Иванов П. К.

Государство

 

1970 года 20 марта

Иванов

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

 

      1. И тучи как тучи в высоте, и волны бушуют на море. А люди хотят жить на земле хорошо и тепло. Что ты, мой друг по жизни, можешь мне сказать. У тебя под руками есть не начатое дело. Я, говорит он мне, встречался. Только не приходилось с ним говорить, какая у него была об этом мысль. Мы с тобою вдвоем даже не слышали, а чтобы видеть. Нам не приходилось на одном месте с ним жить. Как меж соседом сосед разно жил, да посматривал на ту дорогу, по которой наши все люди один за другим проезжали. И везли с собою самых маленьких деток. Они с собою везли золото, серебро. А у самих такое было поставить на колесо.  Такие с подводами колеса, которые давали знать. Это есть наше начальное в кочевании место, мы его для себя облюбовали.

      2. Да смотрели сами вдаль. Мы не цеплялись ни за какие узкие или широкие ворота. А ехать, мы ехали. С нами такие же самые встречались, мы с ними делились словами, говорили про тех и про других. А чтобы нам кто-либо сказал точно, вот такая-то есть семья. Она задумала что-либо другое, не такое, как мы с вами продолжаем. Иван на Петра нашего семьянина без всякой улыбки посмотрел. А в это самое природа менялась с одного в другое. А нашему такому человеку, кто очень много так об этом думал, а чтобы попробовать, он не смог свою форму менять. Как ты думаешь. Касается этого дела нашего одного из всех вожаков. Он поглядывал на свой движущийся маршрут. Ты как думаешь? Я думаю о светиле не так. Они себя показывают, вроде как будто перед нами такими людьми она на одном месте не устоит. Всему дело – наш протоптанный по вот этой земле. А земля не один раз себя нам представляет.     

      3. Вот нам вперед природа слала такие дни. Мы как таковые в то время не сидели на одном том же месте. Наши колеса – с места в другое. Мы не стоим, а все по дороге своей едем. Наши колеса крутятся под нашей в природе командой. Мы внимательно смотрим на небеса, на отдельные звезды. За нами живая сила для удовлетворения ступает. Мы их как свою собственность, она у нас во дворе, пашня на земле круглый год. Мы только практически не отстаем от этого стана. Нам наш старожил рассказывает про свою такую счастливую в природе семью. Она пока движется при заслуге самого Бога. Многие по пути наши кочевники встречались, мы с ними попрощались, как в последний раз. Нас природа жалеет, у нее Божья сила. Захочет – для нас свою погоду сменит в плохую сторону. Он хозяин этому, лишь бы только он сам захотел.

      4. У нашего хозяина не одни колеса бережет хозяин. По истории всей жизни, ему так передали те люди, которые не в силах оставаться. Мы по плохой дороге естественной не пускаем в ход это добро, причитающееся нашему народу. Нас не ждало будущее. А природа у нас всех такая интересная есть. Мы ее сил спокон веков боялись. У нас с  животного вся кожа самого себя защищает. Живем, от нехорошего терпим. Хоть и редко, но метко это дело бывает, чему мы так крепко в жизни своей радуемся. Нас учит наша природная обстановка. Наши старые люди за этим делом смотрят, как чуть что такое. Он у нас ни за чем не смотрит, а чувствует своим телом. Ему не приходится от этой повозки  далеко отходить. У него его мысль работает для спасения своего табора, вперед у него никакой такой мысли. Он свои глаза направляет далеко от всего в природу в высоту. Зачем ему кто-либо из своих. Есть люди, он их не считает.

      5. Раньше прямой дороги, чтобы намеченная была, как это должно быть в нашей жизни. Наша телега пробиралась по земле с силою с трудом. Да со своими людьми, которым приходилось жить. Наши все люди за то, чтобы плохо не жить. У нас не режимный порядок. Бить не станут, а сказать скажут, разбудят и пошлют. Хочешь, не хочешь, а идти будет надо. Мы с вами на это место приехали, остановились, каждый человек за свое брался. А вожак сидел на подводе, за этим наблюдал. Он больше вникал в природу, днем наблюдал за сияющим тихо солнышком. А ночью он сидел на присядках, вверх смотрел глазами, да присматривался к каждой появившейся  на арене звездочке. Она расположилась близко к другой, а нам казалось, рукой можно достать. Наше было такое в своем семейном деле. Кто про что только думал, но про свое такое не забывал. Ему казалось, он вот как будто сюда пришел вчера. Мы семьей делились, менялись, и хотели что-то сказать.

      6. А вот наша окружающая между нами природа со своими условиями. А по ней чего только своими глазами не увидишь. Вот здесь я, говорит, пошел, оторвался. Перед тобою, как перед шедшим человеком, где-то взялась небольшая птица вроде куропатки. Мы все были этим делом поражены, откуда она такая птица взялась? Этот табор по этому следу не первый раз здесь появлялся. Сейчас время такое  настало. Если бы мы все вместе, да еще на такой высокой равнине наши эти люди взялись за какое-либо новое дело. Мы даже вслед за природою по ее земле шагаем. Для нас таких и земля под ногами не вся была. Хоть бы один кусок этого вот места мы взяли да присвоили. В один голос свой мы сказали. Из этого вот всего не получится ничего. Мы бы так вот не жили. А то у нас лежит длинная такая нам земле дорога.

      7. А вот другие уже такие, как мы ездили. С ними такими вот людьми не побоялась встретиться наша нехорошая для всех на этой подводе стихия. Мы по этой дороге, по этому месту, где нам таким людям смотреть на любую красивую в месте природу. А она, как какая-то дворовая хозяйская собака. Мы могли это видеть с вами. А наша такая для всех заложенная вот тут наша молодежь. Они привыкли за этой подводой, давно нами сделанной. Мы на ней не одних малышей с места одного в другое перевозили. Матери приказываем за это самое дело, мы его там начали, оно нами делается. У Петра Иван спросил: «Как ты думаешь, будет ли в жизни что-либо другое?» А Петро не смог было сосредоточиться, взяться за свой конец своего края. И все станут не такие танцы в природе не модные. У нас наша неровная земля, неровное место. Она почти вся на ярах. А ехать было надо, чтобы про то сказать, про которое не знаем.

      8. А время не стояло, и нам свое показывало так, как это говорилось про одну. Когда-то подвода, она нам возила по природе. А она не была такая, как надо. А тут вместе с нами животная скотина, мы с нею вместе жили, да ею пользовались, как продуктом, да делали с нее одежду. Трудно приходилось некоторые вещи добывать. А вот хоть каменеем, но разрезали. Положили, сказали: это будет наша такая сделанная нами вещь. Как-то одного дня мы все собрались в кучу. А природа взяла, как намеренно, на наше дело свою систему сменила. Мы от нее этого в жизни никогда не думали ждать. Как-то дорога  нам свои следы как сначала показывала. Вот мы и доехали  до самого нашего края. Мы со своей такой подводой  на колесах двигаться не сможем. Наш самый  главный по жизни, старейший от всех нас, остановился перед этим. И сказал: «Господи, куда же ты нас завел».

      9. А у нас было такое энергичное по такой погоде настроение. Мы бы своим физическим здоровьем немало кое-чего для жизни сделали. «Куда ты дальше поедешь», – воскликнул один из гурта. Воде не пускает хода. А подвода завернула свои направленные оглобли, и давай показывать свои природные живые  выдумки. Человек этого хотел, взял и свернул  в ту сторону, в то условие, где еще люди не начинали, там по воде плавать. У людей были построения жизненные. В этом редко, но встречалась гибельная сторона, которую надо будет прощупать. Да проследить ежедневно в нашей такой природе, в каждом отдельном денечке. А собачка жила, и то она у нас по условиям делала. Нашим хозяевам было прекрасно. А петух был бы, и пел бы прекрасно, но двора одного не существовало. И не было в жизни своего следа. Мы всегда так пользовались. И хотели, чтобы у нас это самое было, и достаточно.

      10.  И до того, что будет нам от этого дальше. Мы привыкли по-своему обходиться так, как одно из всего семейное условие рассмеялось. И так перед этим хохотало женское условие. А потом они перестали через такую долго ходящую телегу. Она где только ни была по нашему белому свету, как она только ни крутилась, ни вертелась в нашей начальной жизни. Она видела, как к ней приближался со своим умением человек. Он ее сделал своими руками, на колеса поставил на землю. И сказал своей живой скотине, чтобы они так крепко и быстро  возили. А мы как люди наши в ней беспрерывно сидели, да думали от этого дела свою жизнь переменить. И тем истинно сказать прямо в глаза природы. Какая ты  есть наша  мать родительница и кормилица во всем нашем деле. Мы по тебе так ездим, и не надоело нам взад и вперед свою эту телегу не порожнюю таскать.

      11. Мы такие есть наши люди, не придумали у себя чего-либо такого другого. Мы ездим, мы смотрим, встречаем и провожаем. А вот попробовать эту телегу хоть на одну единицу  на месте остановить. И сказать свои такие слова. Ты у нас любимая, на четырех колесах движущаяся. Никогда ты с нами не расходилась, а всегда вместе и вместе. Какая только ни была погода, мы с тобою в нее попадали, считали тебя. Ты, наш табор, – это общее наше начало. Мы в нем живем не по-старому, а по-новому. Хотим это все перевернуть на другое. Это все оставить сзади, а пойти своими шагами вперед. Как не хочется в жизни своего уголка заиметь. Какая по климату есть наша грунтовая земля. Мы ее всю этакую своими ногами исписали, ходили взад и вперед, как какие-то люди.

      12. А вот в жизни одно такое мирное, как мы жили, никогда не бывает. И на это человек нашелся, проследил это дело, и на одном своем месте приостановился. И в одно это прекрасное время сказал. Вот теперь мы, так мы поживем по-иному, по дворовому. Места всем хватит, лишь бы только было желание на этом месте быть. Это кочевание, это движение уже нами забыто. И крепко взялись за свой двор, за то, чтобы по природе, да еще по земле, не ездить. Мы, люди, поделались другие. Стали один возле другого поселяться. Да стали жить так, как мы с вами не пробовали в этом деле жить. Мы всегда говорили про любовное место, где и как эту телегу надо будет поставить. Да присмотреться к природе, откуда дует наш ветер такой. На все делалось умом, чтобы не ошибиться. На все это требовался разум человека.

      13. А сейчас четыре стороны, вырытое в земле жилье. А возле него такое же поставлено другое. И так это делалось, как никогда прибавлялось, росло, это дело доходило до хутора. Стали не семьями жить, а стали сами. Телега об этом деле рассказывает. Сама эта история теперь растет, и развивается наша частнособственническая жизнь. Она нас, таких делателей, заставила нашу предковую телегу  поставить на одно свое место. Не как это делалось нами раньше, мы место меняли на другое место. Нас не это теперь огораживает. Мы раньше не знали: а что будем  завтра поутру  делать. Мы теперь природою не нахвалимся. Она нам открыла свои двери, и сказала нам всем. Теперь вот ваше полное право городить общими своими силами. Телега вам и сейчас понадобится что-либо во двор привезти, и что-либо смастерить.

      14. А для нас сила все время служила, для нашей такой жизни, которую мы на земле своей начали. Мы без мяса живого не оставались, у нас был помощник, это огонь. Долго мы без него мучились. И все же мы в процессе этого всего сделали сами эту на четырех колесах телегу. На ней мы много лет промучились да прожили. А вот сейчас мы стали такие сильные, у нас окружил нас огонь, это в жизни самое главное. Это было самое начало нам сделать с земли железо, то есть нашу острую иголку, которая стала человеку помогать в жизни делать одежду. Телега деревянная, но стойкая нашего хозяйства. А одежда наша – это животных кожа, и с животных мясо. Мы с вами это дело стали делать у себя в этом начальном дворе.                 

       15. Мы с вами их много не имели. А сейчас у нас на арене не одна телега стоит на колесах. А мы как чуть что такое в своей жизни, мы ее строили в природе совместно с рогатым миром. Мы для этого разводили в своем дворе любого вида скот, который нам давал своим телом жизнь. Мы эту жизнь развили не через колеса, телегу, а через животное в природе. Но хоть и трудно приходилось жить без нашей хаты, без городского дома, мы стали уже рождаться в четырех стенах. Стали учиться во дворе, а что будет надо в жизни сделать для того, чтобы на сегодня позавтракать. Ведь мы раньше до этого времени не так вот жили, как сейчас своим племенем, своей семьей. Нас научила природа, она свои дни один за другим ставила. Да не такие подходящие, но новые и небывалые все дни.  

      16. Без всякой телеги, без иголки, без ножа и топора хаты не построишь. Всему дело – сам человек. Он для себя в природе не жалеет. Сам себе идет на свою жертву. Делает своими руками  каждую вещь. Он мастерил, и дошло до того в нашем таком месте. Во дворе то, что было надо. А во дворе  приходилось стоять телеге. Но запрягать в нее нечего, уже у человека большой недостаток в жизни. Нет такого места, на нем не было такого человека, кто бы эту болезнь смог залечить. Все люди живут в природе в своем имеющемся недостатке. Один с ним умирает, и другой с ним умирает. А вот чтобы жить, у нас таких наук на белом свете не рождалось.

      17. Есть все, что одеть, что покушать, и, самое главное, в четырех стенах пожить. Как мы эту жизнь поставили. Нет под руками иголки – уже есть начало болезни. Нет на столе ножа – тоже есть болезнь. Кругом человека окружает болезнь. А это болезнь, которая зависит от другого человека, кто у себя имеет, даже есть лишнее. Он же молчит, не говорит. Он не скажет, это его есть в природе приобретение. А раз он это сделал, у него получилось, он имеет. Это его в этом деле ловкость из-за этого добра, а он его имеет. Это все дала человеку природа. Он в ней так вооружился, так сделался одно время богатый. У него, как у царя, самые воюющие люди. Все они делают себе.

      18. Если бы не они сами, у них этого не было, и не будет. Человек все это сделал. Он дождался сегодняшнего утра. А оно к нему не таким пришло, как ему делалось. Человеку не пришлось в уюте. Он окружил себя не тем, чем следует. У него есть своя причитающаяся земля. А чего-либо с живого нет, чтобы его пасти, или чем эту землю  обрабатывать. Когда подвода не стояла  на дворе, и не привозила во двор чего-либо другого, мы бы так не огораживались. И нам, может, так не понадобился ножик или лопата для копания земли. Мы стали  рыть, копать, доставать. Делать из сырья какое-либо тело. А с тела будет делаться какая-либо маленькая или большая деталь. Мы для своих нужд делаем.

      19. Все равно мы делаем. Человека во всем его деле мы сохраним. Телега, которая раньше не стояла на одном месте, она бы теперь у наших ученых теоретиков и в неученых людей спросила. Мы же люди, да еще какие в природе, из телеги мы перебрались в землянку, а потом пришли и к нашему двору. Это есть национальное человеческое большое общество. Мы сделали теперь научно техническое  государство. Этого тогда у нас не было, но мы и тогда были зависимые в природе. Нам потребовалась самозащита в природе одежда, и нужна была пища, и дом был необходим для жизни. С чего мы с вами делаем одежду? С нашего животного. Это же природа, с каких предметов созданная.

      20. Нехорошо нам приходится заболевать или лежать болеть, стонать в больнице. Или сидеть за свое дело в тюрьме очень  тяжело, и на кого-то обидно. Вот что сделала телега. Она это все привела. Что из этого всего нашего развития. Нам надо жить по природному. А мы с вами добавляем наши войны через кого, и кто это этому всему виновен. Если бы мы телегу не останавливали, и не захватывали для себя двор, и не считали его своим именем, то на нас, на таких людей, и другие люди как на собственность не набрасывались. Если бы мы природою не торговали, как мы ею торгуем. Поэтому мы с вами за землю воюем. Виделось и делалось этой телегой. Как она остановилась, так она заставила больше копаться в природе в условиях.      

      21. Человек мало сделал в этом деле. Он как нуждался крепко, и сейчас он нуждается в природе тем, чем надо. Чтобы ему всего хватало, этого у него нет. Он хочет, чтобы ему она давала столько, сколько будет надо. Осталось одно. Надо проанализировать все и признать: то, что мы делаем, это все непригодно для жизни. Сделали, ввели эту жизнь. Телега свой путь не оправдала. Она развила в своем государстве психиатрию, где оказался сам Введенский. Он был первый, кто написал такой акт, с которым пришлось ложиться в Ленинграде, как больному. Я как человек этого государства не побоялся своим здоровьем этих вот людей, кто задался цели  этого человека в больнице держать.

