Бог родился в России. Пр. 1972.04.с.192.

Ушиб стихия. 1972.04.с.97.

 

Иванов П. К.   

Бог родился в России

Продолжение

 

Учитель Иванов

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

 

      1. Кто создает жизнь и смерть? Наши на земле люди, у них дело для этого начала. Нам нужен человек, мы его делаем в природе сами. Заставляем его сами, чтобы он учился делать то дело, от кого вся жизнь зависит. Мы в природе зависимые. Для нас природа все дает, она живое родит. А мы его делаем мертвым. Человека мы рождаем для жизни, а процесс сделал человеческой жизни первого человека. Он себя заставил, чтобы с природой не водиться, так близко к ней не быть, и не видеть того, что у себя имел первый неумирающий человек. Он был независимым в природе. Ему не приходилось так ползать по материку. Он не приглядывался и не видел перед собой другого, какого-либо подобного ему. Он был Бог земли и Победитель природы. Его живое тело сохраняло условия в природе. Ему воздух, вода и земля были близкие неумирающие друзья. Он их любил, всегда с ними встречался. 

      2. По-тогдашнему они вели разговор, друг друга они понимали. У них такого не было, чтобы человек с человеком встречался, у него как человека спрашивал: ну как ты там в своих условиях поживаешь. Такой жизни не было на земле, как она сделалась одним человеком. Ему в природе был рай через его живое тело. Он даже мысль у себя не держал в голове. И не имел разницы. Он до этого дня не знал, ему ночи не было. Как таковое солнышко не существовало. Как было тогда, Бог нам расскажет. Ему люди укажут за его сделанное место. Он так и к нам даром не пришел, у него одно дело такое – сделать себя между всеми Богом. Он такой же человек  со своей мыслью зародился, он первого человека поднимает на ура.  Он тоже без всякой мысли не начинал делать. У него было одно – увидеть свое. Желание появилось разделить пополам природу. Ему, как человеку, как первому, пришлось увидеть огненное солнышко, которое заняло свое место сходить и заходить. Утром оно поднималось, а вечером оно заходило, одно время была ночь, что человеку приходилось видеть. Но ему хотелось увидеть перед собой человека такого, как и он был.

      3. И на это пришла на его встречу. Ему далось увидеть в таком виде человека, как и природу. Она у себя сделала время, лето зиму. Молодость поставила для развития весна, а осень со зрелостью преподнесла. Мы, говорит, в этом рожденные. Не его природа дала человеку, а ее муж и жена повстречались, и стали друг друга учить. По закону деятельности, по старшинству, надо бы ей учиться, а оно наоборот. Она разумела природу, как мать свою. Стала ему говорить: мы с тобой хозяева и самые начальные люди. Можем то мы делать, чего человек не делал. Стали выход искать: а что делать дальше? Природа тут как тут со своими силами, им плодородное дерево представила. Им запах ввела и заставила это все пробовать кусать, жевать и глотать по возможности. Не сил набираться, а их в этом деле расходовать. Это, что было, мы расходовали. Этого не стало. У нас у двоих пробудилось свое общее желание похоти. Мы выход нашли, между собой образовалось по природному, можно сказать, он и она. Стали пробовать, этим удовлетворили себя.

      4. В этом удовольствии поимели потребность. Она так, без ничего, к ним не приходила – брала их и вела туда, где они не были. Они в природе много сделали. Чтобы у них были дети. Они слышали голоса, они видели в природе очень и много, и живого, но мертвого они не встречали. Они этим радовались. А вдруг им дало знать в процессе всего этого. Она во внутри услышала свою живую вещь, она стала биться. Стало давать знать, что-то там делалось и прибавлялось. Давало им задуматься, от чего это делалось, у них было по этой части большое незнание. У них был практический физический в деле труд. Им приходилось двигаться по чувству их тел. Они старались по природе искать от этого дня лучше. Им природа не отказывала, чего они хотели. Она им давала их хорошее и теплое, которое они имели природное. А в процессе всего этого они свои силы оставляли позади, а делались в природе зависимые.

      5. Им надо будет для их жизни климатическое условие. Они сперва, они легко восприняли это все, а потом их встретила детская забота. Они у себя народили своих деток, им потребовался их уход. Они стали по-своему воспитываться, они огораживались одеждой, им потребовалась пища да жилой дом, куда потребовалось из природы тащить и удовлетворяться. Дети стали проявлять свою любовь в природе. Одного заставила овца разводить, а в другого был хлеб, зерно. А все это, по их выводу, им за их труд Бог дал. А ему надо, по предковому явлению, люди, имеющие это добро. Они обязаны перед Богом сделать какое-либо для своего начала жертвоприношение за то, что им Бог дал такую прибыль. Их, по истории, два было пути. Одна себя вела за счет животного, другая себя заставила землю копать, сеять зерно, приобретать хлеб, чем первый человек стал жить на земле.

      6. Да дела творить, как творятся дела человеком на материке многонациональными людьми. Кто как по-своему на своем месте родном живет. И чем они занимаются. Все люди есть охотники. Кто как своей индивидуальностью заставил себя сохранять. И кого как природа научила, как будет надо с нею воевать, то есть заставлять природу, чтобы она им давала не мало, а много. Люди ума огородились золотом и серебром, ввели между собой мену, а потом вслед за этим сделались между людьми коммерсантами своего природного добра. Не пожалели на костер положить ягненка и мешок зерна, пусть, мол, Бог эту жертву принимает. Бог, то Бог, но не будь сам от этого дела плох. А Бог сперва этого не хотел, что сделал сам человек эту жертву. Это на себе жизнь на земле, два человека – две жизни на земле. За свое хорошее и теплое хвалиться стали перед богом.

      7. Человек человека убил сперва. И также между большими обществами и маленькими обществами начинались не на жизнь, а на смерть войны за землю, богатство, за вооружение. Пошла между собой убийственная национальная торговля. Стали природу хвалить и корить между деньгами. Стали свое государство охранять физической силой. Люди в этом были хорошие, а были и плохие. Через Бога появление держал себя в физическом здоровье. Были рожденные природой богатыри, силачи, сорокаведерную бочку сам человек поднимал. Царю нашему эта цифра не давала ничего. Ему надо была армия умелых полководцев, хороших вояк, чтобы убивать безвинного человека. Его убивают при таком развитии, при таких ученых, при такой обстановке, которая делалась и делается сейчас. Она и будет так делаться на нашем материке. До того времени мы будем делать, пока не изменим свой поток в природе, перестанем думать о потоке в природе хорошем и теплом.

