарывали сами своих близких родных отцов, матерей, братьев, сестер, и всех маленьких людей. Особенно безжалостно зарывали старых людей. Нет, уважаемые вы живущие люди. Мы ошиблись жизнью, что это все сделали сами. У нас на это руки вырыть могилу, и на ногах отнести, их там зарыть, как непригодных людей в этом деле. Тогда были надо мы.

    144. А сейчас мы не надо, умерли. Что нас с вами заставило это получить? Природа. За что она нас с вами умертвила? За наше хорошее и теплое.

    В природе так это все даром не пропадает. Жило оно, живет оно. И будет жить оно через свои способные силы, которые будут в природе делать то, что не будет вредно никому из людей. Мы же, два соседа, на нашей доброй земле поделились пополам. И своим добром признали: это, мол, мое, а это твое. Мы тебя через твой поступок не признаем своим человеком.

    145. Ты не наш через свою зародившуюся жизнь, она тебя ведет по дороге твоей. Ты же не такой, как это следует, человек. Вооруженный природою, в природе сам наученный, чтобы воевать с природой. Ты для этого дела воюешь с природою, делаешь то, что делают все. Они зависимые у нее, им надо будет жить по людскому, по материному … Как они жили, им хотелось крепко жить, но природа им не дала. Ибо в природе на это дело есть силы. Она их бросает на тех людей, на того человека, кто не любит ее, и от нее бежит, уходит, и не хочет наравне с нею жить.

    146. Говорит сам себе: лучше я помру, как умирали все, так и я произойду в прах. А разве это все есть прах человеческой жизни, он же не умирающий. А живет в земле и на сегодня, думает кого-либо другого человека к себе притянуть. Вот что делает это место, в которое закопали его люди.

    Бог не родится для того, чтобы люди с людьми за богатство свое поделились, и сделались врагами. Один другого со своим вооружением убивали. Бог этим делом, что мы на земле делаем, не радуется. Это будет не лучше, а хуже через поступок.  

    147. Мы развили эту систему, которая заставила зло между собою сделать. Разве экономика человека с политикой облегчает жизнь человеческую. Если все люди родились в природе независимые. У них родилось свое самовольное присваивание и национальное принуждение между людьми делать то, что людям вредно. Они друг друга убивают, друг с другом воюют из-за того, что ему люди, как вожаку, доверились. И делают то, что им вожак скажет. Они за свою собственность, за свое национальное бытовое право не жалеют отплатить кровью.

    148. Люди умные стали дикарей ловить из-за своей тяжелой жизни, которая заставляла делаться хозяином. У хозяина ум сосредоточенный, человека подчиненного у себя содержит, и с ним вместе делает то, что ему в жизни нравится. Он на это не пожалеет никакие такие особенности, через которые сам получает в этом деле удовольствие. Он, как вожак, сохраняет у себя таких сильных, таких смелых, таких воюющих со всяким сделанным национальным оружием. Чем человека не жаль убить, и с ним сделать то, что делали люди. Не считались с жизнью человека.

    149. Кому хочется перед вождем гибнуть жертвой за какое-либо неприятное дело. У вожака предковое заведение. Свое хорошее сохранять, а у другого какого-либо бессильного отобрать. Мы с вами привыкли из-за чего-либо, из-за другого человека жить неплохо. Разве это бог, если он по-нашему вместе с нами в природе живет. И делает очень плохо, бедному не дает, а богатого одаряет силою своего ума. Человек не считается ни с чем. Не хочет дорогу Бога занять. И делать то, что делает между людьми в природе Иванов со своей закалкой-тренировкой. Закаляется в природе не для того, чтобы другому своим делом помешать.

