Иванов П. К.

Продолжение портрета

 

1971.02.08 – 03.20

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

 

    1.  Туча ночью или днем, ты показалась скоро, на тебя мы смотрели. А какая ты для нас есть. Мы тебя испугались. У нас грядка на земле, в нее зернышко посеяно. А ты идешь не сама, тебя послала природа не просто это так. Цель у тебя какая-то. Мы несчастные люди. Наше дело – гляди, гляди, да присматривайся в цель. Бывает, ты идешь по дороге. А бывает, ветер с дождичком сыпет. А наша такая есть земля зеленого цвета, и белеет. Все свои дни на дворе, у портрета, как человека, спрашивают, им интересно, за это дело взялся. Очень просто стал рассказывать. Человек – это живое и мыслящее животное. Лишь бы захотел, он сделает. Прорвет эту щель, дорогу проложит.

    Сегодня утро, 9 февраля, вторник. Приятная снежная зимою погода. Я встал в 4 часа, ринулся по этому снежку своими босыми живыми энергичными ногами, которые стали слышать такое неумирающее чувство в нем. Как есть такое животное, как наш есть маленький не кровожадный зайчик.         

    2. В жизни своей самый боязливый, такой он чистенький, скромненький серебристый. Как только услышит шорох человеческого движения, он сейчас подхватывается со своими родными силами, и бежит по своей воле. У него дорог много, как и у меня, такого человека. Я не боюсь природы, что она меня простудит. Или я в ней по такому чистенькому, беленькому. Белее снега нет ничего, и холоднее от него нет ничего. Как одна энергичная жизнь. Заяц уходит, он боится человека за то, что человек охотится за ним. У человека палка есть, уже есть для зайчика неприятность. Лишь бы достал, он его убьет. Это такая жизнь введенная. А по моему такому вооружению, я должен бояться зайчика. У него есть ногти, он может прыгать. Человек без оружия своего, он бессилен ступать по этому снежку. У него на ногах одетые сапоги или валенки. Он в них, как какой-то ухарь купец. Но он если в них день походит, делается усталым. Этот снег заставляет от него быстро уходить. Вся сила человеческой жизни, которая вместе с ним рядышком на нашей родной земельке располагается, и по хорошей солнечной погоде.    

    3. Человек без этого снега, можно сказать, барин. У него под руками лежит вся природа, он имеет оружие на все. Все лето день и ночь он в степи находится.  Как рыбак на своей лодке да с веслами, он по морю без всякой мысли не плывет. А хороший хозяин хлебороб по этой части, он свои все зубы потеряет в еде, но не забудет про свое житие-бытие. Ему если бы не этот снег в природе, он бы забыл про свою хату. А то он прибрался, говорит сам себе: теперь пришло самое время, надо будет отдыхать. За лето все некогда было сесть на хорошем стуле, и подумать хорошенько. Эта земля – это работа нашего крестьянина, она его губит.

    Один мужик, можно сказать, глупец. Ему скажи: беги, сколько оббежишь, это будет твоя вся земля. Он побежал, день-то велик, мужику мало, нужно лужок. И вот уже на заходе солнышка нашему мужику надо было лужок прихватить. Он до самого солнца бежал, прибежал на место, и дух сдал, умер он. Кому земля досталась? Мужику другому, не такому, как сейчас. Механизатор, ученый человек с дипломом. Ему доверяется машина, производство зерна. Комбайн сам с человеком косит, комбайн молотит, и чистое инвентарное зерно …

    4. По снегу такому беленькому энергичному только нашему брату это спасение делает наш построенный нами этот дом, наш родимый. Я в нем родился, и в нем живу, много об этом всем день и ночь думаю. Без этой мысли не остаюсь, всегда смотрю вдаль. Глаза видят хорошее, заинтересовался это все заиметь. У меня хватит сил вместе совместно с животными, с другими совсем. По этому снежку только я вот без всякого защитного всего дела могу выйти на двор. На такую приятную для всех погоду, только в своем естественном костюме могу встретиться с любой развитой атмосферой в любом месте смогу окунуться, как в ванну. Сказать свои по всей нашей родной природе слова. Пусть они катятся от самого яркого солнышка и до глубокой темной ночи. Пусть они, все люди, этим вот окружат себя, и со мною вместе рядом станут. А нас природа окружит всех до одного. Мы в ней поделаемся не такими, как сейчас есть. Люди со своей снастью, со своим оружием бегут в дом. А в доме ему жарится, ему варится, готовится. Он для этого пришел сюда, его условие ждало, и ждет его всегда здесь за столом за обедом.              

    5. А в природе, в этой матери, этого нет. Она чисто белая, как снег на земле лежит. Говорит: я вас всех вооруженных против меня простужу, и накажу своими силами. Я пришла к вам, легла на эту землю. Думала, что вы выйдете из этих вот домов не в одежде, а чистыми телами. Вы, этакие люди, ко мне поближе! А я к вам тоже близкая сама. И мы вдвоем найдем общий живой язык, и начнем про это разговаривать. Кто нас с вами разлучит. Что мы, все люди, поделались такими, не хотите меня любить. Только поверну свой суровый с севера ветер, у вас уже приготовленная для вас форма одежда. Вы ее не жалеете. Как чуть что не так, у вас уже новое. Вы огородились, вы … боитесь меня. Как же не убоялся меня один человек, единственный стал таким. Она нам всем свою победу написал. Тайну раскрыл не в природе, тайна оказалась в самом человеке. Он должен жить не так, как мы живем, с оружием в руках убить, зарезать. Кого? Да животного своего. Вот чего мы заимели. А на дорогу пришел человек, нашим всем не заинтересовался. Взял да полюбил то, что мы не любим, уходим … все до одного, что есть на белом свете.   

    6. А прибегаем к дому, к печке, к столу, что лучше, жирнее да слаще. Мы ведь для этого все трудимся, особенно хлеборобы. Да и все те люди, которые этому делу помогают. У них тоже такое, да еще больше убежище, чтобы самому пожить. А ты, этакий человек, избрал дорогу, по ней иди. Мне он говорит: ваше все не надо, это все чужое природное. А вот снег, по вашему всему выводу, вы от него бегите, хоронитесь, уходите, не хотите на него смотреть. Это ваше в природе самое плохое. А для меня это есть счастье в природе по такому ковру, да еще по белому снежку, да еще босыми ногами. Одна прелесть в природе в ванне купаться, да еще в такой, как купаюсь я зимою. Никто этого не делал и не делает, и не будет делать. Я есть этому всему сказанному светило природы, Учитель народа. Учу человека, как по этому снежку пройтись босой ногой. Это уже здоровье, как у меня. Я сам иду вперед, а ты иди вслед, чтобы плохое с этого получилось. Мы с тобою по пути идем плохому, только нам таким придется жить хорошо.

    7. Мы с вами о снеге не брались и не делали. А снег – это минерал. Он до одного часа не тревожится. А потом делается водою, и заполняет ярки, и омывает землю. Делает влагу для того, чтобы трава поднималась. А когда зеленеет трава, то жизнь человека бодрее. Он смотрит, он видит, а что ему будет надо для того, чтобы наши люди зимою по селу не топили. Он старается, он делает, к этому готовится дождаться, у себя заиметь пару хороших лошадок. Какая нам прелесть на такую пару в упряжи посмотреть, да позавидовать такому хозяину. А он сядет впереди, держится за вожжи, он их правит, чтобы поудобнее проехать. Так люди вслед ему сказали: «Ну и сукин кот». Этакий любитель, он не сидит на одном том же месте, сложа руки. У него мысль не стоит на месте. Он за нею, как за красавицей, бегает, развивает физическое состояние. Какой он разбитной в жизни. У него во дворе, как у хорошего лавочника за прилавком. Чего у него нет для того, чтобы за этой земелькой поухаживать.      

    8. Это разве только он между нами такой зародился молодец. Это он счастливец, он нашего брата заставляет по снегу не бегать, как мы с вами на улице вечера проводим. Наша вся молодежь в этом деле заинтересованная, как бы на парочку с молодой девицей прокатиться, и что-либо ей сказать про жизнь свою. Мы летним временем больше от всего за работой, хлеб со степи убираем. Мы, все такие люди, ведем себя к зиме. Надоело лето в труде шататься. Если мы не будем так за землей ухаживать, нам не придется ни оком позавидовать, и не скажем ласковое словечко своей любимой девчонке. Это пара таких лошадок, как ее имеет хозяин. Он спит, а у самого такая мысль буровит: как бы ему, такому молодцу, сделаться таким человеком, чтобы ничего не делать, а жить хорошо. Говорит этот молодец. Мне, такому любителю, никакой дядя, никакой человек этого не дал. Смалу я думал, не старался по природе так без всякого дела проходить. Как чуть что такое новое в природе появилось, особенно другой воздух, запах прослышал, стал думать, говорить про это самое.         

    9. Это и к нам прилезает со своими силами весна. Где-то взялся, самый первый прилетел сюда наш постоянный этому месту гость черненькая маленькая птичка скворец. Вы не думайте, что он и к нам таким молча заявился. Он уже песни свои поет, да присвистывает. Вот это гость, так гость наш, он нас обрадовал. Под ногами стало сыро, из снега вода потекла. А наше дело человеческое, думать об этом не приходится. Когда весна на пороге, то тут этому белому снегу делать нечего. Уходи ты, братец восвояси, к нам в гости пришла весна, ясна, красна. А мы, этакие люди, нам не сидится. Мы без другого не в силах это сделать, на помощь свою у нас есть подчиненное животное, на привязи стоит. Мы за ним ухаживаем, кормим его, поим. А когда нужно, мы запрягаем его в хомут в драги, в оглобли и так далее. А вола в ярмо, он у нас сила за собою. Мы их приучили парою все это делать. Борона от нас не уходит, плуг они за собою в две пары волов тащат. Говорят: «Ну и быки, какие они у него добрые, не надо им кнута, успевай сам за ними бежать». Только тогда это дело делается нами, когда этот снег улетучится. А тут же появятся с-под снега наши беленькие цветочки.

    10. Их по-русски называют поросята, они кормят человека. Человеку, что слаще, жирнее, да больше, лишь бы мне. А ты, этакий общественный пастух, тоже думай одно, а считайся с коровой. Она имя имеет чье. Твое дело – их всех накормить, вовремя напоить, и дать на воле ей полежать. Хвалиться этим, что я делаю, не хочу злодею, чтобы он свою палку бросал вслед за каждой скотиной. Очень тяжело жить, и неплохо, встречаться с жизнью того бедного человека, кто рад бы это сделать, но он не умеет. У него работники нанятые, и что заставят, то надо делать. А наши люди, да еще хозяева умелого порядка, они научились заставлять, чтобы человек зря не сидел. А взялся за дело – делай, за это тебе хозяин платит. Лучше не подчиняться, лучше распоряжаться. А пастух, по всему этому уходу их двое, а стадо сто голов палки одной боится. А как же люди, сосед к соседу смотрит своими глазами, и увидали, что-либо у соседа есть новенькое. Уже он думает про это, как бы себе эту вот вещь сделать. Это делается нами, сейчас взялись за Луну, на Земле уже делать нечего. Атом у обеих есть, человеческий труд все делает.

    11. Вот что надо нашему человеку, кто хочет руки в брюки, ничего не делать. От этого всего и я не прочь, сосед соседу сказал. А люди вздумали побывать там, где еще нога человека не ступала. А теперь она физически уже ступает. Человек хочет скупаться в воде, и не помочить волос. Как делается приборами, техникой. Всю Луну облетели, сделали мягкую посадку, даже люди там были. А вот до самой истины не дошли. Все это делают наши деньги. Мы в этом для этого вооружены, у нас для этого все люди работают. Все люди ученые мыслят об этом. А вот не хотят сделаться независимыми от природы. Это не Луна, а наша родная Земля, она разрешила нам всем ползать по земле, и для себя искать хорошее и теплое. Мы очень хорошо живем, но наука не удовлетворена этим, она в природе ищет тайну.

    Заходим мы в дом, в этот дом, в котором мы ни разу не были. Мы зашли в двери, в холодный коридор, проходим дальше коридор. Направо, налево есть двери, с право и с левой стороны. Мы идем направо, где было написано. «В эти двери можно любому человеку заходить, потому что тут делается то, что наши все люди сделали. Они этим живут, из-за этого всего они умирают».

    12. Это, мы сказали, старая история. Нам надо история новая. Мы идем на левую сторону, тут тоже надпись такая есть, мы читаем. «Сюда тоже можно заходить, и можно знать, а потом надо научиться, как будет надо жить. Когда научишься, то ты не будешь умирать». Куда пойдешь жить? Направо – это старое, а налево – новое. Нам надо новое, учиться жизни. Эта история, она нам ищет любителя человека, чтобы он взялся за это, и стал между нами по-новому жить. Наше людское бросил, а за свое небывалое взялся. Не так, как со своим индивидуальным собственническим предки окружали себя, их это не спасло. А вот независимость – это не старая идея, она живет по-новому, по небывалому. Все люди одеваются, все люди кушают, и в доме живут, а потом они умирают. Так жить, как себя научила независимость, это будет.  Этого не хотели ученые, и не хотят неученые этого делать. А делать приходится нашему человеку. Он научился этому делу, теперь ему как таковому можно будет жить. По этому учению, умирать не будет. Польза есть, и будет она между нами такими, как живет наш портрет.

    13. Он просится на сцену у молодежи, для того он хочет себя, свои способности нам показать. Какие нам нужны для того, чтобы за счет их прожить. Да научиться, как будет нам надо за счет этого жить и не умирать. Снег как таковой  в природе – неумирающее дело. Оно жило, живет, и будет вечно жить. Это мизерные и свойственные по природе шли, идут, и будут неумирающие идти через их дело. А человек сам он живой, а почему-то одетый он на время. Его это не спасение в жизни, и также еда с домом. А какой делается им труд для этого нашего человека, кто сам себя окружил в природе зависимостью. Человеку в этом приходится с первых шагов, с первого начала своей жизни он начал себя приводить к парте, чтобы на ней сидеть. И обращать внимание на своего преподавателя, кто за ними всеми внимательно наблюдает. Он вместе с ними разговаривает, делится мнением. Он также на нашей стороне, чтобы нам помочь. Мы разве против этого. Мы стараемся, но у нас как-то в этом не получается.                  

    14. Хочется свой урок освоить, чтобы знать на «хорошо». А голова не такая, а тут подход не такой тяжелый. Дюже критики наш Учитель…как будто мы и не понимаем. Дурить, шалить на улице само прививается. А вот учиться, чтобы было легко на соображении. Мы ни откуда помощи не получаем. Чтобы родители понимали, что они знают, должны подсказывать, это пока не мода. Надо соображать самому, не идет в голову. Без всякой цели пошел в первый класс учиться. Окунулся, как в воду, в эти буквы, в эти слова. Букварь дали для чтения, писания рукой и арифметику. Все это есть, но у него нет точного определения. «1» одна она палочка, а вот второй совсем не похож на других. «3» троечка, она свой образ знает. А вот четыре. Можно сказать про эту цифру, она не трудная, чтобы ее, как следует, скоро и ловко написать. Это хорошая цифра. А вот пятерка, она есть отличница, за нее борются все люди. А уже шестерка – это последний день в рабочей неделе суббота. Занимает седьмой день воскресенье, а понедельник будет уже восьмой, девятый – вторник, а среда будет ноль. И уже это будет с этого всего математическое исчисление.   

    15. В этом всем человек учится, а конца в этом деле не видать. И так он, бедняга, не добился, не узнал точно, взял и умер. Также человеку преподнесли его все по алфавиту буквы, маленькая простая, а большая заглавная. В них он окунулся, как в воду он потянул, так и через них. Буквы имеют два характера. Одни гласные тянутся, другие стоят на месте, не гласные. А это простая и начальная первая буква и большая «А», от которой можно начинать разбирать смысл этой фразы. А уже буква «Б» – это не гласная, но начальная по своему ударению «б» маленькая. А третья буква «в» – это простая и маленькая самая начальная. Может быть, там с другой какой-либо гласной буквой. Б – это значит быть. Мы беремся разбираться в буквах. Маленькая «в» всегда роль большую имеет к заглавной букве «В». И также за четвертую букву мы возьмемся, и поставим ее на арене. «Г» заглавная ведет себя к Господину. А за этим буква гласная говорит гласной. Она тоже неплохо играет роли в звуке своем заглавием. 

    16. «З» – это тоже согласная буква, которая может звонить в колокола. Заглавная «З». Мы пошли отыскивать по природе жучка летающего или ползающего по земле. Это «ж» маленькая, и большая гласная «Жук». «И» – это уже ведет за собою русского человека Ивана. Он у нас живет в деревне, да носит свою фамилию Иванов.  А за нею буква располагается «н». А в заключение этого всего человек от чего-то замирает. А как доходим до буквы «о», мы кричим смело это «о». За этим себя читать ставит буква «с». Главная буква, это Сергей. Мы проходим дальше, беремся за людей, буква «л». Мыслим дальше, это мы есть люди. За этим идут вслед рабочие. А раз это рабочий, надо будет «р». Словом, все такие же само последние. Ни один теоретик не сможет оставаться без этого всего. Надо научиться читать, надо научиться писать, и также надо нам изучать всю прошедшую историю, и что она нам в этом дала. Если только хорошее, то мы с вами согласимся, и станем эту историю продолжать. Мы поняли в этом всем, что это …все развитие на нас, оно нас приводит к отмиранию.

    17. Мы с вами должны от этого всего отказаться, и взяться всем за историю новую небывалую, которая была в истории, но наши предки не хотели с этим делом заниматься. У них ноги ходили по земле, и искали для себя в природе тайну.

    Люди без всякой земли не умирали. Их она заставила, чтобы они о ней думали. Каждый раз это время от природы ждали для того, чтобы в нем приходилось делать это дело, которому не было конца и края. Мы одно позади оставляли, а за другое брались. Это все нас вело к тому, а что будет завтра. Мы, все люди, живущие на белом свете, такую политику на своем месте. А какое оно есть, если хорошее оно всем будет. Это место неплохое, когда люди этого двора в нем что-то делают. У них ими поставлен дом на углу. Может позавидовать, и каждый человек за этим домом тянется. Никто не хочет в пустом дворе обходиться. Хоть собака на цепи, хоть есть кошка в доме на печи. Это хорошо, сейчас коллектив о тебе, о таком человеке они не забыли…

    18. На эту площадь земли загнали трактор, и полосовали борозду не одну. Этот трактор пашет не одному мне, а общему государству. А потом это зернышко, которое скосили, обмолотили, и на автомашине отвезли на элеватор. Потом по наряду отгрузили в то место, в котором люди им нуждаются. Его мелят на муку, а мука распределяется по хлебозаводам, где хлеб пекут. А по магазинам развозят будки, хлебные машины. Жди, когда хлеб мягкий к ним привезут. Это денное пропитание. Так вот мы и живем. Да еще мы думаем про другое, про лучшее от этого. Раньше огораживались на этой земле собственно. Каждый человек имел свое какое-либо животное. На нем он сидел, как на своей лошадке. Запрягал ее в драги, и ехал он туда, куда хотел. Или на паре волов в ярме. Хоть и трудно было этого порядка слушаться, но поделать ничего не сделали, кроме как нашлись люди со своей общей мыслью. И отобрали у Отца вожжи, ввели Сына. Не такие, как они были до этого времени. Если ехать в степь, не на лошадке, на быках, а на тракторе, на автомашине. И то бывает задержка.

    19. Хочешь жить так, как прожили наши люди, живи. Но сейчас живут люди легко и хорошо, да и тепло. Но это, что было раньше, и есть сейчас, не увенчалось. То мы жили собственниками, а сейчас мы живем коллективно, но не удовлетворены этим дюже. Мы рождаемся для жизни, а вот в процессе теряем самих себя, так что жить тяжело. Жили, жили, а потом умерли. Этому вот портрет своим выводом противополагает. Считаю: это все мы делали зря. Мы заставляли раньше сами себя, и тянули других. А сейчас свыше, с головы стали заставлять, чтобы он делал то, что надо нам всем. Мы с вами строим такое хозяйство, чтобы в нем было все в достатке, чтобы был хлеб, чтобы была одежда и жилой дом. А к дому все роскошное удобство. Этому тоже конца нет, все нам мало. А когда же у нас будет в таком достатке, когда мы ничем не будем нуждаться. У нас такое тело, такое здоровье. Если не будет на нас и в нас, то мы уже теряемся. Говорим: это будет для нас плохо, если у нас не будет, что одеть, или покушать, мы умрем. Все равно мы помрем, если будем кушать и одеваться.    

    20. А вот по духовному, да по независимому мы ни один человек, зависимый в природе, никто, ни отец и ни сын, этого не делал. А портрет этого добился. Говорит: вы не любите самый белый энергичный снег. Это все есть для человека. Разве он от человека когда-либо отвернулся, и не захотел было лечь на землю. Это не партизанская война, и не какой-либо в людях самовольный захват. Естественно в природе делается человеком. А докажет своей истиной, телом своим. Уже 37 лет таким ходит, и все лучше и лучше. Боюсь одного. Портрет говорит: не дай Бог, мне это все поручится сделать. Она уже помогает, уже делает независимым человеком. Не интересуюсь тем, что у себя сделали люди. Это для любого человека никакого спасения. А есть утомительная система, она заставляла отца и заставляла сына сдаваться в природе. А вот духа портрета, это возвеличивается. И то делается, что не делал отец и сын. Опять повторяю, не дай Бог, только мне придется человечество судить.

    21. Ведь в природе так, чтобы на землю был какой-либо дождик, он всегда появляется без туч, они приходят из-за горы. То яблоками развиваются постепенно. Люди на это смотрят, сами с собою говорят и рассуждают. Особенно по предметам старожилы этого села, им он не нужен, одному мельнику водяной мельницы нужен. А дети бегут, по домам уходят, боятся, чтобы не промокнуть. Только взрослые остаются на дворе, что-либо от  дождя убирать. Никто не знал его судьбы, какой он должен у нас проходить. У нас лежит ясная осенняя и глубокая осень, все созрело, его приходится убрать. Дождик нам надо тогда, когда мы из пахоты, да еще с-под снега, мы сделали на ней грядку, туда посадили зерно. Вот тогда-то нам хоть с ведра лей. На наше все хотение природа не смотрит. У нее свои для этого есть планы, она ни у кого не спрашивает. Если только захочется какие-либо кадрили из себя выпустить, у нее пространство великое.      