      8. Мы, все ученые и неученые, станем думать о природе, об одной стороне и о другой стороне. Одна: мы сохраняемся в ней, все мы живем на сегодня хорошо и тепло. Для этого всего мы трудимся, не жалеем самих себя, в этом  всем теряем силы свои, и в этом приобретаем. Мы умираем сами. Вот это наш всех таков есть поток, мы с ним жили и живем так, и будем жить так.

      А новое небывалое. В жизни человека мы не хотим признавать русского простого и небывалого. А мы его видим, он своим поступком ломает наше. Он не радуется нашим, а свое на арену ставит. Нам говорит Иванов.

      Какие мы богатые во всем люди есть, чего только мы не имеем. Расскажу о молодежи, о той молодежи, которая творила в Японии на 11 олимпиаде. Она своим выступлением, своей физической работой на своем возложенном месте. Он или она показали всему миру искусство, это ли для нас есть между молодежью плохо?

      9. Она сделала то, за что и получили люди золото, серебро, и пусть. Я говорю не об этом, а о том, чтобы не жить однобоко, а надо жить по кругозору. Пожили хорошо и тепло – давайте попробуем и возьмемся за плохое и холодное.

      Первая олимпиада, она тоже начиналась людьми, и 12 олимпиаду наметили. Это не новое, а старое. Дарвина слова: сильный будет побеждать бессильного. А как была для нас всех смерть, так она и осталась. Иванов в природе не отыскивает тайну и не вооружается в природе. Пошел чистым телом в природу, приблизился к плохому и холодному. Это воздух, это вода, это земля. Проявил между этим любовь и великую дружбу. Нашел в этом жизнь бессмертную. Ввел свою писанину об этом Иванов, просится и просит нас всех всего мира ученых, чтобы его идею признали и разрешили ее молодежи опубликовать. Я написал вступительные слова, где выразил свое такое желание. Нам надо такой человек, мы его должны между собой сделать.

      10. Вот что человек, это Иванов, сделал в природе. Он, по этой части, второй человек, делает не то, что сделали мы за золото  и за серебро, и за бронзу. Он от нас ничего не просит, а просит с этой идеей быть человеку. Закалка-тренировка есть между всеми людьми наука. Я ее сделал на себе, мое это дело. Через это дело я самородок. Мой источник – закалка-тренировка. Тружусь я один на благо здоровья всего человечества. Учусь в природе, хвалюсь перед миром. Истину хочу сказать за само хранение моего лично тела. Мое молодое закаленное здоровое сердце 25 лет человека. Это выхаживание мое. Я не боюсь врага, не страшусь ничего, даже не боюсь своей смерти. Если бы этого у меня не было, я бы давно уже умер. Я человек земли, дышу крепко, а говорю очень резко не про какое-либо чудо, а про природу, про практическое физическое явление.

      11. Про чистый воздух, про вдох и выдох, про снежное пробуждение, про мгновенное выздоровление центральной части мозга. Люблю и болею за больного, никогда про него не забываю, душу его знаю и сердце. Хочу помочь, через руки свои током любого убиваю. Это нам не слова говорят, а все делается делом. Рука пишет правая владыка, никогда про это не забыть. Очень справедливое, а просьба какая. Меня надо просить – будешь здоровый. Это кому не надо, юноше нашему молодому?  Нет, уважаемые. Это мировое значение. Нам надо знать и любить природу, как мать свою родную. Она нам словами говорит правду. Не болезнь играет роли над человеком, а играет роли человек над болезнью. Нам надо учиться у Иванова, чтобы не попадать в тюрьму и больницу. Жить надо свободно, не лезть на рожон. Какая будет слава этому человеку, он будет встречаться с людьми по дороге с дедушкой, бабушкой, дядей, тетей и молодым человеком. Им надо поклониться головой, и сказать вслух: «Здравствуйте».

      12. Эх и жизнь моя для всех тяжелая. Поймите мое терпение, мне плохо и холодно. Закалите свое сердце так. Милые мои люди, гляньте на солнышко: вы увидите правду, свое выздоровление. И будете таким, как я, Победитель природы, Учитель народа и Бог земли.

    А мы и до сих пор  кричим, за землю поделились пополам. Одни верят Богу невидимому лицу, а выполнять не выполняют, им всем грош цена. А другие совсем не верят, а живут также хорошо и тепло. Мы жили, мы живем, мы будем жить по зависимому, по природному. Нам таким людям, кто идет со своим здоровьем на рожон. Ему этого, что он сделал в природе, оказалось мало. Он с этим не согласен, идет дальше. Ему мысль подсказывает, что природа не так зря себя в условиях держит.        

      13. До этого всего наши отцы, матери, они в недостатках окружались. Им природа не хотела на это дело давать. Но человек проложил свою мысль, он тоже частица этому всему. Свое желание заимел. Лишь бы сказать один другому: нас двое, а природа не начата, мы же ей есть хозяева. Стали ползать, стали приглядываться. На такое добро мы руку протянули, его как яблоко окружили, скорей в рот кусать и жевать. Делать в своем теле между этим веществом слюну, такую жидкость, с чем было нетрудно проглотить. И там новое место делать, это вновь организовано технического вида желудок, которому помогла атмосфера внутри зажечь, для перестройки вкусного пахучего в непригодное телу его держать. Воздух долго дулся, и все же это на землю протолкнул, переработанное телом человека.

      14. Признано этот процесс не первым, ему придется сюда по глотательному каналу попадать не раз. Это пополнение, одно приходит, другое уходит. Так же само и между людьми живыми введенная  жизнь. Разве человек человеку помешал. Между двумя образовалось зло против одного и другого, убил же своего брата за это. Что они искали долго, нашли, их природа вознаградила, и перед богом они стали хвалиться. И вот якобы бог одного из них признал дары, а другому отказал. Человек уже человеку в этом помешал. Человек над этим человеком сделался убийцей. Он не спросился ни в кого, а можно этого человека было убивать. Его сила заставила это сделать, человек человека первого за природное добро убил. Это было между людьми их начало, как в физическом деле, лишь бы одно яблоко проглотить.