    150. То, что люди делают для себя хорошего. Мы с вами направились к своему небывало новому дню. Оно экономно создавалось для политики, чтобы жить хорошо и тепло. А сейчас эти качества будут сохраняться, как человек с человеком встретился с недоверием к его поступку. Человек не хочет по человеческому так жить, как мы живем. У одного есть, чем перед другим человеком хвалиться. У человека такое место, которое дает человеку в этом деле продолжение, и хорошее не выбрасываю. Вот что одни имеют, а другие не имеют. Их условие заставляет, чтобы он делал. Хоть и тяжело, но делать надо со своим бессильным незнанием. Мы хотим, чтобы у нас не было отстающих в этом деле.

    151. Мы заставляем, говорим, чтобы он делал, и жил хорошо. А мы хорошо знаем человека неимущего, кому самому трудно будет любое дело поднимать. Мы всегда говорим, делаем. Когда в деле видишь интерес, когда у тебя это есть, что надо, тогда ты уже считаешься человеком. Ты силен в природе иметь свое необходимое. Есть, что одеть, покушать, и в доме пожить, да попользоваться правами такими, как пользуются все люди имущие. Мы когда имеем у себя, то мы ни о ком не думаем. Как не думали все рожденные люди, которым приходилось одно время на белом свете прожить.              

    152. Как все люди сами себя проводили. Так как в нашей местности жили очень много таких больших и сильных семей, про которых можно всегда коснуться и вспомнить, как они до этого  конца в жизни жили, да приобретали у себя то, что им нравилось. И они в природе делали, у них это все получалось. Если издалека смотреть на это все, что было у них, можно позавидовать, как есть другие люди. Говорят так, как Луганчата, Кобзовы мужики. У них чего только ни было в их хозяйстве. Было примерно нажито в области развития живой силы.

    153. Можно сказать, как все люди всего села не этими людьми были удовлетворены. Чем? Да одним имеющимся богатством. Кого когда и как можно было назвать. Мы, люди, не одинаково живем.

    Я бы, как автор этому совершившемуся делу на этом месте, где пришлось родиться, как порождались люди наши. У них была своя направленная сила, чтобы на своем захваченном месте пришлось развить свое прежнее хозяйство. Кому вся беднота улицы Гора кланялась низко-пренизко своей головкой, и говорила, как богатому человеку: «Здорово дневал, или ночевал». А богатый наш близкий по своей жизни человек, он смог ему, как бедному неимущему человеку.

    154. Кого считал, он ему мешает своим словом, с кем не говорит. Особенно разница была между мужиками, своя внесенная вера в бога. У каждого богатого и бедного хозяина свой был приход. Особенно у нас на Горе да п… Такими людьми, как себя вели по уличному их Луганчата. Избрали под горою свое место. Мастера были построить для населения мельницу водяную. Силы хватило ежегодно став воды собирать, и этой водой через к… крутить колесо. Построено технически, через вал работает камень, и делает муку. Камень годен для простого помола хлеба. Раньше ничего не выбирали в этом деле.

    155. Особенно гонялись, и имели у себя свой собственнический сад с м… Стояла пассика, хорошие садовые яблока. Там Федор Лукьянович, он был у беспоповцев попом. В летнее время с левады этой не вылезал. Жили три брата вместе хорошо, сами себя в достатке вели. Чтобы копейкой кто-либо у них из семьи нуждался, этого не замечалось. Одевали себя, как беспоповцы. Есть, чего было. Не жалели надевать, и в запасе держать. Мы ведь не такие глупцы вместе с ними на одном лану получать полевую землю. И с нею, как крестьяне, возиться. У кого, у кого, а у этих людей три пары своих волов, свой плуг.

    156. Наймет работника, и с ним, как со своим человеком, сам себе всю осень пашет помаленечку без всякого расхода на подножном корму. А нам, однолошадным, так разделенным людьми приходилось не так делать, как делали Луганчата. Их Лазарева фамилия правильно держала в хорошем приходском почете. Попу, то есть батюшке мужицкого покроя. Он был по церковному приходскому делу наученный человек. Крепко был подпоясанный верой в бога. Что и когда в степи на своей земле ни посеет, у него всегда родило хорошо. Ухаживал за грядкой, от себя бога никогда не прогонял. Учил других такими быть. Но наши такие люди не стремились в куче жить, не хотели старшему одному из всех подчиняться.  

