Если вы мою идею признали.1967.02.с.23.

Зернышко начального рака.1967.03.14.с.37.

Туз бубновый. 1967.03.04.с.193.

Время шло.1967.03.25.с.22.

 

Иванов П. К.

Если вы мою идею признали

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

    1.  Если вы мою идею признали, как практику моей работе. Это моя закалка. Она вас, как ученых людей, очень крепко благодарит за вашу отзывчивость, за ваше теплое ко мне отношение. Как вы меня вежливо приняли, и определили с любовью к себе. Это я от вас получил удовлетворение. Мне место представили, и положили в коечку для того, чтобы меня понять. Я сюда в эту больницу лег для изучения положения больного, а как он, бедняга, сюда в эти условия попал. Он в свое прежнее время был человеком совсем здоровым, на своей работе был. Но когда стали деньги за работу выдавать. Мы, как и все, за время одно получаем, кто сколько смог получить. А водочкою свободно торговали.

    2. Я на это дело любил выпить. Мне хотелось от большой усталости это сделать. Но не знал, что я до такой усталости напьюсь. Когда и как где меня подобрали, я очутился. На завтра уже был другой день предо мною. Оказался в другой обстановке. Я лежу в коечке, за мною есть другими людьми уход. Я тут пробудился и сказал. Это больница, она «Матросская тишина». Кто смог по своей болезни сюда попасть. А ложиться приходилось, такое состояние у меня получилось. А в больнице очень много лежат в коечке, в белой постели с характерной своей болезнью. Здесь много лежит хроников, сбившихся с пути. Одно время работал, а сейчас его заставило условие. Он лежит здесь, лечится, у него свой врач лечащий, за ним смотрит нянечка с сестрой, братом.

    3. … В случае чего-либо применение всякое…   Был совсем ненормальный, он не смог ответить на мое. 

    Я, как и все, идущие по Москве, всякого рода люди, на своих ногах шагал. А у самого мысль одна. Я про это думаю, и вижу: вокруг нет такой формы, которую я имел.

    4. Мне, как человеку, подсказывало, что здесь вот в Москве на Красной площади  можно встретиться с законом спроса. Не будет тебе мешать никто. Я шел к Кремлю, как и все делегаты. Но ко мне подошел сам капитан блюстителей.

    5. У него трусилось тело. Он мне показал двери штаба дружины, куда все обиженные добирались. И хотели пожаловаться, кто о чем, как и я тоже. У меня мое тело, а не чье-либо.

    6. Про которое знает весь народ земли, что я закаляюсь. И мне хорошо, я не простуживаюсь и не болею. Что может быть лучше от этого всего. Но у нас ученые бутят на это дело, не хотят меня поддержать.

    7. Я шел прямо, пробирался через щель. Мое доказательство о том, что это надо, особенно молодежи, которая должна за это взяться. Им это необходимо в их таком труде. А труд прогрессирует для его жизни.

    8. Он мыслит жить. Поэтому собрался в Москве 22-й съезд коммунистической партии СС. Она решила, и заставила человека переделываться. От революции уйти, а завоевать эволюцию.

    9. Она научит человека не быть богатым и не быть умным. Надо побыть сначала глупцом. А с глупца сделаться человеком ума. У человека все силы, он шагает по земле, и устает в ней. Отдыхает во сне.

    10. Так думается в этом деле человеку. Ему хочется хорошее, а от плохого уходить. Но имейте в виду, это природе совсем не нравится. Она уважает хорошие качества, но близкие к ней. Она тоже близкая к человеку. Поэтому не надо будет человека к человеку гордость, ибо имя человека звучит на все вселенной окружение за его на нем дела.

    11. А в природе очень много всяких разных людей. А люди зарабатывают вокруг своим поступком и смелостью везде и всюду. Люди имеют свои тела одинаковые, но не одинаковая одежда, фасон разный. У одного одна шапка, у другого иная. Но чтобы были на человеке сапоги одинаковые, этого в жизни не было. А есть все, приобретается руками, делается в природе. Если есть лишние деньги, и сколько их имеем, и для чего. А по деньгам делается вся жизнь за заработанные деньги. А в заработке все люди бывают, они не жалеют здоровье. Это организм, тело, оно родилось маленьким дитем живым человеком.

    12. А живому человеку, небывалому на свете человеку потребовалась рубашка. Ему надо в его жизни не одна рубашка, не одни сапоги, и не одни брюки, уйма всякого изделия для тела. Нет учета в звании или предмета. Человек не остановился своим возрастом, ему надо круглый год ежедневно каждый раз измена за изменой. Как не у каждого человека есть дом, не у каждого хозяина обстановка. Да и в дом требуется очень много всяких подобного вида предметов, и украшение комнатное. Этому дому требуется обстановка, чтобы лучше от всей людей. Плохое никому не нравится. Все люди хотят, чтобы безболезненно жить. А болезнь сама наступает, хочет человека предотвратить.                  

    13. Чтобы у него не было недостатка, а в нем рождалось всякого рода дело, я должен быть в этом месте. И сам себя представить, и сказать им свое: «Здравствуй». А его такое дело одно – подумать что-либо такое. В природе одно есть, а другое тоже, как и вообще делается перед вселенной природой. Особенно утром и вечером, да и обеденное время – всегда движется воздух, и не стоит на одном месте вода. А что делается в народе? Один перед другим гонка. Одному хочется быть выше от другого, и красивее, и умнее. А никто не желает быть от всех глупее. А говорится перед всеми. Надо быть в природе сначала перед всеми глупцом.

    14. А чтобы согласиться сознательно, это была бы слава. А в славе рождается герой. Кому хочется поддаться, чтобы быть большим, а маленькому уважить. Это только есть перед закалкой-тренировкой. У нее все навыки к человеку, чтобы человек не был такой, как он был до этого. У него что-то беспокоило, а сейчас беспокоить не будет. Он свое дело в этом сделал. Между нами всеми так прошелся, как нравится нам. Он, видно, человек, из всех человек, наученный кем-то. Это умница из всех умница.  Как он своей головушкой поклонился, и сказал свои ласковые слова: «Здравствуйте, дедушка».

    15. А дедушка обрадовался. Он же в жизни своей не встречал такого положения. А он между нами в природе быстро вырос. А это есть случай жизненный и характерный. А он был с предков. Сама природа породила, и одного человека заставила. Только люди все его не поддерживают, от него отворачиваются, не хотят с ним дружить. А он лезет со своей вежливостью, с любовью своею. Любит природу, неотрывно с нею наравне жил. Это человека дело, тут никто не причем. Сам человек виноват, у самого человека родилось желание. Он в этом деле не жил, а сейчас поживет.

    16. Да по земле пошагает, сколько раз он наступит. И все чувствительно для нашего тела. А в теле есть радость, есть слезы, но больше от всего каприза. А очень мало покоя через борьбу свое и дело свое. Я не хочу видеть плохого, я хочу видеть хорошее, но мне это желание рвется пополам. Ну и глаз мой неверный с душой моей, он видит хорошее, но плохое никак не глядит. А жизнерадостное это наше. Никуда не денешься от этой дороги, по которой все идут, но не в цель свою попадают. Промах вообще получается в неумелом деле.

    17. А дело такое перед нами стоит, надо работать (делать) свое работу. Про нее думаю и гадаю, а в такт это дело не попадает. Лучше, по нашему делу, нам не жить, если не получается. А практически на человеке в природе сделалось, и получился факт. А с факта развивается теория, она не может без искусства быть. Всегда она хвалится своим делом. У нее построена жизнь за счет художества. Красота. У нее стоит дом, а также в огороде садик разных плодовых деревьев. Я люблю за ними ухаживать, чтобы сад давал плоды. А из сада идет доход, я тогда распоясываюсь, живу. Строю, что будет надо, чтобы культурно жить, чтобы ты пользовался природою.

    18. У меня есть деньги, для меня существует базар. А на базар поступают из сельского управления все продукты. Я каждое утро имею новое. Что захочу, то и сделаю. Это моя в этом деле жизнь. Я живу в этом деле лучше от всех. Мне все близкие завидуют. Но только беда моя одна – природа шалит надо мною, моим индивидуальным телом. От нее нет спасения нигде. Если захочет помешать мне любыми путями, у нее есть сила своя, пронзительная для всех нас. Чтобы совладеть с нею, у нас наше богатство не в моде. И одежда хорошая, и пища всякая есть, а здоровья нет. Наша об этом забота.

    19. Жизнь заставляет нас. Мы думаем об этом спасении, но нам это не удается. Мы по природе ищем, и хотим найти в природе помощь. Всю науку сосредоточили, все специалисты есть, но чтобы от них получить для себя хорошее, мы пока не удовлетворены. Не можем сказать ей спасибо. Как ни стараемся обслужить больного, а болезнь прогрессирует. Всегда толкующих много. А чтобы сказать о хорошем, мы от природы получить не сможем. Наше горе – бессильные мы с вами все. Теоретические люди бессильные все. Но сейчас природа для нас похорошела.

    20. Взяла да подослала своего человека, он у нас один из всех и для всех нас. Он русский человек. Считает всех одинаково, какая бы ни была нация, ей надо здоровье. А его имеет практика. Она видоизменяет место, сегодня здесь, а завтра там. Так что в этом деле не играет роли природа, а играет роли человек. Если он захочет сделать, он своего добьется. Лишь бы он захотел, ему природа все отдаст. Захочет быть полезным человеком – она его вознаградит. А для самого себя она ему ничего не дает.

    21. Захочет – обогатит его. На это сил хватит. В природе даром не пропадает. А жила и живет, и будет жить. Это есть практика, она заставляет тебя, и будет заставлять. В природе вся сила. Она тебя родила, она тебя и сохранит. Я ведь практика, а ты ведь теория. По вашему усмотрению, а по человеческому нет. В природе сутки 24 часа, одно утро и вечер, а ночь продолжительная, и также день большой. А между всем временем одно уходит. А между всем временем одно уходит за другим, новое появляется. Все делает воздух.

    22. А в воздухе чувства. Бывает холодное, а бывает жаркое. Это не время наше, о котором мы думаем, и всегда встречаем. Это время было уже, оно умерло теперь. А вот идущее время, оно учит человека, человек в нем учится. Когда оно проходило по природе не одинаковое, то мы его провожали таким, как оно умерло. А сейчас время такое, за которое приходится браться. И его надо изучать, понимать его надо, чтобы понять и разобраться так, чтобы его применить.

    23. Это будет человеческая жизнь, чтобы жить и продолжать. А мы не живем, а умираем из-за нашего богатства, из-за нашей прибыли. Природа нам дает, чтобы мы пользовались. А оно получается не так. Наша мысль не продолжается, а наоборот, укорачивается. Вот поэтому бывает конец, и начало есть. Человек родился для жизни. А когда начал жить, он стал приобретать себе, у него стало расти свое причитающееся хозяйство. И он стал окружаться, захватил под свое имя огород, то есть усадьбу. На ней стал строиться, и построил жизнь.

 

1967.02 (предполагаем)

Иванов

             

Набор – Ош. 2014.01. С копии оригинала. (1401).                    

 

    6702.  Тематический  указатель

Эволюция  9

Человек полезный и природа  20

          

Иванов П. К.

Зернышко начального рака

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

 

   1. Зернышко начального рака, лишь бы заложить пупырышек ему. Надо разжечь лук, и приложить к нему. Он про… кожу, а его как пупырышек беленьким выбрасывают. Это внешний враг. А внутренний иной, чем внешний.

    2. 1967 год. Воскресенье. По снегу ванны принимал, по снегу, по морозу в трусиках. Понедельник, то же самое ванну воспринимал по снегу, по морозу. Вторник, день был холодный, для всех не по душе. А вот мне надо этот дух. Среда, она никогда не бывает без холода и снега. Мороз на дворе, а мне, как закаленному человеку, хорошо. Четверг чистого названия, в нем редко. Подходит к жизни мне наука, которая заставит моего человека жить. Это было такое могучее время, в котором человек жил. И пал жертвой, он умер, его нет...

    3. .. Я был одетый. Во что, не знаю. Три раза прокричал: Аленка. Как это всегда делалось по природе. Она от этого терпела до самого своего времени. Я с Яшкою очутился, он понес на себе какой-то груз, а я шел вслед. А план государственный выполнялся. Мы где-то очутились. Надо было деньги. Я выбросил 2-копеечных медных денег, а они оказались в жару. Я их выбирал, да стал один выбирать из большого огня. Сам полез в огонь, и палец через эту копейку изуродовал. Мы должны ехать, а машину кто-то задержал.          

    6. Мне как таковому приходилось, со всего мышления я вздумал писать под 30 января о нашем злейшем раке. Это заболевание  очень тяжелое для всех нас. 13 числа пост начинается. Если я протерплю 49 дней, это будет второго прошедшего человека, кто не такой, как все зависимые. Одно намерение пришло в природе – завоевать надо независимость, которая должна доказать всем людям про свою справедливость. Мы эту пластинку сменим, больше этого не будет.

    7. Мартовское нападение, с чем я борюсь, как с вероломным врагом. Если я нужен для природы такой человек, которому надо будет по-новому жить, независимому, то мое тело сделается в природе неумирающее. И создающее между людьми свои естественные чудеса. Не хотите просить, а заставляете практику это не делать. Чего мы, люди, хотим от природы получить, а она нам, как королям, свое то, что для каждого человека требуется. У нее есть все свои возможности, вся сила для этого есть, но мы не умеем сами брать, ибо это все есть не наше. Чего мы с вами добились и сделали? Вооружились, и этим убиваем природу. Она от нас терпит, как от огнестрельного оружия. Мы ее убиваем пулей, она нас убивает естественно. Мы только в ней рождаемся, а чтобы жить, у нас на это сил нет.           

    8. Мы бессильные люди так, без ничего бороться. Мы не живем, а умираем. Нас с вами не станет. Всему дело есть природа, она меня такого родила, первый человек постился 49 дней. А второму человеку дается все, силы подытожены  делать, в природе хватит возможностей, у нее на правду есть все. Довольно служить телом, чтобы оно нас с вами поедало. Надо так сделать в жизни своей, чтобы ей не мешать, и свое не упустить. Тогда-то будет мир, тогда-то будет любовь. Нас всех таких природа спасет в жизни. Мы с вами не будем так умирать из-за этого дела. Нас она сохранит в жизни нашей. Мы добьемся.

    А надо написать, разговаривать, об этом надо знать. Спалось хорошо, даже сон в этом деле не вспомнился. А надо знать по части будущего.   

    9. Мы с вами шагнули на 1967 год 13 марта. Он нас обмыванием встретил, и хотел чистую дорогу проложить, чтобы было хорошо не одному мне, чтобы было всем хорошо. Жизнь делается в природе, любителем отыскивается. И хочется, чтобы это было. Люди не вытерпели, свой голос подняли: для чего это нам? Пусть это так проходит. В нашей такой жизни рождались, и мы будем рождаться. Умирали так, и будем мы помирать. А другие люди в этом нашли свое желание. Из этого всего надо нам сменить свои шаги старые на новые. Много лет мы проходили, много лет мы продумали, и все же мы добились нового. Нам надо будет это дело доделать начатое. На белый свет ввести жизнь, а с белого света прогнать нашу развитую смерть.

    10. Что требуется нашему народу, нашим людям. Нам давно надо было, но не находилось на это такого человека браться за это могучее дело.

    Лунц помиловал, выписал с больницы в гражданскую областную больницу. Был кинофильм «Максим Перепелица». На прогулку не водили, пришлось без этого. Стало тепло, но по снегу приходилось с утра с рабочими одному ходить. Дюже было энергично, 10 градусов холод, без солнца приходилось гулять. Чувство великолепное, желательно иметь в воле свободу. Это мой в жизни 68 день, я его с доброй душой и сердцем так хорошо встретил и проводил энергично. Климат был приятный, теплый. 30 минут гулял, это было мое дело. Гулять не захотел, ушел в палату. А здесь по коридору бегал быстротою сам.               

    11. Тепло было, но наевшись, выходил. Слышу не то у себя, что имел. Я до этого легко переживал. Полуночный поцелуй. Гулял 10 минут… хорошо получилось. А этот день был туманный… Я как таковую жизнь изучал. Солнечная погода, была возможность гулять, но я не захотел. Холод стоял ниже нуля 16 градусов, не хотели выводить людей на прогулку. Я гулял 30 минут. Два градуса мороза. Гулял, бегал взад, вперед, чувствовал очень хорошо. Сутра шел снег большими кучами. Происходила игра в марте месяце. Чехи с нами сыграли, 4 – 2, в пользу нас, игра была тяжелая.     

    12. Паспорт в феврале начал писать свою правду про жизнь и любовь. 20 февраля стал кушать сознательно. Римма выдала продукт. От 16 февраля начал одеваться одеялом, хорониться. Уже простыл, давит насморк. Сам человек виноват. Американская картина. Я 26 февраля 1967 года писал про Одессу. 3 февраля добиваю, паспорт пишется. Мне приходилось через сон опознать эту самую дорогу, по которой я один на паровозе мчался, но как будто по своим рельсам. И по дороге я ехал быстрее, чем ехали все люди. Так транспортом я их дорогу перерезал, и вперед в пассажирский состав побил. Это я сделал нехорошо. Надо не спешить. Сама природа сделает через мою работу все, что надо.

    8 марта 1967 года для женщин был небывалый концерт и за рубежом, и по нашей стране, Иванова. Три дня кто протерпит, не будет мою приготовленную пищу кушать, то я от этого всего откажусь.    

    13. Возьмись за то, что и было. Такое дело предо мною раскрылось, одним человеком. Это дело бралось, не вытерпел, другой не вытерпел, и третьим человеком не закончено. И так обед приготовленный не съеденный оставлен. Иванову пришлось свое выиграть. Он не ел это время пищу, и остался. Дело подсказывает, пище не есть. Все точное завоевание. Так природе мои дни говорят. Наша … делается длинная, по которой рос ячмень с зерном. А потом на арбузы, а тыквы все лежали. Иду я к Чивилкину долг отдать. Повернул, стоят бочарята. Я понял, что они хотят меня обидеть. Я постучался к ним, никто не обозвался. Я в сады к речке, по-над речкой…

    14. Было холодно, ветер. И то, что думал не кушать в этих условиях, все сдержал. Провел хорошо день, сумел свою правую сторону заболевшую устранить, и мне было хорошо. 20 минут гулял. Солнышко прояснилось. Снег чистили до прогулки. Я 30 минут гулял, очень хорошо чувствовал… Первый такой солнечный, было хорошо, всю прогулку приходилось быть очень хорошо. Сутра сильный туман, и даже ветер на дереве. А потом хоть солнышко, но было не совсем тепло. 40 минут я гулял.

    15. Когда мы вышли на двор гулять, то по моему телу падал снег. Как в хорошем духе было, радость из радости…Было свидание, Мария Матвеевна проведала меня… Выборы происходили, день праздничный последний, кушал до отвала мясное, гулял тоже хорошо. Воздух не пропускает пищу, и не хотел, чтобы я употреблял пищу. Значит, уже завоевание. Сегодня …день первый на то, чтобы в природе не кушать и не пить воды, жить за счет независимости.

    16. Баня, скупался, третий день не кушаю. После бани пошел в снег, побарахтался в снегу. Гулял с нянечкой, с болезнью воевал, не даю ей прогрессировать… Четвертый день не ел, а потом покушал. Тепло, гулял 30 минут… Был беленький снежок, чистенький. Я проходил, как по новому небу…

18. Выбивал матрасы. Я все время гулял. Погода стояла хорошая. Мне приходилось писать про свою болезнь, которая напала на меня случайно, о которой приходилось писать. Свою болезнь убрал с пути. Показалось, очень сдали силы от этого упражнения. Как будто к лучшему из всех, лапа правой ноги услышала очень крепко...

   С богатыми людьми лучше не дружить, а спуститься в воду, там все время быть. До тех опор, пока сделаешься легкий энергичный, и поднимешься вверх. Этой водой будешь ходить, своим делом всех осудишь. Они будут виноваты, и поднимешься в высоту, будешь легкий везде, также Богом будешь.

    19. Не дай Бог это совершится, что я оставил. Все позади брошу, одеваться, кушать не буду, и в дом входить…  

    20. Рак, по моему определению. А по хирургическому, это грибок, под вопросом. Я узнал точно, и показал врачам – у них уши поднялись. Скорее прижечь, хирурга на арену. Но я на это все не пошел и не пойду. Знаю заболевание, что оно тихо подходит к делу. А когда это дело, начинают вмешиваться врачи, их дело раздражительное, прижигать и удалять. Большое и неловкое, к худшему условию, заставляют этим развиваться раку. По-моему, по природному в естестве не так приходится проделывать. Как только обнаружится факт живой, сейчас искать любителя и болельщика в этом деле. А кто хочет раком болеть? От него дорога прямая смерть. От нее каждый уходит. А вот я с ним друзья, не брезгую ничем. Испытатель на самом себе. Я не боюсь врага, поэтому не хочу, чтобы вмешивалась медицина. Нет никакого дельца, нет человека такого в жизни, чтобы разобрался с болезнью раком.    

    21. Неправда

    Жить хотелось, но природа не давала. Раньше я работал, а сейчас отдыхаю. Наши ученые ошиблись на мне. Нашли болезнь свою, паранойя развитие личности, шизофрения. Ох, как молодость моя, жалеть приходится ее. Но зато я ценю его имя. Полезным человеком сделал меня. Мои руки золотые, а ум дорогой. Если знаешь мое тело, хвались перед всеми, обращайся ко мне, и проси крепко: «Учитель мой дорогой, дай мне здоровье». Когда меня упросишь с душой и сердцем, никогда в обиду не попадешь, а то, что следует, ты получишь.   

    25. Природа мать богатая. Воздух, вода и земля – самые близкие родные, милые незабываемые друзья. С ними можно учиться, и можно у них научиться для самого себя и для другого. Надо будет трудиться, закаляться в природе, силы, воли набираться.       

    26.       Поиски

    Надо будет искать тайну не в природе, как это делается учеными людьми. Надо искать в самом человеке практически с воздухом, с водой на земле вместе. Практически, как с друзьями, в любой день и год пришедший. Мы это все должны встретить не однобоко, как это нами делалось. Мы должны с мировоззрением, с кругозором сделать, как какую-то вечно не умирающую жизнь. А счастье в жизни делается один раз. Если ты в этом деле заслужил от природы, она тебя никогда не забудет, своими силами поднимет не так, как это ты делаешь. Твое тело завоюет волю для тела в жизни вечного характера.

    27. Это будет жизнь наша никогда не умирающая. Мы, все люди, живем, одного характера в природе, зависимые от нее. Далеко это время идет по своему руслу по природе. А мы с вами его ждем все как один человек со своим имеющимся богатством. Стремимся перед всеми хвалиться, что у меня, человека, есть то, чего у тебя, близкого человека, нет. Ты если имеешь у себя какую-либо вещь, береги, как око, но не показывай в люди – ты этим самим делаешь перед собою преступника. В природе есть все, и у человека есть вся жизнь из-за природы и из-за человека. Человек мыслитель, а природа создательница, она рождает нового. А человека дело одно – сделать то, чего в жизни не было. А в жизни для человека не было независимости. Эта дорога давно лежала по пути своего значения. Но человека такого в природе не рождалось, только сейчас человеку пало счастье.