      15. А другое на пути, это в жизни сделал сам человек. Он делает сейчас на себе лично. Бомбу сделали, применили. А теперь такая система развилась между людьми. Одни имеют средства производства для того, чтобы других людей там держать и заставлять работать, делать эту штуку. Люди людям сделали бомбу и самолет, научили люди людей убивать. Это ничто такое, это есть введенная система война на людях. Не какая-либо война, а убийственная. Для этого люди поделились пополам. Одни говорят, что мы делаем правильно, своих врагов убиваем. Это делают белой расы люди над черными людьми. А мы их признаем и им помогаем, пусть они нашим оружием воюют. Их это дело правое свое отстаивать. А право такое завоевывается. Место твое надо занять, чтобы тебя не было, а я был.

      16. А место такое, оно было, оно есть, оно и будет. В людях сделаем, завоюем, убьем внешнего врага. А внутреннему врагу куда прикажете деваться. Это природа, она родила человека для жизни, но люди по-своему повернули эту жизнь, заставили себя умирать. Сперва один человек в природе умер, его не стало, а сейчас умирают очень много, и помрут все те, кто живет на белом свете. Их природа за их дело убивает, такая система между людьми развита на людях, она идет от одного человека. Природа этот поток меняет, ей надоело, не в мочь в земле держать человека в прахе. Он же лежит до времени, и на него найдутся силы, которые придут всех обиженных поднимать. И скажет: что мы делали и для чего это делали. А мы скажем: хорошее и теплое имели. Он нашим не порадуется, а свое покажет, которое нам не по душе. Мы так не учились жить, как научился наш Иванов.

      17. Он руку свою поднимает не за войну, не за убийство, не за тюрьму, не за больницу, а за жизнь свою неумирающую. Бог за здоровье, чтобы не болеть и не простуживаться. А раз он этого хочет у себя получить, он просит солнышко, умоляет его через природу, через воздух, через воду и через землю. Они наши создатели, без них ни один человек не родился, ни одно животное не появилось на белый свет. Мы все делали в природе только с ними, жили и богатели. С нею дрались за ее создавшее, особенно за нашу мать. Она нам родила урожай через наш по ней труд. Она нам чуть не скажет своими словами: что вы, такие люди, делаете надо мною, я и без вас смогу прожить. Меня бурьян, разнотравье, цветами засыпает. А моя вся лежащая жизнь всегда со мной и с моими друзьями в ладу.   

      18. Они не управляются цветы опылить, их я насадила. А сейчас у вас на это большая есть техника, вам не тяжело яму вырыть и закопать. У вас техническая для этого сила. Лишь бы захотели, вам природа дает. Нам надо в жизни хлеб, нам надо хлопок, нам надо уголь, нам надо нефть, нам надо руда. Нам надо лес, нам надо промыслы, все реки и озера, да моря и океаны. Этим мы живем и удовлетворяемся. Наделали машин разного характера, а ими загатили греблю, поставили там электрическую станцию, ток там нашли, пустили туда, куда потребовалось. Сила свет ввела, канал прокопали. Заводы, фабрики, шахты энергию получили, снабдили транспорт. Сами катаемся и перебрасываем грузы для надобности. Кажется, еще за воду, орошение не сказали. И туда вода пришла. По плану все делаем. Научились мы встречать и провожать дни.    

      19. Нам природа давала, дает и будет давать. Мы получили, у нас есть, но одной тайны на жизнь нема. Есть у нас смерть, обижает природа нас всех. А чтобы помочь нам в этом, нет средств и человека. Есть медицина, техническая, химическая система. С оружием в руках мы стараемся больному мученику помочь. Мы эту науку на врачах развиваем, делаемся профессора, ученые высокой степени люди, доктора. Словом, люди доверенные истиной. А как был между людьми враг, так он и остался между нами такими, кто не хочет изменять поток людской, прогнать, а Божий поставить. Люди не любят природу, считают ее врагом, ведь она на человека нападает и делает с него бараний рог. А помогать от этого некому, кроме одного рожденного между нами всеми Бога.  

      20. Он сам пришел, испытал, узнал в природе: а что будет нашему человеку делать. Чтобы в природе такой, какая она есть перед нами сейчас на нашей земле, в воздухе и на воде, как хозяину всему этому началу. Он хочет и крепко стремится в природе тайну. Сам хорошо знает свою расположенную землю на материке, по ней ползает, бегает на автомашинах по проложенных асфальтированных дорогах. Одна против другой ходят, за этим человек смотрит. У него глаза, у него руки и ноги. Правила о движении, о безопасности учеными экзаменуются, чтобы в этом его была гарантия. Этого человек не сможет сделать. За счет воды и воздуха на земле машиной и человеком делается. Это не ноги свои, которых ты, как хозяин своему климатическому условию. Ты на них на энергичных, живых по неудобному такту.

      21. Земля перед человеком лежит не сама черная или вся в песках больших. И высоких, непроходимых для человека, гор, где вечно там лежит, мы его видим, белый снег. Бывает экспедиции, любители, ученые люди рассказывают нам в своих книгах, как это так получилось. Мы, люди, на воде, на больших океанских льдах. Они туда не прокладывали свою дорогу без ученого командира. Им хочется перед такой природой своим добром похвалиться. Особенно альпинисты, им путь тяжелого характера и в горах, и в арктических условиях. Человек без всякого оружия, без запаса, он надеется только на свою силу, которая на нем есть. Это мешок, а в мешке может быть нож, хлеб, провиант и огонь, огнестрельное оружие. Когда человек оружием окружается, у него на пути может сделаться авария, чему сама природа радуется.

      22. Я, она говорит. Туда, куда ты сам изъявил свое желание, туда пешком добираться или на дирижабле полетели, или на ледоколе поплыли, или вас доставил на место, где расположилась научного характера экспедиция. Она щупает, она ищет, пока у него тепло его самозащиты. Аварию везде и всюду человеку можно получить. Он когда в нее попадает, особенно нобелевский дирижабль о льдину врезался и разбился весь на кусочки. Может там спастись тело человека. Бывает, человек в такие рамки попадает, сам он живой, лежит под землей засыпан сорок дней и сорок ночей, а ему помочь невозможно. Благодаря воде, которая была, он себя спас. Когда его откопали, его умно стали кормить. А разве от стихии убережешься? Люди ему помогли умереть, колбасы дали много покушать, от чего надо было умереть. Что это дает нам в нашей жизни такой. Люди есть люди, когда их окружает наша мать природа.