    22. Атмосфера энергичная, такой силы ее не было нигде. А сейчас Бог его знает, что это за такое дело. Не хотелось, чтобы в это время погода менялась. Нам надо солнце. У нас руки золотые, у нас ум дорогой. Одно прибираем, за другое беремся. А природа, она есть со своими новыми днями природа. У нее есть воздух, есть вода и есть земля. В чем мы и не разгибаемся, работаем. Если мы это откажем, не будем иметь свой дух к природе, что и когда мы должны сделать. Это наше мужицкое дело, физически тяжелее хочется нам сделать. В свое время она велика, чтобы весь год прожить. Не все дни бывают плохие, а бывают хорошие, в которых мы не забываем. На это дело в этот бой мы не жалеем своих сил, всю возможность направляем. Всех животных тащим за собою. А снасть, какое это наше с вами оружие, мы им владеем. У нас это дело так не проходит. Лишь бы пришла природа со своим, и к ней мы спешим попасть на то место, где подготовились эту работу сделать. Больше от всего мы делали, делаем сами физически на ногах.

    23. А дождик развивается. То был маленький, то он прибавляется. Значит, нам природа захотела своим добром помешать. Как мы в этом молимся, просим Бога эту штуку утушить. Да прислать нам этакую нашу приятную погоду с хорошими в солнышке днями, чтобы они помогли нам всем эту свою работу убрать. А нас, таких хлеборобов, у которых не хватает сил, чтобы каждый день в свое время как никогда надо собраться со всей снастью, со всеми  живыми силами для того, чтобы это место зря без всякого не лежало. А тут дождик по всей нашей местности где-то взялся, он нам крепко в этом мешает. Мы к этому привели, у нас происходит на таких молотьба, а погода наш азарт сбила. Мы каждый сам себе смотрим в эти вот условия, особенно нам хочется увидеть перед собою ясное солнышко. Оно не мне такому одному нужно. Всем нам приходится в одно время встречаться с нашей самой злой и холодной в морозе зимой. Она уже к нам таким людям на дорогу, ложится на землю снег. Мы пока дождемся этого времени, нас природа забросает разными видами.    

    24. Это осень для нас, она имеет у себя солнышко ярких дней. А бывают тучи сплошные, а за этими тучами может опять яркое солнышко. А бывает, сам не пойму, что делается в природе, что послала, Сами не знаем, кто повстречался. Все с большим ужасом сказали вслух: ну и природа она такая, где она взялась на наше такое горе. Мы еще не убрали, как это следует. А тут природа за нас таких хороших взялась. Она у нас спрашивает, что мы делали все лето. Какие были рожденные денечки, в тепле находились. А мы чуть ни раздетые босиком бегали, нам это нипочем. Мы свою такую природу, как она себя нам показала, не хотим ее больше. А работу делать такую, как в нашем дворе, если она есть у нас, мы должны. У нас на конюшне стоят лошади выездные и рабочие, а за ними надо уход, да еще хороший. Они без хлеба не остаются. Им требуется вода, резка соломы для того, чтобы это все смочить и мукой пересыпать. Тогда, как хозяин своих лошадей, спрашивай их в упряжи доброту. А ты, кучер, держись за вожжи, да покрикивай на них. Они живые и сильные в этом.  

    25. Берегись, кричи им, чтобы они давали дорогу, а то мы задавим. Едет на этих лошадках сам этого вот дома наш хозяин. Он выехал, бежит, спешит на базар. У него тачанка на рессорах, нет лучше от нее. А у самого мысль развивается по всей его местности. Этот дождик, он на нас находил, мы его ждали. Только в природе плохое началось. Люди на своих местах неодинаково жили. У одного было, а у другого нет. А охотились было за …Разве нам плохо в работе находиться, или жить в достатке. Это хуже нет, если нет, и негде взять. Когда хлебороб свою подготовку сделает во всех отношениях, он вспашет землю, ее положит под снег. И о ней непрестанно он думал всю зиму про свое сделанное такое. У него все приготовлено, давай ему весну. Теплые дни – он тут как тут. Накануне все он сделал. Грядка готовая, зерно посажено. А вот, как на грех, сухая погода, нет дождя. И это бывает, встречается с человеком стихия. Ему приходится так переживать, у него думка не та. А когда делается хорошо, то человек растет. А когда не в порядке, то тогда будет беда.

    26. Мама, сынок родной говорит, какое счастье. Я получил учение, живу хорошо, жена и дети мои. А вот тебе с нами не приходится жить через жену мою. Она не наша, чужая совсем, не хочет, чтобы ты жила с нами. Должно нам с вами не жить. Вот какие дела проходят меж нами такими. А я свои силы материнские клала с отцом, думала, что дитя мое, оно нас не забудет перед последним концом. Когда не будет у матери всех возможностей, сын откликнется, приютит мать. Нет, этого я не могу создать. Я буду считать свою мать, как далекую. А чтобы как оно было матери, на это сейчас молодежь. Да возьмите вы свое время. Где подевали ваших отцов, матерей. Мы родились для этого. Учились, знаем хорошо эту политику, эту экономику. Они не красный крест, не международное наше здоровье. Это хорошо, что ты живая, тебе надо давно умереть. Вот что пожелал матери свой родной сын. Он инженер, хорошо свою работу знает, делает ее на «отлично». За это получает достаточно много. Хватает и на одежду, и на пищу, и все культурное условие, как это нами делалось и делается сейчас. 

    27. Вы думаете, это есть неправда. Вы своей жизнью не удовлетворены. Вы старые люди, вам простительно умереть.

    37 лет я мыл ноги холодной водой по колени не для того, чтобы я умер. Я этим пробуждаю нервную часть мою для того, чтобы мои ноги дружили, и любили воздух, воду и землю. Я 37 лет встречался с людьми: с дедушкой, с бабушкой, с дядей, с тетей, и с молодым человеком, юношей. И своей головкой низко кланялся. Говорил с душой, с сердцем, спешил им сказать: «Здравствуйте». За это обижаться не будут, а только удивляться. А мои для них есть заслуги. 37 лет помогаю обиженному, больному, забытому всеми. Это я получил помощь от природы. Она по просьбе мне свои силы отдала, чтобы я учил молодежь. 37 лет в субботу мой праздник. Это – в пятницу покушал вечером, до самого воскресенья до 12 часов 42 часа протерпел без пищи воды. В 12 часов надо садиться кушать. Я выхожу в природу, и поднимаю вверх лицо. Я верю природе, ее прошу: «Природа, дай мне жизнь и мое учение, чтобы его передать молодежи». А сам пользуюсь через гортань воздухом до отказа три раза. 37 лет на землю не плюю, не харкаю, и не курю, и не пью.

    За что меня накажет природа, если я между людьми заслужил от них хорошее.

    28. А природа про это все мысль прислала, чтобы я знал тайну человека. Почему это так получается? Живет человек в природе, он одевается хорошо, до тепла. Кушает сладкое, жирное, и много. А в доме живет со всеми удобствами. А фактически, он в этом всем умирает. Долго ходил по земле, да все продумывал. Для чего же это все делалось, делается, и будет делаться? То лучше не рождаться. Моя мудрость подсказывает мне: это все чужое природное, убитое человеком. И воспользовался своим самоволием. За что им дается эта жизнь, если они убивают человека или животное. А сами себя удовлетворяют хорошим и теплым. Такого права никому никогда никак не смог дать, свое индивидуальное самоволие. Я стал с людьми делиться, стал от них я уходить. Шапку бросил на голове носить, мне хорошо. А люди стали смеяться, да сделали. Потом не дали мне, шесть месяцев я не смог поступать, как будто я отказался от работы. Я в это время людям помогал, а меня психиатры – в больницу. Я отбывался за мою шевелюру. Пришлось к прокурору области, тогда был Черноморский край. А он говорит: «Иди, ищи работу, я тебе помогу». Иду, просматриваю объявление: «Требуется нам выезд из Ростова в Невиномыск уполномоченным децентрализованного порядка заготовок при Ростовском районном ОРС».

    29. Я туда. А мне говорят: «Обстригись, побрейся, тогда примем на работу». А я взял номер телефона прокурора, прошу телефон. Начальник Соколов связался, прокурор приказал взять. Работою заключал договор. Надо реализовать продукцию, за продукты получать. А меня сокращение ввиду моей помощи больным. Этого мало, стали разбираться, признали меня больным человеком, считали. Теперь ученые признали, дали на руки. Мое мышление правильное, изучается многими учреждениями мои годы. А я проходил, вроде глупыша. А сделал то, что надо.

    Вот какие наши дела. Умирать нам не надо, нам надо жить. Вот это будет заслуга нам всем. А какие же мы есть люди такие. Услышали про то, что болеет наш человек. Пришли, проведали, пожалели его.  Чтобы не болеть, природе этого мало. Она его за это стеганула. Он полежал, стонал, и умер, как и все умирают. Про него услышали, со всех концов съехались хоронить. У них на глазах слезы, жаль такого человека. Но мы поделать не сможем. Наш такой введенный долг, купить венки… музыку, сделать гроб, вырыть могилу, туда спустить, и лопатами закопать. А потом вернуться на квартиру. А там люди близкие побеспокоились, собрались, купили водочки, чтобы вспомянуть, и пожелать ему, как и все желают, царство небесное. 

    30. Опять возвращаюсь, начинаю проверять по капельке, да по немножко, что же получается? Мы с вами для этого родились, а потом помрем. Какие же мы в природе такие люди? Мы как начнем за ненависть свою воевать, чего мы только на этого человека ни пускаем в ход. Наше дело живое. Криком кричим «ура», чтобы врага своего побеждать. А враг со своей стороны кричит «ура», ему тоже хочется победить своего врага. Что с этого всего. Мы, все люди, зависимые от природы, хотим получить хорошее и теплое. А как его надо нам получить, мы ничего этого не делаем. Неужели такого человека мы между собою, такого человека заслуженного между нами и природою. Пусть он о нашей ошибке скажет. Что мы с вами не верим истине, живому человеку, энергичному, закаленному, никогда никак не умирающему. Он должен нас учить не на то, чтобы нам было плохо, как это делается. Живет он дюже крепко, все у него есть. А вот здоровье, не смог его сохранить, оно у него подкачало, и он в этом умер. А поэтому по независимому жить нам нельзя.

    31. А как же человек наш русский Иванов на себя взял это дело, он завоевал эту историю. Нам, всем воякам, заявляет свою силу. Разоружу всех, распущу  обиженных по домам. Молчу, но не делаю. Жду того, что надо будет. Уважаемые, вы, вся молодежь! Это наша с вами, как старых, так и малых, истина. Она говорит прямо нам в глаза, чтобы мы знали про нашу одежду, хорошую, фасонную и теплую. Также не забывали про пищу жирную и сладкую, и наш дом со всеми удобствами. Это не наше есть в жизни спасение, а временное явление в жизни. Один раз мы поживем, а потом мы сдадимся со своими силами. Мы в этом потеряем здоровье, и расстанемся с жизнью, с зависимостью на веки веков. А вот по независимому, природному, естественному мы не пытались. И не пробовали остаться так, как остаюсь я в природе. Я считаю, мне холодно дюже, и мне плохо. На мне нет красоты. Я должен умереть, если это так требует наша цивилизованность. Она едет лодкой, и работает веслами по воде. Эти волны появляются, а потом исчезают. Так и наша молодецкая жизнь в природе, она рождается, она умирает.       

   32. Интереса мы не заслужили. Когда вы мне дадите право между молодежью, между вами выступить, мои слова скажут вам не про что-то такое, а про человеческую жизнь на нашей планете Земле. А сейчас моя к вам  великая просьба. Если вы не доведете до чистого дела. Мой труд, всю рукопись направьте в Ростов в издательство в области по Красноармейской. Там есть рецензенты, и по этой части договорено с врачом психиатром Холодным. Эта история, про которую идет речь, она, может быть, и появится между людьми отцовой индивидуальной в собственности и сыновой социалистической системой. Мы такое дело презираем, нам это не по душе. А вот если это будет правда, что тогда мы с вами на эту тему скажем. Мы при холоде не обогреваемся, и на веки не наедаемся, и также в доме помираем. Будь вы городской человек, будь вы деревенский, разницы в жизни нет. Мы как сдавались, сдаемся, и будем сдаваться природе. Какая она … живая, энергичная, неумирающая, которой края не видать. А мы, как чуть что такое, уже бежим, хоронимся. От кого? От друзей близких, от воздуха, воды и земли.   

    33. Что нас таких родило. Ну что ж, мы пожили, посмеялись, потанцевали, а теперь надо нам взяться за дело. Подумать, для чего это мы все делали. Опять вам напомню про американского миллионера Даллеса. Он против советской власти все время бушевал. Хотел по-своему сделать, а природа ему не дала сил. Так, как и все предковые люди, когда умирал, сказал: «Лучше бы я камень на камень не клал». Золотые его слова оставлены нам. Так зачем же мы воюем с природой. Мы короли, мы господа, мы товарищи. Как умирали, так умираем, и будем мы умирать за наше хорошее и теплое. Вот что мы с вами в жизни приобрели? Не жизнь, а смерть. Портрет моего тела такого не видит у себя, у него продолжение. Нашей всей молодежи надо учиться у Иванова практического учения, чтобы наш враг внутренний и внешний упразднился из-за нашего поступка. Мы своему самому злейшему врагу, как близкому и любимому другу должны простить, и больше в этом не поминать. Взять все живое человеческой души и сердца. Одну (минимум), принадлежащую всем. Она равна тридцать три рубля.           

    34. Кто бы он ни был по своей профессии, ваше дело. Если государство ценит в природе человека, что он ваш, по просьбе вашей придет на вашу просьбу, встретится с вами. Он не откажется у вас делать то, что будет нужно, ибо он из-за этого живет. Мы не короли, не господа и не товарищи. А такие все простые люди, сознательно друг другу в этом помогаем. Надо будет дорожка – мы ее протопчем. Не надо – мы простоим на одном месте, и протерпим как никогда без всякого дела. Мы с вами до этого дело начали делать и не закончили его делать, и так мы умерли. Зачем его делать, если можно и без него оставаться. Вы же, все люди, от себя такого человека вытолкнули, взяли и прогнали. Куда? В природу. Я без всякого дела это все оформил, заимел эти качества. Посмотрите на мое такое лицо, я ведь зубы потерял в еде, а сейчас живу и без этого всего. Какая в природе есть благодать! Каким я был в природе, таким и остался. Только мое тело есть не такое, как у вас. Одно – кушай и кушай. А когда это будет перед природой край, чтобы мы все так не кушали, как не кушаю в природе я. Для меня стола не надо, завтрак ушел, обеда нет, и ужина не стало.

    35. Поток такой, он продолжался с таким вот делом. Все бежали, за своим делом спешили. Его от вас никто не отбирает, делайте. А я не буду так делать. У меня силы, рожденные природой. При 35-летнем возрасте я ваше дело бросил, не стал жить по-вашему. Она не ясна, у нее тайны нет, один для всех каприз. Мешаем своим другому, захватываем, ненавидим. Это все приводит нас к пагубному, от чего умираем, нас люди в этом вот закапывают в землю. Это наша с вами предковая идея. А так мы с вами жили, да творили чудеса на нашей земле, чуть ни делались капиталистами. Земля делала Изотова, делала Кривоноса и Стаханова через созданную технику, она много в деле создала героев. От меня за мою идею отобрали труд, не дали учиться. Так что же теперь из-за этого всего приходится умирать? Мы нашли в природе для молодежи такой выход: без этого всего в природе оставаться. Как я остался в одних трусах. Я пошел на жертву из-за этого всего. Думал: если я буду в этом прав, то меня природа озолотит за мое все.

    36. Так и получилось. Она мои руки током электризовала, а ум сделала дорогим. Я любое заболевание на человеке упраздняю своей силой. Я своим телом вместе живу, как живет вместе воздух, вода, и земля. Это мои неразрывные друзья по жизни. За мое в природе полезное. Я должен по поведению ниже от всех нас, и у меня должна создаться сознательность. Да и на что приходится обижаться, если в природе не надо ничего. Сельское хозяйство оснащено всей нашей техникой. Она не стоит на месте, продолжает в природе вооружаться. Люди делают все для того, чтобы своей подготовкой и делом обуздать, чтобы она нам давала в этом периоде не мало, а много. Мы, все городские люди, ученые, для этого дела взялись, нашему хлеборобу стали делать всякого рода машину. Особенно сделали для человека трактор. Он его как таковую машину не держит на привязи. Если надо пахать, он пашет в любое время года, и так тщательно. Пашет как никогда очень много.            

    37. Все делается не так бедно, как это раньше приходилось об этом бедняку думать. Он был немощный, у него не было живой силы, у него не было, чем пахать. Дядя, пожалуйста, сделай. А дядя  сам не управляется. Это не сейчас, вся земля пашется машиной. На всей земле ходит агрегат борона и также сажалка. Мы эту грядку, эту землю в один счет сделаем, поля растительности, лишь бы по качественному делу было зернышко посажено. Лишь бы зерно было пригодное к всходам, земля его вытянет, рост будет на глазах твоих прибавляться. Все это делается человеком по агрономической науке сельскохозяйственной. Она свое дело вводит в жизнь, знает, что делать в людях. Агитация агитацией, но человек – это самое главное. Механизатор, он же слесарь, он и токарь, и кузнец. За деталью в карман не полезешь, завод ее по форме делает на любую машину. Мы ученые на все. Прежде времени мы этот комбайн готовим, чтобы он у нас не тормозил во время уборки. Мы хорошо знаем, в природе день год кормит. Мы с нею, как природой, ежедневно дышим вместе.           

    38. Она – нам, а мы – ей. Она урожай принесла, а мы для этого свой труд заложили. У нас не ждется, у нас делается для того, чтобы в природе не потерять  одного дня. Всегда на своем месте и вовремя надо будет вспахать эту землю. Эта штука не стоит на одном месте. Надо о ней крепко подумать. Человек никогда не забывает про то, что он делает. Он командир этого производства, знает своих людей. А люди людьми распоряжаются. Надо будет ехать – мы поедем. Есть, на чем ехать, лишь бы здоровье. А когда человек здоров, то ему и море по колена. В людях под руками лежит все то, что требуется для природы. Еще хлеб не созрел, стоит, волнуется, поспевает. А для него стоит тысяча комбайнов, и также на них комбайнеры опытные ребята. Если взялись за дело, им и ночь нипочем. Машины одна за другой мчатся. Конвейер работает, люди принимают все, и направляют его туда, куда следует. Мы этого хлеба хозяев, мы его потребители. Мало того, что скосили, обмолотили, да отвезли. Взялись за подготовку, за пахоту. Наш тракторист – воин на любом участке. На любом фронте он делает то, что будет надо. Народ этот хлеб поедает, народ этому всему и помогает. Это наша, всех, работа.           

    39. Наши механизаторские руки все делают в хозяйстве. Мы получаем приказ с вышки. Нам лишь бы голос показался на арену, мы его сейчас подхватываем и начинаем делать. Наша обязанность: где бы ты ни был, и что ты ни делал, все это нужно нашему народу. Мы его делали и делаем, и будем мы делать. У нас растет экономика, все отрасли ее развиваются. Нам от этого хорошо и тепло. Разве плохо нам, таким людям, кто в природе очень мало чем нуждается. Это есть самый любимый труд, которого я знаю хорошо, и делаю его по закону. Мне за это выделили зарплату, я ее получаю. Мне хватит на одежду, мне хватит на пищу, мне дом общий построили. Я живу в своей квартире, всеми благами пользуюсь. Вот что мы делали, и сделали сами в природе. Это наша система не капиталистическая, а социалистическая. То, что делали они, мы не уступали. А вот это мы оба ничего не сделали по части того, чтобы мы не болели и не простуживались. Это нами никто не делает, и не сделал никто, чтобы умел эти силы на себе делать.          

    40. Мы абсолютно в этом деле не пробовали. Кто из нас всех согласится делать так, как сделал на себе Иванов. Он это нам показал самое сильное и вольное в природе дело. Это надо совсем отказать себе, от всего чужого. Мы боимся оставаться со своим телом. Считаем, это все не под силу. Нам холодно дюже, я это признаю. Голодно, я терплю. А в доме жить, как мы живем, очень тяжело. И некрасиво, плохо. А раз некрасиво и плохо, но зато энергично делается в теле сила воли, которую от человека не отобрать. Если мы, все люди, хоть один день не поедим. Так мы стараемся ежедневно больше покушать. Одно кушай и кушай, и кушай. А вот чтобы не кушать, этого мы не хотим. Считаем: если не кушать никак, уже ненормально. Очень много надо делать в жизни, чтобы от природы заслужить внимание. Не будем это делать, что сделал сам Иванов. Он родился в этом. Гляньте вы на солнышко, вы должны увидеть правду. Какая есть разница на белом свете меж людьми в природе. Она всех родила живыми, только в процессе мы попали через хорошее и теплое впросак.

    41. Мы болели все нуждою. Нас родные встретили, мы их окружили себя, и за это все стали делать в своем деле. И недоделали, друг от друга материально ушли. Каждый человек избрал свою дорогу, он по ней шел силен. Направо, налево бросал свои произвольные ноги, ни на кого он не смотрел, а свое самоволие делал. До тех пор он свое имеющееся богатство у себя имел, пока он был силен. Но его за это хорошее и теплое, которое мы, все профессионалы, своего места не отказались, у себя это получить. Но хорошее и теплое долго с нами не живет, уходит от нас. Мы его теряем у себя. Это наше здоровье, которое не бросаем. Идем на природу, вооруженным путем поступаем, и мы ее качества отбираем. Что мы с вами хотим над ними, то мы делаем. Это не наше, а природное. А мы поймали, привязали. Говорим: это мое. Потом убили или продали. Словом, эту жизнь замучили. Она от этого умерла. Мы ее зарыли как таковую. А тот, кто в природе делает, он же и ошибается. За ошибку его природа наказывает, за то, что он Богу крепко верит, а не выполняет.

    42. Мы так и поступаем с ним. Им знать его, а не выполнять. Кому хуже будет за это все, что мы проделали или делаем? Он и к нам придет, он уже Богом земли пришел. Его дело самородка. Он закаленный в тренировке. Трудится на благо всего национального народа. Это не ваша есть в природе победа. Вы зависимые люди, на ваших телах висит одежда хорошая и теплая. Вы ею украшаетесь, хвалитесь своей красотой. Бог вашим этим не радуется. Это ваше сделано вами. Вы зависимые. У вас души и сердца такой к соседу нет. А у человека, независимого в природе, кто не пошел по людскому по их дороге, избрал свою природную. Не украшается так, как мы украшаемся. Он живет хуже от нас всех. Ему холодно, а нам нет. Он болеет об обиженном человеке, забытом всеми нами. А он хочет, чтобы между нами всеми это. Тюрьма, она держит у себя преступника, и держит у себя больного больница. Это все через поступок один, сделанный людьми. Его надо нам всем выполнять для того, чтобы этих дел в природе не заслужили – быть преступником и больным  человеком.