    32. Ухватиться за эту дорогу. Она ждала человека, и все же она дождалась. Он на сегодня, 14 марта 1967 года, пришел в этом деле. Во всем развитии не находится человека, чтобы поддержать. Воля гонит, в неволе непригодная картина лишь потому, что делать приходилось тяжело в жизни. Это нечто такое перед человеком закалка-тренировка. Любителей не найдешь, чтобы вслед идти. Никто не скажет в этом деле, что  нехорошее, хорошее создается. А вслед боятся, не идут.

    33. А раз боятся, не идут, это не вояки – трусы. Люди по-старому живут. Они не любят новое. Хорошее и теплое им дай, а холодное плохое не надо. А кому же приходится это все не пробованное любить? Иванову, глупышу. Мы не хотим, чтобы он был таким между испытателями и также между людьми в природе. Его дорога ведет прямо к Богу. Делать то, что нам тяжело. Бог на землю не пришел человека обворовывать или убивать. Бог пришел в люди, и хочет добра, не простуживаться и не болеть. К жизни, но не к смерти. Поэтому Бог не требуется за его хорошее к людям. Он не хочет, чтобы человек в природе жил тяжело. Он любит человека, хочет ему помочь в этом деле. Но человек не любит его, и не хочет, чтобы Бог его учил хорошему – жизни, но не смерти.

    34. Я свою скотину пас, а Иван свою. Он уснул. А его… скотина ушла. Я побежал по кукурузе, увидел в шкоде. Бегу сам вслед, меня машины обгоняют, не берут. Я бегу по городу. Боюсь, что заберут. И так другие запретили пасти коров. Хотят, чтобы мы работали. Особенно меня и Яшку рассчитали…

    35. Шел поезд из-за леса горного на станцию без остановки. А я смотрю, как под откос пошел паровоз, и вагоны стали разбиваться. А из них уголь антрацит. Бунт делался… Работа крестьян. Плантация хорошая свеклы…

   Шла пресвятая Богородица через реку Иордан, несла Иисуса Христа на левой руке. Правой рукой мак сеяла. Кто может этот мак собрать, тот может суд разобрать. Иисус Христос сидит за престолом. А Иуда сидит под столом. Кто может Иуду от сна разбудить, тот мой суд может разобрать. Шла пресвятая Богородица, загоняла белый свет…                     

    37. Далеко, далеко мы с тобою родились, на белый свет произошли. Чтобы чего-либо хорошего в жизни, не нашли. Мы встретились с тобой по дороге, нас никто не научил. И в свободе прожили, а на острый рожон не лезли. Легко прожить слава большая. Болезни никакой не получить – наше такое счастье. Искали, ходили, но долгое время не нашли. У нас была любимая охота в природе раскрыть тайну. Разбился на кусочки, гром создали. Готовились долго, само пришло время. Человек о новом задумался, и стал этого достигать. По плохому, по холодному стал разутым по снегу ходить. Но и жизнь попалась на веку такая одна из всех. Любил я утреннее солнышко тогда, когда роса с земли уходила.

    38. Время шло, проталкивалось…

 

1967года 14 марта

Иванов

 

Набор – Ош. С копии оригинала. 2014.05. (1405).

   

    Иванова Порфирия Корнеевича идея не врача и не знахаря. Чтобы кого-то лечить, он не имеет права никакого. Он закаленный в тренировке человек. Любителя, здорового человека может учить закалкой, чтобы не болеть, не простуживаться. То есть его эксперимент людям делает пользу. Если он кого-либо испортит, он наказывается строгим законом. Подпись лечащего врача. 1967 год 16 марта. Иванов

 

    6703.14   Тематический указатель

Независимость завоевать  6

Спуститься в воду, легким 18

Рак  20

Неправда врачей  21 

Поиски тайны в себе  26

 

Иванов П. К.

Туз бубновый

 

Учитель Иванов

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

 

    1. Мне как русскому человеку, рожденному в природе живым телом в 1898 году, прошло немало времени, дней 29820. Я эти дни 50 % встречал и провожал. Но не радовался своей жизни в природе, как радуется игрок азартный картежник этому бубновому тузу. Он в это время был большой болельщик своего дела. Мы, все люди, не остаемся, и не умеем быть на нашей земле здоровым человеком. По другому развиты в этом деле болеть, как болеет весь наш народ. Все люди зависимые, не хотят оставаться без всякого такого дела. А азартный – такой же самый человек крестьянин хлебороб, сельского названия труженик. Ему, как и тузу бубновому, все карты в этом деле не проигрышные.

   2. Как не проигрышные мужику дни все подряд. Он их считает, один за другим ставит на арену от понедельника до воскресения. А там опять начало, и конца в жизни человеку не видать. Особенно труженику, зависимому человеку. Мы сегодня на товарном грузовом поезде вместе с главным везли деньги за купленное место жизни. Не по рельсам, а по улице Ореховки боялись, чтобы их кто-либо не ограбил.

    Никогда такого дела не рождалось и не родится, чтобы человек переродился своей формой. То был человек зависимый, а то он сделался в природе независимый. Кого люди все невзлюбили, как живого человека гонят с колеи. Особенно блюстительская сторона, она не хочет у себя видеть правды, которая не продается и не покупается.

    3. А легко-легко теряется. Туз бубновый за свою жизнь ни одного человека не обогатил таким здоровьем, такой славой, как у нас между людьми родился человек, независимый в природе. Туз бубновый ни при каких обстоятельствах нигде никогда никак себя, свое имя проигрышным не показывал. Кто из людей скажет, что я, человек, не люблю все манеры туза бубнового. Я человек, зависимый от него. Он меня бодрит любой картой, любым ходом. Если придет шестка любая, уже закончены в этом очки. Туз бубновый терпит за все природное явление. Человек этим никогда не будет обижен. Туз своего добьется, победа останется за ним. Хотя и у хозяина банка недурная десятка лежит, зато он тянет даму пиковую и девятку червовую, уже банк накрылся.

    4. Победу заимел туз бубновый. Так же само любой хозяин. Хорошо сделано у него хозяйство, он не ходит по соседям ни за чем. И не просит он того, чего надо во время этого дня. Когда жаром железо разогретое, его мастер держит щипцами, сам по наковальне молотком. Молотобойца заставляет в это время силы прибавить. А в это время крестьянин мысль свою напряг сегодня, эту землю на этом месте сделать с пахоты своей силой и умением своим грядку. Моя работа сделана. Весь день напролет мне, любителю и болельщику, не приходилось брать руки в брюки. Мне такому человеку, кто в этом селе по этой части занимал первое место. Он тут ни на какого туза не брал никакую другую карту, которая принадлежала.

    5. Время природное не давало человеку, чтобы ничего не думать и не делать на дворе. Да еще в такое время, когда впервые сам себя показал перед солнцем любой весенний цветочек. Он пах ароматом. А за мной, как за трудящим, за частным собственником, индивидуалистом, оставалась другого какого-либо, не такого хозяина, мысль. Заставила человека глазом посмотреть, как на что-то чужое, сделанную работу после усердного и любимого труда. Он перед всеми один раз в году бывает. На это все не приходит уже туз бубновый, как это делается игроками. Карта дается соперникам. А природа за все желание человека. Он дождался своего дня не один, он со своей радостью встретился. Даже птица в это время сама прилетела и села на высоком дереве.

    6. Так-то она радуется, сама поет и щебечет об этом самом, о чем и человек не разбирается. Его дело одно – числа на календаре. Идущие дни, в которых не одному мне, такому любителю, и не на одном этом месте приходится в природе свою возложенную работу делать. Это мое счастье – мое здоровье. Кто его мне на это посылает? Природа. Разве таксист, шофер любой автомашины не хозяин производства. Ему как человеку приходилось за деньги закаленного человека в трусах не летом, а зимой. Тогда его предупредили, чтобы он знал об этом деле, что это за человек. Говорит сам тот шофер, кому пришлось его в жизни своей на машине везти. Куда он ехал, сам Иванов? Его фамилия русская звучала на весь мир.

    7. Получить с Николаевской области письмо, написанное коллективом.  Всем селом просят здоровье у Учителя. Он учит, и разве он куда-либо без всякого дела поедет. Его везут не в карты играть, и выигрывать деньги на тузу бубновом. Он сел в машину, не забыл почет, уважение. Сказал: «Здравствуй». Шоферу осталось по закону сказать ему: «Здравствуй». Я никогда такого пациента красноречивого возле себя в жизни не возил. Я, говорит, такой человек, живущий вместе с нами, людьми. Все делаю так же, как все наши зависимые. В природе не живу однобоко, как все любят хорошее, теплое. Я, горит шофер парень молодой, видно по всему его одеянию, не хочет плохо, не хорошо жить. Такое время пришло, не один я, в Москве живут.         

    8. Но так свое слово говорю с вами об этом. Нет, милый вы человек, никто этого не сделает. Сам, по фамилии Иванов, стал не за туза бубнового. Не за счастье этого человека, кто на туза просил карту. Ему пришла семерка червовая. За самого себя. Не про хозяина банка, он у себя имел туза тоже пикового. Кому потянул короля жирового. А к нему семерка пришла жировая. А я закаленный в тренировке человек, не простуживаюсь и не болею. Мои карты в руках, самых козырных. Туз, король, дама. Наступайте, идите вслед, хватит мест, становись и делай. Мое дело одно – не забыть про больного, кого все забыли. Я к нему еду не зря. Мое дело – его поднять. Что окружающие люди мне скажут. У меня спрашивает: «Ты куришь?» – «Курю», – я ему сказал.

    9. Он говорит мне: «А это уже есть болезнь ваша». – «Да», – я ему отвечаю. «Хочешь, чтобы не курить?» – «А кто этого не захочет». Я вижу, он этому делу мастер, чтобы его надо просить. Я, он говорит мне, в дороге, да с тобой еду рядышком. А зачем ты мне, такой курильщик, сдался? Это мы коснулись в разговорах. За нас с тобой и туз бубновый не забудет, людям расскажет. Самое главное, заиметь в своем организме (сердце) здоровое, закаленное, чтобы оно было молодым. Так вот оно у меня работает своими клапанами. Он стал рассказывать за свои в природе качества, какие они для любого человека хорошие. Не курю, и хочу, чтобы ты как молодой человек в своей жизни бросил.    

   10. Не мне будет от этого хорошо, а твоему организму. Лучше не может быть. Как ему придется во всех отношениях биться, и свое время, навязанное кем-то, продолжать. Он меня берет уже в свои такие руки. Это не туз бубновый, чем азартный радуется. А ему не приходит десятка для точного, а приходит восьмерка. Уже большие очки можно ждать, и надеяться на счастье. Роли в этом играют карты. А у меня, говорит, шофер, этого дела не начатого много. Ему жалуюсь к этому делу вежливо. Хоть редко, но метко. Нерационально, свои деньги заработанные выбрасываю. Какое неумение в жизни. А мы люди старой, не новой, в природе стороны. Надо бы этого не делать. Привычка, кто ее ввел? Спрашиваю я уже у него.

    11. Он меня сделал таким смельчаком. Ребята все курящие, поверьте мне. Кто только курит, вас всех он просит этим делом не заниматься. А как люди, да еще такие, которых еще в колене не было. Он говорит: в каком обществе живете вы? В коллективном. Что вы хотите в этом всем сделать? Так он мне сказал. Жить не умеете. Разве вам тяжело будет от этого, что вы перестанете делать? Не старое будет, а новое. Не мне самому, а вам всем. Я ему поверил не как человеку, такому, как я есть в природе. И, кроме меня, все люди. Так неловко живут, и пользуются большими правами в жизни, но ничего не знают, что делать, чтобы не курить и не пить. Какое общество родится в жизни? Самое лучшее из всех между нами, живущими на белом свете. Я его признал человеком, самым лучшим из всех между нами всеми.

   12. Через туза хочет нас всех учить одному здоровью. Какое у него оно умное. Я ему и то пожелал хорошее в жизни. Я, может, этому не поверил, но в этом залоге дюже большая правда. Я признался, сам лично без него уже мыслил, езжу по Москве. И адрес свой дает по этой части. Значит, знает. Говорит мне, все вы узнаете меня, но поздно будет. Жизнь наша не удлиняется, а укорачивается из-за нашего такого нехорошего поступка. Мы, все люди, он говорит, в этом деле на земле живем, от природы зависимые. Нам этого мало, что нам доверился народ. Вот этой машиной кого только я за свою жизнь ни возил. А вот этого человека привез к указанному месту в Москве с большой пользой. Уже не курю, один раз побыл на приеме. И сделал то, что будет надо моему телу.

    13. Я сейчас не забуду его простые и нехитрые за рулем слова. Вот это и учение его: чистый воздух и природа. Она нас родила, она нас и сохранит. Какая бы ни была мать родная, у нее есть сердце и душа свое дитя жалеть. Пожалеет и нас, всех людей, природа. Ее дни встречающие и провожающие. Мы почему бедные люди? Потому что у нас нет здоровья такого, как имеет он. Это сила природная не какая-либо, наша народная. Что захотим у нее, мы получим через такого человека. Говорит шофер. Он никого не боится, у него есть свое тело закон. На нем трикотаж не висит. У него энергия, ток, магнит, воздух, вода и земля. Нет родней и ближе от этого дела человеку, без чего не смастеришь и не сделаешь ничего.      

    14. Будет дюже ловко. Курить мы не будем, пить перестанем. Какое будет в этом деле трезвое общество! И не такое, как сейчас оно волочится по бурьяну. Туз бубновый взялся, говорит. Я этого человека видел в городе Баку. Он через милицию искал адрес. Старо почтовая улица, без района. Когда только кинулись в почтамт главный, нам говорят: в Сабунчах, № 34 почта. Мы туда в этом дом, где меня ждали. Я должен молодой жизни помочь, избавить от врага, чтобы не было туберкулеза, за что было большие обещания. Но они не свершились через разрыв в этом деле. Я, говорит Иванов, тогда был и по такому зимнему, неприятно в снегу был день. А я между азербайджанцами пролезал в электричку, да пробирался на свое такое место, откуда говорил всем людям правду, куда, зачем ехал.

    15. Да разве это одно его дело. Он когда работал в Рострай артели в Тихорецком районе, был колхоз «Красноармеец». Он у себя имел лошадей, конюхов. И вот на моих глазах это было. У человека на большом пальце правой руки сибирка окружила. Он как этому делу есть мастер, делец, да еще был какой. Ему не потребовалась лошадь или машина. Разутым от места до места бегом, у него и на это хватило сил. А сейчас он в политотделе напал на женщину малярийную, и ее избавил от этого. Какая она была рада. Сейчас же побежала на работу рассказывать про это. Где я взял такую фразу, и кто мне за нее подсказал, за этого бубнового туза. Он нам не про это расскажет больше, интересней. Это предложение давно между людьми звучит, чтобы верить этому.

    16. Психиатры не пошли по его дороге, не согласились с ним. Туз бубновый и про это не забыл нам свое рассказать за этого человека, за небывалого, нового человека. Вижу его одного чистым телом на самом высоком кургане на Провальской земле. А ко мне мысль в мою голову пробирается, как будто человек мне говорит: «Иди и помогай людям, забытым всеми, больным людям». Не знаю, что, и кому я сказал за что. И как помогать, я не умею и не знаю. Люди все сделают, и поднимут, и подбросят. Сам о землю разобьешься. Так природа не говорит. Хорошее твое хорошее не сделает – плохое, как делает нам всем. Не надо бы умирать, а мы умираем с таким делом, за которое я не брался. Природа заставляет, в природе сила воли есть.           

    17. А мое дело делать пришло, и выпало на мое счастье эта доля дружить, любить ее. Опять за свое сделанное в жизни в природе в людях, да еще при таком деле. В шахте им. Шварца Свердловского района № 1-2 были подготовленные поля для продолжения работ. А я в это время туда пришел. Меня Фирс Иванович Носов встретил не таким, как всех встречают, с брюками. Он хотел, чтобы удобнее для обеих сторон  было. Если я приоденусь, меня можно считать в этом деле человеком. Я и тулуп надену, лишь бы пускали к людям для их определения. В этом деле мне приходилось быть сильным. Я вмешивался в их разговор, у них спрашиваю за хорошее. А у них жалоба на свою работу. Люди хотят, чтобы работать, а их природа не допускает.

    18. С высоты вся крыша валится. Как из артиллерии с пушки бьют, так человека пугает. Это все сделалось для моего прихода, куда я попал. Думаю, какая будет моя первая помощь, и кому потребуется. Если в природе все люди больные. А последние все стоят на очереди завтра заболеть. Лишь бы человек нашелся на что. А на это дело, на здоровье, все люди закричат, им надо оно. Без него жить приходилось тяжело. Я никому не жаловался, и не говорил за свою болезнь. Она ищет человека разложившегося, больного, чтобы он попросил у меня не счастье. А время такое заиметь, между собой в природе легкого дня, чтобы в нем не болеть. Эти качества хранились у меня. Для этого мои братья и друзья, вечно не умирающие: воздух, вода и земля. 

    19. Что, что, а этого добра между людьми в природе не начато полно. Начинай от хозяйки и до последнего, кто будет на арене показан. А сейчас обращается сама тетя Дуня. Она моего возраста касается, как дитя, меня назвала деткой. Сама говорит: «Как у меня мучит спина». Она рассказывает, что она имела в своем теле большую болезнь. «Я, – она говорит, – не знаю, уже и кому пожаловаться, чтобы от этого человека получить здоровье». А я не туз бубновый, а человек закалки, подготовлен в этом деле тренировкой. Я болельщик в этом деле, Победитель природы, самородок. Она мне пожаловалась, как больная, нуждающаяся в этом. А я такой человек, независимый от природы, меня можно назвать одного. Я болельщик, не могу забыть. Душу знаю, хочу помочь.

    20. Говорю, учу, чтобы человек сделал в природе то, что он получает в природе. Это чистый воздух, вода и земля, кто их любит, как природу. Я эти качества нашел, ими пользуюсь. Хочу сказать: я в природе получил свое доверие. Этого дела инициатор человек, да еще заимел силу, волю, чтобы в природе их брать. И тут же рядом другому обиженному человеку. Я прошу тетю Дуню. Она ко мне обратилась, попросила, как дитя, чтобы я ей помог. Я верил природе, верю ей, и прошу ее не так, как все заставляют. Мне такая команда в сердце не по душе. А когда я прошу, умоляю, говорю словами: природа, дай мне жизнь и учение, чтобы я оказался перед всеми людьми не таким, как все люди зависимые. Бессильные, борющиеся вояки с природой, самовольники места.

    21. Короли людей, чтобы люди все делали, а я руки в брюки, ничего не делал. Мое дело – это практика, труд человека для человека, чтобы легко им было. А тяжелое нам такое не надо, чтобы на теле своем носить, и перед всеми хвалиться, как какой-то красотой. Нам надо похвалиться телом, но не оружием. Тело надо иметь подготовленное, закаленное полезное для того, чтобы жить, с кругозором понимать, а с мировоззрением делать. Я прошу тетю Дуню. А она есть человек, обиженный природой, забытая всеми. Я только один в этом деле силен сделать через природу. Без нее ни шага. Поэтому прошу, чтобы тетя Дуня вышла на двор, и перед природой с душой и сердцем. Кому она верит? Тому, кто ее как человека учит.

    22. Она не отказалась мне поверить. И она сделала то, что будет надо человеку больному, чтобы не болеть. Она хорошо поняла, вышла, сделала – куда девалась эта боль. Наша тетя Дуня возвращается обратно, и называет меня Господом, чем я и не собирался быть. А кто его знает, была боль у нее, или не было. А сало с яичницей жарится – благодарность тети Дуни за свое здоровье, которое я ни за какие деньги не продаю никому. Сама природа этим распоряжается. Она в этом деле очень способная. Кому это следует, кто заслуженный, он только возвращает свое прежнее здоровье назад через мои слова и через мои руки. От которых тетя Дуня отрывалась, и ходила на свой порог, чтобы на крыльце подняла свое лицо вверх.

    23. И многого не надо тянуть сверху в природе воздух через свою гортань, тянуть следовало до отказа три раза. Она мне и всем сидевшим, в доме немало было пришедших, ее слушали, как она меня назвала Господом. И говорит за болезнь: «Ты с меня снял стопудовую шубу, я не больная уже». Это не мое перед народом за мое оправдание. Я должен теперь действовать через тетю Дуню. Она мой первый начальный в этом деле источник. Она получила в природе эти рожденные в этом месте плоды, но недостаточно ясные. Никто этого не знал и не видел из много развитого народа, чтобы сказали: вот, мол, человек лежал в койке, стонал, а его силы подняли. Я добиваюсь сам через тетю Дуню, она в этом самый главный магнит. Что она говорит, это правда, рожденная в природе. Она не туз бубновый, кому надо девятка, она набирает двадцать очков, уже большая в этом надежда выиграть.

    24. Тетя Дуня, да еще она была большая мученица больная. Я у нее, как у деревенского человека, кто меня знает хорошо. Я таким в жизни не был, на что есть написанная история, она меня встретила таким. А сейчас совсем не тот я, Паршек, которого называли все. А сейчас надо просить, как жена своей просьбой Редина Семена меня как друга по жизни. В молодости приходилось на улице встречаться. А сейчас оказались помощники в теле. Ноги отрывочно болели ревматизмом, она не находила покоя. Но раз просит, надо будет не жалеть давать. Как с первым человеком получилось, так и со вторым. Для работы Иванова не надо болезнь. Надо человек, лишь бы он был больной. Есть, над чем заниматься, с кем разговаривать, и поначалу практически учиться.

    25. Я принимал людей, их тайну. Они говорят, что у них была болезнь такая-то. Я им верю, и верит этому весь народ этого населенного поселка. Сами люди подняли меня на высоту, как героя. Их было в этом деле, меня надо благодарить. А Иванов не туз бубновый, кто в игре роли имел, он деньги не выигрывал. А это сами больные родили для себя этого человека. Он узнал за сваху Авдотью, она была близкая, лежит пять лет, уже ногами не ходит, атрофированные по колени. Медицина, санитария бессильна оказать эту помощь, которая будет нужна больной. Я прошу тетю, чтобы она пошла к свахе, и ей за свое все имеющее рассказала. Они были близкие, этому надо будет верить. Живые люди. Кто не хочет быть здоровым человеком в природе? Только тот, кто этому всему делу сделанному не поверит.

