Иванов П. К.

Арктика

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

 

     1. Порфирий Корнеевич, ты наш практический в природе писатель. Хочешь рассказать нам про наше вечно живущее место, про которое знает всего народа экспедиция. Она туда прибыла не на паре волов в ярме, она туда пробралась на самолетах. Там высадилась в самой глубоко названной человеком Арктике. На нее с чем зря туда не проберешься. Для этого не одни потребовались самолеты, в которых сидели люди, без ума они там не сидели. Они думали и избирали для этого дела свое намеченное место между вечно лежащими льдинами. Мы там не одним творчеством займемся, и начнем физически руками все делать, у нас это получится.

    2. Мы установим первое, это наше здесь в этих условиях прокричит голос Москвы или Ленинграда. Мы одни не будем сами жить на вот этих лежащих в темноте льдинах. А мы свяжемся с народом всей нашей земли. Мы будем со своей надеждой у каждого человека. Будем в душе за наше то, что мы с вами наметили. Это не то, что было на этом вот месте. И сейчас он жив, это белый арктический медведь. С ним вместе живут моржи и птицы. Мы их видим, стараемся руки приложить, чтобы здесь снабжаться. И приобретать наше первое, это будет сготовленное блюдо. А вы знаете, как при таком воздухе строится у нас в наших телах аппетит.

    3. Мы бы ели и ели беспрестанно. У нас есть, что поставить на стол, и чего покушать. Во время этого всего мы сможем наполнить вином стаканы, взять в свои руки. И поздравить наш трудящийся народ, от которого мы оторвались. И туда мы прибыли, где на нас лежит большая задача эту холодную атмосферу своим техническим знанием изучать, понимать. И надо в этом найти для жизни человеческой пользу. Мы для этого так призваны, чтобы в природе искать. Мы все равно найдем, нам это дастся так, как нашим отцам пришлось взяться с оружием в руках. Самодержавное царство взяли в руки.

    4. Они не одну власть восстановили. Им пришлось самим это сделать. Природа не отказалась, дала нашему человеку разум и силу взяться за восстановление промышленности и нашего сельского хозяйства. Мы его войной империализма и гражданской растаскивали на все стороны. Кто и как и где предпринимал свое в этом деле. Долго нам пришлось на свои ноги становиться, чтобы на них, как произвольных, укрепиться. Пришлось от старого не отказываться. Нам хотелось не по-старому, а по такому, как мы с вами сюда с силами, сделанными нами. Этот вот стол, за которым вся наша экспедиция, которая свидетельница этому всему. Особенно нашему человеку, кто научил сам себя за партой сделаться таким специалистом, который получил звание своего места.

    5. И за что мы, как экспедиция. Свое место каждому человеку пришлось занять, и сделать свою работу, как наш в коллективе человек. Особенно он со своим здоровьем, со своей любовью ежедневно встречается, и каждый день провожает. У недели шесть дней.  Мы или учимся, или работаем, а приходит для нас праздник воскресение, одинаково он у нас бывает. Мы встречаем его на производстве и в сельском хозяйстве. Для этого дня как хочется перед ним поклониться. И готовиться неплохо нашему брату свой стол накрыть, чтобы на тебя, такого молодца ведущего одного из всех, не сказали: что же ты делаешь? Как будто в природе сам хозяин природы, легко проходишь от востока и до запада по нашей стране.       

    6. Я душа этой политики и экономики. Хочу, чтобы деталь сделалась руками. И проведенный по грунтовой черной земле трактор не сам провел, с человеком. Он свою песню пропел, да про это продумал, как это получилось между нами такими, выросла не лошадиная естественная, сила в технике? В машине и в моторе, который не одних нас привез, и высадил на этом месте. Мы не здесь им пользуемся. Пользуется каждый водитель, он спешит по асфальтированной дороге, ему тоже хочется в одно время попасть. И дома по приезду в этот день не хуже нас соберутся. И вспомнят про нас, что мы такие люди. Нам выпало такое счастье в жизни таким коллективом сидеть, и друзьям по своему развитию это все рассказывать.

    7. Мы знаем хорошо не про одного водителя, или про нашу эту экспедицию. Мы не сможем индивидуальные силы только держать. А раз эта пайка начата, она у нас ежегодно каждый день изучается, понимается, и так она делается. Как у нас очищается, и ставится вышка геологоразведки для бурения этой арктической почвы. Мы лезем вглубь, ищем. Как наши хозяйства у себя ищут героя, наше знание, в природе тайну. Тяжело тянуть нашего человека для того, чтобы он был пригоден. Мы такие изложенные в своей природе. Это наш тракторист, делает свою работу, он с машины не слазит. А всегда с песней едет на борозде, пашет землю, или косит комбайном хлеб. Ему не сидится так, как мы в Арктике не теряем дни и недели в природе, про праздник не забыли.

    8. Как мы одно время все думаем чего-либо хорошенького сделать, для науки показательного. Мы все делаем, день и ночь серьезную погоду встречаем. А хотелось бы южную сторону. А она у нас  у Черного моря в Крыму, в Кавказе, куда сможет наш северный человек поехать, и смог полететь. И там хорошо и тепло провести свой отдых. Мы об этом знаем и думаем, что и нам по нашему такому возврату наша Арктика нас заставила находиться здесь не так, чтобы было человеку просто. Мы работаем в этих условиях, открываем эру небывалого найденного дела. У нас есть люди такие, которым не тяжело нашу сделанную историю описать, как научного характера источник. Мы в Арктике пребываем, и понимаем весь поступок в воздухе, и на льдине, которая вечно не растает.

    9. Это не в природе, где делается самой маленькой в улике пчелкой, которая считается между людьми. Человек ухаживает за ней в цивилизованным порядком. Мы сделали ей условие, соорудили, и показали весь ход в труде. Она у нас, как какая-то особенность, взяла на себя всю инициативу. Из улика она сама рано-рано при солнышке взяла и полетела. Ее дух этого окружения заставил это сделать на таком расположившемся медоносном поле. Человек бы этого в своей жизни не сделал. А она, как какая-то в этом разведчица, узнала на этом месте, что есть для ее одной семьи.

    10. Прилетела поперед всех, и подняла на ноги, рассказала, что она в этом деле нашла. Пчелка на этот счет не молчала, брала свои силы на это. И вперед за этой добычей, которую в природе сделано. А наше такое дело. Только сегодня мы, все работницы, и взялись за это дело показать, как мы умеем возделывать эти природные качества из нашей такой дружно сделанной работы. Нас нужно человеку все время ценить, и не забывать. Особенно в эту самую минуту, в которую встал ее хозяин, умылся чисто, полотенцем утерся. Как верующее лицо в Бога, моление свое произнес, и сказал в природе свои слова по части взятка в это время пчел. Он никогда не забывал про свой пришедший.

    11. У недели бывает всегда воскресение. Он так к нам даром не приходит. Особенно нас, таких пчеловодов, кто в природе так, как все, не спит. Хорошо изучил все идущие дни по природе. А они не одинаково проходят, и свой быт человеку покажут. Он ждет, и надеется на солнышко, сияющее на всех, от кого зависит все. Если оно захочет на землю прежде времени положить в молоке на каждый рост любой травы росу. Особенно это все скатывается, и всегда задерживается в любом цветке. А пчелке не приходится ни в чем таком задерживаться. Она хорошо про это знает, что ей не приходится забывать и про это. У нее между нами разницы нет такой, как мы, этакие люди, воюем с природой. Между ними нет никакой такой науки, в которой бы училась пчелка для того, чтобы этой маленькой пчелке потребовалась помощь какого-либо летающего предмета.

    12. И старалась пчелка избавиться от такого паукового дела, кто на этот счет свою имеющуюся паутину расположил на пути, и мешает быстрому полету. В этом деле уже не возвращается пчелка ни на это поле, ни в улик своего хозяина. Она себя теряет очень, но зато она готовит свой питомник для замены, быстро она в сотах созревает. Это нам не человек, у кого бывает всякого рода заболевание по любым болезням. Но что только ни делано. Особенно сейчас в порошке, которого надо с водой по горлу протолкнуть. А по таблеточному состоянию, говорят наши ученые люди в природе, что это вот самые лучшие заграничные медикаменты, от которых в жизни везде и всюду помогает.

    13. Человек не пчелка, это вот сделать, она не сможет достичь. У нее таких врачей нет, чтобы другому человеку помогать от такого заболевания. И наш врач со своим телом не уходит, чтобы в природе, да в таком условии, в котором очутились и живут кучей эти люди на арктическом поле. Они не такие закаленные, чтобы поперед всех решиться человеку при любых обстоятельствах нашей этой природы, которая допустила все делать не естественно, а искусственно и вооружено. Со всеми делами здесь уже паук не заметет эту дорогу, по которой человек ходит своими ногами. А условие самого снега заметает след. По этому холоду и пониженной температуре можно будет ходить в  хорошей и теплой одежде, это сделано здесь. Хотя мы, экспедиционные люди, и находимся здесь в этих вот условиях, но мы боимся природы, очень крепко предостерегаемся.

    14. Не хочется так это зря болеть. Но с нами природа не считается, берет, нас наказывает в этом всем. Человек не пчелка, а пчелка не человек. Как и природа сама не человек, а человек не природа. Пчелка возделывает сама сладкое. Как и зима присылает нам, людям, под ноги белый снег. В чем наша вся экспедиция находится. А чай кипяченый заварен по-московски, мы с медом пчелиным хлебаем. Говорим, хвалим эту маленькую труженицу, которое свое время не забывает на себя это взять. И строит свое то, что мы видим простым глазом. Она гигиеничная, за собой не несет разный сор. А вот человек без этого не остается в природе. Он разложил широко местный фронт. Везде и всюду его нога делает след. Дает природе понять. Где есть человек, там уже рождается неприятное любое и каждое заболевание.

    15. Особенно у нас здесь в природе на человеке. Не у нас в нашей северной Арктике, куда наш соловей, самая маленькая птичка, сюда в эти условия не даст своего согласия прилететь, и где-либо без всякого дерева сесть. Этого условия для соловья Арктика не приобрела, она не хочет слушать голос в песне соловья. Она допустила к себе человека со своей сделанной снастью, с таким силачом железным трактором. Мы в этом всем не отличились Арктику так встретить, как мы сделали свое условие, небывало сохраняем сами себя. Мы живем лучше, чем живут без нашей Арктики. Она сможет человека встретить в любом своем природном месте.

    16. Это зависит от самого человека. Если он захочет сделать экспедицию со своего тела, для него Арктика есть природа, могучее дело в каждом дне и ночи. Лишь бы человек захотел, он добьется. Разве это не дело Иванова такую щель пробить. Мы знаем центр, самое изложенное учреждение у нас в социалистическом государстве. Мы, люди, из-за болезни их ввели,  как психиатрический институт им. Сербского. Он никогда никак нигде у себя не видел и не слышал такого человека, которому было везде и всюду Арктика. Иванов попал по делу, совершенному им в природе, чего не делал наш земной человек. Ни за какие деньги и особенности он не захочет это получать. Мне ваше не надо, говорит Иванов.

    17. Мне надо в любое время в любом месте северная во льдах Арктика. Я ее не боюсь, не страшусь. Для меня в Москве в институте в ученом мире между ними была вся в снегу морозная Арктика. Я прошу, умоляю, чтобы люди пустили для испытания этой атмосферы, которая показывала нам температуру ниже нуля. Только я один этим нуждался, холодную ключевую во льде принимал ванну. Это ли не Арктика была перед конвоем из института в Бутырку. Как больного психически, человека конвоировали. Какой бы ни был он, человек, Иванов со своими качествами, со здоровьем, его ученые вытолкнули. Иди, ты нам не нужен, чтобы ходит в трусах и разутым по снегу. А каким же в волчок садился?

    18. По снегу и разутым, это была для Иванова чистая Арктика. В Москве его привезли в Бутырку. А там всем больным прогулки час, и также мне одевайся, обувайся, только без шапки, и также можно гулять. За тобой смотрит, как ты себя ведешь. Хорошо по-ихнему, а плохо по-нашему. Как я делал на прогулке? Разулся. А ко мне подходит начальник подполковник, меня своим режимом предупредил. Он хотел, чтобы я так не ходил, как хожу. И учусь испытывать, чтобы открыть между всеми свою неумирающую арктическую славу. Это Москва – самое режимное для человека есть условие, в ней сидеть.                        

    19. А для меня было практическое. Я там писал карандашом, а сейчас пишу про практическую Арктику. Она для моего тела везде и всюду есть Арктика. В этой Бутырке врачи допускали у себя свою волю делать баню, как это полагается, в 10 дней. А с больницы больному надо идти по двору, по снегу, мне это разрешали, в снег зарыться. Тут же конвой не свой, бросается на спасение меня. Это, я им говорю, как молодежи, мой дух. А они сомневаются, думают, я чокнулся в эту минуту. А я испытывал, находил врага, и ему давал отпор. Это, я им говорю, моя родная закалка. Они боялись, что им нагорит в этом. Разутым и в трусах можно, а в снегу рыться нельзя. Я им говорю. Это Арктика для меня есть у вас.   

    20. Дух мой в природе. Они знают хорошо, что мое тело закаленное, я не болею. Но у них такой строго выполняемый для человека больного режим. Я его обходил, если это надо, шаг назад, а шаг вперед. Ленин так говорил про интеллигентного человека, про старого капиталистического. Мы долго боролись, воевали, и все же буржуазию сняли с пути, а свое ввели. Так и сейчас мне, независимому человеку, приходится всем людям доказывать про свое сделанное, для этого дела провожу, за что меня через Бутырку тюрьму спускают в Казань. Куда очень крепко не хотелось ехать, но поделать я не смог. Меня туда везли принудительно с проводником …

    21. Я и там в Бутырке между больными оставил свой арктический источник. Еду конвоем в вагоне заключенных. Этого я от ученых не ожидал, чтобы они по моей болезни и моему делу в Казанскую больницу к психиатрам в стены Екатерины. Я туда приехал Свердлов поездом. На дворе лежал мороз 30 градусов. Конвой хотел, чтобы я их форму одел – я не дал свое согласие. А сделал так, как хотелось. Без всякой одежды, в трусах. Они считали, что я больной. А ему море по колена. Пришел к волчку, обратился к красноармейцу, он меня слушал. Я ему говорю. Было ли это когда-нибудь, чтобы такого человека вы конвоировали?

    22. Он мне сказал. За три года моей службы это первого везу человека. Предо мною оказалась вся Арктика, в ноги мне поклонилась. Меня встретила военщина, охрана и блюститель этой больницы. Посадила на стул для стрижки и бритья. А сестра 1 отделения бежит и говорит: «Стойте, не стригите и не брейте». Тут я сам себя уверил, что кто-то побеспокоился изучать эти условия арктические 16 февраля 1965 года. Как хотелось заставить врачей, чтобы они согласились и не запрещали ходить разутым по снегу. Все свои нити сосредоточил, и направил у них это на расстояние через мозговую систему. Она все сделает и делала по Варсельскому учению. Человек своим учением сможет под свое умение подчинить человечество и природу.        