      22. Он всякими подходами у блюстителей порядка спрашивал и спрашивает: что я у вас плохого делал? Я делаю для самого себя лично, в природе ищу место, где с моим телом можно определиться. Я человек такой же самый, как и все земные люди, рожденные для жизни своей, чтобы в природе пожить да повольничать, как это делается в людях. Чтобы хорошего да теплого в жизни повидать. А потом после этого всего сдаться своими силами, и пойти под откос. Таких сил, как были раньше, больше нет, они потерялись в природе. Теперь жду бессилие для того, чтобы не жить, как мы жили. Навечно неумирающее  место в прахе, в земле лежат через наше хорошее и теплое. Ты как человек не заслужил внимания между природою.

      23. Я, как все, прожил 35 лет, протоптался да проходил взад и вперед. Да еще думал, как и все думали зимою, когда в степи ничего не делали. Их дело было одно – ждать теплого солнышка, атмосферы другой, да зеленой рослой травы с цветами. А человеку надо будет за землей поухаживать, то есть на ней поделать для того, чтобы уход послужил на пользу в дальнейшем. Человек об этом думал, лазил по земле по условиям там, где все, что делалось, теперь не делается. Так вот и меня это заставило копаться в этом всем. Я мысль перенял другую, очень сейчас пишу, не жду время весеннее, и не хочу на земле этого делать. А жду я осень, изменение другое, нехорошее для всех.

      24. Всем не хочется оставлять лето, теплые хорошие дни. А я как таковой ими не радуюсь, пугаюсь их обряда. Говорю им: что выделаете в природе. Какие идут на землю качества. Сначала влага дождя обмывает, а потом ложится белый снег. Какой он белый, а какой он холодный! Он и к нам в жизни нашей один-единственный раз приходит и уходит. А мы с вами на себя тянем мертвое, хоронимся мы от этого. Какие мы в природе есть люди нехорошие, со своей снастью лезем к земле. В этом всем просим Бога, чтобы он нам давал для этого  в жизни урожай. Что с этого всего мы с вами за это дело получаем? То, что мы думаем, мы не получаем. Мы живем в этом один раз.

      25. Я как человек перестроил свою непригодную, давно старую мысль. Не хочу государству подчиняться. И не хочу, чтобы телега стояла на одном месте. Я хочу, чтобы природа была всегда энергичная живая, и в ней жил человек не мертвый, а живой. Чтобы завоевать в природе не государство в жизни. Надо завоевать в природе жизнь, но не смерть, как это делается человеком. Государству не требуются дороги. Оно их держит  в домах под замком, томят. А сами люди государственные, политики хотят, чтобы через труд была большая экономика, в чем человек должен пожить, а потом умереть. Это не государство наше, в котором люди делаются воины, с природой воевать ежеминутно. Воздух, вода и земля – милые друзья человека,  которых надо нашим людям любить, ценить, хранить. А мы землю заставляем.             

      26. Вот какое человеку место надо. Без всякой нашей телеги, а с мыслью такой, которая делается человеком. Он не хочет такого государства, в котором есть тюрьма и больница. Человеку без телеги этого не надо. Надо с такими мыслями оставаться на арене. Все это имеющееся разбить, чтобы такой мысли, как она была, ее не надо думать. Вот что должен сделать в природе человек, не революцию, а эволюцию. Зачем нам надо такая, как она была, эта весна, которая не мешает государству. Это общее дело, оно мешало, мешает, и будет мешать  человеку. Он в нем умирает, он умирал, и будет умирать всегда. Это наше на нас не новое, а старое. Когда человек не думает про хорошее, а всегда он думает про плохое. Не про весну, а про осень, она ведет нас к зиме, к холодному времени, к снегу, к неприятности.    

      27. Самое жизненное похотливое убери, но ее как растревоженную удовлетвори. Это твоя близкая к зиме осень. Она никем не хвалится, а все уходят, и все от этого кутаются. Не хотят этого времени, чтобы оно приходило. Вот какая жизнь человека. Он хочет хорошего и теплого, к чему стремятся попасть все наши люди. А в людях первая ясная для всех весна, которую телега раскрыла. Ей полное право  дадено начинать. И люди сами делали то, что им было надо. Им приходилось с природою на этой телеге воевать. Она возила грузы надобные. В ней хозяин сидел, и думал свое заданное сделать. Он на ней воевал, подвозил сам себя  на ней. Танцевал, уходил, старался скрыться.

      28. Эта телега было начальное государство. Мы с нею жили и богатели, везли во двор, что только хотели. Вот что наши сделали. Взяли, прогнали старых людей, отобрали у царя телегу, сами на нее сели, и айда. Эта телега долго не ломалась. У президента Келдыша телега спрашивает. Почему это так? Перед людьми все науки поставлены, чтобы человеку быть в природе здоровым для того, чтобы теплое время встречать, в нем поухаживать за землею. Сделать с нее грядку, и в нее посадить зерно для быстрого схода. Чтобы это зернышко выросло не одно, а много. Дало урожай прибыль. Для этого государство имеет  у себя для народа технику, ее представили в работе. 

      29. Ею волочили, ею сажали. Она во всем хорошая для того, чтобы с этого получился урожай. Мы, люди, его убирали, и засыпали в закрома общего амбара. Это мы сделали для себя запас. Мы не хотим оставаться без всякого хлеба, без одежды, и без дома. Мы хотим  жить, чтобы у нас было все. Но раз мы так заставили природу, чтобы она нас встречала и провожала так, как оно делалось, и делается. И будет так делаться, до тех пор это все будет происходить, пока человек не покажет свою способность в природе Бога. Он не согласится в природе по людскому такому жить, а возьмет дорогу свою.

      30. Эту мысль надо забросить вон, а взяться за нашу любимую для всех осень. Какая она есть вся в солнышке. Бывает ясная, а бывает и дождливая, вся в грязи. А люди заканчивают работу в степи, убираются. Летнее оставляют сзади, а с осенью с неохотой приходится встречать. Осень – это не весна, она начальная есть для зимы. Уже мысль подсказывает. Между людьми зародится за свои заслуги никогда не бывалый человек, которому поверят, и станут его просить, и делать то, что надо. Моих людей придется забрать, и окружить себя. Телега, она крутится, и возит на себе  ту родимую мать, которая услышала  свое то, чего в ней зародилось другое живое. Оно кем-то посажено, и оно в ней развивалось, делалось внутри маленьким живым человеком.

      31. Он своим телом попал в живые качества. Для того чтобы прогрессировать живому в природе человеку, она его таким. Как он есть живым, энергичным, и воздуху по душе, и воде тоже, так же и для земли. Вода след промыла, а воздух вытолкнул, земля как таковая приняла. А сами люди в этом деле не подготовлены так его встречать, как мы его встречали. Он этого никогда не подумал об этом деле, об этом всем, что с ним в природе будет встречаться. Ему показали ту дорогу, по которой катилась эта вот телега. Она своим привозом и отвозом создала государство, в котором родился этот человек, которому не потребовалась никакая телега. И ему не будет надо такое государство, в котором люди будут рождаться так же само, как они родились до этого времени.     

      32. Они в природе пожили, умерли на веки веков. Неужели нам, всей молодежи, этого достигать. Мы рождались при телеге в этом государстве, где есть ученые. Их заставил вожак по теоретическому делать. Это надо будет в природе самые качественные ресурсы, с которых делаются в природе для людей хорошие и теплые дела. Чтобы жилось хорошо и тепло, надо будет для ученых людей за их сделанное дело ввести правительство пошлость. Они этого хотят, чтобы люди не ошибались, а чтобы их дело было для всех признанное и делалось в природе хорошо. Ученых один такой паводок, думали и делали хорошо. Вот что будет надо людям. Они на хорошей плодородной земле сидят. Эта вся общественность сидит здесь и удовлетворяется хорошим.

      33. Они за собою ведут молодежь, и хотят, чтобы люди делались учеными. Ученые хотят, чтобы их люди жили так, как не жили другие. У людей рожденные дети, они неумными родились. Мы должны так по-ученому их довести до конца. Человек должен быть ученым всесторонним, чтобы уметь сделать машину или какой станок. И на это все надо практически делать умело. Возьмите такой тяжелый где-либо физический труд. Он человека заставляет, чтобы хорошо его делали, что и улучшает его жизнь. Возьмите историю прошлых лет, и самих заядлых в труде природа не послушалась, за это все обанкротились. Мы делаем общего характера. Надеемся на то достоинство, которое есть для государства.

      34. Телега не будет надо для того, чтобы нам для независимости родить человека. Чтобы он родился в природе живым энергичным человеком. Чтобы его не росло государство, и не возила телега. А чтобы люди со своими энергичными руками вынянчили в воздухе, в воде и на земле. Чтобы этот человек рос, и учился в природе самого себя естественно выхаживать. Для того он в природе должен прожить в обществе так, как живут все до 35 лет. А потом от этого всего отказаться, от всей самозащиты, и от удовлетворения, и от всех удобств. Чтобы этому человеку быть в природе холодно и плохо, тогда-то заимеешь в природе по ее заслугам место. Ты должен научиться распознавать в природе самое хорошее для органического тела, что будет надо.

      35. Ты через твое дело заслужишь в природе внимание. Человек полюбит естественно воздух, воду и землю, которую не будут заставлять, как это делается. Еще не пришло утро сегодняшнее, а мы вчерашним днем заложили фундамент. Головной убор шапку вешаем на крючок и запоминаем, говорим: завтра она будет нам нужна. А сапоги ставим на свое место, тоже запоминаем. И кладем пальто или пиджак. Тоже надо знать, ибо это для природы будет надо. А этому человеку эти способности не будут надо. Ибо природа полюбит его тело естественно, и выходит организм, чтобы тело у себя имело сердце  молодое здоровое, закаленное для того, чтобы жить, и другому человеку нуждающемуся обязательно передавать. Пусть он тоже сам за это возьмется, и делает.

      36. Живому телу с живыми естественными телами нет конца и края жизни. Мы должны это сделать, от природы добиться. Наш человек от природы не получит через плохое и холодное. Такое холодное и плохое это рождает все хорошее и теплое. А когда человек сам сознательно на себе испытывает холод и плохое, живое тело. А какое бы ты ни имел хорошее и теплое, это все долго не живет, а банкротится. Потому что хорошее и теплое все люди хотят, у них большое желание, чтобы было солнышко. Да еще яркое и теплое для того, чтобы оно давало что-то в прибыли. Телега спрашивает в людях: кому вы верите? Люди научились отвечать: мы верим куску хлеба да тряпке, и сложенной стене, то есть хате. В ней живем, но не удовлетворяемся этим. Ищем мы в природе что-то новое в жизни.

      37. Хотим найти легкого. Нам не дается в природе. Мы хотим жить хорошо и тепло. Но нам наше государство не дает через свою политику, чтобы мы жили в достатке. Нам не требовалось ни одно, ни другое, чтобы у нас всего хватало. А государство наше, нами обогащенное, в нем люди разно живут. Один у другого учится. Но чтобы научиться такому делу в природе, чтобы мы были сильные, вольные для того, чтобы не простуживаться и не болеть. Чтобы в жизни не делаться преступником через свое умение, которое научит человека сознательно в природе жить и холодно, и голодно.

      38. Всему дело есть наш человек. Он меня как таковую телегу в государстве не хочет понимать, что я из природы людьми сооружена для помощи человеку. А раз я для него есть помощница в его жизни, и не должна стоять на одном месте. И ждать человека к себе, чтобы я ему понадобилась. Всю свою жизнь на колесах одно кручусь и кручусь, не для того, чтобы человеку от этого дела была польза. Человек говорит. Я без тебя есть не государство, которое строится на колесах. Родился человек на телеге в государстве, он и умер в нем через эти колеса, через эту телегу. В нашем государстве люди не живут легко, не живут все хорошо и тепло через свой недостаток.

      39. Кому-то надо будет в природе такая вещь, которую с аппетитом проглотить, а ее не оказалось. Она у нас отсутствует. Ее у нас нет – значит, уже есть в природе болезнь человека. Она его мучит, он мысль по природе бросил во все стороны. Нюхом нюхает, да присматривается, сам одно думает на кровати, на подушке. Все думает, лазит, ищет. А как не было вещи, так этого нет. А раз ты в природе не нашел в жизни своей спасение, от этого дела человек с этим помирает. Человек не хотел бы с природою воевать, его заставила необходимость это делать. Государство без телеги не есть экономичное. А когда одна телега, да к другой телеге, то тут уже и есть село.                  

      40. А без всяких колес ты ничего не сделаешь. Всему дело – телега. Да не одна она в государстве есть, а с каким-то великим грузом. Природа всему дело есть, источник. Воздух, вода и земля. По делу всему техническому, в машине применена эта сила. Человек ею пользуется. Но его заставила эта телега в государстве воевать. Человек с человеком хвалился, его догонял, перегонял, хотел уйти от него. Но природа ему это желание оторвала. И дальше эта телега не повезла, у нее не закрутились колеса. А раз колеса не крутятся у телеги, то и дело стоит в природе. Человек своею красотою хвалится перед людьми. Говорит: я хочу очень тяжело работать.

      41. А он собственно работал, и коллективно работает. Раньше он сам себя заставлял через индивидуальное богатство. Он трудился не на жизнь, а на смерть. Он и сейчас идет на рожон со своим развитием. День и ночь учатся, чтобы сделаться теоретиком, и практического труда. Сами в этом просятся в жизни быть здоровым. Это все делается не телега, не государство. А все делает человек не революционно, а эволюционно, умело и полезно на состояние здоровья. А по теоретическому учению, мы все люди в природе зависимые от нее. Мы теряем здоровье, то есть не жалеем его. Мы с вами телегу имеет для того, чтобы все возможные штуки во двор тащить.

      42. А вот со двора гигиена дозволяет мусор вывозить. Говорит телега. Все государство на этом деле построено. Хорошее надо, а плохое  со двора. Как и человек, рожденный в жизни своей. А когда он умирает, это хуже не может быть от этого дела. Теория на людях в природе давно развивается не на плохую и холодную жизнь человеку. А она себе в природе держит человека, чтобы ему было в жизни  хорошо и тепло. Что и добывается в природе техническим, вооруженным путем, чтобы была возможность государству расти и показывать. А что мы в этом потеряем человека, это уже не система жизни. Мы привыкли богатеть, у нас должно быть.

      43. Вот что нам создала наша теория. Не жизнь, а смерть. Мы с вами по эволюционному делу не жили, и не учились в природе, чтобы жить. А взялись за природное дело, делаем все время, и в нем ошибаемся. Нас народ за хорошее хвалит, за плохое корит.

      Я закалился для того, чтобы в природе жить, и продолжать ее. А меня как практика  такого, сделавшего в природе, печать стала бить по голове критикой за то, что я оказался между больными болельщик. Я болею о своем здоровье. А потом мое все желание для всех людей, которые нуждаются здоровьем. Я его отдаю больному, забытому всеми нами. Моя цель и задача – молодежи это все передать.

      44. Пусть они в этих качеств учатся, и делаются такими, как и я. Надо в природе это плохое, это холодное воспринять. А мы, вся наша теория окутанная, и боится природы. Какие они есть воины? Они бедные, боятся воздуха, боятся воды, боятся земли, самое главное в этом. Хоть не делайся каким-либо дельцом. А все равно ты в природе потеряешь свое здоровье. Это твое временное явление, мудрость, которую ты не сохранил у себя. А по моему независимому делу, я прошел не так, как все сами защищенные. Мне надо было умереть тысячу раз. Но я жил, живу, и буду жить. А вы такие умираете. Вы же одетые, вы наевшиеся, и в доме живете, вроде какого-то короля. Вам в этом деле не приходится умирать. А вас как никогда наша природа снимала и снимает, и будет вас снимать.

      45. Ни телега, и ваше не помогло никакое государство. А как крутились вперед за большой  славой, так они будут крутиться и в государстве. А люди умирали, и будут умирать при таких колесах, при таком государстве. А когда на арену всему этому придет наша неумирающая эволюция.

      От 26 марта за № 7/416. Прокуратура СССР. Прокуратура Кировоградской области Украинской ССР. Гражданину Ивановы П. К. Город Красный Сулин, улица Перво Кузнечная, 12. Ваши советы о лечении и перевоспитании людей, попавших в беду, приняты к сведению. Начальник отдела надзора младший советник юстиции Г. Чабан. Вероятно, на что-то опирался, на какие-то дела. Под руками есть, пишут, и надеются на то, что в природе так это ничего не пропадает.