    26. А тетя Дуня получила здоровье, она бегает, старается другому помочь. Идет она уже, как Учитель. Слушает, какой. Я, Учитель, бросил на произвол не сам семью. Есть об этом написано. А сейчас дело тети Дуни. Она у меня живой человек, то, что будет надо. Мы на это рождены в природе. Через это другую дорогу через ворота приходится проходить. Разве Евдокия Панкратьевна Бочарова от этого всего откажется. Это не туз бубновый был один, без других карт был бессилен. Ему надо валет, а потом восьмерку, уде двадцать одно. Деньги – этот все. А я человек болельщик больного, для меня это ничего не стоит, как сама природа все делает. А тут я не такой, как все зависимые люди. Они все больные. Сегодня не болеет, так завтра заболеет.

    27. Он в руках держит оружие, хочет убить другого. Говорит тетя Дуня. Пришла, посылает меня уже как помощника в этом деле. «Иди, – она говорит, – сваха ждет тебя». Вот когда я понадобился людям. Им всем надо здоровье, а мы ничего не делаем, чтобы быть в природе здоровым. Я учу, чтобы человек любой делал, и в деле получал. Как получают все, так получит сваха, ходить будет. Вперед сказаны слова. Иванов просит тетю Дуню послаться, надо себя в этом подготовить. Ей сказали, она знает, думает и ждет. А я-то знаю, какая она была гренадер, когда была здоровая. Она никому не кланялась, а бегала, захватывала, трудилась. А сейчас она не такая, лежит в постели, да еще болят ноги. Идет время к отмиранию. Она уже апатично настроена к этому приему.

    28. А этим болезням никто из ученых не добился таких сил, чтобы помогать, пробуждать. Дело тети, сказали: стели. Надо ему, то есть мне отдохнуть. Я не туз бубновый – живой человек. Хожу и думаю про другого человека, кто меня ждет. А я заглазно мыслью силой мозга в этом всем энергично по всему телу лажу. Начинаю с мозга, и спускаюсь по пятам до самых пальцев ног. Потом поднимаюсь до самой головы, потом спускаюсь вниз к сердцу, к легким, и в живот в желудок. Я не сплю, а делаю этого человека, кто мои силы пожелал перед собой видеть не зря. А то бы в этом всем сделаться ходячим, так думала эта Евдокия. А я знал их по истории рудничной квартиру, возле бани жил Федор Афанасьевич Бочаров. А жена его без ног посредине комнаты лежала, ждала меня, не спала.                 

    29. Я готовился, не спал, ждал, когда эти люди уснут. 12 часов время ночи было, люди заснули. Я ушел так, что не знает никто. Что я делал, и как трудился над свахой, об этом написано в трудах. Наша сваха небывало ходит на дворе с тяпкой, картошку с улыбкой окучивает. Уже не больная такая, которая была. Людям это дело не плохое, а хорошее. Верят не кому-либо, а мне верят все, как человеку своему. Он это делает с наукой, с практикой, выписанным делом. Я ищу тайну не в природе, а в самом себе. Хожу не так, как ходят все. В трусах меня видят, но моей тайны никто не знает. Откуда она начиналась, и как она делалась, но не сидела, не ждала чего-то в жизни. Очень много думали, а теперь практически приходится плоды получать. Я сею семя, зернышко между людьми в природе.    

   30. Хорошо знаю, это есть мое нарушение. Надо иметь право, а я его под руками не имел. Хочу доложить через дело здравотделу Свердловского района. Пишу письмо, вручаю больному, и посылаю его в здравотдел. Он же человек парализованный, ему верят, и верят письму, написанному мной. Пусть завтра приходит в поликлинику, там его примут врачи. Я уже людям верю, и хочу по их указанию жить. Взялся за гуж, говори не дюж. Раз умеешь делать, не молчи, иди, добивайся. Это твое найденное в природе. Ты мастер говорить и делать. В 9 часов ждут человека, такого человека, которого не было в жизни, чтобы такое делал, что нам надо, это здоровье. Утром побежал в поликлинику к врачам, дорога была пешком. Быстро бежал, но на свою голову набежал. Когда подошли к поликлинике, где взялся молодой человек, кого пришлось попросить, как нового встречающегося человека.    

    31. Я его прошу, чтобы это все, сделанное мною в людях, было опубликовано. Ибо это такое для человека первое мое начало. Я не туз с десяткой, живу между людьми в природе. Я человек, кого по истории моей было за это не подробно человеком описано. Я пишу за жизнь свою, сделанную мною между всеми людьми, даже между грузинами, армянами, русскими и цыганами. Особенно я встречаюсь с румынами, которые ни за кого не хотят азартно воевать. У них была дорога не туза, а своя любимая в труде копаться, но никому не подчиняться. Жить надо будет не по-старому, а по-новому, по которому никогда здесь не ходили. Я никому не мешал своим поступком. А показывать показывал администрации.

    32. Особенно начальнику Бобренецкой районной милиции, кто как блюститель своего порядка в нашем народе в природе о моей мысли и силе всей недопонял. У меня в моих трудах моего дела сделано уже для нашего человека, чтобы быть таким человеком, как меня одного природа сделала. Никогда в жизни такого тела не было. Никакой суд, никакие ученые люди не смогут разобраться. Я человек, за это история моей всей жизни показывала, показывает, и будет меж такими людьми показывать. Моими больными документы, справка, приложена печать. Секретарем горисполкома подписано по моей идее, что я должен в процессе делать не дурное, а полезное. Для чего я указал, что я изучаю этим делом природу.

   33. Испытываю на своем энергичном теле, бронзовом, которое не боится ни холода, ни жары. Пешим ходом больше ходит, кроме пользы людям в природе, ничего не дает. Николаевская, Варваровского района милиция это все отобрала, и передала нашему Красного Сулина прокурору. Он неплохой мой близкий человек, говорит: «Тебе этот документ не надо». А при мне осталась моя невменяемость, акт академика Н. Н. Введенского. Он меня за мое предложение, за мою мудрую идею не мешать никому никак я заслужил первое мое пребывание в институте имени Сербского. Я тогда просил всех людей, чтобы они в этом развитии войны договорились, и перестали друг друга убивать, и простили друг друга за всю нанесенную ошибку. Но кроме меня, не кому было начинать, и все боялись спросить или предложить хорошее.

    34. Все силы были сосредоточены на то, что такого врага надо убить, задушить. Я не туз бубновый, кому надо взять даму, а потом семерку, будет счастье, двадцать одно. Я человек, да еще не такой, как все больные, зарожденные не тем, чем я научился. Природа моя, но не чья подобная. Я не однобоко живу, за мной мировоззрение. Я не хочу тюрьмы, также против больницы. За нового человека, не за такого, как мы сделали человека чучелом больным. У нас был костюм брезентовый рабочий, он мне не надо совсем. Я делаю, и делал, и буду делать. Что и где я только ни делал, меня администрация не хотела, чтобы я свои силы им показывал. Меня природа от их режима освобождала, давала дорогу. От Серго Кадиевка она встретила не таким, как мы, все люди, стояли в очереди за хлебом по карточкам.                 

    35. Я перед собой и тут поставил вопрос: если мне полкилограмма даст девушка продавщица на мое обращение хлеба, значит, правильно моя идея ведет меня. Наугад я держался Славяносербска и Родакова, где меня товарняк. С просьбой механика я приехал в Елизаветовку к семафору, притормозил, я спрыгнул. И на улицу Луначарского, 2 пришел к шурину. Он меня никогда таким не видел и не встречал. Я у него попросил, чтобы он на меня надел свою рубашку, свои брюки. Чтобы я не был тузом бубновым. А был таким болельщиком за того обиженного человека, кто так не ждал. Я ее искал, нашел через Федора Федоровича Городовитченка. Он сказал за улицу Первомайская, 11. Там лежала забытая всеми больная, не ходящая, не работающая руками, кочережка, свертывало ее в кучу.

    36. Наша Мария жена сказала: знакомая, одиннадцать лет лежала в постели. Меня заставили, чтобы я их попросил, чтобы они пошли, за мою болезнь ей рассказали, что я умею таким людям помогать. Пусть она даст свое согласие, чтобы я к ней пришел посмотреть как на человека. Мария побежала, скоро она вернулась. Меня посылает: иди. Я это ставил на вид всему городу Луганску. Я знал хорошо, знаю о любом человеке. Все мы не хотим мучиться или болеть крепко. Я шел через природу, она ее наказала. А я пришел ей помочь. Прихожу в одежде одетый. Она меня как знающего приняла, стала слушать мою способность. Человек человеку – враг. Человек человеку – друг, если он умеет человеку помогать. Не обыгрывать, как туз бубновый брал короля, а к нему шестерку, получалось очко. 

    37. Я был человек природы, болельщик в этом всем. Она меня поняла, что я ей рассказал. Она меня послушала, дала свое обещание мое учение выполнять. Мое ей понравилось. Не врача, не знахаря, а чисто закаленного в тренировке. Я ей говорю: сделаешь это – никогда не проиграешь свое здоровье, а выиграешь. Она ухватилась за меня, просит, чтобы я пришел завтра, чтобы в шесть я к ней зашел. Это было для меня живое дело. В природе играл роли я над этим человеком таким, как меня понимали близкие. Я дал слово прежде, что этот человек будет завтра здоров. Этого мало, что нас всех заставило не забыть, особенно мои силы, направленные в ее тело, в ее ум, в ее все заглазно нити. Я заглазно пробуждал, делал ей легкое. Всю ночь напролет не спал для этого, ворочался с боку на бок. Она этого ни от кого такого, чтобы пробуждал мыслью.

    38. Это моя практика, мой добрый труд. Но не туз бубновый. Мы им заинтересовались. Все карты ему были надо для того, чтобы не проиграть. А игра есть игра в карты, и она азартная для человека. Интересная тогда, когда ты, игрок, выиграл. А когда проиграл много раз, думаешь и жалеешь, но забыть не можешь за свою сознательную ошибку, которая потеряла, а не нашла. Лучше будет так не выигрывать, как мы красили. А вот этого мы не делали, чтобы игроку садиться в карты играть. Надо будет думать своего соперника не наказать, а ему проиграть. Этого не делает ни один азартный. У него такое кипучее в эту минуту время, как в хлебороба, то есть крестьянина. Он не живет в природе без надежды.

    39. У него большая надежда на свою силу. Он знает хорошо время, к нему готовится. Пораньше встать, попозже лечь в постель, лучше поухаживать, да больше сделать. Это мысль не в одного колхозника, она в голове сосредотачивалась ожидать с этого всего прибыль не малую, а большую. Думает директор, думает агроном. И тот, кто делает это, он тоже думает. И знает за свою сделанную работу на вот этой машине, тракторист на тракторе. В природе – в воздухе, в воде, на земле – никто не хочет в этом деле проиграть. Спешат обуздать и заставить природу, чтобы она так мимо людей по земле не проходила, им своими капризами не мешала. За хвалу в природе человека, и веру в свое, что он делает не напрасно, а с большой прибылью человеку.        

    40. Он стихии не верит. Большинство между нами людей стали надеяться на скептические силы.  Они не признают в природе стихию, и не верят в Бога. Сами свои силы кладут на фронте, борются, воюют с днями. Хотят, чтобы не было неурожая, а поделать с природой никак не смогут. Часто бывает такое время, что человек в любом деле может ошибиться, и крепко. На это человек не смотрит. Его дело одно – хорошее и теплое ждать, и у себя иметь, с ним неотрывно всегда жить. Это такая мысль человека на любом месте земли, любительская и охотничья. Но природа есть природа, мы с вами пока в ней не опознали врага, и точно его не изучили, какой он есть. И для чего он окружил этого человека, которого мы, все ученые люди, забыли, бросили.   

    41. Он лежит. А у нас средств нет на это, и человека не родилось на это. Мы с вами не знаем, что делать для того, чтобы человеку любому в жизни своей не болеть, не простуживаться. Мы, все люди, бессильные в этом деле. Как чуть что такое, уже говорят: заболел человек, не видать между нами его, сильно болеет. А вот помочь мы все не научились. 11 лет лежит больная. Внутренность хорошая, а ноги не ходят, руки не делают. Очень тяжело этому человеку, кто дождался. Не туза бубнового, на котором можно выиграть, можно и проиграть. По автору, будет лучше тогда человеку, когда он не будет сам никак играть. У него лишней мысли не будет рождаться. Как так это получается между практикой и теорией большая разница. Иванов практический человек, никогда не скажет неправду.

    42. А ученые никогда не скажут правду. Они этому человеку делали, а сейчас делать отказались, перевели на хроника. Как человека держат на учете, а вот помочь не умеют. Иванов по этой части новый человек, природой одаренный для этого дела, практик. Он не верит никакому оружию. Его вера в человека. Если он наметил в этом деле делать, и это дело оправдывает в людях, дает какую-то рентабельную помощь, надо будет этого добиваться. В природе эти качества умело отбирать, чтобы она нам, людям, без всякого каприза отдала. На это все сделанное человеком природа не стала возражать этому человеку. Как нашему Иванову она доверилась, ему наперед сказал, что этот человек будет завтра ходить.

    43. Я ее, говорит Иванов, посмотрел, изучил, теперь моя научная работа у нее в теле, не в пустоте, лазить. А в самом энергичном мозге пробуждать ее нити, которые связаны с мышцами, кровью, чтобы заработали не так, как они были, а по-новому, небывалому. Чтобы больная эта больше не лежала, а ходила на ножках, а ручками делала.

    У Серго хлеба 500 граммов, ни слова не сказала продавщица, отрезала и дала. Я крепко не нуждался, но испытывал: буду ли я в этом деле победитель? Все не возразили моему вежливому обращению. Я больную просил, чтобы она не ела от этого времени до моего прихода к ней. Больная не будет такая, а сделается здоровая. Вот что Иванов между людьми в природе нашел. И кричит в народе: не я, а мы все это дело нашли. Должны эти качества на теле Иванова  удержать.

    44. И делать эксперименты, но не в сватовские психиатрические дома возить, как везли с провожатым. Иванова ум метеор, правильно мыслит, и правильно делает в природе. Не воюет и не борется с ней, любит природу не однобоко. Для Иванова хорошее, теплое и холодное, плохое – никакой между этими разницы нет. Разница есть только у зависимых воинов, борцов, умников и неумных разделенных людей. Для себя он ждет завтра такой день, в котором не знает, как будет встречать. То ли хорошо, то ли он плохо будет жить? А как же Иванов говорит. Для меня нет  ни хорошего, ни плохого. Но сказать скажу, что мне будет, если я этого человека заставлю жить по-новому. Он жил, болел, стонал, а потом будет ходить, то есть будет здоровым человеком. Что вы мне тогда скажете?        

    45. Я от врачебного ухода, такого обещания ушел. Надо меня врачам, по их изложению, испытывать, мою мысль. Она свободна.

    В шесть часов утра дочечки больной ушли на работу, а я пришел экспериментировать. Не буду я описывать, как это сделалось. А скажу, когда надо будет. Я на сцене покажу перед людьми. 2 часа, дочечки возвращаются с работы – их мама приготовила кушать. Не радость будет ли детям. А что Федор Федорович сказал об этом деле? Пошел, посмотрел, пришел, и своего зятя назвал: «Ты Христос». Я ему говорю: Христос по снегу так не ходил, как хожу я. С утра на мою долю пал снег белый, не может быть. Это мои дары, сделанные мною. Федор Федорович говорит: «Он (Христос) живой, в Красном Сулине его жизнь проходит». Хорошо об этом знает.  

    46. Не один он вел, знает Елизаветовка. Я так не оставил в природе сделанный мной живой факт. Пошел в горсовет по Пушкинской. Культрома заведующий был Иванов. Хорошо меня по этой части, и с вниманием прослушал. Даже спросил: а как, если будет удар камнем, углем, то есть он коснулся шахты. Для меня надо тогда горячее ударенное место, будет все в порядке. Иванов я, Иванов заведующий культпросвета, и Иванов заведующий отдела здоровья города Луганска созвал консилиум. И с ним мы стали разговаривать. Что же наши ученые на это сказали? Его, то есть меня, надо положить в больницу. Я когда эти слова услышал, то у меня родилась сила бросить их в покое. И дернуть домой в Красный Сулин к своей родной семье, которую оставил на произвол судьбы. Я извинился перед шурином Федором Федоровичем за его одежду, снял ее с себя, а сам дернул через Церковное на Краснодон.

    47. И хотелось узнать за ту больную, которая пять лет не ходила ногами, а потом через пять часов картошку тяпала. Иду по дороге напрямик, а самолеты по два делали учебу, высоко-высоко себя показали. Я брал самый высокий самолет, перед ним я поклонился, задумал сам себе сказать в эту минуту: если этот самолет сейчас возле меня сядет, значит, моя идея будет верна. Иду дальше, а сам умом смотрю на эту высоту. Смотрю на это все. А самолет пошел к снижению посадку делать. И в мои ноги упал, то есть сел. Я – к нему. Мне отвечают: «Маленький дефект».

    Я пошел дальше, иду, мне надо Церковное оставить влево. А сам держался на Симейкино. Две дороги, не знаю, куда идти. Закружился, думаю, а никого нет. И вдруг впереди взялся человек.

    48. Стою жду. Перед ним извиняюсь. У него спрашиваю: как мне попасть на Симейкину? Он мне указал свою дорогу, по которой он шел. Я по ней пошел, иду. Дай же гляну на этого человека назад: а его не оказалось, нет человека. Я не знал, что делать. Испугался. Галлюцинации, так нет как будто.

    Я не разбивал окна в поликлинике Свердловского района. А врачи передали людям, тем людям, которые остались, на ногах ходят. Им никто не велел надевать валенки. После такого дела когда Иванов зашел к Евдокии Панкратьевне Бочаровой, она во дворе, но в валенках ходит. Этого Иванов свахе не говорил. А сваха стала рассказывать, как врачи с поликлиники  по телефону позвонили, чтобы люди расселились. Иванова послали в Сватово за то, что он окна повыбивал.           

    49. Иванов был прав уйти от такого создавшегося режима. Я же сидел у главврача в кабинете с сестрой вдвоем. Мы так договорились: дождаться врача Шишова, и с ним поедем на шахту Шварц. И там эту больную изучим, поймем. Так мы договорились. Я только сестре о всем хорошем рассказывал, она меня слушалась. Когда смотрим, к нам заходит милиционер, спрашивает документы. Тут-то я, как никогда не бывал. А в Москве бывал. За это врачу Жуковскому говорил, что меня родило такого болельщика, полезного человека. Это мое сделанное дошло. Врачи с милицией созвонились, и как больного человека за это взяли в Шарапкино. Не садят, а на солнышке держат при милиционере. Кому что скажешь, и кому пожалуешься, если признали, я виноват. Не за то я взялся, стал людям помогать.    

    50. Знаю, понимаю, нюх не тот, что надо. Я сказал свахе это, а сам – к дому. А моя одежда в Новочеркасске по улице Базарная, 12, у Ивана Климовича Захарова. Он меня как своего вечером принял. А утром встали: ворота раскрыты, а гостя нет. Одежда лежит, а человека нет. Значит, он пошел купаться, и там затонул. Давайте про это молчать, и молчали все время. А сегодня опять двери отворены, а нет никого. У нас запоры, для всех тайна. И я когда бросил у них одежду, встал, ворота были отворены, я и пошел в путь свой. Сейчас возвращаюсь, а мне говорят: ворота были отворены кем-то. Мы вспомнили за одежду, матушка повезла с испуга одежду. А я во двор, это ворота мне отворялись. Я через них должен без всякого проходить. Батюшка Иван Климович обиду заимел, да было незачем.  

    51. Вытащил пять рублей, дал на дорогу. Это было все правда. Поэтому если бы я не был таким, как меня история представила, люди не писали Хрущеву, и не проси его в помощи. Иванову помочь, чтобы с раковым заболеванием покончить, чтобы наши больные раковым заболеванием учились по учению Иванова. Хрущев спускает Курашову по назначению в Министерство здравоохранения СССР. Это письмо заместителю Министра Урбанскому. Он пишет в письме Иванову, как в этом инициатору. А Подоксик податель. Мы трое вместе договариваемся с этим делом не описывать мои качества. А мы договорились 4 мая 1964 года, чтобы в Москву привезти тех больных раковым заболеванием, которые излечились от учения Иванова. Я, говорит Иванов, дал свое слово привезти восемь человек в Москву для исследования.

    52. Мое слово – живой факт, моя идея. Еду в Кировоградскую область, через областной здравотдел из Доевского договорились мне в этом помочь. Я в район Бобренецкий, в Свердловский хутор к больному раком. А люди же больные, и ко мне на прием с просьбой, председатель сельсовета, чтобы принять их. Я принимал, а секретарь сельского совета позвонил милиции. Милиция 13 мая прибрала к законным рукам. Милиция как больного человека заставила еще крепче браться за свое прямое дело, в котором пришлось выступить и доказывать за свое для всех людей независимое дело, за здоровье. Меня за это люди прозвали Учитель, я перед всеми людьми. А сейчас меня все люди на земле за полезное им административно гонят, чтобы это хорошее не распространять.    

    53. Со мной хотели разговаривать, я с ними не стал разговаривать, как с людьми учеными. Они этому, что я делаю, не верят. Придумали сами кличку «врач», якобы я себя объявил врачом, умею все болезни излечивать. А фактически деньги забрал, и ничего не сделал, никому здоровье не дал. Эти люди, которых я принимал, они не поняли, они и не выздоровели. Им не дала милиция этого сделать, сами увидите после. А сейчас меня на бобике из Бобренецка в Знаменку в специальный приемник. 13 мая вбросили меня без гигиенических условий. Все мои переписки с министерством и с другими людьми, с кем я имел дело, ценности изъяли. Пошел я по мукам, из одного цеха в другой, одного держат. На 14 мая я должен на Брежневой улице в Кировограде людей принимать. Меня люди ждут.

    54. А я уже скрыт. И вот смена декорации, принадлежит встречаться с самими светилами по режиму. Генерал комиссар областной милиции и областной прокурор, и начальник милиции Бобренецка. Они все могли сделать. Им хотелось узнать, что я за человек. Обманули меня, одели к встрече с ними. Я встретился, и никак не отступил от своего дела. Я был в этом победитель. Они меня поняли, что я мошенник. А я больной человек со своими намерениями. Я просил их, чтобы они меня опознали, так как я их этим огородил. Куда делся я, об этом в другом месте моих трудов описано. А сейчас я встречаюсь за мое сделанное дело с учеными, с врачами, с психиатрами. Меня вышка отбила, мои руки,  от наказания. Я был в то время невменяемый больной.

    55. И на это я дал свое согласие, что я больной, но не нуждаюсь лечением. Не вредный, а полезный. Я вам пишу из больницы, из той коечки, где я пользуюсь, отдыхаю. За мной ухаживает нянечка, ежедневно со мной сестра со своим знанием. Возле них блюстительский человек, он меня хранит беспрерывно. Врачи, особенно заведующий 5-го отделения Алмаз Разаевич, и старшая сестра Римма. У них нашлось ко мне людское сердце и душа, не отказались от моего хорошего к ним. Они поняли, что это место не мое. А сделать ничего не смогут. Раз сюда попал, терпи не в плохую сторону, а хорошую. Это, что мне представили. Особенно мне разрешили свою закаленную форму, ежедневно в ней оставаться. Моя сила с первого отделения перед Маргаритой Леонидовной и Евгением Владимировичем. Они меня приняли и своим поступком доверили.