    23. Я своим умение прошу природу, чтобы она мне дала жизнь и учение, без кого жизни нет никому. Я административно изолирован, за это все имеющееся ничего не получаю. А стою стоя в таком виде, в котором и сейчас рисую картину. А она оказалась перед моим телом, весь коллектив врачей бессилен. Я их просил, чтобы они мой волос не трогали. Они хотели психически повлиять на мое здоровье. Я был как никогда, верил природе. Хожу я по снегу разутым, паводок делаю во дворе. Большая куча снега, мы ходим, как на Арктике. Она меня здесь в этом коллективе держала. Здесь общество никому не верило. А я верил тому, кто мне теоретически помогал. Я написал «Моя победа». Она была заказана, чтобы я ее написал, как писали другие писатели, которых мне прислали сейчас. Я пишу все с головы, даю всем читать.

    24. И так в этих условиях мне не повезло, что-то напало на ногу, какая-то краснота. И ударили не зимою, а летом температура. Я ее имел, чувствовал, но мне надо воли воды, а врач ее не дал. Да назначил через сестру уколы для рассасывания. Я вспомнил не Арктическое дело, а Сеньки Разина. Я от уколов такой стал. Я плакал, слезы клал для того. чтобы меня не кололи, в этом был прав. Меня представили к выписке три комиссии. Но профессор Лунц не давал согласия. Уже женщина принимала. Она спрашивала про закалку мою. Я ей сказал. Закалился не на вред, а на пользу, не свою лично, а на пользу всего человечества. Меня нога тянула назад. Она, вероятно, знала про мое все то, что решила комиссия перебросить в местную гражданскую закрытого вида больницу в Новоровенецком в Гуково. Я с Казанской больницы 4 мая 1967 года выбыл.

    25. Нас посадили в тюрьму в Казани, где мы просидели два дня. Надо прогулка, а я был не такой человек, как все люди. Мой поступок забраковал, не стал брать на прогулку. А сказал: «Ты где есть?» А я ему говорю: ты больше меня знаешь. Он вернул обратно. Начальник заставил, дал мне прогулку. Еду в закрытом вагоне. Ростовчане брали, знали меня. А сестра везла, направление в Новочеркасск. Ехали через Харьков, где день весь стояли. А в Ростовскую тюрьму привезли, там пробыли, задержали. А потом 12 мая 1967 года привезли на место в областную психиатрическую больницу. Я попал в 1-е отделение к Эдуарду Федоровичу. А это мои питомцы, я им читал про свою закалку-тренировку. Делал точный вывод в этом. Я им рисовал, что это обязательно будет мое. Пусть экспедиция Арктики эти строки прочитает, когда возвратится назад.

    26. Дома так сделают, что сделал наш Иванов. Он и в Арктике будет жить. Только не из самолетов, а физически ногою. Это место, куда попадают очень много людей для спасения жизни своей. Из многих районов сюда попадают, большинство шахтеры с травмами. И попадают колхозники со всякими головными заболеваниями. Есть эпилепсия, для этих людей это место учтено. А за солнцем, за теплом гонятся так, как люди гонятся за днями. Им в Арктике интересно дождаться такой погоды, то есть атмосферы, которой не было никогда на севере. Мы для этого собирались в Арктику, чтобы изучить природу, ее течение. И огромный буран для его атмосферного дела. Человек не один воюет в природе, хочет хорошее заиметь.

    27. И здесь люди не лежат для плохого, сюда поступают люди с дефектом. Их дело в природе ждать, но не попадать в 6-е отделение вечную койку гроб. Здесь Арктика только существует в природе Иванову. Она может встретиться в любом месте и в любое время. Иванов не попадает и не попадет для того, чтобы было хорошо. Этого не ждет никакой человек, ни здоровый, ни больной. А один только встречается с плохим и холодным. Для тела Иванова есть место везде и всюду. А экспедиция ждет моменты, чтобы плохая и холодная природа с погодой не была. Пониженная температура требовала от человека везде и всюду самозащиты. Это наша не наука есть гоняться за природой, делаться для нее приспособленной, чтобы не потерять себя.             

    28. И здесь, и там, и там, и здесь. А вот человеку арктическому не надо такое, чтобы было здесь и там хорошо и тепло. И там, и здесь надо холодно и плохо. Вот что надо технике отыскать, что нашел наш человек Иванов. Он выводит итог своей арктической работы на себе. Он говорит. Арктика – это есть человек изыскатель в природе какого-либо добра на человеке. Он ищет в природе качества для того, чтобы воспользовался человек. Для этого и делается экспедиция научного характера. В природе в каждом отдельном дне это все отыскивается. И ставится на стол, чтобы было чего хорошего в теплом заиметь. В плохом и холодном нет нашему человеку носа показывать.

    29. Он ищет в природе такой пришедший день по порядку. И он в нем запишет в книгу свои родимые слова о живом факте. Разве мы не сможем оценить этого наступающего человека. С фронта он сюда попал в это развитое нами общество, которое находится и на севере, и на юге. Он все равно думает сам о своем хорошем здоровье. Люди, которые подбираются людьми в северную часть в экспедицию, они там нужны для такой работы, как она делается в Арктике. Туда люди подбираются такие стойкие люди со здоровьем. Так же само и здесь в больничном хозяйстве люди подбираются для наших специалистов врачей люди с одним диагнозом. Над ними целый ряд ученых занимается.

    30. Ищут в природе то, что надо человеку в этом деле добывать. Мы хотим такие средства найти в Арктике для нашего человека, чтобы он сам сумел в природе заболеть, и от этого вылечиться. Ибо это есть в природе, но мы не хотим это искать, и не хотим это делать. В это место, куда нашего брата возят, это здесь ученые люди сюда спустили с верхов на низы Иванова со своим обрядом. Он не имеет и не имел чужого, а свои черные трусики. Не для защиты самого себя они на нем, а для цивилизованности, чтобы с человеком встречающимся разговаривать пришлось на русском языке. Мы этого привыкли спрашивать. Особенно есть, чего спросить по этой части у Иванова, он кое-чего новенького знает. Он один в мире есть человек, закаленный для этого дела.         

    31. И хочет сказать нам всем, что им уже эти качества завоеваны. Ему скажи: давай сегодня в холодной воде скупаемся зимою, это для него ни по чем. Он в любое время даст согласие это делать в природе. Но не захочет делать по старому источнику, по которому ходят все. Это не Арктика и не экспедиция, которая держит себя в хорошем и теплом. Надо такую создать экспедицию в природе в любом месте, чтобы там была для человека Арктика. А то только мы хвалимся сами собою в этом. Надеваем на себя такого характера. На кого и наша природа не хочет равнодушно  на человека смотреть. Он не любит природу. За что она его будет любить и своими силами сохранять, если человек человека своим вооружением пугает? Человек этого никогда не видел.

    32. А сейчас видит, на севере в самой Арктике копается человек. Он хочет в этом найти тайну. Как наши начальные дети. Ученики школы с большой охотой и любовью идут на урок. Но скоро это все отпадает. Легкое уходит, а тяжелое приходит. Учиться – это изыскание нового. Надо научиться читать, надо арифметику знать, и писать чисто, разбираться с географией. И знать естество, и алгебру и т. д. и т. п. Надо хорошо учиться, не лениться, чтобы закончить 10 классов. Проучиться институт, чтобы получить себе диплом, чтобы знать свою работу, и распоряжаться коллективом. Это тебе не легко досталось. Ученик все свои силы клал. И делал всевозможные штуки, лишь бы выучиться. И занять свое место, в котором человек сидел до тех пор, до того времени, пока сдастся за какое-либо дело, за какую-либо работу.

    33. Эти люди не стараются у себя иметь плохого, а стараются жить хорошо. У него мысль работает хорошо не в пользу своего здоровья. Он сам живет хорошо, и не пускает своих рожденных людей, то есть детей, они у него малыми балуются. А происходят в неловкую сторону. Из-за денег, из-за условий рождается человек не такой, как нам будет надо для поводыря и руководителя, то есть учителя. Не для того, чтобы попадать в тюрьму и ложиться в больницу. Для того, чтобы оттуда не выйти таким покойным человеком, который взялся за себя, и сделался сильным и вольным человеком для того, чтобы у себя пробудить врага изнутри и извне.     

    34. И стал бы делать для других хорошее. А себе сделал плохую сторону, которая бы научила себя, как будет надо нам с этого всего вывернуться всем, чтобы жить всем хорошо. И написать такую статью по части жизни, но не смерти такой, которую мы в процессе жизни всегда получаем. Наше есть все желание во всех признать у человека сердце и душу. Только что человек, она или он, народится, ему надо жизнь одинаковую дать, чтобы он не ждал, и не надеялся на кого-то. А жил за счет своих в людях выделений. Мы будем тогда самые богатые, когда сделаем между собой в природе. Ты, человек маленький в жизни или старый, для вас одна будет цена. Вы будете двое, старый и малый. Хотите жить, чтобы не было тюрьмы и больницы.

    35. На это будет надо не уходить на какую-то экспедицию, а всегда думать, что наши все такие люди есть. Они могут сделаться такими арктическими людьми, которые будут делать своим телом для другого человека, чтобы им было из этого всего хорошее. Если человек не будет зависимый в природе, он будет силен в любое время и на каждом месте. Свои силы для того, чтобы научиться в природе для того, чтобы быть в природе победителем над любым врагом, как и делается в природе Ивановым. Он не побоится воды. Для этого всего станет в ней делаться таким человеком, которого еще в жизни не было. Он сейчас между нами в природе, и может быть в любой экспедиции, и будет изыскивать свои средства.

    36. Ни в Америке, ни в Англии, и ни в Франции, и ни в Германии, и нигде в остальных национальных других государствах, чтобы такой человек нашелся, и пошел в природу искать для себя плохого и холодного. А другому ищет хорошее и теплое. Это тело человека живое и энергичное природное, не зависимое никем нигде никак. Оно сделало, добилось, теперь оно прогрессирует между нами такими людьми, кто на белом свете живет и делает свое дело начатое. А потом он умирает, не доделавши его, без всякой такой славы. Человек, зависимый в природе, совсем не по той дороге пошел.

    37. А пошел, и нашел для себя совсем вредное. Против природы стал вооружаться для того, чтобы ее качества убить и уничтожить, как небывалое живое. Мы, все люди земного шара, этим занимаемся, учимся у другого человека. Делаем сами, чтобы нам не было в жизни плохо и холодно. А наоборот, чтобы нашему человеку было хорошо и тепло из-за красоты природного богатства, чем наш человек пожил. Да повольничал этим одно прекрасное время. А потом, как все, со своим делом умер. Его не стало в этом, он потерял свое здоровье. Его люди, как и всех людей, по закону прибрали к рукам.                                                                                                                                                                 

    38. И указали вечно лежать в прахе в земле. Это все наделала наша на людях сделанная ими в природе зависимость. Она не захотела пробовать в природе отыскивать для себя хорошее, чтобы с этим хорошим пришлось жить не одному человеку. Хорошо жить, а другому не надо. Это не жизнь человека, а нелюбовь другого человека. Уходит человек от человека путем своего лично богатства. Не хочет он поделиться в природе, чтобы бедному, неимущему богатый человек с любовью дал, то есть помог. Этого ни один человек не сделал. Так он без этого умирал и умирает, и будет он умирать.

    39. Где бы он ни находился, и чтобы он в природе ни делал, его дело бессильное в природе жить. А вот другая дорога независимая совсем не такая. Она никому никогда не скажет, что по ней нельзя будет идти другому человеку. Этого она никому не запрещает, а наоборот, приглашает вслед. Что я буду делать, то и ты. У меня нет ничего, кроме своего тела. Я сажусь от усталости своих ног. Не сажусь – и тебе такая участь. Ноги твои произвольные, на которых надо стоять или двигаться по земной коре. Руки – это твои крылья. Когда будешь спускаться на глубину воды, ты будешь не ходить, а лететь вниз своими ногами и руками.  

    40. Будешь держать их вверх. Ты перед природой источник, который должен жить в воде за счет естества, за счет воды. Это не воздух, в котором люди оделись и наелись, и в доме в постель уложились. А вода не мать родительница. Она родила человека, и своим умением заставила в природе тяжело жить. В природе физически трудовое и естественное. В воде, можно сказать, летающие, легко жить. Это не воздух, в котором надо природа. А в природе плоды добываются и хранятся, как око свое. Приготавливаются вкусно. Вода этого не имеет, и не хочет, чтобы в воде хранился какой-либо запас. Этого вода не хочет, чтобы человек у себя имел.   

    41. Кто только знает Арктику, и в ней своим естественным телом купался. Это природная водяная ванна. Если только понимает в этом деле, что во второй дороги будет везде и всюду полная форма для человеческого дела Арктика. Она будет принимать человеческие тела в любое время и на каждом месте. Человек должен не бояться этого дела, хорошенечко продумать и решиться. Для чего это будет человек делать? Он свой поток в этом изменит за счет воды, и станет для этого дела погружаться и ощущать. То есть учиться и делать по новому делу. Не так мы дружим с водою, когда бывает на дворе тепло человеку не арктическому, кто боится атмосферы воздуха.   

    42. Он защищает сам себя всегда. Ему лето то ли зима. Человек хоть легко и тяжело одевается. А из одежды в воду, это не арктическое условие, а самого человека. Он живет, и купается по хорошей погоде. А для независимости родился Иванов. Он действительно арктический человек. Даже спит в кровати, никогда не одевается. Это пробуждение дает делу продолжение. Мы такие люди в этом. Приходит, надо трудиться до пота. Мы устаем, но трудимся. Приходит время, надо спать. Мы ложимся, и спим глубоко и сладко, у себя просыпаем. Сон – это не арктическое явление в этом. А мы все то, что имеем, просыпаем. Лучше бы нам человеку не делать это, что мы делаем и в Арктике, и в не Арктике. Мы с вами там и там изолированные. Не  сможем сказать, что мы есть закаленные.

    43. Мы боимся природы. По теплу от самого севера едем на юг, то есть на Черное море. А про север мы с вами забыли, что у нас есть самое начало в своей жизни. Мы говорим про северного человека не так, как мы представляем юг. На юге мы имеем источник свой. Земля для нас лежит, как производство. О чем мы думаем, как про грунт чернозема, к чему мы готовимся. Это тоже является экспедиция наших людей, нашего всего народа с оружием в руках, и сосредоточением умов по части боя на нашем фронте в сельском хозяйстве. Все люди за то своей мыслью. Они не хотят, чтобы было холодно, и бурлило в их хозяйстве. Люди берегут у себя то, что они собрали, это их есть добро все имеющиеся плоды, за которых человек живет.