    157. Такое дело не вводилось, чтобы по Луганчатам жить. У него не было, что праздник оставался неприятным, таким,  как возьмем у себя поставим человека, вечно нанятым служить в церкви, Гуьяновича. Он был по старообрядческому приходу церковный сторож. Без него ты в церковь не зайдешь. И никому, как ему доверены колокола, звонить в самый большой колокол. Он звонит к обедне, он звонит к часам, он звонит и к вечерне, и не забывает про ночную утреню. У него время на учете. Он не думает так, как думает этой церкви священник или церковный староста Иван Емельянович Захаров.  У него принятый сын Василий Платонович, как родной сын. Жили, можно сказать, всегда водочку попивали, и веселились всегда.

    158. Если надо кому-либо для посева пшеница, он никому не откажет, даст, займет, но в этом деле обяжет. Скажет, чтобы во время горячего уборочного дня этот человек, как ему обязанный, приехал со своей семьей, и помогал ему его урожай убирать. Все это делалось по закону с боговым явлением. Иван Емельянович волоса лысой головы не носил, не масленую оливою. Трезвым сам себя вел. Не стремился так, как есть люди стремятся. Лето свое посеянное убирается. Как убирается, знает сам. У него в семье Бог, никто, кроме него, не помогает. Встает с постели, берется за моление. Дождался завтрака – тоже молится. И в обеде тоже надо. Без моления не обходился.

    159. Особенно весь день напролет на ногах, да руками надо будет делать. Устаешь крепко за любым своим хозяйством. Без всякого дела ничего не получится ни в каком жилом доме.

    Жили Харлановы под горою с попом Наумом, единоверческой церкви священник. Маленького роста мужик заучил служить практически, всякого рода моления знал. Свой приход хорошо, его держал у себя. Никогда не отказывал сам себе в случае какого-либо нового рождения, или по какой-либо болезни, несчастного случая. На это батюшке скажи ночью или днем, он обязанный свое дело делать. Но сам знает, какие на свете были батюшки.

    160. Мы в одной деревне с ними родились. Без них не обошлось. Как чуть что такое сделалось в какой-либо семье, умер человек, или задумал молодой человек кто-либо жениться. Без его участия не происходит между людьми. Он должен и венчать, и закапывать в землю гроб. За это много не берет, а сколько дашь такого рода. Все люди об этом деле хорошо знают, когда какой бывает праздник, или как он пришел для этого дела будет. Он каждого человека заставил. Не пришел идти по земле, или ехать для какой-либо цели. Человек, да еще хозяин зря лошадку не запряжет. Хоть показать сам себя, что он имеет, да перед другим чем-либо хвалиться.         

    161. Мешком через спину ты его несешь. Это только конфуз твой перед всеми. Бросаешь свое, чужое начинаешь. Четыре стороны, ты можешь в любую сторону идти. И себе можешь найти такую работу, лишь бы работал. За что? Сам знаешь, за что.

    Я рассказываю про одну улицу, про мужиков. Да про таких видных людей, кто не оставался без всех тех, кто каждую неделю приходил домой для того, чтобы обмыться, да залатать одежду. А потом опять туда на свою нанятую ежедневную работу, которую надо будет делать хорошо. Тогда тебя хозяин по твоей договоренности не забудет, в месяц зарплату выдаст тебе.

    162. Нас, таких ребят, которые не были никому нужны дома. А предприниматель какой-либо большой производительности этими людьми радовался. Он их принимал, нанимал на свою работу. Эти люди, их природа не радовала. У них умы работали не на пользу своего здоровья, как болельщику крестьянину, человеку села. Он же получил для себя для своей причитающейся жизни землю для того, чтобы жить и думать. Чтобы за счет этого всего жить, и делать то, чего люди нашего села не собирались делать. У них было одно – ложишься спать, под голову клади землю. Без нее человеку жизни нет. Есть одно маленькое незнание. Мы на это имеем имя.