      46. Я, говорит, государство без телеги не является в природе государством. Телега привозит и отвозит. Это в году делается. Приходит весна и уходит. А человек живой энергичный, он от природы никогда через свое здоровье не уходил, и не уходит, и не будет уходить. Если бы этого не было в жизни, а то история человеческая осталась. И будет от самого районного города Бобренец, где людей всякого заболевания принимал, давал через руки свое здоровье. Если бы у меня этого не было, я бы не попал в эти блюстительские условия. А то меня как преступника в этой местности  схватили, и скорее в спецприемник в Знаменку. Там пришлось встретиться с условиями, о которых я никогда не думал, как меня камерные вши окружили. Мне приходилось вместе с врачом этого вредителя душем убивать.

      47. Я не посмотрел ни на какие особенности. Ждал то, что хотели на мне сделать. Это было заинтересовано государство со своей телегой и с народом. Им хотелось, чтобы их телега, как она крутилась, этих бедных больных преступников развозила по своим указанным местам. Человек, пришедший на землю с мыслью, молчал. Он только по-своему говорил. Горе тому человеку, кто меня своим незнанием обидит. Колокола все по церквам били о том, что это человек больной. Блюстители направили изучить в своих условиях, в своем режимном деле. Я не боялся никого по этой вот части. Моя правда заставила их у себя в условиях подержать. Да посмотреть, как на какого-то дикаря, на какого-то не человека. А он то нам рассказывает, то он говорит нам. После моего пребывания здесь меня в Одесскую психбольницу будут везти  для исследования.

      48. Надо будет этапом заключенным, в вагон я погружаюсь. Меня привезли, меня отвозят. После этого мучительства люди поверят, что не надо будет иметь в государстве телегу. А когда нам не будет надо телега, и не будет надо государство. Тогда-то и без этого заживет человек. Он не будет нуждаться природным, будет создавать в природе свое. Человек рождается живым естественным человеком, его преподносит в жизнь природа. Она ему вкладывает ум, у него есть глаза, имеются руки, и также произвольные ноги, на которых он сам себя носит с места в другое. А глазами присматривается, далеко видит, ушами очень крепко слышит. Руки у него золотые, он ими может все делать, лишь бы захотел. Это его голова заставила телегу смастерить. Он на ней не стоит и не стоял на одном месте.

      49. Добывал то, чего ему в жизни надо. Он на телеге соорудил хату, то есть избу. Он сложил хутор, на земле сделалось село, а потом город. Без телеги и человек ничто. Это делалось веками. Мы не сидели на одном месте в природе, искали что-то. Найти очень тяжело было человеку, в этом копаться им было надо. Природа свою тайну людям не раскрыла. Пока стоит на своем месте большая огороженная охраной тюрьма. И также расположенная вечно, она держит у себя больного человека. До тех пор, до того времени будет это.

      Уважаемый вы начальник надзора. Это вам пишет Иванов тот, которому вы отвечаете по своему размышлению, что мое все, найденное в природе, принято к сведению. Это не ответ ваш, и не мое такое дело, в котором мы все копаемся. Мы люди есть, да еще какие. Мы с вами люди зависимые от природы, и нуждающиеся мы в природе хорошим и теплым.    

      50. Почему я из всех один выбрал в природе холодное и плохое? Вы думаете, у меня потерянное чувство, или я не слышу запах. Молоденького я знаю, и не забываю про старика. Что мы с вами делаем, то, что у нас получилось, оно завтра не будет надо. А вот от этого мы не откажемся делать. Всем нам по душе хорошее и теплое. Оно с нами жило, живет, и будет жить. А вот нехорошему, некрасивому, холодному и плохому. Нет такого, чтобы он с этим согласился,  и стал в жизни с этим делом  соглашаться. У нас таких людей не рождалось, кроме только меня одного. Когда человек смотрит  на мое такое тело, нехорошего мнения в этом. Не висит на теле красота, и не тепло, но зато оно живое энергичное. Оно никогда не подвергается никаким заболеванием. Что может от этого лучше в природе нам. Я в вашем изоляторе все режимные условия прошел, говорил с вашим врачом.

      51. Да встречался с видными начальниками, писал вам, как областному светилу. Я не пишу о чепухе, а писал, пишу о правде. Был в Одесской тюрьме, там меня обстригли. Вы думаете, что я испугался от такого поступка, которого я получил от экспертизы психиатрии, здорового человека. А когда я встретился с заведующей Аллой Павловной и спросил у нее: а де же закалка-тренировка? Она мне сказала: «Доказывай суду». Это хорошо мне было, что я этапом прошел не одну вашу тюрьму, и не с одним начальником я встречался. Только ни ваша, ни другая какая-либо тюрьма, а прошел до Бутырки. Неужели не нашлось ни одного человека встречающего спросить у меня. А со мною говорил профессор Одесской психиатрии. Он с головой мужик, понимал меня. Я их больше понимал, но сил у меня таких не оказывалось. А вот сейчас я бы с ними не так говорил на воле. Мы же не видим такого человека, кто к нам в условие попал. Куда смотрел профессор психиатр или заведующий 14 отделением психиатрии.

      52. Я у них пролежал 30 дней, они меня признали здоровым человеком. А закалку-тренировку выбросили. Какие же они есть ученые. Их надо по этой части бить, чтобы они смотрели прямо, и видели далеко. Я в Казани был, 30 градусов мороз. А меня конвой берет из вагона в волчок таким, как я был, и есть сейчас. А ученые говорят: это небывалое. А сделать, ничего не сделали. Я вас как прокурора и начальника надзора прошу заставить всех наших встречающих ученых, кто хорошо мои качества знает. Особенно врач мой лечащий заведующий 5-го отделения в Казани Алмаз Розаевич Дербаев. Кто дал свое слово нашим корреспондентам написать об этом деле. Он меня испытывал в условиях. Я стоял в трусиках, мне холодно. Он спрашивает: «Тебе холодно или нет?» Я ему говорю: а ты попробуй сам. Он говорит: «Я умру». Моя просьба будет к вам лично такая. Вы близки к этому у Дербаева спросить: что же вы в этом человеке нашли плохое или хорошее? Он у нас один думает и делает сам. Хочет себя заставить в природе жить, продолжать с закалкой-тренировкой.

      53. Она мне дала очень много, и дает не мне одному, а другим многим пользу. Разве я забуду или не буду делать, если от этого дела другой поднимается и делается здоров. Это его болезнь заставила себя обратиться ко мне. А я ведь нужен со своим воспитанием молодежи. Пусть она этим занимается. Пусть она живет, чтобы не лезть на рожон, а делать то, от чего будет легко. Ничто такое не дает ей помощи в жизни, как только природное условие. Оно будет человека закалять. Он будет делать в природе для самого себя хорошее, то, что будет надо. А ученые не хотят мою практику пустить в ход. Сейчас сидит на месте. Я прошу вас не отказать моей просьбе, чтобы не получилось между нами плохого. Я ведь со своим учением экспериментально делаю пользу, и хочу сказать за нее, она у меня есть. Так надо через ученых помочь, пусть пишут правду. Корреспонденты видят, говорят. Пусть напишет тот врач, который испытывал в условиях. Вы же этому делу помощник заставить их к этому делу подойти реально. Я человек, борюсь в природе за продолжение жизни, за эволюционную систему.

      54. Она хочет нас переделать на нового человека. На того человека, кто будет жить и продолжать в этом деле. Чтобы больше вам не писать. Вы можете мою историю, как испытуемого в режимном условии, спросить у ученых. Что же приходится сделать, если я добился от природы практического дела. Его не надо будет приостанавливать, надо будет делать. У меня это система, которую признали ученые. Я любому человеку помогу своим пробуждением в природе. Воздух, вода и земля – это милые мои друзья. Ваше дело мне в этом помочь. Напишите в Казань, и заставьте этому делу поклониться. Желаю вам счастья, здоровье хорошее.

      Телега делалась в государстве, она в другие руки продавалась. Это есть через нее торговля, да еще какая конкуренция. Как делается в спорте чемпионское дело. Сегодня сделал, завтра тоже, а послезавтра погорел, потому что здоровье – это не телега, а естественность.

      55. Маленький, самый мизерный ягненочек от овечки прибавил жизнь живую в природе, чем хозяин в своей жизни интересуется. Хочет за это все бога благодарить. Он не ему этого ягненочка создал, а как это полагается по прибыли животного. Но человек от этого не отказался присвоить, и назвать у себя своим именем. А какой он в процессе. Вся природная экономика, начиная от волос и кончая мясом, это не все за ним остается. А жир где девается. По этому всему хозяйскому выводу, вот на этой равнине на земле в этом вот государстве не одно потребуется для человеческой жизни. Это самая первая начальная овечка, с которой сам жил человек. У него и двор был огорожен для этого дела, и хата стояла на своем месте.

      56. И такой же самый другой человек, он так тоже у себя думает, чтобы не одну эту овечку в своем дворе держать. Без всякой телеги хозяину на этом месте делать было нечего. Его как такового человека в шею гнали пришедшие дни. Они никого своим солнечным светом не любили сохранять. И к этой одной овечке привязалось. Где взялся поросеночек, тоже он так даром не возрастал. Ему надо тоже, как и человеку, не мясо, так хлеба. Поросеночек не дикий, вечно живущий в лесу, породы. Люди стали их иметь у себя, как своего родного. У хозяина не будет телега без всяких других более крупных, рогатого скота, на которых люди в этом государстве проживали. И то они делали по своему примеру. Им приходилось в жизни искать, что лучше да удобней, чтобы разворачиваться. 

      57. Человеку местность показывает вперед: а что приходится ему делать. Природа своим временем стоит неодинаково. Для нее требуется  то, что дает за счет этого жизнь. Мы по дороге протоптанной шли, и то мы с вами на этом вот месте увидели. По тракту своему в высоте летел наш черный без всякого своего крика грач. А он был в степи там, где нога человека никогда не ступала. А кое-когда зверь лютый там по этому месту пробирался. Он тоже нехорошо о человеке подумал. Не дай только бог, где возьмется наш заядлый такой охотник. Он по этим дырам со своим ружьем так и лазит. Его быстрые глаза ему не дают покоя кого-либо встретить. То ли зайчика серого, то ли лису кумушку хвостатую. А там, смотришь, где возьмется этот серый злой волк, на кого отдельные заряды готовятся.

      58. Его дело – кожа волчья, она стоит деньги, за которые можно взять на заряд любое снаряжение. Я, говорит, другим людям, которые жили в другой такой местности. Они в жизни не держали в руках так оружие. Их дело – это телега, ездить на ней, и возить грузы, которые требовались в этом дворе. Люди плохого во двор не хотят возить. А хорошее наши люди привыкли делать. На вот этой земле делать своей силой и снастью самую лучшую эту землю для того, чтобы на этом ровном месте посадить лучшие да интересные зернышка. Чтобы это чистое отборное, как одно зерно, она нами выхожено многим урожаем. Его надо скосить как зрелую единицу, и сложить в копны или в снопы. А потом их надо повозить на гумно для того, чтобы сложить в одинки, а потом катками молотить.

      59. И надо  солому собрать, от половы чистое зерно ссыпать в закрома. Без всякой телеги мы не сможем обходиться. Колеса крутятся, они крутились, и будут крутиться для жизни. И вот тут я как раз маленьким человеком народился. Меня как такового встретила природа. Я от этого всего окружающего в жизни своей очень крепко испугался. Я в другие совсем  условия попал. Глаза мои смотрели на эту зависимую от телеги людскую жизнь. Она встречалась, она провожалась, только не такой, как это будет надо. Время было скудное между людьми. Кто и как только тогда топил. С трубы неодинаково у всех дым выходил. А люди на это обстоятельство смотрели не так, как это делалось как раз в эту минуту, когда был принят природою я. Тогда порядка в природе совсем не знал, а теперь я проверил сам практически.

      60. Сначала для меня проход был сделан. Правильно водою обмыто, а воздух имел свои силы, он вытолкнул. А за этим всем наша мать родная приняла. Она бы, может, это земля, и не приняла, но такому быть. Человек наш, он такой, как и все, от своих матерей рожденные, только не в такое бушующее время. Весь в снегу, сугробы равнялись почти вместе с крышами, с хатами. А вот другие такие же самые  ребята уже жили. Они об этом приходе слышали, но не смотрели, как мы видим эту природу. Ради этого развивалась и не умолкала. Мы жили вместе на этом вот переулке, нас было мало. Уласова семья и Щербакова, все они лучше жили, чем жили мои родители.

      61. Есть похуже живут на большой улице, но про них молчит, не говорит наша телега. Она построена человеком, за деньги человек сделал. А ведь деньги, они есть у каждого человека. Только разно каждый ими по своему умению распоряжается. Человек за деньги покупает и телегу, и живое тягло. Как никогда мы стараемся, за деньги одежду мы покупаем как никогда. Что лишнее, сможем продать только за деньги. Не имеет у себя человек денег – он не считается нигде никак. Через деньги человек  попадает в дело. Он не знает, куда их девать. У него есть на этот счет своя хитрая тайна. Он не знает, что с ними делать. Но надо будет что-либо из хорошего купить – покупаю. Роли играют во всем деньги. Можно в сберкассу положить. А можно ими любое дело сделать.

      62. Они бывают серебряные и золотые. В деньгах человек живет богато. И так или иначе деньги человека в одежды просят. У денег глаз нет, они, как вода. Захочет хозяин их приобрести много – строит какое-либо в жизни производство. Нанимает за них силу рабочую, и ими крутят колесо. В деньгах есть век. Из-за денег растет население. Они не дают человеку покоя. Он ими с заграницей говорит. С деньгами в обществе и пастух человек. Деньги строят на земле  шахту, и в ней люди зарабатывают ежедневно существующие деньги. Без денег жизни нет. На вот этом месте деньги человека учат, из-за денег человек делается ученый. Если бы денег не было, никто не согласился жить и трудиться. Общество не принимает. Оно говорит, мы делаем, мы любим эти деньги. У нас для них проложена дорога от самой хаты от порога. Человек ходит, человек думает.

      63. За деньги и рынок международный в любом месте делается. А на ярмарку, да на таком интересном, можно будет купить за деньги все. На деньги играют в карты, азартными до ножа делаются люди. Деньги это все заставляют делать. Крестьянин собрал в этот год хороший урожай, у него зародилась пшеница. А раз пшеница есть, ее надо насыпать в мешки, на телегу накладывать. А потом запрягать живую рогатую силу, и на ссыпку к частному владельцу этой ссыпки. Он применяется в приеме. Только за деньги пшеница покупается и крестьянином продается. Эта пшеница  за деньги отправляется за границу туда, где этой пшеницы нет. А у них есть золото. Наше государство на землю плодородную очень богатое. И покупается, и продается, мы воюем и убиваем только за землю, за деньги, за богатство. И в этом всем деньги получаем, и с ними на фронте умираем.

      64. Если бы не эти вот деньги, и не вот эта наша земля, с которой мы делаем технику. Она у нас на колесах быстро бежит за деньги. Мы на ней можем разъезжать по всем нашим местам. Куда захотел, туда и направимся. В твоем уме можешь полагаться на всякую вещь, чтобы за деньги купить.

      Говорит Дмитрий Сергеевич Иванов, служащий старой армии. Мы служили у царя тоже за деньги. А люди в деньгах радостно на белый свет нарождаются. В людях такая лежит дорога, она далекая из всех такая. У него дума, как какого-либо хозяина богатого обдурить. У него есть на это деньги, он меня в работники за деньги наймет. У него такая есть мысль, как у всех хозяев. Хочется и колется. Работник – неплохая вещь, но надо так  его нанять, чтобы не ошибочно. Работнику надо будет наниматься, у него нечем жить. А моя крайность, надо будет обязательно нанять.

      65. Деньги на это есть, а он ими нуждается. Пчел человек культурно заводит, и умело за ними ухаживает для того, чтобы от них взять большую прибыль, и ею воспользоваться как никогда. На деньги перевести. Это часто приходилось таких людей обнаруживать. Они редко, но были в нашем государстве. А такие люди переводятся на более крупные, сами все это практически оставляют сзади, а с Господом Богом какое-либо  торговое дело в городе открывают. Им много не надо, а копеечку на копеечку. Этот человек со своими деньгами, он уходит от отстающих людей. Их он знает, как нуждающихся потребителей. Им их товары готовит. Для того они этого человека своими деньгами держат. До тех пор эта система росла и развивалась, пока лад во всем шел.