      23. Мы в ней люди в мешке. Пищи нема, одежда есть одеждой. Она тогда хороша, и легко ее приходится носить, когда ты находишься в условиях, там где ты можешь для себя все сделать. Ты очутился на льдине, там холод, ты в мешке, огня нет, условий для спасения в жизни ничего нет. Спасайся, чем сможешь. Природа так окружила, она держит у себя такую видимость, через которую летчик отказывается лететь. Разве люди на материке об этом деле не знают, они со своим здоровьем бессильны этому человеку помочь. Он уже сам не идет, его на бечеве тащат, он же не хочет умирать. Он ученый человек, его заставила наука это на себе испытать. Вы видели живой факт голого тела, а оно жило и указывает себе вырыть яму во люду. Он туда лег. Какие умные люди есть, когда распоряжаются армиями, ему она подчиняется и слушается. Идет в бой, и там попал в окружение, из-за него погиб весь народ. Вина наша, всех людей.          

      24. Это хорошо нам сейчас учиться и достигать той высоты, того места, на котором человек не был. А он туда хочет попасть. Это ученый Седов не был прав своим выступлением на север без всякой подготовки. В природе надо будет научиться на юге, как надо будет жить на севере. Экспедицию Седова, ледокол развалила природа. Все люди были спасены, кроме одного каптера. Летчики хорошо себя в этом показали, в комиссии по спасению был Кунбашев. Это хорошо нам, таким людям, вернувшимся обратно на материк. Мы там ничего такого показательного не сделали, а ледокол Седова с человеком пошел на дно. Мы, такие храбрецы, вернулись на землю. Что нас, таких вояк в природе ожидает? Только одна наша смерть. А когда через Ледовитый океан пикирующий самолет с человеком. Как вы думаете, читатель, где он с ним делся? Он разбился на кусочки, и вместе с ним гибнет сам человек. Это все наше с вами дает это хорошее и теплое.

      25. Так можно сказать свои слова, чтобы не зацепиться. Лучше не рождаться человеку, чем ему приходится умирать. Она для этого шефства рождала человека такого вояка, кто б начинал с другими национальными племенами воевать. Как было шефства татар, они русских по истории держали под своим режимом. До появления Димитрова в России татар разбили. Наполеон хотел Россию захватить, французских воинов Кутузов разбил, заставил на запад бежать. А князю Владимиру тоже немало пришлось воевать, особенно не ладили запорожцы с поляками. А за немцев, за японцев, за турок, они часто с русскими проливали кров из-за царя батюшки. Не так глянул, не так ответил, уже конфликт. Природа на месте людей не держала. На месте купцы имели деньги, разъезжали за границу. Что им хотелось, то они стали там приобретать.

      26. Людей своих менжевали на собак, а сила человеческая за копейку да за хлеб, за одежду покупалась и продавалась. Сильный выживал, бессильный отпадал, так делалось в природе. Народ захватывал землю, заселял, ставил на месте дома, делал хутора, села, города. Это все индивидуально рос, поднимался человек. Он рождался по своему обычаю. Любил землю, на ней работал тяжело, ему приходилось приобретать, чтобы чем-либо похвалиться. Природа не давала, а он нарождался, делался Гитлером. Хитро пристроился в немцах вожаком, образовалась белая раса. А мы, русские, – черные люди, не культурные, нас надо как евреев убивать. Князь Владимир задумал на гречанке ожениться, сам был не православной церкви.

      27. Ему как воину полководцу говорят: примешь веру греческую – оженишься, нет – этого закона не получишь. Он силою хотел доказать, а ему в этом не везло, он стал своих людей крестить, вводить православную церковь. Она стала служить русскому народу, какой где был смолкающий. В свое время царь не сидел сам на своем месте без науки, старался с чужими землями воевать. Сам был как строитель в подготовке какого-либо корабля. Учился на полководца. Если ему понадобилась в его деле копейка, он у себя имел таких бояр, кто жил за счет людей. А Петр ввел реформу их брить. Если он хочет оставаться в бороде, то ему Петр шел навстречу, если он заплатит Петру 1000 рублей. И так цифра была большая, но раньше такой был между людьми обряд, особенно по вере в Бога. Староверы, они в бородах, как и без бороды в природе помирали.    

      28. И на это был Петр умен. Что хотел он в русских людей как полководец, то он людям делал. Он свое место – в болоте. Умирал человек, а сам старался строить царю благо на воде. Люди большинство придерживались Божьего явления. Они о нем как о близком говорили. Каждому человеку на белом свете его идею вводили через засуженных перед Богом людей. Он как будто на землю прислал человека для того, чтобы люди со своей зависимостью опомнились и перестали наказывать обиженного, бедного, больного человека. Он был человеком обиженный. У человека она отроду такая введенная струнка, а ты ее знаешь, какая она у меня богатая. Через Бога он ее получил. У него была своя собственного капитала земля. Он ею распоряжался, как пан, делал то, что он хотел в природе. Его были люди, подчинялись ему, как собаки. Его слушались. Он сказал – значит Бога слово.

      29. И на это был между людьми такой введено закон. Мучили люди людей. Приходил от Бога такой сын Иисус Христос, которому давалось природой бедным помогать. Он был по этой части воин без всякого оружия. Он вел за собой бедных, их видно время между такими людьми, как был Лазарь, брат своего богача. Он умер от голода, об этом Христос узнал, пришел, нашел его. Сестры, которые были у него, они же его захоронили, как неживого. Куда его денешь, как только надо его тело спрятать в землю. Тело Иисуса Христа многие люди окружили, даже тысяча людей не поедали пищу. Он им свои слова представлял, как от Бога. Христос в природе делал, он на это все, созданное в природе, был за счет народа силен. Сказал слова для пьющих вино, чтобы им воды налили в посуду – сделалось вино. Люди пили, люди скакали, Бога хвалили, что он даже воскресил Лазаря.

      30. Это силы не Иисуса Христа – самого народа, кто хотел жить, а не хотел умирать. Какая была вольная личность этот Лазарь, он всегда стоял у богача в ногах, просил пищу. Его богач считал человеком не имеющим, чем себя накормить. Если бы Лазарь чего-либо этому богачу сделал, он бы его накормил. Лазарь был просящий человек, о нем была легенда, что его Иисус Христос, как заслуженного человека, бедного воскресил. Лазарь в этом деле Иисуса Христа в природе на высоту поднял, как светило. За Иисусом Христом его были ученики близкие, ему как Богу верили, старались между ним и собой жить. Одно время это такое было перед учениками и Иисусом Христом. Он для них был Бог, создатель своей идеи. Ему люди давали, а ученики это дело сохраняли. Между ними были любимчики, это был Петр. Он так говорил. Одно время ехали ученики по морю лодкой.