    163. Были раньше, и будем сейчас хлеборобы. Земля наша лежит вокруг нашего села. Мы со своего двора, если есть, чем выезжать, или что запрягать, и во что запрягать. Человек на это все свою жизнь положил, свое здоровье кладет на фронте своей борьбы. Приобретает хорошую снасть на хороших звонких колесах для имеющихся хороших лошадей. Он без них такой жизни не имеет. Сам по три, четыре раза садится за стол. Если есть, что покушать, и много, у него на это здоровье есть, и развивается аппетит. А у лошади, как у не словесного животного, уздечка привязана за условие, чтобы знала свой закон деятельности. Ждала от хозяина удовлетворения. Сам в теплом, уютном, да хороших условиях.

    164. И к каждому столу свежую хлебную пищу мастерит, свои руки прикладывает. Умом думает про это хозяйка, кому доверилось строить вкус. Аппетит на хорошую пищу найдется, мы его получаем в процессе. Мы не лошадь, привязанная за какое-либо условие, чтобы ожидать хозяйского ухода. Он сегодня проспал, ему должно что-то помешало. А наше дело одно – жди, да приучайся какую-нибудь пищу есть. У хозяина есть одно, есть и другое. В случае чего, бросил ей соломы, или положил хорошего сена, если есть оно у тебя. А лучше будет, если ты не жалеешь корма зерна, мелешь его на муку, делаешь из этого всего из соломы. Водой мочишь, а мукой трусишь.                      

    165. Для животного тоже надо хлеб. Для того, чтобы возить с места на снасти хозяина,  надо будет лошадь кормить, как самого себя лично. Чтобы у лошади была на это дело сила. Не такая, как у других есть хозяев, людей бедных. Эта лошадка, как животное, не имеет полного права лишнего куска соломы в муке поесть, как это богатым человеком делается. У него она работница. Без лошади земля будет лежать не паханная. И когда надо волочить, эту пахоту делать в хорошую грядку, надо не тянуть за собою эту лошадку. А чтобы лошадка тебя, как хозяина, своей быстротой тянула. Тогда у тебя будет урожай. И ты будешь иметь у себя.

    166. В закрома для этого дела насыпал чистое зерно, на что ты будешь всегда надеяться, как на свое око, как на свою силу. Это мы рисовали всю картину на лошадке, на экономном животном, которое не стоит молча. Может заржать, попросить у хозяина еды или воды. Хозяин это дело услышит, догадается, что его лошадь у него, такого хозяина, для себя просит есть. Это уже не хозяин, это уже пустодом. Он сам не кушает хорошо, и не кормит свою лошадку. Это не хозяин своему добру. Хозяин добру своему сам недоест, сам будет голоден, а лошадь или быка надо знать, что это твоя любимая сила. Она с тобою вместе дни по порядку встречает и провожает.

    167. Особенно для людей день первый в недели понедельник. Он наши руки, и наша с вами умственность, которая хочет видеть всегда перед собою не плохую и холодную сторону, которая не хочет, чтобы человеку тяжело, непривычно жить. Мы так делаем в природе, чтобы нам было одно время хорошо и тепло. Разве корова не источник и не кормилица хорошим жирным молоком. Никто этого не хочет, чтобы корова в достатке, у нее было сделано человеком хорошее с хлебом пойло. Разве было бы корове плохо, если бы она от хозяина получала удовлетворительный корм. Она нюхом слышит умного, хорошего своего хозяина за его один для коровы хороший уход.         

    168. Она знает свое время, что хозяин без хорошего корма в эту минуту не приходит. У хозяина рассчитано, когда ему надо для себя приготовить завтрак, или обед, да к вечеру утопать. Это у него в голове такой такт, видеть одно, и видеть в природе другое. Особенно перед человеком день неодинаково мы с вами притянули, и поставили его перед нами. Мы и себя не забыли, не забываем про нашу землю. Думаем, что будем брать этот год, это время. Хозяину не хочется бросить на произвол, чтобы она пролежала даром, никакой в жизни прибыли не дала. Такой грунт мы избегаем, хотим все силы заставить, чтобы она была, как прелестный цветок ароматный.