    44. Арктика, она без солнышка с человеком живет. Наружу в атмосферу изолировано выходит в природу, и там с льдом барахтается, и бросает снег. Не живым, а защищенным телом человек рад бы хоть часок один в день появляться. И то бы можно сказать и вспомнить про тех людей, которые хотели, чтобы один час холода было. Но наше желание одно, мы это желание сделали. Но мы люди бессильные это получить. А сейчас в труде мы бьемся, копаемся, делаем про свою жизнь, которая проходит между людьми в природе один раз. Мы хорошо знаем, что в природе не одна Арктика изучается людьми. Она понимается, как и на нашем юге, где люди гоняются за природой. Как наша дикая птица перелетающая.

    45. Она сидит на своем одном месте. У нее есть частичный приплод. Они одно время живут на юге тогда, когда север делается весь Арктикой. А когда природа себя в климате меняет, делается из Арктики естественная жизнь, возможная любому животному водиться под кустиком. Птица тогда поднимает свои длинные ноги, и своими крыльями летит в свою даль. У них тоже есть вожаки, которые в природе знают, куда и как лететь. У птицы есть свой нюх естественный, она хорошо знает время, когда этому делу приходит это время. Она набирается своих сил в природе. Как арктические люди собрались, они туда летят  не сами лично. А с собою берут оружие, то есть сделанную человеком технику и всю причитающуюся снасть. Она заставляет человека жить тем, чем это надо.             

    46. Они не едут в Арктику так, как вздумалось человеку. Что-то взял, а что-то не взял. Как это делается на земле. Нет того, что надо в жизни. Земля для этого дела у себя имеет свое сырье. Она пока для человека естественного является в природе мать. Арктика пока в этом деле не подготовленная и не завоеванная, чтобы там продолжать и продолжать свою человеческую жизнь. Мы тоже птица, да еще не такая неимущая. Мы с собою берем огромную машину. С нами в Арктику летит в самолетах железный конь трактор. Мы для него везем продукт, и про себя не забываем, как про человека живого. Ему надо не одна пища и одежда. Мы с собой везем дом для житья. Мы для того, чтобы отдыхать, в природе имеем свое место. Это удобство в жизни, хорошо покушать досыта, и одеться хорошо до тепла.

    47. А мы это сделали на нашей земле, где мы родились, где мы учились, и мы для этого дела вооружились. У нас в природе не одно. Мы сейчас на Арктике ищем то, что надо нашей науке. Мы много нашли, опознали и применили. Но еще больше не знаем, на этом месте не умеем жить и пользоваться естественно. Как у нас между нами по этой дороге шел со своими силами, со своей рожденной мыслью. Мы бы с ним согласились, с таким поступком, как он у нас есть. Он жалеет данного человека, кто ищет в природе жизнь. А она его до самого главного, что нужно, не допустила. Поэтому мы Иванову не поверили, а привезли его туда, где он с нами вместе народился. А сейчас по нашей дороге не пошел, а идет по своей дороге.

    48. Птицы перелетающие с собою не имеют у себя котелок, и нет мешка. Для того чтобы пищу иметь, у них сознательное терпение. Раз не кушать, значит не кушать. Они терпят, знают хорошо, что они делают не для плохого в природе. Люди это не всякого рода живые виды, которые боятся только одного вооруженного человека. А он есть такое милое сердце, он без всякого оружия в природе, ниже от всех, и вежливее. Но зато он заслуженный в ней всеми достоинствами. Если только ему понадобится что-либо такое в его жизни, чтобы от этого получить помощь для продолжения. Природа, она имела все время эти качества, и имеет для человека, только не искусственные, как он их все время получает. Одно заканчивает, добывает, а другое начинает, сосредотачивается. Он старается еще больше сделать для того, чтобы был в их деле достаток.

    49. Экспедиция от экспедиции – большая в процессе разница. Она развивалась на человеке сначала не так, как делается сейчас на нашей земле, на нашем материке, где можно будет одно время пожить. Да поделать то, что будет надо человеку. Он свою форму всегда меняет, и хочет от такой более развитой экспедиции ждать чего-либо новенького. Нам говорит ученый, для чего мы с вами это все делаем в природе. Хотим открыть в природе такие средства, от которых мы получим у себя легкое в жизни. А это будет. Мы сможем на месте окружить себя, и для человека получить то, чтобы от этого не падал, а больше и дольше жить, и учиться в природе. Особенно каждого дня и ночи надо будет энергия.           

    50. А мы все на своих местах взялись за руль, и хотим, чтобы наше хозяйство росло. И прибавлялось для того, чтобы мы жили, и в нем развивались, и учились делать свое начальное дело. Мы не научились одно – это дело доделать, без всяких аварий обойтись, без стихии. Это нам природа пока идет нашему полному развитию навстречу. Мы научно ищем этот характер, и хотим его практически испытать, как на живом факте. У нас на нас в природе как прогрессировал на наших телах в природе, так он и делает это, что он делал раньше. И сейчас его силы меж нами живут. Они на человеке делали, делают, и будут делать с уверенностью до тех пор, до того времени.  

    51. Мы с вами пока настоящие не арктические люди, чтобы мы для этого делали коллективно. У нас с вами в природе для этого человека, кто борется, воюет с природой, все есть. Нет одного только. Мы не знаем, откуда и за что враг появляется на наше такое бедное тело. Нам надо жить, и продолжать в этом. А с нами, как людьми, встретилась природа с недоверием к жизни за наше сделанное в ней. Возьмите, проверьте на себе на одном человеке, нам не надо брать всех. Сколько раз кушаете в день? Три раза, да не плохо, а хорошо. Не три раза, так четыре раза. Когда-нибудь этому всему в природе придет твой конец, и не за горами он находится.

    52. Не нынче, так будет завтра. Продукт как таковой человеку не делает и не делал в природе хорошее. А наоборот это влияние происходит, и вводит человеку в тело. Мы делали и делаем, и будем делать в природе ежедневно то же самое. Что делают в Арктике, и так же делают люди. Ни те,  ни другие без этого всего не остаются. Человек ночное время приучил сладко в своей жизни спать и потягиваться. Хочется спать и крепко. А время спешит, не стоит, а идет, и движется с одного вида в другое. То было глубокое ночное место, человеку желание в этом спать. Об этом знаю я, почему так это делается.

    53. Если бы человеку ничего не делать, это в природе не создавалось, и не делалось на всей земле нашего человека. Он является этому начало. Мы ходим в церковь не так даром, чтобы ничего не получать. Один обращается к тому существу, от кого зависит вся в этом деле жизнь. Не плохая должна быть, а хорошая. Кто этого захочет, он в этом завоюет, лишь бы захотел. Так и предо мною, таким человеком, такая случайность произошла на одном месте, где окружало большое природное богатство. Это делалось перед городом Ростовом, на старом базаре собор стоит со своими внешними башнями с крестами. Кто сюда приезжал, он видел эту форму.

    54. Верующий в это скидал из головы шапку, и делал в руке правой с пальцев крест, и размахивал. На лоб клал, и на пузо свое, и на плечи. Сам себе говорил слова в пользу свою, чтобы начатое маленькое и большое хозяйство или торговля в прибыли. Это будут карты, в которых люди азартные в разные игры старались. Встретились не для того, чтобы друг на друга посмотреть в этом деле. А мы сюда приходим делиться карманом, кто как кому чего-либо сделает. Банкир право получил туза. Он первой руки свою карту, которая к нему пришла для того, чтобы проиграть, как первая рука. А банкир убил первую руку, его теперь одно – второго азартного убить. А третий азартный оробел, не стал бить.

    55. Банкир собрал к стуку банк. Объявляет, говорит игрокам: я стучу. Опять раздает, и думает их всех напоить. Теперь первая рука бьет по банку, и набирает законные очки, вводит одно, начинает другой. И так время прошло, надо расходиться. А у них выигрыша никакого, игра не дала никакая. Рады хвалиться, да нечем.

    А вот у нас в селе в Луганской области село Ореховка, сейчас Лутугинского района. Жил недалеко от православной церкви старый мануфактурщик, всегда встречал с Богом покупателя, и также провожал с ним. А у самого были слова свои, сказанные всем, он много не брал за это. А копеечку на копеечку ему надо отдать. А Сапун был по коммерчески со своими многими сынами, которые не в кучу льнули.

    56. Чтобы позавидовать, и сказать про такого отца, кто не держал у себя. Одному – плантация, другому – ветряк, третьему – паровую мельницу. А уже четвертый добивался на своем отцовском корне. Все это хозяйство одного отца так же, как у других людей, пало от стихийной смерти. Она всех наших, кого знаю, их уже нет. Есть между нами всеми в природе в Арктике и на материке с одной мыслью, с опытом старого характера, чтобы между людьми была новая небывалая экономика с большим режимом. Люди с людьми в недостатке живут, не уровнялись. Само положение человеческой жизни в природе, оно своим источником научило друг от друга со своим богатством уходить. Бедность отставала, не догоняла.         

    57. А богатый психически бежал. У него большое недоверие к дням, которые приближались. И ежеминутно двигались со своим атмосферным явлением, в чем мы, все люди, и расползлись по всей нашей земле со своим именем, со своей любовью к природе. Она обогащает своим достоинством, и человеку дает то, что он надумал. Ему надо был день первый, понедельник тоже захватил свое имя, и заставил человека в нем тяжело сутра трудиться. Хоть и тяжело приходилось в природе работать, но не по душе. Можно было свое личное здоровье потерять через неумение. Раз он за это дело взялся знать, надо будет делать. В этом первом деле мы рождаем своим умением живой неумирающий факт.

    58. И также мы не отстаем встретиться со своим здоровьем во второй день вторник. Мы от себя понедельник убрали, как жизненный вопрос. Он нас заставил, чтобы мы это сделали. У нас на это сил хватило для того, чтобы изменить у себя положение. То  солнышко надо было, а то мы положили, с нами вместе в постель. И мы вместе с ним проводим время одно, а другое время встречаем. Если нам держаться начала, всегда нам трудиться, мы не сможем жить. По всему этому примеру мы своим трудом и делаем всю неделю напролет. Мы делали то, что будет надо. Один за другим трудовые будни оставили позади до самого воскресения. Это мы сделали то, что было не надо делать за шесть дней. Мы не сделали то, что надо.                           

    59. А ввели свой праздничный день воскресенье для нашего отдыха. Как приятно и хорошо. Мы про это не забыли, сготовили, что лучше, покушали. И во что одеться. Самое лучшее одели, чтобы один перед другим хвалиться. А про то, что делалось в нашей природе, мы с вами не забывали встречаться, как с погодой. Она себя в это время меняла в секунду несколько раз. Бежало солнышко, был путеводитель в своей жизни, оно смогло нам в упор своими лучами печь. А бывает, свое место закроет тучами, и какое-либо существо на землю станет падать. То дождик делает на земле влагу, чтобы размножаться на земле.    

    60. А то бывает, идет с высоты снег. Для нашего брата, это все не красит. Мы привыкли от этого всего хорониться. Да думать, что завтра придется опять делать. Сидеть в природе без всякого дела не приходилось. Какое было первое время развитое. Человек не сможет в данную минуту нам сказать, никакой теперешний ученый. Перед ним стоит задача одна – теперь развиваться и расти вверх за счет природы, чтобы нам никто в жизни не сказал про наше умение. Мы делаем ежедневно, сегодня. А завтра у нас новое, никогда не бывалое. А мы себя приготовили в нем трудиться, что нас в жизни поделило в порядке наших приходящих дней. Из шести дней у нас получилась наша вечно не умирающая со своими днями неделя.

    61. Мы отпраздновали и отдохнули хорошо. За это все Богу отмолились. Заставили своими силами оставить то, что было перед нами вчера. Его уже теперь не вернешь. Мы делаем в жизни своей за тридцать дней, или 31, а бывает 29. На это все приходит и к нам такое время, мы знаем, и считаем его каждый раз. Оно перед нами колесо. Из недель мы месяц построили. А с месяцев у нас получилось, из 365 или 356 дней, круглый год. А его нам нужно прожить, как видоизменяемое такое время. Мы за ним гонимся, но никак не догоним.  

    62. Перед нами, такими развитыми людьми, одного созданного года мало. Мы не нажились, и не сделали то, что следует. Перед нами стоит великая задача, чтобы не один год прожить, перед нами век впереди, сто лет. А их надо прожить, человеку повстречаться, да поделать, чтобы не было плохо, а было хорошо. Спокон веков это дело делается. О начале всей такой жизни, про кого  нам не забыть. А вот начало мы не знаем, и не можем историю из нее построить. Как это люди сделали, что у них получился день первый в году 1 января зимой. Поэтому в процессе жизни сделалось лето, в чем мы и очутились со своим развитым трудом. Мы сами сделали в природе наше такое солнышко. И мы, вероятно, открыли глаза днем.

    63. Нам природа помогла всем, что требовалось в жизни ежедневно. Мы находили и удовлетворялись постольку поскольку. Но чтобы достаточно, этого мы не получали, и сейчас мы в природе не получим. У нас не получается в жизни, мыслим одно в жизни, а другое приходит. Жить нам приходится всем, но вот не всегда это получается, рвется хорошее и теплое. Мы с вами раньше этого развития не имели, да где бы мы это взяли. Мы не имели солнца, и у нас от этого не было темной ночи. Что же было? Мы ничего не знаем. А бежим своей быстротой вперед. Мы спешим, чтобы догнать. Мы не догоняем, а свои силы теряем больно как. Чтобы их обратно заиметь, мы не сможем. Нас мучит такая длинная природа.       

    64. У нее нет начала, и не видать конца. А раз мы не знаем начала человеческой жизни, мы не увидим у себя конца. Ни на Арктике не добились, ни на материке, где процветает наука наша. Она меньше прожила, чем приходится нам жить. У нас от порога следы на нашу вечно не умирающую могилку. Что бы ты, как человек, ни делал, и как бы ты ни творил твое дело, видно, что получится в жизни одна созданная самим человеком смерть. Его никто не посылал в Арктику на наш северный полюс, но мы сами захотели. У нас не волы. Нам в ярме помогает лошадиная сила в моторах на машине, в самолете, как чуть что такое. Уже говорят: Чкалов, Гайдуков, Водопьянов пролетели через полюс в Америку.       

    65. А Леваневский, бедняга, нет. Мы с вами не научились жить, не научились не хвалиться. А сначала сделаться у себя дурачка (глупым), а потом умным стать. Мы с вами спешим, и делаем, чтобы нам было хорошо и тепло. Но у нас не получается перед человеком. Смотришь, жизнь удачно проходит на нашей земле, а где-то берется в природе стихия. Она человеку не давала дальше мыслить, перервалось, мозгу дальше невмоготу работать, сил не хватает, уходит подальше. А когда мозг перестанет мыслить, как он мыслил раньше, через свое бьющееся сердце. Через кровь переходящую, через легкие, через поступающий воздух, через кислород человеку не стали природные качества поступать, и жизнь уходит сама. Мы в этом помираем, и умрем бесследно сами, никто нас не спасет в этом.