    43. На это есть учение само практическое для всего мира. Первое, за собой ухаживать, мыть ноги. Это законная в природе заповедь. Она нами делалась, и будет делаться она нами для этого людьми. Они через это перестанут быть такими людьми, которых мы делаем сами своим капризом, своим злом.

    Нам нужно будет для всех независимость, вежливость. Она была, она есть, и будет она между нами, если мы будем сами между собою делать. Мы в природе живем для того, чтобы нам было от этого дела хорошо и тепло, чем мы и проигрываем в этом сами. А где же наше с вами холодное и плохое? Мы его потеряли, на веки веков пошли в землю сами через это. Вот что нам зависимость сделала на нас, таких людях. Мы поделали для себя одежду хорошую, теплую; сготовили пищу жирную, сладкую. Дом поставили на углу со всеми удобствами. Потом повольничали, а потом умерли. Это не завоевание в природе перед Богом и человеком. Мы не живем, а умираем. Нет, чем хвалиться. А есть, что корить. Человек будет судья этому. Он заслужил без этого всего жить. Он живет один в природе независимо. Имеет у себя здоровье.

    44. Не жалеет ничего никак нигде, а всем желает счастье, здоровье хорошее. Я сам это все пишу с практики своей ни за них, ни за своих. Все это брать с тела для того, чтобы нарисовать фото, портрет. Ученые говорят: брюки надо одеть. Ученые смеются. А со смеха люди бывают. Когда критиковал …Рябов, он написал в «Крокодиле»: «Порфирий целитель». А сам три месяца не прожил, как умер. «Московская правда» писала, как о «гастролере»… А «Вечерка» это у себя показала ванну, в чем я, Иванов, купаюсь, и продаю воду. Вся теория провалилась. А я каким был, таким и остался. Я написал предложение в академию медицинских наук. Они взяли на учет, прикрепили профессора Анатолия Константиновича Шитова, кто работал в Рязани в им. Павлова… Я туда ездил, с врачом разговаривал на любую тему о человеке, о природе вел разговор. Вот вам история, она видится на человеке с гор Кавказских. Я не доверял своему отцу и сыну. Они неправильно делают над природою, ее так заставляют, она у них терпит. Она им дает, но от них она их силы забирает естественно. А когда природа забирает силы, то ему делать нечего.

    45. Когда-то было так. У одного богача было стадо овец, то он хотел к этому стаду, к этой сотне, прибавить одну овечку. Он просил Бога. Ему он эту прибыль не дал, а взял да убавил. Делать было нечего. Сам никому не давал, а хотелось получить. А вот мытарь, маленький и бедный человек, он не знал, кому и как верить. Он не понимал, а считал, он грешен перед Богом. А его за это незнание Бог не наказывал. Я человеку не говорю, что вот как другие говорят. Мы должны жить с тобою хорошо, надо перед народом заслужить хорошее. Обещанное долго не живет. Если жить хорошо, чтобы было тебе от этого дела, надо будет делать, чтобы другие не сказали. Я своим делом не заслуживаю, ничего я не делаю, проходил, вроде дармоеда. Я бы этого не сказал, что люди говорят. Я в природе сделался таким человеком, кто будет нашей молодежи надо. Я не заставляю человека, чтобы он делал вредное для самого себя.                               

    46. Если бы он сказал: «Вот я это делаю, и в деле не устаю, или мне от этого не сделалось плохо». Мы с вами все делаем не по душе. Ты циркач, поешь песни, артист своего рода, умница, кого многие хотят видеть, послушать одни его слова. И сказать: да он молодец. А этим молодцам никогда не приходится так это вот помирать. Они за собою волокли всякого рода дело, недоделали, поскользнулись, и потеряли здоровье. Это их было дело, они его начали делать, но чтобы его округлить и не получить в этом плохого. Все люди умершие. Разве это кому-либо от этого приятно, что человек жил да жил бы, а ему природа не дала закончить. Мы с таким поступком, с таким делом, которое делают все, а потом в этом незаконченном деле помирают. А в природе это дорога, по которой сейчас идет Иванов. Она лежала плохая, некрасивая дорога, холодная дюже. Ею только взялся человек, он признал у себя свободу. Он не берется делать так, как делают все. Особенно сейчас привязались к своему собственническому двору, к дому. Он, как хозяин этого дома, как веха. 

    47. Он мыслит богато, ему не надо, чтобы было мало. У него такая мысль, за собою себе волочить. Человек отрывается. Человек шагает, как он шагает, и что он в это время думает. А по земле мест очень много. Только куда ты попадешь, это твое самовольное право. Ты на том месте жил, ты там делал то, что следовало делать. Я, говорит человек, рожден в этой местности. Знаю хорошо всю проходящую по земле природу. А раз я знаю, то и делаю в природе для себя дело. Мне захотелось покушать. Что? Да что было у себя приготовлено. Человеку надо хлеб, или мясо с рыбою. А она ловится, убивается в природе. Они ради Господа Бога ходили зимою голые, ради славы своей святой, и также были заложники для Бога, и много лет не разговаривали ради Бога, были монашки. Словом, все делали ради рая своего. А сейчас делают люди, славят сами себя, патриотами делаются ради только коммунизма. Я не для рая хожу плохо и холодно. Мне не для коммунизма.                          

    48. Один будет показывать сам себе, что он умеет хорошо и тепло жить. Это не доказательство, чтобы ты жил хорошо. А кто-то живет неудовлетворительно. Мы живем под одним покроем в природе, а имеем разную самозащиту. Особенно все верующие и неверующие в Бога, люди зависимые, умирающие люди. Кроме меня одного, такого независимого в природе человека, кто не ради самого себя так ходит, чтобы между людьми быть святым. Я хожу для того так в природе, и делаю дело одно для всех это, чтобы не было в природе через мое учение обиженного человека нигде и никак. Моя сила и моя воля докажет истинную правду. Не болезнь играет роли над человеком. Будет играть роли он, сам человек над болезнью. По учению практическому, человек будет прощать самому злому врагу. За это он благо от природы получит. По независимости от природы, нет, за что мстить. Вот что говорит портрет нам всем. Мы считаем природу, она самая злая из всех на свете.

    49. А я, как Иванов, ее плохое и холодное полюбил. Для меня однобокого нет. Я люблю хорошее, теплое, и плохое, холодное. Для меня пришел сегодня день. Какой бы он ни был, я его встречал одинаково. Не боялся я, что в нем умру. Это моя в жизни вера в природу. Я не боюсь никого. Мне поэтому давно надо умереть. А чего вы умираете? Вы вооруженные знанием теоретики … делать и это продавать. Если я выступаю между молодежью за правду. То, что я сделал, это моя истина, не допустит к человеку его внутреннего и внешнего врага. Предотвратит, чтобы наш здоровый человеке не заболел никак. У меня эти силы, для этого рожденные, делают. Не идет в голову учение. А когда он просит, то у него получается, его просьба удовлетворяется. Учитель дает всем людям хорошее здоровье через свой портрет. Любишь, не брезгуешь Учителем, любишь его. Он тебя целует, ты от этого болеть больше не будешь, не будешь это делать, умирать.

    50. Если это я делаю, мое здоровье этому всему помогает. Я вас заставлю своими силами любить. Вы меня будете просить, умолять мои силы. Это хорошо, что вы дождетесь так же само, как от всех. Вы дождетесь от него смерти. Так и я, если умру. Вы скажете: был таков, писал он нам таким, мы его мысли не верили, и не допускали, чтобы люди о нем читали. Это небывалое на человеке. Он за это все сам взялся, начал первое с головы. Ему она помогла больше и лучше развиваться. Она стала на больных строить благополучие. Человек моим словам верил, старался меня слушать. Я ему говорил. Коль я это сделал, закалился в тренировке, сам не простуживаюсь, ничем никогда не болею. Хочу сказать нам всем. Что может быть лучше от этого дела в природе. Человек, не заслуженный в ней, роли никакой не играет. А когда за твое хорошее полюбит природа, она тебя вознаградит. Я дал свое слово научиться тому, чтобы больному помогать. Что от этого всего лучше. 

    51. Я веду разговор с человеком, он мне жалуется. Почему он жалуется? У него мучительная боль в теле, это самое плохое дело в жизни человеку. Эту народившуюся болезнь ни одна медицинская служба не может удалить. Это природная есть тайна, она была для наших людей, она так и осталась тайной через наше незнание. Мы естественному телу научились технически, болезни помогать искусственно. У нас пока прогрессирует хирургия, у нее первое удаление человеческой… его ничем, только пустить в ход нож. А в некоторых болях шприц делает свою не болезни, а телу неприятность. Болит, в теле происходит, а тут идет игла, режет  тело. Да еще свойство способ, который нам химия представила. Это природа, она посадила этот грибок, и от него стало делаться плохо, то есть больно. А раз человеку больно, ему надо помочь не искусственная, как это делается медициной. Она может ошибаться на сто процентов своим знанием. Мы по этой части бедные люди.        

    52. Мы не знаем ничего в этом. А за что природа человека наказала? Мы с вами по этой части ничего не знаем. Она наша мать, всех она нас родила, встретила одинаково. Мы получили дорогу к выходу через воду. А оттуда толкал воздух, его приняла земля живого. Но наши родители перед ним хвалились своим сделанным богатством, применили к нему свое искусство. На тело надели мертвое, а внутрь набросали химическое. Окружили это все домом, где человек стал жить, и свое дело делать. А их в природе не переделать. Поэтому человеку пришлось заболеть через свое незнание. Мы не стали делать то, что нам чувствуется. Природа преподнесла самых близких любимых друзей. Это – воздух, это вода, это земля. С ними мы с вами не захотели дружить, а цивилизовано от этого ушли. Нас встретила немощь. Мы с первого дня стали с природой воевать. Мы стали возделывать в ней искусство, технически свое учение применили. А природа для нас свое естество применила. Мы убиваем ее тело, огнем сжигаем, разрываем. А она нас естественно накрывает, постепенно своими силами валяет.     

    53. И с нами не считается. Держит годами калек, которых медицина не в силах обслужить. Она не может, она бессильная это сделать. У нее стены, у нее боль. У нее персонал, он административно выступает против человека больного. Врач дает сестре указание. Правильно или неправильно, а закон один. Не сестра врачом распоряжается, а сестра должна подчиняться врачу. Он командир. Сказал – будь добр, выполняй. А сестра в это время сама больная, она же не знает этого процесса. Но ее обязанность такая. Сказал врач, это есть ее закон, делай. Спросите у больного, сколько и когда он принимает этих уколов? Уйма много. Говорят, уколы – это здоровье человека. Кто их применил? Ученые. Они болезни ничего не дают… У них большое раздражение. Не надо бы делать. А врач есть дипломированный, он сам на очереди стоит, у него голова больная, но он есть приказчик. Сказал – надо верить ему, надо, чтобы делали по его. Вот что делается в этих стенах. В больницах административно приказывают человеку принимать, делать то, что приказал врач. Он ответственное лицо за это дело. Человек умирает. Врач думает, а какой Акт ему поможет, эту возможность разделаться. Ибо это есть работа диплома человека.

    54. Когда человек помирает, за это никто не отвечает. Фронт большой для человека в природе. Чего только люди в своей жизни ни делают. А природа для них есть гром. Как бы ее не рвали на кусочки, но она сильна над человеком. Он же дышит, он же обмывается, ему земля дает плоды. Он этим одевается, он это кушает, а в доме живет. Портрет говорит. Ты же сам защищен, чего умираешь от боли? А боль посадила природа, он заболел в доме. А теперь на помощь прибегли ученые врачи. Их дело одно – надо помочь человеку. У них есть все для этого дела. Но, может, у них зернышка нет, истины природы, от чего все люди бегут. Это от воздуха, и от воды, и от земли. Раз его родители заставили по-своему, по историческому, по предковому стали мы все жить, да дело делать. Себе на этом месте поставили дом. Это уже небывалое присвоенное имя, это дом мой. А когда хозяин умирает, за его люди судятся. И тому хочется, и другому хочется. А дом есть дом, в котором человек нарождается, и человек в нем умирает. Хорошего он нам не дал, с собою забрал хозяина в вечную койку.       

    55. Без всякой причины человек не заболевает. А раз он заболел от природы, никто не имеет права ему помочь. Ибо он есть природа, а природа его невзлюбила. Гонит его с колеи за то, что человек для этого ничего не делает, чтобы ему не заболеть. А раз он не делает своему телу естественное пробуждение, то что ему может в этом помочь. Если утомление природа не любит, а мы все утомляемся в своем деле. Мы делаем и устаем. А раз мы в деле устаем, уже нам делается плохо. Мы заболели, у нас недостаток. А этот недостаток человеческой жизни, его люди, народники, то есть знахари этого дела. А из знахарей наша медицина вылилась. Она эти технические силы в искусстве заменила, стала применять химию, как будто они умеют. Их, как ученых, на службу пригласили хозяева, то есть те люди, у кого был в кармане капитал. Медицина без средств ничего не смогла сделать. У нее есть надежда одна – заставить себе за это все, сделанное им, деньги получить. Врач – это здоровье. А раз говорится про здоровье, кто может возражать этому.

    56. Люди за свое здоровье все богатства отдавали, но это у капиталистов. Оно не было таким, как его сделали в природе сами люди. А люди без денег ничто есть, им надо деньги. А за деньги здоровье не покупается и не продается. Ленин нам революцию создал. У Ленина ум такой родился, снести царя с престола, чтобы он не бесчинствовал. Царь  в жизни своей проиграл. Но природу тут никак не обдуришь. Берегли Ленина, но между людьми не уберегли, его подстрелила Каплан. Она своего в природе добилась. И все же она сделала свое, убила вождя мыслителя, кто подхватил идею Карла Маркса и Энгельса отобрать у капиталистов. А их святая дорога от Бога окружала, в которую входил синод православной церкви. Она наше правительство царя с собою вело в рай, что у него томились люди. Они жили, порабощались у… хозяев, кто хотел быть из-за этого дела святым. И так никому не хотелось свое имеющееся господство при собственности индивидуальной отдать. Только сумела идея Ленина отобрать все имеющееся у хозяина, и сделать это хозяйство больше техническим, научно обоснованным. С силою прислали на это дело людей, и их заставили, чтобы они в этом новом хозяйстве работали так, как не работали тогда люди, большим режимом.

    57. Можно сказать, это новая политика сына. А отца отошла вся система Богова. Разрушили сами люди, стали все делать без всяких святых, но с патриотами. Это нашего брата заставило делать. Мы вовлечены в дело делать за деньги дело, и недоделать его, умерли на веки веков сами. В этом деле не помогла нам скептическая жизнь. Знаем хорошо прошлое, знаем хорошо данное, но не знаем мы, что будет завтра. Все мы жили, и живем сейчас хорошо и тепло, но от зависимости мы не ушли. Как жили, трудились тяжело, так мы и в данное время трудимся. Утомлялись лично, и утомляемся лично. От болезни и простуды не ушли. Заболели, простыли, и поболели, полежали, и умерли. Ничего не сделали человеку. Вот чего мы добились одно время.

    18 февраля из самого Ростова организовался поезд № 45 «Тихий Дон». Он по дороге подобрал нас, как едущих в Москву встретить свой рожденный день 20 февраля. В это время выехал к людям тем, которые его, как Учителя  на белом свете, хотели, чтобы он по приезду свой белоснежный ковер на земле ради своих босых ножек послал.

    58. А до этого приезда здесь у нас в столице матери Москве лежала одна чернота. Она не захотела так зимнее время терпеть. Это одна идея природы для наших любимых для Учителя людей. Они хотели в этот день Учителя видеть у себя за своим столом, накрытым тем, что наша мать природа через труд нашей жизни создала. Это есть наша радость, через которую все люди, верующие и неверующие, отца и сына заслужили большое внимание одно время так в природе пожить. Да помыслить своей головой, а потом надо будет сделать. В природе между людьми получился живой факт, как мы его видели на нашей земле. Люди сами себя украсили, как будет надо жить, чтобы со своим здоровьем не зацепиться за природу, и не помешать ей. Она ведь нашим, что мы с вами делаем, она нами не радуется. Вот вам есть перед вами живой и неумирающий факт Акулина. Вы ее помните, как Учитель ее, самую маленькую женщину между вами, принимал.

    59. Мои были перед вами всеми слезы. Я вам их не покажу, как Учитель, но про это вам расскажу. Вот у нее вы спросите, что надо было с таким белым снегом делать. Без всякого труда, как наш Учитель по нему так ходит. Вы разве не знаете историю нашего любимого Учителя. За что мы его так любим? За то, что он не жалеет свои дары вам раздавать. Вы же до этого дня не видели такого белого снега. А он перед нашими глазами лежит, дороже всех. А наша прелестная  Акулина не знала, что это Учитель к нам едет. И его день не надо будет забывать отметить своим желанием. Это телеграмма, она же раньше посылалась. Спросите, что ее заставило снег убирать. Учитель нам свою дорогу проложил от самого Ростова до Москвы ради нас и своих ног. Наша Акулина от пота воды напилась. Учитель таким людям бессилен создавать здоровье, просите сами. Учитель всего народа учит их здоровью. А вы же его приезд коверкаете. Анна Гавриловна, верующая в Бога крепко, она его не знает, где он есть. Едет за Учителем, а сама спрашивает у Бориса. А Борис не хочет видеть всех нас.

    60. Ему надо один Учитель. Если бы вас не было, был ли бы Учитель? Вы же его своими силами народили. Он из-за вас болельщик, любит вас, и хранит вас через свое здоровье. А вы, Анна Гавриловна, просите меня одного. Учитель без народа не Учитель. А Борис, обиженный человек, зять Анны Гавриловны, совсем чужой человек, не наш человек. А Анна Гавриловна, она заслужила быть у нее дома через такой поступок. Откуда будет здоровье, если Учитель нашим не радуется. Он говорит. Бедные вы все люди. Вы ведь живете, и за Учителя ругаетесь. Хотите, чтобы вам было хорошо и тепло. Вы так живете. Как же живет наш Учитель? Он свое место не занял. Когда его люди, как Учителя, признают, он причтами нас забьет. А вы ходите в церковь Богу помолиться, вас там принимают за деньги ваши, вы же там здоровье теряете. Кто вам дал здоровье. Вы же, Анна Гавриловна, какая была, и какие все были. А сейчас Учитель приехал, это же ваша вся радость. Он не к ним ехал, он ехал по своим делам. Его день рождения заставил с нами встретиться. Он не пожалел сам себя, в этом свою силу нам показал.                 

    61. На другой день после снега какое вам было солнышко. Перед таким снегом это только нога Учителя заслужила ходить по этому снегу ради нас всех.

    А теперь я должен про самого себя вам, как людям, рассказать. Я Учитель народа лишь  потому, что моя вся жизнь направлена для того, чтобы в природе совершить тело свое. Это портрет духа одного. Он будет над природою в данное время не такой хозяин, как его отец с сыном. Не знают, что они воюют, убивают человека из-за своего богатства, которое сохраняет как такового, кто в данное время живет хорошо и тепло. Он ничего так не думает, как приходится ему делать. Он недоделал, у него еще не получалось. Он заболел, его стал мучить его недостаток, это нездоровье. А в нездоровье не сможет ни один человек соглашаться, чтобы ему было больно, это плохо, кроме одного нашего любимого Учителя. У него средства эти. У него сила, у него воля в природе делать то, что люди все хотят.

    62. Учитель Бог земли, он пришел и к нам отца с сыном усмирить, чтобы они пошли за природу, за воздух, за воду, за землю. Кто через духов любовь вечные друзья. Дух находится в сердцах каждого нашего человека. Не надо ругаться, не надо смеяться и ненавидеть. Это не наша с вами есть идея, чтобы человека убивать, или его, как подчиненного, пихать. Это наше большое в природе горе, нас оно окружает. Мы с вами болеем, мы с вами стонем. Куда мы с вами идем? Только в могилу, в землю, умираем. Хуже нет для нас, это смерть. А мы ею так хорошо хвалимся, что мы умеем. Их как таковых с цветами, музыка играет, люди близкие плачут, а у самих лопаты в руках. Чтобы нам с вами жить, не болеть, не простуживаться, надо любить, просить Учителя. Учитель болельщик этому. Он в свое тело воспринимает в природе все заболевания. Он друг природы. Между ним окружают воздух, вода и земля –  никогда они не умирающие. Жили, живут, и будут вечно с духом жить. Это заслуги Учителя.       

    63. Он этому делу инициатор. Он является помощник обиженному. Ему не хочется, чтобы на земле между людьми стояла за наше с вами преступление тюрьма. Его учение учит нашего брата, чтобы мы с вами не гневались, и не имели свою обиду. Учитель учит нас, чтобы мы друг друга любили. Через свое сознание надо нам всем иметь в природе одно в зарплате, как Учитель. Ему народ за его болезнь преподнес 33 рубля, такую зарплату. Доводит всем, чтобы все люди восприняли, любили, ценили, никогда не шли на рожон. На то, чтобы зло не было, а был мир между нами всеми. На то в Москве 22 февраля пришел человек не в таком порядке, возле управления войск МВД СССР. Они встретили в первый раз такого человека, которого в жизни своей эти люди не видели. А сейчас его просьба. Внука Геннадия Андреевича из Архангельской области переведут в Ростовскую область по просьбе дедушки. Он сыграл роли в этом деле. Его корреспонденты сфотографировали чистого на снегу.  

    64. А раз эту просьбу начальник удовлетворил, уже осталась победа за Ивановым. Теперь эта просьба перед правительством, она будет удовлетворена, чтобы люди воспитывались в духе сознания. Молодежь будет воспитываться, как будет надо, так на земле поступит, чтобы в природе заступить заслугами, чтобы она полюбила его тело, чтобы на него не набрасывалась ни простуда, ни какая-либо болезнь. А между людьми заслужить через вежливость, которая никогда не будет никакого зла и ненависти. Вот чего люди у себя добьются. Жизни свободной без рожна. Не будет самовольничать, и не будет вредным быть. А захочет быть здоровым человеком, таким человеком, которого увидело в Москве управление. Оно знает  хорошо. В природе нет таких, и не будет в жизни. Этому человеку приходится ходить по земной коре не так это зря, чтобы пройтись между людьми, и ничего не сделать. Природа большая со всеми своими делами. Она человека этого заставила не так по природе ходить, не так и делать.      