      66. Не всякому такое счастье иметь дружную и умелую семью, наживать деньги. Люди для этого в город с деревни съезжаются, на эту обстановку посмотреть. Сами пример с этого берут, учатся, и наживают большие деньги они. Это монета государственного содержания. Одни приходили к завоеванию, а другие банкротились, попадали в неловкое, и сами шли на смерть. Людям всем эта денежная система, она нехорошая, у одного были в кошельке деньги, а у другого пусто было. А в государстве на земле лежала давно проработанная собственность своего имени. Сегодня оно звучало по всей этой … местности. Люди об этом человеке далеко слышали, видели. Он есть между нами такой.

      67. Можно сказать, стихия пройдена по природе. Из крестьянина произойти в полного капиталиста, такая система. А вот другому такому сделаться. А он бы пожелал, и хотел бы таким делаться, но отсталость не пускает. Мы так растем и движемся по нашей земле. Как идут один за другим по природе наши дни. Мы бы хотели, и хотим встречаться с ними, всегда жизнерадостными. А вот плохого нежизнерадостного очень много проходит по природе. В воздухе идет вредное и полезное, они нападают на бессильное тело, и гонят вон подальше. 40 лет прошел, 40 годов скоро сравняется. Надо тысячу раз уже умереть. А ты как человек, да еще какой человек живой энергичный. Жить так не нажился, как хочется жить без всяких этих вот денег.          

      68. Деньги – это зависимость одна из всех. Они нам в природе делают широкую дорогу, чтобы мы жили и веселились с ними. А нас за нашу войну с деньгами так-то сжигает природа, чтобы мы знали, как хвалиться, как себя показывать. Вот я, так я. Нас такая геройская мать родила, таких героев. Они меня одаряют так, как всех матерей приходилось закопать. Это все сделали наши деньги. Мы их приобретали трудом, на земле выращивали, а лишнее продавали, в кучу собирали деньги, росли за счет природы. Природа нам рождала. Мы эту живую худобу выращивали, и за большие деньги продавали. Эти деньги клали в кошелек, делались мощными людьми.  Росли до тех пор, до того времени, пока не подоспела и к нам великая мать природа со стихией.

      69. А стихия в природе разная отбирает силы. А когда только это у человека появляется, у него уже в голове не то, что будет надо. Мы привыкли здоровыми людьми быть и веселыми в жизни. Это бывает на это время  один раз в жизни. А когда его потеряешь, то и эти деньги не помогают. Мы привыкли всегда окутаться, то есть найти в природе такое место, где бы тебя это оправдало. Деньги это в природе не проблема, есть  человеческое вовлечение, с деньгами люди попадают впросак. Ты их положил в карман, вместе с ними ходишь. Но не всегда о них мыслишь. Бывает, и за что-либо другое начнешь думать. А на это дело есть охотники, они видят человека, кто сюда сгоряча попал, зачем. Он всегда отделяется. А у него карман один. Этот охотник, он вор чужого.

      70. Не бросает ходить вслед. За деньги можно сделать любое и самое главное в природе производство, лишь бы вещь была нужна. А люди будут, они сделают, они смастерят. Им лишь бы были у хозяина деньги, за которые можно будет коровку приобрести, и можно машину купить. Но вот здоровье – это уже не деньги, никакая есть особенность. Это живые и энергичные природные тела, от кого отвернулся воздух, вода и земля. Не стали служить за деньги. Это такое качество государственные деньги. Они покупают всякого рода продукт на любом созданном рынке. Его люди годами выращивали, как хорошую природную продукцию реализовали за деньги. У людей было в самих руках дело. Эту продукцию варили, на огне жарили на вкус, и тут же поедали.

      71. Все то, что нашли в природе, сделали человеческими руками сегодня, а на завтра не в моде. Чувства новые рождены, уже непригодно воевать и воевать с тем же самым, непригодно, как и деньги. Сегодня их очень много, интересно их приобретать, чем приходится терять. Люди наши, они все за них трудятся. Хотят, чтобы их жизнь продолжалась за счет денег. Они стоимость имеют. Деньги держат тюрьму, деньги ставят больницу, через деньги делается все. И преступник рождается, и заболевает в деньгах. Глаз на это нет. А вот люди на них бросаются сгоряча. Надо будет их достать – он все свои силы кладет. Ищет для этого место какое-либо, чтобы к кому-либо наняться за деньги, и их от хозяина следовало получить.

      72. Хозяин историю хорошо знает. Он лишнее не передаст, а то, что следует. Он своему рабочему государство. Это есть деньги, они разрастаются на людях. То, что покупается, происходит в негодность, и богатство есть прах.

      А когда человек добьется, без всяких денег будет жить. Ему не надо будет ничего в жизни природного. Он добьется полного права оставаться без одежды, без пищи и без жилого дома. На работу в это производство я сам сюда пришел из-за денег. Жить приходилось чем? Да ими. Только хозяин у нас богатый. Государственный завод, он по своей нужде принимает людей физического труда по специальностям. Их дело – надо будет так работать, чтобы производство не оставалось в долгу.

      73. Как это делается недовыполнение. Человек работает на своей ставке. Люди – это не деньги. Их надо ценить, чтобы они росли за счет нашего труда. Мы за них, как за какой-то великой горой. Когда они у нас есть в нашем кармане, мы широко думаем, у нас есть кругозор. Мы за них, что есть в нашем государстве для нас, все покупаем. И купим то, что есть на рынке. Человек, он у нас по закону нашего коллектива в нашем государстве живет за счет своей заработанной копейки. Она ему хлеб покупает, она готовит варево, и также все сладости. Для человека за деньги открыто все, лишь бы человек захотел. Ему это все понравилось, у него на это есть его собственные деньги. А раз деньги – значит, есть все. Природа на этот счет велика, сырьем богатая.

      74. Идет школьник в школу со своими книгами. А в них по уроку надо знать. В этом деле дитю помогают деньги. Он думает про урок, он думает про кусок хлеба, не забывает. Ему тоже хочется быть таким человеком, который бы сел на свое место, и распоряжался, как командир. Солдат думает про генерала, тоже стать им. Так и рабочий – про бригадира, он тоже хочет быть таким. Деньги тянут, как никогда, за собой человека умелого быть каким-либо дельцом. Хоть композитор музыки, хоть тренер какой-либо  футбольной команды, любитель этим всем драться за свое дело. А в нем можно человеку быть такому, как он и не был. Есть мастера, их много таких мастеров, как они есть. Но хотелось бы от этих мастеров еще лучше быть мастером, одним из всех.      

      75. Бери самую низкую работу, или какое-либо начатое человеком дело. Он смотрит вдаль, хочет своим желанием пробиться далеко. Он сейчас живет в деревне, а учится в городе. Слышит запах не деревенский, а городской. А ведь рост всему поднимается из самого хутора, деревни. Люди для этого богатеют. Им бы этим не хотелось заниматься. У них была одна мысль – бросить это и уйти в другое, не в такое, чтобы было плохо. Человек думает и делает, чтобы было хорошо. А плохое мы сзади оставляем. Мы так в природе хотим получить только хорошее, с чем мы всегда живем. Мы думаем про какие-то деньги: если бы их так легко заиметь. А ведь всегда деньги делаются через человека, через его тяжелый труд, через тяжелое переживание.

      76. В деньгах нет живого, а все мертвое. Ими люди богатеют, они не дают людям никакого нигде покоя. В деньгах такая есть сила, с которой люди, может быть, и пожили продолжительно. Но они знают о том, что их чара одна. Мы, говорят люди, родились для того, чтобы в природе пожить да повольничать за счет природы, за счет хорошего и теплого. Мы в природе за счет денег все это сделали, только, в конце концов, умерли на веки веков. Это нам сделали в этом деле деньги. Мы через них создали смерть. Тот, кто хочет, чтобы люди продавали за деньги природу, ему природа продлит его жизнь. Люди об этом деле узнают. Люди посчитают: он заслуженный в природе за то, что он людям помогает.

      77. А когда только люди об этом узнают, что он такими правами окружит себя. Его умы всего человечества окружат, и ему скажут в один кипучий в природе голос, поклонятся перед ним. А он будет отказываться: я этому не заслужен. А люди сами собою доверятся, и посадят его на место свое. Скажут ему: ты неумирающий из всех нас. Тогда-то люди признают  себя, что они все есть зависимые люди государства. А в нем есть деньги, за которые мы одно время в природе делаем наше дело. По всему государству шалят из-за одних денег. Мы с вами научились крепко торговать в природе. Она имеет для  нашего государства все то, что будет надо. 

      78. Мы такие в жизни люди, которые сейчас не верят никакому Богу, что он есть между нами такой человек, которому верит одна-единственная женщина в мире Валентина Леонтьевна Сухаревская. Она говорит: «Для меня нет человека такого независимого в жизни. Он Учитель лишь потому, что он нас всех учит одному здоровью. А я лично от него получила, получаю. И будет все время, если я буду учиться по его учению». Он нам не говорит, чтобы мы бросали плохое и холодное, а бежали за хорошим и теплым. Он нас учит, чтобы мы искали обиженного в природе. И его нашли, узнали о нем, что ему будет надо. Он один такой, который нам говорит так, ему просто не давай.

      79. Он нас не заставлял, чтобы мы с вами это делали. Он на всю историю показывает, где она делась? Она лежит вся в земле в прахе. Что она ждет, мы об этом не думали. Но ваш Учитель, он еще не собирался умирать. Он такой один в нашем государстве независимый от природы. Мы сами, хоть немного, но делаем то, что надо будет. Кто из бедных, больных спросит, мы обязаны ему помочь. Не сами, так пошлем к Учителю, а он уже помогает сам. Наше дело такое. Мы ему верим, как земному человеку. Бог он есть для нас. А ваше дело – хоть никому не верьте. Это будет ваше, но не наше. Говорит Валентина: «Я на вас всех не заменю». Мы же бедные  люди, такие же самые, как и мы.

      80. Уже не будем такими, как есть наш Учитель. Он ведь не против нашего государства, он свое вводит. Ему такая мысль пришла, он был за осужденных и умалишенным, дать им волю. Государство вырастило одну такую женщину, которая опознала одна-единственная. Она не мать своих детей. Это Валентина, она пожалела всех детей, идущих по неправильной дороге. Она вам прочитает сказку и «проси совета у того, кто может одержать победу над собою», и «Моя победа». А в природе дорог очень много таких, по которых  люди не пробовали ходить. Валентина говорит. Наш Учитель, он для этого дела ходит разутым зиму и лето. Уже его есть силы для нового человека. Он нам недаром таким ходит.

      81. А говорит про это же самое. Если мы свою молодежь завернем по этому пути, то молодежь добьется от природы не смерти, а жизни. Мы не пытаемся попробовать по-новому пожить. Все свое старое оставим сзади. Это будет лучше для нас. Мы с вами попробуем по учению Учителя по дорожке пройти. Разве для нас, для молодежи, будет плохо, если она станет уходить от преступления и заболевания. Это же новое для молодежи. Учитель это от молодежи просит, чтобы она с ним согласилась. И стала делать то, что будет нам всем надо. Мы поделаемся для этого  сознательными, сильными, вольными для жизни, но не для смерти. Этого хочет Учитель для нас всех. А мы считаем его действия не такие, как мы их так делаем. 

      82. У него идея такая для людей, чтобы этого режимного государства не существовало. Тюрьмы не надо меж нами иметь. И не надо нам больница такая, которая держит у себя армию людей для ухода. За деньги жить не надо. Надо природу не продавать. Надо природою пользоваться, но сознательно. Она не для человека одного делает через труд урожай. А где та растительность или те животные, которые должны жить. Мы самовольники. Взялись  за эту местность, и стали мы на земле делать то, что ей не понравилось. Природа, то есть земля, будет согласна с выводами Учителя. Если только надо будет  человек для природы живого характера, то она его сохранит без всякой зависимости. Человек есть в природе Бог. Он же когда-то пользовался правами живыми. А потом он не согласился терпеть. Пошел искать по природе. Мы знаем людей. Когда люди не имели колеса, бичевали.

      83. А потом они стали с места одного в другое кочевать, вслед за природой двигаться. Они права такого же не имели, собственного места. У них не было такого законного государства. У них таких умников, которые заставили  человека  в процессе всей жизни подчиняться. И делать то, что захотелось одному делателю. Мы собственного места, чтобы назвать своим, никогда не имели. А сейчас мы за счет этого кусочка земли живем. У нас на этих кусочках создается государство. Мы его имели и имеем, в нем куем по кувалде молотком. Говорим: мы умеем за счет этого жить. И национально сами себя защищаем. Говорим: это земля наша. Мы на ней что хотим, то и делаем. Умрем, но никому ее не дадим. А если вы живете в природе индивидуально, захватили в этой местности  свое, по имени, место. И до ножа никого не допускаем. Это моя, по имени, земля, и мое строение. За что я одно время поживу, а потом ухожу с колеи.

      84. Мы такой в природе закон заимели между собою. Людей никто не заставлял это делать. Они сами, без кого-либо идут по этому пути зависимо, завоевывают эти вершины. Государству надо будет деньги, чтобы росла за них экономика, была в этом большая техника, чтобы с природою легко для этого дела воевать. Мы в государстве бедные неимущие люди, не считаемся людьми. Мы должны в этом уметь, как жить. А мы по техническому умеем очень хорошо жить. Но одного мы не добились  от природы, чтобы мы не простуживались и не болели. А сейчас Учитель наш нас учит, чтобы мы делали то, от чего нам не будет плохо и холодно. Мы общими сложными силами возьмемся за это. Заставим природу, чтобы она с нами, такими людьми, согласилась, и не стала нас таких поодиночке в пути встречать, и своими силами нас беспокоить.

      85. А у нас таких общие силы найдутся. Мы будем любить природу. От нее не будем уходить. А поближе да разумнее. Разве это будет плохо, если мы общими силами добьемся этого в природе? От нас уйдет наша тюрьма. И не будет у нас больше больницы. За этот вот поступок  наши люди все ухватятся, они возьмутся за это дело. Разве мы не сможем по пути Учителя идти. Она ведь такая всем, эта дорога, по которой Учитель идет. Это не революционная, а эволюционная, никому из всех своим поступком не мешает, как Учитель делает. Он не хочет, чтобы люди в природе делались преступниками, или люди в природе заболевали. Это в этом деле людям помощь Учителя. Да еще какая она есть разумная, всеми людьми удовлетворенная.

      86. Совет Учителя – это не технический шприц, и не какая-либо химия. Природа для всех враг, от кого люди уходят. А вот для Иванова природа,  воздух, вода, и земля – милые друзья. Они во всем не одному ему такому помогают. Хочешь быть таким, как хочет природа, надо человеку делать так само. Никому оно не дается так, и природа никому не даст. Человек обижен в природе. Он не знает, что делать для того, чтобы между людьми и  природой сделаться плохим человеком, то есть больным. Ты как человек в природе должен для этого пробуждение сделать между воздухом, водой и землей. Первая твоя есть задача – ухаживать за твоими родными ногами.

      87. Утром и вечером мой по колени холодной водой ноги – это твое пробуждение, есть твой органический уход за ногами.

      Теперь второе. Ты идешь по дороге своей, а с тобой встречаются люди разного характера. Знаешь ли ты, не знаешь, твое дело одно – им головкой поклонись в пояс, и скажи вслух им: здравствуй. Дедушке или бабушке, дядя с тетей, или молодому человеку. Это твои любимые в природе от людей  заслуги. Тебя эти люди никогда не забудут. А в любом месте они твой поступок оправдают. Ты никогда никем нигде не будешь обижен за  твою способность. За это, что ты между людьми проделал, ты всегда будешь людьми оправдан. На земле люди хозяева, они делают все то, что будет надо. Ты обращайся к людям по природе, ищи себе то, что будет надо.                         

      88. Третье. Между людьми живут люди бедно. В любом нашем или другом каком-либо государстве люди обиженные природой живут. Они и жили в своем недостатке. Ты его видишь, но не умеешь, чем ему помочь. А он просить не умеет. Да и кого попросишь, если люди  не научены в любом государстве обмануть, обворовать, убить, осмеять. Это есть у каждого из нас. Мы не гарантированы на эту дорогу попасть. Так лучше будет для тебя, если ты найдешь сам этого человека. Узнай, чем он болеет. Что ему будет надо в его жизни. А ты ему словом помоги и делом. Да разве тебя природа за это твое дело забудет? Никогда. А она тебя одарит своими невиданными дарами. Если ты этому человеку своим умением  поможешь, то и ты за это в любом месте твоей жизни от природы, от людей получишь хорошее. Так вот не давай, а давай со словами: я даю этому человеку для того, чтобы мне было хорошо. И отдай.