    66. Мы в природе зависимые в условиях. А чтобы остаться в независимости, мы боимся. Я, как автор этих могучих слов, не буду вам писать неправду. А напишу вам правду про самую маленькую птичку жаворонка. Про ту самую близкую, не улетающую никуда. Особенно она такая терпеливая в жизни, всегда на своих ногах. Никогда она, чтобы подвернула свои тоненькие мизерные ножки и летала. Так нет, уважаемые читатели. Она духом огорожена, имеет свое чувство к теплому, к солнышку. Запоет в высоте песни свои, снег из земли долой. А она уже строит свое гнездышко, в нем наложит яичек не больше пяти, выведет деток. Станет сама их в природе кормить. Они в этом обрастут перьями, и станут похожи на взрослых.             

    67. Наберутся сил своих, чтобы самовольничать, бросить мать с отцом. Взять силы свои в природе, чтобы жить. А одного не спросили – про большую птицу коршуна, которая нашего брата бьет по их телам сверху. Обижаться приходится на самих, мы не спросились у матери. Она нам не подсказала про это самое, чтобы мы знали. Мы бы полетели со своими силами вперед туда, где Арктика не допускает нашего брата. Только пускает, как пустила своих птенцов жаворонка, а их коршун поубивал не в одно время. Так и люди, их не спасало ни на Арктике, ни на материке. Человек изолирован в искусстве. Он зависимый везде и всюду со своим поступком. Человек если бы не искал жизнь так, как ему пришлось находить. А через это все он погиб, умер бесследно.

    68. Знаем хорошо, что были в этом всем. Начальствовал, был за это самое ответственное лицо, доверенное лицо от народа, но не спасение в жизни. Умерли все вопиющие, как умерли все.

    А вот такого в жизни мы по истории не встречали, не видели такой дороги, по которой бы наш человек решился, и пошел искать не жизнь для себя. А он нашел в природе смерть, и хорошенько с нею пожил вместе, да ощущал ее телом. Понял в природе, что это неплохая вещь для жизни человеку в природе: воздух, вода и земля. С ними пришлось подружить через свое опознание, и пришлось сделать их близкими родными друзьями.

    69. Арктика человека к себе приняла, одного из всех воюющего в природе. Он хочет от нее получить разного вида сырье, и оттуда перекачивать, как из источника. А мы это сделаем, нас пока природа жалеет. Она нас допустила транспортировать, садиться и подниматься. А раз это дело ввели, дорогу провели, попали в такт и в то место, где человек избрал свое место, и там проводит своим делом. Мы без этого дела не смогли быть на севере, нас без оружия природа не допустила. Мы ее атмосферу завоевали, сделали своими людьми то, что надо. Мы для этого дела расчистили поля, и построили в этом месте удобную площадку для того, чтобы наши сделанные самолеты садились легко здесь.           

    70. И поднимались в воздух нашими водителями. Это проба, сделанная нашими людьми, которые держатся с природой своим телом. Хотят Арктике доказать, что мы умеем строить, и продолжать нашего старого человека всю его начальную идею. Земля – это наша мать родительница. Она такое право ввела. И стала заставлять человека, чтобы он жил в природе индивидуально. А строил жизнь сам для того, чтобы быть в природе не таким человеком, кто не хочет понять в своей жизни, что ему приходится на этой земле не плохо, а хорошо. И в природе место такое человеку дадено, чтобы на нем ежедневно трудиться, приобретать все необходимое. Ему не одно пустое нужно.

    71. Земному человеку потребовалось у себя заиметь дом, такое строение, как его люди делают все из природного стройматериала. Дом человеком приобретается недаром. Некоторые части, из которых состоит, приходится доставать, чтобы они были для сооружения этого первого дома на нашем материке. Его на этом месте не один человек заинтересованный в своей жизни неплохим заиметь. Люди не привыкли, чтобы от другого такого хозяина на какую-либо секунду отстать, и не достроить в этом году. Такое дело между нами не проходит. А вот такое дело вводится между нами, такими живущими людьми в нашем селе. На одном месте не приходится стоять.

    72. Эта хата человека всякого от себя пихает, и ему рассказывает, что этой хате надо, чтобы в ней жить удобно, без всякой помехи. Она не одна здесь на этом месте стоит. Их столько на земле стоят со своей экономической формой, чтобы одинаково в нем жил человек. Мы века проживаем, но чтобы одинаково жить, у нас в селе такой привычки не рождалось. Даже поставленная друг от друга ограда не такая, и все не похоже на соседское. Характер жизненный в природе не такой, как надо будет. А он рожденный человеком в поступке его деятельности. На одну минутку от другого соседа отстал. А люди их работу меж собою видят, как они хотят, не уважат своим добром. У одного есть, на чем выскочить, и от этого места быстро побежать.      

    73. Чтобы другие соседи посмотрели в окошко, и бросили взад слова, как на какого-то доброго человека, кто это дело сам изобрел для того, чтобы этим перед другими себя показывать. Свое умение, что это он сам все сделал, в природе получил. Земля про этого хозяина не забыла ему в этом деле помочь, чтобы у него через его дело, которое он сам делал в этом. У него дом не один стоит со стенами. А в нем чтобы не было ничего. Он хитрый в этом мужик, никому об этом не скажет. Можно сказать, он промысловая голова. Если только надо ему что-либо новенькое во дворе сделать, он этому месту хозяин. Что хочет, то и сделает. Но пробуй его учить, он скажет тебе прямо: учи ты самого себя, но не меня, такого умного. Он себя так крепко считает.

    74. Иду я по дороге своей, не мешаю никому. Идет человек против меня. Он меня знает, я его знаю, а думки у нас разные. Он идет по своим делам, а я иду по своим. Он не здоровается, я тоже ему не уважаю, шапки этакому человеку скидать, и ему сказать вежливо: здравствуй. Это можно увидеть между нами, такими людьми. Не в Арктике на полюсе, а мы это сами делаем на материке в свое селе или хуторе. Гордость наша, но ни чья. Если между нами стихия у обоих рождается, мы друг друга находим, свою вежливость у себя имеем. Говорим, называем по имени. Как нам хочется, чтобы в наших дворах было хорошо. Мы плохое гоним от себя, а сами смотрим за этим, завидуем. Говорим: ему, этому человеку, в жизни везет. Что ни начнет делать у себя, он сделает.

    75. Настоящий между нами мастер. У этого человека по шнуру все делается. Если издалека посмотреть, у него в доме и ставни не такие плохие. А мы их имеем, а он нет. У него не такие лошади. Горит, сияет на них упряжь. А линейка какая. Если он едет, уже знают многие, и такому делу хорошему рады поклониться. Но он такой человек, ни на кого, низких, не смотрит. А чтобы выше от себя, таких людей не рождала природа. А бедность, она родится на любом человеке. Это приводит его лень, нехотение это делать. Надо было поспать, да потянуться. А природа гонит, толкает в спину: чего ты, этакий человек, лежишь, дело надо делать. А он, как вихрем, с постели. Да на двор, а во дворе у него все живое и мертвое. Надо будет делать, чтобы рождался живой факт.

    76. Живое от живого рождается по теплу. И в Арктике может родиться из залежей каких-либо имеющихся. Лишь бы мы захотели, мы на земле все сделаем. Село соорудили свое, мы в нем живем одно время. Поживем, а потом оставляем все, а сами идем на веки веков. Также и Арктика принимает человека, ему дает жить в условиях. Он говорит: мое умение заставит от своего соседа глухой стеной отвернуться. А подслушивать, мы слушаем. Хотим сказать про его ранний шорох, он куда-то в путь дальний собирался. А куда он может со своим здоровьем попасть. Ему погода дозволяла, чтобы по этой дороге попасть.

    77. Человек сначала мысль направляет, а что он должен на намеченном месте делать, куда приходилось труженику отлучаться. Если он нужен на нашем месте, где выполняют закон: шесть дней работай, а седьмой воскресение отдых. Надо себя в красоте показать. Что мы делаем в этот праздник? Хорошо кушаем, красиво одеваемся, на какие-либо спортивные игры ходим, развлекаемся. Это только потеха наша себя показать и на другого посмотреть, да позавидовать. Мы это делаем, без всякого осуждаем, бывает, и посмеемся, скажем неловкое слово на другого. Зачем это делать, или браться за это. Берется, а не сделает.             

    78. По-моему, надо браться для того, чтобы сделать. На материке меж нами в селе молоток кузнеца в кузне дает свой знак. Значит, коваль кует железо, он делает какую-то деталь какому-то хозяину. Хочет угодить, чтобы не сказал на это все плохо, а похвалил, и за это заплатил хорошо. Мы с вами не скажем на свое место, что оно является в природе неприятным. Нет такого удобства, которым надо хвалиться. Через село между усадьбами протекала река. Не просто так она проходила, в ней водилась рыбка. И все наши сделанные грешки дочиста обмывала. Поила, кормила нас и всех наших животных, которые нам в жизни нашей помогали. Мы на них ездили, возили большой груз.

    79. Землю свою ежегодно пахали. На ней между нами и ими делалось ежедневно, без чего жизни нет у человека. Не одно это место, на котором время свое живет, и ждет у себя одного – в хозяйстве прибыль. Особенно земля родила в год один раз урожай для человека. Надо будет большая или хорошая прибыль. Особенно родит пшеница или рожь, на что вся надежда. Мы в этом работаем, думаем, богатеем, вперед планируем. Хочется заиметь такое здоровье, чтобы с ним можно было сделать какое-либо дело. А в деле родится для человека то, что следовало. У него не было под руками антоновского яблока, и негде его взять. А хотелось бы заиметь, но его нет здесь. Мы с вами переживаем.                   

    80. В недостатке будем переживать. А вы сами знаете, как в недостатке есть ребята. Особенно у школьника, когда ему задавались уроки. Он их изучал, понимал наизусть. А у него, как молодежи, желание то, что делают наши дети. Они не учатся в природе, чтобы все время жить плохо. Учатся одни дети, учатся другие. Большая между ними разница в экономике. Тот человек, который имеет у себя достаток, и в воле. А вот тот, который в бедности завоевал знание. И с этим знанием свое дипломированное место занял, и теперь живет хорошо, он про эту прошедшую жизнь забыл. У него родные дети, кому он не плохое делает, а самое лучшее из всех им создает. У детей рождается к этому недоверие, дети этого не достигают, происходят к плохому сами. 

    81. Умы всего человечества, они в природе намеченное делают не одно, а много в этом деле. Но чтобы что-либо в этом всем сделанном новенького нашли, только старое людьми прошедшее, то маленькое свое на земле начало. Оно начиналось с лопаты, с маленькой сохи, с плохой бессильной лошадки. Она человеку в борозде помогала делать черную грунтовую пахоту, которую человек индивидуально клал под снег, как свою собственную пайку. И с нею неотрывно вместе ложился, и под-голова сам клал все свое северное дело. И думал про какой-либо остров. Мы с вами на глубоком севере.     

    82. И в Арктику человек по своей мысли, в которой роемся. Но чтобы обещание человеку найти, как это делается на кораблях китобойных. В природе в условиях делалось и делается нашими советскими кораблями. Также мы не бросаем отрываться со своими силами, которые направлены народом в мирных целях. Как мы создаем из ученых и охотников побывать экспедицией на полюсе в Арктике на льдине в природе, где есть то, что мы имеем на материке. Мы вооружены снастью физически, и снабжены микроскопически в этом деле. Геологи копаются, ищут в природе то, что будет надо. Мы отрывались на льдине, плыли в ледовитый океан.  

    83. Это экспедиция Папанина, она народом спасена. Все нам сделала техника. Без всякой техники люди не достигали, гибли, их холод победил в севере.  Они не сделали того, что думали, у них дорога рвалась. И сейчас в данное время так это даром без всяких материальных средств. Мы, люди, их не жалеем, бросаем пока в ветер то, что надо для жизни всей, чтобы перед народом похвалиться живым  фактом. Много кое-чего открыли в разведке, выявили, изучили, опознали, как природное явление. Есть, его надо физически брать, как таковую сырьевую вещь, которой можно пользоваться, как источником пользуется материк. Туда надо перебросить комбинаты, тресты, то есть люди там надо.

    84. И чтобы оттуда был транспорт. Чем оттуда делать выкачку для нашего материка, на котором уже нет такого места, чтобы наши люди там не создали для себя временную жизнь, которая человеком делалась физически, и делается умственно. Но того, что надо найти и сделать нам всем, мы пока и на Арктике, и на материке, народом не разумели. И не сделали того способа, который будет надо для человеческой жизни. Мы, ученые люди, не верим своему химическому, в искусстве делу. А поверили Израилю, там люди больше от нас знают, научились в природе, как будет надо с врагом, чтобы его побороть. Они себя показали на арене международной. Будь добр, приезжай, для вас место готовое. Положат в коечку.

    85. И там по… делать то, что делает давно наша химическая в искусстве советская медицина, которой сам министр здравоохранения Курашов со своей болезнью не доверился. А взял свой золотой рубль, и поехал лечиться. Он думал в природе купить здоровье. Он так думал, что здоровье можно купить. Нет. По практическому учению Иванова, в природе за деньги можно легко потерять свое здоровье. Курашов провел эту ситуацию, сделал свой курс лечения, по правительственной путевке рассчитался, как это надо. А умирать приехал в народ свой, в котором вся наша медицина учится практически физически, умственно. Хотят помочь человеку, но сил на это дело не нашлось.        

    86. Говорят так человеку лечащие врачи. Мы отвечаем за тебя. Если ты, как поступающий больной, у нас без всякого нашего дела умрешь, мы будем осуждены своим законом. У нас диплом отбирается, и в тюрьму нас сажают. А если мы больному своим способом делаем, но чтобы помочь, ему не помогаем, мы за это не отвечаем. Человек естественно от болезни своей развитой умер. Мы списываем это все Актом. Это делалось врачами, делается, и будет так в природе делаться. Ибо врач на такой дороге сам ходит, и натыкается на такие дела, и начинает в этом деле стонать, заболевать. Ему так же, как Курашову ничего не смогли в природе сделать.   

    87. В природе не у человека, чтобы ровняться с нею. Она вселенная, не опознанная никем нигде никак нашим зависимым человеком. Он у нас заставил сам себя по природе шагнуть по земле для того, чтобы в ней найти благо своей жизни. Для человека не одна была такая дорога, по которой все люди прожившие ничего не нашли, кроме этого. А в одно время развивались очень медленно. С начала появления жизни предки указали ему, что будет надо сделать, чтобы одно время познать хорошо и тепло. А потом впоследствии всего этого придется сдаться, и потерять на веки веков свое здоровье. А чтобы найти его, этого нам не пришлось достичь.

    88. Мы с вами, все живущие, не сумели завоевать того, чего следует. А на земле не в материке и не в Арктике столько сделано для жизни человека, не учесть нового небывалого. Особенно родился в природе человек. Он родился не сам со своими силами. Его родили люди, и заставили кушать и одеваться, а в доме жить.  Самое главное, в его жизни научили, как будет надо в природе делать. Мы ежедневно и в Арктике и на материке. Люди научили сами себя, как какого-то маленького поросеночка кормить молоком. А потом кормят хлебом, но не заставляют одеваться. И так в жизни своей работой берегут, как какое-то око. Собирают, его создают на сало. У человека самая в жизни есть для труда кормежка.