    65. Он не болельщик за экономику и политику. Он болельщик за красный крест, за международное здоровье. Оно нам нужно во всех уголках нашего белого света. Учитель этому учит, он не боится никого. Ему в этом никто не мешает. Он не хочет никого в этом заставлять. Поживите, посмотрите, свое все заинтересованное приостановите. Это дело недаром между нами делается, недаром мы его фотографируем. Он у нас такой вот один болельщик о том деле, которого в природе не было и не будет. У него такая мысль рожденная. Наша, всех наших людей, никогда не рождалась, чтобы кто-либо так об этом подумал. Почему это так делается, что люди себя заставляют одеваться? Они одеваются хорошо и тепло. Почему они кушают жирное, сладкое и много, да в доме живут? А фактически они в этом умирают. Этого человека за его хорошее дело назвали Учителем. Он нас учит через опознание в природе тайны. Она заставила сначала шапку скинуть. А когда только с головы шапка свалилась, то уже и мысль появилась. Она не стала держать по-старому.

    66. Я прошу природу, она на мою просьбу откликнется. Поможет она воздухом, водой и землей, чтобы тело жило так, как они неумирающие вечно живут. Раз я упросил командование внутренних войск, то для меня и внешнее командование тоже пойдет навстречу моей просьбе. Перестанут друг друга убивать за нашу землю. Мы не будем от природы зависимые. Не будем удовлетворяться чужим, а будем своим удовлетворяться. Отвечать мы перед природой не будем, нас она пожалеет. Мы не будем или Земля, или Луна.

    Пишет Бог Земли. Его родила система. Он не мог у отца, то есть у капиталистов. Он родился у сына, в социализме. Ему не ученые его силы ввели. Он их волею ввел в природе через рожденный дух своего тела. Оно стало любить и окружать себя, вместе и близко с воздухом и водой, да землей. Что и стало человеку через человека помогать. Человек наш больной, забытый всеми нами. Мы не научились ему помогать. У нас нет таких средств, чтобы человека природою пробуждать от его заболевания.

    67. Богу не надо в его силах и воле никакая болезнь. Он пришел ради нашего юноши, чтобы его так воспитать, чтобы он делал свой сознательный поступок в своей жизни. Через что дитя будет рождаться не для смерти, а для жизни. Если мы добьемся от природы так, как добился меж нами наш человек, у себя заимел Бога. Он говорит. Всему дело есть начало. Это наш русский человек. Он этого в природе физически добился. Не болезнь человека помогает, а лично человеку, его телу надо пробуждение. Ему надо воздух, вода и земля. Это, по делу всему Бога, есть любимые неумирающие друзья, которые дали согласие в своем деле этому человеку помогать. Эти три тела, самое главное, в жизни нам дадут все то, что мы имеем. Эти тела три через это все полюбили человека не в красоте, а в самом плохом и в холодном виде. Ему дали возможность заиметь силу воли для того, чтобы не простуживаться и не болеть, что самое в жизни надо нашему юноше молодому. Если он будет придерживаться этого учения, для него не будет надо тюрьма и больница. Он будет герой, побеждать своих окружающих врагов.

    68. Когда он научится это делать на нашей Земле, то нам не понадобится Луна в этом изучении. Мы с вами на Земле добьемся жизни, и не будем мы умирать. Вот что принес наш с вами Бог не на небе, а на земле. Только жизни, только славы… Нашим ученым для этого… хватит, лишь бы у них было здоровье. А без здоровья и Луну не завоюем. Нам Земля дает все. Мы в земле роем любую ямку для того, чтобы на ней ставить столб не один, а много столбов, чтобы по них протащить проволочный телефон. И по нему с любым городом, с любым человеком можно будет разговаривать на любую тему. Об этом разговоре знает природа, слышит она, всякого рода имеет у себя. Твои близкие родные вызвали на разговоры … узнать, как там на их здоровье идет у них семейный лад, не гуляют по обычаю. Раз так получается, ничего не поделаешься, и никому не пожалуешься. Говорят, нет таких теперь людей, которые чего-либо хорошего сказали. Все люди такие, лишь бы посмеяться. Особенно такое горе, которое стихийно попалось в любом месте.

    69. Я, говорит, поеду поездом в одно место. И встречусь по дороге с такими друзьями, которые делают себе. После тифозной моей болезни нас встретили с оружием бандиты. И хотел сапоги снять. Я ему хлеб с мясом дал, и упросил просьбой. Он меня толкает по плечу, говорит: « Жаль тебя, этакого молодца». И не стал меня убивать, убил другого. Поэтому моя мысль заставила себя просить природу, она есть мать. Я криком ее прошу, чтобы она дала мне жизнь и учение, чтобы свою историю описать. Я для этого дела делаю, всегда прошу природу, чтобы она мне в моей жизни помогала в деле. Я делаю, человека учу, и прошу его, чтобы он делал. Он через это все не будет никогда никак болеть. Вот что нам по просьбе моей преподнесла великая природа. Она у себя имеет дух к жизни. Это воздух, это вода, это земля. Они родили человека для жизни. Но человек не захотел вместе с ними жить. А взял свою дорогу, стал сам себя защищать, стал жить по людскому, не стал любить природу.   

    70. А стал с нею воевать, стал ее заставлять, чтобы она ему служила источником. Она ему одно время дает, обрадует, а другое – с собою заберет. Она с нами не говорит, а по-своему делает. Что наметит, то она по-своему наседает. Надо человеку жить при таких обстоятельствах. Мы люди такие. Нам дай, и не мало, а много, чем мы не удовлетворяемся. Идем по дороге дальше, ищем в природе тайну. Мы с вами что только в природе ни делали, чего мы ни творили со своей техникой. Даже взяли на буксир Луну, стали изучать, а вот все же тайну мы не нашли. Как жили мы на Земле, с нею воевали, так и будем мы с нею воевать. Это наша людская думка заставляет. А чтобы этого не делать, у нас таких сил не нашлось. Мы должны с природой воевать, у нас рождены силы для этого дела. Мы его делаем, а другое начинаем. Наша в этом зависть у каждого человека. Всему дело сам человек, он без войны ни шага. Он ее оружием бьет, а она его естественно стегает.

    71. У природы силы есть на все убрать с дороги. А у человека искусство, введенное на одно время. Отец с сыном не выиграл это все, а проиграл. Им надо будет экономика и политика своего рода. А им не надо жизнь, которую дух нам преподносит. Он хочет сказать отцу и сыну. Пожили, повольничали, сделали свое все то, что осталось в истории. Это наша смерть, она нас всех на тот свет направляет. Она нам жизни не дает. А теперь на это пришло такое время, в котором приходится учиться, как будет надо жить не по отцу и не по сыну, а по духу. Не надо нам то, что было с нами. Друг друга заставляли, чтобы он делал. То есть он творил для того, чтобы умереть. А дух от этого дела отказывается, не хочет по людскому жить. А по-своему, по природному для того, чтобы не делать то, что сделали люди. У духа все его намерение свое на ноги поставить, а чужому не помешать. Вот что нам несет с вами дух. Он хочет нам сказать про то, что мы ошибаемся.

    72. Не стали мы по Богу жить, взяли самоволие. Что захотели, то мы в природе делали. У нас руки сделали дело, а потом другое стали делать в жизни. Мы дел наделали сколько, нет конца и края. И в этом деле мы с вами все умерли. Какие же мы с вами есть люди, если мы с вами не попробовали по Боговой дороге идти. Это наше нехотение и неумение наше. Мы научились заставлять другого, чтобы он делал, а я на это смотрел.

    Не отцу и не сыну. Уважаемые комсомольцы, я вас прошу убедительно, чтобы вы представили мою рукопись со своими делами. Видно из всего: мы не научились жить, а научились умирать. А прежде чем жить, надо будет делать для этого. А мы с вами делаем то, что нас заставляет умирать. Мы умирали на веки веков. Если мы не хотим жизни, то что мы с вами хотим. У нас с вами силы воли нет, а бессилие мы развили. Мы зависимые от природы. Нас природа заставляет, чтобы мы боялись природы, хоронились от нее. А раз мы боимся, мы не вояки в природе, а трусы. Желаю счастье, здоровье.

    73. 24-му съезду КПСС. Просьба от Иванова Порфирия Корнеевича. Ростовской области, город Красный Сулин, Перво Кузнечная, 12. Я к коммунистам всего союза обращаюсь со своей закалкой-тренировкой, чтобы ее ввести на других больных, забытых нами. А я в природе научился. Естественно природою, воздухом, водою,  на земле пробуждаю. Мне не играет роли болезнь на человеке. Я учу человека, чтобы он физически занимался. Человек сам изгоняет у себя любое заболевание, поэтому человек играет над болезнью роли. Я, как Учитель, учу его, чтобы он не простыл и не заболел. Это мои силы делали, делают, и будут делать для нашего юноши. Мое учение не знахаря и не врача, а закаленного человека, кто любит природу. Особенно воздух, воду и землю. Это мои естественные друзья через живое тело. Вы же разрешите, пожалуйста, я вас буду просить без всякого вреда. Я очень многим уже помог и помогаю. Но вас я прошу. Надо строительство коммунизма. Я буду учить людей, чтобы они у себя имели здоровье.         

    74. Если это потребуется доказать практически, я могу на сцене это сделать. Поэтому это моя просьба есть ко всем людям для того, чтобы они это дело разрешили, право ходить. Независимость, она поет и распевает свои в природе песни о нашем Боге. Он друг любимый ей, она хочет видеть таким, как не ходил ни один наш человек. Все люди от природы зависимые. А раз они зависимые, то им приходится тяжело бороться с ней. Она как была вселенная, так она и есть сильная, вольная. Она это делает для того, чтобы человеку пришлось одно время пожить, да поделать, как делали все наши люди. Независимость, она воспитала, она родила человека для того, чтобы он со своими показал нам и точно ввел их для того, чтобы больше в жизни своей не болел никакими заболеваниями. Это может сделать только душа и сердце. Независимость – это не человека здоровье, а самого Бога путь. Он заставил одного человека так окружить себя.   

    75. Природа – это воздух, это вода, это земля – любимые неумирающие друзья Бога. Бог есть наш земной человек. Он не танцует и не поет, даже в людях зло не создает. Он болельщик о нашем бедном, больном человеке, кто нами всеми забыт. Он не болезни, как это делается учеными, приостанавливают, отрезают. А дело Бога одно – пробуждать человека, чтобы он шел в природу, и там с воздухом, водой и землей наравне жил. Вот что нам независимость принесла. Жизнь, но не смерть. Это только сделал Бог, он умирать не будет. Он выпросил в природе эти силы, эту волю.

    Сейчас он просит пионера, его с извинением остановил, у него спросил, что он сделал. Пионер остановился, спросил у меня: «А чем я вас обидел?» Я ему сказал: своим поступком, не поздоровался. Тогда-то пионеру дошло, он говорит мне: «Здравствуйте». Я его просил очень крепко, чтобы он всегда делал уважение старшим. Я просил старца, чтобы она выручку всю денную отдала, она меня погнала. Как хотела, так и сделала.

    76. Милые дети мои, вы гляньте на наше солнышко, увидите правду, свое выздоровление. Такими будете, как я, Бог земли, Победитель природы и Учитель народа. Учу здоровью, чтобы жить, а не умирать. Вот для чего я, как Бог, вас призываю. Мы с вами независимо будем жить, и с природою будем в дружбе окружать себя. Нас воздух сам защитит, как никогда живыми. А вода нас с вами энергично примет. Не будет на нас нападать, мы останемся живыми. И также земля не будет заставлять, чтобы мы с вами одевались, делали свою красоту. И также мы не кушали, и не наедались досыта. Нам не будет нужен в природе жилой дом. Нас с вами независимость окружит всех, как один. Мы будем жить одной семьей. Природа нас таких не ущипнет, и не стеганет наши силы. Они будут общими непобедимыми. Как вот я, Иванов, один в природе между всеми людьми. Мне такому жить очень тяжело.     

    77. Некому такие качества поддержать. Люди делают для себя вредное дело, и в нем погибают. Иванов не теоретик, он является  практик в жизни. Ему приходится физически по природе бегать, у него большое терпение.

    Управлению внутренних войск, МВД СССР. Начальнику. У вас был я 19 – 21 февраля. На вашем пороге стоял человек не такой, как все люди. А мы все командиры внутренних войск МВД СССР. А для чего эта история делается им, никто не спросил? Скорее взялись фотографировать. Моя просьба была сильна. Я имел и имею право только просить от себя выше. У меня оружия нет, чтобы я кому-то из наших людей приказывал, чтобы они послушались меня, и мою идею поддержали. Это дело делалось так. Чтобы кто-либо меня заставил, нет таких людей у нас, и не было. Это только мое сознание в труде добилось от природы. Она мне в мой организм спустила для этого свою мысль. Я вам, как воинам, сейчас прочитаю, а почему это так получается. Человек одевается, человек кушает, и в доме живет не плохо, а хорошо и тепло. А почему он умирает? Я в этом стал искать тайну, ее нашел в себе, я стал разоружаться для этого всего. Я сначала шапку снял с головы, потом ботинки, и всю причитающуюся одежду скинул аккуратно. 

    78. Дошел я до независимости, она меня недаром окружила, дала мне силы и волю. Я это у себя заимел через мой труд. Я закалился, и другого научил, чтобы он, как больной человек, этим делом занимался. И у него где-то делась его прежняя болезнь, он тоже закаляется для своего здоровья. Вам об этом расскажет. Москва, ул. Полярная, 16, кв. 289. Новикова А. Ф. Она фельдшер. Вы ее вызывайте, она про мою пользу, которую в людях села. Вам расскажет, чтобы вы не сомневались о моем у вас таком поведении. Я независимый в природе человек, Бог Земли, Учитель народа. Своим делом  никому не мешаю никак нигде, а свое учение провожу. Учу людей, как будет надо, чтобы не простыть, не заболеть. Человек легко воспринимается другой. Люди больные берут мое учение, добиваются от природы, у них где-то девается их болезнь. А наши ученые опять ждут от Луны спасение. Надо его на Земле сделать. Я это дело делаю на людях. Пишу об этом, а меня ученый мир не поддерживает. Они мне дали на руки, я вам его высылаю, прочитайте. Я вас, как воинов, прошу мне помочь. Почему-то секретариат Брежнева от моего письма молчит. И наш ученый совет не хочет ничего делать по этой части.

    79. Вы, как корреспонденты, меня сфотографировали. Я вас прошу и умоляю, чтобы вы этого фельдшера приняли. И он, как инициатор этого дела, вам расскажет попутно этот эксперимент. Я написал просьбу на 24-й съезд КПСС. Она делает то, что я учу. Вы будете удовлетворены моим для вас поступком. Он себя 27 февраля так независимо представил за счет того, что делается в природе Богом. Он у нас один-единственный в людях человек. Ему не надо будет никакая защитная одежда, и не надо ему никакая красота, и не надо будет никакая пища, и также не надо никакой жилой дом. Все это есть человеческая потребность, мы ее через свой труд добываем в природе. Мы, все люди, живем нелегально. Хотим, чтобы кто-то и что-то сделал, а мы на это все смотрели. А чтобы это сделал, как делает в природе Бог. Он ожидает свое место, он его должен занять впоследствии. И про то, что мы с вами все делали и делаем, и будем делать все время.

    80. До тех пор мы все в природе делаем, пока сами себя так легко закопаем в землю. Мы с вами не дельцы есть, а бессильные люди. Мы не сможем жить, у нас за 50 лет жизни не будет этих людей. Разве это жизнь наша. Природа и на юге природа, и на севере. Природа такая расположена везде и всюду. Она находится на востоке такая, как и на западе. Она ничем не огорожена от любых появляющихся живых условий. Ток, электричество, естественная она сторона, меняющаяся форма. Такое в природе всегда проходит. Оно на одном месте никогда не стоит. Как оно двигалось, оно двигается по нашей земле. Чтобы была разница между самозащитой и людьми, нет никакой в жизни разницы. Человек со своим здоровьем бессилен бороться. Он потребует от своего условия, он его для этого сделал в природе сам, чтобы им одно время удовлетвориться, пробыть. А потом с новыми силами в … развитую и худшую погоду.     

    81. Человек со своим организмом, он по этим условиям природным шагает. До тех пор он ходит на ногах, пока силы не устали. А когда они устают, ему требуется физический отдых от природы. Ему только сесть на этом месте, ему сон на пути попадает, он засыпает, и умирает на веки веков. Его заставило условие, от чего он застыл. Это не естественная сторона. Это искусственная во всех условиях. Ее на себя человек одевает. Она на нем висит, как неодушевленного характера. Можно сказать, вредная и гнилая. От чего больше всего человеку наносит своего рода болезнь. Он в этом своем жилом доме помирает. Иванов говорит. Если бы я не был в природе таким, как я сейчас стал, меня не было на свете. Я имею 72 года, не слышу усталости. У меня к бегу не было такого желания при 17 лет. Я в данное время бежал бы, бежал бы. Мне холодно, а всем тепло. И в этом защитном самого себя тепле человек всегда помирает. Его привела жизнь хорошая и теплая. А зачем умирать буду я, если мне не хорошо и не тепло.

    82. Я так живу, и мне хочется жить. На меня, такого героя, и природа в любом месте не будет нападать. Это хорошо будет нам всем, если мое тело, оно между нами такими умрет? Мы скажем: был такой, а теперь его не стало. А если только я останусь в живых, то вам, бедным людям, придется признать эту идею истиной, что тут нет никакой такой тайны. Надо будет решиться, и сделаться таким, как Иванов. Он портрет есть в природе, хочет сказать про свою мысль. Она нас всех к этому призывает, чтобы мы пробовали делать так, как начинал в этом сам Иванов. Он говорит про то, что мы заимели в этом деле уже не экономику с политикой, а сознание к природе. Она не будет нам вредная. Она не будет нам злая за нашу любовь к ней. Она милая станет перед нами, у нее будет для нас милое сердце. Она нас не будет так стегать, как она в данное время нас стегает.

    83. Лишь бы захотела, она все сможет сделать. Захочет умертвить человека – ему за это жизнь укоротит. Он на веки веков идет в землю, да делается прахом. Вот какие дела происходят в жизни человеческой.

    Одно время он рождается человеком, ему очень трудно приходится в природе пробираться. А когда его люди только встретили, они были подготовленные, знали, как его было сохранять. За ним надо ухаживать, чтобы его растить. Для того чтобы его сделать человеком, надо будет уход, и большой над ним глаз, чтобы глядеть и присматривать. Этому человеку надо силу заиметь, чтобы человек сам себя научил, как будет надо на своих ногах ходить, чтобы сначала не падать. А потом украшать своей одеждой, и ею перед всеми хвалиться. Вот что надо человеку смалу делать. В одежду одеваться до самого тепла, чтобы было так хорошо, и было от этого всего тепло.  

    84. Я так, братцы вы мои родные, на нашей земле. Мы с вами живем не плохо, а хорошо. У нас есть источник, это наша земля. Как мы на ней крепко думаем, а за нею мы ухаживаем, то есть на ней мы работаем. Хотим мы с вами от нее получить большой урожай для того, чтобы мы за счет него пожили да помыслили очень хорошо. Мы, все люди, этим урожаем кормим сами себя. Сохраняем этих животных, у нас плодится живой скот. Есть лошади, есть волы, есть овцы, коровы, свиньи. Все это урожай держит. Люди всякого условия живут за счет этой земли, она держит своим продуктом все живое. Мы с вами как никогда, без земли жизни нет. Вот какие земные дела.   

    На земле человек не захотел так жить по людскому, взял и поделился своим для них поступком. Он так сказал. Вы живите так, как вы хотите. А я так жить не хочу. Ваша всех это зависимость, да еще в природе какая. А я так не захотел, взялся, да по-своему, по Божьему. Начал жить так, как никогда не пробовали жить.

    85.Это моя Богова дорога, я по ней своим делом шагаю.

    Москва я наша есть столица, мать для всех родительница. Свою дорогу я показала в самые далекие края. Север ты такой наш родимый, как и запад милый мой. От востока мчатся одни тучи, югом солнце огорожено. Продолжали все колхозные поля. Реки мы такие видели. Села, деревни и хутора работают в коллективе далеко. Нашего ученого человека, напишет нам его рука. А в природе кроется самая нужная красота. По таким кипучим местам наша есть эта сильная семья, одна она ясна из всех. Инженеры, агрономы, специалисты, все колхозники, и простые рабочие. Мы про природу не забыли, пропели прежние песни в голосах. А вот наши люди такие, они многонациональные, у них не было того ... А вот сейчас у нас есть. Самое лучшее одно из всех развитое электричество. Его всего человек оседлал. На рельсах мы ввели мотор. Так у нас есть и будет. Все люди наши такие, бросили все, ранее сделанное, взялись теперь за новое. Нам местность нашу знать, никак никому не опознать.             

    86. Солнышко наше только всходило для нас таких всех. Мы не старого покроя. Мы сюда пришли на ваше. А вот дорога это наша. А твое сердце тук, тук бьется. Как мозговая часть, мысли за нас, таких дельцов. Мы в этом готовые все. На полях в сельском хозяйстве, на производстве  делаем деталь, за что мы отпуск и деньги получаем. Этот урок в данное время на пляжу в Черном море…А это дорога предназначалась ехать в жаркие края. Московские люди сильные, от природы требовали все. Она нас всех таких любит. А в природе дни одинаковые. А вот наши города нет. Есть областные, краевые, там заложена вся культура. Мастерят эти все люди. На плакатах обеспечены…Все это нам надо. Люди крепко говорят. Мы все должны жить, и радоваться всем добром. Москва не…Нам крепко говорит она. Мы, люди все ученые, можем в жизни помогать. У нас такие рабочие, развития не было такого. А сейчас по нашей земле мчатся быстрые поезда, легковые автомобили и автобусы. Дорога нас ведет на море. Мы там заполняем пляж, свое личное здоровье. Южное не такое солнце…      

    87.

    88. Что мы есть на нашем транспорте. Про их такую жаркую погоду мы не забыли. Знаем хорошо, и учимся учитывать про их одну на земле подготовку. Люди наши все. они не…

    Бог отец, Бог сын, Бог дух святой. Это на земной коре на материке в природе между собою живут три человека. Один из всех это есть собственник индивидуалист, строит свое благополучие на капитале. Он первый начальный человек Бог отец. А второй, это социалистическая коллективная новая научная сторона, в которой делают свою жизнь коммунисты. Это Бог сын. А третий человек по своему пути, он у себя не имеет ни экономики, ни политики. Он однобоко не живет, придерживается мировоззренческого понятия. Это будет красный крест, международное здоровье, при котором остается Бог дух святой.