      89. Четвертое. Это 42 часа нужно протерпеть, не кушать сознательно для своего здоровья. У пятницу вечером покушай, а в субботу до воскресения до 12 часов дня не кушать и не пить воду. В 12 часов дня ты должен покушать. То ты выйди  на двор, подними лицо, и с высоты тяни воздух через гортань до отказу. Сам или сама проси Учителя: мол, Учитель, дай мне здоровье. То есть хорошее. Тебе это дастся, ты же просишь в природе у победителя ее. Это будешь сохранять каждую неделю, как твой это праздник.

      Потом пятое. Не плюй на землю, не харкай, тоже не кури табак и не пей вина.

    Это ни в одном государстве ни один человек не делает. И он не учился это в жизни делать, чего наш Учитель всех нас  учит, чтобы мы не были в природе меду людьми в государстве преступником и больным человеком.

      90. Этого у нас в государстве не будет развиваться. Этого дела  ни в одном государстве не делалось и не делается. До тех пор, пока учение это проявит само себя в любом человеке и любом государстве. Мы в природе не учимся по ее примеру жить. Она для этого прислала Учителя в люди на свою родную землю. Это будет хорошо, что мы, этого государства люди, народ, которому пришлось искать то, что будет надо для жизни. Мы такие есть на это дело все люди. Они дорогу по земле делают, протаптывают, чтобы она была прямая и удобная, по которой люди идут и присматриваются. Им хочется увидеть на этом месте неплохое живое. А человек этим заинтересовался.

      91. Стал думать о жизни. Ему как человеку далось сделать одно дело. А раз оно далось, мы его все время также делаем, и нам хочется что-либо лучше от этого сделать. Мы за прошедшее, за то, что было, не забываем, делаем. А ведь мы хотим еще лучше от этого сделать. Мы в этом учимся из одного на другое. То у нас были землянки, а потом хата, а из хаты поставили дом. Этому конца края нет. А вот жизнь самого человека как она была тяжелая, так она и есть такая тяжелая. Люди хотят нелегкую сменить, но никак у них в этом деле не получается. И этим делом вся наука заинтересовалась, чтобы в людях было новое небывалое. Мы, люди, как были старого покроя  в своем государстве, как делали мы свое начатое в природе дело, так мы и делаем. Говорим другому встречающемуся человеку на его оздоровление.

      92. Как будто я тоже здоров пока на свое время. А когда я ехал в суд не осужденным, то мне приходилось отвечать. А когда меня осудили, наказали, то я еле-еле отвечал: из суда я еду. И так эта петрушка меж нами такими плелась. Мы возрастали для природы воины. В руках у нас оказалось оружие, хоть небольшое, но для нас это было хорошее. И первая, и вторая вещь. Но такого, чтобы было для нас неумирающее, мы этого в природе не искали, и не пробовали искать. Для нас это было очень тяжело, менять одну на другую дорогу. Она была для всех такая нехорошая. Мы долго по ней кочевали. А сейчас ухватились за свое индивидуальное место, его назвали, своим, собственническим. Огородились крепко в жизни своей, не подпускаем.          

      93. И также сделали из этого всего свое наше государство, оно нас своими деньгами окружило. Каждый человек своей собственностью, своими здоровыми силами, хорошими делами хвалился, что у нас есть и будет. Мы же люди зависимого покроя. Хотим, чтобы наше государство  росло и развивалось на богатую сторону. Для нас есть большая в этом деле техника, она нам в жизни дает прибыль. А в прибыли все наше богатство, без которого, без телеги, мы не научились оставаться. А раз мы своим местом заинтересованы, оно ведет к хорошему и теплому.

      А теперь находится такое в людях дело. Надо от своего хорошего и теплого отказываться, а взяться надо за плохое и холодное. Мы с вами будем уходить от старого, а к новому прибегать.

      94. Это то, чего мы в природе не знаем, оно даст другое. Мы с первого начала, первых минут по восходу нашего солнышка начинаем думать о создании впереди завтрака. Он нас с вами заставляет, нас таких, кто стал думать про то, что мы делаем. Сначала думаем. А прежде чем эту еду сообразить, мы должны взяться за природу. А в природе есть то, будет надо для создания огня. А к огню надо будет вода, а к воде приготовленная картошка, она на это дело есть в запасе. А к этому какое-либо наваристое  зерно. И получается приварок, сваренный суп или борщ горячего содержания. Мы его наливаем в большую чашку, и каждый свою подобранную ложку, которой приходится по одной да по другой. И эту наваренную пищу уже они управляются.   

      95. Это мало, что приходится поедать, а потом водой запивать. Человек наш кушает. Ему этого, что он кушает, бывает мало. Он думает, сосредотачивается впереди другой обед получить, с которого дума не выходит. Не о плохом обеде, а о хорошем обеде, которого надо будет встретить, и его также надо проводить. Как мы завтрак встречали, мы с вами делаем так же обед. Без огня мы не обходимся. Для обеда будет надо одно – потребуется картошка с крупою, да какие-либо жиры. Не мясо, то масло с пережаренным луком. Это все делалось, варилось первое блюдо на стол. А второе, что интересней из жаркого. Третье будет сладость, компот. Мы с вами от него только оторвались. Наелись, как будто ничем не нуждаемся, все силы заимели быть сытыми.

      96. Мы, может быть, про это дело забыли. Но вечер на носу, опять ужин надо готовить. Ведь без всего того мы не обойдемся. И так эта ночь, которую мы никогда не имели, и не видели такой темной во времени ночи. Она бывает такая длинная и темная, в которой приходится лежать в постели и потягиваться. А в это время такое снится какой-либо сон, небывалое счастье. Человек по земле прохаживается, а сейчас он во сне летает, или по воде ходит своей босой ногой. Это было для нас новое, думалось, правда, да еще какая. Бывает  в природе ночью во сне встреча, только не бывало такой встречи сознательной в природе. Небывалый момент, небывалая такая встреча, которая заставила человека об этом не думать, и совсем не делать этого. Это может сделать, и встретиться с таким моментом, с такой мыслью, которая заставляет человека проговорить.

      97. Люди все в государстве живут, наслаждаются хорошим и теплым. Они одеваются хорошо и тепло, и также хорошо кушают, вкусно. А в доме в удобствах живут. Но почему это они в любом государстве этим удовлетворяются. А фактически не живут, а умирают. Неужели это так делалось и делается, и будет делаться при таких обстоятельствах в нашем государстве. Неужели это есть энная какая-то правда, которую люди на себе сделали?  Природа этим вот, что мы делаем, она не хвалится. Она берет своими силами каждого из нас, и за наше все сделанное  в природе поодиночке валяет. И все свои силы на это кладет, и умы представляет.

      98. Ее дело одно – удалить вон подальше от себя такого человека, кто про себя беспокоится, он прежде времени об этом думает сегодня, о завтрашнем. Мы так делали, делаем, и будем делать в нашем государстве. Хоть полную телегу денег накладывать. Ему надо много от этого государства. И с этой телеги народился  человек. Его прозвали за его дело  к людям Учитель. Он не революционно идет против государства. А его идея такая: не помешать государству. Телега с деньгами не потребуется. Учителю потребуется человек, тот человек, который не болел, но он заболеть может завтра. А Учитель со своей идеей, со своим учением всегда готов этому помочь.        

      99. Кто же найдется такой в государстве человек, если ему будет в процессе создана помощь. А мешать ему не надо, а Учителя принять. Вот чего будет надо делать в государстве, чтобы обиженный человек оставался всегда довольный. Мы, все люди, не гарантированы, чтобы завтра чем-либо не заболеть. Человек об этом не думал, и никогда он не гадает. А природа, она на это обращает внимание, а лазит и нападает, все это творит в государстве на человеке зависимом. Он в данное время строит жизнь свою революционно на научной системе. Им надо будет стройматериал, им надо продукция, им надо товар. У них имеется колесо, мотор, телега. Машина, она перебрасывает эти грузы.

      100. Люди  в природе поделались коммерсантами, они для этого учатся. Ввели химию. Им не надо мало, им надо много. Старая  капиталистическая жизнь родила Советскую власть. Революционно  завоевали люди  для того, чтобы построить в природе богатое государство. Мы все, такие люди зарожденные, об этом деле думаем. Наше государство социалистическое народное, нам надоел капитал. Мы в нем жили бедно, нас окружали наши недостатки. У нас телега не четырех колесах  крутилась  на нашей земле. Ее возили волы, им тогда нелегко  доставалось  наши грузы перебрасывать. Мы при царе на них воевали. А сейчас у нас развита по последнему слову техника. Она крутится быстро, вовремя нам доставляет на место грузы. Мы жизнь строим в государстве хорошую, теплую.

      101. А раз у нас ученые революционно поднимают свой дух, лабораторно исследуют природу, обогащаются делом.

      А где девается независимость человека в природе. Он ждет эволюцию на горизонт. У нас  плохое качество и холодное в природе, никогда никак не умирающее. А мы с вами такие люди, уходим от этого, бежим, прячемся. Не хотим любить природу. У нас к этому неприспособленные тела. Как чуть что такое, уже насморк, особенно заболевание грипп. Оно с нами, с такими людьми, не считается. А берет, своими силами бах по голове. А человеку делается в этом государстве уже тяжело. Надо средства для этого. Или надо человека Учителя народа, чтобы учить людей не на вредную сторону, а на пользу.

      102. Эволюцию должна родить революция. Одного живого сильного человека, борца с природою, воин. Победителя природы, Учителя народа, Бога земли. Это бедному, больному, забытому всеми нами надо помочь. А мы, все люди, стоим на очереди в нашем государстве, ждем время. А оно перед нами не гарантировано в это дело прийти через войну с природой. А раз человек с природою воюет, делает что-либо такое. А дел в природе очень много, их надо переделать всех. Они ждут человека, чтобы он их делал. Сегодня делай  то, что делал в том году. И также придет другое время, надо будет обязательно сделать. А какое бы дело не предстояло делать, оно зависимое и тяжелое дело. Его надо обязательно делать.

      103. А раз это делается в жизни, уже есть государство. А ему нужно будет телега, да еще какая, на четырех колесах. Куда захотим, и в какое время будет, эти колеса не перестают крутиться. Их везет машина на резиновом ходу, надутом воздухом. Везут на себе большие нужные для государства грузы, с которых приходится  ставить  для государства  строения. Это все есть, и будет для человеческой жизни. Он спрятался в эти условия. Ему они интересны, он в этом условии огородился. Хоть маленькую хату, у себя на углу  поставил.  Говорит сам себе: но теперь я как таковой  в этой хате  поживу. Да подумаю каждый день за то дело, за которое ни один человек не мечтал. Он старается  у себя в своей хате такую небывалую вещь сделать.

      104. Хата – это начало нашего государства. В этой хате не один человек скрывается, и там от природы хоронится, как дома. Он считает, ему эти стены помогут жить. А в природе в этом нашем государстве не одни на своем месте живут. Там всякое условие, всякое дело. Человек может  своей кузницей, своим молотком любую железную вещь в хозяйстве сделать. А нам надо в дом запоры на гайках. Все это делается для человека, человек в нашем государстве. Мы можем сказать, нам не одна надо в деле телега, которую мы можем и разбить. И опять надо человеку мастеру хорошим топором сделать. А потом без коваля никуда ты не денешься. Человеку надо будет это сделать. Он на это все расходует средства, на это не бережет.

      105. В нашем таком государстве лишь бы только какая новенькая в жизни как средство нашему народу понадобилась, мы его купим, приобретем за деньги. Человек ее делал для того, чтобы в жизни ее пустить на этот  счет, мы моментально пустим в ход. Она нам в труде помогает. Нам надо куча камня, нам нужна стена, которая огородила нашу землю, то есть своего имени двор. Мы в нем живем, от этой земли доход получаем, за счет этого живем. Сами про это вот думаем, говорим: лучше. В жизни этим самим не одни люди в государстве хвалятся. Само государство за это все, сделанное им, тоже хвалится, их благодарят. Но они про одно не знают – про новое небывалое, никогда людьми не делалось. Да и где такое государство, чтобы их люди признали себя, они плохо живут. Всегда они скажут: хорошо живем.                        

      106. А вот независимость на человеке, она его заставила сознательно жить плохо и холодно. Это сама природа в этом деле подсказывает, говорит всем людям. Это не людская, не государственная дорога, по которой приходилось людям идти. Мы по этому вот  примеру не пытались сами сделать, чтобы нам было от этого плохо и холодно. Это только взялся  за это все Учитель, он себя этим окружил. И хочет, чтобы за ним последовали все живые люди, которые не хотят, чтобы эта дорога была. Она людям всем не подходящая, и также государство этим не нуждается. Учитель видит далеко, он зорок. Об этом всем людям рассказать, зачем меня природа создала, или я один такой зародился. Вы что же думаете то, чего думают ученые.

      107. Ученые все силы кладут перед людьми, чтобы они на это дело работали. И приобретали необходимое, за счет этого жили хорошо и тепло. А если его такого окружила неприятность, он заболел, лежит, стонет, это уже его окружила стихия. Она помешала в жизни жить, человек умирает. Этот холод с плохой жизнью не согласные. Они так человеку говорят. Если он родился для жизни, а его предки повернули к смерти через его одно желание жить в природе хорошо и тепло. Независимость одна из всех говорит. Ты как человек  будешь  нужен для природы таким, как тебя мать родная в природе  родила. Ты разве не знаешь, каким ты появился в природу. А потом твои зависимые в природе  люди не захотели, чтобы ты был таким. Они взялись за спасение этого маленького дитя.

      108. Он ведь от нашей сделанной нами зависимой жизни в природе испугался, и стал от этого всего кричать. Мы как люди предкового значения взялись этого человека спасать. Одели его, накормили его, и в кровать спать уложили. Спи ты, наш младенец, баю, баю. Я тебе свою песенку спою. И так эта наша государственная песенка, она пропета нами для того, чтобы мы такими рождались. А делались вот такими воинами, кто со своим здоровьем лез на рожон. Свою хвалу показывал для того, чтобы люди со стороны сказали: вот, мол, живешь, так живешь. Один их всех таких, кто пожил одно время такое, и тут же скоро умер.

      109. Это независимость холодная, плохая говорит государству, говорит людям: зачем так нам жить, как мы с вами живем? Независимость на себе на одном человеке показывает. Мне такому самого себя незащищенному человеку простительно, что я такой умру. Я у вас спрошу: чего вы умираете, если вы идете по людской дороге? Надо будет давно ее оставить, а взяться за дорогу Учителя. Он в этом видит, он знает, что природа имеет у себя воздух, воду и землю, которую люди не любят. А независимый человек свою любовь к этому делу направил.                

      110. Надо будет сегодня одеваться теплее, да жирнее и слаще кушать. Оставаться без этого нельзя. А ты сознание заимей у себя. Зачем одеваться, если можно так оставаться. И не нужно будет пища. За это стоит сам Учитель. Он молодежи доказывает за эту всю ошибку, ее наши отцы сделали. Они нашего человека заставили быть таким, как он показался перед всеми. Он стал зависим от природы. Боится воздуха,  боится воды, боится и земли. Он их считает врагами, не доверяется им, уходит от них. На себя и в себя набрасывает, а в домке он живет всегда.

      111. Независимость с таким делом не соглашается. Говорит: если я нужен для природы таким, то она меня сохранит. Учитель не стал шапку носить из-за жизни, он раскрыл волосы для того, чтобы начать жить не по-старому, а по-новому. Вслед за этим вот скинул  сапоги не летом, а зимою. Был мороз 12 градусов, ему природа пошла на это дело навстречу. Она не стала на него со своими силами нападать. А стала между одним человеком и всей природой любовь с прикосновенностью. Люди все от природы хоронятся, как от врага. А вот Учитель задался цели: между собою и воздухом, водою и землею – дружба и любовь, которая заставила друг другу помогать.

      112. У Учителя одно есть доказательство – человек без этого всего не сможет жить. Учитель уверен в свою жизнь, что она делает плохое и холодное для того, чтобы в природе человеку любому жить бессмертно. Надо на это дело природной стороны, но не искусство с химией. А природа, воздух, вода и земля. Любимые три друга для человека, они ему во всем помогают. А государству без телеги и без денег жизни нет. Учитель не для того, чтобы быть на земле  государству и его экономике, и политике.

      113. Учитель – этому противоположность. Нам надо жизнь, но не надо смерть. Учитель есть всему делу искра. Он не побоится своим телом погрузиться там, где его нога еще не ступала. Учитель – человек болельщик обиженных. Он не хочет, чтобы на земле между людьми происходила злоба, ненависть. Учитель не любит телегу, чтобы на ней кататься до тех пор, пока в кювет ты попадешь. Не любит государство за его всякую выдумку над человеком. Он в нем сидит бессрочно. Один выходит, а другой входит, и так этому конца края не видать. Также на человеке развивается болезнь всякого рода, и заставляет человека в больницу попадать, как в сокровище какое-то.