      31. А Христа природа как человека, ходящего по воде, им представила. Ученики это дело, сделанное Иисусом Христом, обнаружили, из них всех Петр оказался, он его назвал Господом. Спросил у него: если это ты такой, повели мне пойти так само по воде. Иисус Христос не запретил, взял и сказал Петру: иди, мол. Петр силы имел в это время, это его вера в Иисуса Христа. Но он же был от них не близко. Петр Петром, но мысль мыслью, она Петра заставила от этого дела отступить. Петр подумал: это хорошо будет мне, такому храбрецу, что я иду по морю так же, как Иисус Христос ходил. Петр усомнился, отступил от этой мысли, и тут же стал тонуть. К нему Иисус походит, подает ему руку, говорит: маловерный ты, Петр, заходи в лодку. Христос был на горе, рассказывал свои притчи в природе людям. Не хотелось даже кушать от такого Бога. 

      32. Да еще дошло до того, он исцелял своим телом, когда к нему больные прикасались. А когда люди узнали за воскресение Лазаря, как же ты, человек простого звания, не пойдешь за Иисусом Христом. Люди томились, шли за ним. Он их много увидел перед собой. Их надо кормить, а люди того, что надо не принесли. Иисус Христос не знал, что с ними делать. Они ждали такого слова, чтобы услышать его такую сильную притчу. Он сам после вина, с каким игроки были хмельные. Ему как таковому люди бедные верили, они видели его, когда он в церковь заходил и всех торгующих из нее гнал, он уходили. А когда Иисус Христос зашел в пустыню, там где не было ничего, он тоже от людей отказался, их надо было кормить. А в пустыне дикие свиньи бегали, так что ему были люди помеха, они его бросили. Он с учениками пробирался со своей идеей. Ее уже прослышали воины, что есть такой господин, за которым идут массы. Он сделал наскок, воинов обезоружил.

      33. Иисус Христос – сын человеческий, Бог земли. По горам ходит, по воде не тонет – значит, Бог земли. Воины стражи собрались в кучу. Что делать им приходилось? Только убрать его одного, не больше, не меньше. Этого господина любыми средствами надо убрать. А Христос чувствовал это, что его идею, не заслуженную в природе, найдутся люди такие, уберут Иисуса Христа. Он знал своих учеников, они его продадут на вечере, когда они пили и ели. И это им Иисус сказал: только вы меня продадите. Они не сказали ему, кто будет за это брать деньги. А до Иерусалима надо было идти, то Иисус Христос осмелился своего ученика послать к хозяину и ему сказать слова Христа: пойди возьми, ибо он приготовил осла для Господа Бога. Ученик выполнил приказание Господа Иисуса Христа. Этим Христос проиграл. На осле ехать верхом – одна была перед природой насмешка.

      34. Иисуса Христа природа за это прислала, он же помощник ее за то, чтобы люди над людьми не смеялись. А Христос, которому тогда ученики верили, как Богу своему, он не захотел пешком  в Иерусалим пройтись. Зачем ему этот Иерусалим, если там жили сами вооруженные воины, градоначальники. Христос туда шел со своими учениками бунтовать. Он надеялся на народ. А народ. Во время молитвы на горе он там был один. Что он видел, и что он делал, один Бог знал. А ученики спали. Он их будил и говорил: чего вы спите, ибо час пришел моей жизни, меня воины скоро схватят. Он предвидел через своих учеников, они его предали за 30 серебряников. Подошел Иуда по договоренности с воинами, чтобы без всякой ошибки произошла покупка. Люди тогда серебряники любили, деньги. Иисуса Христа сама природа не в силах защитить, она устроила над ним Пилата суд. У него спрашивает судья, Иисуса Христа: кто ты есть, ты сын человеческий? Он его назвал. А Иисус Христос от его слов не отказался. Ты, мол, говоришь, значит, есть правда. Христа, но она продана.

      35. Воинам и раньше был закон таков: на кресте распинать преступников. Петр и тут отказался на суде. Он там был, его как участника люди обличили. Он отказался, когда петух пропел. Он вспомнил слово Христа. Ни на кого воины не посмотрели, убили бунтовщика за это, что он делал. Он между ними заслужил распятие. Умер Иисус Христос, но дело его осталось между людьми.

      Люди жили, то делали, что им хотелось. Они жили хорошо и тепло. А природа на это хорошее и теплое принесла таких людей, как был между ними Пугачев. Это был практический человек, ему его храбрость одно время повоевать. Кого следует, убить, а кому даже нет ожениться. А до конца не довел, он был за этот бунт казнен. Ему за это отрубили голову.

      36. А когда теория Карла Маркса, теория свои уши подняла вверх, она написала правду о том, что все они делали, а недоделали. Поэтому прошла его писанина между молодежью. Ее стали люди понимающие читать, стали понимать. У людей стало прививаться то, что сделала французская коммуна. Это большая проложенная в этом революция, после чего по этой части люди смело шли в бой для того, чтобы царя прогнать. Кой-кому пришлось самих себя с жизни убрать. Многие политические люди отбывали в ссылках в далеких краях. Но цари между собой как бароны не дрались, они гнали в бой народ. В этом была сколоченная партия большевиков.           

      37. Она в 1905 году после японской войны сделала свою требовательность. Царь обещал, но не дал. Это революционное дело росло и развивалось теоретиками. Особенно взялся за это дело Ленин. После такой бойни, которую капиталисты завязали, они обиженными людьми сделались. Долго думалось об этом деле, а свершилось. Интеллигенцию прогнали, взяли в руки власть. Очень тяжело было новому старорежимному доказывать. Люди были, понимали, старались помешать. Не хотели, чтобы кто-то, а царь их, самодержавие, распоряжались. Ленина люди берегли, и люди убили в его начатом деле. Ленина не стало, на пост пришел Сталин, он свою национальную струнку в русских людей протянул. Ему приходилось биться с людьми. Одних снимал, других ставил. 

      38. И все же он добился от отечественной войны, хоть и много положили людей за это. Хоть победа осталась за нами. Коммунисты после смерти Сталина  хватались, захватывали право места.

      А где в это время в эту минуту находился Иванов? За что его прогнали с производства англичане, французы и русские капиталисты? Что он делал во время русско-немецкой войны? Когда царя прогнали, разве его не было в жизни? Он был, он мыслил сделаться хозяином власти. Он не знал, что делать. То ли воевать, то ли свою семью спасать от голода. Я помогал родной матери с девятью детьми. Я был старший, на мне стояло все, я не спал, думал про отца, про шахтера. Сам был шахтер. Не ошибся думать про ту власть, которая нашими отцами завоевывалась. Она моего отца в Каменских погребах держала за сожжение самолета его сыном. Меня как такового, я поймался за мед, мои товарищи осудили.