    56. 14 февраля 1965 года меня окружило это условие не на большой промежуток времени. Где мне было совсем легко. Я написал у них «Мое сердце» и «Моя победа». Я этим не растерялся. Меня воля людей за мою скромность, и мое дело никак не забыли. Я перед природой остался заслужен. Как были мои силы, так они у меня остались. Из воли Катя пишет в письме о том, что ей Тася из Жданова об этом всем. Учитель два года в этом деле пробудет. Прогулка мне давала пространства бросать свою мысль направо и налево. Я лазил в воде  в глубине мыслью, поднимался в атмосферу в высоту. Ничего мне не было плохого. Если я лажу своей здоровой мыслью, могу в любого. Особенно заглазно сижу  в том человеке, кого с душой и сердцем принимал и ему давал здоровье.

    57. В апреле меня со своим персоналом принял Алмаз, где я как с человеком, одним из всех. Это оказался лечащий врач. Я к маю получил 50 телеграмм с разных сторон, и получил письма. Я знал, что я не забытый, меня искали, особенно больная Люба Катюк с Варваровки, улица 8 Марта, Николаевской области. Как ей не хочется лежать больной в койке. Она добилась, прислала. В письме пишет за свою болезнь длительную, как ей приходится помнить Учителя за его все сделанное перед больными, кому пришлось получить здоровье. «А мне, такой молодой девице, даже начальник милиции района, я его вызывала, не разрешил приехать к Учителю». Как же не обижаться на административное лицо, которому дадено право закона.

    58. Такого человека, такие богатые руки, их не велено никому из здоровых людей забывать. В письме пишет Мария Владимировна Помазан Днепропетровской области, Васильевский район, хутор Шевченко, станция Чаплина. Тоже девица, мы по болезни списались, она мне любо пишет. Нашего дорогого Учителя от нас отобрали. Мы как больные не нашли между собой такого любимого в этом деле болельщика, он один таков. Там в Казани покойно уже его готовят к первой комиссии, через восемь месяцев она проходит. Сам Алмаз Разаевич, и Анна Ивановна главврач больницы сказала: тебя готовят к выписке Алмаз Разаевич. Их люди те, которых Учитель принимал, и они Учителя знают, берегут его здоровье. Они не одному ему пишут, и не одним тем говорят.

    60. Он не в силах того сделать, что делает сама природа. Без нее мы не люди. Я вам как людям расскажу за свою дорогу. Не надо спешить. Все это делается, ни одного дня не пропускается. Все пишется и делается, но никто и здесь, и там не соглашается. Взяли своими словами осудили. Они же не видели Учителя одетым и обутым. Он у нас таким во время приема не был, чтобы на суде промолчать. Он слова на нас не промолвил. Лучше будет не нам, а ему одному за нас, за людей, можно быть везде. Одну комиссию октябрьскую прожили, профессор Лунц не выписал. Мы приготовились встретиться с последними днями, месяцами 1965 года. И дождались в жизни зимы 1966 года.

    61. Это была моя такая работа. Никто из всех не сказал против моего в природе дела. А говорили, что я чума. Октябрьские дни 7 ноября, мне с воли присылали люди свое здоровье. А с ними я был в одесской экспертизе, где меня признали здоровым человеком. Обстригли, обрыли, одели, как попку. О закалке забыли, пришили фокусника и тунеядца, мошенника людей. Я хотел было оправдываться, не приходится. Виноваты мы, все люди на белом свете. Одни верят крепко, знают, что он придет. Когда и как? Ни один не сможет сказать. А другие совсем не верят ему, и не хотят, чтобы он был. А на это все ихнее природа не посмотрела. Для этого человека свою дорогу держала. Никем она не занята, кроме нее.

    62. Пошел. Говорит больная Люба: «Я его жду, он для нас пришел нам помогать».  Когда Учитель первый раз был испытуемый за это же самое, и за него отбывала Евдокия Ефановна Леонова. У нее спрашивает  профессор: «За что ты его называешь Христом?» Она говорит Тарабарову Василию Сергеевичу: «А вы пойдите так, как он ходит, я и вас буду называть Христами». Это было в 1954 году на комиссии. Так и сейчас два профессора были, на второй комиссии ничего не сделали. Всю зиму 1966 года проанализировал практически в природе к новому году. Поздравляли люди к 20 февраля 1966 года, тоже не забыли день рождения. Я тайны не добьюсь, кто этому всему виноват. Бог по делу всему, выпала чара моя его дорогу занять. Но люди тузы всего народа бутят, не хотят.

    63. Иванов туза бубнового не признает, что он играет в этом роли, счастье дает человеку, деньги выиграть. У Иванова все дары природные, в письме написано так. Если вы медицинские ученые специалисты со своими силами поможете Любе Варваровской, я со своей болезнью откажусь. Оденусь, обуюсь и шапку надену на голову, вид человеческий заимею. И буду ждать в очереди своего дня для того, чтобы заболеть и поболеть, а потом умереть. Не для того я сюда попадал, не для того я мысль свою посылаю на дно самое глубокое. Своей мыслью для пробуждения не зря я вверх во вселенную тоже лезу. С мыслью прямо заявляю наперед, что Луба после моего приема болеть не будет. Это моя перед всеми читателями останется правда. Не туза правда, а человека такая моя правда.

    64. Никто за здоровье свое не воюет. И не делает никто из всех. Хотят болеть, как они ежедневно болеют. И хотят видеть у себя хорошее и теплое для самого себя. Все люди делают, а вредно завершают. Разве одному Учителю это дело дадено, или больше таких мест нет? Природа лежит не начатая. Будь добр, за это все берись, лишь бы было хорошо другому. Мест хватает, и дел не начатых для этого дела. Закаляйся, делайся здоровым человеком, но не забывай за того человека, кто отстает от нас всех со своим здоровьем, никогда не будешь умирать в природе. Как делает Иванов. Еще в больнице не закончил свое писание писать о нашей жизни человека, о его любви в своем деле.      

    65. А на воле уже ждут, уже знают, что Учителя сам профессор выписал с такими словами: сам Иванов пообещал сюда не попадаться. Я, говорит Иванов, не туз бубновый, кому приходилось деньги выигрывать. Я человек, выигрываю для всех здоровье. Мешать государству, я не помешаю. И не буду своим поступком писать. За мое сделанное пишет в письме Мария. Очень много людей ее как мученицу одну из всех навещает. Их Мария не признает больными. Им говорит: «Вы же здоровые люди». Они ей говорят: «Маруся, Маруся, ты не видела нас, какие мы были до приема Учителем. А сейчас мы трудимся, работаем, помогаем, чтобы Учитель наш родной вернулся, и ему за свое все расцелуем ножечки».

    66. Я не пишу и не фантазирую об этом. Это моя истина , которая у меня есть. Сказал слова, даже написал фразу за Чивилкин бугор. Мне такой дом не надо, о нем слышать и видеть, где приходится нашему человеку умирать. Я написал за умерших людей одной улицы, где они своими силами подевались. Если бы их поднять  всех, и у них спросить: кто вас этаких заставил в землю прахом ложиться? Они бы сказали все в один голос: мы ничего не знаем. А сами жили, да из меня такого человека, как они все воры. Спрашивает Фектист Путакин: разве он не знает, что мы едем забирать чужие совсем хозяйские мешки. Их от отряда продовольственного в степь вывезли, а мы нуждающиеся были хлеба.

    67. Это дело в Таврии подсмотрели, и давай эти ямы отрывать. Фектист спросил. У меня не будет ничего в чужом краю. Это хорошо, что мои силы здесь делали, и будут делать только то, что надо точного. Не станет уходить из своего села, чтобы хоронить. Я бился, и тогда меня ловили через улик учителя Шевердина, кто жил нами. И за улик свой  собственнический хотел осудить судом. После суда народа по улицам водить, самая одна из всех мораль в жизни этого в своем селе получить. И быть в славе перед всеми людьми. Кто читал «Луганскую правду», она на всю вселенную про меня такого прокричала. Я пишу сейчас за себя, за людей. Сейчас меня – люди, а завтра людей – я. Смеялись с меня маленького, когда у нас проходили кулачки шовинистические. А на них приходили любители смотреть.

    68. Всем давалось свободное право прийти, как я одно время пацаном пришел. И стою, любуюсь без задней мысли. А Федор Бердецкий поляк со своей правой рукой подбежал. И к моей морде, да по сопатке и ударил. Кровь пошла из носа. Не винят его, да мне говорят взрослые: так ему и надо. Я был по-ихнему виноват. А по-моему, Федот пошел на войну, с Германией воевали, ему эту руку отбило. Это признак не один перед мной поставлен нашим народом, кто не хочет, чтобы я был Богом. Все об этом …сделано Ивановым, говорят. Спросите у Сухаревской Валентины Луганской области, Свердловск, улица Ленина, 2, кв. 6. Она мучилась припадками, ее болезнь мучила, по 11 раз в день билась. А сейчас спросите, где девалась боль. Не духом святым согналась. А воздухом, водой и землей.

    69. Что и сделало ее здоровой. Ум нее спроси: кто, по ее уму, Иванов? Она не откажется от него, как от Бога. Он для ее тела Бог, то есть я, Иванов. Когда надо было жить, и меня пугал плен, мое это незнание. Спросите у Антонины Токаревой. Москва т 29, Нижегородская, 9А. Она конструктор, интеллигентный человек. Она болела очень крепко, у нее проход не держал ни по тяжелому, ни по легкому. Врачей она благодарит за их помочь. Они давали и делали все для того, чтобы не рождать детей. Я через это все не работала, меня делали инвалидом. Я оставалась одна благодаря закалки-тренировки Иванова, к которому мне пришлось обратиться. Я этому не верила и не хотела. Но вы, читатели, сами посудите. Когда болит, уже плохо. А когда не болит, уже хорошо. Так Иванов.

    70. Он мне из своего практического дела не давал в руки туза бубнового, чтобы я села в карты играть. И у своего друга выиграла деньги. Да взяла ту путевку, которую берут наши больные, и едут в Израиль. А там не получают, что надо, возвращаются назад. И здесь помирают. Я сама этого не делала, что делаю сейчас. С воздухом, с водой, с землей дружу, люблю, близко соприкасаюсь. Но чтобы влияло на меня это, я, кроме хорошего и полезного, не получаю. Двух детей по учению Иванова родила, сама здорова и крепкая. Всем матерям. Я становлюсь сбоку Учителя учительницей, и буду всех учить этому, чтобы не рождать детей тяжело, а легко. Надо нам всем просить Иванова. Он победитель врага и Учитель народа. Я с ним вместе пошла в Министерство здравоохранения СССР, дала свое слово помогать Учителю.           

    71. Учитель имел дело с Порфирьевым специалистом. Он зашел сам, а меня оставил в коридоре. Я сижу, вдруг обращаются ко мне, зовут в кабинет. Дали мне стул, вижу, по всей установке, между ними коснулась речь об этом. Учитель сказал Порфирьеву. Когда он Иванову говорит: тебя окружила темнота. Тут Учитель мне на помощь в медицине, сказал за меня. У меня спрашивает, откуда я есть. Я ему говорю: москвичка. Работаешь кем? Конструктор моторов. И начала рисовать им всю картину, как это начиналось, и как это заканчивали. Все до ниточки им рассказала, вышла. Знаете, что он сказал Учителю? Она моя больная. Я это рассказала за себя, такую забытую всеми. Спасибо говорила, и буду рассказывать за это все Иванова. А сколько таких людей, которые получили здоровье, со своей малограмотностью не могут выступить и научно доказывать.

    72. Еще Анна Флорова с серьезным заболеванием  рак груди. Надо было делать операцию. А помешало всему учение Иванова. Он не учит нас, чтобы мы Богу молились. Он нам говорит, чтобы мы с вами не жили в природе однобоко. Анна говорит все слова, сказанные Учителем, прямо для меня, да для такого в моей жизни, которого я сам создал. Выпросил в природе дары. Она как заслуженному человеку ради этого только дала. Она все сама сделала за то, что делает в этом деле человек. Так и я. Когда мне сказали, что есть между нами такой болельщик и трудяга. За любым человеком один ухаживает как никогда. Можно им позавидовать. Это любовь одна, которую нам, людям, природа прислала человеком, кто не отворачивается от нас, от таких людей, кто давно уже мучится.

    73. Он был больной. А сейчас после приема и учения Иванова нездоровье уходит, а приходит здоровье. Всему дело наш природный холод и плохое, что в жизни человеку помогает. Кто придерживается хорошего и теплого, тот человек в природе своим телом не выигрывает, а проигрывает через один поступок. Учитель нашим не радуется, и не хочет, чтобы мы оставались при своей мысли. Она нас ведет всех по пути прямо не в цель. Может и не может, это бывает, и часто, с человеком. Один достигает, другой нет. Говорят: природа помогает, она же мать. Ее надо в этом деле просить, но не заставлять, как это делается человеком. Время, кто его знает, где оно далеко от нас находится. А мы уже к этому времени готовимся, делаемся в этом деле воины.              

    74. Нет аппетита, ты уже сам теряешься. Ищешь в этом выход, щель чтобы пройти через это условие. Умный, знающий хирург, он принимает очередь с разными заболеваниями. Сидит за столом, ждет человека, с ним разговаривает. У него вежливо спрашивает: «А что тебя беспокоит?» Больной при мне заходит, по всему видно, не серьезное заболевание. Врачу больной заявляет. Я слушаю. Это было в Знаменке в больнице, где я проходил по своей болезни практику. Мне никто в этом деле не отказывал. Я имел о своей болезни написанную мною справку, что я делаю в природе в условиях. Мне подписал горисполком, секретарь Козлитен. С ней я всю свою практику совершал. Мне люди все шли навстречу, моей закалке помогали, чем я учился практически.

    75. Я у хирурга получил право учиться. Что же этот больной врачу скажет? Больной заявил, что он на подводе ездит, своей собственной. Жалуется на аппетит, у него он был неразвит. Человек считает себя в этом деле больным. А врачу что приходится делать? Он крепко не задумывается. Берет бумагу, и пишет рецепт, ему дает в руки, и говорит, иди в аптеку. Это все заканчивается между больным и врачом. Больной уходит, начинаю я хирургу задавать свой вопрос удивленно: как же так, ни слова, ни полслова, вы написали, послали. Что это ему даст? Я спрашиваю у врача. Он мне говорит. Я знающий врач, меня больные считают хорошим, мне доверяются, я у них на счету. А раз ко мне стоят в очередь, они ждут, они верят. Поэтому я так быстро принимаю, нет думая.

    76. Эту помощь между собой и больным нахожу моментально, что надо человеку. В этом он мне говорит, очень большая история, о чем не закончить. Я из этого вывел: роль сам человек перед природой и человеком. Мне говорит Анна. Учитель не так в природе принимает как больную женщину. Учителю не надо никакая болезнь. Ему надо человек, кого Учитель не ожидает, сидя за столом, вроде какого-то вельможи. Учитель в этом труженик. Он на ногах стоит все время, принимает нас. Перед больным стул приготовлено. Учитель встречает любого человека, перед собой поставит, у человека спрашивает: чего ты пришел ко мне? Больной говорит: «Учитель, дай мне здоровье». У него спрашивает Учитель: чем же ты болеешь? Он показывает руками и называет по врачебному, что за болезнь. Учитель спросит: а врачи что говорят? Каждый человек жалуется, не помогает.

    77. Раз врачи не помогают, так вот, уважаемый, мое бери, и делай мое. Когда будешь выполнять, никогда не будешь никакой болезнью болеть. Больной эти слова берет, тогда-то Учитель над ним начинает ухаживать. С него верхнюю теплую одежду снимает. Если есть, кому из народа, помогает. А больше сам, никому не доверяет. Ноги мыть сам садит на стул. То нагибается, то поднимается. Ноги не что-либо, им требуется холодная ледяная ванна. Как только помыл, если ты пришел с душой, с сердцем, получишь здоровье. Без этого всего дела никогда, болезнь не будет дальше прогрессировать. Человеку сейчас уже легко сделалось. Сам стоит, и руками держит больного перед собой. Ему в глаза говорит. А у самого мысль работает у Учителя с головы до ног, с ног до головы. Легкие, сердце и живот.

    78. Делается пробуждение. И учиться слова Учителя. В день два раза утром и вечером эти ноги мыть будешь. Встал – помой, и ложись – помой. Это твоя первая задача всегда делать. Второе. Идешь по дороге, с тобой встречаются люди все. Ты или вы не жди от него вежливости. Сам ее перед ними делай. Здравствуй, дедушка, или бабушка, дядя и тетя, да молодой человек. Твое дело – скажи, и все. Третье. Ищи по людях сам бедного, нуждающегося чем-нибудь человека. Много не давай, пять рублей по-старому, а по-новому 50 копеек. Давай с целью, чтобы ты знал, за что ему даешь. Ты чего-то хочешь в природе заиметь. Я, мол, даю этому человеку за то, чтобы мене не болеть. И без всякого их отдай. Один раз это делается в жизни человеком. Чтобы за тобой должка не было. Если есть, эти копейки отдай.

    79. К субботе приготовься. В пятницу покушал, а в субботу не ешь и воды не пей до самого воскресения. Выходи на двор. Если невозможно, отвори форточку. Тяни воздух с высоты, проси сам, кому веришь. Учителя просишь – проси его, а сам тяни до отказа: «Учитель, дай мне здоровье». Это твой праздник. В неделю раз делай. Пятое. Не плюйся на землю и не харкай, не кури табак, не пей вино. Помни всегда, с ним вместе живи, с Учителем. Он твой вечно везде и всюду. Со своими делами помощник. Без него ничего не делай. Он за это знает, что мы все больные, стоим в очереди. Не думаем, но нас ждет природа, мы к ней по времени сами идем. Она нас встретит так, как меня встретила. Говорит Анна. Это болезнь рак. А чтобы вылечить, мы, все люди, не сможем этого делать, кроме только одного Учителя.

   80. Он с холодом близкий, и хуже от всех живет. Без всякой подкраски. Любит природу, не уходит ни от какой болезни, своим телом испытывает все в природе заболевания. Сам знает плохо. Когда болит, этому всему все свои силы кладет этому человеку помочь.

    Я прошу, умоляю всех живущих людей на земле. Не жди времени того, когда заболеешь. Он учит, всех просит нас. За это все ничего не берет. А сам в этом деле всем помогает. Кто имеет возможность, ему помогают, он от этого не отказывается, если есть, за что. Так ему не давайте. Получишь здоровье – это обязательно. Не будешь болеть, как я добилась. У меня Учитель – помощник один. Я ему верю и надеюсь, прошу его. У меня болезнь исчезла, нет той, которая была. Рак исчез.  

    81. После меня есть, найдутся люди не с такими явлениями, расскажут. Мы скептики, не верим этому – не надо. Поверят, придут, поклонятся, попросят, но будет поздно. Луганской области город Ровеньки, станция Дарьевка, улица Питомная, 40. Котенова Ольга Иосифовна. Обращалась и просила, прошу всех, и буду просить, чтобы не забывали. В нашем союзе адрес Ростовская область, город Красный Сулин, Первокузнечная, 12. Где наш Учитель всего народа живет. Победитель природы, сохранитель самого себя. А итальянский ученый Леонардо да Винчи, он так сказал в своих художественных словах: проси совета у того человека, кто может одержать над собой победу. Я без совета Учителя не остаюсь. Мой дух – это Учитель. Я боялась холода, любила одеваться хорошо, тепло.

    82. Плохо не жила. Возможности меня привели так болеть в природе. Нельзя никак за это забыть. Очень крепко мучилась. Я не туз бубновый выигрывать деньги для того, чтобы разъезжать по миру. И искать в этом деле лекарей помощников в жизни. Сами не умеют по земле, по такому белому снегу, по энергично холодному, по морозу босым ходить. Я тоже боялась. А пришло такое время, когда я опознала Иванова не как простого человека. За его великую способность я опознала, за его даденные в природе плоды. Он нас учит не плохому, а хорошему. Сам это делает, и нас учит, чтобы мы пробовали. Для меня это было тоже, пойти по снегу разутым – это разрыв моего сердца. А когда посоветовал не сразу это делать, а постепенно, понемногу я  этим делом занялась.

    83. Ходить по снегу разутым, лучше не может быть от этого чувства. Рождается крепость всего нашего тела. Я не хожу так, как наш любимый Учитель ходит. Ему за это все и природа ничего не делает по нему, глядя на него. Он беднее от всех, и беднее его нет в природе, хуже всех, красоты никакой. А вот за здоровье его, в природе ни одного человека в мире не рождалось, как он. Меня он в процессе всего этого научил водой холодной в любое время года обливаться. Я не боюсь, и не живу теперь так однобоко, как прожили наши все предки. Они умерли напрасно. Их загнала в землю наша зависимость. Учитель ею не радуется, гонит от себя.

    84. Все то, что мы нашли в процессе нашей жизни, это для Учителя цацка, не помощь от этого. В жизни через это все мы и мучимся. Мы не живем так, как хочет наша природа. Она учит природу опознавать, как опознал ее Учитель. Хвалится ею, источником закалки. Он между нами один такой самородок. Сердце имеет здоровое закаленное молодое 25-летнего человека. Какая его радость в жизни через это все. Я не люблю его, как любят все люди людей через использование. Моя любовь – это кровь моя и Учителя. Быть другом в природе для воздуха, для воды, и для земли. Я такой же самый человек, как и Учитель. Разницы между нами всеми. Что Учитель знает. Если по дороге Учителя идет, он никогда не будет природой обижен. Это люди пишут, проверенные блюстительской системой со всех сторон, и левой и правой стороны.

    85. Мы с Учителем остались на середине. Для нас не надо экономика. И не надо политика, чтобы гнить, как  мы делаемся сейчас. Расскажут вам другие, может, сложат свое красивее и лучше от меня. Чтобы люди не терялись. Как сейчас такие дни предвыборные. Особенно проходит день 12 марта 1967 года, в котором пришлось две комиссии пройти. Женщина профессор. Она меня как представленного в комиссию не возразила от этого режима выписать. Но без Лунца Данила Романовича доктора психиатра сама не решилась. 8 февраля принимала. Она бы выписала, но сам Лунц вторую, и усиленно делали два профессора, они свое слово. В октябре оставить еще на время лечения. Я был не удовлетворен этим решением. Хотя и был профессор Андреев, он задавал вопрос свой мне как больному.