      114. А потом, когда он там побудет, рассмотрит, узнает, что это такое есть больница. Он оттуда сам бежит, как никогда никто. Мы на этом примере все заострены. Учитель не Иисус Христос, которому приходилось  военачальникам мешать. Учитель сделанному очень крепко верит и говорит. Делай же, это ваше все. Мое учение не касается всего. А вот своему сделанному прошу не мешать. Разутым хожу из-за природы, не одеваю  одежду из-за нее, кушать не нуждаюсь. Мысль Учителя не о земле так, как мы о ней все время  мыслили. А делать, делали без конца и края. Одно кончали, другое начинали. А вот Учитель взялся за воду, она его должна без всякой мысли сохранить.

      115. Вода есть пробуждающий момент. Учитель об этом знает. Ему не дают люди ученые об этом говорить. В воде не теплой, а в холодной вся жизнь. Не людская, которой в данное время на земле живут, и прогрессируют в сторону дела плохого. Земля всех людей принимает, хороших и плохих, умных и дурных. Словом, по такой дороге идут, по которой не хотела бы видеть наша земля. Разве можно ей так терпеть от наших зависимых людей в природе в своем обоснованном государстве, которое свое предковое явление делало. Людям хотелось жить по своему национальному, лишь бы было в этом деле хорошо.

      116. А прежде чем получить хорошее, надо кому-то и тяжело поработать. А кому-то приходится пожить легко. А жизнь в природе одна такая, с природой не шути. Она – тебя скорее, чем ты – ее. У нее три  основных три тела. Воздух, вода и земля. Что есть в человеке самом, также есть и любом живом теле. А природа – это нечто такое, да еще какое. А мы, все люди, в этом вот живем, да еще как мы о хорошем зависимом деле думаем, да делаем в природе. То, что от нее получаем, это наше в ней завоевание. Мы научились делать такую  машину, и туда посадили  человека, этой машиной скоро стали делать. У нас не пропадает в природе. Мы ценности сохраняем. А раз у нас есть ценности, и много их, мы ими хвалимся.

      117. А раз мы ими хвалимся, говорим: это мы сами сделали. Теперь будет жить хорошо и тепло. Это будет хорошо, если не будет плохо. Учитель к молодежи пришел, и у них спрашивает: чего вы хвалитесь мертвым человеком? Вы спросите у самих себя, куда свой пример показываете в природе, к жизни или смерти? Вы поставьте человека живого. Не хвалитесь богатством, а окружите себя добром, это ваше здоровье, оно вас везде и всюду ждет. Государство – это есть деньги, за что вас гонят в бой на фронт. Вас учат, чтобы вы умели строить  то, что надо человеку. Государству бедные люди не в моде.        

      118. Оно любит богатство. Заставляет человека сделать, что лучше для того, чтобы жить. А мы, молодежь, родились для того, чтобы жить. Нам хочется пожить да повольничать. Нам наши старики это все показали в тяжелом труде. Надо будет приобретать, ибо больше этого ничего нет. А Учитель пришел на землю со своим мышлением все это учение разбить, чтобы не было такого гонения один от другого. Один, он хороший, а другой, он плохой. Что это значит? Это наше начало нашей жизни, которая в телеге начиналась нашего брата возить. Мы катались до тех пор, пока не создали  наше государство денежное.   

      119. А сейчас стоит движущее с одного места в другое. Это моя идея. Если только человек, родившийся на белый свет. Он пришел  таким, как все люди на землю пришли. Они пришли жить так, как это получилось между нами в природе. Я пришел в такое время, когда зима свои денечки провожала. А дни весенние приходили. Меня как такового выбросила, и сказала всем людям: это будет человек не такой, как все наши люди, наше государство со своей телегой. Мы вместе с моим родным и любимым  дедушкою Иваном Тимофеевичем своих первых и последних животных овец за недоимку нашему царю взяли. И погрузили на воз, и повезли не в указанное время на базар их продать. Дедушка с внуком запрягли свою белогривую лошадку.

      120. И со двора – на улицу, как делают все наши  деревенские люди на добро, приобретенное всеми нами. Мой дедушка из-за государственных денег рос, поднимался, построил на улице свой дом для показания всем. Если бы он не был сборщиком, он не построился. А сейчас государству понадобились эти деньги. Старшина волостного управления с другого села приехал в наше село. Старосту выбранного сельского управления  заставил, чтобы он недоимщиков  побеспокоил своим режимом. Десятский пришел и сказал, чтобы Иван Тимофеевич себя заставил государству  долг заплатить. Мы ехали по грунтовой неудобной дороге. А мой дедушка уже знал про жизнь деревенского мужика. Он себя заставил мне как внуку рассказать, как наш мужик Забуга разбогател за счет людского добра, кто его в труде приобретал. День и ночь все время одно каждый в отдельности мужик делал.

      121. Его дни каждого рода, они к нему приходили, и тут же они уходили. Со своими днями расставался сам на своем месте этот трудовой  в поле мужик. Особенно он трудится в такое жаркое  спелое дело. Когда человек с самой ранней весны с самой начало своей жизни, он стал за своей землей, за кусочком, хорошо ухаживать. Да на ней стал делать то, что делают все наши люди. Они собрались, со своими силами сосредоточились на одном том, что они делали. У них была своя живая сила. Для этого дела они ввели снасть. Этой снастью пахали, скородили землю, делали грядку. Она прицелились сажать, сеять, косить, убирать то, что уродило. Да снопы  возить, в копны слаживать.

      122. А последний день, в субботу, мы бросали живое и мертвое, да  к дому едим. А дом нашего брата у себя ожидает. Для того мы туда едем, чтобы по обряду Богу там помолиться да продуктом запастись. А Забуга в это вот время свою силу направил. Для того он это все делал, чтобы бедного человека наказать, чтобы человек знал, для чего он это делал. Сам мужик Забуга, у него три пары волов, он ехал в степь с уверенностью. Ему надо чужие снопы, чужие копны. Он под них смело подъезжал, как свое добро клал в арбы. Он делался перед другим добром вор. А вору можно воровать, чего только можно уметь. Забуга научился этим жить.

      123. А у бедного страдальца это родилось между этим случайная стихия. Она родилась на этом поле. Если бы не природа, не такой урожай, этот человек этого не делал. А то он видит свою возможность, свое намеченное дело он делал, и смело делает. Он хорошо знает, что люди все уехали на праздник в деревню, на праздник за всю неделю. А на поле лежит богатство то, что надо всем. Это зерно, его приобретают эти люди. У них на это есть такое время, они физически делают.

      124. У них дни такие, как вот у дедушки рожденный день. Он на лошадке на подводе  в базар вез своих овец. Ему было счастье, он их продал в понедельник за бесценок. Дедушке были надо деньги, он расплачивался с государством. Это было не у одного моего дедушки такая  петрушка, была перед многими хозяевами. Они расставались со своим богатством. У них были сыны, были дочки. Никто ему как хозяину не помог уйти от смерти. А накрыло его стихийное время. Это есть государство наше или чужое, в нем есть природное богатство.

      125. Оно надо будет человеку в его такой жизни. Ему требовалась, требуется, и будет требоваться площадь этой местности. Это земля, которая у себя содержит разного вида и леса, и каменные горы, пески, глину. И недра  с разными бассейнами. Есть уголь для огня, есть руды железные. Металлы сталь, медь и серебро с золотом – все это будет надо  нашему человеку на земле. Он для этого сделал с этого всего для своей головы  убор шапку или картуз, или шляпу. А бывает, чем-либо вворачивает в материнское. И также на ноги надевает сапоги кожаные или резиновые туфли, или сандалии кожаные.

      126. Словом, все тело живое для красоты опутанное. Мы в этом деле трудимся, делаем, строим разного вида условие для того, чтобы было у нас одно и другое. Жизнь и смерть, что мы в нашем государстве  через это самое развили. Можно давно это сменить, из зависимости произойти в независимость. Она была до этого, и останется она такой. У каждого человека мысль одна, она заставляла мыслить не о государстве, а о жизни человека. Ни один он не продумал, чтобы свободно умирать. А жизнь требует от человека жизни. Но не научились они нигде, ни в каком месте, ни в государстве.

      127. Люди научили себя против природы вооружаться. Они хотели, хотят, и будут хотеть в природе, чтобы из-за этого приходилось легко  жить. Мы, все люди, в государстве к легкому повернутые. И не хотим в жизни плохо жить, что и заставляет нас таких вот оставаться на своем месте, которое гонит нашего брата идти в бой. Мы с вами привыкли с природой воевать не на жизнь нашу, а на нашу смерть, что между нами жила, и будет такой она жить. А мы обозлены против самих себя. Подраться да повоевать, свое удержать, а чужое отобрать. Природа этого в жизни не делает. Она между нами такими себя показывает.

      128. Мы ее как токовую видели, видим, и будем  видеть, что она между нами никуда не девается. А как была сильная во всем, так она и осталась перед нашим человеком, кому хотелось пожить да повольничать правами. Он не такой в природе есть человек, которому не надо то, что есть в природе. Он для себя ищет в природе такие качества, за которых приходилось одно  время пожить да повольничать. У него на это работает мозг. Он все тело заставляет, чтобы оно без всякого дела не  сидело, и не говорило свои слова, что нет этого в природе.

      129. В такой природе, в которой не было того, что человеку надо. А ему надо будет не одно яичко, не одно молочко, или белый, черный хлеб. Это все не то, которое принадлежит к блюду жидкому, которым люди в государстве научились  кормить самих себя. Людям эта пища потребовалась ежедневно три раза кушать. Не одну эту пищу, которую поедают. Ее приходится менять, то одну, то другую, то третью. Одно человек ищет, хочет найти в природе то, чего еще не было в жизни. Человек не останавливается на одном, он в природе отыскивает что-либо в жизни другое. Ему эта  фасонная, красивая одежда не была нужна в буднее время, которое заставляло человека.                                   

      130. Государство – сундук с деньгами. В нем люди живут неодинаково, чтобы им было везде и всюду хорошо. Им природа мать, она всех учит одному – знать и уметь, как будет надо свое имеющееся хозяйство сохранять на вот этой нашей земле. Она нас заставила по ней шагать, она нам помогла  все сделать для того, чтобы у нас был большой и богатый двор со многими жизненными условиями, что надо будет для человека в его жизни. Он интересовался тем, чем интересовались все наши люди со своим добром.

      131. Человеку надо была в жизни земля. Он ее имел, этим окружался для  того, чтобы от нее брать все то, чего она давала. У нее были силы все на себе рождать. А раз у себя  она рождала, человек этим пользовался. Ему не одна земля, ее покрой был нужен, чтобы на ней приходилось весь год напролет  копаться. Ему не одно место со своими условиями потребовалось. Он на ней старался сделать такой для себя труд, в котором была ему польза. Он ее приобретал, и хотел много иметь. У него сначала не было, чтобы легко в своей жизни обходиться. Человек от этого крепко уставал.

      132. Он в этом делал то, что надо. А человеку в его всей жизни не одно лишь какое-либо будет надо. Мы с вами привыкли новым каким-либо окружаться. Всегда мы рады тому, чего не было. А сейчас оно есть, это все делают люди, они в государстве даром не сидят. У них под руками лежит мать земля. По ней плывут быстрые реки, есть глубокие озера. А лес стоит непроходимой густотой. И в этом лесу живут разного вида птицы, они в нем водятся, и там остаются жить. Есть разные звери от зайца и до льва, на кого люди охотятся, и стараются своим умением животное убить. Это все делается в государстве на этой земле, она нам рождает любую живую вещь. Она в природа возрастает.

      133. А мы, как нуждающиеся в этом деле люди, об этом случае думаем, делаем свою разведку. Мы в природе на этот счет закладываем  свою мысль. А природа нам рождает. Мы находим в природе недуманное, а оказалось, в природе небывалая находка.

      Я был человек, как и все люди деревенского покроя. Что я знал? В государстве делают свои способные силы за счет средств существования. Другому человеку богатому за счет денег продавал тяжелый труд. Я очень тяжело физически трудился. Не жалел своих сил, чтобы одеться по хорошему и теплому. Для этого только жил.

      134. Никакого не было теоретического понятия, знания. Я был, как и все люди. Делали то, чего требовало государство. Оно само воровало, и учило других своих людей у него же воровать. Без всякого чужого государство не росло и не богатело. А вот этого не было в жизни своей, чтобы мы как таковые люди от своего всего отказывались, и не стали признавать  государственную …. Кто думал и хотел это дело увидеть, на мне такую природную силу. Сохранить  самого себя так, как это оказалось предо мной, и перед людьми теми, кто нуждается чем-либо природным. Это человека здоровье.

      135. А когда только люди государственные заболевают или теряют свое здоровье. А в государстве таких средств нет, и нет человека в государстве. Это тоже надо родиться  для этого человеку. По этому делу, по этой дороге я такой человек для того и пошел. Мне одному в природе, как вожаку после кочевания, пришлось остановиться на одном своем облюбованном месте, где люди еще не останавливались, и не жили они. До этого времени у них в голове не вкладывалось. А вот сейчас  в таком деле можно будет согласиться, и стать на такую дорогу. Это будет нам всем хорошо, если я как Учитель так, как все в государстве умерли, я тоже так умру? Будет всем слава? Но не дай Бог этого.

      136. За 40 лет так не умер, как следовало умереть тысячу раз. А я, Учитель, остался, да и думаю, не умирать. Всей нашей истории будет в государстве плохо. Человек наш русский простой физического труда, он от природы этого добился, стал уходить от хорошего и теплого, что и заставило себя сделаться таким небывалым в жизни человеком. Надо было верить так, как все наши предки поверили. А вновь рожденные люди, они не стали ему верить. А как жили в природе, так они и остались с землею, водою и воздухом.

      137. Люди без этого всего ничего не сделали естественного, кроме как одного живого родили человека в замену самому себе. Человек сделал то, что необходимость заставила на вечную жизнь лечь в землю. Мы так делали, чтобы в деле чего-либо получилось. Мы думали о хорошем и теплом, а фактически мы получили от этого плохое и холодное, неумирающую смерть. Что нас таких мертвецов закопали всех в землю. Мы ведь есть природа, да еще она была какая.

      138. Государство вновь рожденному радовалось. Говорили: это будет наш государственный  человек. Может сделаться в своей жизни полководец, он же жизни командир. Учитель – это есть Бог нашей земли. Кто думает не об одних, всех обиженных людях, кто только в жизни своей заболел. Лежит он, стонет, его мучит болезнь. Он идет к смерти, она его тянет туда, куда всех затащила. Они все лежат в прахе.

      139. Когда люди Учителя опознают, как заслуженного в этом человека, ему место дадут распоряжаться. Он свои силы покажет. Они будут чудеса творить. Люди никакими заболеваниями не будут страдать, и не будут они так умирать.

      В природе самое хуже нет возможности, это человека смерть. Она в нашем таком государстве необходимо проходит на любом нашем человеке. Кто в жизни своей один раз встречается, и в это время он распрощается на веки веков  своей жизни. Смерть в природе рождает сам человек в процессе своей жизни, которая старалась делать в природе любую хорошую вещь.

      140. Мы начали мастерить четырехколесную телегу на деревянных началах. А потом мы сделали железную ось. А когда у нас на арене появилась эта государственная  телега, мы все свое ценное добро возили взад и вперед. Она нам не давала такого покоя по условьям всей жизни. Телега при кочевнической жизни – это наш предковый жилой дом. Он нас всех заставлял за края держаться. Мы не отставали, а держались крепко. Мы без телеги не обходились. А всегда двигались да думали, куда это в лучшее место попасть, и там на одно время постоять.

      141. А в другое время приходилось перебираться на место другое. Трудно приходилось нам таким свою телегу сохранять. Это был наш на этом месте табор. Сейчас мы имеем другое, совсем не такое, как было, государство. То к царю шло дело, а сейчас идет дело к людям, к народу. У нас на это нет индивидуального хозяина, нет частной собственности, есть общее коллективное в труде условие. Лишь бы захотели мы сделать то, что будет надо. Разве нам будет от этого дела плохо, если от природы  добьемся. Она нас научит делать не такую, как это надо, телегу. Мы добьемся от нее, мы сделаем машинку, установим мотор.