    89. Он независимый ни от кого нигде никак. А мы, отец с сыном, зависимые от природы люди. Нам дай, мы без этого жить не научились. Мы живем и воюем с природой. Так воюем с нею, ее заставляем оружием, техникой, чтобы она нам давала, и много. Мы, ученые люди у отца и сына, ищем по природе ее тайну, да никак у нас не получается. Живем хорошо, живем  тепло, а ищем с вами лучшее. То копались, то рылись, делали на Земле, а теперь перевалились мы из Земли на Луну. Хотим ее своим умением подчинить, и заставить Луну служить людям источником. Независимый человек, Победитель природы, Учитель народа, Бог земли не то с собою нам принес. Он нашел тайну в самом себе лично. Закалился в тренировке для этого, и с людьми на земле поделился. 37 год прошел, как Иванов не по людской дороге шагает. Он взял дорогу Богову, выпросил в природе. Она его научила, как будет надо, чтобы в ней не простуживаться и не болеть. Он через свою любовь к природе заслужил быть от нее таким, как мы его видим.

    90. Он живет по-своему, по природному. Какой бы день на землю ни приходил, он его встречает естественно живым человеком. Он любит воздух, он любит воду, он любит землю. Это его милые неумирающие друзья. Он с ними живет так, как мы никогда не пробовали. Нам он не мешает, а от своего не отказывается. Живет так, чтобы природе своим поступком не помешать. Самое главное, это источник от природы не получать. А живет и соприкасается с нею своим энергичным живым телом. Он любит ее изменяющиеся качества, и с ними вместе живет. На арене холод крепко слышит, но он ему не влияет через то, что он для природы не чужой.

    А мы с вами наденем хорошую фасонную, теплую одежду, да наедимся досыта. Выйдем в природу, хвалимся: посмотрите на меня, на такого молодца. А сколько их было на белом свете, они и до сего времени хвалятся искусством. А как они от этого дела простуживались, заболевали и умирали, их нет. А мы в этом стоим на очереди. Мы с вами завтра тоже заболеем и умрем.

    91. Иванов новый человек между нами всеми, он Победитель природы. Завоевал заслуги в природе, ими хвалится перед нами всеми. Я, говорит он, нужен буду природе таким, как я есть болельщик об обиженном, больном человеке. Я только научился тому больному, забытому нами всеми помогать. Мне не надо будет болезнь человека, которую мы, как научные люди, ищем. И хотим сказать: нам надо знать точно эту развитую болезнь. Мы на нем ошибаемся. А мне надо человек, лишь бы он обратился ко мне с просьбой, я ему помогу. Научу, что будет надо сделать для этого. Ни одного человека не простудил, и ни один человек от моего учения не заболел. Если бы это было в природе, то я бы давно с колеи ушел. Вот история моя какая. Жить надо учиться, а умирать нам рановато. Приходилось осенью копать землю под картошку. А вот их нужно было на базар вот этой прямой дорогой. Я жил в своем родном селе не плохо, а хорошо. Видел в природе сороку белобокую, она тебе тоже закричала сама.                       

    92. А кошечка Мурка согнулась на печи, да так-то она спит, похрапывает. Ни один колодец без воды не оставался. Раньше было, это не сейчас. Надо было приехать, да только нет, на чем. Говорит наш близкий сосед свое соображение, я никогда бы не поздоровался. А то вижу, свой идет – ему головкой поклонился. Так и птица большая с маленькой живут очень плохо. Как чуть что такое, говорит ястреб, набрасываюсь на любую маленькую птичку, скорее от всего убиваю. Так и человек живет в природе. А сам думает, как лучше наброситься на бессильного человека. Мы так дни ждали теплые. А кому-то надо будет быть, просил старец. Работа есть работа наша. Ну что же мы с вами. Хоть имеем дома государственные. Правда, живем, мы в них располагаемся семьей, да еще культурно совсем. Вот мы едем поездом, хотим с вами жизнью хвалиться. Особенно про наш труд, да еще с такой техникой. Мы с вами сами в этом не наживемся…  

    93. Лошадкой дорога не прокладывается, нам соха не пашет землю. Трактор в борозду залез. На нем едет человек, он у нас есть водитель. Он у нас и агроном. Он прежде времени никогда не бросает свой табор. И не скажет нам свои слова, что он в эту минуту не подготовился. Дорога ему как никогда ясна, как мы получили все путевки. Едем вместе по указанию. Друг другу протягиваем руки. Знакомство у нас проходит больше всего через труд. Да бывает встреча через ученых. Мы такие есть все люди. Нас наша обстановка воспитала, хорошо мы проводили в садике. И не плохо, а хорошо мы учились. Заканчивали институтский диплом, от практики мы не отказывались. Это тоже наше всех воспитание. Да мы про это все должны рассказать, и в коллективе будет хорошо. Если ты зачет сдал на хорошо, кто про это тебе не скажет спасибо. Мы вот едущие сами о себе говорим. Недавно было … наши дети. А вот сейчас мы молодцы. Да ним все не проходит даром…  

    94. Если им понадобится в жизни, то им надо будет сделать…У нас торговля сильная. Находит и приобретает человек такой московский. Он не учился по-новому жить. Его так, как все, окружало, и стало в природе заставлять. Без всякой зависимости жизни нет. Человек любой не пробовал оставаться без всякой одежды, без всякой подобной пищи. И человеку требуется дом хороший со всеми удобствами. Он тогда скажет хозяину, за это самое низко поклонится, окружит его спасибо. Этого люди все хотят, но у них эта вежливость проскальзывает через… Видно из этого всего, мы смалу стали бегать вслед за нашей природой…

    95. Никогда не скажет слова на плохое, что оно хорошее. Москва в себе имела людей, они делают сами себе, у них на это есть свои смельчаки. Заводы чугунолитейные, угольные шахты, железная руда, недра. Леса, сплошные массивы, озера, и реки быстрые. Мы на них поставили гребли, и сделали большое море. Сеть протянули, ввели электризацию. Нет того, что не надо. Мы в этом работаем. А нас путевкой поощряют, и мы ежегодно ездим на юг. Москва – это наша столица. Она диктует нам все, что мы люди такие, все делам для себя… Зацвело в природе дерево, запахло перед нами … Человек на месте, он обосновался, и стал втихомолку жить хорошо. Но машиной вот пробежался большой этот путь. И в деревне поравнялись, стало очень весело. Человек учился очень много, но чтобы знать, всего нет. А мы раньше так жили, совсем безграмотные были. Бывало, ты купишь маленького поросеночка, и кормишь его до возраста. А когда придет наша красующаяся весна, она зиму прогнала, и свои дни ввела как таковые. Жили мы по-старинному.    

    96. Кое-кто, бывало, скажет: но и жили мы так на этом месте, да наживали хозяйство на нашей земле, да с такими руками. Мы соху убрали, пришла на смену машина. А коса вечная,  физическая рука так-то она косила, кормила да приказывала.

    Я в жизни своей считал, считаю: Богом земли есть человек. Он сам без кого-либо начал эту историю на белом свете развивать. Он когда-то был одинок, ему очень трудно приходилось встречать природные дни. Он был Бог, независимый от природы. У него не было тогда никакой одежды, у него не было пищи, и жилого дома даже не имел. Эта история, она была. Мы не захотели по такой истории шагать. Также мы с вами не захотели с отцом жить, как это сделали и делаем, мы с вами не хотим слушаться отца. Мы в природе этим не выиграли, а проиграли. И раньше, и сейчас мы жили по-своему, самовольно. Первый человек, он же бросил природу, холодную и плохую. Взялся искать по природе другое, совсем не такое, как было ему сначала.

    97. Он даже не видел другого человека. А когда по его желанию, по его такому делу, он хотел встретиться с таким человеком, как был он. Но природа взяла, его желание перестроила совсем на новый лад. Она ему подослала не мужчину, а женщину, которая пришла к нему не учиться у него, а учить стала его. Он стал ее слушаться, как человека, а она его заставила. Все, что было в природе, то он употреблял. А раз они стали это в природе вдвоем делать, у них проявилась охота к похоти. Они стали это между собою делать, после чего у них родились дети. Уже я вам об этом развитии не буду так рисовать. Как вы ее хорошо знаете, мы с вами людьми дошли до того, у нас стал на земле царь бог людей. Что он хотел, то он в людях делал. Они распоряжались законом. Свою родную завоеванную землю никому не хотелось отдать другому.

    98. Были за это большие войны между такими царями. Нашелся человек, теоретический человек, он это все промыслил. И хотел было эту историю поломать. Кто этого добился, огородился людьми. Люди стали все это делать для самих себя. У них под ногами эта история лежала. Она им показывала в труде, что будет надо делать. Мы и делали с вами, землю брали, и за ней начинали ухаживать. С самой осени брались за это дело, и под снег ее клали для того, чтобы земля набрала влаги. И о ней приходилось всю зиму день и ночь думать, да решать: а что и как придется на этой земле посеять. Надо дождаться весны, самого первого начала в этом деле. Мы и делаем, творим, сами этим делом обогащаемся. Никому мы, такие люди рожденные, не верили. Сами считали себя: это мы делаем.

    99. А что с этого всего выходит, что мы круглый год напролет одно делаем, другое начинаем. У нас колесо не стоит, а крутится без конца и края. Мы в этом деле богатеем своей материальной продукцией. Мы живем хорошо и тепло, у нас есть все. Что хочешь, то мы имеем. А вот отца родного мы не полюбили и не послушались, а свое самоволие по его следам пустили. Мы всю отцовскую историю стали сами делать. Он окружал себя природой, он вооружался против природы, он заставлял других людей строить свое благополучие. Мы без отцовского направления делать ничего не делаем. Как отец своих детей рождал. Он приказывал, чтобы мы такие тоже были отцы, которым было бы не жаль на веки веков расстаться. Так и мы с вами его силы тоже этим делом окружили. Мы родили для этого своих сынов, чтобы они нас в последнее время закопали в землю. Так до нас наш отец от нас, таких людей, заслужил.  

    100. Мы с вами эту историю проводили, эта история на отцах прошла, ее не возвратишь. Мы ее, такую историю, продолжаем, что был отец, что он и сына такого породил вояка. Отец без оружия ни шагу, и сын без оружия ничто. Природа, она терпела, и терпит сейчас. Мы ее заставляем, не друзья есть все люди, а враги мы ей есть. Поэтому она нам сеет в себе врага болезнь. Она за то, что сделали, то мы и получим. Есть в жизни сказано про хорошее, то хорошее, которое делаешь сам хорошее. Но когда ты сделал своему отцу неприятное в жизни, то ты тоже получишь неприятное. Мы с вами так делали, делаем, и будем делать. Мы своих отцов не захотели, они от нас через нас таких ушли. А теперь мы, этакие люди, сами в природе за это дело получаем. Кто на нас, на таких людей, скажет, мы хорошо в природе поступаем. Мы же закопали своих отцов. А теперь, будьте добры, перед этим отвечай. Было хорошо и тепло.

    101. За это дорога одна – вслед за отцами. Мы, отцы, сделали тюрьму другим людям. А больницу, построили больницу. Зачем? Да затем, чтобы туда сам попал. А тюрьма наша и больница наша, наши люди туда попадают, и туда они ложатся. Все это временное явление. Поток наш этот сменится. Ни отца на своем месте не останется, и не будет сына, зависимость их исчезнет. Придет на смену этому всему не людская дорога, человек ее бросит. Он переродится в этом, и станет любить природу, сам себя будет хранить. Не будет он простуживаться и болеть. От независимого учения развалится все режимное в политике условие. Это будет наша истина, некому будет командовать. Все будут сознательные. Будут, чтобы люди один на другого злом не нападали. Они будут между собою жить мило.        

    102. У меня были дети такие, как и у всех, тоже они были. Только таких отцов, как был между ними я, природа не рождала. А меня родил шахтер с Екатеринославской губернии, уезда Славяно-сербского, село Ореховка. Русский мужик, предки Курские. Иванов Корней Иванович всю бытность за копейки себя нанимал. Любил трудиться, любил водочку попивать. Себя не жалел заставлять нас родить, девять в живых вскормить. Это для него была трудная дорога. Богато при отце не жил, середняком вместе с братом Федором. Отец Иван, дедушка мой, был гуляка по другим бабкам. История неплохая была, по рассказу моего родного дедушки, он мне кое-чего из хорошего рассказал. Я его помню, как мужика собственника.

    103. Кто не сидел на своем месте, и не ждал милостыни от природы. Всегда время ждал, и к нему готовился. Надо было думать не про одну природу, а какая она и к нам такая вот придет. Мы не ждем ее плохую. Уже свое время пролежала зима, да продула своими ветрами. Особенно тогда человеку плохо и холодно дюже, когда у него нет чужого тепла. А он для этого всю свою жизнь положил на фронте своем. Еще солнышко не всходило, а ты или я, как человек, поднялся с постели. Близко к печке к огню лезешь, хочется поважничать теплом. Или дровами топишь, или кизяками, или уголь. Без этого в доме, да еще зимой, по такому холодищу каждый человек закричит, мол, мне холодно, спасайте. Этого ни один человек не скажет. У всех есть руки, у всех есть ноги, и ум, голова есть.

    104. Год у себя дней немало имеет. По палочке, по камушку, да в кучку – образовывается не малая, а большая куча. Люди возле едут, или идут, у них глаза есть на это все создавшее смотреть. У них проявилось желание свое заиметь это дело. Мой дедушка 55 лет прожил, через эту всю зависть умер. Меня оставил маленьким мальчиком, про которого написано много рукописей. А сейчас такое время между нами проходит, социалистическое, коллективное, научное. И доступное нам, каждому человеку. Дедушке нашему прошлого времени и глаз свой не показывай. Бери себя, как человека прошлого времени, и гони себя от этого дела. Раньше бывало, нужно хомут и ярмо. А к ним надо лошадка, рогатый вол. Мы их заставили в этом всем нам самим их силой помогать. Надо было землю пахать, сами люди не в силах этого делать, имеют у себя живую силу.

    105. День на ногах, ночь в подушке думает и гадает, как бы вторую или третью пару волов заиметь. Это уже не скупой мужик, а богатый. Если он этим огорожен, у него не одни волы, у него на это есть лошади змеи. Летят в высоте, а на земле их не удержать. Колеса ломаются, а хозяин от этого падает. У него проходит все хорошо тогда, когда колесо крутится, а не ломается. На это у нас сейчас приходит в жизни наша молодежь, она на это не смотрит. У нее наша неграмотность ушла, нет, а пришла наша теория с большим развитием, с большим объемом хозяйства. У молодежи в руках все. Они для этого дела сделали завод, по-научному конструировали, машину изобрели быструю и удобную. Она у нас теперь за живого человека все делает. Мы для этого нашли сырье, сделали продукт. А из него поставили дом со всеми удобствами. Учимся на больших развитых в природе делах.                    

    106. Мы для этого, чтобы было, все делаем. И будем мы делать все, чтобы у нас не было нужды. Не приходили к соседу за чем-либо, а у нас самих есть все. Вот вздумали про Луну, про такую планету. Сделали спутник, и айда, мы полетели. Все это нам дала молодежь, ум их развит в этом. Мы в этом деле зависимые, чужим теплом огорожены. А свое, у нас его пока нет. Мы его приобретаем в природе искусственно, химией возделываем. А чтобы физическое, мы ничего не сделали. У нас всех у молодежи, все имеем  мы искусственное тепло, им они хвалятся. Это искусственное тепло в человеке, оно на нем долго не живет, а скоро от него уходит. А надо будет иметь тепло свое внутреннее природное естественное, и независимое никем нигде никак. Это нам и требуется заиметь, каждому нашему молодому человеку. Он должен сделать таким, как и не был он. А сейчас требуется это все.        

    107. Сколько я ходил по нашей земле, все я продумывал. Я от этого всего стоял на том месте, где вы никогда таким не видали. А я был очень далеко, но про это все думал. Как бы с вами, такими коммунистами, на вот этом съезде. Это небывалое новое, никогда в жизни об этом Боге не говорено. Причем тут буду я в этом деле. Сами люди постарались, и то сделали сами. У них были руки для этого дела протянуты, и то они сами для Бога этого сделали. Бог никогда об этом не подумал. А вы, этакие люди, сделали сами его Богом. Он был шевелюрой весь оброс, нам его голова не понравилась. Мы его арестовали, мы его держали под стражей. А потом мы предложили постричься, побриться, он это сделал.     

    108. Не сам лично, а все это сделал… Директор гостиницы, он на себя эту работу взял, и меня, как Бога, сократили. Этого мало, создали дело у прокурора, где разбирались. Встретился со светилами психиатрами. А к делу не пришли, чтобы Богу помочь свою идею ввести. Вот какие были в природе административные дела. Бог из-за больных стал ходить в природе по снегу, по морозу разувшим. Он дал слово свое, через это он доказывал свою правоту, что нам надо будет человек. Он через свое дело сделается Бог. Так и получилось, и получится Богово право. Он ученым психиатрам говорил, не одним им говорил, а всем умирающим. Они меня слушали и соглашались с моим нечеловеческим делом, что делал человек.

    109. Его дело это Богово добиться одного от людей, чтобы вы разрешили ему полное право так ходить, и своим делом заниматься. То люди поймут об этом деле. Бог даром на землю не придет без всякого такого дела. Он ходит по земле для обиженного. А мы все стоим на этой очереди. Завтра по этой дороге мы пойдем, и там мы будем. Большое горе для нас будет. Если только мои в этом будут силы такие, которые мы их видим. Это есть наша природная тайна. Мы умирали до этого времени, а потом мы умирать не будем. Это сделает не наша с вами идея, а сделает Бог. Человек все это для себя повернет, и будет на людях творить чудеса. Он нас всех заставит этому всему проверить, и преклониться перед ним.

    110. Так им уверял, что это будет, но они не по-человечески отнеслись ко мне. Я им оставлял на пути белое, они для меня построили черное.

    Уважаемый Учитель! Большая к вам просьба не отказать мне в помощи. Я слышала, что только вы можете помочь мне в несчастье. А какое несчастье, я вас расскажу. Уже три года, как я плохо чувствую себя, никакую пищу не могу принимать. А если съем что-то, меня тут же рвет. Обращалась к врачам, раз пять лежала в больнице на медосмотре. Вначале врачи ничего не смогли сказать. И говорили, что у меня слабое сердце и нервы. Меня рвет после еды. И только последний раз, это было в мае месяце 1970 года, они признали, у меня рак желудка. И предложили операцию, но я отказалась. И вы должны понять меня, что было бы со мною после операции. Врачи говорили, что я не проживу и 4-х месяцев, если не сделаю операцию. Но прошло уже 9 месяцев.

    111. Хотя у меня тяжелое состояние, но я живу, и хочу жить. Поэтому я к вам обращаюсь, и прошу, умоляю, помогите. С уважением к вам, Останкова. Москва. 377. ул. Кувненкова, 4-51.

    А ведь она недавняя больная, заболела в этих годах. А вот у нас средств нет, и нет на это человека, чтобы от этого заболевания избавить, кроме одного Учителя. Он только имеет у себя средства на это дело, это тело человека.

    Отец сыну спокон века не доверялся. А сын смотрел на его несправедливость все время, ключи для этого подобрал, и организовал у него вожжи отобрать. Закон был на стороне отца. У них был в руководстве на престоле царь, ему они поклонялись, и считали его богом. А сын ему не поверил. Пошел на преступление, взял в свои руки природу, и стал ею распоряжаться по отцовскому примеру. Стал учиться, научился грамоте, сделал такую машину, которая ему помогала сделать моря, поставить станцию электрическую.

    112. Сын своих людей так научил делать все то, что было нужно для людей. Природа богатая, для этого она по развитию дает людям сырье. А из сырья делается продукт, а в продукции огораживается человек одно время. Другое время он уходит на веки веков. Этому не надо быть в природе. Надо заслужить у нее таким человеком, как никогда в жизни. А мы не хотим учиться, не хотим делать наше дело теперь. Как? По-моему, раз у нас есть такой в жизни человек. Лишь бы было начало. Как делалось это дело, которое проходило между большевиками, подпольно вооружались. А сейчас делает человек сам без кого-либо в природе. Он не боится никого, а идет своими шагами прямо. Он говорит. Я не убийца природы, а сохранитель самого обиженного человека. Это будет перед всеми истина, да еще какая.

    113. Это главное в жизни своей. Природу упросил, она силы свои дала. Что может быть в этом лучше, если человек не будет подвергаться никакому заболеванию. Он от природы это заслужит. У него на это дело создалось условие. Природа родила у себя человека. Он через дело сделался Богом. Он в этом проводник, чтобы от природы не получать плохое. А только надо самому делать в природе плохое и холодное… Я перед учеными выступил за свою независимость, доказывал, что эта дорога неосвоенная в этом. Но ученые не помогли, выступление остановили. Одно время сделали меня больным человеком. Я выступал, говорил, но со мной никто не был согласен. Я всем отвечал, что мне холодно и плохо. Но ради обиженного все делаю. Я против тюрьмы, я не хочу, чтобы была больница. Я учу человека, чтобы он учил мое учение.        

    114. А мое учение – это истина. Человек на рожон не лезет, он чувствует в этом свободно. Держит сам себя не выше от всех. Какой он вежливый со встречающимися людьми. Вниз низко головкой кланяется дедушке, бабушке, дяде и тете, да молодому человеку. Эх, и жизнь моя такая тяжелая для всех. Поймите мое терпение, выходите сердце, закалите, чтобы оно было у вас здоровое. Милые вы все люди, гляньте на солнышко, свое выздоровление там увидите. Быть таким, как я, Победитель природы, Учитель народа и Бог Земли.

    Эта история не какая-либо, а не за горами. Сбоку мест хватит. Не мешай своим поступком. А свое пожелай людям. Это не что-то такое фантастическое – живой есть факт. Тело человека не больное, а здоровое тело в природе. От чего можно будет делать любому и каждому человеку, лишь бы он не сворачивал в бок, куда не следует идти. Раз это плохо будет нашему новому человеку, любителю в природе… в жизни. С воздухом, с водою, да землей вместе, таким оставаться, как остался между нами Иванов.

    115. Он же болельщик этих обиженных, больных. Разве вы все время будете здоровые? Нет. Вы можете завтра заболеть, да еще какой болезнью, от которой нет средств, чтобы помочь. А учение Иванова учит одному – не болеть и не простуживаться. А мы с вами кадрили, не хотим. А кто же за нас, таких молодцев, будет это дело делать, Иванов? Он так у нас один делал, делает, и будет делать. Это его истина помогать другому. Хочешь быть здоровым, в природе хватит всего, лишь бы ты делал. Уже не танцевать и не петь, как это делается нами. А пробуждаться в природе надо. Это не что-либо, а вот воздух, вода и земля – три любимых друга в жизни.

    Сегодня день субботний наш февральский, самый близкий к весне. Люди готовятся, уже у них пришла думка та, с которой им приходилось встречаться с самого осеннего, начального к зиме дня. Он нас заставил хорониться от самого жаркого лета, да самой холодной зимы. Она нас врасплох встретила, и стала бросать нам в глаза свои белые вьющиеся мухи. Они летали, как рой, одна за другой на землю, и делали с этого ковер, белее не может быть. Мы убрались совсем со степи.     