    169. Дышишь им, и хочется еще больше дышать. Та и за землей своей родной ухаживаешь. Для того она у тебя делается, как скатерть на столе. Стоят чашки, ложки лежат, порезанный на куски хлеб для употребления этого человека, кто ждет. А когда мы начнем прогрессировать, хотя и на этой земле, на этом кусочке этим человеком, этим хозяйством, у кого не одна земля под ногами пустая лежит. Мы с землей разговариваем про это, чтобы было. А придет такое время для нас, это совсем не будет нужно. Мы эти люди, кому приходилось за счет за счет этого всего богатеть. Зато не бросали другие люди думать, шли сбоку возле.

    170. А я-то жил для всех людей по казне. У меня дом не такой, и окна не такие. Да и фортка людская не такая. А ворота дощатые, аккуратно сделано топором. Лучше, они сказали не приходить. Берет большая зависть этого человека. У него все хорошее. Даже стены положены выше от других. У него большая боязнь. Он боится других, что они со своим имеющимся хозяйством догонят и перегонят. А мне тогда уже не гнаться за ними. Тут уже от этого дела не уйдешь, и не приобретешь чего-либо лучше и хитрее, чтобы не было ни у кого такого дела, о чем не подумаешь. А раз ты не сумеешь этого сделать, что делаю я сейчас.

    171. У меня рогатые волы, их не достать руками рога, огромное животное.

    Что нам сделала новое техническая часть, сделанная нами всеми на нашей земле? Переворот всему. Такие семьи ушли с земли, место заменилось. Даже земля не так стала делаться. Люди перед собою не то стали видеть, слышится не та картина, которая была до этого времени. Все это наделали старые прошедшие люди. У них их собственность заставила свое упустить. Они не жили, а проспали. Свое имеющее хранили, держали, а удержать, как свое, не сумели. Это была морская вода, она себя показала живым фактом. Мы прожили на этой местности.

    172. Возле этого села сельскохозяйственные условия начинаются, сельские дороги местного значения в подъезде каждого загона. Мы эту землю знали, как за столом прибирали приготовленную пищу. А она делается людьми весь свой год напролет. Если надо попасть на южную сторону, не минувши Калинчеву гору, самую крутую и неудобную, туда и обратно. Надо знать, как выехать, чтобы назад не покатиться. Да и под гору спуститься. А ехать приходилось, надо. Вся самая хорошая черноземная земля была за Водолоцкой местного значения. Были по Водолоцкой воде капустники, выращивались помидоры и огурцы, которые требовались для зимнего времени на стол. Мы с вами когда выезжали на Водолоцкую, то наша дорога одна, которой обязательно приедешь в село Петропавловское.

    173. А там, куда хочешь. Или можешь возвратиться обратно, опять в село Ореховку. А когда мы едем на север, то мы проезжаем мимо ветряка Хрылова, через сухую балку, и через гору Бабу, а потом спустишься под гору в местечко Успенка. А Успенки дороги тянутся на много дорог. Если мы едем на восток, возле мимо проезжаем Витушки. На Полубабок через Бабу попадаешь через кряж в Тавричан коноплянских проезжаем. Это дорога в наш город Луганск.

    Едем мы на Голубовку тоже на восток возле синих скалистых гор. А на самый Калмык никуда, как попадешь к пану в Круглик. Я, говорит Петр Никитич Бочаров, богатый человек, признал самую лучшую, и легко добирающую до самого места, где приходится на земле ворочаться.

    174. Делать с нее грядку, зернышка там посеять. Это Старчеков переулок, или Мишин прогон, дорога сходится в одну дорогу на Ребриково и Щетово. Через рукав проложенной железной дороги через всю нашу землю, эта дорога сходится. Тут же недалеко Щетовская пошла вправо, а Ребриковская пошла прямо.  На Маккидоновскую станцию была дорога через Хоминки и Прокоповские болота. Мы попадаем туда через Голубовского пана землю.