      39. Я был людьми наказан, меня водили по улицам, как вора. Я протерпел, но за жизнь свою шахтерскую никогда не забывал. Мы в ней родились, жили за счет ее. Она нас выходила, сделала людьми. Мы ее бросили, уехали на Провалье, там мы в жизни при советской власти сделались хозяева за счет своего физического шахтерского труда. Мы отца слушались, все силы клали, чтобы показать свою храбрость о том, что мы являемся храбрецы. Умеем за плугом ходить, умеем бороновать, умеем растить, урожай убирать, косить, молотить, много хлеба у себя иметь. Я был без хозяйства сын, но отца любил, ему помогал. От меня мой отец не отвернулся. Приехали закупать хлеб рабочим, я отца прошу: вези первый. Он вез. Я был помощник, в этом есть написанная уже история моему делу. Я сейчас разбираюсь с жизнью, с природой, с человеком, с воздухом, с водой, с землей. Она нам дает все. Я и от этого отказался.    

      40. Я как таковой в жизни заброшенный. Не захотели люди, чтобы я с ними по одной дороге ступал. Ученые меня за это, что я делаю, признали сумасшедшим. Признали, я не имею права быть в природе человеком, из своих рядов прогнали, не дали за мое все то, что надо было сделать в природе. Какие люди были, да в Бога они верили, но не решались свое отдать кому-то и за что-то. Я тоже когда-то любил по молодости ходить в церковь Богу помолиться. А в самого была лень, учился на колоколах трезвонить, это была моя способность. Один раз в приход старообрядческой церкви эпископ навещал, возле него была вереница богачей. С коврами встречали. А второй раз уже мне досталось кадило от него принять, знаете, что мне побогаче один Василий Платонович сказал? Чтобы я отсюда ушел.

      41. Это меня заставило уходить от нее. Я больше всего любил по труду шахту. Сам молод, а в самого в голове сидел Христос, кому много людей на земле верили. Была дана ему Пасха праздник. А почему-то сложилась такая зарожденная мысль, когда сам себя усадишь в кресло свое сидящее. Особенно на своих произвольных двух, никогда никак не устающих. Они у тебя хорошие, здоровые и крепкие ноги. Если бы вы, читатель моих слов, знали и поверили мне, что я человек, уже давно своим здоровьем отказал у себя иметь стул или тихий для себя кабинет. Я не пишу сидя, чтобы продумать и поставить шрифт слова. Я не сочинитель. Я есть человек, мои слова – это по бумаге метеор, не успеваю, их одно за другим ставлю стоя. Да вы сами меня видите или видели до этого, ходящего по земле, да бегущего.   

      42. Я ищу тайну не в природе, а в самом себе. Я вижу на экране в телевизоре, тоже не сижу – стою. Стоял, а мне малыши, дети мои, показывают в спорте, как спортсмена тренер учит. Как у него или нее проходит дело на турнике. Да и трудно начинать себя так на руках держать, а телом руководить. Дети не что такое, как наша будущая смена. Она, если только на что-либо хорошенькое посмотрит, он или она сосредоточится, и тут же со своим здоровьем выступит, как и этих слов автор. Никогда их, двоих мальчиков, которые между собой, да еще в лице своего тренера. Один больший меньшенького обидел, ударил кулаком. Тренер их остановил и этому маленькому дает команду: бей его, по чем  хочешь. А он в этом тренера не слушает, бить не будет, у него такая рожденная душа.

      43. Но такую штуку перенести. Другие ребята его обвинили за то, что он не слушает тренера. Дурак, мол. Развернулся, и бах ему по лицу. То этот мальчик, которого ударил кулаком, после такого поступка ему прощает. И этот виновный мальчик кается, что он никогда никак не будет обижать других таких мальчиков. Это прозвучала между молодежью небывалая правда, которую вводил на своем сыне Яшка. Ему зубы повыбивали, а он был прав. Ему Дидиченко простил. Я никогда не забуду за судебный процесс, молодежь судили за групповое хулиганство. Они человека сняли с жизни, уже мы его, как он был на белом свете, такого не вернем. А мы же люди, весь собравшийся народ, ученые, профессора высшего учебного заведения. Мы здесь юристы, и самое главное, юстиция, прокурор. Кто это дело читал, а его на преступниках писал человек, он был на стороне погибшего.

      44. Ему хотелось свое я в этом показать и обвинить этих незнакомых молодых людей. Они же убили, сами признались.

      Я 18 февраля на экране телевизора. Человек бьет тревогу, час в сельском хозяйстве. Один корреспондент, другой и третий, приглашенные люди с района, председатель Победы. Скот, животные не имеют у себя фуража, соломы нет, привозят из других соседних хозяйств. Обижаются на того человека, кто в управление областное Ростовское писал в письме и говорил лично агроному старшему. Он касался природы. У агронома Иванов спрашивает: приготовились вы или нет к тому, что все ждут впереди. Агроном Иванова закидал своей техникой, своими людьми. А мы на что здесь вот сидим, областные работники. Мы хорошо знаем природу всю причитающуюся, донскую степь. Мы же ученые люди теоретики, знаем начало, какое оно было раньше, и какое оно есть сейчас. Вижу, вижу я, сказал Иванов.   

      45. Я помощник обиженного, не хотел говорить, но скажу прямо в цель. Природу не обдуришь. Все люди для этого всего слова. Человек никакой не хочет умирать, а фактически он заболел. Куда его дорога лежит? Только в землю. Так и ваше все то, что вы имеете. Упраздните тревогу, она в сельском хозяйстве. Председатель России, но говорит, большое в этом животноводство. А тут виновата природа, она нашей земле недодала влаги, сбор соломы малый. Это хорошо нам было смотреть на сильные более ученые хозяйства, которые себя заложили по последнему слову нашей техники. Обижается председатель на реку Тузловку, мало ему там воды, ждут мелиорацию, когда по плану стоит чистка реки. Но вот беда одна, средств нема, сказал район. А тут если бы техника крупная. Сделанная нами, да еще если люди наши да других хозяйств взялись и вычистили камыши, нам отвечает председатель колхоза. 

      46. А тут мы относимся к делу, мы обнаружили копны соломы, она погнила, это тоже недостаток. Мы надеялись на то, что делается человеком. Руки в брюки, ничего не делать. Раз взялся делать, не толпитесь.