    86. Я ему ответил: люди недопоняли. Особенно наше министерство здравоохранения  в лице заместителя Урбановича. Мы договорились трое, я, податель этого письма и заместитель, не описывать, а живой факт в Москву привезти. Я был в этом всем инициатор, особенно удалял злокачественную опухоль. Я приехал в Бобренецкий район в хутор Свердловск к тому Павлу. Я только зашел в дом его, как люди посыпались здоровые и нездоровые. Что мне приходилось делать, только отказать? Я так и поступил. Но у нас есть советская власть наша, нами завоеванная. Мы должны ей не мешать, а помогать. Председатель человек не туз бубновый, люди его знают не плохим. Обратились, попросили, чтобы принять их. Я дал ему слово. А они один другого подсылают и подсылают. А секретарь сельского совета умный человек, а милицию позвонил.

    87. Я их без предварительной лекции не принял. Они так хотели, чтобы я им дал здоровье. Я им этого не говорил, что я врач. Я им сказал: больной человек, не вредный, а полезный. Я им сказал, любого врага предупрежу любыми видами. А в это время, когда я их стоя принимал, принял, но у них не требовал ничего. Они хотели, чтобы я к ним приехал. Мне давали деньги, кто захотел того. Я от них не отказался. Этих людей, кроме больного Павла, в которого я принимал от злокачественности, рака, опутала милиция. Они не претендовали суду за свои деньги. И до сих пор им никто не помог. Я помогал, помогаю, и буду помогать всем. Мне безразлично, мне надо человек, да еще какой. Профессор не возразил этому моему делу, что я делал в этих людях. Я даже всплакнул.  За такие качества, за такое дело надо на руках носить, благодарить Иванова. А у него на 68 году спрашивает женщина, как я люблю свою жену?

     88. Я сказал: любил и люблю, и буду любить. То, что сделал Иванов между нами, людьми, всем спасибо сказать надо. И Лунц 16  февраля вызвал для того, чтобы выписать Иванова с этих условий. Я шел, знал. Не хотел с его одно то, что он с моими людьми не стал говорить. Лунц с квартиры их выгнал, как нехороших их признал. Я так с врачом лечащим до приема его, он должен меня принимать. Я не хотел унижаться как таковому, но Алмаз льнул к нему, не хотел как подчиненный этого делать. Я был уверен в слова Таси, сказанные вперед. Даже яблоня этого года осенью двумя цветками цвела, давала знать. Пришел вместе с врачом Любовью Григорьевной. Как врачам хотелось меня выписать, их совесть два года убивала.

    89. Такие качества на белом свете в режиме держать. Я Иванов не туз бубновый. Перед интеллигенцией оказался человеком новым. Если бы старого я придерживался, по знахарскому делал. Как меня литературная система била, якобы я воду продавал. Очень много неправды. Я говорю с врачами, я делаю в блюстительском порядке. Ни одного дня не пропустил. А шел в ванну холодную, морозную для того, чтобы испытать, найти силы и ими владеть. И огораживаться, делаться физическим и практическим человеком для того, чтобы найти в природе то, что требуется не одному Иванову. Природа, она мать родная не для того. Чтобы люди не простуживались и не болели, чего Иванов от природы добивается.

    90. Лунцу я сказал: государству я не мешал, не помешаю, и не буду мешать. Лунц говорит: «Мы тебя тот раз выпустили, а ты в Казани разделся». Это мой был дух, я ему сказал. Он мне говорит: «Мы тебя выписываем через гражданскую больницу». Я ему не сумел сказать. Зачем это все делается? А потом извинился и ушел. Делайте, что хотите. Дело мое не завернуть и не сказать никому за это. Люди знают, ждут моего появления. Разве это мы ученые, человек два года пролежал здесь повторно? За что, спрашивается? Скажите мне, пожалуйста. За закалку, за справедливую жизнь, за любовь к природе. За то, что в жизни в природе этого не было, что сделал на себе Иванов.

    91. Он переродился, стал не таким, как все люди зависимые от природы. Чтобы с утра без завтрака, и без всякой защитной одежды пришлось человеку быть, таких людей природа у себя не рождала. А Иванов систематично, этим он доказал свою правоту перед врачами, что он в природе не виноватый. Людям он деньги оставлял. Государству была возможность одна претендовать, и получить их каждому гражданину. Этого люди не позволили сделать. А направили, не дали 14 мая 1964 года в Кировограде принять людей. Я был в то время, говорит Иванов, для этого дела сильный сделать все то, что мной в природе делалось. Не убивал людей, а помогал людям.

    92. Разве это надо кому-либо из административных лиц в Кировограде, что у нас такой человек народился. Заявлял, заявляет, и будет заявлять нам всем. Порядок такой в жизни. Ученым надо признать Иванова дело, сделанное им в людях. И президиум советов попросить с этим разобраться. И дать права Иванову это делать. Идея Иванова Богова, доступная всем. Мест для этого дела хватает, берись и делай. Разве будет плохо нашему человеку, кто на сегодня жил тяжело. Его мучила болезнь. А когда Иванов принял своим практическим учением, человеку стало легко, болезнь исчезла, да еще исчезает рак. Нам расскажет москвич инженер плановик.                     

    93. Работает в Министерстве путей сообщения. Как хочется правду людям рассказать за Иванова, как за человека, которого я в жизни своей не знал и не видел. Но говорят: так нехотя заставят сопатого любить. А меня заставила обратиться к Иванову моя развитая болезнь рак. Не думайте, что я в этом деле обманываю. Истину людям рассказываю, у меня фото губы верхней лежит для живого факта, бережется мною. Вся история от конца и до края, написана история врачей, но никто не нашел это все удалить. А совет давали верхние зубы, челюсть удалить, а губу вырезать. Может быть, и получилось это, если бы я не встретился через это с Ивановым. Я пошел так же, как все.

    94. Приходили к Иванову многие люди с разными заболеваниями. Очередь нам это занимали. Я без этого не был, тоже как мужчина пришел. Были люди, занял очередь. Ждал, думал за этого Иванова, что за человек он. А когда дождался очереди двери отворять, к нему в маленькую комнатку я захожу. А Иванов человек, да еще надо позавидовать его телу. Говорят, он при любой температуре на дворе в природе ходит. Так я долго об этом не думал. Его вежливость меня заставила ему верить. Я от него слышу резко слова, он у меня спрашивает: чего ко мне пришли? Я ему показываю губу. Он ее видит, и тут же спрашивает: куришь? Курю. Даешь слово бросить? Брошу, я ему говорю. А водку пьешь? Пью, я ему сказал. Так вот надо бросить.

    95. Я и на это дал слово не пить. Хоть и тяжело было в этом деле, но зато я получил большую помощь. Рака нет. Смотрите на меня и смотрите на фото. Это все не туз бубновый сделал, а человек. Вы знаете, что он делал моей губе? После всяких разговоров руками массажировал. Как делалось от этого мне приятно, лучше не может быть. После чего изжил. Потом стал учить своими словами. Говорит мне,  Сергею Ивановичу Качалину. Проживаю в городе Москве, улица Станиславского, 8, кв. 5. Он меня просит, чтобы я мыл ноги ежедневно утром и вечером. Встал с постели – надо помыть холодной водой по колени, ложишься спать – тоже помой. А когда я буду идти по дороге, и со мной люди будут встречаться, я должен головкой поклониться. И им сказать свое слово: здравствуй. Дедушке, бабушке, дяде с тетей или молодому человеку. Мое дело – им сказать, а их дело – они как хотят.

    96. Четвертое. Одно время я должен не кушать 42 часа. В пятницу поел вечером в 6 часов – до 12 часов воскресения. Субботу всю, а в обед ты должен кушать. То ты должен выйти на двор, тянуть воздух с высоты до отказа один раз, другой и третий. Просить надо Учителя: «Учитель, дай здоровье». И все будет. Пятое. Не плевать и не харкать. Самое лучшее, одно из всех.

    Это для больных людей чистая профилактика. Холодно, морозная ванна, в которой мне приходится купаться, закаляться. Самим врачам кажется, хорошо. Не один врач лечащий об этой закалке знает, а согласия по этой части никакого не дал попробовать вместе с Ивановым. Испытал  да хоть один день попытался остаться таким человеком, как остается всегда Иванов. Он в этом изыскал природные качества.

   97. Их на себе развил для того, чтобы этими качествами помогать забытому всеми, больному. Того Иванов в природе добился, сделал живым фактом на мне. Я знаю, говорит Сергей Иванович, очень много людей до меня получили себе здоровье не хуже от меня, и не легче. Еще немало в этом выступят. Нам как людям они расскажут за все то, что человек, а не туз бубновый, сделал. Лишь бы он захотел, сделал, проявил в природе. Что может быть, как его. Он так выразился в природе: моя победа. В этой победе все живые в жизни продолжительные дни. Перед человеком, перед всеми людьми никакого не будет врага, ибо сердце завоюет свою правду, окружит себя силой. Никогда не будет в жизни снашиваться.        

    98. Я, говорит Сергей Иванович, вас не заставляю. И не хочу, чтобы вы этому поверили. Я когда получил легкое, думаю, хорошо. Значит, не надо этим заниматься. Взял и бросил, отступил от этого дела. А меня в этом деле природа не пожалела, а посчитала меня таким, как все бессильные. Привил к себе тоже болезнь, что это способствовало ухудшать. То, что делал я по учению Иванова, выигрывало, выигрывает, и будет выигрывать. Если человек это нашел, сам имеет, я хорошо знаю, что не плохо, а хорошо каждому человеку, но не Иванову одному. Мы, все люди, давайте дадим ему свое право. Пусть он пробует эту меж нами в природе цель. То, что людьми говорится, этими людьми и мной.

    99. Я пока живой. Ко мне за материалом Иванов эти качества раскрыл, золотой памятник. Он получил доверие, чем Иванов не нуждается. У него тело любит природу, знает ее. Спрашивается, для чего мы с вами родились в эту жизнь, если мы с вами не добились от природы ее заслуг. За наш с вами поступок, который нам через наше все, сделанное нами, чем мы огородились. У нас с вами как ученых и знающих людей немало есть для жизни нашей. То, что мы от природы получим, оно у нас есть богатство. Этого для нас мало. Если кто видел картину Перстный бриллиант, которая ясно была представлена нами, чтобы смотрели и были сведущими в этом жизненном вопросе. Мы этой семьей, или хотя возьмем наш общий в данное время пример. Мы по материальной части живем не плохо, живем хорошо, но не все.

    100. Кому-то приходится позавидовать, особенно нашему близкому соседу, кто живет, окружает сам себя. И показывает свое умение на этом счастливом месте. Да в наше такое время. Пусть это были буржуазные аристократические ученые богатые по природе люди, которые неплохо в своей жизни прожили. Нам всем можно в данное время людям позавидовать, да и слюни поглотать, если сам так не жил. А стремление у каждого солдата есть быть генералом. Так и у нас разве нельзя будет сделаться от этого потока другим потоком, не чужим, своим потоком жизненным. Мы смотрели эту картину, радовались этой ситуации, делу всей человеческой жизни. Чему заслуживает эта жизнь? Не человеку, а тузу бубновому, какому-то в жизни государю дворянства.       

    101. По всему этому мы с вами от этого всего не ушли. Раньше были этим всем обиженные люди, не имели у себя того, чего эта картина нам показала. Дюже дружное такое общество, чему многие люди как на несовременному обществу завидуют. Мы думаем, что такого нет. Все это делает для человека зависимость. У них было оружие, и их был закон человека держать не заслуженного, а обиженного. Уже пойманного, неумелого преступника, нашего внутреннего врага, чем не хотелось делаться человеку любому молодому. Как вот лежит со мной. Я его записываю как признанного врачами больным. Шалимов, по национальности армянин. Он не убил кого-то зря, как убивают людей, а убил своего преподавателя. Не позавидовать этому случаю.

    102. Кто уже работал практически, думает, опять обхитрит общество. Он же остался со своими нервами, как и был, такой он остался. Заключение врачей. Диагностика первая, никогда она другими врачами не меняется. Я много не буду писать, но укажу троих Аферова и Елкина. По два да по три человека убить. Вот картина из картин. Из 86 человек найдется 10 человек не убийц. Это хорошо мать родную убить или жену дорогую? Говорят, мы были больные. Ни один человек не ударился об стенку головой. Когда приглашаешь кушать, все идут в столовую. На это время не было, так будет еще хуже. Мы эту историю развиваем. Не хотим учиться у Иванова не убивать, а помогать человеку. А смотрим, да еще завидуем. Между этими людьми сейчас люди хуже людей тех.

    103. Сегодня 12 марта. На 50-летие Октября выборы в РСФСР депутатов. Я женщина, знаю Иванова как помощника женскому организму, чтобы легко родить маленького человека. И его выучить, дать ему право. Ученику знать, в сельском хозяйстве свою мысль закладывать. Я Наталия Васильевна Цевлюк в Амросевке, улица Урицкого, 24. Своих детей послала для того, чтобы помогать государству строить. А люди готовятся встретиться с природой, с горячими днями, в который природа так даром не прислала. Она делалась, делается, и будет делаться людьми до своего времени, до того дня, в котором не игра происходила в туза бубнового. А следовало рано встать, а поздно ложиться. Все приходилось на ногах, и умом мыслить, и крепко делать по сельскохозяйственному.  

    104. А работа делается человеком весь год напролет. Надо наперед знать, и в природе к себе тянуть, чтобы жить. Природа проходила, а человека заставляла, чтобы он в туза бубнового не играл. А все делал  и делал дела, чтобы от земли получить не плохой, а хороший урожай. В природе не стояла на месте, а двигалась с одного в другое. Но такого в жизни не делалось перед больным человеком мучительного. Он дождался своего в природе, она заступилась, и через человека любое заболевание исчезало. То человек болел, а потом выздоравливает, перестает мучиться. Значит, этот человек, кому доверилось это право, он не будет зависимый. Он добьется через природу, через человека независимого. Он ничем не будет нуждаться.        

    105. В этом всем родившемся недоверии природа наградила быть. За все сделанное в людях Иванову имя создала. За его холодное и плохое в жизни назвала для всех Богом. Его в этом деле все перед людьми заслуги. Он не пришел мешать людям, а пришел помогать своим поступком. Его все это не человека дорога сделаться в природе человеком зависимым. В природе не пошел по людской дороге, и не стал думать и делать то, что делают все в зависимой стороне. Которая без войны и без борьбы человека не учит на земле между водой  и воздухом. Как себя заставил, в просьбе выпросил эту дорогу, этот путь, по которой приходилось со своим делом между людьми шагать. Оказалось, административное лицо изолировало от всех людских прав.  

    106. Думали люди убить его силы. Богова дорога: не пришел человек воровать и убивать человека. Бог место ищет на земле, где ему стать для того, чтобы со своим делом не мешать. А помочь людям, чтобы люди не жили так тяжело, как они живут сейчас. Бог – это закаленный человек, он не радуется людской мыслью. И не хочет, чтобы люди в деле своем ошибались. Бога дорога не человека, совсем иная. Оружие не требуется, никакой защиты самого себя. Место никем не занятое Чивилкин бугор отца вознаграждение с начала жизни. Бог родился в Ореховке, его знают все селяне. Он обращается и просит у людей права, и не мешать, чтобы никто не мешал ему как Богу. Его дело – он должен  помочь бедному, нуждающемуся, больному, забытому всеми.

    107. Бог – это люди. А им надо здоровье, чтобы жить. Мы, все люди, не научились жить. А Бог научился, как будет надо жить, не болеть, не простуживаться. Что самое главное, это надо качества всем нам. У Бога нет своего места, и он своего имени не имеет. Как мы с именем не рождались, имя дали сами родители. У Бога дома нет. У него три друга: воздух, вода и земля. Что человека родило, то человека и сохранит. Бог человек. Его наука не учит тому, чему мы учимся все. Мы не хотим быть глупцами, то есть неумными. Мы учимся учению какому-либо легкому и хорошему.

    108. Нас, всех людей, заставляет обстановка предковая людская. Мы для этого родились, чтобы мы индивидуально мыслили в сторону хорошую и теплую. А чтобы мыслить и готовиться к холоду и плохому, у нас в этом деле не развивается на это мысль. Мы знаем время, и к нему готовимся. У нас одно родится – пожить, а потом сдаться, умереть. Такой порядок, такие дела перед всеми. Есть земля, усадьба, дом на углу – значит, уже хозяин. А к этому дому другие нужны строения для того чтобы богатеть. Надо иметь человеку силу. А не будешь этого иметь, хозяином перестанешь. В природе человеку из-за мысли прибавляется.

    109. И развивается все это для того, чтобы еще больше трудиться. И то человеку делать, вроде туза бубнового. Он не знает своей выдержки. Как была ему удача одно время выигрывать, он сможет и проиграть. Как и человек, особенно трудяга крестьянин. Он без всякой мысли вперед ничего не делает. Да еще какая есть мысль.

   У независимого человека есть только истина одна из всех. Она ведет человека к явлению Бога. Ничего не надо делать, чтобы за что-либо отвечать. Это будет моя великая радость, говорит в этом сама природа, мысль человека о воздухе, воде и земле. Что будет надо для человеческой жизни вперед, чтобы ничем не нуждаться.

    110. Это будет надо человеку новому, побеждающему в его жизни. Бог не лезет на рожон, свободы завоевывает. Ему будет большая слава за его хорошее сделанное.

   Луганская область, Свердловск, хутор Кондрючий. Теплинская Вера Андреевна. У нее такая болезнь. Весь год на это приобреталось  и расходовалось, а здоровья не было. Я, говорит Вера, сколько этих средств провела. Я сама того не стою. Да и где можно такое счастье найти, как мне далось получить навсегда помощь. Я не так это даром получаю. Сама работаю, ежедневно делаю то, чего учит Иванов. Это наш в этом деле всех людей Учитель.

    111. Один раз я у него побыла. С первого раза моего приема им я со своим телом полезла вверх. А какой у него во всех отношениях разговор настоящего болельщика о нас, бедных мучениках. Мы его никогда не забудем. И никогда не забывали нигде. Да разве можно такие качества забыть. Болеть такой болезнью, а потом где она делась. Спасибо и спасибо такому рожденному человеку. Это есть наш Бог по всему. Он говорит. Ваши деньги, которые вы мне даете. Я знаю, что вы мне их даете с душой и с сердцем. Найдутся такие люди, в этом заинтересуются, скажут: это я делаю нехорошо. А придет такое в жизни нашей  время.

    112. Мы обязательно дождемся это сказанное время, записанное в истории. Кем? Я не знаю. Но это все люди делали, их заставляла их неправда огораживаться. Они в ней чувствовали, по неправильной дорогой они шли. А этой дорогой, они думали, невозможно. Ею пошел тот, кому выпало счастье и делать, и писать. Так за время идущее люди прежние сказали о том, что придет такое время. А оно, говорит Учитель, уже пришло. Мы его дождались. Это время, можно сказать, оно на нас раскроется с нашим таким делом. Мы не ученые. Это дело раскрываем, и вводим его в люди небывало новым и неумирающим таким живым человеком.

    113. Учитель не человек Западной культуры. А дорога Учителя – с юга на север. Человек он восточный. Пришел в то самое время, когда церкви закрыли, они им не надо. Верить не верят. Зачем с них смеяться. В них ходить быть там. А выполнять точно ни один человек не пришел. когда надо здоровье. Мы стояли, ждали 14 мая 1964 года. Учителя схоронили. Все знали, что Кировоградский изолятор его принял. Два раза убивал  и прибывал. Кто-либо посетил. А сейчас  и в Одесской, и в Казанской больнице кто-либо посетил. Все дары отпали. Этот день последний зимы, февральский, по-старому 28 февраля. Сама природа его первым днем представила понедельник.                               

    114. Все дары отпали, умерли на веки веков. 49 дней – это второго человека по природе похождения. Такого в жизни не было, чтобы Учителя освобождали. Он же всем противоположный, всему этому, что делается людьми. Если не надо то, что мы имеем. Тюрьма, больница – мучительное это дело. Забросьте, и не делайте в природе плохого, не будете там. Все это не будет само от людей тех, которые пойдут за Учителем. Учитель не вор и не убийца. Его держать и наказывать нет, за что. Он пришел анализировать нас всех. Острая стальная иголка сделана людьми. Ему не шить одежду, и не прокалывать свое тело случайно, от иголки умрет.

    115. Это редко, но бывает. А шило, тоже оно ему не надо, чтобы сапоги шить. Зачем мне это все, если я никакой пищи не употребляю. Уже сегодня 15 марта по-новому. Как себя чувствую? Хорошо. Не проявляется никакой голод, как будто так и надо. Способствует в этом деле воздух. Без воздуха ничего не выйдет. А с воздухом, водой да землей можно и ложкой совсем не нуждаться. Чашка, в которую насыпается борщ или каша, то есть химического добра,  нам для резки хлеба совсем не нужно. Топор с пилой в деле не потребуется. И земля как таковая для ухаживания не нужно будет. Недра с промыслами отпадут совсем. Человек в воду  как в близкого друга погрузится. И там свою работу своим терпением будет делать, как уже в трудах сказано за 12 дневное пребывание в воде в море.

    116. Человек свое место без всякого хищения занимает, становится, как это делается по истории всего развития. Ноги идут ко дну, а вверх поднимаются руки. Как врагу человеку человек бессильный сдается, так и в этом истец любитель выход ищет. Об этом деле, об этой не вооруженной работе в разведке человеку приходилось немало мыслить. И немало в Черное море Иванов входил, погружался в воду на мелком берегу. Где приходилось набираться сил с воздухом внутри. Только надо будет в этом деле не тузу бубновому. А живому человеку, кто в воде чувствует, как в хорошей ванне. Телу приходится легко в этом, в воде делать. Мы на белом свете все так нежно самих хранили. Знаем одно – от плохого уходить, а приятное, хорошее ищем.         

    117. Мы на земле все искусство на ноги поставили, и ждем, готовимся со своим сделанным оружием наперед. Прежде зарядили снаряд, и наша такая мысль убить какое-либо жизнерадостное животное, которому надо жить, размножаться. А мы из-за живота, из-за нашей жажды потребности. Мы для этого и всю землю заставили сами снастью ухаживать. Мы приучили сами себя близко не подходить, и вместе с плохим наравне жить. У людей кучей обществом делать то, чего все мы с вами научились. Ежедневно каждый год за это браться, за что мы всегда беремся, и это дело недоделаем, а другое начинаем. Мы без всякого этого не в силах это сделать.

    119. Начальный я человек без всякого оставаться и погрузиться в воду. Какая не такая тяжелая, как в воздухе на земле. Свое физическое тело живое не носишь. На тело надеваешь сверху не одну теплую рубашку, надеваешь и другую верхнюю для какой-то красоты. Человек живой – это не туз бубновый, к которому приходит по счастью другая какая-либо карта. Одна в проигрыше, другая в выигрыше. А человеку надо в природе закладывать свои имеющиеся силы. И ими надо что-либо делать, чтобы в этом не проигрывать, а выигрывать. Не природа человека кормит, одевает, или в дом загоняет. Это все делает сам человек. У него мысль работает. Он все свои силы кладет для того, чтобы день любого времени заставить, чтобы он без всякого дела оставался.   