    Из села наша была работа самих людей. Они знали по своей земле свою дорогу, которая вела всех с чистым приготовленным зерном для того, чтобы его разбросать для будущего урожая. Мы надеялись на то, что нам природа даст свою прибыль для того, чтобы люди не сидели на своем принадлежащем месте.

    175. Он вырастал для того, чтобы мы были в это дело уверенны. Для нас природа родила хлеб. Можно сказать, это была солома, полова, гной. Если на это все разовьется погода, она свои фронта для этого дела разовьет, это дело ее во всем. Она пока со своими силами захотела и сделала для того, чтобы человек у себя заимел это богатство через свой труд, через свою работу. Она перед нами была весь год напролет. Мы знали, мы ждали, нам природа все это свое давала. И хотела, чтобы мы в ней барахтались день и ночь. Нас заставила природа.

    176. Она кормилица всякими путями, у нее рядышком, все делает, и вовремя поднимет, и вовремя положит. Человеку это дело на руку. Он дождался другого. Не в село шло богатство человеческих рук.

    Мы дождались время другое. Немцы напали на нас, им потребовалась территория. Они хотели у нас отобрать Украину, объявили войной. Весь урожай 1914 года пострадал без нашего солдата. Пришлось хлеб чистый приобретать. А вы сами знаете, когда тебя окружит твой недостаток. У него нет, и негде взять, хоть умирай без этого всего. А жить-то хотелось. Поэтому мы сами себя в это время, особенно молодежь. Она вся нанималась, кроме одних богачей.

    177. Они придерживались своей земли. А что нашему было брату, у него дать, лишнего колеса, чтобы выехать. Ничего нет. Бедность окружала. Мы с вами проиграли, не смогли себя удержать. В этом деле ринулись дальше. Нам хотелось, чтобы природа за наше к ней нехорошее, она нас смогла, как следует, сохранить. Мы с вами этого не получили. Нас окружили люди, стали со старой дороги уводить. Заменили живую естественную на техническую машину. Она стала вместе по земле ездить, и с землей разговаривать. Теперь не просить бога как такового, чтобы он им помогал. У нас родилась чья-то мысль, бог тут не причем. Самое главное, мы.

    178. Мы родились, мы должны жить так, как никто. У нас с вами такой ум, с которым мы природе объявили войну. И давай ее со всех концов бить по голове. Пустили на землю машину, мотор завели, ток в ход пустили. Наше дело – руки в брюки, ничего не делать. Мы для этого родились, чтобы нас, всех людей, на колесах туда привозили и увозили, где нам было нужно. Хотим, чтобы наш труд заменила машина. Без человеческого ума ничего не получается. Как мы с вами думали годами да делали, а без этого принуждения не обошлось. В природе берем мы все для своего тела. Нам надо будет сырье, мы его приобретаем, как какую-то грань. Разбиваем своим оружием. Надо будет жить безболезненно.

    179. А природа не такая штука, берет, нашего брата своими силами снимает с дороги. Наша дорога для жизни человеческой, очень она бедная, никуда она не годная со своим положением. Начинается очень легкая, а кончается тяжело. Когда человек народился, ему все силы в жизни помогают. Когда он возрос до тех годов. Люди знают эту дорогу, что с такими людьми в конце концов делать. Само положение подсказывает, надо было везде и всюду хитрить. По нашей такой деревне возил один горшечник горшки. Не распродал. Ему надо ехать в село Петропавловку через Водолоцкую, не миновать Колинчеву гору. А лошадка на этот счет была бессильная. Он хотел без остановки взобраться.