    89.  Салом заправляется пахучий и жирный борщ, или жареная яичница, или картошка, которую любит человек. А человека не любит природа за его один для всех каприз. Человек однобоко живет, он в природе ждет у себя тепла и хорошего. А от плохого бегут, не хотят такие качества у себя видеть. Поэтому так в жизни получается. Из хорошего человек попадает в плохое. Мы так жили в Арктике и живем на материке. Но не брались мы за новое, за такое дело, в котором надо будет идти по совсем другой дороге, но независимой, по закаленной в тренировке. Мы должны этого добиться. И сделал на себе лично. «Моя Победа». Она написана автором самим.

    Я, по делу, есть самородок. Источник – закалка.

    90. Тружусь я один на благо здоровья всего мира, учусь в природе. Я хвалюсь перед миром. Правду хочу сказать про самосохранение личной клетки. Мое здоровое, закаленное молодое сердце 25-летнего человека. Мой выход в свете. Я не боюсь врага, не страшусь ничего, даже своей смерти. Если бы я не имел это, меня давно не было, я умер. Человек я земли, дышу очень крепко. А говорю я резко не про какое-либо чудо, про природу, про физическое практическое явление. Самое главное, чистый воздух, вдох и выдох, снежное пробуждение, мгновенное выздоровление центральной нервной части мозга. Люблю и болею, но никогда в этом не забываю про больного. Душу я знаю его, хочу помочь, через свои руки током убиваю боль. Это нам не слова говорят, а все делается дело.                 

    91. Рука моя пишет владыка, но никогда про это не забыть. Очень справедливое. Просьба моя какая. Меня надо просить, будешь здоровым. Кому это будет не надо, юноше молодому? Так нет, уважаемые. Это мировое значение. Нам надо нашу природу любить и ей кланяться. Не молчать словами, а правду говорить. Не болезнь играет роли над человеком. А играет роли человек над природой и болезнью. Нам надо учиться по Иванову, чтобы не попадать в тюрьму и не ложиться в больницу. Не лезть на рожон. Жить свободно. За что будет большая слава в этом любить самих себя. Старым старикам головкой кланяться, дяде и тете, и взрослому, и молодому человеку свою вежливость представлять. Эх ты моя для всех жизнь тяжелая.

    92. Пойми мое терпение, сердце закали. Милые мои все люди, гляньте вы на солнце, вы увидите свое выздоровление. Свой долг в этом быть всегда таким, Победителем природы и Учителем народа.

    Почему это все мною описано живым фактом? Потому что моя истина в этом, сделанная практически для этого дела и моего учения. Разве это не мой труд в этом всем. Я вам не сяду, и не буду так сидеть, как мы в этом деле сидим, да сами думаем про другое место, на котором человек еще не сидел. А попробовать надо, такая зародившая у меня мысль. Это, что мы с вами сделали и делаем в жизни, это наше.

    93. Самим подниматься, в этом деле расти, чтобы по своему чину быть выше от всех. Такая примерная привычка в жизни человека. Пробираться вверх, подниматься своим знанием, и делать человеку то, что есть возможность. Он на месте сидеть не будет так, как ему пришлось занять свое это первое место. Мы так не привыкли на одном месте сидеть, и ничего такого не делать. Человек, он практически делает, у него в деле получается. Ему как таковому народ верит, старается его слушаться. А раз человек человеку верит, и он старается сделать то, что в жизни надо. Мы с вами так привыкли, чтобы человеку сознательно.

    94. Его приказание выполнять – это наша обязанность общая коллективная. У нас она начинается с самого начала своей первой жизни. Звеньевой по физическому труду – это не все между нами так оно проходит. Есть в этом деле бригадир, которым можно было воспользоваться, как человеком в этом. Раз человек от человека физически в труде оторвался, его заставила в этом сила своя мозговая другого человека, того человека. Кто только им окружил себя. Он больше от этого дела не умеет, или по своему развитию не хочет он тут. А раз он не хочет, у него нет сил для этого дела, чтобы выделить себя человеком иным. Над всеми есть человек командир.            

    95. На это место можно любому практическому человеку стать, лишь бы было твое умение делать то, что доверилось тебе. Это не ты один являешься в труде человеком, да еще каким между нами такими, как мы есть на это место, которое я занял, не так даром в жизни попадает. Надо свою способность в коллективе между нами всеми сделать, чтобы люди тебя поддержали во всем, что делаешь в природе. Она тебя не захотела, чтобы ты сидел на своем том месте, которое ты научился хорошо делать. У тебя в этом деле хорошо получается. Ты один между нами такой умеешь с людьми по этой части говорить.

    96. Силы твои, воля твоя в этом человека заставить. А он делает, и это дело дает живой факт. А в живом факте все получается, ты это смог сделать. А раз ты сделал такую первую деталь, которая потребовалась в нашем производственном коллективе, это наш человек. Он к этому грамотный, разбирается, понимает, читает литературу, не отбрасывает всякого рода кем-либо написанную о чем-либо статью. Как и мы все такие люди взялись за свое учение первого класса. Мы эту гласную букву тянем до того, пока с нами встретится не гласная. Она нас не останавливает, до тех пор мы на этом месте, пока мы окружим эти слова. И скажем, это для нас есть хорошо написанное, сделанное нами, такими растущими людьми.       

    97. Мы хорошо знаем человека, по его такой способности говорим все об этом деле. Нам этот человек нужен. Мы его имеем, как председателя в сельском управлении. Он хорошо ведет свою возложенную для народа работу. Им доволен народ, хочет, чтобы он был у них. А его люди тянут вверх, хотят, чтобы он был в районе. А из района он попадает в область. А из области его цель пробраться в центр руководить всем национальным народом. Он выбирает командовать для того, чтобы ему подчиняться, и делать то, что все люди, как подхалимы, привыкли делать. Мы делаем.

    98. Всякого рода человек, он сам своей обходительностью в народе выслуживается, делается не таким человеком для всех плохим. Он делается не всем хорошим. Ему за это дорога раскрыта. Он делает то, что люди делают. Они свою работу на своем месте ценят, говорят и присваивают к своему имени. Если он министр своего дела, его народ поставил на это место. А вот от этого места не все такие люди, которые оставили свое возложенное место без всякой боли. Его, как человека, болезнь кладет в постель, и не дает ему покоя, чтобы он дальше свою эту работу продолжал.      

    99. А как же мне, Иванову, приходилось у капиталистов работать на их дело. Они воевали, им надо был шнедерит аммонал для артиллерийских снарядов. А мы, люди все близкого села, на этом производстве служили. На каждом деле свою работу выполняли, за это получали деньги. Мне ли не хотелось это делать, или я не такой, как все люди, из кого был сделан царь. Он был самодержавный, он для нас таких был поставленный у нас. А капиталисты между нами жили, и свою коммерцию воздвигали. У них был на это дело капитал англо-франко-русское общество, которое нас, таких, как я и другие, молодцев и молодых девиц к себе приглашали.

    100. И поручали, чтобы мы делали то дело, которое нам будет в хозяйстве надо. Мы в природе это делали, нас она окружала. Мы в ней ничего не знали. А делали то, от этого дела на материке хотели обогащаться в народе без всякой Арктики. Она тогда не была так опознана, как мы, люди. Нас природа для этого окружила, кругом создала тучи дождевые, и большая гроза в молниях, прошел проливной дождик. А люди в эту работу не смогли выходить. А работа на бегунках, и здания не стояли, их окружила машина. Время шло, надо работу делать, из бегунков эту продукцию выгружать и носить на сита. Мое дело одно – распоряжаться.

    101. А кому-то выполнять. Две девушки вышли на эту работу, да я, аппаратчик старший. Мне надо проявлять инициативу по этой части. А поляки есть поляки. Англичанин был директор, заведующий француз Эмиль, русский был Красин. Я между ними как никогда исполнитель, за что деньги получал. Вы думаете, я не человек в природе. Я был силен против их распорядка, о чем уже было написано в трудах. Меня беспокоить в этом деле никому не давалось права, как сейчас в этом деле. Арктика с материком не поможет в это время. Меня законно не держат в условиях. А мою закалку-тренировку хотели убить как таковую, посадили в тюрьму, как здорового человека.

    102. У меня оказалось при этом деле уже к природе недоверие. Ученые люди взяли, сделали на мне мою болезнь, ввели мою группу первую. Я от чего не отказался? Свою трудовую пенсию принять. А пенсию назначили 138 рублей 50 копеек. Я должен в природе жить, как больной. Природа мне мою мысль подсказывает. Как будто она человеком говорит мне. Ты один из всех есть человек, которого в жизни не было, и не будет такого. Твои шаги, они не пихаются, а просто делаются самим в любви. Ты человек в природе новый. Рассказывай про это дело. Тебе верить, никто не будет возражать. А вот именно будут тебе помогать. Я от этой помощи не отказался. Это законная в профсоюзах временная помощь пенсионеров.                 

    103. Это было временное явление в этом деле. Но у меня руки золотые и ум дорогой. Я им ринулся, больному человеку, забытому всеми, помогать. Это мое. Я не хочу (лечить) своим поступком и своим учением. Я пробуждаю тело человека, чтобы оно не болело и не простуживалось. Это ввели сами люди для того, чтобы делать.

    И устно, как урок свой ясный в природе делать. Первое начальное в жизни. Это будет надо ноги водой холодной утром и вечером мыть. Устал – помыл. Ложишься спать – тоже помой. Это система человека. Он должен делать с душой и сердцем. Второе. Человек по дороге, а с ним, как с человеком, встречается так это просто.

    104. Человек человеку друг по жизни, товарищ. Надо будет в жизни своей между собою так научиться человеку живому на земле, так в жизни сделать, чтобы природа взяла на себя силы, и воспитывала человека в духе такого характера. Если он будет идти по дороге, кто бы он ни был в своей жизни – дедушка, бабушка, дядя, тетя, или ровесник тебе, или молодой человек. Не жди от него его милости, а спеши сам его пробудить, ему сказать свои личные слова, мол, здравствуй. Он ли ответит. Это нам не надо, лишь бы сказал ты.          

    105. Третье. Это будет твое дело искать по природе бедного человека. А они есть, нуждающиеся в помощи. Надо будет научиться его находить, и надо узнавать, чем он нуждается. Если есть, чем помочь, обязательно надо умело помочь, чтобы он остался вашей помощью доволен. Ты скажи про эту помощь: я, мол, даю за то этому человеку, чтобы мне в этом деле было хорошо. И отдай без всякого осуждения. Четвертое. Пришла к тебе по времени суббота. Ты только повечерял в пятницу вечером. Берись за дело, ложись спать, но не забывай про то, что время идет твое. Ты должен протерпеть как никогда это причитающееся время.

    106. А оно будет между тобой и природой. Ты должен ничего не употреблять всю субботу до самого воскресения, до 12 часов дня. А потом надо садиться кушать после того, как ты должен выйти на двор. И там поднять лицо вверх, а потом тяни чистый с высоты воздух, проси того, кто тебя будет учить. Он учит этому, он хозяин природы, сохранитель всему: «Учитель, дай мне здоровье». Когда это ты сделаешь, потянешь, три раза скажешь, садись кушай. Это у тебя будет великий праздник, ты о нем никогда не забывай. Это твое личное здоровье одно из всех, будешь всегда делать.   

    107. Пятое. А когда ты захочешь полакомиться папироской или вином, этого ты не делай. Не пей, не кури, и не плюй, не харкай на землю.

    Когда у тебя это истиной останется в твоей голове, и ты будешь знать про это дело твое и обязанность, то ты можешь становиться сбоку своего Учителя. И будешь учиться у него в действиях. У него практика на ногах простаивать большое время.

    У проходящих ногах ты устаешь. Когда к воде доходишь в любое такое время, погружайся, и там, как человек живой, отдыхать. Надо будет так клетку поставить, свое тело, чтобы ноги были вниз. А руки свои держи вверх – ты перед природой сдался.

    108. Она видит твое действие, твою работу на себе. Никогда не бойся, что на тебя набросится какой-либо враг. Ты этим уроком будешь огорожен. Он не выдуманный. А сделанный в природе людьми, и даденный мне им пользоваться, как природным источником для всех. Учитель – это Победитель природы, он будет и хозяин ее. Родятся силы на людях, у них будет вера. Поверят человеку одному. Он будет перед нами такими всеми. Он наш будет во всех отношениях критик. Пропагандист нашему всему этому строению. То, что мы с вами сделали для жизни своей. Это будет наше найденное в природе, замученное нами. Мы его через себя проглотили.      

    109. Это не то, что будет надо для нашей жизни, которая нам присылает ежедневно новое небывалое, никогда не рожденное. А теперь оно есть. Мы видим человека не такого, как мы с вами, зависимые, в этом деле вооруженные. Можем в жизни пожить одно время, а другое, надо умирать.

    Нам ни материк в жизни этой не поможет, никакая северного полюса Арктика ничем никак нигде не поможет в этом всем. А только обе стороны помешают, не дадут своих всех возможностей продолжать. Мы в этом бессильные дальше двигаться по зависимой дороге, которая нам как таким людям не помогает в этом всем, а мешает.

    110. Мы ищем в природе, хотим найти новое небывалое никогда нигде никак. Мы ищем у себя, хотим заиметь Бога, но боимся дороги Бога. Она для нас кучерявая, никем не протоптанная. Все люди такие есть, которые лезут на острый рожон, не боятся умереть. А вот чтобы жить, не болел и не простуживался, на это работать, и делать для этого независимость. Она учит человека, чтобы не заинтересоваться тем, чем люди прошедшие взялись за Арктику. У них проявилось одно для всех эту льдину изучить. Узнать течение, какое оно есть. И что там другое такое, которое есть в природе, она нашему брату даст.

    111. Человек в природе бурит, достает, и делает свою работу. А вот независимость такая есть не кормилица и не удовлетворяет, а сама хранительница своего тела в природе. Вот что нам нашла и ввела в это могучее дело, которое заставило человека живого, уверенного в свои родившие силы. А их не потерять нигде, они естественные природные, ни на материке и ни в Арктике не умирающие. Вот что природа человеку нашему новому, никогда не умирающему. Если бы природа влияла, она бы через больную ногу получила осложнение на все.           

    112. И можно было уже сгореть. А независимость ввела:

    Неправда

    Жить хотелось крепко мне, но природа не давала. Раньше я работал, а сейчас отдыхаю. Ученые люди наши на мне ошиблись, болезнь свою признали. Паранойя развитие личности, шизофрения. Ох, как молодость моя, жалеть приходится ее. Но зато хвалюсь я, имя его ценю. Он хороший человек умный, полезным сделал меня. Руки мои золотые, а ум дорогой. Если знаешь мое тело, перед всеми хвались. Ко мне обращайся, крепко проси: «Учитель, дай мне мое здоровье». Когда меня упросишь с душой и сердцем, никогда в обиде не останешься. А то, что следует, ты получишь.