      142. Усадим в нее человека, его так научим, как никогда по профилю управлять. У нас в государстве есть такое сложенное хозяйство. Парк коллективный наш нами сохраняется. Мы в нем на этих машинах работаем, выполняем поручение. Мы умеем заставлять эту машину, чтобы она нам давала жизнь. Мы заключили договор с этим человеком, у кого есть хозяйство. А ему надо расширять то, что он имеет. Мы с вами не сидим на одном месте, чтобы ничего не делать. У нас руки есть, голова думает. В своем хозяйстве надо, чтобы не одна эта машина  была, и выполняла ту работу, которую надо выполнять.

      143. Мы, говорят, поехали, делаем. Очень крепко болеем о работе. А когда мы на нашей земле сделаем, а потом думаем о том, о чем следовало. Мы для этого дела работали, готовили по-своему нашу грядку. А теперь надо просить природу, чтобы она смиловалась и облила эту местность дождем. Земля потребовала у себя влагу, а то все наше с вами посеянное пропадет. Мы хотим, чтобы наша природа для нас таких  сделала то, что будет надо. Мы для этого начали все делать то, чего будет в жизни своей надо. 

      144. Если мы откажем самим себе в этом деле, на это есть природа, она хвалится своими днями. У нее на это и солнышко, и ветер, и бушующая погода. Мы думаем, что это нам дождь для посева, это все делается на пользу всей прибыли.

      Мать наша маленького дитя, она не знала, как ей приходилось думать за свое родившегося в своем теле дитя. Она ничего не знала, как будет он рождаться на белый свет. Ему как таковому в его жизни пошла навстречу наша энергичная бушующая вода, и промыла для этого свой след. А видоизменяемый воздух в этом силами своими вытолкнул. А уже наша земля приняла этого человека.

      145. Дала ему полное право независимо в природе жить. Мы как таковые люди этого не захотели, а взяли и повели его по своим следам, по зависимой дороге. Взяли его такого в природе одели с ног до головы. А потом мы его накормили досыта, и в дом жилой спать уложили. Спи ты, наше дитя, баю, баю. Наш человек в государстве стал на ногах расти, и стал учиться для самого себя что-то делать. А в природе для нашего человека, такого любителя в труде, хватает дел. Ежедневно природа нам приносит, и хочет, чтобы такие люди свое дело в природе делали. А когда человек начал в природе эти качества отыскивать, и стал он делать своими руками деталь. А с этих деталей стал складывать нашему государству эту машину.

      146. Она закрутилась быстро своими колесами, а человек ею управлял. И в этом удобном, хорошем он ошибся, сделал на этой государственной автомашине аварийную жертву, в чем люди попали в больницу. А сам водитель за эту ошибку получил срок, мы его по делу посадили в тюрьму. Скажите, пожалуйста, кто в этом виноват? Мы его родили, мы его пихнули, мы сами в этом деле ошиблись. Его сами на эту дорогу послали. Мы его состояние здоровья не знали. Это хорошо, что нам с вами  не пришлось попасть на эту дорогу. Мы на очереди стоим, завтра это сами получим. Это ли наша есть дорога такая, которую нельзя будет забыть. А она будет, и обязательно. Это необходимо для всех нас будет, что бы мы ни делали, чего ни творили.

      147. Мы с вами эту тюрьму сделали. Мы эту больницу поставили и людьми заполнили. Что может быть в государстве от этого дела хуже. Мы, все люди, в природе от этого дела в труде зависимые. Мы с природою воюем, хотим ей своими силами доказать, что мы умеем жить. У нас на это есть золотые руки, мы ими все делаем, обрабатываем землю, выхаживаем животного, и с земли берем недра. Нам нужно сырье, мы его приобретаем. Нам нужен завод, мы его сделали. В нашем государстве есть люди, они нам мастерят. У них есть в этом свои головы. Они не спят, а все думают про свое перед ними дело. Они делают, они не молчат, а кричат во весь свой голос. Им дай, они ничего не знают, и не хотят понять.   

      148. Только мы в этом всем бедные, бессильные люди со своими телами. Нас природа ежедневно каждый раз встречает, и мы ее провожаем. Она только с нами не считается, что мы есть такие люди в государстве. Как чуть что такое, уже говорят: простыл, заболел. Лежит в койке, стонет. Это наше бессилие. Мы с вами научились этой болезни помогать. Мы ее приостанавливаем таблетками или шприцем, или отрезаем ножом. Это делает наша больница всякого рода специальности. Мы на это учимся, у нас есть все для того, чтобы эта болезнь не прогрессировала. У нас есть техника, мы научились это на человеке делать. Мы это делаем, считаем, это надо.

      149. Наша врачебная такая стоит задача – болезни человека помочь. Мы так и помогаем. Когда он у нас лежит на койке, за ним большой уход, он сохраняется людьми. Бывает и это. Надо бы было жить человеку, а он у нас умирает. Мы бессильные это сделать, чтобы человек не умирал. Мы эти качества, эту силу природную не искали, не ищем, и не хотим ее искать. Она есть у самих наших людей. Мы с первых дней нашей жизни окружили себя смертью. Не надо было одевать на свое тело мертвое существо, не надо бы пищу употреблять. Это все для человека живого мертвое, непригодное совсем. А жилой дом не надо совсем, чтобы он был у нас  таким.

      150. У нас пока есть вожак вести по пути своей. Он себя нам показывает, как будет надо сделаться в природе независимым человеком в природе. Как будет надо сделаться человеку в природе неумирающим. Вот чего нам надо от природы добиться. Не надо ей кланяться, не надо за нею ухаживать. А ее надо нам как мать родную просить, умолять, чтобы человек жил на белом свете, а не умирал. Для этого надо делать то, что наш Учитель всего народа, он Бог земли. Сегодня не признают его люди, а все равно так ли иначе найдутся те люди, которые ему поверят, как действительному делу. А дело его будет одно. Это вода, которая его током примет. И он осилит, своим знанием, свой волей будет по голове врага бить, чтобы он не делал того, чего надо.

      151. Природа – это друзья Учителя, это неумирающие тела, также неумирающий будет Учитель. Он эти качества имеет, и держит их у себя. Но вы будете бедные. Инициатива этого дела была, она и есть за Учителем. Он ею распоряжался своею вежливостью всюду и везде, которая во всем помогает. А мы с землею поступаем капризно, всегда она перед нами нехорошая. Если даже она от солнышка засохнет, то опять человеку нехорошо. Он от этого страдает. Надо в природе перемену, а ее нет. То человек об этом думает. У него в голове не одна эта земля, не один воздух, и не одна вода. В этом человек живет, и с ними человек встречается ежедневно каждый раз.

      152. То телу человека понадобится такая в жизни погода. А мы их имеем у себя очень много, и разных этих вот природных условий. Они меж нами, людьми, проскальзывают. То делаются одним, то делаются другим. Нет такого точного учета, чтобы сказать про это вот, оно сейчас сюда на это место придет. Государство со своей национальностью обширное. Одни люди там живут, другие там  свою климатическую систему имеют. Особенно на юге стоит атмосфера, и на западе. Мы с вами видались, и хотели быстрого изменения. Для человека такой поток, которого люди наши в государстве никогда не имели.

      153. А человек хочет добиться одного того, что никогда не умирало. Природа эти качества у себя имела. По природе лазим, для себя ищем не плохое, а хорошее для того, чтобы этим добром воспользоваться. Каждый наш человек в государстве хочет себя таким человеком показать, которого в своей жизни не было. Что человеку в жизни надо? Да легкая жизнь, да хорошая жизнь, да теплая. А ее наша природа не дает. Говорят люди: вот, мол, горе есть война. Сделали на это дело оружие, и этим оружием человек человека убивает. Оружие есть снасть. Оружие землю обрабатываем. Это наше людское умение. Мы это научились делать.

      154. Все это делает не само наше государство. Человек был силен людей заставлять с собою считаться. На это было живой введенный между нами, людьми. Особенно осталась перед нами великая сила Голиафа, того человека, кто не смог сам с собою со своими силами считаться. Он шел по своей сильной дороге, валял всех  людей, забирал людей всех под свои огромные руки. А пришло такое время, на этого силача жизнь человека пастуха овец, кто научился не огнестрельным оружием убить овцу. А раз Давид убивал овцу, то почему ему не убить этого Голиафа. Давид был на это способен. Его разуму Бог помог такого человека на земле повалить. Давид свою способность в истории показал.

      155. Это же было на факте в природе. Сам человек это сделал, повалил в истории физически сильного человека камушком в расколотом дереве. Вот это быстрота полета камня убила этого человека. Давид одно время через это получил на себя название быть царем. Он был царь, и от этого отказался. Он понял, что царь – не человека это дело. Тоже требовалось в жизни чем-то воевать, и убивать другого человека. Все люди, живущие на белом свете, они рождаются в природе для жизни. Но люди этому человеку не дали возможности, чтобы так жить, как хотела природа. Разве она бы рождала человека такого. Как зародила природа человека. Она его с маленького не заставила, чтобы жить человеку.

      156. Этот пастух, его природа одарила. Ему его ум  дал возможность у себя заиметь такие силы человека. Человека природою убить. Так вы спросите за такое дело Давида, которое было им развито.

      А что если Учитель. Он же родился в природе, не где-либо зря. Его государство русское приняло в природе, когда частная собственность развивалась. Один брат жил, занимался земледелием, а другой брат торговал в лавке. Мы жили тут же рядом. А у меня был брат двоюродный, моим годам он был ровесник. Нашел исход своего дела. Взял у матери от сундука  ключ, и пошел к дедушке Егору в лавку. Открыл, набрал  пряников, и меня ими дразнит. Я у него спросил: где ты взял? Он молчит.                                                

      157. Я же в жизни этого не делал. А когда он мне рассказал про это дело, то я сразу за это дело взялся. «Я, – говорит он, – взял от матери от сундука ключ, пошел к дверям лавки, отворил, и набрал закусок». Так меня заставило с ним вместе попробовать, как это получается. Лавка дверями стояла к улице, одни филенчатые, другие наружные, чем мы прикрылись. И сейчас же это дело обделали. Я к деньгам в кассу протянул и взял закусок. Словом, попробовал хорошо. Но это хорошее мне дало  плохое. Я в этом поймался, меня Анашаха застала, и пошла, сказала бабке Арине в моем доме. 

      158. Бабка – к родным, к матери, отцу. Куда было деваться, кроме горища. А там, на постели приходилось застучать, обнаружили меня там, и прилезли. Моя мать взялась бить, так-то меня избила, очень тяжело мне было. Что меня заставило это сделать? Да условие, еще какое, недостаток. Был хлеб, и тот ячный недопеченный. Словом, белого хлеба пшеничного не встречал. А жить-то надо, что-то делать приходилось. По другим закуткам то яичко, то копейку, это дело увенчалось. Люди очень в недостатке жили. Где возьмешь, если его нет. Рост малый, на работу не берут, сил нет. И вот это дело, лучше не рождаться, чем быть таким. Учились мы в школе церковно-приходской. Нам купили ручки с перьями да чернило.      

      159. А, самое главное, бумаги не купили. Что делать, я думаю. На букваре возле видов, и давай свое художество показывать, и давай их ставит по-своему. Да и поставил у брата двоюродного, у Ивана. А на завтра надо идти в школу, там надо букварь раскладывать, и читать урок. А мы двое пришли, и сидим, как нигде не бывали. Учитель пришел, увидел на нас эту штуку, класс приостановил. «Тише», – он сказал. Мы замолчали, вся наша школа слушает, что же наш Егор Стефанович нам, таким ученикам, скажет. Он спросил у нас, почему мы не читаем. Нам же тяжело признаться, что мы оказались такие. Он к нам и к нашим букварям. А там мое художество учитель увидел. И сразу меня стал, как большего, бить. И велел дежурному угля на пол насыпать и коленями поставить.

      160. Наказание такое, а между всеми показать деятельность всем. Это было такое раньше при старом государстве. Как люди жили, так они пользовались такими правами. Их за это самое всех природа не жалела. Какой бы ни жил человек, умный или дурной, его на земле находила природа, и на нем создавала болезнь всякого рода. Человек не был ничем гарантированный в том, что ему придется так заболеть, как в жизни бывает. Мы за свое дело, сделанное в природе, можем впоследствии попасть в тюрьму, в больницу. А так, как оно впоследствии нашему человеку поможет. Я, говорит Синяка, живу от всех на краю села от Голубовки. А я, Ермолай, тоже живу на краю от Щетовой.

      161. Мня так же, как всех живущих, в этом государстве сохраняет. Я живу в природе, как король. Вот тут рядом расположена наша кормилица  природа. Она заставила человека жить в этом месте индивидуально, собственнически. Я живу и красуюсь не так, как все живут. Внутри как будто они в затишку схоронились со своим таким обширным богатством. Я, говорит Сапун, один из всех такой торговец. Можно сказать, по моей коммерческой части, я живу легче от всех. Моя копеечка копеечку приобретает. А что из этого всего. У нас в селе живет Абрамченок, их всех три брата. А у меня, говорит Сапун, сыны. Один ветряк имеет, другой паровую машину имеет, третий хороший двор крестьянский имеет. А вот четвертый Афанасий пошел по моему пути торговцев в этом государстве.

      162. Да разве Сапун один в нашем таком кипучем селе был. Здесь люди физического труда, хлеборобы. Они сеяли индивидуально свою землю. Как жили, про них знает один Бог. Он в природе учился, смотреть на эту всю деревенскую обстановку, которая росла между собою как никогда в борьбе, в войне с каждым делом. Все люди имели хаты, в которых жили развязано, в другое время они с хаты в степь боялись  выходить. Там они летом трудились, растили свой для жизни урожай. Они падали на колени, они Бога просили, чтобы им Бог прислал в их жизни хорошего дождя. Люди не верили своему труду, они верили Богу. Умирали, молились, просили. Им Бог погоду менял,  и давал дождь ко времени. У кого было много посеяно, он получал много зерна.

      163. А у кого земли не было, он сидел, на голых руках носил, на ногах. Так тогда при царском времени никто никому не помогал. Сильный жил, а бессильный умирал. Жизнь продолжалась. Я работал в шахте физически на кустарном виде, прошел все специальности. Революция между мною и другими проходила в моей могучей мысли. Я служил на службе у царя. Так во время войны говорил: только наш год замирит войну. После нашего  набора не было  призыва царя, он был снят. Я не воевал за царя, а был на фронте, сидел в секрете под светом ракет. Так говорил всем: или грудь в крестах, или голова в кустах. Так и не пришлось ни ему, ни нам наступать. Мы гвардейцы близкие царю, он нас в Царском селе сохранял.

      164. А сейчас мы подчинялись Ленину. Он сказал: «Не надо воевать». Так я по природе и поступил. Свое знание при себе все держал. А за жизнью я смотрел. Всю свою жизнь на фронте германском провоевали. А пришли в тыл, где не стреляет винтовка, не бьет артиллерия. А спиртной завод со спиртом растащили, да напились до отвала, и 13 человек в полку от спирта издохли. Это ли человека такая жизнь, которую я, как человек, бросил эту службу, оставил винтовку. И пошел обратно домой к родимой матери, которая меня родила и учила, как надо жить. Я жил по ее желанию не плохо, а хорошо, только по-старому, по капиталистическому. Копейку доставал в природе нелегально, очень уже было написанное. Я жил, а сам думал, мыслил, чтобы прошлое не возвращалось.      

      165. Я был инициатор бросить войну, и отдать винтовку, чтобы не воевать, сделать демобилизацию. А тот, кто хотел войны, он воевал со злостью, его уже не стало. Тот, которому хотелось жить, из-за этого всего он добился от природы, стал этим командовать. Я не понимал в жизни своей, что это с себя представляет политика царская и политика социалистическая. Мое дело было молодое: расти, и расти не плохо, а хорошо. Я повстанец отряда имени Толстоусова. Я был мыслью богат. И мое полное желание – не возвращаться назад. Вы думаете, моя мысль была за Мамонтова, кто боролся до Орла. Или за Юденича, кто лез на Петроград. А в Сибири Колчак расцветал. А Шкуро заканчивал свою операцию на Черном море.

      166. Вот о чем история наша русская говорила. Надо нам построить социализм без имеющегося богатства. В шахту доставать уголь я полез для того, чтобы наши заводы пошли. Нам за это привезли мануфактуру и масло, сахар. Мы стали давать уголь, и крестьянство восстанавливали  новой экономической политикой. Я шел покупать для рабочих  зерно, чтобы развивать социалистическое хозяйство, за что на меня погоня была со стороны хуторян. Это дело пришлось оставить и перейти на работу служащих. Долго не приходилось свою работку вести. Попал в воспитательную часть, изоляцию.  Рубил лес, знал всю разработку от баланса и до…   

      167. А когда новое небывалое в жизни где-либо  отстраивалось в природе, оно было нужно народу. По-старому, непригодному приходилось возрастать всякими путями. Это не прежнее  было в народе государство, которое начиналось на четырех колесах кататься. Она держала у себя весь табор. Мы учились у других. Нас с вами встречали весенние первые дни на нашей земле. Мы взялись за эту работу не сохою на лошади, а вводили для этого дела трактор. Какая была в жизни красота не ухаживать за животными, не надеяться на быка.