    116. Взялись мы за свое спасение. Это наше такое пришло для тел наших дело. Вот что зима в наши дома принесла, искусственное тепло. Мы его создали, мы его у себя имеем, как дело нашего тепла. Вот что нам наша природа создала. Мы это ждем, мы дождались. Мы хотим, чтобы это время ушло. А пришло небывалое еще в этом дне начало после продолжительности такой большой холодной зимы, стоящей в морозах. Она у нас много отбирает нашего родного времени. Мы имеем у себя один круглый год со своими четырьмя сторонами. Как не хочется уже быть из зимой. Все наше желание за то, чтобы на материке не лежал белый снег. Нам всем до одного человека хочется, чтобы эта атмосфера сменила свой характер. А дождались мы одной из всех весны, это наше сердце. Она нам свой ковер в цветах раскладывает, и хочет нас с вами заставить, чтобы мы про свое дело на земле не забывали. А брались за нашу такую землю, которая уже подоспела к тому часу, к той минуте, которая от нас ждет человека со своим уходом.        

    117. У человека в руках приготовленная одна из всех снасть, оружие, техника. За борозду ушел железный трактор, и за собою протащил агрегат, бороны. И вслед за собою сажалки, да комбайн. Словом, это машина, на все она способная. Она любит, чтобы за нею смотрел человек. И все детали работающие в ходу. Водитель должен знать, как будет надо ею управлять. Нужно знать, как человеку придется ею зайти, и эту пайку вспахать, и закончить. Эта машина на керосине, на бензине делает свой ход по земле. А какое после этого всего дело делается другое. Мы делали на животных, запрягали, выпрягали, давали им корм. Словом, наш был такой труд, от которого пришлось отказаться, а взяться за самую верную нашу машину. Она нам заменила всю кустарную работу, весь период, сделанный нами. А вот быка, лошади за плугом ты не увидишь. Мы такие люди, не смотрим на недостаток, а он между нами зародился.

    118. Люди стали кататься. А этой вот историей стали и дети интересоваться. Им приходится читать в школе, в книге написано кем-то стих. Это наша есть машина, на колесах все шагает. А мы люди все такие, отдыха в природе ожидаем. Сверху льется все дождем. Значит, будет весна. Завели мы мотор до краю, а водитель у руля. Нам хозяин этого колхоза. Значит, время не пришло. Тут вверху появилась стая черных грачей. А мы с вами все так видим просто. Это так наши ребята поскорее хотят на месте оттанцевать, да отпеть, этим отделаться. Как в стаде общественный бугай за коровами отхаживается. Этот всего села есть экономическая прибыль. Люди за землей ухаживают, добро свое создают. А из добра, из этого продукта делали деньги. А из денег создавали уплату. Мы с вами их получали, потом на нужды свои их расходовали. Нам не одна нужна одежда. Нам нужна пища и жилой дом. Мы его строим один раз в жизни, и то бывает со средствами.

    119. Эти средства собираются трудно. А расходуем мы их скоро, не так, как мы их приобретали в жизни. А жизнь наша такая проходит в природе очень тяжело. Если этого у нас нет, что есть у нашего хозяина, он без чего-либо не человек. У него во дворе есть курочка и петушок. А сейчас такая введена мода, мы никого в жизни не слушали. А когда это начинает весна свои дни оставлять позади, то моя, говорит лето, жизнь начинает терпеть. То есть готовиться со своими плодами, теми плодами, которые создаются природой. Она нам на земле растит, она нам на дереве дает всякого рода фрукты. Их люди лишние реализуют, им надо будут деньги. А за деньги хозяин покупает одежду не плохую, а хорошую, теплую для того, чтобы в ней согреваться. И также нужна для того пища жирная, сладкая. Ежедневно мы ее приобретаем. Говорим о том, что она нам надо. А дом хозяин ставит на углу для того, чтобы там себя сохранять.

    120. … февраля на дворе лежал снег, было холодно, ветер дул с востока. А солнышко светило, но не грело. Люди наши чувствовали крепко тяжело, они в одежды прятались. А кушать, кушали то, что было. Только я один человек на белом свете этого не делал. И не делаю, что сама природа возделывает у себя. Какая она такая разбитная в жизни. С одного места перебирается в другое место. А мои живущие люди такие, добрались до своего места. До того места, где и родились. До тех пор он там живет, пока ему везет. Он все свои силы и возможности кладет. А сам на это все живое и мертвое смотрит. Он придерживается хорошего и…как никогда. Он хочет жить не плохо, а хорошо. Ему хочется пораньше встать для этого, а попозже ложиться. Надо будет что-то такое чудесное у себя заиметь, которого в жизни другой человек не имел. У хозяина хорошего...

    121. …февраля 1971 года. Так говорится. Если мы возьмемся за это вот самое дело, начнем мы делать, то тогда уже люди станут жить по-иному. То в жизни прогрессировали без всякой просьбы. Давай, и давай. Если это есть возможность.

    2 марта 1971 года. Здравствуйте, дорогой Учитель! С приветом к вам ваша пациентка, Шурина приятельница. Возможно, вы и обиделись на меня, что я с вами редко встречаюсь. Прошу вас, не обижайтесь на меня, я еще глупа. Вот стану постарше, все станет яснее. Ведь старость не молодость, сама пойму, что хорошее, а что плохое. Вот недавно я заболела, простыла, верно, я. Ну и началась у меня температура. А после температуры ночью стали ноги у меня сводить, да руки дрожать стали. Думаю, что мне делать. А работать надо, больничного нет.

    122. Я и решила в субботу опять голодать, сразу стало лучше. Теперь чувствую лучше. Это значит, подтверждается ваше знание, и я начинаю вам окончательно верить. И теперь сама сознаю, что голод большое дело и польза для человека. То, что нарушено в организме, становится все на свое место. Я теперь сама себе сказала: надо это все исполнять. И буду исполнять. И надо, ничего не поделаешь. Надо, значит надо. Большое вам спасибо, Учитель. И дай вам Бог здоровья на много лет жизни. Еще раз прошу прощение. Простите, пожалуйста, за мое нарушение. Посылаю 3 р. за то, чтобы исполнилось мое желание. Москва. И221. Полярная, 36, кв.75. Кошеваткина Нина Андреевна.

    123. Учитель, он дождется своего времени, ему его место будет. Он его в природе получит. Люди о нем будут рассказывать. Это так оно и получится между нами на сцене. Он нам истину покажет, он окружит себя между нами.

    Почему человек живет, почему он болеет, и почему он умирает? Мы ведь родились в природе одинаково. Нам след вода показала, чтобы мы шли по земле. Также нас с вами воздух проталкивал. Мы, как люди, так должны все по природе это делать. А нас с вами наши родители встретили такими, как не встречали родители нас. Мы хорошо и тепло огородились. А сладко и жирно досыта наелись. В доме каждый человек живет, и думает он о природе, о жизни, не маленьком, а большом. Мы с вами оставляли позади незнание. А старались узнать про все то, что окружает человека. А ему приходится встречать и провожать, всех начал четыре, и разной стороны. Только мы с вами не знаем, что же было раньше, то ли лето, то ли зима? Мы с вами не знаем, даже не можем об этом сказать: кто же родился вперед, мужчина или женщина? А беремся узнавать про идущего врага, то есть болезнь, которая напала на человека, и давит его жизнь.

    124. Мы сами в этом виноваты. Нас встретила, накормила, одела, и в доме спать уложила. Спи, дитя родное. А завтра надо опять вставать, и мы должны делать то, что делали вчера и сегодня, которому конца нет. А чтобы никак ничего не делать, нас мухи белые заедят. Мы умрем навеки. А как американский миллионер Даллес умер. Он не сделал того, что ему приходилось делать. Он бессмертие не завоевал, так не завоюет и наш простой земной человек. Он тоже такой же зависимый человек в природе. Ему надо одежда, ему надо пища, ему надо и жилой дом. Как Даллес умер, и умрем мы все. А вот независимость бедная и плохая для всех. Мы не хотим жить так, как живет наш Иванов. Ему холодно и плохо, но зато его жизнь продолженная. Он 37 лет живет не так, как все живут. Он этим не нажился. Ему хочется жить, да еще хочет других научить. Это жизнь зависимая наша. Никому не мешать, и свое ставить через природу, через знание свое. В природе есть человек, а у человека есть тело, оно никем не опознано, кроме Иванова. Он человек победы, над собою врага искоренил. А что с этого всего. Мы с вами ведь не родились, чтобы умирать.

    125. Мы с вами родились для жизни. Нас всех одинаково встретила природа. Воздух, вода и земля окружила. Нам бы надо жить, но наши предки уже нашли в природе самозащиту. И ее сделали руками, и ею огородились от природы. А потом и нас, таких молодцев, огородили. Это же не природная самозащита, а искусственная. Мы стали ею пользоваться, не все одинаково пожили. Как мы с вами жили? Об этом сам Бог знает. Мы от этого дела, что мы сделали в природе. Это наша вещь, мы ее храним, как око. Считаем: это наше достоинство есть. Оно у нас на глазах исчезает. Мы делаем другое, не такое, как было. Нас в этом тянет. Мы без этого дела жить не научились. Одно недоделали, а другое перед глазами лежит, надо буде обязательно делать. Только что сняли хлеб. Не успели солому убрать, как пришла машина трактор пахать землю, уже подготовка. Мысль наша работает, не перестает, одно бежит, захватывает.             

    126. Ей этого мало, она хочет прибавить. А раз прибавляется мебель в комнате, тесно делается. Так и в природе человеком делается на нашей земле. Нашей технике мало пространства. Мы люди научного характера, себе лучшего ищем. Земля трупами обсыпалась. Говорим: это наше качество тут не естество химия. Она нам помогает землю оставить, и улететь на Луну. Какие же мы в этом деле есть люди. Мы в чужом живем, в природном изделии. Нас с вами не любит природа, гонит с колеи. Мы бы не хотели, но бессильные. В этом умираем, и будем умирать. Не умеем жить, боимся расставаться с зависимостью. Она нас губит, она нам не дает в природе жить. Мы не хотим и не умеем. Вот чего нам наша мать природа сделала. Она нас осыпала всех цветами во время тепла, и одарила плодами. Чуть она ни скажет нам своим языком: я для этого дела вам преподнесла портрет.

    127. Она хочет сказать: это истина одна из всех, взятая природой. Она нам всем дает, и даст в любое время. Мы от нее не просим, а посылаем свое оружие, силу свою сделанную. Она все делает, пашет, скородит, делает грядку. А потом сеет в нее зерно, а потом косит, и из … хлеба.

    Природа как была природой, так она и осталась природою. Никакого нет в людях изменения. Только разрослось искусство, да прибавилось дело. Мы его делаем, то есть трудимся для того, чтобы наш человек в природе жил хорошо и тепло. Этого мы, все люди, чтобы наравне жить, мы не получили. У нас есть сердце и души одинаково. Но средствами мы не огородились, и сил физических не имеем. Нас держит мешок. Мы надеемся на нашу природу, что она нам даст сырье. Мы найдем залежи, и будем ими пользоваться. Так всегда мать есть мать, она своих деток жалеет одинаково, даже больше любит неразвитых. Но она мать, пожила, да пожалела, а потом сил у нее не хватило, она их оставила. Так природа сохранила у себя отца родного и сына, и поделила своим недоверием.    

    128. Отец остался при своем мнении, а сын стал вырабатывать свое. Отец собственник, а сын коллективист. Мысль одна развивается что у одного, что и у другого. Никто не хочет жить плохо и холодно. А сами со своими телами через теплое и хорошее ежедневно и каждый шаг мы приходим со своим хорошим и теплым к плохому и холодному. Мы в теле теряем тепло и делаемся усталыми. На веки веков идут в землю. Мы умираем, это наш омут, который живет между нами. Это все нам дала материальность наша, в этом богатство, через что мы сами пришли к этому, огородились все зависимостью. Мы бессильные брать в этом деле дух нашей жизни, здесь отсутствует, его при зависимости человек не имеет. Он ушел от него. А теперь пришла на смену человеческой жизни независимость. Она не радуется хорошим и теплым. Идет человек в природу, физически естественно добивается от природы силы и воли, чтобы со своим здоровьем не ступать больше к плохому и холодному. Человек живой с живыми качествами. Почему будет он так умирать, как умирали мы? Его окружает дух, он с ним рядом живет.   

    129. А мы, отец и сын, от него ушли. Вот нам и жизнь не такая, как при духе в независимости. Это есть жизни продолжение. Дух не будет, а мы умрем.

    Поиски моей практической всей идеи. Она выпросила в природе силы и воли, премудрого сохранения. Сам себя может заставить в природе получить то, что есть возможность. Разве человеку живому нельзя добиться независимости. А как же мы, рабочие, добились от капитала. Мы воевали, отбирали с оружием в руках. Сделались в природе хозяева над нею. А независимость в природе отбиралась из силы человеком без всякого оружия. Она их не стала у себя такими держать, как она была при зависимости. Такого человека не было, чтобы он согласился пойти в природу на жертву. А из этого всего получилась жизнь. Такого человека люди все испытывали. Хотим, чтобы он в этом деле погиб. Такого человека зависимого не смогла воспитать, чтобы он знал так жизнь, как ее никто не знал. Природа для любого человека есть мать, но мы эту мать заставили, чтобы она нас таких растила.

    130. И скорее нас в бой с природой, оружие есть для этого, мы овладели. Она нам подчиняется, нам все она дает до одного времени. А потом наше оружие остается, а мы умираем. Поэтому природа изменила свое направление. Взяла, да без всякого оружия допустила с нею дружить, любить ее до самого того, что у нее есть. Это холод, это плохо. А я, как независимый в этом человек, добился в природе своей победы. Врага не боюсь, его даже считаю я в себе иметь. Если я буду надо, то меня люди, сама природа сохранит. Вот что природа преподнесет. Жизнь, но не смерть. То, что мы с вами имеем, это для нас не все. Мы с вами того, что думаем, не заимели. Наше желание осталось позади. Мы все умершие люди. Никто не думал, и не хотел умирать. Да даже все живые люди, и те не думали. А у самих на это дело надежды нет. Рядом стоят в очереди, чтобы кому-то завтра заболеть. И тот, и другой, все не хотят.   

    131. Все они хотят до завтра дождаться, и узнать, что же будет завтра. А кому-то надо умирать. Так это не пройдет, а свое природа возьмет. Даже не подумалось, а пришлось умереть. Время для нас много придется, а умирать нам легко. Лишь бы только человек почувствовал, что у него какая-то есть неприятность. А когда только человек чего-либо не так почувствует, уже ему невмочь и говорить. Он по природе смотрит, слушает, определяет, что ему надо. А ему надо в этом помощь, она людьми создается. Портрет на арене. Он за это стоит, говорит всем нам. Мы есть люди земли, лишь бы захотели. Наше дело – надо взяться, и делать то, чего наши отцы не делали. Мы все время  были их сыны, слушались их. Старались сделать в природе то, что отец скажет. Это было до нас, до таких людей, где распоряжался нами царь батюшка. Людей бедных нанимали.        

    132. Они ими эксплуатировались. Они делали, старались жить. Мы долго об этом думали, об этом гадали. Добрались до самого нашего царя, у него вожжи отобрали. Жизнь на земле переменилась. Она стала так же само. Да еще лучше ухаживали за землей, чтобы она нам давала свой урожай. А когда нас земля за наш такой тяжелый труд вознаградит своими плодами, мы тогда делаемся в природе богатыри. Еще больше у нас к этому является охота. Мы с вами сыны революции, то для земли преподнесли, она этого от нас не ожидала. Этого мало, что мы всю площадь старались засеять. Это такая наша в этом жизнь проходит. Мы не отступаем, а наступаем. У нас соха была, а сейчас у нас железный трактор с 5-лемешным плугом. Какая в этом есть быстрота.

   133. Мы пашем землю очень быстро, и вертим ее глубоко. Нам нужны залежи, нам нужен уголь, нам надо руда, все это будет надо. Мы же не господа, чтобы сидеть на месте. Мы природные труженики, работаем на себя. Нам за это дают деньги, мы их на себя расходуем. Наше дело одно – так жить, чтобы было хорошо и тепло. Мы для этого все делаем. И хотим сказать, что наше дело нас таких в природе не удовлетворило. Мы с вами живем за счет мешка. Если у нас не будет этого мешка, и не будет в мешке, мы жизнь не сможем построить. Все зависит от этого дела. Человек сам защищен этим добром. Он боится холода и голода.   

    134. Отец с сыном два неумолимых врага. Один против другого. Отец боится сына, таких сил не имеет, чтобы наброситься на отцовское добро, и его присвоить. За сына никто не пойдет в защиту. Но когда сын вооружился, пошел против отца, то отцу нечего было делать, надо сдаваться. Как и у царя было перед народом, его люди удалили. А дух в природе, так он между ними и остался. Они оба хотят богатства, в этом жить хорошо. Они лучшее в природе ищут, но никак они не могут найти  тайну, и ею огородиться. Они легко родились и возросли, а потом пришлось идти в труд. Им это дело показалось, тяжело трудиться. От этого всего и отцу, и сыну делается плохо, тяжело. Но поделать ничего нельзя. Только один выход – надо сделать машину. Словом, оружие. А все это не дает спасения. От этого человек хуже теряет здоровье в природе, он зависит от него. А независимость, она никем не бралась, и никто ее не хотел иметь. А вот я, Иванов, за нее практически взялся, делаю сам.

    135. Люди видят, но подражать моему хорошему, таких людей нет. Есть люди такие. Зачем нам это? Мы живем хорошо и тепло, нам больше не надо ничего. Это дело, уважаемые, нам не все. Нам надо жить, чтобы она от нас не уходила. Вот что наши люди хотят. Жизни, но не смерти. А мы же умирающие, и отец, и сын. Но дух был, он есть, и будет он. Умирать через его человек не сможет. Людьми сделано готовое, можно… А вот новое небывалое найти мы не пробовали. Одежда одевается, а пища поедается, в жилом доме живут, но не удовлетворяются. Сколько людей было на белом свете, их ни одна единица в жизни не спасла. Все живет, но особенно люди, где они подевались? Их всех дело было одно – жить. А природа мать, она нас всех для жизни родила, чтобы мы с вами жили. Этого наши родители не пожелали. Взялись да сами стали вздуманным кормить, одевать, и в доме жить. Эта история продолжалась и продолжается, и будет продолжаться до тех пор, пока изменится в природе человек.               

   136. Он бросит живое с мертвым встречать, а возьмется за природу. За воздух, за воду, за землю. Это есть любимые три неумирающих друга. Вечно они живут, и хотят, чтобы с ними жили люди так, как никогда не пробовал человек. Взялись за то, что есть на белом свете. А белый свет не малый, а большой. Чего только в природе нет. Все жизненные условия, они в природе от нее зависимые. Им она надо, она их удовлетворяет. Мы живем, как люди, на нашей земле, можем встречаться каждый день не в одних условиях. В природе всегда такое когда и как. Она к нам не одинаково приходит. Она нас всех заставляет о ней не забывать. Особенно мы готовимся со своим урожаем. Нам он подсказывает, чтобы мы ждали перемену, и к этому готовились, как неприятному. Это делает нам любой вооруженный человек со своими всеми делами. Он их делает, и хочет еще делать. А природа ему не говорит про природу, про свою погоду. Она может многому помешать.

    137. У нее для нас все неприятности. А у человека одна боязнь – не дай только с недостатком встретиться. Человек зависимого характера, он в этом всем умирает. Жить приходится только тому, кто боится природы. Ее боятся все люди зависимые. А независимому человеку, это буду я, ни в коем случае бояться не приходится. Любовь одна между мною и природою. Возьмите, попробуйте кто-либо из всех. 37 лет протерпите так, как протерпел я лично в природе. Мне бывает очень холодно, но зато свежо, в моем организме есть сила воли, что, самое главное, роли играет. 

    Я прошу 24-съезд партии СС, чтобы он нам силы дал, или воли, что делать одно то, что требуется всем нам. Надо нам добиться от природы, чтобы она сменила свои все прежние направления, чтобы мы больше от нее не получали свое нездоровье. Она пока перед нами сильна наши тела стегать. Как чуть что такое с человеком случилось, он заболел.

    138. Уже говорят, болеет, лежит в больнице, он стонет. А ему нет таких средств, и нет такого человека, чтобы ему помочь. Мы научились болезнь разузнавать, точно знать диагноз, а потом уже все свои применения делаем до тех пор, пока эта болезнь или уйдет, или разовьется. Нужно ждать больше, она прогрессирует, а человек от этого умирает. Мы бессильные с этим врагом бороться. Мы этой тайны не знаем и не можем знать. Наш человек как умирал, так он и умирает. И будет он умирать через то, что он ничего для этого не делает. Он и не знает, что делать. Но одно – жить в природе хорошо и тепло через употребление продукта. Так думает человек. У него одно – лучше одеться, и покушать досыта, в доме пожить удобно. А чтобы в этом себе отказать, хоть на один день отказаться от всего этого. Он говорит, я не смогу. А как же мне такому одному из всех. Я делаю это не для самого себя.

    139. Я делаю для молодежи, чтобы она этим делом начала делать. Лучше жить, чем приходится умирать. Надо делать для жизни, но не для смерти. Как мы делаем, и мы в этом умираем. Мне простительно, я ничем сам не защищенный, как видите. А мы, все до одного человека, на себе носим красоту, и до тепла. Казалось бы, не терять здоровье. А мы на живом теле носим мертвое, уже тяжело носить на себе. Это цветок цветет энергичный. А когда на него нападает пылинка, уже цветок сохнет. А человек сегодня носит, ему тяжело, у него ноги болят, он старается сесть и отдохнуть. А это человеку не отдых, а хуже делается организму. Он его поднимает. Лучше не надо садиться. И лучше будет на ногах простоять, только разувшим без всякой самозащиты. Это не делалось в жизни никем. Особенно тогда, когда человек никак и нигде не употребляет никакой пищи. Ему не надо никакой покой. Он должен своим энергичным живым телом всегда в природе.         

    140. В воздухе, в воде, и на земле. Воздух человека заставляет, чтобы он физически по земле двигался. Это его такая система сделана людьми. А когда человек бросил всю на себе зависимость, он должен не считаться ни с чем. Какая бы для него ни пришла природа на земле, человек не должен ничего бояться, ни воды, ни воздуха. Этот человек, кто за это все взялся, он не должен искусством огораживаться. У него в природе одна смелость, и заслуга перед природой. Она всех нас, зависимых в природе, держит на одном счету. Она никого не жалеет, и не хочет, чтобы они были у нее. Она любит дух, а в духе вся независимость. Она с одним человеком окружила. Уверенно говорит нам всем таким, кто не хочет пользоваться этим качеством. А эти качества закаляют много для того, чтобы эти качества передать нашей молодежи. Она от нас ждет не плохой, а хорошей жизни, но не смерти. Это только делает сам Иванов, он закаляется, он учится. Его дело – доказывать быть Богом. А Бог – неумирающая единица.