    113. Природа – богатая мать. Воздух, вода и земля – самые близкие родные милые незабываемые друзья. С ними можно учиться, и можно у них научиться для самого и для другого. Надо будет трудиться, закаляться в природе, силы воли набираться, чтобы они были у тебя. А потом это маленькое зернышко сеять. Мы привыкли болеть и простуживаться сами. А учителя на это нет, чтобы учить людей, кроме одного только русского человека Иванова. Кто силы перед собою поставил не врача, не знахаря, а свои лично закаленные. Ему хочется передать нашему народу, как будущему молодому поколению, самому обиженному человеку, забытому всеми людьми.

    114. Он болеет, ему хочется быть в жизни здоровым. Но не нашлось человека, чтобы он был такой, чтобы об этом болеть. И крепко думать, как будет надо помочь уму умело. Он ежедневно болеет, страдает об этом, природу сам просит, чтобы ворота она открыла для этого самого, чтобы человек вернул здоровье назад, что самое главное в жизни. Ей сказать спасибо за ее заботу, за независимость свою, которая ему помогла. Человек здоровый стал, болезни уже не будет. А есть жизнь одна здоровая и крепкая.

 

Говорят, что это было

Дедусь, расскажи нам любимую сказку.

Нам хочется знать поскорее развязку.    

Ты нам рассказал, что совет он давал.

Тяжелых больных, говорят, исцелял.

    115. За мудрое слово народ – исполнитель.

Прозвали его все едино Учитель.

Ну что ж, расскажу,

Коль понравилась сказка.

Осталось немножко, и будет развязка.

Дедусь, расскажи.

Расскажу, расскажу.

Но чтоб прерывали меня, не терплю.

Сидите тихонько, чтоб слышало ухо,

Когда пролетает малейшая муха.

За горами, за лесами,

За широкими морями

Нынче ль было, иль давно,

Знает солнышко про то.

Еще вьюга знает, знает ветер,

Знают взрослые и дети.

Только утро настает,

А Учитель в путь идет.

С непокрытой головою,

Необутою ногою.

    116. Только трусики на нем

Ни рубашки, босиком.

Грудью ветер рассекает,

А метель пред ним играет.

Смело по снегу ступает.

След ногой не оставляет.

А бывало, в море входит,

Глаз с него никто не сводит.

Вдруг исчез, ушел на дно.

Ждут, волнуются давно.

Час прошел, второй проходит.

Он из моря вдруг выходит.

Рад вас видеть, говорит.

А народ стоит, молчит.

Он на воду спать ложится,

И храпит, так сладко спится.

А волна его плескает,

Ветер песни напевает.

И колышет еле-еле,

Как младенца в колыбели.

Дальше сказ такой, мальчишки.

Не прочтете его в книжке.

    117. Говорят, что это было.

Трое суток ливнем лило.

Затопило все в округе.

Что творилось, ужас, други.

Плачут старики и дети,

Будто стонет все на свете.

Плачут все, мужья и жены.

Все смешалось: крик и звоны.

Вдруг Учитель появился,

И народ весь удивился.

Только рученьку поднял,

Ливень сразу тише стал.

Постепенно затихал,

И совсем вдруг перестал.

Говорят, такое было.

Солнце яркое палило,

Сжечь посевы все грозило.

А  без хлеба плохо было.

Но Учитель вдруг пришел,

Взглядом небо обошел.

    118. Только рученьку поднял,

Свод небесный задрожал.

Поплыли по небу тучи,

Хлынул дождь на землю с кручи.

Напилась земля досыта,

И от пили все умыто.

А еще такое было.

Двое суток море выло.

Шторм сильный поднимался,

Плач детей не унимался.

Камни с грохотом летели.

Люди ведь все немели.

Как Учитель появился,

Шторм на море прекратился.

Только рученьку поднял,

Ветер тише, тише стал.

Постепенно затихал.

И совсем перестал.

Все Учителя любили.

На совет к нему ходили.

    119. А совет его таков.

Чтобы каждый был здоров.

Молодым отдать ученье.

Стариками везде почтенье.

И чтоб каждый был здоров.

Не бояться холодов.

Утром, вечером мыть ножки.

Один день не есть ни крошки.

Даже капли в рот не брать,

Чтобы болезнью не страдать.

А какие были люди.

Что за сила.

Мышцы, груди.

Волей смерть побеждена

Этим людям жизнь дана.

Вот вам сказочка, какая.

Ну а присказка другая.

Нам Учителя б такого,

Горя не было б лихого.

Нужен дождик для посева.

   120. Он один хозяин неба.

Только руку поднимает,

Дождик поле поливает.

Ураган ли где поднялся.

Он один бы с ним справлялся.

Только рученьку поднял,

Ураган бы перестал.

 Ох, и жизнь, скажи, такая,

Что в той сказке, золотая.

Дедусь, у него что ж никто не спросил,

Как он перед природой себя закалил?

Ну как же, спросили,

Нашлись смельчаки.

Ответил? Ответил!

Дедусь, расскажи.

Нет чудес, сказал, на свете,

Человек за все в ответе.

Перед ним земля богата.

    121. В ней и топливо, и злато.

Только нужен труд людской,

Чтобы век был золотой.

Только руки трудовые

Всем несут плоды большие.

Дар бесценный от природы

Открывает для народа

Их испытанный в борьбе

Точно золото в огне.

Всю неправду прочь с дороги

Не нужна она в природе.

Все умрет, как этот камень

В море брошенный на дно

И не вспомнят про нее.

Всем мешает она в свете,

Старым, юношам и детям.

Порождает белоручек,

Проходимцев, недоучек,

Жадность к пышности, богатству.

Прочь ее, чтобы было братство.

    122. Закаляй в борьбе терпенье,

Силу, разум и ученье

Крепость, честность, уваженье,

Старику отдай почтенье,

А ребенку наставленье.

Будет легким тот, кто в силе,

Тот, кого природой били.

Кто прошел все испытанья,

Закалялся он в дерзанье.

Он хорошее обрел

Из плохого, что прошел.

Он узнал, что значит счастье,

Человек он настоящий.

Смелый, честный и простой,

Каждый должен быть такой.

Жизнь одной семьею будет,

Кто же вас тогда осудит.

Будет не за что судить.

Все ведь в дружбе будут жить.

Словом враг искоренен.

Победитель, знать, умен.

Вот вам сказочка какая.

Будет истина такая.

 

    123. Эта сказка – моя быль в моей жизни. Я практически делал, а теоретически эту историю описывал. Это моя в этом проходила история, которую я природе между людьми показывал. Я в своей жизни не бросил, чтобы живой факт не описал. Это моя ценность, с которой приходилось в жизни своей начинать. И не бросаю, а все делаю и делаю в природе никогда никак. Это будет моя закалка-тренировка. Она меня заставила и научила, чтобы я таким в жизни сделался.

    124. Я герой, из героев герой, пошел на преступление своей жизни. Природа моя, не чья, и на материке, и в Арктике моему этому развитию не будет против. Это мое, не чье в жизни. Я его находил в природе. Оно мне давалось нелегко, чтобы быть человеком таким, как надо. Мы все мыслим в хорошую сторону. А когда начинаем мы практически выполнять, как человек в природе, то у нас между нами всеми в природе с нашего дела. Мы его недоделали. Помешала нам, как дельцам плохим. Что мы с вами сделали в отечественную нашу войну? Завоевали победу над фашистом.

    125. Даже праздник в природе 9 Мая ввели. Это было на станции Каменоломни. Из Москвы шел поезд Бакинский № 20. К нему прицеплен международный железный вагон. Я по перрону гулял по снегу. А генерал армии стоял возле тамбура. У меня родилась мысль, одна из всех, подойти к нему с извинением, чтобы он мне ответил, что мы в отечественную войну с фашистами завоевали? В природе воюем с нею. Человек хочет сказать, что он умеет жить и строиться. Как это делалось в природе? Один человек строится, вооружается, воюет с собою, человек с человеком. А у него другое получается. Он в этом хорошо хочет жить.

    126. А его природа не допускает жить на своем месте, как человека. Берет и умертвляет человека, его место осталось недоделанное. Другому человеку, такому же самому вояке, борцу с природой. Он ее убивает огнестрельным оружием. А природа в него стреляет естеством, своими силами. Как это делалось природой, делается ею, и будет. Она распорядительница вечно. Она жила, и будет она жить. А мы с вами рождались живыми для того, чтобы жить, и творить для самих себя и другому хорошее. А мы сами живем, и делаем себе хорошее. А ты как хочешь, лишь бы я жил хорошо индивидуально. И коллективность эту форму не сменила.

   127. И не сменится в таких условиях, в которых мы повстречались с генералом. Он от меня не ожидал, как это меж нами двумя человеками получилось. Я, как закаленный в тренировке человек, независимый в природе. А генерал военный человек в искусстве стоял. А я к нему подошел в естестве. Он меня к себе, как небывало, принимал. Я у него спрашиваю. Что мы завоевали в отечественную войну с фашистской Германией? Мне генерал сказал: «Победу». А я ему говорю: какая может между мною и тобою победа? Он меж мною не нашел свои слова, чтобы чего-либо сказать.

    128. А сейчас же в вагон полез. Я вслед за ним в его купе, стал ему доказывать. Он видит мою способность в этом деле. Я ему говорю. Мы с вами воевали для того, чтобы уничтожить врага. А по истории, все время бьются, дерутся. А как был враг над нами, так он меж нами, внутренний и внешний, остался. Я ему говорю. Мы неправильно поступили в природе с капиталистами вместе. Одно время уничтожали врага. И сделали, как хотели. В Потсдаме договорились, как будет надо поступить с вояками, которые хотели по своему развитию овладеть всеми людьми. Это были немцы, вечные в жизни вояки.              

    129. Он мне доказывал практику, а я ему теорию говорил из этого всего. Что мы сделали в природе? мы хвалились перед народом, что мы начали делать, но до основного дела не дошли. Мы не уничтожили совсем врага. Он как был, таким он и остался. Проси совета у того, кто умеет одерживать победу над самим собой. (Леонардо да Винчи).

 

Незабываемое

 

    134. Я вместе по дороге иду с генералом, ему говорю, как вояку. Я не за то, чтобы между людьми происходила война. Но мы сами ее создали. Обиду мы оставляем за собою вечно. Человек другой национальности мстит, все о своем потерянном он думает. Хочет все потерянное вернуть назад. Он хочет опять расти, видеть силу свою на себе. И хочет возобновить, чтобы это зло между собою рассеять, и опять друг друга бить.

    135. Вы пробовали видеть, как сосед с соседом через стену живет, и что он думает. Особенно тогда, когда они в ссоре. Один против другого идут, у них зло развивается, не хотят уступить. Один силой доказывает, другой тоже не молчит. У одного свои люди, на кого он надеется, а у другого тоже люди со своей техникой воюют и убивают друг друга. Но чтобы так сделать. Одному из всех сделаться человеком души. И ему, то есть соседу, протянуть свою руку, проявить любовь, как к человеку. И начать говорить про хорошее, про мир меж собою. Одному надо склониться, и начать об этом разговор вожаку.

    136. А люди всегда согласятся, поддержат всегда хорошее. Разве это хорошее между нами введенное? Убить, мы всегда это сделаем. В таком деле надо премудро решить. Мы сегодня убьем, а завтра они – нас. Это сделали мы. А разве теперь люди начатые не будут делаться. А вот такое никто не пробовал сделать. Надо с такого врага, которого мы не убили, а зародили крепче. Мы сделали в жизни хуже. Враг не упразднился, а больше развился, и сделался еще злее и крепче. А мы это в природе сделали сами, начали это дело делать. А заканчивать будем позже.     

    137. С такими выводами люди военные не согласны. Говорят, на это делалось и делается в природе. И на Арктике, и на материке физическая людская война с природой. Мы на это дело живем, и хотим сказать. На это трудимся, своими руками умело делаем, что будет надо человеку в его жизни. Они нуждаются снастью, оружием, что и помогает в природе дело делать, чтобы люди в условиях не сидели. Для них такое место, где люди научились для себя все необходимое иметь. Сами себя научили в природе защищать.  

    138. Быть человеку зависимым – это значит в природе бессильным. Человек это все делает для самого себя, чтобы было, за что и в чем жить. Когда он имеет у себя оружие и такую технику, которая ему помогает быть так, как мы хотим научно своей экспедицией со своим народом. Мы физически в труде копаемся, ищем в природе, копаемся ежедневно, каждую минуту дышим. Чувствуем мы в этом деле прекрасно. Нас Арктика не хотела, чтобы мы на ней со своими людьми жили.

    139. Для нее это неживое делается. А раз мы начали делать в природе это дело, которое круглый год делается для того, чтобы нам не сказали наши люди капиталистические, с кем мы не в такте живем. И все время на всякого рода развитие бросаемся. Искать, мы ищем. У нас дорога одна – зависимая в природе. Мы вместе пробиваем щель. Хочется свой недостаток поправить по части внутреннего и внешнего врага. Мы, люди земли, для этого вооружаемся. У нас тяжелая индустрия, развитая химия. А вот искусственно не нашлось человека сделать простое куриное яйцо.

    140. Мы сделали машину, ввели для этого дела ток, протянули энергию, сделали за счет воды моря, открыли новые бассейны. Но вот у нас, всех людей, непригодные сердца, изнашиваемые, происходят в негодность. Мы через них сами себя теряем и на арктическом поле, и на материке. Ухода нет, чтобы сердца в процессе у нас делались молодые, закаленные здоровые 25-летнего человека. У нас, зависимых людей, такого развития нет, чтобы здоровьем хвалиться. Пока меж нами в природе на людях прогрессирует везде и всюду вероломный враг. Мы не гарантированные в этом деле, что на нас не нападет природный ненайденный враг.

    141. Пока природа имеет над человеком силу. Она ему мешает за его работу, за его заботу. Не смотрит ни на какие особенности, ни на какое хорошее условие, нападает и создает свои неприятности на человеке. Нападает сначала маленьким пупырышком синего цвета. Эта горошинка тихо свое дело показывает. Как будто его, этого врага, нет. Это мы говорим о раке, с которым наши люди всей земли не умеют воевать. Не знают, что ему надо сделать. У меня, независимого человека, всю бытность находящегося в больнице, на правой ноге он уселся, и показывал свою для всех форму. У меня руки золотые, а ум дорогой, кто не доверялся искусственному лечению. А то сам организм сделал, от чего было никак отказаться.              

    142. Всему дело сердце, заставляло не к сердцу тянуть. Ох и ох, и ох. А чувствуешь, что он у тебя копается. Если только болеешь раком, то такую штуку, опутанную им, слышишь. Я не бросил ни одного дня, чтобы не мыслить. Смотрел на расстоянии, и чувствовал его нападающую боль. А как не поддавался своим телом, и не поддался этому врагу, которого не признает мое сердце, говорит мне. Если я такой человек, буду нужен между людьми, которые смотрели и говорили о ноге. Она требовала хирургический нож, так заключили специалисты врачи. Но я этому не кланялся, молчал. Знал и надеялся на мать природу. Она меня любила, и ведет по дороге прямо в цель для того, чтобы не умереть.