      Делайте Богово, это Иванова написанное. Уже нам требовался социализм, мы его строим в науке, требуем от людей, от зависимых людей. Они добиваются своего силой в природе. Это хорошо, что у нас есть машина, она нам помогает. И то мы призывали. Нас встретила тревога. Один командир, после такого боя с врагом надо было отдохнуть, поспать. В секрет выставил самых лучших людей, на это надежда. А враг оказался от нас хитрей, не стал спать, как наши доверенные проспали. Их сняли и напали на наши силы. Это, спасибо, не спали картежники, играли в карты. Они за пулемет, и отбили врага. А то нашему брату гибель.

      47. Сельское хозяйство – это война с природой. Она есть для всех людей враг. Если она не захочет сегодня, чтобы было ясное солнышко, откуда-то наберутся тучи, из-под них начнет бушевать холодный ветер. Это бывает хоть редко, но встречается человек с нею. Природа не любит человека вооруженного, она любит живого, с ним считается, он трудится один.     

      Иванов не поэт и не сочинитель товарищеских песен. Он у нас слушает, когда читают пришедшие письма с мест. Они руководителя редакции просят, чтобы ему по его вкусу исполнили его любимую песню. На что наши молодые люди учатся, люди с оркестром это время занимаются. А мы это видим и слышим. Это хорошо нам всем хозяйствам, в которых сидит человек и смотрит на все его изложенное хозяйство. Ему не надо ничего иметь, как хорошо вооруженный народ весь коллектив, он с ним горы буравит. Но начало есть начало из всех тревог. Где же подевались на это дело ученые. Разве им не было видно эти дары, этот недостаток, которого хозяин его держит в запасе.

      48. Это не машина есть. Нема горючего – она может стоять. Это живая сила, да еще продукт молоко, деньги, а за деньги делается все. Вор крадет деньги с кассы. Показывают нам, смотрящим, как его, преступника, находят.

      Я как обиженное лицо этого завода, а в него была своя милиция, были магазины. А я задумал обворовать этот магазин, в который только поступила обувь. Мы вдвоем несколько раз подходили, работники подготавливались к завтрашнему дню, а нам время не подошло. Стоял часовой, он тоже зашел погреться в комнату. А мы тут как тут со своим оружием, кайлом замок рвали. Где сила и умение бралось. Мы забрали сапоги и вышли с территории без всякого на окраину. В снегу закопали, идем. А милиция уже бегает, ищет грабителя, а мы тут же рядом идем. Вот, если бы показали, как от этого всего избавиться. Один говорит: у тебя не будет в кармане денег, будет перед тобой преступник? Так в природе в зависимого человека эта петрушка делалась, делается и будет делаться между нами.

      49. Сумейте залатать дырку без нитки. Так сумейте сохранить человека, если ты воин с природой.

      Моя победа – это есть все в природе. Мои друзья в природе – есть воздух, вода и земля. Я с ними каждый раз встречаюсь, я им не рассказываю про свое житье-бытье с людьми, они не просят.

      А если ждут, готовятся, их это заставляет, они без этого дела не остаются. Привычка одна – ездить на колесах, на мягких. Без воды не поедешь. Надо будет огонь, он дает силу, вся скорость в нем. Он на земле, он на воде, он и в воздухе. Везде его с воздухом применяют, зависит от человека, от случайного, что эту машину оседлал и ею управляет. Есть русская татовская поговорка. Когда его приглашали работать, он сказал, мой живот болит. А когда кашу наварили, он попросился и сказал: а ложка моя большая где задевалась?   

      50. Все люди геройские, можно сказать, своего рода герои. Это Орловской области, она на груди носит звездочку. Ей корреспондент задал: как же ты на птичьей ферме завоевала такое звание? Она сказала, как ей приходилось дома не сидеть, а выращивать колхозу цыплят. У нее спросили: кого ты из всех любишь? Она сказала: «Маму». А фактически, если бы не партия, которую Сталин с народом восстановил, а начатки были от Ленина. А где же я как таковой Иванов находился, если это так разобраться? Между вами налицо. Ни от кого не прятался, никого не боялся, никого не просился и ни в кого не учился, брал из живых фактов. Когда меня Гитлер держал в камере в украинской территории, то к нам в камеру бросали привезенных людей. Руки назад, глаза завязанные, избитые до неузнаваемости.  

      51. Развязывать не велено. Был у нас наседкой, он все это делал. Я был свидетель и анализатор немецкого тыла. Он меня боялся тронуть, как юродивого человека. А когда наши возвратились назад, я тот; таким был, таким остался.

      Но люди наши своим поступком, своей храбростью они перед природой  хвалятся. У них сегодня, как небывалый на столе пир. Они к нему целый год готовились, приобретали, трудились на это дело. Им природа на это дело себя в этом не жалела представиться. Я, говорит им, раз начала кормить, поить и удовлетворять погодой. У меня есть на это мое живущее вечно для всех ясное с лучами теплое солнышко. Оно нам, как людям данного времени, покою не дает.  

      52. А по такому дню, хорошему для всех, и пчелка со своей работой зажужжала. Может быть, зайчик так рано по росе свои ножки и не поднял, а его в это время беспокоят люди нехорошие. Мало того, что такое место выбирает и делает такой своего рода капкан. Ему надо какому-либо условию жизни приманку. Особенно рыбак на воде, рыба такая же дура, имеет у себя свободно, никем они не заняты, как и пчелки. Она испугала зайца, побежал от такого жужжания. Пчелка не растерялась, она сама себе говорит: какого медведя остановила, волка, лису. А тебя, безвинного, ты же мой друг травоядный. Я, говорит пчелка, без цветков не пчела. Догнала зайца и уцепилась за его серенькую пушистую шерсть, ухватилась ножками и сижу.  

      53. Я, такая пчелка, тебе не помешаю, а скажу. Жалко тебя, но ничего не поделаешь перед этими людьми, они завидущие на это дело. Мне сделал сам этот улик, туда пустил рамки, да еще с вощинами, такую зародил матку, не дает нам покоя. Может быть, и помогло, не полетела вот сюда, где с тобой повстречались. Я тебе должен сказать, в природе обиженной я могу себя сохранить от любого кровожадного зверя, но от юрка, от быстрой птицы – он нас на лету ловит и тут же глотает. Говорит: налетались, наелись, теперь мне помогай. Это есть мой, он говорит, продукт. Я тебя не одну проглотил. Так и люди, тобой, зайчиком, живут. Все от их охоты растет. Они вас убивают, им это завтрак, они – твое тело. Как и мы по цветам лазим, собираем эту крошечку.