    120. Разве человеку этого всего достаточно есть, что он себя заставил на этом месте огородиться. И все думать не о прибыли, а человек боится оставаться при убыли, ибо ему как человеку в этом нет счастья. Скажите мне, пожалуйста. Не за бубнового туза, какую он роль играет между всеми  остальными картами. Лежит, как и все, без всякого действия в колоде. ждет момента игры. Если только пригодные будут все карты к игре, они могут занять свое место. И каждому игроку будет приходить не карта в руки. А по желанию всего это его счастье в процессе покажет во всем времени игры. Мы не сможем разгадывать между тузом и человеком любым.  

   121. Лежит он не так, как туз бубновый. Человек лежит в постели. Вы думаете, он ложился без мысли какой-либо. А как он еще ложился, при каких условиях. Спросите, он вам расскажет. Я же человек, не какая-то древесина, чтобы ее бросать или поставить в каком-либо месте. Я хозяин природы зависимой стороны. Мне не надо плохая постель или теплое одеяло для укрывания. Для чего я живу в этих своих условиях. Мне надо обязательно, как всем любителям, дельцам, воинам, борцам доказать, что он умник, умеет жить. Сначала ложится, никогда так без мысли не засыпает. Он ждет завтра, уже себе готовит, что он будет кушать, да какую одежду он наденет.

    122. И перед кем он должен хвалиться, и как он будет хвалиться. Это каждого человека. Отрезать кусок хорошего хлеба побольше, взять ложку, да пожирнее борща нахлебаться. Это каждого человека дело. Да из стола в постель отдохнуть. От этого и туз бубновый не откажется от этой доли, которая учит любого человека по-новому да по независимому жить, этими правами не пользоваться. А раз взяться за это небывалое дело, надо не бояться холодного и плохого, и не отказывать себе в хорошем и теплом. Тогда будет делаться в пользу всех людей. Самому надо все делать на любом месте в любом деле. Все должны делать для себя.

    123. Для того это будет человек делать, показывать на самом себе, чтобы была истина.

    Мы верим человеку живому, энергично делающему, кто сам испытывает на самом себе. Хочет сказать по своему выводу о роли. Никакая болезнь не нападет на тебя, если ты будешь этой профилактикой практически учиться над собой. Ты тоже будешь по этому делу самородок, источник закалка. Никогда не будешь болеть и простуживаться, что будет нам в нашей жизни надо. Мы с вами не будем идти по дороге старой, мы возьмем дорогу богову. То делать, что будет в жизни не вредно, а полезно. Этого мы добьемся, сделаем на самих себе. Мы никогда не будем подвергаться никакому недугу в жизни.

    124. Для чего я хожу зиму и лето в трусиках. Если мне хорошо делается. И я вижу в этом деле правду. Не одно это все мое хождение подтверждает мое тело истину. Я не это все делаю, что закаливаюсь этим хождением. Я в этом деле не кушаю, вода совсем не требуется. Это самое лучшее из всех терпение. Без дома всякого воспринимается. Особенно мое тело тянется к воде. Я должен погрузиться в воду на глубину, и там без всякого дыхания буду жить так, как не пробовал ни один человек. Кто-либо попытался, попробовал сам сделать это дело? Не находят нужным это сделать.

    125. А по моему всему, это дело не человека. Что я делаю, никому не нравится. А раз я это нашел, и делаю сам, мне хорошо, то что может быть от этого все. Раз мне не влияет, я нахожу в этом деле хорошее, то мне запретить нельзя ничего. А только надо делать и делать не указанием, а практикой, делом. Тем делом, от которого нельзя отворачиваться. А надо будет все ближе  и ближе становиться. И крепко об этом надо кричать. Это будет, и обязательно. Меня за это сделает человеком не таким, как есть в природе человек, кто видится издалека, как чучело. А масса естественности, человек не будет видеться, как видится этот человек.

    126. Мы этого дела дождемся, и обязательно. Через наше такое на земле построена и введена для человека жизнь самовольная. Сами захватили в собственность, и присвоили к своему имени на вечное пользование. Человек оказался на этом месте хозяин. Для его это место заставило к себе притянуть близкого своего соседа, с кем они не стали жить вместе. Протянули ограду, и стали заводить свое имеющееся. Что только человек нужное для себя нашел, то во двор свой тащит. Он считал, это дело, которое он нашел и во дворе сделал, для него надо для продолжения своей жизни. Ибо без этого, что человек имеет в природе, он независимый человек.                 

    127. Между всеми имущими своими людьми оказался бедный человек, отстающий. У себя нет того, что имеют другие. Его как такового считали неумелым, или он не хочет этого делать. А с этих азартных игроков в жизни постепенно сложился хутор, а из хутора деревня большая. Потом с кустарного умелого человека сделался город. Своим делом от сельского хозяйства оторвались, и стали друг с дружкой менять. Кто чего имеет лишнее в своей жизни, тот должен его или ее вывезти на это условие продавать или менять. И так эта местность вечное имя завоевала для человеческого временного явления в жизни за счет куска тряпки.

    128. За счет куска хлеба, и за счет стены. Чему человек стал верить, и надеяться на все это, как на какую-то особенность. Между ними родились карты, и появился меж ними туз бубновый. Чтобы без прибыли в году не оставаться. Чего бы ты в жизни ни сделал, ты должен обязательно другим свой опыт умелый показать. И им одно время хвалиться. Всю жизнь между людьми на земле жилось от этого всего дела зависимо. Погоня большая между собой за то, что человек приобрел. И чтобы оно было выхоженное. В нем лучше от всех, или больше от всех, или сильнее от всех. Когда человек никакого оружия не имел и не знал, все делалось грудью, руками приобреталось.

    129. То, что человек у себя имел, он считал своим добром, неприкосновенностью. Но между этими людьми этот туз бубновый заставил человека проиграться, обанкротиться. Но сила была в этом придумана раньше предками, введена в жизнь эту человеком проходимцем, нехорошим в жизни. Напал на того человека, обидел, у него вожжи отобрал, людей подчинил. И стал свое на месте продолжать, доделывать свое то, что начал человек вводить. Раньше этого места не было. Все это сделал в природе зависимый от этого дела человек. У него были руки да сильная грудь. Его считали все: это рожденный Бога, не противостояли.

    130. От этого дела сделались такие. Было между человеком, то есть между людьми происходило законное явление: сильный за счет бессильного. Значит, есть Бог давать такую богатырскую силу, как по истории были люди, особенный человек Голиаф. С Богом эту силу вели. Бог помог человеку грабить, и научил человека. По истории, брат брата убил за  приношение жертвы. Авеля Каин из-за богатства, развитого на земле. В природе все это сделал человек. Человек человека убил, Давид Голиафа камушком. Это приспособление пастуха уже человека придуманная техника каменного века. Это новшество введено в люди маленьким человеком, да еще пастухом.

    131. Своим людям сказал: я Голиафа не допущу за 36 сажен до стада, за которым шел Голиаф. Его камушек ударил по голове, и Голиаф пал, за что пастух по богову усмотрению. Люди перестали Голиафу верить, он в то время неживой. Люди верят живым силам, тем силам, которые в природе прогрессируют. Да для пользы людям ему как человеку верят, ему дают свою дорогу. Не тузу бубновому. Он не через бога давал человеку выиграть. Туз бубновый может проиграть в карты в любое время через счастье. Бог не учил в карты играть, а заставило человека счастье своего друга по жизни обыграть. Бог человеку, неверующему в него, построит кордегардию, то есть тюрьму, которая человека научила в ней сидеть.

    132. Бог помог научиться врачу людей лечить, и людям построил больницу. И для моления богу поставил посреди деревни церковь с колоколами. Ввели праздник Бога, ему верят, за многое время ждут. И готовятся, чтобы в нем чем-либо отличиться, и похвалиться тем, что имеется. А в праздник бедный человек не похвалится, у него нечем. Все это имеющееся сделало человека вором, всякого рода преступником. Частный собственник через Бога сделался таким, как мы его увидели между людьми всеми зависимыми, кто не научился оставаться без туза бубнового. Он только любому человеку азартному создает счастье, как и хозяину.

    133. В любом деле как будто и бог помогает, а бедному сатана мешает. Люди все зависимые, верующие в бога и неверующие в бога, они бедные люди, нуждающиеся в чем-либо. Никакой человек себя не научил оставаться без всякого дела. А в деле любом может человек любой ошибаться, потому что люди с природой воюют. Хотят, чтобы природа им давала все то, что человечество в жизни сделало. А вот по назначению люди все свою продукцию расходовали. В природе родился один человек не по богову явлению – как все появились на белый свет. И хотели, чтобы им бог за ихнее, ничего не сделанное в жизни, простил. Богову дорогу никто по его делу не занял.  

    134. Люди с богом все с трудом родились, и с богом свое время прожили да провоевали в природе. Кроме одной смерти, ничего хорошего не завоевали у себя. А родиться родились живыми, в процессе всего этого сделались мертвыми. Все наделал в этом деле бог верующим людям. А неверующие люди сами без дела бога умерли, и умрут при такой дороге. При таких делах, как сам себя заставил зависимый человек. Это сделал, пошел на рожон с силами бога все это делать. А бог без милости  возьмет и накажет. За все то, что человек делает для себя хорошее и теплое, за это и Бог наказывает.

   135. В природе две стороны, и хорошее, и плохое. Надо будет в природе жить не однобоко, в чем гибнет, умирает, простуживается и болеет, что не помогло, а помешало. Причем тут кто-либо, если Иванову выпала чара, то есть счастье из-за дела, сделанного им. Он закалился, ходит зиму, лето живым человеком, любит природу. А любовь и желание человека в природе всегда достигается. Лишь бы человек наметил праведную свою мысль, он обязательно в этом деле добьется, лишь бы оно было хорошее для всех людей. Разве Бог придет учить плохому. Или скажет ученому: не учись, или скажет ничего не делать. Бог против тюрьмы, Бог против больницы, а за одно здоровье человека.   

    136. А здоровье не дает туз бубновый. А со здоровьем живет человек независимой стороны, Победитель природы, Учитель народа хорошему, всем людям. Кому мы это все делаем, и что, самое главное, в этом всем получаем? Подумайте хорошенько, зависимые люди. Миф. Едем мы на лодке, веслами о воду опираемся, делаем волну. Так и мы эту жизнь строим. Живем один раз, а другой – умираем. Это наше не завоевание в природе, лечь в землю на веки веков. Человеку не новое, а старое. Человек учился свои силы в природе представлять, чтобы от каждого дня пришедшего времени приходилось остаться на все новые и новые дни, в которых человек не был.

    137. И он никогда не бывает таким человеком, как я начал оставаться без всякого такого вооружения. С ним приходилось ежедневно вместе быть, и на это все надеяться, и всему приходилось верить, как своему оку. Человек об этом деле думает, а физически и практически он делает. Это его каждый день на себе работа есть. Он без этого не сможет оставаться, ибо он без этого не научил себя оставаться. И не сможет это все оставить, и пойти по новому пути, по независимому пути, ко которому решился я один. Единственный человек на это дело решился пойти, и добился от природы того, что нам, людям всем, надо.

    138. Это здоровье человека, которое нам дает природа за наш лично созданный поступок. Он нас встречает и провожает. Говорит: я бы еще чего-либо сделал в природе, но уже устал. Сил не хватает у человека день и ночь ту же самую работу, которую начал сегодня, а ее оставляешь делать на завтра. Для этого дела, что мы с вами делаем, нам не хватает времени. У нас сегодня мы заканчиваем одно, а другое в этом деле начинаем, ибо надо работать. А без работы жить мы не научились. Практически да по независимому жить, у нас на это есть бессилие.

    139. Мы учимся все время на это. Одно снимаем, другое надеваем. Нам плохого не надо, нам надо хорошее и теплое. Ни один человек не дал свое согласие на то, чтобы у себя заиметь сознание и его воспринимать. Есть в шкафу одежда, береги ее, а сам не одевай, оставайся без нее, это твой в жизни не помощник. На столе стоит кушанье, напитки, ты не садись, это все твое не спасение. Стоит дом для твоего удовлетворения твоей жизни. Не заходи в него, ибо это все твое не хорошее, а плохое. В нем одно время пожить, да в нем правами попользоваться, а потом умереть. Никому не хочется умирать, а силы на это не завоеваны.

    140. Силы нашел Иванов, ими хвалится теперь 33 года. В день по одной букве запомнить, уже для героя есть фраза. Моя победа.

    Я самородок по делу всему. Источник – закалка. Я один тружусь на благо здоровья на все человечество. Учусь в природе, хвалюсь перед миром. Правду хочу сказать за само хранение моей клетки. Мое здоровое закаленное молодое сердце – 25-летнего человека. Мой выход в свете. Я не боюсь врага, не страшусь ничего, даже своей смерти. Если бы этого у меня не было, то не было бы моей жизни. Я человек земли, дышу очень крепко, а говорю резко не про какое-либо чудо.

    141. Я говорю про правду, про практическое и физическое явление. Самое главное, про чистый воздух, про вдох и выдох, про снежное пробуждение, про мгновенное выздоровление. За нервную центральную часть мозга. Люблю я, болею, никогда не забываю за больного. Душу его знаю, хочу ему помочь, через свои руки током убиваю боль. Это нам не слова говорят, а делается все делом. Пишет рука владыка, никогда про это не забыть, очень справедливое. Какая  будет просьба. Меня надо просить, будешь здоровым человеком.   

    142. Кому это не будет нужно, юноше, нашему молодому человеку. Так нет. Уважаемые, это мировое значение. Нам, всем людям, надо любить великую мать природу. Не молчать словами, а говорить правду. Не болезнь играет роли над человеком, играет роли над болезнью человек. По Иванову надо учиться и научиться, чтобы не попадать в тюрьму и не ложиться в больницу. Жить свободно, не лезть на рожон. Какая большая нам будет слава в этом деле, мы будем любить самих себя, низко кланяться головкой всем старикам, старушечкам, дяде с тетей и молодому человеку. Здороваться.

    143. Здравствуй, дедушка иди бабушка, дядя с тетей, и молодой человек. Свою вежливость представлять. Эх, жизнь моя тяжелая для всех. Поймите мое терпение, закалите сердце свое. Милые мои люди, гляньте на солнце, увидите правду, свое выздоровление. Быть таким, как я, Победитель природы и Учитель народа.

    Все это говорится о моей изложенной независимой дороге. Она плохому не любит учить, все в ней хорошее и теплое. Никогда он не уходит ни от одного пришедшего дня, ни от какого времени. Как приехал сюда в Кавказ для испытания своего здоровья, ни от чего не отказался. А признает свою болезнь, она правильная.

    145. Нянечка, она близкая к этому делу, сестре говорит. А сестра связана с врачом лечащим, чтобы сказать за больного. Среди нас считается работа, за нее платят деньги два раза в месяц. Погоня за место, а больной – законное явление. А вот у Учителя есть болезнь, болеет о человеке. Он за это дело взялся для того, чтобы человека этого в жизни найти, и узнать за его болезнь, которая на нем развивалась и сделалась. Из-за чего Учитель узнает. А потом ищет на это дело средства, оружие, чем приходится человеку больному помочь. В природе на все есть способности, и на хорошее, и на плохое.

    146. Если человек живет хорошо во всем, он не нуждается ничем. Такие люди в природе пока не рождались. И нельзя человеку такому в жизни родиться, ибо человек в природе без этого всего не заслужил быть. У него на это дело большие развитые способности себя самого не сохранять в этой области. Тело человека в этом всем считается больным, нуждающимся. А раз оно нуждается, уже человек думает. А думки какие? Добыть у людей эти способности, эту возможность, которая требуется в жизни человеку. А мы знаем хорошо за человека такого, в жизни рожденного со своим аппетитом, со своим желанием.

    147. У него на все есть большая развитая охота. Он не сможет жить в природе без всякой прибыли. В природе не одно есть, чем человек вовлекается. И он живет с делом вместе. Если оно надо, и обязательно, он должен это дело сделать. Это не туз бубновый. Без человека счастье не получает. А когда человек возьмется за это дело, за всю причитающуюся колоду карт, и наметит в жизни с другим каким-либо человеком. Или с многими людьми начнут играть, свою болезнь в процессе этого всего делать, у них делается и азартная между собой игра до ножа. А сами закон выполняют. Раз сел, значит, игрок. А раз проиграл, то расплачивайся. Туз бубновый на это дело, он один в колоде, не каждый раз приходит к одному игроку в руки.               

    148. И не всегда он так ловко выигрывает. Карта не одинакова на туза приходит, несчастье человека, болезнь на это дело. Человек трусится, боится, как бы в карты не проиграть. У него это не игрока азартное дело. Такое же самое в жизни человека на своем месте. Ему не повезло в жизни, он не там, где должно, сам себе посадил. Не в такт попал. Ему на это дело и природа не пошла навстречу, не стала дни хорошего характера подсылать. Человек ждет в жизни одно, а получает перед ним другое. Он хочет быть ничем не тревожным. А оно само приходит, и начинает беспокоить. Не надо бы болеть, как она себя. Это Мария Владимировна Помазан.

    149.  Днепропетровской области, Васильковского района, хутор Шевченка, станция Чаплина. Человек нового характера, доярка, певица, танцовщица. Самая из всех зачинщица в колхозе. Раз работает, так работает. О Маруси неплохого были мнения люди все, которые ее знали в этом  деле. Она не начала так крепко болеть. Она провела 20 лет лежащей в койке. Мария старалась от этого всего избавиться. Навстречу шли все специалисты нашего народа. Хотели любыми способами  и любыми средствами в этом деле помочь. Где Мария только ни была, и как она там ни лежала, и чем она ни лечилась. А чтобы получить в этом деле маленькую помощь, она нигде и никак этого не добилась. Как болела бедняга, так она и на сегодня болеет.

    150. Разве в жизни в природе только одна такая Мария? Их не пересчитать. Если покопаться в природе, таких Марий очень много лежат, и ждут такого случайного момента. Говорит Мария. Мой родной брат ехал из города Жданова, а в поезде ехал человек. Зимнее время, в трусах выходил на каждой остановке, прохаживался босой по снегу. Живой факт перед всеми людьми, человек не простуживается и не болеет. Когда заходит в вагон, не молчит, всем людям про свое дело рассказывает. Очень интересно он рассказывает за нашего больного на земле человека. Не перестает все человеку здоровому в природе говорить, чтобы человек понял, и стал Учителя просить, чтобы он его научил этому.

    151. Мария говорит всем за Учителя. Приехал домой брат, ко мне по дороге зашел, уже мне говорит: знаешь что, Маруся. Я его как брата в этом деле любила, старалась выслушать. Я нашел тебе врача, небывалого человека, кто родился в природе для этого дела. Он сам говорит всем людям, никого не боится. Я, говорит Учитель, любого врага от человека прогоню, то есть болезнь человека любую изгоню. Я его спросила: где же ты этого человека нашел? А брат говорит: он сам в вагон пришел в одних трусиках. Видно, не мерзнет.

    152. А как только зашел, увидел нас, таких людей, сидевших на своих местах, как господ. Мы его так встретили. У нас спрашивает, как мы живем. Мы не сказали ему, что мы плохо живем. Как это по его слову получается. Мы стоим или сидим на своем месте, не ждем к себе плохого и холодного. У всех хорошее и теплое, мы все хотим получить. А по его выходу, мы идем к плохому и холодному. Мы по всему нашему это дело делаем не на пользу, а на вред, как и я, Мария. Разве я хотела или думала об этом нездоровье, с которым я повстречалась. Разве я думала или хотела такой быть, как меня заставила природа свернуться в кучу. Кто поможет. Так, должно быть, я умру такой кочерыжкой.       

    153. А брат говорит про небывалого человека. Я ему поверила. Он взял адрес точный, где живет наш Учитель. Мы же записали. Я сама еле-еле по-украински. Прошу и прошу со слезами. Не знала, как его зовут. Милый человек, я его назвала, дай мне здоровье. На первое письмо Учитель не отозвался, я пишу вторично. На второе мое письмо Учитель откликнулся. Прислал мне свои слова, я с ними недолго разбиралась, быстро поняла его обещание. Дал свое слово приехать, и по его просьбе чтобы другие были больные, и их он примет как больных людей. Я все свои силы положила это сделать. Чего-чего, а этого между нами, людьми, хватает, больных людей.

    154. Я, говорит Учитель, не для того родился, чтобы не помогать. Я должен обиженному, больному помочь, и сделать то, что каждый человек хочет у себя иметь. Учитель не видел меня, а уже говорит, что ты будешь здоровая. А что может быть лучше от этого дела. А здоровье – это все есть для человека. А Учитель когда получил мое письмо, с которым не боялся ни к одному человеку себя оправдывать в своей дороге. Кто писал? Да больной человек, 20 лет лежащий в койке, обратился к Иванову, к Учителю за помощью, как к закаленному человеку. Кто сам перед людьми выступил в поезде в вагоне. Всех уверял, что только он это сделает. Он эту штуку в жизнь введет.       

    155. У меня способности одни природой одаренные. И к тому меня просят, умоляют. Кто? Да люди те, кому я был нужен. Я от этого никогда не отказывался и не откажусь. Ибо я в этом деле если бы не был сведущее лицо, если бы я не был в этом деле силен, я бы за это дело не брался. Я бы не ехал с такой уверенностью, с которой хотелось своим перед людьми на земле похвалиться. Я ехал, я не боялся никого, всем об этом деле рассказывал. Люди меня такого человека без всякого транспортом везли. Я ехал не по своим надобностям. Я ехал ради наших больных, забытых всеми, кто знал меня как помощника и крепко просил.

    156. Кто с ученых этому делу теперь возразит, если это есть между природой и людьми правда. С ней Иванов подходил к автобусу, следовал  от Сулина до Ростова. Требовалось взять билет, я его не брал, я делал все для народа. Не боялся, что люди тебе откажут. Ехал не так одетый, как ездят другие люди всякого рода в командировки. Сами собой хвалятся. Чуть не говорят, что он заслуженный, за государственные деньги сам себя сохраняет. Ему для сна принадлежит постель и проезд денежный. А я если ехал куда-либо, с собой никогда не беру мешок. И не везу с собой, как другие возят в чемодане, даже и выпивку. Если я еду в дело правильно, то мне и Сулинский автобус не откажет, и Киевский поезд 17-18 не откажет, который едет от Адлера.

    157. Дело государственное, а я не хоронился за зайца, и не делался зайцем. Всегда с народом, где бы я ни ехал, и как бы я не ехал, всегда на арене стою перед людьми и рассказываю. Про что? Да про то, что я в людях своим трудом сделал. Я не молчу про это дело, всем рассказываю. Если хочешь быть таким человеком, как меня научила природа по этой дороге ходить. И не морочить людям своим поступком своего дела, что я умею это. Хвалюсь, это мое все для людей. Смотрят со стороны. Я дюже бедный человек, не имеющий в этом деле одежки. Как будто у меня ничего нет. У меня полный музей лежит в шкафу, в комоде.