    143. По всему выводу этого дела. Я терплю сознательно 35-ю зиму. Когда она у меня стала болеть, свою форму в Казанской больнице показала врачам и всему медицинскому персоналу. Никто из вех не скажет, что она у меня все время не болела. Она вид свой в опухоли показывала, и создавала на ноге красноту. Здесь врач, он же заведующий первого отделения, посмотрел на форму развития этого места. Владимир Васильевич сказал свои слова. Но тут твоя закалка не поможет, придется вмешаться хирургии. Хотя он и говорил, что я ей не верю как таковой. С этим справлюсь сам, и справляться, все равно справлюсь.     

    144. Враг будет побежденный. Во второй раз был, и лопнула лапа, ужасная картина, я перетерпел. Опять хотел резать тело, ему надо капля. Узнать, что за болезнь рак. Я от этого не откажусь, всегда скажу. Говорил, говорю, и буду говорить. Он для меня не рак, а побежденное существо. Я прошу природу, она властительница во всем. Она и на Арктике, и на материке между людьми была мать. И так она осталась перед всеми зависимыми людьми, которые очутились в условиях, чему требовалась техническая жизнь, которую мы делаем. И хотим во всем, чтобы мы жили не так плохо, а хорошо.

    145. Мы это ищем, хотим найти. А нам в нашем деле не везет в жизни, как мне с моей ногой. Это есть мое доказательство, что я умею делать. Мне не нужно в жизни никакая болезнь, я ее на человеке не признаю. Я считаю человека живым энергичным, с ним веду разговор по части его создавшейся на нем болезни. Мне нужно живое, а не мертвое. Я имею дело с человеком, ему своими силами помогаю. Считаю, мой организм – это для всех слава. Лишь бы человек был с душой и сердцем, у него через это не будет болезни. Как моя нога не болела в моей жизни.  

    146. Я на это силы создал. Заглазно копаюсь в человеке. Какой бы он ни был, что ни делал, и где ни находился, я лишь бы его черты лица видел, мне больше не надо ничего.

    Я в воду, как глубь, спускаюсь, и смотрю глазами вдаль. Хочется увидеть такого, какого ты не видел на земле, которое далось бы человеку дождаться из расходованных сил без всякого дыхания обходиться. Когда потребуется подняться телу к воздуху, то на это наши руки. Весь организм обратно быстро поднимается, и выскакивает голова для того, чтобы внутрь потянуть чисто над водою … воздуха.

    147. Человек под грудью имеет зонт легких, которые наполняются, и свои сжатые возможности расширяются. Воздух должен потянуть в воздух тело не тяжелое, а легкое. Это будет сделано в природе за кругозор человека. Он мало знает, ему люди не верили, его пресекали. Особенно блюстительский порядок с администрации, кто этому делу не хотел, чтобы человек делал. Он сам начал, наткнулся на эту дорогу, которая заставила человека искать не в природе тайну. А тайну человек должен найти в самом себе, в своем теле. Поэтому этой дорогой люди не ходили. Им хотелось, чтобы в природе приходилось жить человеку тяжело.    

    148. Разве человек когда-либо это делал, он думал, когда ложился в постель. А чтобы он шел в воду, и ногами спускался вниз, и про все не забывал, а думал, что делалось в жизни на материке и в Арктике. Человек делает, носит физически свое тело каждый раз, когда поднимается ногой. Человек ни на материке, ни в Арктике нового в жизни своей не открыл между собой в природе. Как считали это место, на котором расположился со своей созданной техникой, своим, так и на сегодня считается человеком это место родным. Он в нем одно время родился, и стал жить в зависимости.  

    149. По его развитию, что человек в природе имеет, ему этого места мало. Он заинтересован из самих себя сделать научную экспедицию, вооруженную, снабженную для того, чтобы полететь на самолетах. И там на льдинах высадиться, и построить для временного явления. Арктическая вечно лежащая льдина, на которой человек прицепился. Как кровяной клещ на животном, так и человек в природе делает. По времени надо тепло, а его природа нам не дает, продолжаются зимние дни. А у нас направленное оружие практически в природу.

    150. И весь мир на земле сосредоточенный и подготовленный с природой воевать. У человека есть техника. Для того люди ее сделали, чтобы с нею в руках  по природе  по земле делать свою работу, свое дело. В природе время не стоит, и не ждет так, как мы приоделись. Ждем так, как мы ждали до этого. Как были до этого, так и остались. Нам надо и в Арктике, и на материке наша красивая в фасоне одежда. И нам нужно вкусная в аппетите пища. А жилой дом надо со всеми удобствами. Мы имеем дома в Москве и в Ленинграде. Такие люди, которым мало в доме обстановки. Надо, чтобы в комнате родился крокодил. Что бы тогда человек сделал?  

   151. Он бы убил его, а сам остался. Какое милое животное эта корова. Она молоко дает, она масло дает, и сырок разного условия. А мы ее держим на привязи, да кормим чем зря, лишь бы она не издохла. Мы ее не допустим, убьем, съедим. За что нас природа держит, да еще дает урожай. Это человека труд, а в нем он умирает. Мы, все люди нашего коллектива, делаем на материке, а в Арктику летим грязнить. Этим, что мы делаем, и природа не радуется в жизни. Она только родила человека. А человек сам себя заставил, чтобы в природе не жить. Как хотела сама природа, чтобы человек не ходил той дорогой, по которой все умершие люди проходили.

    152. Мы хвалимся, что сделали мы в течении 50 лет. А не скажем мы, сколько нас умерло. У нас нет тех людей, которые не хотели умирать. А время их заставило, сделало им то, что они не думали получить. У них такая мысль развивалась все время жить  не плохо, а хорошо. Чтобы телу не было холодно, а было тепло. Этого человек через вооружение свое не достиг, а умер, как и не жил на свете. В природе две дороги. Одна ведет нас в Арктику за промыслом в жизни что-либо оттуда привезти. Если бы мы с вами не видели и не слышали про Иванова, такого человека, кто с нами не пошел по пути, а свернул. Сбоку нашел такой путь неумирающий. 

    153. Иванову, как Циолковскому не верили, что это будет. А сейчас, после его смерти, мы его след ищем. Говорим: это хороший был ум. Разве Иванов умен? Он говорит: нам всем надо глупцом побыть, а с глупцов вылезти в умные люди. Тогда можно будет писать и писать, ум не будет укорачиваться. А ум будет развиваться, и делать то в природе, что следовало всем нам, людям. Это закалка, она будет нужна всем, и мы все должны это сделать, как один. Взяться за это, за природу, и ее заставлять не надо. Для нее это принуждение не новое, а совсем старое, негодное. Давай, давай без конца края.

    154. Нам не надо будет самолет и то, что мы с вами не знаем в природе. Нам надо жизнь, и продолжительную такую, как Иванов между нами прожил. Ни за что не зацепился, а шел и идет по Боговой дороге. Хочет нам сказать о том, что умирать я через свое знание не будет. Мое знание – это есть люди, а я ему несу груды богатств. Это наше всех здоровье, которое мы для жизни создаем и на материке, и в Арктике. Словом, везде и всюду для того, чтобы человек в природе жил, и свое дело на земле творил. Раз нам условия жизни делаем.

    155. Особенно экспедиции в Арктике. Людям мало работы на материке, чего человек ни делает. У него день весь на учете. А что должен в свое пришедшее время человек сделать. У него в уме все, как бы отличиться в природе, то, что человеку надо. А человек расположился для этого на этом месте, чтобы свое умение показать, что я не такой человек, кто поселился для жизни своей, а ему в этом деле как-то не везет. Он свое умение не развивает. Не хочет перед другими людьми своими силами все делать.

    156. Я, говорит делец, выделился между всеми на своем месте. А это место для всех показательное. Как мне не хочется хуже от всех жить, и такое, как в Арктике, делать. В науке оказались хитрецы умники, силу свою в технике представили. А человека заставили, чтобы он делал. Про индивидуальность говорили, теперь скажем про коллектив. Он эту силу выдумывает, чтобы посадить на льдине в Арктике экспедицию с разными обширно сказанными науками. А вот этого наука не додумалась, и не захотела организовать такие силы, чтобы ими двинуть в природу искать на себе лично смерть. И чтобы ее найти, и поразговаривать с нею на эту тему, которая должна помочь человеку в этом деле.

    157. Чтобы человек своими индивидуальными, которыми стали закаляться. Иванов не стал место требовать, ему не потребовались средства для этого, он не нуждался материальностью, всякого рода не нужна техника. Он без этого всего стал на себе делать его это дело. Арктика в любом месте  и в любом деле, это любовь  и охота такая в природе, чтобы делать по Иванову. Что Иванов делает, ни один человек не собирался сделать. Он хорошо знает капиталистическую сторону, которой Иванов верил, как богу. Думал своим трудом, как он работал, доказать. Ему его практическая жизнь в природе помогла. И создавала то, что это следует в природе. Он хотел было с крестьянства перейти.

    158. Он был одно время шахтер, о чем уже рукопись написанная. А потом служащим стал, приняли в профсоюз, чем пришлось козырять одно время. Выполнять работу возложенную, что и заставило практически учиться. Я работал, и описывал про каждое дело, через что и напал на то, чтобы закаляться. Закалка сделана для того, чтобы обязательно сделаться в окружающей остановке, как это делалось. Я не знал, что моя просьба выпросит у природы свою созданную жизнь и мое в этом деле учение. Я делал практически то, что требовалось. Для меня был человек, которого я не знал, а что ему было нужно в жизни. Я думал, что ему надо расти до своего роста. Он спешил на ноги стать, и набраться силы, сделаться здоровым человеком.   

    159. А когда человек поравняется с этим делом, человек должен завести свою семейную жизнь, как и вообще делается. Не сумели достичь возраста, как встретилась парочка в любви, согласились это дело начать. А оно какое вовлекающее. Вы сами знаете, как это все в жизни получается. Лишь бы начать, а конца такой похоти не было видать ни на какой Арктике, и на материке. Чтобы польза, никакой. Кроме как молодому хозяину браться, и в природе делать то, что все люди круглый год у себя во дворе делали. Это его был дом, в котором люди не хвалились. А то ими хранилось от других таких же самых хозяев, которые давно уже хозяйничали.

    160. Им приходилось все в природе делать, чтобы у них получался рост. Человек не сам жил, в этом хозяйстве ему многое помогало. Особенно у него вводилось жизнерадостное животное, которое не делало для себя за свою такую тяжелую жизнь. У хорошего хозяина, порядочного, все считалось хорошим, что было в доме введено. Лошадка, без которой не оставался он, чтобы к ней были драги с оглоблями, вся причитающаяся упряжь. Уздечки с грузделями, седелка препоясывается по средине живота, надевается хомут с гужами, есть для этого дуга. Это четыре колеса, которые крутятся в одну сторону, чтобы причитающийся груз с одного места перевозился.

    161. Что было у хозяина, особенно делалось год. Начинают появляться на материке теплые весенние в солнце дни, за ними погоня. Их ждут, как какую-то особенность. Ни одного зимнего дня человек не пропускал так даром, сам собою готовился. И готовил у себя живую физическую силу, которая не одна для этого держалась. К этой силе приобреталась снасть хорошая для дела, чтобы делать приходилось на нашей земле. Не одни драги делали свой стук. Надо был для вспашки земли по богатому примеру, как в природе хозяйничали люди отдельные.

    162. Видно было издалека, какой у него был дом, и какие ворота, из которых ежедневно сила человеческая выезжала, и ехала в степь. Там она свою работу производила, весь свой день с землею возилась … Пахали ее, клали ранней осенью под первый снег. Она у него так, чтобы забывать, не бросал человек об этом грунте думать. Он знал, что этот год для этого урожая сделать, и что на этом месте вырастить. Это его была прямая задача. С осени начинать, а всю зиму для этого мыслить. И не так, как это зря, чтобы оставалось без всякого. Человек в этом деле стратег, зиму промыслил, по холоду прятался.  

    163. У него во дворе так, чтобы палка зря валялась. Это не хозяин, чтобы он ей место не нашел. К дому не один был поставлен амбар с закромами, в который насыпали чистое инвентарное зерно. И вырытый для соления погреб, вносились ведрами, солилась капуста, огурцы, помидоры. Мешками насыпалась картошка. Это все было в запас. Человек имел удобное для этого место. Силой заставлял себя это в природе получать. А сила стояла в закрытом месте, там где ее кормили, поили, и за ней ухаживали, как за собой. На привязи держали за счет соломы, за счет половы, за счет сена, к чему прибавлялся хлеб, мука, или зерно овес.              

    164. Без этого дела не делалось хозяйство. Самодержавный царь был бессилен бороться с природой. Она помощница бедным нуждающимся в колесе. Оно у нас поломалось во время нашего выезда с дома в поля. Не дохал до своей пайки, которая ожидала к себе для того, чтобы с землей заниматься для возделывания этот день почвы. Она выболела, набралась за всю зиму влаги. Человек в этом деле спешил. Богатый выигрывал. А бедный с недостатком попадал с поломанным колесом на дорогу. Ему ни вперед и ни назад, некуда было ехать. А солнышко не стояло на месте.

    165. Пекло в упор, сушило землю, которая высохла до самого грохота. Никак бороной, никак плугом. А просто не хотела поздно воспринимать, чтобы в сухую почву зерно ложилось. В природе неловкая погода наседала и делала. Восточный ветер сушил грунт, не поддерживал в это время бедняка. А богатый поспешил сделать свой захват, не ждал от природы милостыни, у него не ломалось колесо, а твердо держалось, и крутилось на дегте колесо. Оно не порожнее ехало, а везло чистое подготовленное хозяином зерно для посева. Хозяин не кланялся никому, и помогать не хочет никому. Свою работу старался сделать, заставлял землю своей силой.      

    166. Ложились в землю зернышка, чтобы влагой охватить, чтобы быстро показались всходы. Мы их видели, и все этому радовались. А у бедняка 50 %, в землю не вовремя дождик по природе прошел, он сделал недород. А богатого человека своим делом наградила. Не посмотрела на суховей. 100% были всходы, их держала весенняя влага, на что человек в руках держал карты не простые, а козырные во всех отношениях. У этого хозяина была в то время большая опора на свою хорошую снасть, и физическую живую силу, которая была у богача, на которую опирался царь. А бедный неимущий человек в этом всем отпадал, и делался в природе как никогда бессильным человеком.

    167. Ему не как богачу приходилось с землей своей распоряжаться. И больше такую работу в природе не делать. Она ему не помогала, а мешала, делала свой природный урожай. У бедного через нехорошее колесо он не получил, что получил богач. Ему не в силах своих приходилось обрабатывать, и не получил того, что все время получал богач.