    141. Он человек, он один из всех является независимый человек в природе.

    Когда это было, что буржуазия, вся интеллигенция, она не была согласна такому в природе строю. А на стороне социализма был Ленин с теоретическим понятием. Он организовано с рабочими, бедняками этого права требовал, и практически это осуществилось. Значит, есть энная правда в природе. А кто же из людей поднимется, и скажет про то, что вот это не надо нашему обиженному, больному человека его средства. Они нашлись, и был такой человек, который научился ему, как нуждающемуся, в этом деле помогать. У кого этот голос родится против этого всего выступить. Если мы с вами окружены в природе незнанием. Мы с вами ничего не делаем, чтобы между нами в природе не рождался в людях враг. Мы для этого с природою воюем. У нас в руках есть оружие для того, чтобы легко справиться с делом.

    142. А в деле мы все делаем для хорошего и теплого. А фактически мы из-за этого дела приводим к самому плохому и холодному. Это для нас есть смерть. Что бы мы ни делали в природе, это все нас ведет к плохому. А почему нам, таким юношам, взяться за это начатое нами теперь дело независимой стороны. Она у нас себя раскрыла, а сейчас живет вместе с нашим человеком. Он же практически доказал, сам на себе все делает, чтобы в природе жилось через это человеку легко. Он говорит. Не надо верит, надо делать то, что сделал он. Ему хорошо, он это хорошее с душой и сердцем хочет нам всем передать. Что может быть от этого лучше. Если человек не болеет, не простуживается. Это самое одно из всех, жизнь человека это будет.

    Земля есть природный материк, она обмывается водой, и воздухом окружается. Это все принадлежит разуму человека. Он сначала стал делать все то, что было для жизни надо.

    143. Земля как таковая нам ничего не дает без воды и без воздуха. Это три таких тела есть в природе, которые рождают человеку все. Ему надо была одежда, чтобы в нее одеваться. Он ее смастерил. Надо была ему пища, он ее приобрел. Надо было жилой дом, он его сделал. Теперь в этом всем человеку приходится жить. А раз он в этом живет, он так это не сидит, а что-то он делает. У него есть ум, он день и ночь одно все думает. А потом начинает делать. Он же без всякого дела не человек. Он хоть камушек, но поднимет, и, куда это следует, его положит. У него на это есть глаза, руки и ноги. Он движется по земле, и смотрит вдаль. Он видит впереди, и к этому готовится. Я, говорит человек, эту жизнь начал. Но не знал ее, какая она была тогда, или богатая, или бедная. То ли было холодно, или было тепло. А что же начиналось? Мы это время встретили. Но сейчас мы забыли, какая на земле есть в природе погода. Да мы такую обширную землю не имели, сейчас мы ее захватили. А природа на земле меняется ежедневно, не такая, как нам всем хочется. Одно время бывает дюже теплое, хорошее. Какие могут тогда у нее эти качества. А бывает, такое станет появляться в жизни, даже не хочется глазами посмотреть в природу.

    144. Никогда не бывает, чтобы было хорошо. Она это хорошее для нас, людей, держит. А люди привыкли встречать неплохое в природе качество. Им надо такая местность, чтобы была равнина. И тут же протекала возле этого всего река, а по-над рекой положено в деревне лес. Мы, как жители, здесь как раз поселились. Говорим сами себе. Какое у нас есть удобство земли, с которой приходится ежегодно встречаться, да на ней делать ежедневно. Мы без чего-либо тут не оставались. Еще не всходило наше яркое солнышко, мы его все ждали тепло. Не делали мы ничего. А какое оно между нами остается. Мы его видели один раз, как оно заслонилось... А когда надо ему быть, откуда-то набрались пустые белые тучи, и заслонили всю эту площадь на солнце.

    Дорогой мой Учитель, Ульяна Федоровна, Яша с Симой. Большое вам спасибо, мой Учитель, что вы не оставляете меня во все дни моей жизни. Я не могу забыть тех страданий, которые окружали меня. С 1934 года припадки, тромбофлебит, да еще ряд неприятностей присоединилось ко всему этому.

    145. Куда я только ни обращалась. Никто с меня эту тяжесть не сбросил. Не потому, что не хотели, а потому, что не могли. Больничная койка стала для меня бременем. Только вы, мой дорогой Учитель, один дали моему телу облегчение. Узнала о вас, обратилась с просьбой, и поверила в ваши силы, которых ни у кого нет. С 1954 года я живу со свободным телом. Вдруг случайно упала, поломала ребра, опять ваша рука владыка. Заболела гриппом, хотел меня Григорий Яковлевич не пустить купаться да покачаться в снегу. Но тут у него не получилось также ничего. Учитель, я не… А летом что со мною было. Я уже хоть завещание делай. Но надежду я никогда не оставляла, обращаюсь только к вам, мой дорогой Учитель. Хотя я была, как бревно. Ни согнись, ни ступни, ни сесть, и ни лечь. Но ваши природные силы сильнее всего во всей вселенной.

    146. Но что же случилось теперь, мой дорогой Учитель. Заболела я гриппом, моментально температура, горю, горло перекрутило, голова болит. Да заболели мои все косточки, и говорить нельзя, сильно болит. А Григорий Яковлевич, мама Григория Нина, Игорь и Витя болеют больше месяца. Никак не вылезут с этой пропасти, пьют лекарства, таблетки, закапывают в нос. А я сразу бегу в снег, да на улицу обливаюсь холодной водой. Хотя мне было тяжело, по несколько раз все это повторила. Григорий, я, да и все лежали. Меня не пускали на улицу делать мои процедуры. Но тут ничего у них не получилось. Я никого не послушалась, пошла на дежурство. Они среди себя сорились, говорили один другому, зачем пустили меня на работу. Я, мой Учитель, и там работала над собой. Пришла утром домой. Они все только смотрят, что я жива. И чувства мои при мне, какие надо.

    147. Сказала Григорию Яковлевичу. Люди как заболеют, то бегут к вам. А вам куда бежать? Некуда, только в могилевскую область. Он молчит. Я не знаю, мой Учитель, как мне вас благодарить за такую милость ко мне во все дни моих невзгод. Есть в народе чувство к Богу. Да и я хочу назвать вас этим словом, потому что больше ни у кого нет такой милости к обиженному и страдающему человеку. Еще раз скажу, что вы милость, и большая. Спасибо вам за все. Желаю вам жить вечно для пользы вселенной. С приветом к вам, Сухаревская. Ворошиловградская область, г. Свердловск, Энгельса, 52, кв. 9.

    Дети комсомольцы, вам надо жить. Обратите внимание на это письмо. Это человек наш рабочий. Он, как раньше верил в Бога, у него нет того. Она верит не мне лично. Она верит делу. Я его ей преподнес. Она является герой моего учения. 

    148. Я его не хороню, а рассказываю всем, чем человеку надо помочь. Надо себя закалить, чтобы не простывать и не болеть. Вот что мои силы, и вам хочет всем в жизни это все передать. Я вам не хочу рисовать свою сделанную на людях истину. Вам рассказывают об этом люди. Вы попросите. В Ростовском областном здравотделе есть такой врач Г…, она занималась с моим делом. У нее есть очень много всякого рода писем, она вам их прочитает. Я дело имею не с ними, как специалистами. Они теоретики, а я практик. Мне их болезнь не надо. Я считаю, считал и буду считать. Человека роль над болезнью. А болезнь не играет роли над человеком. Я учу человека, чтобы он сам над собою работал. Вот это письмо, оно живой факт человека, сейчас работает на мое учение. Она не забывает это. Ее воздух, вода и земля. Она же... Она больше силы имеет, чем имею я. Мое дело – я ее прошу. Она сама делает. А я из-за всех больных дал свое слово таким ходить, как я хожу.

    149. Я сейчас ничего не делаю. Когда я тронусь со своей практикой, она конвейером будет людей от любого заболевания восстанавливать. Я вас прошу, как молодежь, вы мне дети. Неужели вы хотите умирать так, как вы на сегодня друг друга закапываете. И будете умирать. Ваше все не выигрывает, а проигрывает. У вас мои все письма рассказывают не про смерть, а про жизнь. А мы ведь мальчики, что мы с вами делаем? Да ничего. Живем хорошо и тепло. Не по плохому и холодному. Ходить буду я, а вы, дети, смейтесь. Я жил, живу, и буду жить не так, как вы.

   09.03.1971 года. Здравствуйте, дорогой Учитель. Мое письмо покажется вам странным. Ваш адрес я узнала от людей. Когда нас постигает горе, тогда мы расспрашиваем и ищем помощи, хотя бы кто-либо с какого края помог. Это письмо пишет вам К… Мария Павловна. Дорогой Учитель, у меня болеет сын, ему всего 12 лет, а болеет уже 6 годов.                  

    150. Большие головные боли, болят виски, прямо глаза колит. Бывают дни, когда и не болит, но это редко. А когда болит сутками. Возили в больницу, лечили там, кололи, но помощи нет никакой. А теперь и на веревке в больницу не затянешь его. Возили его в церковь, причащали его, служили двое молебен его ангелу Николаю Угоднику и святому мученику Пантилеймону. Мальчика зовут Коля. Всему верит, всякие воды принимает. Очень хочет учиться в школе, но болеет, и заниматься нельзя. Дорогой Учитель, очень вас прошу, помогите мальчику. Может быть какой случай. Вот первый раз я помню, мне сказали, Коля может …Я подошла к нему, он такой бледный. Сказал: я рвал, и болит голова. Это ему было тогда 7 лет. А сейчас очень сильные головные боли. Я и сама очень больная. Прожила сиротой, от матери осталась 10 лет, и не помню ни одного материнского слова. С искренним уважением к вам. Мария. Брянская область…   

    151. Обиженные вы комсомольцы. Ко мне только обиженные люди обращаются. Они меня просят. Это же люди, которые прослышали. Они должно знают, что я один для этого рожден болельщик и помощник на их болезни, которую и медицина не сможет приостановить. Они просят, умоляют меня. Разве им не хочется быть человеком здоровым. Вот заболел, и никто из наших специалистов ничего не сделает. Мы с вами все такие будем, мы же завтра заболеем. А кто же нам поможет. Учитель нас просит, чтобы мы, вся наша молодежь, на эту вахту стали. Не надо ждать того дня, в котором мы заболеем, как вот этот мальчик. 12 лет ему, и он из них уже 6 лет болеет. Ему никто, только мои силы его организм пробудят. Это воздух, это вода и земля. Ему надо в ванне природной покупаться, и учение Учителя выполнить. Лучше было бы нам всем, живущим на белом свете. Мы не хотим болеть.  

    152. Мы все хотим быть здоровыми, жизнерадостными. А нас наша мать природа – воздух, вода, земля – недолюбливает. Говорит нам: что вы делаете? Вы живете мною. Одеваетесь, кушаете, в доме живете – это ваше не спасение есть человека. Мы же, все люди, живущие на белом свете, от природы зависимые. Без хорошего и теплого не научились с вами жить. А вы знаете, в природе мы больше не знаем, чем мы знаем. Мы ничего не делаем в природе, чтобы не болеть и не простуживаться. Если бы вы Учителю сказали, что вы гарантированные от завтрашнего дня, мы будем уверенно жить. А то, как чуть что такое, уже насморк. Кахи, кахи, простыл. Это все наше большое незнание нас  губит. В природе есть все, только мы не умеем брать. Учитель взял их, и хвалится им. Вы разбирайтесь с этим делом. Живой факт человека.

    Дорогой Учитель! Помогите, пожалуйста, моему горю. Моя сестра больная раком. Год назад сделали операцию матки. А теперь опухоль распространяется на грудь. Помогите, исцелите ее от страдания.

    153. Если можно, через ваше письмо. Все сказанное вами она будет выполнять. А когда приедете в Москву, я ее покажу вам. Очень прошу, ответьте, пожалуйста, мне. Мой адрес: Москва. 113095… Зверева А. С. Очень прошу ответить мне. Целую вас.

    5 марта. Я вас убедительно прошу, и это письмо прочитать. Вы увидите на ней последние силы. Она сестра, болела о ней. А сама стоит на очереди тоже заболеть. Ей надо это. Она себя считает, что она ходит на ногах, ей незачем. А вот сестра, ей требуется медицинская помощь. Уже они сделали свое дело. Отрезали то, что надо, как и делается хирургами. Их дело одно – им отрезать, или не дорезать. А как было в жизни человека в организме, так оно осталось. Это делалось хирургами лишь потому, оттянуть назад жизнь. А болезнь как была, так она осталась болезнью. Если ей нужно уходить с тела, то она не испугается ни у кого.  

    154. А раз она садилась в теле человека, то она и прогрессирует до тех пор, пока удалит с дороги человека. Разве об этом наши специалисты не знают, или им эта история неизвестная, что опухоли злокачественной, на это все у наших людей средств нет. И нет такого человека, чтобы он сказал, что вот эту болезнь можно будет излечить. Болезнь разная есть на человеке. Но все это считается естественного характера, а не искусство, для этого оно не причем. Должно делал операцию неплохой хирург. Он не был уверен, что это его не вернется назад. Об этом знает вся молодежь, что такую болезнь только не удалением. А мы приучили сами себя резать. Если человеку больно, у него прибавляются те зловредные наросты, человек от них карается. Особенно эта больная, она уже слышит, что ей медицина ничего не сделает, чтобы этой болезни не было. Специалиста дело делать, а там, как хочешь.        

    155. Считается, лишь бы подняться, не умер. Больная уже теперь не вернет, что было, нет. Если бы она с этим началом обратилась, ей бы ничего не помогло, как она сама это сделала. Организм набирается сил от другого человека с помощью воздуха, воды и земли. Все это нарастающее уходит вон прочь. Мы такие силы в человеке имеем…

    Уважаемая молодежь! У нас приближается золотое время. Все наши люди уже своих посланцев избрали. Они приедут в Москву на 24-й съезд КПСС. Их душа и сердце перед нами станут на арене. Он или она будет рассказывать, что она или он сделал для того начала, чтобы между нами процветал коммунизм. Он у нас, коммунистов и комсомольцев, спросит: что вы сделали в природе, чтобы мы не простуживались и не болели. Мы с вами будем хвалиться, что мы сделали все то, что нам было нужно. Мы ушли от старого, стали жить по-новому. У нас есть, во что одеваться.

    156. А кушали мы сладкое, жирное и много. А в доме жили со всеми удобствами. Если бы кто-то нашелся, спросил у нас, таких людей, удовлетворены вы этим? Мы делали, что нам таким всем делается хорошо и тепло. А как же заключенному приходится думать, а больному в больнице лежать, стонать? Мы с вами все стоим на очереди, нас всех природа приводит. Мы это получим, магнитом нас туда тянет. Мы все будем плохо и холодно впоследствии жить. Это нас окружит наша болезнь, мы умрем на веки веков. Мы не хотим сказать про одного нашего человека, кто хочет нам свое добавить, чтобы мы, как молодежь, не мучились и не умирали так, как ее условие заставило умереть. Человек наш нам свои слова про свою практику. Давайте мы с вами возьмемся, и представим живого человека на съезд. Пусть он нам расскажет про свое новое, независимое, неумирающее, про истину свою. Мы обогатимся, не то, что имеем, а новое неумирающее на человеке получим. Вот что нам надо добиться на съезде. А то, что мы сделали, у нас это есть, это умирающее.      

    157. Портрет выступает на арене за то, чтобы наши люди своей жизнью не хвалились, что они много знают, и умело хорошо делают. Пусть на это возьмут свои слова, и станут там, где положено. А там находится наша мать природа, с которой мы вместе с нею ежедневно живем. И мы хотим ей, как матери родной, пожаловаться, чтобы она обратила внимание на все наше к ней. Мы в этом деле очень много хорошего уже получили. И научились делать не по старинному прошедшему началу. Мы жили в очень большом нашем недостатке. Теперь мы нашли залежи, у нас есть сырье, которое попадает на наши огромные заводы, на наш строительный путь, где расположены цеха разного характера. Там есть люди всяких специальностей.

    158. Они там делают для машины детали. Эта продукция поступает на наши объекты там, где строим города, новые поселки со всеми цивилизованными удобствами. Мы, люди данной земли, хотим сделать то, чего в жизни не было. А сами от себя лично огородились, индивидуально питаемся, своей ложкой с чашки поедаем. И свое место, на котором сидим, захватываем. Говорим: это оно мое. А квартира чья? Не скажет, что она чужая. А квартира моя, я в ней родился, все удобства создал. Кому? Да себе. Если прихожу с работы с трудов, у меня в доме одна из всех гигиена, чистота. За этим мы смотрим все, и стараемся в комнате сделать так, чтобы не пролезла туда какая-либо нехорошая природа. А в природе да плохие качества, но не живые. Она тут как тут набрасывается, через любые затворы пролазит вор. Это профессионал, умелый мужик.

    159. Его держит природа для того, чтобы человек у нас никогда про это не забывал, был наготове этого дела. Природу не обдуришь, она у себя все имеет хорошее и плохое. Ни один человек не хочет у себя в квартире иметь плохие качества, которых мы сами их так ловко создаем. Мы дом создаем сейчас многоэтажный, он из стойкого материала, уже не потечет и не продует. Словом, такая изоляция, которой в жизни не было. А сейчас у нас этих вот наделали детских цацек. Словом, человек по этой части сделался на все метеор. И быстро, и умело. Очень хорошо и тепло такому нашему нарожденному человеку, кто создал это все. Он когда только нарождался, этому приходу делают его родители жилье, большая у них родилась радость.   

    160. Портрет опять выступает за какое-либо появившееся в людях в природе новенькое. Ему людская есть радость, особенно между людьми через свой труд. Он его сделал, как был Изотов, Кривонос, Стаханов. Это вехи были показательные, они остались и до сего времени между природными делами. Особенно землю хотят заставить, чтобы она нам давала не мало, а много, не плохого, а хорошего. А к этой земле надо было человеку подумать: а что надо будет, чтобы человек в сельском хозяйстве жил распивая. Чтобы у него во дворе была птица, свиньи и овцы, от чего воняло, и от чего пахло. На все требуется…. Да еще надо руки, и произвольные ноги, чем брать, чем носить. И куда носить? В государство. Мы все туда везем машинами.    

    161. Портрет опять со своим к человеку. Если только вы делаете на этом месте свой любимый город, он вас должен сохранять. Вы, как и раньше, в деревне жили, да думали, чтобы лучше жить. А вот сил таких не хватило, чтобы другому сказать, вроде похвалиться. Вот, мол, я живу, ничего не делаю, а у меня всего хватает. Этого теперь нет,  и не было его раньше. Надо было, чем работать,  думать хорошенько, да с кем-либо советоваться. Может быть, что я делаю, это штука нехорошая. Говорят многие ученые, мы с вами с этим делом придем к коммунизму.  Это будет жизнь такая, всего будет хватать, и все будет в достатке. А только вот одно здоровье мы будем по-старому терять, и сами будем сходить с колеи, то есть мы будем умирать.

    162. Это не наша с вами идея. Нам надо одного международного человека во всех национальностях сделать таким человеком,  которого в жизни в природе не было. Чтобы он был победитель в природе, чтобы он не боялся природы, не хоронился от нее. А с нею близко стоял, и то он делал, что будет всем нам от этого хорошо и тепло. Мы его приобретали человеку искусственно. Это способ химии, но не естества. Нам говорит портрет. Не умеете жить, не становитесь на арену, и не делайте то в природе, от чего делается нам вредно. Мы придумали эту вот картину, и стали ее продолжать в духе своего знания. Мы знаем то, что с вами мы делаем. А то, что мы не знаем, мы это делаем.

    163. Поиски делаются портретом для того по природе, чтобы найти в ней такую тайну, которая предрешила нам в жизни все хорошее и плохое. Мы должны сделать у себя такого человека, который станет на арене своего места, и добьется от природы от людей. Ему за его такое хорошее поверят, и он свое место займет. Его как такового в своей жизни сохранит. Он между нами такой будет без самозащиты, а сильный, вольный во всех своих делах. Он у себя оружия никакого не будет иметь. Мешать он никому не будет, а свое будет ставить. Заболеете, будет вас природа держать в условиях. А я, как человек, этому всему помощник. Что вы тогда про это скажете. Все равно придете и попросите.    

    164. Попросите, но будет поздно. Так нам, всем людям земли, он от нас, таких дельцов. Как мы, сын с отцом,  не поладили за эту землю, за это богатство, за эту славу. Ни тому, ни другому права не дастся такого, как получит один человек. Он этим вот окружит себя, и станет на своем месте хозяйничать. Он займется своими делами. У нас он спросит: а что мы делали, чтобы от этого всего в природе заслужить. Мы в природе ничего не делали и не делаем,  и не будем так делать, как наш этот человек всех нас учит. Мы с вами учимся для того, чтобы умереть. Мы ищем по природе не плохое, а хорошее и теплое. Она нам даром в этом не дает, надо хорошо поработать. Поделать для того, чтобы крепко устать.

    165. Мы крепко устали от нашего труда, но никто из всех не найдется для того, чтобы в природе сказать: а зачем мы это делаем? Ведь все мы находимся в мешке, мы опутаны чужим природным. Нас наши отцы так научили. Надо подниматься с постели, мы поднимаемся скорее, глядим мы в окно. Нам нужно знать, а что делается в природе за нашим окошком. По достатку встречам мы природу. Нет, в чем – мы сидим в комнате, нас держит условие. Если мы придем к такому понятию, и признаем мы это, что надо нам родить такого у себя человека, чтобы он был в этом сильный и вольный во всем. Чтобы он учил нас не тому, что учат нас наши отцы в природе. Человеческая зависимость, она на людях не увенчалась, ей пришел крах. Она со своим здоровьем не считалась, лезла на острый рожон. Говорила сама себе. Я такая нехорошая к тому, кто живет со мною. Мои силы нехорошие. Жить приходилось за счет чужих свойств. Я всем надо буду.        

    166. Без меня в природе ни один человек не проживет. Где бы он ни находился, и что бы он ни делал, я там, как тут, его заставлю, чтобы он чего-либо делал. Я живу вместе с богатым и с бедным. Мои силы для них одинаковы. Они в природе бессильные делать. Все люди стихийно обиженные на арене, у них получилось несчастье. Природа сильная, она пролазит через всякого рода самозащиту. Человек хорошо, тепло одевается, все это делается мной. Или он собирается в какой-либо свой намеченный поход, далекий или короткий. А с собою берет мешок какого-либо добра. Все он делает не на хорошее. Ему  в пути требуется  покушать, значит, надо хлеб, да еще не один этот хлеб. Надо к хлебу сало или колбаса. Он сегодня здоровый человек, на себе несет лишний продукт. Человек с этим не считается, у него одно – надо жить. Как жить, об этом знает природа. А бывает, собрался человек, пошел в труд, он его ждал. А когда надо было его делать, он был беспомощный. У него одно в голове – жить. А у природы другое: не дать ему жизни.