    180. У лошадки сил не хватило, подвода потянула лошадку назад, воз подвернулся и перекинулся. Из сопетки посыпались горшки. Что человеку приходилось в этом делать. А горшок за горшком стали разбиваться. Хозяину было горе. Но поделать, никто из живущих людей не сдержал. Все люди прошлого звания так умирали, и умрут люди с такой мыслью, с таким делом. День который? Он не знал, что ему придется в нем потерять свои силы. Этот человек не хотел видеть, да горе оказалось большое. Дрался, дрался хозяин хорошим хозяйством. Никогда царь этого не думал, что ему придется с престолом расстаться.

    181. Как эти мужики со своим хозяйством распрощались. Жили, жили, красовались, дышали свободно, веселились, смотрели глазами. Но того, что следует, у себя не нашли. Один наш всего села, как был он Чивилкиным бугром, так он и остался на своем месте. А нас – таких красавцев, богатых, сильных людей – прогнала с пути природа. Она взялась за нас, и всех положила в землю в могилу, как мертвого человека. Он хотел жить, но у него сил не хватило. Заболел, долго проболел, и все же умер. Близкие родные, кто его знал, все о нем сказали, как о хорошем человеке. Даже поели, помянули, сказали: жди ты нас.

    182. А мы с вами пока поживем по-новому, нас Советская власть окружила, ввела не то, что было. Завела железный трактор, и на нем не жалуется, что тяжело. В тракторе сидит человек. разве он не хотел свою мысль совершить. Он вспахал эту пайку, и хотел, чтобы эта местность давала много зерна. А природа, она не уродила. Человек не получил свое задуманное. Как и наш мужик. Не советского воспитания право полное получил, чтобы обогатиться без всякого такого обиженного дела. А его люди политические убили. Ему такое жизненное условие, за его сделанное послали на север отвечать. Это дорога нехорошая.                                          

    183. Разве верующему в бога. Через дело его рук он не дожил до своего задуманного. Ему хотелось дождаться лучшего, а сами к этому ничего не делали. Как взялись за искусство, за свое хорошее и теплое. Он хотел так землей распоряжаться, как источником. На ней меньше от всего поработать. Такую грядку, такое место сделать, на котором приходилось быстро сходам подниматься, и сильно общим расти, чтобы без урожая не оставаться. Так любой хозяин это у себя видел. Не хотел, чтобы сам себя перегружать. Он крепко придерживал сам себя к Божьей дороге.

    184. Как бог над всеми командовал, имел полное право любого человека наказать за его нехорошее к богу. Поэтому бога боятся все, и не хотят, чтобы он был таким. Еще бог мог человека хорошим за его хорошее к природе вознаградить. Это люди у себя заучили. Не делать то, что делали все люди. Для чего мы с вами, ученые, пришли к нашему отстающему, темному, незнающему в природе человеку. Кто был в самое нужное и начальное время. То сделать, что было начато с богом. Дело с ним недоделали. А как все люди, не знающие в этом деле. Как им хотелось, чтобы ученые сделали нашими учеными.

    185. И согласились с нами, что мы, все люди, в сельском хозяйстве, и все рабочие в производстве, наша вся новая цивилизованная интеллигенция – все больные, страдающие на своих местах. Разве они не думают о хорошем, или они не знают про плохое дело. Поток один между нами, пожить хорошо. А потом это хорошее упустить, а прибегнуть к плохому. Кто в этом деле виноват? Если я или ты жил на белом свете, вчера не нуждался ничем, мое здоровье без дела не оставалось. А искало для себя дело такое, в нем себя теряло, то есть ошибся и погиб на веки веков. Почему наши ученые молчат, и эту тайну в природе не отыскивают.   

    186. Тайна не в природе, чтобы с руками оружие ей представлять, чтобы легко с нею делом управляться. Чтобы она нам не присылала плохого дня, в котором мы с вами боялись оставаться без всякого сделанного оружия. Мы боимся воздуха, мы боимся воды, мы боимся земли. сами себе в всем ошибаемся, что мы стали учить маленького человека, чтобы он у нас между нами сделался нуждающимся человеком, потребителем в природе. Ему надо не плохая, а хорошая одежда. Также ему надо будет пища вкусная, хорошая, сладкая. А дом жилой со всеми удобствами. Это все найдено в природе сырьем.