    Природа послала на землю фронт, между народом немецким и русским устроили царскую бойню, которая сделалась через это все, что происходило между царями. Война гражданского условия. Народу не надо была война, чтобы ее люди на земле продолжали. Мы с этого всего боя на материке открыли свою русскую гражданскую войну.

    168. Для того мы, все люди, воевали, чтобы люди самодержавие отобрали на земле, а свое народное ввели. Сами себе сделали, в борозду пустили не по-старинному лошадь. А по-новому сделали трактор, машину свою с мотором. Силой за собой тащит 5-лемешный плуг. Мы им не хвалимся, что мы богатые в этом деле люди, но пашем. Мы оседлали, и заставили не нуждаться в этом силой. А даже на Арктику мы с трактором пришли, на льдину, и проложили путь арктического дела на две тысячи с лишним расстояние. Мы сильные делать в природе то, что имеем. Это наша с вами великая техника, которая в свое время на материке не ломается. А делает все то, что будет для человека надо. Мы теперь взялись за природу, за ее грунт, за льдину.

    169. Мы делаем все для народа. А раньше делалось, за землю грудью шли в бой. Для того это делалось в жизни, чтобы наш хозяин, нами избранный в чине царя. Мы ему, как Богу земли, верили. Случай какой-то, неполадки бывают, не поладят между собою цари, а народу в этом воюй. Закон самодержавный такой. Не упускай свое место, на котором я, хозяин, родился в частной собственности. Никому в этом деле не уступил, жил сам, рос вверх, расширялся. Делал для самого себя то, что было надо.

    170. Чтобы через нашу стену позволил какой-либо сосед наброситься, его общественность перед богом осудит, и накажет режимным законом. Для этого дела юстиция с тюрьмой поставлена, чтобы чужого не брать, не нападать, а хранить, как око, свое. То, что человек в своем деле соорудил, в своем доме мастерит. Тот человек у себя держит тайну. Он для своей жизни рождает другого, по наследству оставляет свои следы, которые отыскивались раньше.

    171. Хотели такие условия сделать, но были бессильные сделать то, что наша Арктическая экспедиция сделала. Она по-научному это делала, делает. И то нашла, что старому человеку этим не огородиться, как наш земной человек сделал. Прошел все условия жизни, такую пургу, такое бездорожье. Он прошел сам по пути, своей дороге индивидуально без всякой техники. Всему миру, людям на себе доказал, что можно будет в природе все делать для нашего человека, лишь бы ему в этом делалось в природе не плохо, а хорошо в жизни.

    172. В природе, как на хорошей ниве. Она этим радуется, чтобы человеку приходилось в природе работать и трудиться на нашей земле. Я, говорит человек, для этого делаю. И все время учусь, чтобы у меня в доме было каждый день что-либо не плохого, а хорошего приготовленного покушать, да вкуснее, чтобы досыта наесться. Не один раз это все делается самим человеком для самого себя. Он в доме имеет стол, чтобы готовить пищу. Надо, чтобы было, с чего готовить к завтраку. А к обеду уже не то приготавливается. К первому блюду варится, если есть, мясо. Без мяса не такой борщ. А когда варится в доме на плите борщ, он пахнет. В него кладут картошку, чистят ножом.

    173. Кладут подготовленную капусту моченную, и кладется, если есть, лавровый лист. Удача рождается в процессе, кухарка кушает и солит. Она этого борща для своей семьи делает, чтобы досыта наедаться. А потом после этого обеда делает человек отдых в уютной кровати в чистой постели. Как человеку хочется на двор выйти, подышать чистым воздухом. Человеку красота считается в своей фасонной сшитой одежде, которая делалась, шилась мастером хорошим. Делали примерку, на что смотрел глаз, как на какую-то особенность, на которую люди смотрят, и себе такую фасонную одежду приготавливают. У человека есть зародившаяся на этот счет, на все родившаяся любовь.

    174. Он для этого сам в этом всем участвует, чтобы было в этом хорошо. И это самое делалось и на Арктике, которая свое время держит у себя человека в одной теплой одежде. Она на нем висит, как какая-то особенная в этом деле неприятность. Она на человеке свой фасон теряет, изнашивается в негодность, которая не красит человека, а заставляет в этом свое здоровье терять. Что делали в доме на материке, то в коллективе в экспедиции делалось, вспоминалось меж собою. Особенно сейчас не у нас на льдине, где мы с вами не так в природе огорожены. Не сможем проделать, что наши товарищи, друзья встречаются ежедневно. У них время есть, они могут зайти в любое условие, где готовится пища по требовательности места.

    175. Люди знают, что это за место. люди работают, за это получают, и этим живут, на все есть средства. А за них легко живется, и цивилизовано делается, чтобы нам не сказали, что у нас нет такого ресторана. Такие люди, они своих клиентов встречают и провожают с хорошими словами. С таким делом, чтобы за их хорошее не забывали заходить вторично. В этом роль перед человеком сам человек умеет строить в природе пищу. Она один раз приготавливается, и всегда из хорошего качества создается. Мы этим пользуемся, у нас на это есть здоровье с этим приготовлением укладываться. Мы люди такие, у нас животы требуют хорошее.

    176. Мы такие же самые люди есть на этом месте, где не каждому человека есть такая возможность, чтобы в таких условиях, где мы слышим голос нашего человека, звон колоколов кремлевской башни. И вот это время мы не можем встречаться со своими близкими родными, или друзьями. Мы таких возможностей через это дело не имеем смотреть, как наши все видят солнышко. Оно делает свою природную в воздухе атмосферу, которая меняется, и приходит, и уходит ежеминутно. А мы, как в молоке, да еще густо запущенном. Для нас существует температура ниже нуля, которая не делается в природе такая теплая и солнечная в воздухе. Приятно бывает в нем загорать, как это делается, особенно на Черном море.                              

    177. Возле берега моря лежит камень. А мы на нем, как на коврах, ежегодно на пляжах пролеживаем, да купаемся в воде. Считаем, в этом деле самое лучшее из всех удовольствие. Мы туда не ходим на тощий желудок, за чем здесь просиживаем на вот этом месте. Мы делаем у себя сберкассу. За это вот время собираются у нас средства. Мы с вами к этому времени готовимся. Делаем все, что есть возможность, чтобы вернуться из севера на нормальную такую в материке жизнь. Она нашими людьми делается ежегодно, как только приходит теплое время.  

    178. Когда в лесу заведется соловей, он тоже на зиму улетает, не хочет в холоде купаться. А сейчас ему право приносит ежеминутную теплую атмосферу, с которой он встречает каждую зорьку. Да нам, таким слушателям, всегда старается пропеть свои вздуманные песни. Поет он в лесу, далеко его голос слышен. А мы соберемся в это время на земле, на зеленой травке. Нам интересно время это тогда, когда мы прожили, и не слышали по такой природе, в которой мы находимся. И мы даже солнце не видели.

    179. А сейчас мы приехали на этот жаркий юг, куда со своим поступком, со своей работой, с песнями скворец. Он свое место занимал, и давал знать всем про свое скорое в природе прибытие. На кого люди смотрели, говорили, значит, весна начинается у нас. Свои песни поет нам, живущим на своих прежних местах. Все как один человек со своим имеющимся хозяйством приготовились, с силою живою, со снастью своей. Идет такое время для нас, некогда будет спать, да думать про то место, на которое весь стан со двора двинется. С собою хозяин все причитающееся заберет, и будет ехать в степь. В это время летели дикие гуси вверху.

    180. Хозяину не до них на расстоянии разговаривать. Спешил на свое место, чтобы делать на этом месте. На земле надо было свою возложенную годичную работу этот день сделать. Хозяин этому добру начинает приступать. Всю силу животных подкармливает, выпряг, поставил под корм. А сам за работу взялся, стал бороны класть на край пахоты, откуда начнется после разбрасывание в землю зерна. Будет запряжена худоба, рогатый скот в ярмо, в лошадь в хомут. Человека в этом вся работа на своих ногах. Он будет трогаться для того, чтобы пошла на этом месте на высохшей земле. По пахоте стало производиться человеком волочение взад, вперед, чтобы разбросанное зернышко по верху волочить.

    181. И надо будет сделать этой вспаханной пахоте, чтобы из нее сделать действительную грядку, чтобы на ней не так было, как мы провели свою работу на льдине. Она весь тот период не видела и не слышала, что наш хозяин в это время делает. У него одно – скорее чтобы прибавлялась хозяйская работа. У него одно – этот день сделать, а завтра уже будет поздно. Сам еле-еле ходит, и свою силу живую водит. Не порожнюю, а со снастью, которую надо возить, чтобы волочить эту пахоту. Это дело крестьянину проделать. Он про это самое всю зиму продумал да прогадал. А сейчас вокруг него даже проскальзывает маленькое в воздухе насекомое, которое своими крылышками прожужжало. Оно дает знать вперед человеку, а какой будет природный прогноз.

    182. У человека близкая природа, а у нее чего только нет. Только снег со двора убрался, а на это время: бах, и вскочила живая в своем цветке подснежная просянка, по-народному ее назвали. И в это самое время пришлось человеку, как за продуктом, охотиться. Сделал с дерева штык, и давай их при условиях копать. Накопал их целый пук. Говорит: «Будет детям полевой подарок». А мы, этакие полярники, что сделали на своей льдине? Еле-еле сами себя оттуда убрали, чтобы природе там не мешать, как мы в этом деле ей мешали. Про эту работу, которую делали не индивидуальные крестьяне, как это было в природе. Надо не спать, а делать свою работу.                  

    183. А она начиналась с первого дня тяжело, и делается все время нелегко. Сейчас мы вернулись из льдины на материк, в это время спускаемся. У нас скорыми поездами они нас везли, на каждой станции не останавливались. А с ходу брал путевку синего цвета, и прибавляла тяга электрическая, она за собой везла больше десяти вагонов. А на средине их был поставлен ресторан. Мы теперь в нем пользуемся своим местом, своими средствами распоряжаемся. В окна мы смотрим на стороны, и направо, и налево. Наше коллективное сельское хозяйство со своей силой. С железным конем, с водителем вместе, зацепил за собой агрегат. И не жалуется никому, не говорит, что ему тяжело эту работу делать. А мотор рычит, колеса не стоят.    

    184. На своем месте за собою делают такую работа, которая нам, всем людям, надо. Мы выращиваем в этом месте в это время хороший урожай, да смотрим на него, как на свое око. Мы делаем в природе эту крестьянскую работу, которая нам нужна всем. Особенно нам, едущим в поезде. Мы едем на море покупаться, да повольничать своим телом. Мы заработали это вот дело в экспедиции. А сейчас едем мы, отдыхаем. У нас, таких полярников, только сейчас мы увидели нашего тракториста, который делает не для себя эту работу. И хочет угодить всему народу, как мы с вами угождали, изучали, понимали. Так и наши колхозники со своим делом волочат, а потом много сажалкой сеют, спешат вовремя управиться.  

    185. У них план. Без всякого плана по конвейеру не пойдет зерно. Так, как мы его сеем одно время, не трудно машиной. А машина у нас – одно нержавеющее золото, милый наш в пути друг. Она нам быстро помогает исправиться с осенней ранней пахотой. Мы теперь не кланяемся поломанному колесу, у нас не бедняцкая в природе жизнь. У нас новое социалистическое государство. Мы делаем для народа, нас не видели. Про нас, что мы делаем, печать преподносит. Наши писали по нашему радио. А сейчас идет такое между нами всеми, 50-летие октября… а мы его сделали, показали то, что нам нужно. Едем и рассуждаем про все народное достояние, про весь народ, про нашу партию, которая руководит нами всеми.

    186. Как учеными и неучеными, рабочими, крестьянами. Кто читал доклад Брежнева, он говорит: «Недалек тот час, когда мы будем беречь, ценить природу». То потребуется от нашего человека, чтобы сблизиться ближе с природой, которая учтет наши все сделанные в природе ошибки. Она не будет на нас нападать, а будет нам всем помогать в жизни, чтобы мы не жили так тяжело. Когда вместе были в Арктике, то мы знали друг друга, за каждого человека держались. Мы брали ложку в руку одну, а в другую хлеб, зубами кусали, жевали и глотали. Говорили, что наши люди делают в поле. Они играли, песни пели, читали, про нас также в некоторое время вспоминали. Говорили: хорошо им там в холоде быть? Солнышко почти не видали, весну. Зима, снег, да пурга бесконечная.

    187. А нам приходилось хоть одевшись там жить. Сейчас нас своя собственная семья разлучила, мы должны больше не (уезжать). Мы с вами вернулись к семьям своим, взялись за помощь свою, воспитывать своих возрастающих детей. Они наша замена. Для этого дела учатся, растут, и поднимаются . свое дело не бросают делаться дельцами, и занимать в жизни своей такое, может научное, место, в котором приходится сидеть да все думать про нашу природу. Про физическое практическое явление. Самое главное, чистый воздух, вдох и выдох, снежное пробуждение. Наша любимая Арктика. В ней мгновенная выздоровление нервной центральной части мозга. Это наш хозяин, который непрерывно с нами жил. Нас в этом … одевал.

    188. Давал все возможности быть здоровым человеком. Мы не думали умирать. Наше дело – жить. А сейчас мы спускаемся вниз по зависимой дороге, которая нас привела к одному бессилию. Что мы ни делали, и как ни делали, и где, а пришло наше бессилие. Надо бы с вами жить, и крепко за это хвататься, чтобы продолжать. А мы то держались хорошо на своих ногах, бегали быстро, носили по много, чтобы жить. Крепко хотелось, но природа не давала… От семьи своей оторвала. Заставила нас поодиночке не жить. Кто и как эту дорогу оставил, а сам взялся за мертвое. Никогда не хотелось бы этого. Но через наше все, что мы делали в жизни своей, взяли и умерли.

    189. Не такие люди, как мы на своих сделанных машинах. Люди на своих ногах грудью с природою так воевали. Не хотели даже смотреть. А когда пришло такое время, надо бы не делать, что мы сделали теперь. Но ничего не поделаешь. Смерть одолела, а жизнь ушла. Надо бы жить по Иванову, но мы не верили и не делали. У нас не получилась жизнь, а смерть забрала всех. Кроме одного Иванова, живого человека.

 

1967 год 21 декабря

Иванов

 

Набор – Ош. С копии оригинала. 2014.05.              

 

    6712.21   Тематический указатель

Казанская больница 1967  24

Жизнь в воде – 40,41,141

Враг пища  51

Через глупого к умному  65,153

Здоровье не купить  85

Медицина  86

Моя победа  89

Хорошее – плохое  89

Учитель история завод  99

5 заповедей   103

Вода, погружаться  107,146

Зависимость мешает 109,138,188

Независимость  111

Неправда 112

Говорят, что это было 115

Помогать другому 126

Война и враг 128-136

С врага сделать друга 135

Вожаку начать – люди

поддержат хорошее дело  135

Незабываемое 129

Рак  141-146

Заглазно копаться в чел. 146

Зонт легких, вода  147

Ум развивать  153

Учитель умирать не будет 154

Причина смерти 189