    167. А когда хозяин собрался с силами, осеннее время, готовит пахоту под зиму. Он всю свою живую силу в ярмо запряг. А плуг 10-дюймовый, отправил лемех, только его три пары волов, да погонщик в этом деле надо. Он сказал, пахоту готовит к другому году для посева семян. Разве только об этом думает наш этот хозяин, он не хочет готовить без всякой прибыли. А разве с бедняком, я к этому богачу не пошла, я его в условиях побеспокоила. Говорю, ты разве не видишь перед собою такого человека. Кто же к такому богачу пришел попросить, чтобы ты ему дал мешок какого-либо зерна.  А ты неправильно с человеком поступил, не дал ему зерна. Да еще велел, и свои слова послал: «Надо работать». Он бы, может, и рад работать, но нет, к кому поступить. Поэтому его заставила его зависимость по этим порожкам подниматься. Мы имеем дома двухэтажные, а ты, бедняк, поднимайся по них. Дадут ли, ты не знаешь, но подняться будет надо. А когда хозяин откажет, то тут уже будут можно и помолиться. Напрасно я по этим вот условиям пробирался, мне, как просящему, отказал.

   168. А я повернулся, чуть ни заплакал, пошел без ничего. А разве это не мой человек пастух общественного стада. У него нет выходных. Он знает свой день, от солнца до солнца ему приходится не вслед за каждой коровой ходить. Пастуха дело ее напоить хорошо, да обед, чтобы она пилась, а потом ей отдых. Голодная скотина лежать на боку не станет.  Вот когда надо пастуху поднимать, он тоже про это думает, сам собою мозгует. Я, говорит пастух данного стада. Мне надо …А на земле чтобы был король. Я на каждом листочке, на каждом куске земли, за которую человек ежегодно хватается. Он все свое время одно ждет, и к нему оно обязательно придет. Только земля не хотела его такой завести. Она его не ждала так. А он про нее думать стал, после общественного дележа жребий достался. А теперь необходимость заставляет вместе с зависимостью.

    169. Она так велела пахать под зиму эту землю. Она под толокою пролежала, никого из всех не ждала, кроме одного серенького зайчика. Он от нее был независим, не нуждался ничем, кроме зеленой травки. А корова наша соломы наелась. Она сегодня благодарила ввиду одного прошедшего дождя, был хороший корм. Земля как увидела этого человека, затряслась она, когда он стал мерить вокруг своей саженью. А табор его села стоял, ждал своей команды к этому делу приготовиться. Плуг на свое место. А за него зацепили войца с ярмами, да волы с рогами запрягали. Надо будет веху поставленную видеть, чтобы … прогнать борозду. А по борозде мужик, как какой-то ненасытный человек. Ему этой борозды мало. Он по ней шагает, а сам про прибыль думает. Это не одно, что он ее вспашет. Надо угадать такой день, в котором придется чего-то иметь, чтобы не промазать.   

    170. А когда уже хозяину повезет, то сверху камни будут сыпаться, да в закрома зерно сыпаться. А зерно это золото, его люди приобретают в труде. А наше дело – его поедать. Купил мешок муки, после думай про другой, и на это мужик располагает. Когда в закромах есть зерно, то и деньги в кармане. А раз деньги есть, строй мельницу. И на это люди бывают, молоть людям зерно на муку. Ее на базар везут продавать. Мужиков дело с землей барахтаться. То направо, то налево одно бросать эту землю. Она им пашется не зря, их, этих мешочников, очень много на белом свете есть. А пудовиков еще больше. Все они зависимые от природы. Если бы их не было в жизни своей, мужики бы не гонялись за этой саженью, за этой землей. Не пахалась бы она, и не сеялось зерно. И не убиралось то чистое, как янтарь, это зерно. Хозяин держит в закромах это всех нас золото, мы чем живем и поедаем. Не быть этому мужику – не быть и нам. Мы живем через его одну мысль, она нас всех за нос ведет.

  171. А главный кондуктор получает в … проездной лист, идет к поезду, принимает на место указанное поезд. А там были водители паровоза, механики дальнего следования поездов. Главный получает от дежурного приказ отправиться, главный дает свисток, а механик за свисток к отправлению. Наш поезд, которого главный принял, он зачирикал, быстро отправился от начального места. Механику, как одному из всех, надо смотреть вдаль, да за ходом машины. Издалека мы, живущие на этой земле, смотрим, видим издалека, как наши поезда по магистрали бегают. У них позади от паровоза остается след дыма. А один старший смотрит, он боится, как бы какого-то пассажира не оставить. Поезд был на … Люди сидели на своих местах.

   172. Про свое намеченное прибытие они это время ждали. А на ветряке хозяйском, совсем чужом, очень тяжело служить, у хозяина задабриваться. Это лучше будет нашему брату на свете не жить. Зерно принимаю, муку мелю, а чтобы своей назвать, этого права не имею. Мельница работает.     

     Портрет у зависимости спрашивает. Что ты из этого всего получаешь? Я, говорит она, с ними вместе ямы роем, себя за эту вот землю, за это место жизнь свою отдаем. Один другого в этом всем догоняем, и, если силен, отбираем и присваиваем. Говорим: это наше. На этой земле не раз проходил по этому месту всякими манерами. Воздух, он с собою в атмосфере тащил вслед и солнышко яркое, и тучи нависали с проливным дождем.

    173. Эта земля не раз с рук в руки переходила. Эта земля, чего она у себя? Люди по ней бичевали, присваивали своим именем, дрались до самой крови. Этого хотели, чтобы другой человек в этом не жил. Один имел свое хорошее, другой еще лучше показывал, старался сам себя в этом показать. Он своей хитростью приобрел. Говорил: это все мое. А когда на него набросилась природа, то он от нее получил свое бессилие. Он бы рад чего-либо такого сказать, но у него к этому сил не хватило. Он был в эту минуту болен, его тело у себя не имело веры к жизни, он был склонный к смерти.   

    174. Говорят: сколько ни живи, сколько ни воюй, а все равно приходится одеваться. С зависимостью прожил в природе отец со своим сыном. Он им, как сыном, распоряжался. Сын был бессилен в этом. Даже отец сына ножом хотел зарезать, и также отец сына своего родного убивал за справедливость. Долго история эта проходила между отцом и сыном, пока люди поняли на земле, что такого бога не было, как его хотели сами люди посмотреть. Он по земле не ходил со своими силами, он был в высоте мыслимым. А когда ему надо родиться, он в человеке сам лично делом явился в его организм. Его тело такое же самое, как оно есть у всех нас. 

    175. Бог на землю к богатому не придет, он на землю придет для обиженного человека. Эти люди, которыми мы все время хвалимся. Мы, мол, коммунисты, не такие же есть капиталисты, которых мы на сцене видим. И по истории всей жизни знаем, что впоследствии с этих людей получится. Один прах в земле получался до этого, и он будет получаться, ибо это есть правда. Эти хвастуны, они долго не живут, и не делают свое дело. Их природа всех заставила умирать. И будут они за свое сделанное в природе умирать. Они все сидят в мешке. Их природа так, как это следует, не ведет, и не сохраняет их так, как нужно. Она вся на этого человека переключилась как никогда. Он не пришел на землю им мешать, а своим поступком помогать.

    176. Вот что портрет говорит про этого вот  человека. Он со своим не пришел мешать всем вам живущим. Мест там хватит, умирайте больше, вас таких, как все люди, всех закопают. Это только останется он, один-единственный человек, кто есть, как мы. Он не нуждается землей так, как она нам для нужд требуется. Мы на ней на вот этом месте стараемся сделать то, что нам надо от нашей стихии, которая есть для любого человека в природе. Мы, этакие люди, на нашей земле стараемся найти те условия, которые нам одно время дают пользу. Природа так, без всякого она не дает ничего, только возьмет и накажет своим недостатком. Она любит физическое живое дело.

    177. А жить нам, таким людям, как мы в данное время сейчас живем, нам хочется жить, и очень крепко. А природа с самых маленьких лет заставила, чтобы мы делали, то есть трудились, как никогда, очень тяжело. А если мы только не будем это делать, что мы делаем с вами, у нас не получится жизни. Мы о ней очень много мыслим, но чтобы получилось в нашей жизни, мы с вами не умеем жить. У нас нет того, что надо. А портрет, он бы этого человеку никогда не пожелал, чтобы так лезть на рожон. В природе бывает день, да еще какой для человека милый. В нем тепло солнечное греет, всякому жизнерадостному хочется жить. Да сам себя чем-либо в жизни накормить. Особенно кровожадное животное, особенно человек, он кушает живое и мертвое.     

    178. Мой близкий сосед сидит на своем месте, огородился кругом. Хочет сказать, что он правильно поступил. А от него другие его близкие также огородились. Говорят: нам это так нравится уходить от своих близких. А чужой далекий по существу. Ты тут ни за каким видом не подходи. Я давно уже так, что мне придется со своим хозяйством перед другими хвалиться. У меня это есть, а вот этого нет. Но зато у каждого человека есть эта причитающаяся для жизни земля, она нашего брата своим делом заставляет о ней думать. И решает о ней, что с нею сделать. Это будет такое начало. Дождаться от природы такого приходящего времени, к нему приготовиться, что будет надо заиметь. И как чуть что такое, уже надо приступить. Иван Носов о своей земле не думал. А говорить, он всегда говорил: «Я шахтер». Могу работу под землей всегда выполнить. Особенно зарубку я рублю любую. Это мой такой был перед мною клад в труде, два рубля за нее.  

    179. Я, говорит Волков Василий Леонтьевич, Сяко его дразнили, лучше останусь без всякой земли. Зачем она мне надо. У меня есть жена, дети, и я имею здоровье, и к кому-либо наняться в срок работником. Для хозяина день и ночь. А домой прихожу погостить, да на детей посмотреть. Я отец своих детей. Копейку зарабатываю для того, чтобы их сохранять. Александр, Саша Полехин вечно работает, на верхах точит уголь для спасения своей крестьянской жизни. Всегда он ходил весь в поту, трудно было ему ровняться с людьми здоровыми. А Иван Савельевич Савалетка своим голосом всегда пел, да приговаривал свадебные песни, всегда вдвоем с Никоном Радионовичем, они были по соседству близкие песни петь всегда. Работа их была одна  шахтерская. В шахте больше работали, чем им приходилось быть на работе в крестьянстве. А С… местный коваль изучал всю свою работу для того, чтобы крестьянству помогать. Иван Иванович вечно физически никогда нигде никак не работал, всегда жил за счет своей хватки. Он был удовлетворен отцом, у отца была копейка. А Митрий Сергеевич, это брат Артема Сергеевича.

    180. А рыбалка тоже был своего масленичного дела хозяин, он бил населению масло. Сам жил от всех людей хорошо. Это была его нажива частного характера. Мы там били масло вдвоем с Власом. А Ребриковой был мельник муки, он молол муку людям, зарабатывал деньги. Я вам про прошлое, про прошедшее скажу один из всех. А сейчас моя мысль работает не про это самое дело, которое наступает, оно должно быть. Мы, все люди данного характера, ждем от природы большую прибыль для того, чтобы обогащаться. Человек от плохого быстро уходит, он не хочет трудно.

    18 марта вечером передавалось и показывалось то, что наша зависимость имела и имеет. И будет иметь, какой бы ни был в природе человек. Он своему закону всегда может сделаться преступным  человеком.

    181. Раз это дело живет меж нами такими в условиях, мы его будем делать. Мы люди этим больные, нас условие заставлять. Человек это условие видит, он обойти не сможет. Такая дорога лежит на земле. Люди живут все в природе хорошо и тепло. Если бы это была истина, то прокурор от своего начальника не ждал бы дела какого-либо раскрытия преступления. А начальник своих подчиненных награждает за какое-либо раскрытие. Оно нами делалось в условиях, и будет оно между нами делаться. Мы все зависимые, у нас только есть. Наша зависимость души и сердце одинаково не удовлетворяет. А место каждому человеку ввело зарплату. Поэтому мы воры, убийцы, в необходимости своей армии сдавали. А сейчас мы разбираемся с человеком, он вор, он тунеядец. Спросим у него.

    182. Хочет он жить хорошо и тепло? Кто не хочет, все хотят. Живут ли они так? Нет, не живут. А зависимость такого права не имела, чтобы его обогатить. Один живет удовлетворительно, другой нет. А жизнь ведет и делает по зависимому. Не поймался – прошло. Поймался – будут судить. Так оно делалось, так оно и делается, и будет так оно делаться между нами. Вы меня знаете хорошо. Иванов закаленный ученый практический человек, независимый в природе, помощник бедному, обиженному, больному человеку. Я принимаю людей, их учу, чтобы они не простуживались и не болели. А их болезнь уходит через мое учение, они получают здоровье. Меня блюститель порядка Кировоградской области, Бобриковский район, начальник милиции, как Бога, в этом задержал за мою способность. Что я делал? Я закалялся. Они меня, как больного, послали в Одессу в изолятор психиатрический. Меня признали там здоровым человеком, только за мною осталось тунеядство.              

    183. Я работал, я работаю, и буду работать на благо всего человечества. А меня на суд одели, обули. И шапку на голову тунеядцу одели. Кому тут докажешь? Вы думаете, я не писал прокурору, или Вере. Они хотели убить, как барона цыгана. Я был огорожен учеными в Москве. Читайте вывод ученого совета при министерстве здравоохранения СССР. Своему делу прав. И хочу сказать вам, и сейчас прав. Жду ученых, три года и 10 месяцев испытывали врачи. Мне оттуда дали волю на четыре стороны. Я должен свое довести до конца. Я Учитель, учу человека, чтобы он не простуживался и не болел. Почему молчат. Вы спросите в Ростовском областном здравотделе. Там заместитель Поляков, он вел дело и замолчал, истина моя его окружила. Мои силы, моя воля, осталось право. Так что же теперь мне молчать, если я один между вами такой независимый? Я не ворую и не убиваю, а помогаю обиженному больному. Вы их сажаете. А я, по своей идее, буду выпускать. Надо человека сделать независимого.

    184. Он тогда не будет убивать и воровать. Если мы заставляем трудиться, биться с природой. А потом попадаем в больницу, и там умираем. Человек не причем, его условие такое заставило. Он разбойник, самовольник. Что захотел, то и делает. Независимость говорит: мне твоя земля не надо, чтобы я ее беспокоил. Она мой есть материк друг по жизни, и также вода и воздух. А вы, все люди зависимые, воюете с природой, она – с вами. Мы – искусственно, она – нас естественно. Мы умрем. А независимость моя жить будет. Вот что Иванов добился. Жизни, но не смерти. Без всякой зависимости человек своей профессии не сможет продолжать жизнь. Разве прокурор не знает, кого он судит. Это же бедный, он обиженный человек. Он хотел бы лучше пожить без этого наказания. А жизнь человека велика, она обширная. Если бы человек не видел в этом другое, он бы на это не решился. Он испытывал на себе, на таком своем счастье.    

    185. Это ни что такое, как была личная цель. Разве делец, какой бы он ни был, он должен обязательно ошибаться. Разве прокурор не такой человек. Только прокурору будет страшно это делать. И начальник милиции знает, что есть воры, и они воруют, но не все пока ловятся. Об этом сама зависимость говорит: честно жить – дюже бедный будешь. Я вижу, я слышу, и делаю вместе, но поделать не смогу. Все люди этим больные. У него на это есть место, он в нем огорожен. К себе тянет во двор живое и мертвое. Особенно когда частная собственность разрасталась, она никого не признавала. Все было его. Да и сейчас колхозная, совхозная система, она строится на началах нелегальности в природе. Чтобы зависимая была правда, этого ни один человек не имел. Хоть немножко ей недовыполняет. Богу все люди крепко верили, его просили, но ни один человек в жизни его заповеди не выполнял. О том так сказано. Лучше не верить, чем не выполнять.

    186. Работать приходилось тяжело, но надо. Люди шли на жертву, им была в этом жизнь. Он договорился, чтобы за это все, сделанное им, деньгами получить. А хозяина было такое дело, чтобы эта работа не стояла. Он хотел, чтобы эта работа ему прибыль создала. У него была своя земля, только ее нужно было пахать, и на ней сеять пригодное зерно, чтобы у хозяина была в закромах пшеница. А эта пшеница чистосортная для экспортного рынка на пароходах отгружалась. Что это такая за жизнь наша? Родился для того, чтобы на белом свете пришлось легко жить, а мы этого не получаем. Природа, она такая штука, легкого человеку не дает. Надо будет трудиться, чтобы эту одежду заиметь. Много сил надо положить для того, чтобы эту красивую фасонную самозащиту  у себя заиметь. Она руками мастерится, делается человеком. Также надо себя накормить, для этого немало труда заложить. А жилой дом составить.         

    187. Он в жизни делает один раз. На облюбованном месте, где хозяину понравилось, он там поставил для себя этот жилой дом. Он с окнами, с дверями, с трубой, там во внутри делается все. Хозяин на целый год запасается, чтобы у него был продукт непортящийся. Он его хранит, как око свое. И к этому добывает в природе хлеб, растит на земле. А в природе таких мест, где родится прибыль. Она для человека не жалеет ничего. Надо будет птица, он ее разводит во дворе. Надо будет хозяину овцы, он их приобретает уходом. Надо будет свинья, он начинает с маленького поросеночка. Также заводит корову, а потом бычка, не одного, а парочку. Также к этому всему лошадку с драгами. А когда есть лошадка, к этому упряжь. Хозяин не кланяется никому. А как вздумает куда-либо проехать за чем-либо, привезти.

    188. Он, как хозяин своего добра, весь год напролет не спит, да думает про эту вот свою землю. Она его кормит, она его одевает, и в доме он через нее живет. У него, как у хозяина такого, кто для этого вооружился. Ему, как небывалому человеку, в этом везло. У него растет хозяйство везде. Что он ни начнет делать в жизни своей, у него получается. Убыли у него не получается, а только прибыль. То была одна лошадка и одна пара волов, а сейчас у него пара лошадок да две пары волов. Уже есть, чем сам себя называть хозяином. И работа непрестанная для всех есть. Некогда отдыхать, надо кормить худобу, надо кормить себя. А также за нею наблюдать, как за собою, с-под них вычистить, им надо послать. Как за собою, так и за скотиною, она это любит.

    189. А когда человек за этим ухаживает, он ею, как хорошей, хвалится. На него никто так не скажет, что он не умеет ее блюсти. Это бывает в природе такие люди в редкости, у них счастье рождается в природе один раз. Это хозяйство показательное, как никогда стойкое и крепкое, оно нас, всех селян, за собою тянет. Все люди этого примера придерживаются. Хотят быть такими, как этот вот на все наше село богач. У него есть такие возможности лишние. Он может уже у себя подсобную силу нанять. У него уже средства имеются, он ими все делает. Хочет строение, как строение поставить. У него на это ум работает, а руки не перестают делать. Мы смотрим на сегодняшний день, а какой он и к нам такой пришел. Он нас своими качествами не забыл.       

    190. Взял свои силы нам показал, так они и до этого времени делают. Один человек ловит рыбу, ему это дается. Он на это нюх свой имеет. Так в этом делается все людьми. Но вот этот трактор, и та разница между одним человеком и между другим. Мы никогда не скажем на того человека, кто не спешит, кто не хочет в природе по своему делу спешить, он всегда будет в хвосте. А тот, которому не спится, не лежится, его тоска не берет. Он на этом тракторе землю пашет быстро. У него руки не такие, как они у всех. Это человек, которому приходится в жизни своей вперед спешить. И так он свою историю делает, чтобы она была показательная. У человека ум дорогой, а руки золотые. Если он взялся сделать что-либо такое, он его доводит до ума. Ему это есть, как болезни лечение.   

    191. Ему, как таковому лицу, в жизни своей все люди собираются, и свое на нем показывают. Как же не будет для нас такой в жизни показатель, если он этим вот коллективом руководит. Его как такового избрали, он этим работает, это его в этом деле основа. Он ведет свое хозяйство. Ему, как хозяину, оставляют за его все хорошее большую благодарность. Он эту работу сделал и ее между нами случайно показал. Я хочу сказать про наших избранных таких. Они за свою хорошо сделанную работу, их всех народ принимает. Говорят, что это их руки сделали. А ноги быстро меня как такового похвалят, это так бывает.

    192. Человек, он же на пороге этого дела. Партия не вся такая есть, она добрая для хорошего дела, если он хороший хозяйственник, если ему в этом деле везет хорошо. Он является водитель тяжеловесных поездов, он поднял свою работу на высоту. Ему как таковому свои люди сказали. Ты этакой человек, очень хорошо смотришь, далеко видишь. Сам себя считаешь таким человеком, которого мы в этой области не имели. Он сделал то, что нам с вами не приходилось делать. Сидеть, ничего не делать в этом деле, тебя посчитают другие люди не таким, как это надо.

 

1971 год 20 марта

Иванов

 

Набор – Ош. С копии оригинала. 2014.03.06. (1501).

 

    7103.20   Тематический  указатель 

Снег  2

Тайна в человеке  5, 27

Луна и Земля  11

Две комнаты  11,12

Неудовлетворение  19

Пробуждение, ноги  27

5 заповедей  27

Пища, одежда, дом  31

Хорошее и теплое, плохое и холодное  41, 43, 113,128, 141

Бог Учитель 42, 49, 62, 63, 68, 74-76, 84, 90, 91, 107, 141, 175

Ноги мыть  43

Учитель судит  43

Прощать врагу, враг  33,48

Просьба Уч.  49

Воздух, вода, земля  52

Дом  54

Болезнь  55

Утомление  55

Знахари 55

Учитель и народ  60

Церковь  60

Здоровье и жизнь  62, 69

Одна зарплата 33 – 62, 33

Первая мысль Учителя  65

33 рубля  33

Что дает учение Уч  67

Война с природой  70

Отец, сын, дух  71, 134

Одежда  81

Смерть  81

Кто Иванов  182

Природа  82, 100, 127

Бог отец, бог сын, бог дух святой  88, 101

Первый человек  96, 97

Независимость  66,101, 128,140, 129

Поток  150, 183, 184

Рождение Паршека, семья 102

Тепло внутреннее  106

Учитель учение  114

Зависимость  126, 128, 165. 182

Дух  128, 140

Против предкового порядка  131

Сухаревская  147

Рак  155

Коммунизм  161, 162