    187. И сделано руками, как живой факт. Чистое тело, которое предостерегло от всего неприятного. Так мы хотим, так мы видим, так мы делаем, и так мы от природы получаем. Может быть, неправильно, что мы когда начинали отыскивать, всякого рода для нас будет надо. Мы с помощью Бога эту вещь отыскали, и как живой факт перед собой поставили для изучения и опознания, испытания в этом деле. Мы с Богом делали, и делаем по сей час. В природе родились такие сильные и умные люди, которым бог не понадобился для того, чтобы с ним вместе придумать и сделать то, чего в жизни не было.     

    188. Мы с вами идем по дороге прямо, попадаем в цель нашего развития в природу для того, чтобы в ней найти то, что нам требуется в нашей жизни. Мы хотим, чтобы у нас не был Бог, и не учил он нас так, как мы хотели. Или хотим все, чтобы у нас было много, а у другого не было. Мы с вами однобокие. Едем мы совсем из другой местности, из другого села. Может, мы в этой местности никогда не бывали. А сейчас нас условие заставило, мы сюда приехали посмотреть, да поучиться у них. Может, мы чего-либо такого недоделали, или у нас нет того, что надо. Мы опыт возьмем, и научимся новому. Где только мы за такое шефство, за такую войну.    

    189. (Где) мы с вами ни были, что мы ни видели, все мы делаем то, что нам хорошо. От этого не отказываемся, от хороших, вкусных и фасонных дел. Мы это все сделали с нашим богом, и недоделали, с богом умерли. И без бога мы тоже также сделаем, и делаем без него. Но все же не добились, что можно или нельзя оставаться при любом деле без него. Если наш человек хочет видеть хорошее, но ему не дается, он не получает, ему никто в этом деле не помогает. Все ученые люди знают природу не однобокую, как мы ее знаем однобоко. А вот с мировоззрением мы знать не хотим, ухватились за хорошее. А от плохого мы с вами бежим. Мы не любим холодное.   

    190. Придет время, мы признаем Бога, как нашего кровного человека, кто раскрыл на себе свою неумирающую для природы тайну. Она себя назвала. Практический физический человек, кто без природы, без близких родных, без воздуха, воды и земли не знает дальше дороги.

    Людская дорога без Бога плохая, не воспринимается. А как делалось на вред всей человеческой жизни, так оно людьми и делается, и будет оно делаться. Очередью стоят, и в этом деле ничего не получат. Как это всеми людьми сказано. Без Бога ни до порога. Ходим много, делаем мы больше, но недоделываем мы ничего. Как жили, мы творили без совета Бога.

     191. Мы очень тяжело умерли, и будем мы без совета Бога умирать. Мы его не признали истины, и не хотим его тело знать. А он как между нами всеми жил, со своими силами свое великолепное дело делал. Ему, как Богу, в его жизни не верили. И не хотят верить, что он сам это все сделал. Чтобы быть в природе, перед собою человека человеком видеть, и делать, как человек для человека. Это истина, обязательно будет это. Бог родился для жизни, а кто-то с земли прочь.

 

1967.01.17

Иванов

 

Набор – Ош. С копии оригинала. 2014.05.

 

    6701.17   Тематический указатель

Рак  2,3

Учитель история 4,112,137

Нестеренков Корней Иванович

Мать отец  129,136,141

Иванов Бог 139,140,146

Холодное плохое – хорошее

И теплое  6,42,99

Моисея закон неправильн 15

Христос  16, 138

Человек и природа  36,56,94

Здоровье  36

Зависимость  41

Бог  64,120

Первый человек  69

Ореховка  78

Церковь магнит смерти 105

Будет это сменить поток

Через независимость  109,191

Нелегальная жизнь  111

Могилы откапывать  143,146

Почему умираем  144

Поток  185

Признаем Бога  190