    158. И костюмы, и пальто, и туфли, и рубашки, и туфли. А кушать все есть. Только я это все берегу, как око свое. Но не считаю, что это есть спасение. Если ты в этом деле богатый, я по этой части считаюсь человеком бедным, но зато я богат здоровьем. Люблю природу не так, как все люди. Я не жалею сам себя, никогда не сяду в вагоне или автобусе, и не буду вам сидеть, как другие дремлют. У меня есть язык слова сосредоточенные, наученные. Учат людей хорошему, тому хорошему, что надо. Я умею. А раз я умею в природе жить, значит, я умею и творить между людьми в природе дела. Не такие, как их делают у себя люди не полезные, а вредные. Через эти дела человек гибнет.

    159. Я за это дело, что меня природа научила сама делать. Это помогать людям, но не мешать, как мешают все своим вооружением. Он надеется на свою технику, что она дюже такая. За что ни берется делать, то она и делает. В ней сидит, сидя в мягком стуле. Водитель по этому пути не раз проезжает. Но это есть машина, которая по земле быстро на колесах бегает, по воде плывет за счет винта, и в воздухе летает за счет крыльев. Все это сделал себе человек, но не туз бубновый выиграл деньги. И не построил того, что живой и независимый человек над собой сделал. Перестал верить этому всему, стал верить своим добрым силам, уму своему, пробуждению нервной центральной части мозга. Дело человека было одно – научиться надо, как просить меня своей просьбой.

    160. Вот как Мария это сделала. Сама написала письмо, просила в письме, а сама не спит, ждет моего приезда. Я об этом деле по дороге свой договор между собой и Марией рассказываю. В жизни своей я в этом хуторе на этом месте не был. Все это наделала природа. Если бы я таким не был, брат Марии не брал у меня адрес. Я его всем раздавал, но другие считали, это чепуха. Когда я делал в природе то, что сейчас делают все люди свое нехорошее, меня никто из людей не знал. Эти люди живые, они  рассказывают про то, что они от меня получили хорошего. Разве меня видела Мария, ей сказали. А разве я ее видел? Это она мне написала письмо, попросила меня. И вот я еду от самого Ростова.

    161. Через Таганрог и Курганную на Иловайскую и Ясиноватую, все это я проезжал. И проехал Проскурино, а тут уже станция Чаплинская. До станции 6 километров, надо было идти пешком. А меня с Марией Матвеевной подхватила автомашина, и в хутор Шевченко привезла. Где мы повстречались, как родные стали. Я ей здоровье, а она мне нездоровье. Уже здесь туз бубновый в этом деле не играет роли, никакая карта. За деньги не продается здоровье, и никем оно не покупается. А вот легко Ивановым, живым человеком дается. Через дело Марии узнала Кировоградская область, район Бобренец, узнала милиция, особенно начальник. Я ему как администратору в этом деле крепко помешал.

    162. Он свой орган заставил меня убить. Если бы Мария не болела так, как ее все окружающие люди знали как калеку. Она своей болезнью 20 лет мучилась до тех пор, пока мы не встретились. И друг друга полюбили жизнью. Она мне не пожалела отдать свою болезнь и свое желание телом. А я не пожалел ей свое здоровье передать, на что весь Васильковский район закричал, и крепко прогремел на это дело. Приехала районная милиция, и приехал сам заведующий здравотдела района. Они видели мою работу с человеком больным. Милиции надо было согласиться с мнением Марии. Ей было все равно умирать. Но она не захотела так мучиться, как на нее набросилась природа. Одно время стонала, другое время она стала быть такой женщиной, как она и была в своей жизни.

   163. За Марией пришли многие другие, особенно узнали с Бобренца. А люди, у них явилось доверие видеть у себя в своей местности зимой по морозу Учителя, кто не приехал сюда чего зря делать. А приехал к людям больным. Таким людям, кому туз бубновый не был нужен. А люди интересовались видеть Учителя такого, как его родила Мария. Своим здоровьем она зажгла эту спичку, от которой много спичек зажглось. Так и люди все, они своего времени дождались. На 14 мая 1964 года  в Кировограде на улице Брежневой, 34 собралось  триста человек.

    164. Зачем они сюда собрались? Их заставила всех природа. Это было начало конца. Мы не видели. Так вот начали со Знаменки делать. Приехал к Учителю из Кировограда начальник областной милиции и областной прокурор. Вместе приехал начальник милиции Бобренецка, тот человек, который знал хорошо за болезнь Иванова. Но не хотел простить  через то, что была просьба поставлена перед всеми, чтобы ученые опознали Учителя с точки зрения теории. В природе много для этого дорог. Особенно меня повела первая коротенькая дорога со специального приемника в КПЗ, где на меня написали протокол с санкцией прокурора. Я из КПЗ на автомашине был довезен на станцию Знаменка к вагону заключенных.

    165. Меня, как заключенного, повели в изолятор Кировоградский с такими силами, чтобы в больницу одесскую экспертизу доставить через Одесскую тюрьму. Все это сделало время, и вагон заключенных да волчок до самого 14 отделения. Это психиатрические условия. В Слободке была экспертиза, она меня с тюрьмы Одесской обстриженным встретила. А заведующая отделением Алла Павловна 35 дней у себя продержала, умной себя в законе представила. Хотела сделать из больного человека здорового. Что для этого времени стоит человек живой. Больше верят и надеются на туза бубнового. Все люди ждут время, одно кончают, другое начинают.

    166. Как и зависимая сторона на человеке делается им для того, чтобы умереть. Но Учителя сама защищала природа. Он никуда не боялся ехать, он считал себя в этом деле выигрышным человеком. Его напрасно держат в этих условиях. Он своей вежливой быстротой показывал свое умение от самого Черного моря, через Кировоград и через Харьков в Москву, в Бутырскую тюрьму. Все люди проходят через нее, у нее дорога одна – прямо в институт к Натале Николаевне. У нее отделение. Мое тело привезли. Я со своим делом не отказался, и не стал говорить, что у меня нет тех сил, которые были перед Марией в хуторе Шевченково. Учитель был там Учитель, и есть Учитель в институте имени Сербского.

    167. Я из воли получал и получаю от людей письма с благодарностью. Вся история за это написана, через Марию меня знает институт, знает хорошо Казанская спецбольница, психиатрия, весь персонал. 1965года, 1966 года по 200 телеграмм в год от людей я получал, для своего здоровья благодарности. Это все наделала на людях болезнь человека, что заставило по природе искать свой выход. Всякого рода поиски за хорошим, за теплым. Мне как умелому и понятному человеку в этом деле. Причем тут ожидаемое время. Долго оно ждалось, и много лет жилось людям в этом деле. И все же на наше такое мучительное дело, в котором хоть немножко от природы получили легкого. Мария разрисовывает картину за это дело. 20 лет кололо колючкой тело.  

    168. А в природе один человек живет хорошо, а другой живет плохо. И так смириться никто не смиряется. А как жили в природе люди бедно неимущие. Одно все думал да гадал человек в этом – туза бубнового дело. Человек, может быть, и не садился за эти карты в деньги играть, если бы он знал эту картежную в азарте жизнь, которая заставила человека в этом деле жить не плохо, а хорошо. Мы с вами живем на своем месте, и индивидуально ежедневно думаем. И вот хоть редко, но в жизни приходится встретиться с прекрасно развитой климатической погодой. Мы, говорят, по этой части коллеги. Одни хлеборобы крестьяне за счет грунта земли, каждый себя таил в своем хозяйстве. Без работников не обходились. Правду друг другу не говорили, когда мы любительски садились за стол.    

    169. Я ли был счастливец в этом кипучем времени. Мы не садились проигрывать в карты, все игроки садятся счастьем воспользоваться, а без выигрыша не оставаться. Туз бубновый заставит ударить по всему банку. На то ты считаешься в сельском хозяйстве хозяин. Ты не бросишь землю пустое место. Чтобы на ней было твое дело, подготовишься с силами к этому дню. Он пришел так же, как приходит туз бубновый игроку, кто без всякого труда проигрывает. Поэтому так и делается человеком ученым. Он за собой, за таким теоретическим человеком, хочет заставить другого человека, чтобы он больше его в этом деле добился знания. И окружил себя для того, чтобы в природе сделал в жизни то, чего никогда не было.

    170. К этому ученый человек себя заставил неученого в карты за стол сесть. И с такими мудрецами, которые сели, ему показать свою практическую в шулерстве игру, чтобы ты не садился больше, а распростился в этом деле на веки веков. Азартный так играет, если он хороший игрок, он не верит ничьему, как ждет к себе туза бубнового. А туз бубновый это не все, надо еще счастье заиметь такое, чтобы на туза бубнового пришла какая-либо десятка. Вот тогда можно порадоваться, и заявить о себе над всеми победителем. Через свое такое счастье, с которым приходилось взяться все в жизни делать, без выигрыша не вставать. В природе счастье – это человек со своим здоровьем. Он умеет жить не так, как все думают, гадают хорошо и тепло все время прожить. Он никогда не думал с тузом бубновым проигрывать.                       

    171. А на веку, как на ниве. Делается и думается такое учение, как я научился знать. Нет на свете такого ученого, чтобы он себя заставил жить не однобоко. Как живем мы все. Не хотим с кругозором понимать, что в природе ничем иным не завоевывается, как только своим телом добиваешься правды. Правда помогает в жизни человеку. А с правдой жить человеку тяжело. Туза бубнового ты от хозяина банка получил. Хозяин банка, он не для того ставит на кон эту сумму, чтобы решить его. У него в голове, как в ученого человека все силы направлены разузнать эту тайну, которая требовалась знать точно, что будет завтра. Ни один ученый не напишет такую статью, которая бы заставила человека смириться с природой, и не стать с ней как с матерью воевать. 

    172. Снег лежит на земле, холодно, под ногами тепла нет. А у нас машина работает, мотор крутится. А время идет, не стоит на месте. Сегодня я, а завтра ты. Мы бессильные люди, можем умереть моментально. Не делаем того, что надо человеку. Заставляем его, он делает дело, в нем ошибается, горит на веки веков. Нам в этом деле никто не помогает. Я это дело не делаю. И не хочу, чтобы руки в брюки. Кабы кто-то делал, а я нет. У меня для этого дело, чтобы за землей ухаживать, сеять зернышка. Заставлять дни, чтобы они прибавляли то, чего мы ждем – урожай. Я на это не согласен, природу под свое умение подчинить, чтобы она мне как человеку давала то, что не нужно. И давала без конца и края.

    173. Я такую мысль от себя гоню подальше, чтобы я такого не делал, и ничего я не получал в жизни своей. У меня такое же тело, как у всех. Если оно в природе зависимое, оно живет нелегально за счет того, что в природе нашел и им воспользовался. В природе хватит, есть, чего брать. Она на это есть природа. Что захочет, то она сделает. Как будто плохого в жизни не делал, людям помогал больным, забытым всеми. За это благодарности брал. Что мне люди сделали сами? Осудили мое имя невменяемостью за то, что я хожу по снегу разутым. То есть сделался в людях в природе  не таким, как все дельцы делать то, от чего делается вредно. Не надо такого потребного человека рождать.    

    174. И не надо этому учить, чему мы все учимся. Хотим в природе найти ее тайну, а она нам не дается. Разве хочется умирать тому человеку, кому приходится в этот год в это лето умереть. Такого мы еще не завоевали, чтобы не умирать. Наши дела заставляют этого не получать. Мы не сможем жить, как думается, независимостью. Так жить, как мы живем, так лучше умереть всем, чем мы умираем поодиночке. Как мы с вами в жизни теряем сами себя. В природе есть все то, чего нам не дает жизнь. И есть то, в чем будет возможность жить, умирать мы не будем. Мы если за это общими силами возьмемся, за это дело все люди, мы обязательно добьемся от природы. Она нам откроет ворота.

    175. Раз один человек это делает, мы все это получим от природы. Но не получил в природе ни один игрок в природе, на туза бубнового помощь в жизни через карты не получил. А вся история, пройденная на человеке зависимом, на том человеке, кто свою частную собственность в природе за счет техники развил. И со своими прислужниками военными поставил на земле режимное господствующее государство. За счет туза бубнового вошел в историю как небывалый человек со своими всеми картами, которые не делали человеку счастье. Все же в природной игре для того, чтобы своего близкого товарища по жизни обыгрывать, сам делался в этом деле большим предпринимателем, рос вверх своим хозяйством.

    176. Он стихийно заставил сам себя над другими людьми. Петр Никитич, он своей неграмотностью просчитался перед пришедшими людьми во власти хозяйства. Они эту игру, это счастье туза бубнового со всеми остальными картами за счастье не признали. И за его честный труд, в котором эти люди очутились. И им пришлось признать свою дорогу не такую, которую нашла история одного нашего человека, кто не стал верить такой игре. Такому делу, как он с начала всей истории начинал делать для себя хорошее и теплое. Я прослышал не такую игру. Надо было не ожидать время пришедшего туза бубнового, и надеяться на него набрать выигрышную карту, чтобы остаться довольным перед всеми.

   177. По банку ударить, и забрать банк в свои руки. Это не жизнь была человека, если он в этом деле закончил болеть об этом деле, об этой игре. Она его не удовлетворила. Как подсказали люди, надо было туза бубнового проглотить, то есть чтобы он был у тебя во внутри практически. И его не ждать, как ждут практически, чтобы он пришел к человеку. Так лучше его иметь внутри не для того, чтобы с ним обыгрывать своего друга по жизни. Туз бубновый проглочен для того, чтобы впоследствии (своего азартного как соперника через свою сознательную) в какой-либо игре в карты надо не думать о выигрыше. А всегда надо деньги проигрывать. А здоровье такое, как его заимел независимый человек.

    178. Он через это все, сделанное им, в природе занял дорогу Бога. Разве можно было помогать Марии. Она родила, за свою болезнь указала всем людям Бога. Маруся не туз бубновый. Она была когда-то человек, да еще какая колхозница. Доярка, на всю свою ферму певица да танцовщица. Тоже такая рекордсменка, бежала вперед. Она не думала встречаться со своим причитающимся днем. Он ее встретил, и в коечку свою положил. Приказал своими прогрессирующими силами, чтобы Мария не поднималась, лежала, стонала. А мы, все люди, на это дело смотрели да ждали своей такой очереди, которую каждый человек у себя имеет. Но не хочет признать за живой факт, что он завтра так же само заболеет.

    179. Может быть, от этого хуже. Мария своего дня дождалась. Ей Бог. Никто, кроме него, такого права на себя не возьмет, чтобы таким калекам пришлось помогать. Это дело, что делает наш Иванов, не всякий человек сделает. Для него нет природной зависимости. Нет того дня, который пришлось посмотреть, и с ним встретиться, как встретилась Мария. Ее природа свернула в бараний рог, она сделалась не человек в природе, кочерыжка. Если бы не независимая дорога, с которой Марии пришлось случайно повстречаться через своего родного брата. Он увидел по дороге человека, идущего не так, как мы все до одного ходим. И хотим своей жизнью хвалиться, что нам хорошо и тепло.

    180. Через это все что мы имеем у себя. Мы, все люди, бедные в этом деле, зависимые люди, завтра заболеем. Мы сил таких не нашли в природе, чтобы не болеть. Но нас природа не жалеет со своим нехорошим, с плохим да холодным. Она это сильная на всех сделать, ибо человек зависимой стороны, он с природой бессилен бороться, и ей доказывать своим организмом. Человек не хотел бы, но природа сама это взяла на себя, да стегнула. За что? Да не за хорошую штуку. Что-то Мария плохое сделала. Это хорошо, что она перед природой заслужила. Взяла на это природа Бога родила. А у Бога силы только этим доказать людям, куда они прут со своим украшением, со своим таким телом. Они воины, борцы с природой.

    181. Крепко-крепко друг на дружку чем зря в глаза бросать. Человек – в природу, а природа – в человека. Человек индивидуалист, одно органическое живое тело, само защищенное чем-то мертвым, сделанным руками. Одетый, накормленный, и в доме живет, как король. Не подходи, не подъезжай, это все мое, а не чье-то чужое. В природе пока своему добру хозяин человек. А у человека, да еще зависимого в природе, нет того, что имеет сам независимый человек, это Иванов. Он бог своему делу. Ему природа доверилась это делать. Он не зря свою мысль пускает в воду, с нею хочет встретиться так, как никогда. Человек не пробовал оставаться в воде при любой развитой атмосфере. Иванов должен в воде погружаться до того времени, его должна держать вода.

    182. В воздухе  в атмосфере, это самое главное, колебания больших градусов. Особенное естественное изменение с низкой в высокую, с высокой в низкую температуру человек завоевал, сделал для этого дела свой шаг. Его природа силами своими вознаградила. Но враг пока коварный, не отступает, нападает, как вот сейчас какой-то грибок серьезно крепкий, с чем приходится считаться. Надо с ним воевать по-своему по природному. Не по искусственному делу, а по естественному делу. Надо природу просить, чтобы она на твое все откликнулась, и стала помогать человеку, как нужно избавиться от такого грибка. А он есть, и серьезное заболевание, с чем приходится воевать, как с врагом.

    183. Я прошу природу, и мну руками твердость. Мое дело – терпеть больно, но зато враг сдается, силы отступают. Надо было делать другому человеку. Но не мне, такому человеку, как я был, своему врагу сила воли терпеть больно, но зато чувствительно враг уходит с тела. Этого ни один человек не пытался сделать у себя, ибо самому это больно, и крепко больно. А как вы думаете, все наши сами защищенные, в зависимости люди. Они все так думают и считают: как закаленному человеку в этом деле не холодно. Тысяча иголок колет в тело, это такая холодная в морозе струя. С ног до самой головы так очень холодно. Надо бы одеться, да так стоять, как стоит со мной рядышком санитар.

    184. Он в полушубке, ему не холодно. А я терплю. Сказано казаку: терпи казак – будешь атаманом. Так и мне, независимому человеку, говорится природой: терпи в природе – будешь Богом. Но тогда уже не просите. Я вас сейчас прошу, умоляю мою идею поддержать. Разве нам, таким людям, как мы есть в природе. Хотим, чтобы на нас была одежда короля или царя. Но ее нет лишь потому, что ее люди не хотят. Да и нельзя по времени созданному возвращаться назад. Были цари и были короли. Сейчас президенты, министры, секретари генеральные. Ученые люди знают однобоко, и боятся крепко, чтобы не заболеть и не простудиться в природе.                                

    185. Что человека любого чина очень крепко мучит до тех пор, пока человек сдастся. У одного Бога не теряются свои силы, а сохраняются умело природой. Бог – это не туз бубновый, кто рождает у себя счастье. А Бог есть человек, только независимый в природе. Не то он мыслит, чего мыслят все люди. У них такое дело. Как из сети вода уходит, так и люди с жизни бегут. Жить не научились, и не хотят так жить, как учит нас всех Бог: не одеваться и не окружаться, и не быть в жилом доме. Как это все делалось, делается, и будет делаться человеком. Он не хочет, чтобы не знать, лезет в гору за тайной, ему надо она.

    186. Он давно хочет сделаться в природе Богом, но у него ноги плохие, хилые, чтобы в жизни на них быстро бегать. А сердце непригодное биться. Как чуть что такое, уже приступ. В природе делается человеком большой недостаток в жизни. Человеку надо искать средства по природе для того, чтобы у себя заиметь силы воли, и прогнать от себя такое заболевание, которое напало в природе. Мы, все люди, не такие в жизни поделались, как сделался наш человек Иванов Богом. Он учит нас всех: становись сбоку таким же самым, как делается всегда в природе Иванов. Он никого не просит, никого не заставляет, чтобы ничего не делать, а Богово место занимать. Бог не делается простым человеком, кто не хочет идти по дороге Бога.

    187. У Бога дорога колючая, холодная, морозная, снежная. По ней не приходится королю, царю ступать. Самый низкий, но вежливый человек, кто не борется и не воюет с природой. А любит природу и хорошую, и теплую, также любит плохую и холодную. Не живет по зависимому, уходит от нее. С людьми поделился. Взял на себя не то, что люди имели, имеют, и будут у себя иметь защиту самого себя.

    И так мы с вами азартные со своей игрой с тузом бубновым не удовлетворились. Как мы жили в природе со своим большим недостатком, так мы и остались все зависимые от игры. Где мы только на своем месте ни начинали играть в свою вовлекающую игру, нас с вами всех таких азартных природа поодиночке встречала и провожала со своими силами.

    188. Нам не давала жить, и не учила нас с вами, как будет надо, чтобы мы с вами не жили однобоко. И не пользовались правами так не любить природу, как мы с вами глазами видим: далеко расположенная местность, вся под белой скатертью лежит. Мы это все не воспринимаем, уходим, боимся, как бы не обжечься, и не получить в этом деле для себя плохое с холодным. Мы всю свою любовь, всю свою возможность направляем к хорошему и теплому, но никогда мы этого хорошего, теплого не получали. Нас заставило условие со своими телами свернуться. Мы перестали жить, нас забрала к себе природа, и положила рядышком на свое место в могиле.

    189. Теперь мы лежим в прахе. Нас с вами ждет. За нас, таких игроков в жизни своей, туз бубновый не вспомнит. Что мы были в природе такие, кому было дадено право с природой воевать или бороться для того, чтобы у нее для себя отобрать и им воспользоваться как каким-то источником. Мы за это время жизни на земле очень много нашли такого. И заставили сами себя в этом деле заинтересованно жить. Чего хотели, мы с вами не получили. Нас условие по пути встретило, и наши силы, которые мы у себя имели. Нам не хотелось плохо и холодно жить. Мы все это изволили. Нашему русскому человеку выпала чара, чтобы получить в природе такие силы, которых ни один человек не имел.

    190. Ему приходилось жить за счет природы, быть в ней зависимым человеком. Таким азартным, как все люди прожили да боролись. Я, Иванов, не стал дорогой человека идти, а пошел по дороге той, по которой ни один человек не пытался ходить. Я шел, и по ней со своим здоровьем наткнулся, и стал этим делом заниматься. Меня заставило условие. Я стал своим здоровым телом не бояться природы. Не стал я вооружаться против ее шедших дней. Для меня любой день приходил на землю не для того, чтобы я в нем чего-либо такого в жизни сделал. У меня ум не в ту сторону повел. Он мне показал дорогу по природе одну для всех, без всякого дела обходиться.                                                 

    191. Я не думал за то время, которое ждал, и в нем мне придется одеваться в хорошую и теплую одежду. Это перестал делать. И не стал я думать за нашу хорошую, вкусную пищу, которая требовалась нашему земному человеку. В день три раза он ел, да еще прибавлял праздник. И в хорошем своем вечном месте построил дом, без него не обходился ни одной ночки. День для себя все делал то, что требовалось в жизни. Одно начинал, другое кончал. А чтобы это сделать, и больше его не делать, этого ни одному человеку не пришлось у себя получить. Иванов на себя взял эту инициативу, и стал от любого такого дела уходить. Ему помогли ученые  сделать в процессе сумасшедшим человеком, не таким, как мы все родились.