      168. Пустили в ход машину, железного коня направили в землю. Мы стали обрабатывать землю не так, как раньше индивидуально, нехорошо по-своему. А сейчас все делает агроном коллективно. Мы учимся делать. За наше все в труде не забыла природа. Стала нам давать хороший урожай. Мы стали не катками на земле молотить. Смастерили комбайн, сам косит, сам молотит, сам веет зерно. А машиной мы успеваем отвозить на элеватор в государственные закрома. Хлеб выпекаем на хлебозаводах, кормим людей.

      169. Заводы у нас всякие на это есть. Мы делаем все, что попало под наши руки. Мы всей природы хозяева. Стараемся самих себя до самого тепла одеть и досыта накормить. Наше такое лежит перед всеми людьми удобное жилое место в доме получить. Мы сами  без всякого царя, без прежней работы делаем. У нас на это дело получается. Мы стали в природе жить хорошо и тепло, чем между всеми людьми хвалимся. Мы это сами сделали, нам природа помогла своим земным источником, своей любовью. Мы стали в ней на это дело  по-новому небывало ученому  учиться. Нас везде и всюду окружила теория.

      170. Она стала человеку подсказывать, что на вот этой нашей земле делать нашему народу. Мы социалистически научились делать. То, что мы сделали, это наше хорошее и теплое. Оно нам дало все, мы его должны сохранить. Чтобы люди другие не напали на такое сделанное наше все, у нас  на это все есть армия людей. Солдаты, офицеры берегут это добро. У них сделанное нами оружие, техника, вплоть до атомного ядра. Все это мы имеем, и смотрим вдаль, чтобы не напали на нас опять вероломно. Мы не спим, а бережем самих себя. Вот это наше государство, в котором мы так живем, и располагаем на лучшее, чем сейчас живем.

      171. А как был перед человеком  тяжелый физический труд, так он технический остался. Жили одни, было им очень хорошо, а другие жили в недостатке. Заболевали и простуживались, и так теперь болеют и простуживаются за свое сделанное дело. Его природа наказывает. Одного сажают в тюрьму, другого кладут в больницу для спасения его такой жизни. Мы верим Богу, но спасения мы не нашли через это. И не спасают сейчас  неверующих людей, которые не признают его. Так же само, как и верующего в него, сажают в тюрьму и кладут в больницу. 

      172. Где надежда одна была, чтобы жить, и не просиживать в темнице. Но условие заставляло там находиться. До тех пор человек находится при больнице  и в тюрьме: если он там не умер, так умрет на воле. При том и другом обществе человек умирает. Его вера не спала, и не спасает  человека неверующего совсем. Так что война с природой не гладит людей по головке, а всех поодиночке берет и стегает. Люди не продолжают жизнь свою. А раз человек только заболел, болеет в природе, он уже неподходящий  есть нашему такому государству.

      173. От него отказались все близкие и далекие. Лишь бы услышали о его смерти, идут со всех сторон этому делу помочь. Люди людей закапывают. Плачут, им жалко, асами несут на плечах. В могилу зарывают. От этого никто не спасен, кроме одного из всех в природе независимого человека, кто не нуждается никаким природным богатством. Ему не надо так земля, как требуется всем нам, людям, зависимым от природы. Мы природу пожираем. А она нас своими силами валяет. Вот что сделали  в природе мы. Для самих себя смерть. Ею мы окружили себя.

      174. Какие бы мы ни были люди на своем месте, а природа была сильная над нами, так она и осталась сильною перед всеми нами. Никто никак не смог в этом спастись. Мы не научились жить, а умирать умеем. Это не наше, зависимого человека, кто хочет жить хорошо и тепло. Независимый человек жизнью не признает в природе государство, в котором люди все умирали и умирают сейчас, и будут такими людьми умирать через свою войну с природою. А независимый человек, он заручился не борьбой, не войной, а чистой любовью, которая не воюет с природою.

      175. Он не делает себя хорошим, красивым, на которого приходилось всем интересно смотреть, как на какое-то красивое дело. А смотреть на независимость, как на совсем плохую сторону. Людям такой поступок человека не нравился. Природа таких государств не хочет, чтобы они между людьми были. Она хочет удаление с земли, чтобы такого распорядка не было. Сами люди Богу крепко верят, а выполнять его идею тяжело. Им хочется в природе жить хорошо и тепло. Но одно их не пускает, попадается по дороге неприятность, между людьми стихия. Она ни с чем в природе не считается, а берет, свое ставит на ноги.                

      176. Она не любит вооруженных людей, их за это карает своим поступком. Для нее люди – это цветок жизненный в природе. Им влияет на их тело воздух, вода да земля. А в независимости живет правда. Самая холодная и плохая сторона. Люди не заинтересованы у себя это иметь. Их зависимость обязывает самих себя ставить на арену, чтобы от всех лучше, в красоте показывал один перед другим. Вся такая в государстве жизнь. Лишь бы кто-либо сделал в природе хорошую вещь, а она далеко видна, ею человек вовлекается, хочет у себя такую заиметь, это завести, которое человек заимел.

      177. Он старается заиметь лучше от этого. А вот такого в природе, чтобы не простуживаться и не болеть, что самое главное в жизни. Независимость на человеке, она не заставляет, она не просит никого. А если только ты как человек это дело хочешь в жизни делать, то будь добрый, начинай. Это природа, ее надо любить, но не заставлять ее так, как мы заставляем. Она хочет нам всем свое отдать. А чтобы мы брали в этом деле, мы не научились окружаться холодным и плохим, кроме только одного Бога земли, Учителя народа. Он у нас за это, чтобы не было тюрьмы и больницы. На этот счет мы должны в государстве взять одну одинаковую зарплату, ввести в жизнь свою сознание общее.

      178. Мы не строим одному выдающемуся благо. А мы строим  одно для всех выдающееся. Люди не хотят жить тяжело, люди хотят жить легко, поэтому у нас должна одинаково проходить жизнь. Сегодня ты шахтер, а завтра ты лесорубом. Где бы ты ни был в нашем государстве, ты должен считаться с местностью. У тебя будет одежда, и тебя накормят, а дом для тебя будет, только работай. Свою работу сознательно не для себя, а для общего нашего блага. Если захочешь жить так, как жили раньше за деньги, ты работай для всех сознательно. За тебя не забудет никогда природа, а в природе люди. Они научатся, как будет надо жить на белом свете, чтобы не мешать другому. Свое ставь, показывай.

      179. А к чужому не прилаживайся. Вот чего надо человеку устроить. Одну-единственную вежливость. Такой поступок не считался со старым и малым. Не жди от него униженность, сам ее ему построй. Вот чего надо. Видишь на нем это тяжелое – берись, да ему помоги. Лучше будет нам всем живущим на белом свете, если мы, все люди, за это дело возьмемся, и признаем его идею Бога. Он на это дело сам все делает, сам добился от природы, чтобы за это все его признали люди Богом. Бог не учит людей своим поступком. У Бога силы к хорошему направлены. Он говорит: лучше умереть в природе без всякого богатства, чем мы умираем с великим богатством. Природе Бога наказывать нет, за что. 

      180. Он ходит не так, как все ходят, а по-новому энергичному. Богу надо умереть давно. 40 лет вот скоро будет, как он ходит. Тысячу раз можно умереть. А Бог жил, живет и будет жить. За счет этой идеи он нас всех освобождает от рожна. Мы будем по дороге идти, по той дороге, по которой люди все не проходили. Им эта дорога была трудная. Бог сам избрал, пошел по ней не для того, чтобы одному хорошо жилось, а другому плохо. Этого Бог не хочет, чтобы разно жить. «Умирать всем надо, только не в одно время», – этого Бог не хочет видеть. Он живет для того, чтобы жить продолжительно, не так, как мы живем. Одеваемся до самого тепла, а наедаемся досыта, а в доме спим, не досыпаемся. Одно хочется – спать.

      181. Это дорога не Бога, а людская. У Бога, такого человека, нет на теле, чтобы висели подштанники с штанами. У него нательной рубашки с рубашкой нет. На нем не висит теплое пальто. Он так сапогами не красуется. Картуза с козырьком не показывает. Время любой погоды от себя гонит. Ему не верит, что оно спасает тело человека на земле. Мы привыкли к себе тянуть. Особенно, считаем землю, она нам дает урожай. Мы присваиваем гектарами. Когда живыми бываем, говорим: это наше. А когда мы с вами умираем, то и нам не нужно государство. Мы, как в гостях, празднуем со своим богатством. Никто его не взял с собою.                   

      182. Оно никому не нужно таким, как его сделал человек. Он без воды и воздуха не смастерил никакой стали. А сейчас люди режут железом  железо, берегут это добро. А Бог говорит. Раньше все люди ему крепко верили, но чтобы ведать его. Говорят, один Моисей предкового народа говорил даже с ним. Сам Моисей убил тысячу людей через свой новый закон, он его написал. А есть Бог на земле и воздухе, на воде. Как же ему не будешь так усердно молиться, если все человечество без него ничего не делало. И нельзя было делать. Горе какое-либо наседало, стихия человека окружала, как бы он ни жил, ни огораживался, до тепла одевался, досыта кушал, а в доме прекрасно жил, даже человека делал.

      183. Для чего родил человек человека. Бог к этому нас, людей, не гонит. Он говорит: сумей сам себя в природе сохранить, чтобы не простуживаться и не заболеть. Это сделал на себе в природе Бог. Ему стол не будет нужен, чтобы на нем лежал кусок какого-либо хлеба, или в чашке налитая кипяченого борща. Он не нуждается таковой поговоркой. Ему не надо ни маленькая, ни большая ложка. Он через свое тело не хочет перебрасывать какие-то  чужие природные богатства. Он говорит. Если я, Бог, буду нужен людям, то они меня поддержат, дадут мне волю. Если я им ничего не делаю, то зачем им буду я. Если Бог свое намеченное делает, между нами такими живет, он нам своим поступком не мешает.

      184. Хорошо будет всем, если только  куда денется Бог между нами. У него мысль богатая, одна из всех. Она сделает то, что захочет, то его природа за его все вознаградит. Он просит у нас, обиженных людей. Дайте ему всех больных людей, которые лежат в койке, стонут. И выпустите на волю ко мне заключенного страдальца. Отдайте их Богу, чтобы они в законе не мучились. А после моего дела, делайтесь все вы такими, как вы делались всегда. Вас государство заставляет, чтобы вы были в нем зависимые люди, воины с природою. Вы природу никогда никак не  сможете убить. А человек человека всегда убивал, убивает, и будет человека убивать.

      185. Он в этом деле заработал, сделал для себя оружие, и им убил человека. Бог никого не убивал, не убивает, и не будет он убивать. За это все он природой вознагражден. Он не за государство воюет с природою за людей всех. Он хочет ввести не тяжелое время, а легкое, чтобы люди так не жили. Сами себя не сажали, и не ложились, а научились в жизни своей помогать. Бог говорит. Сбоку тебя живет сосед. Ты ему в этом деле что-либо помог, чего у тебя много? Ты боишься природы, уходишь со своим куда-то. А сосед твою уловку  видит, рад у тебя попросить.

      186. Тоже боится, себе в жизни старается у него воровать. Это он сделал, и попался в закон, его осудили.

      Бог волос не стрижет, и бороду свою не бреет. Учится сам лично об этом деле написать. Человек делает в природе то, через что он сам в этом ошибается. По Богу, не надо курить, и не надо пить всякого рода вино. Бог в этом деле пропагандист. Это его для другого человека есть здоровье, если человек послушает наставление Бога, которое сам в жизни делает Бог. Он добился в природе через свою мысль знание. Физически с земли никакого веса не поднимает. Спроси у Бога: «Почему это ты так делаешь?»

      187. Я, говорит, ничем вашим не нуждаюсь. Вы укажите, где мне такому Богу находиться? Почему я называюсь многими людьми Богом? За мое сделанное в природе. Я открываю людям зрение. Кто меня просит, я ему как человеку в этом горе помогал и помогаю, и помогу. Нас всех природа родила с воздухом, водою на землю. Приняла не для того, чтобы мы, люди все, физически трудились, или умственно учились у другого теоретика. Человек – это есть в жизни в природе цветок. Ему надо профиль. Он должен вместе жить в природе с воздухом, водою, и на земле. Своими естественными силами всегда быть в природе. Не спать так, как мы потягиваемся.

      188. Бог против этой привычки. У Бога быстрый по земле бег. Зачем ему государство. Он своим поступком в жизни между людьми не делает плохое. У него одно хорошее. Человека надо научить так, чтобы он не простуживался и не болел. У Бога никогда его голова не болела. А только она мыслила. Фразу было надо написать так, чтобы люди прочитывали, и с этим написанным соглашались, ибо это все сделал в природе сам Бог.

      Он прошел между людьми своей физической работой у нас по всем отраслям производства. Он в последнее время при Северокавказской железной дороге при росстройорс заготовитель рабочим продукции.   

      189. Работал на селе, и там свои дела творил. Первое, это Невиномысского района в Овечкино в коммуне была у члена правления мать. Страдала очень крепко, болела она малярией. Ее сын, член этой коммуны, он, вероятно, об этом хорошо знал. Я еще в то время не ходил так, как сейчас, но природные силы, они у меня оставались. Я дружил через любовь к природе, к воздуху, воде и земле. Что нашим людям через их мысль все родило. Одно время пожили, да поделали, как соха с лошадкой, отпали. А пришел на смену этому делу сам железный трактор, он заставил. Комбайн косит, молотит. Это сделали наши конструктора, изобретатели в этом.

      190. Такая наша народная медицина в жизни не была. А сейчас наши врачи через аппараты определят на человеке его болезнь. Стараются, все силы кладут, как бы ей в этом деле помочь, но не всегда успех получается. Мы в этом деле легкого ничего не нашли. Эту болезнь мы не одолели. А человек как жил болезненно, он и живет болезненно. И будет жить болезненно до тех пор, пока не займет место на земле Бог. Он не хочет, чтобы люди с людьми воевали за землю, ибо земля человека общая. Она нам ничего не дала, никакого реального дела. Люди как жили, так они живут сейчас, не удовлетворены нашей землей.

      191. А земля – это не такой источник, он может давать нам урожай, а может и не давать. Зависит от всех нас, людей. Мы раньше просили у Бога, а теперь мы его не признаем, через это не улучшилось. А как была у нас с вами такая неприятность, она так стихийно осталась. Законное дело в природе, в государстве мы простудились, заболели, поболели, а потом умерли. Нам не помог раньше Бог, и никто тебе не поможет от этого избавиться, ибо люди идут не по заслуженной дороге, идут по людскому пути. А когда согласятся с Богом, что его дорога лучше от всех. Она не заставляет, и не навязывается. А если хочешь в природе не таким быть, как все, то начинай. Дорога Богова, и серьезная, она есть. Бог делает то, чего будет  тяжело всем нашим людям.      

      192. Свою красоту они не сбросят, в степь без оружия так не пойдут. У Бога одна единственная мысль перед ним лежит. Надо такое место ему избрать, где бы нашим людям в их жизни никак не помешать. Вот это была бы его такая дорога. Пусть люди лезут на свою высокую гору, это космос. В жизни для науки есть самое свободное место. Одно время в этом пожить, попеть, потанцевать, повеселиться, а потом нужно умереть. У Бога не такое есть намерение, как у людей. Надо будет жить, и крепко жить, чтобы никогда не умирать. Вот чего добьется Бог.

 

1970 год 25 мая

Иванов

 

Набор – Ош. 2012.02. С копии оригинала. (1205).

 

    7005.25  Тематический указатель

Кочевание  10-12

Телега  20

Государство  25, 48,80,98

Тюрьме, больнице нет  26

Рождение ЧБП  34

Холодное – теплое  36,93,115

Закалка   53

Деньги  62-76

Учитель Бог  77-79,138,139151,179-192

Воля осужденным  80

Валентина  80

Молодежь  81

Идея Учителя  82, 98, 13  

Пробуждение  86

Ноги  86

5 советов  86-89

К молодежи  117

Смерть 149

Учитель история  160-166

Независимый чел.  174

Закалка, здоровье  177, 191

Одинаковая зарплата  177,178

Земля общая  190