    192. А в процессе пожили умными людьми, потом сделались такими незнающими людьми, как и родились неумными. Через наше все мы делали. Мы совсем не по той дороге пошли, и делали совсем не то, чего надо было в жизни, чтобы по следам человека идти. Мы пошли по той дороге, которая нам сделала конец в жизни. Мы-то жили, когда здоровые были. А когда потеряли свое здоровье, мы поодиночке оставили эту жизнь, которая с нами вместе побыла, и на веки веков она отпала через наше сделанное нехорошее. Мы человеку не помогали, а мешали своим поступком. Своей волей не хотели обращать на самого больного, забытого всеми людьми человека.

    193. Не учились ему помогать. Он у нас был, есть сейчас. Мы от него уходим, а нас природа за это все встречает, и своими силами по телам стегает. Мы с вами делаемся такими же самими больными бессильными людьми. Нас люди сами поодиночке закапывают. Говорят: какой он был человек хороший. Дай бог ему там нас с вами дождаться. Мы по той дороге все идем. А вот Иванов не пошел. Не стал одеваться, не стал кушать, и домом нуждаться. Ему надо другое, вечно живущее в природе: воздух, вода и земля. По земле ползать, а в воде барахтаться, в воздухе без конца и края жить. Это дорога Бога, не умирающая нигде никак.          

 

1967 года 24 марта

Иванов

 

Набор – Ош. 2012.06. С копии оригинала. (1206)

 

    6703.24   Тематический указатель

Сердце  9

Оздоровление  22

Прием  28

Хорошее, плохое  44

«Ты Христос»  45

Учитель история  45-54

Алмаз  55

Учителя качества  56

За что называют Христом  62

Холодное, плохое  73, 135

Природу не заставлять  73

5 советов, прием   77-79

Учитель про здоровье   80-95

Рак  95, 183

Иванов Бог  105-107, 184-187

Пребывание в воде  115,116, 181

История: Кировоград, Одесса  165

Учитель русский человек  189

Дорога Бога  193

   

                  

                                                         Иванов П. К.

Время шло, проталкивалось

 

1967.03.25.

Иванов

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

    1. Время шло, проталкивалось, спешило захватить место свое. Какое хорошее, красивое, душистое, его мы не пожалели. Поставили Вавилонскую башню, она рухнула. Так и сейчас наш прогресс, созданный учеными, не удержится. Не крепкий фундамент поставили на земле. Кругом окружает неживое, к этой жизни непригодное, в природе для человека зависимое. Надо будет влево идти, а вправо не захотели. Левая сторона ведет к смерти, а правая сторона к жизни ведет. Это живые перед человеком факты. Все хотят хорошее и теплое, но плохого, холодного не хотят.

    Зависимая сторона левая, а правая сторона независимая. Левой стороной идут все люди, а правой стороной иду я один. Левая – людская, а правая Богова. Алмаз сказал: «Сам Косыгин не разрешит это дело». 1967 года 25 марта добился основного в болезни рака. «Сливы» рвал, а они вверх входили, конь показался. Такие мы люди есть на белом свете. Повстречалась с нами никогда недуманная болезнь. Как крепко хотелось не болеть в природе. Наше незнание – мучительная вещь. Враг не спит, пролазит. Никогда недуманная  жизнь в природе. Повстречались мы с пуховкой, но вредной. Смотри, приходи. Прозеваешь – не вернешь, не будет сил. Окружит, начнет прибавлять. Не умеешь – откажись, лучше будет. Силен он, везде, везде растет. В этом деле нет никакого лечения. Время упустили, враг развился безудержно. Надо делать все осторожно руками естественно, а умом владеть, глазами стрелять – будет правда. Сдастся, не пойдет, в пуховку сделается, водой пройдет. Места никакого он не сделает. Нет возврата.

    2. Легко сделается через силы руки, через человека независимого и сильного ввели. Это буду я лично, Иванов. 1967 г. 27 марта. Иванов.

    15 дней назад мне пришлось взяться за моего близкого напавшего самого злейшего врага. Он на меня напал, и мое тело окружил вероломно, не дал знать. Я уже случайно напал на правой ноге под большим пальцем на лапе, где ему была возможность свои начальные силы заложить. Рак форму свою показал, и дал своим внешним видом чувствительно знать всему органическому телу. Я это место обнаружил, хорошо признал, это был он. Мое испытание. Я сейчас стал изучать его исторические силы, которые приходилось на себе испытывать, как он делается временным хозяином. Делал то, что было ему возможно. Тело человека в природе есть красота. Цветок, на него садилась пылинка, она цветку стала делать свое бессилие, цветок делался вялым. Так и это все, про что рассказал. Он зря сюда не приходил, ему тут было нечего, только надо этим поступком помешать.

    3. Я хорошо знаю про это, берусь помочь умело, чтобы от этого не получилось плохо, как делалось перед всеми людьми. Это болезнь такая серьезная, она не сможет успокоиться. Надо будет с нею заниматься, и делать то, что надо для отпора. А чем это дается? Тем, что надо зародиться заслуженным в природе, и научиться в природе с врагом воевать, и делать то, что будет надо. Я, может быть, этому всему делу не поверил в своей такой жизни, которая со мною встречается. Я ее без всяких людей не доделываю. Это заболевание, оно от меня так даром, ни от какого человека не отходит. Я им заболел не напрасно. У меня ученые люди смотрели, они только с моими золотыми руками не были согласны, что мои руки могут делать в жизни небывалые чудеса. Я связан с психиатрией, она меня в этом деле держит. У меня этот грибок, то есть я его называю рак, своего тела враг.

    4. Никто не знает, как ему приходится живые силы человека в мышцах в кучу твердого состояния грести. Тело не делается пуховкой. Как оно действительно есть живое тело, он у себя не имеет никакого обострения. А когда эта неприятность распространяется по живому телу, большая для здорового тела слышимость. В здоровом теле грибок. И под вопросом заставил остаться хирурга Казанской психиатрической специальной больницы, кто не получил от пациента никакого согласия, чтобы делать какую-либо медицинскую помощь. В моем деле записаны даже мартовские дни. Это было 1967 года 12 марта. Я обнаружил этого небывалого в природе, пришедшего для испытания, рака. Он, я по чувству его деятельности с внутри и с внешности, его белые губы черно-синие, место опухшее. Оно не так это заводилось. Как мы с вами не знали, что делать. У нас на это есть врачи. У них для этого есть два варианта на такую неразвитую систему. Как сказал врач Мурат Муфедович. Он плохого не советовал, кроме одного пожелания. Вещь техническая, неплохая она есть. Но это не живое, а искусственное для моего тела.

    5. А хирургическая сторона, она не с дурных дел, для человека введено нож. Я им, как ученым, сказал. Мне ваше, что вы знаете, не надо. У меня для этого есть свое найденное природное, естественное мое. Оставляю их в покое. Сам начинаю делать, подходить к этому месту. А оно не в хорошую сторону на себя навязалось. Какая бы ни была перед тобою, а человека болезнь, она на мне прогрессирующая стояла. Никакой боли она не давала до тех пор, пока я не начал с ним заниматься. У него были свои силы поднимать себя на это дело. А у меня свои для этого дела. Не одни руки в природе себя заставляли с таким телом встречаться. Я к нему, как к какому-либо господину идет человек чего-либо просить. Господину эта картина не радостная. Он не хочет, чтобы свое имеющее кому-то раздавал. Так и этой болезни приходилось от приятного нажима массажа чувствовать, мои руки его пробудили силы. Рак стал в мышцах живым, поднял свои уши, сосредоточился. Боль оказалась не малая, а большая. Враг не спит, продолжает жить.                    

    6. Он почувствовал не то, чего ожидал. У него было укорениться, больше свои силы распустить. Я рано за него взялся, стал ему голову сбивать. А он обострился, стал силы показывать естественные. Я их через его головку, не боялся никакой боли, которая делалась им в теле. Он в жизни такой, как морской осьминог. Так и рак свои чувства, свою возможность, силу свою. Стал в кучу тело грести. А я руками не давал ему возможностей распространяться, браться сильнее. Как происходила в моем теле между руками и умом, да с врагом деятельность. Если бы я не знал про его в этом деле работу, я бы не писал. Это предо мною не последнее. Враг не спит, хочет свое я на мне показать. Я для чего закаляюсь, я для чего пишу? Это мое оружие, это делать. Если бы моя болезнь была на ком-либо другом, и он мне пожаловался, и попросил меня, я бы весь разбился, а то, что надо, сделал. Природа моя, она мне помогает. Весь день прозанимался 13 марта, да продумал своей мыслью в цель этого места, где рак определился. Я на него смотрю, как на неприятность какую-либо в своем теле.

    7. Я не бросаю одной минуты, чтобы забыть про него. Как в форме писания описать про каждый в отдельности день, час и минуту. Хотелось, чтобы этот враг сдался. А он свои крылья больше, и крепче становится в своем деле. Прогрессировать нечего с первых дней. Вначале как это получалось? Я свои силы пустил в ход на это дело, близко я стал своими руками, то есть пальцами. Но массажировать не весьма удобно. Я не растерялся пригласить к себе на помощь этому делу одного некурящего в природе человека. Кто может недостаток, а его как навязывающегося. 14 марта тоже массажировал до боли. Не помогало, а все делалось для того, чтобы этому врагу дать отпор. 15 марта я и Яшка вместе в другой палатке, на койке Яшки все это делалось на глазах всех людей. Кто об этом деле? Никто не смог, а это проходило как будто по прядку. Все это делалось мною, никто не возражал. Проходит 16 марта и 17, а боль, как и была. Крепко и болезненно чувствовалась в теле. Но улучшения до 20 марта не было. Враг живой и энергичный отступать и наступать на своем месте.

    8. Это мое дело не помогало. Я был бессильный сделать, чтобы успокоиться. Этого рак не делал. А своего того, что делалось им, тело пугалось. И не делало то, что надо. Мы видим со стороны и самих больных людей, и также крутился лицо персонала. Они не отвлекали следить за такой историей. Она мною делалась всегда. Я не забывал по несколько раз. Мы видели, но убедить болельщика никак не смогли, ибо это был такой рак. Навязался на мое такое тело, в котором приходилось терпеть, и очень крепко. Это все между моим телом в природе не на шутки одни делалось. Чуть он ни говорил моему здоровью, что я с ним опоздал. Моя бдительность мое умение заставило все делать каждый приходящий день и уходящий. Я не так это занимался, гнал с тела болезнь, а она сопротивлялась. Я был этому всему прав. И мои силы делались не такие уверенные, как это было до этого. Мне думалось, но в этом деле никак не достигалось, чтобы сказать про природу и про время то, что было предо мною тогда. Я надеялся на все свое в природе. Никто мне не помогал, кроме как приходили силы, и уходили они каждого дня. Воздух, вода и земля.

    9. На  снегу, на земле, с воздухом. Можно будет очень скоро потерять свое личное здоровье, ибо человек в этом деле не живет по природному, по тому, как сама хочет, чтобы человек жил и безболезненно оставался. Это только я такой человек зародился. Для меня не надо будет то, чего хотят в природе люди. У них такая перед ними лежит дорога, желание очень большое к жизни. Знают хорошо о ней, что природа есть такая. Могучее время, такие дни между нами проходят в природе. Она самое главное, у нее все силы, вся возможность. Она это хочет, чтобы человек сменил свое положение в жизни. Мы прожили, да промучились в таких направлениях, в таком нехорошем незнании. Мы и до сих пор, до сего времени от природы не добились такого дела, чтобы человек от природного условия ничем никогда никак не болел, жил продолжительно. Как вот я, Иванов. Сам не знаю ничего такого по части всей этой жизни, которую наметил проводить. Не так жить надо, как прожили все наши предки.

    10. Жили дедушки, жили бабушки, дяди с тетями, жили отцы с матерями, жили сестры с братьями. И наши дети, племянники, внуки и сыны с дочерями. Они все жили, и думали не об укорочении, а о продолжении в жизни. Им не хотелось заболевать, им хотелось здоровым, жизнерадостным в природе оставаться, как вот мне, такому человеку. Немало об этом деле знаю, и могу так сказать, что я в мире такой один не ношу одежду, без всякой мысли о пище, когда ем, не остаюсь. Всегда держусь одного зародившегося в голове. Почему это так получилось между нами всеми. Если бы мы этого не имели. А то у нас все для этого дела есть, и мы с вами научились в природе легко приобретать. Мы крепко в этом всем вооружены, имеем для этого большую и хорошую снасть. Лишь бы было время такое, как оно будет надо, в любое время мы сделаем то, что надо для нашего человека в природе. Мы теперь не ходим сосед к соседу в хату его собственническую, индивидуальную. И не снимаем перед ним свою на голове шапку. У нас есть, и мы с вами знаем, где взять, и с этого дела сделать дело, чтобы получился живой в природе факт.  

    11. А ты никуда не денешься в этом деле. Лежит перед нами правда, мы ее делаем. У нас земля для этого, у нас вода и воздух введенный. Мы имеем шахты, разного условия недра. Сырье приобретаем в земле, везем его на заводы, фабрики и т. д. и т. п. Наша в этом деле человеческая гордость на железном коне на машине сидеть. И своей мыслью мыслить не про одно то, что получил наш сосед. Чего-то не вышел на работу, его встретила стихия какая-то. Нам близкие передали: не легко, а тяжело заболел. А вот помощница у нас одна научена помогать человеку. Когда человек не болел, был здоров, ему никто ничего не подсказал, что будет надо сделать, чтобы в жизни своей не болеть, не простуживаться. Таких людей природа нам не рождала, и не учила такого человека, чтобы он об этом деле знал, и думал о себе, а потом о другом. Это только теперь рожден человек между нами всеми, один единственный человек в мире. Свою жизнь не пожалел, а пошел прямо по дороге в цель. Взялся за это дело сам, без учителей, без преподавателей. Все делал сам и умом, и руками, и ногами в воздухе, в воде, и на земле. У него это все получилось тепло и хорошо.    

    12. Не так это, чтобы не получалось. Мы за это брались и делали, все по порядку сделали. У нас получилось одно – сделаться человеком живым энергичным, полезным в природе человеком, которого в жизни никогда не было. Он не должен думать всю зиму про первый начальный день весны, в котором приходилось встречаться с той работой и с тем делом, в которое все люди попадают, и делают то, что было для жизни надо. А мы в этом завязываем узелки, хотим, чтобы этот день, это дело началось, и доделывалось в пользу всего года, чтобы впоследствии оказался большой и хороший урожай. Большинство получает, а меньшинство не получает из-за бессилия, которое играет роли в этом. Люди все за этим в погоне. У людей нет, чтобы жить и продавать. А вот приобретать, чтобы у человека было не мало, а много, это в людях делается. Они без этой прибыли мозгом не смогут мыслить, у них дальше в этом развитие прекратится. А раз мозгу не работать, то и сердцу не биться. А кровь приостановится из-за нитей действия. Человек без этого всего не живет, а умирает.

    13. Человек делается непригодный к жизни. Ему не помогает никакое искусство. Не обогревает одежда, он ничем не кормится, да и дом ему не надо. Как мы поступаем с собакой, так и мы этому подобные. Но человек есть человек. Он будто в природе что-то делал, он трудился, создавал вокруг себя, делал хоромы для спасения своего тела. Ничего не спасло и не удовлетворило. А заставило в процессе этого всего в этом всем потерять здоровье. Особенно напала эта болезнь, с которой я встретился. Человеку любому не увернуться от такого в природе хищника. Я в море не был там, где живет осьминог, который не посчитается ни с каким зависимым человеком. Он для него пахнет за условия. Я этому раку не по душе. У меня чувство кинулось к этому месту, и сейчас стал применять свои естественные миры для того, чтобы с этой формой одно время повоевать. Кто окажется перед этим делом бессильный. Человек, или эта язвочка, которую хирург называл грибок. Этот грибок заслуживает язвочки, вроде сибирского клеща.

    14. Это такая, а, может быть, и хуже со своими однодневными силами. Если бы я его не знал, какой он есть, этот рак. Мне, как делателю, в этом всем приходилось знать, как ему надо дать отпор. Не отступает, и никак не уходит от своего дела, прогрессирует, и больше ничего не знает в этом. Я уже устал пытать надежды на все сложившееся. Думаю, неужели моя пришла такая чара в этом деле себя потерять. Думаю, не сдаться этому врагу. Откуда и зачем он ко мне пробрался, сам с собою рассуждаю? А что я не человек. Как это в природе бывает? Лишь бы он сел, а укорениться ему недолго из-за незнания человека. Он не говорит, а тихо прокладывает свои энергичные силы, как осьминог. Хочет тело опутать не с внешности, а изнутри. Мышцу сворачивает в твердое, делается мясо, как склянка. А когда он укоренится, свой вес возьмет, тогда не в силах медицина, со своим поджиганием ничего не сделает. И нож этого осьминога не удалит. У него щупальце смертельное. Спасения никакого, дорога одна лежит в этом деле. Не в силах наши специалисты этого сделать.            

    15. Я эту тайну у себя опознал. И сам это все своими руками проделываю. Ему голову, самые силы пробуждаю. Не даю ему браться, дальше опускаться вниз, а поднимаю его энергию вверх и легко. Для человека ток приходит с помощью воздуха, воды да земли. А тут можно сказать про снег, да еще про морозную и крепкую сторону. Я недаром в этом закаляюсь, и провожу свою профилактику, в этом деле работа над собою, я и это делаю. А на меня рак, это последнее, чтобы я знал, что в природе не то может встретиться на дороге зависимой. Есть, кроме этого, в воздухе гроза, ток электричество. Неизменимая дорога в земле. В воде судорога тоже телу мешает. Мы в природе со своим телом бессильные это не получить, ибо наша с вами сторона ведет к гибели. Мы не умеем жить. Нас с вами природа, как каких-то молодцев, в очереди держит, и хочет нам помешать в жизни. Как задумал сделать на мне, моих силах шаг. А он задумал сделать для себя  не дурную вещь, а свою задуманную историю. 

    16. Враг не какое-либо дело, в этом всем большая неприятность, с чем мои руки стали делать. И я делал, ему голову мял, и мну до тех пор, пока от этого не получился успех, который давался реально ежедневно. За мною оставались силы. Враг сдавался. Но были такие случаи между мною в теле и природою. Я человек не тот, которому не приходилось знать. Мои силы этого делали для того, чтобы испытание осталось для меня и для других всех. В природе есть все, которое делает человеку чудеса. Мы этому не верим, не хотим поверить истине, что она есть, и пробуждает тело человека. Мы же с вами видим, какое было воспаление развито. А какая нога осталась, когда не надо было этого иметь. Вот, вот к выходу, а у тебя, как человека простого, появилась болезнь. И хотели вызвать хирурга, невропатолог лазил, ничего не сделал. А врачи растерялись, особенно Алмаз, он свое доверие потерял. Говорит: «Пусть умирает, он человек такой же, не  выделяющийся, нет у него того, что нам нужно».

    17. Мы люди все простые и обыкновенные зависимые. Нас если эта болезнь встретит, то тяжело придется оставаться в живых. Такая привязчивая штука, она ничем не упраздняется, только развивается. Его эти силы живые не портятся в теле, а больше прогрессируют, до самого конца увеличиваются. У рака силы несмолкаемые, убьет сразу человека. А вот жизни не дает никакой, только от него горишь. Он является одним господином в природе над человеческим телом. Как будто легко приходилось на это место нападать. Мы об этом не брались, и не хотели думать про этого злейшего в мире врага. Человек этого не хотел на себе иметь. Силы такие напали, а бессилие отступило.

    18. А пришлось это все видеть, как он сам себя на этом месте посадил. Никогда такого начала не приходилось смотреть своим глазом. Он тихо-тихо себя показал. Казалось, он ничего такого не даст. Не сказать, что такое. А это был, по названию, рак. Мы с вами такие люди есть, лишь бы только этим заболеть. У нас на это средств не нашлось. И нет такого человека, кто это дело хорошо знал, и понимал этого врага, как он со своими силами умело себя развивает. Никогда человеку не подумать, что это его такая глазчатая бело-румяная рожа. А он сразу такой в природе хитрый пролазит в тело человека. Маленькой пуховкой он начинает.

    19. Смотри, смотри на него. Следует обращать внимание на его такое тихое появление. Если только прозеваешь, он свою форму раскроет. Тогда придется с ним очень трудно воевать. Он сильный лезть вверх, поднимать свои крылья, у него все живое появление в теле, а мертвое создавать. Этого мы не имели, и не хотим у себя иметь. Тогда когда наше тело заимело. Вот какой есть он, не подумано ухватился за это дело, и стал прогрессировать. У него такое свойство, такое направление, лишь бы только он уцепился в это место.          

    20. Солнца как такового нет. Есть жизнь человека, она должна не быть зависимой от природы. Перегонять, догонять, не выиграешь, что и заставляет человека одно время болеть, да еще как заболеть. Человек это буду я в природе такой, кому надо быть закаленным. Нога – это мое мучительное в больнице дело, где можно будет все делать, лишь бы здоровье. Оно будет не одному только мне, а всем это будет надо. Международного значения Красный крест удовлетворение человеческой жизни.   

    Солнышко сияет тихо. А в это самое время на вот этом месте, на такой грунтовой земле родилось в природе для наших людей свое обдуманное дело. Оно нами всеми обдумалось и примерялось, как такая для машин заменяемая деталь. Ее делали руки, ум обосновал. Говорят все те наши в этом деле люди.

    21. Теперь мы в этом деле по новому, небывалому заживем. У нас эта деталь в нашей машине быстро изнашивается, а заменить ее нечем. Машина без этой вот детали не машина. Эта машина человеком управляется. Руками все делается, работает деталь, если только деталь у человека уши, глаза, руки, и сила, энергия. Вот какая делается человеком деталь на этом месте в этом цеху и в такое время. Наше солнышко сияет тихо. Мы при нем видим свою ту работу, которую приходится нам делать один раз в году. Мы для этого всего дела жизненного, мы нами начатое строим, учимся, в этом деле прививаем опытами. Говорим друг с другом, делимся, передаем друг другу свой опыт. Это временное явление. Какое оно между нами такое проходит в жизни. Мы сюда собрались для нашего такого дела вместе обсудить, как нам таким живущим людям надо. Нам ежедневно приходится в день три раза за вот этот стол садиться и уставать для того, чтобы на этом месте свою потребность удовлетворять.

    22. У нас для этого есть одно другое и третье, чем это дело начинать и кончать. Мы с вами готовимся, работаем, делаем, хороним и бережем. А хвалимся этими делами такими, как они очутились перед нами. Я, говорит человек, сегодня попробовал и отведал, какая она эта вещь сделана, то есть, сготовлена к столу на это блюдо. А мы для этого собрались, да еще в такое веселое время у нас на этом собравшемся месте. Да при таком разговоре, и таких вот песнях.                                                  

 

1967.03.25.

Иванов

 

Набор – Ош. С копии оригинала. 2013.10. (1310).

   

    6703.25   Тематический указатель 

Зависимость  1

Независимость  1,20

Рак   1,2, 14-19