      54. А ты, заяц, начальное существо в природе. Человек за тобой весь день ходит, приглядывается, а тебя как такового не видать. Его окружила болезнь, он просится в Бога, чтобы он помог тебя найти. А ты сам тут как тут неподалеку лежал, подхватился и пошел ходить. Он услышал шорох твоей робкой жизни, за тобой дробь не одну, а много послал, с ружья стрелял бегущего, а зайца попал, убил. Вот и прибыль его есть недурна. Он рано чуть свет поднялся, ему его товарищ по жизни попался. Я, говорит он, таких пчел привязчивых не встречал, чтобы они ему свои слова навязывали. Разве ты не слышал. Мы здесь жить будем все обиженные, низкие в природе, без всякой обиды мы будем жить. Нашего брата, говорит пчела. Не будут заставлять так мед собирать, как мы делаем. Еще солнышко не поднялось в свою высоту, а меня моя добрая совесть гонит сюда.

      55. А раз пчела сюда попала в такой момент, то тут уже нашему зайцу только приходится слушать. Пчела правду говорит об этом. В природе остановка за этим человеком. Он у себя силы заимел, его такая для всех людей в природе воля. Он полюбил между людьми нуждающимися, больными; их болезни сам в этом деле испытатель. На него может напасть любая прогрессирующая болезнь человека. Он так, как все люди, не огорожен, не защищает самого себя. Живет надеждами своими в природе. За такое время в такой любой жизни, как живет Иванов, нет ни одного такого человека, как он, любитель и делец в природе. Ему уже охота, чтобы с ружьем ходить или с удочкой сидеть над водой, и ждать от этого в природе эту быстро плывущую рыбу.       

      56. Этот человек такой же, как все. Он не сможет обходиться без сегодняшнего завтрака. А его даром никто не получает, он покупается за деньги. Также любая одежда, человек ее посредством своим приобретает, смотрит на эту красоту, на эту вот фасонную форму, и сам начинает о ней думать, готовиться. Он ждет от мастеров, и материал по заслугам, и на это собирает у себя средства, чем он уже обеспечен. Он это все покупает, это его фронт. Он по природе стреляет, по всем этим. Человек надо государству. Какая бы на свете ни была машина, она без человека не машина. Карандаш и парик в кукольном театре. Он так делал, чтобы там за стеной кто-то своим голосом говорил. Так же любая на ходу машина. Водитель ее знает все детали; если она барахлит, он их заменяет. Он ее ведет и слышит ее ход.

      57. Он на ней катается, как милое дитя. Таких опытных умелых у нас рождает общество. За него все на производстве хорошее. Он имеет право претендовать на любое место. Он как рабочий, как интеллигент своего дела, ему за это государство построило дом девяти этажей. Там в нем одного образца жилая площадь. Когда была нужна эта площадь, он старался ее занять. Никакой претензии, лишь бы ордер и ключи, он хозяин. Люди живут и думают еще лучшее. Она или он окружили себя между людьми талантом, и свой голос перед ними делают таким голосом, который имел когда-то Шаляпин один из всех. Это одаренность человека, его любили, ждали наедине в любом таком месте, где ему аплодировали. А он в этом рос, его люди цветами засыпали, он был нужен везде и всюду своим выступлением. Наша страна и также их страна, они не остаются без новых песен и без новых певцов. У нас жюри на любом месте дает оценку за вещь, исполненную человеком.

      58. Он ее сам репетирует, ему хочется так эту роль исполнить перед нашими слушателями, перед болельщиками. Кому не хочется в таланте появившегося молодого, вновь представленного нами самими на сцене. Какого-то певца, или поэта с режиссерскими словами, человек берет на себя эту песню. Ему хочется своим голосом, своей фигурой, красотой так это все перед публикой пропеть, чтобы жюри не отказалось, а дало свою оценку. Разве у нас делает только один певец, есть такие коллективы сколоченные, во что-либо играют, в хоккей, соперник против соперника. Им надо шайба…, чтобы ее хоккеисты с места в другое гоняли. У них своего рода на бросок обязательно надо ее загнать у ворота противника. Хоккеист – мастер, на которого вся надежда. Особенно на золотую тройку, в ней прогрессирует Фирсов. За него немало в этой обстановке болельщиков. Они здесь на стадионе, они перед своим телевизором. Может, не об одном Фирсове, есть другие хорошие бойцы своей ловкостью, его люди держат, говорят. 

      59. Слушают диктора, что же нам с вами такой сколоченный в СССР коллектив, он же сборной выступает перед ареной всего мира. Чей это знаменитый конькобежец, или ходящий на лыжах на большое расстояние. Мы делаем у себя состязание, у нас на все есть тренера. Они готовят для этого выступления человека, он у нас на счету. Надо будет в воде свою главную работу показать, на это силы свои имеет, и хочет, чтобы они были у него всегда чемпионские.

      Как делается в любом физическом труде. Комплексные бригады коммунистического труда есть, бригады есть цеха, есть названные все люди производства. Мы этим трудом делаем деталь или машину, чтобы она была качественная и количественная. Наш такой прогресс перед человеком. Свое доверие не оправдал перед народом – с колеи уходи. Больной физически – ему доступа нет. Ему врач не разрешает, он идет на отдых. Он свое время делал.

      60. Особенно вратарь Яшин, он мировые мячи не пускал в ворота свои, кто до самой пенсии простоял на воротах. А разве возле мартенов не люди перед огнем стоят, нам, всему народу, делают сталь, не мало, а много. Донбасс с Донбассом соревнуется. Люди не хотят уступать друг дружке, особенно тогда, когда на фронте воюют между собой. У нас были всякого рода схватки по истории, ее помнит народ. Бородинская схватка. Наполеон был полководец французской армии, с русскими воинами выигрывал, Москву забирал. А Гитлер к Москве, к Ленинграду подходил, у Сталинграде бился, как барон. Все живущие на белом свете остались живыми, между нами свой подвиг в эпизодах рассказывают, как им приходилось в такой ожесточенной бойне остаться живыми. Он ветеран, он наш старожил, живет между нами, мы его чтим, как героя. С песни не выкидываем, нас осталось двое.             

      61. Мы знаем хорошо, видим далеко. А какие были между нами физического труда, как был Изотов. А технический человек был Стаханов, в пробеге своем на транспорте на паровозе был Кривоносов. А из полководцев Маленков, из вожаков народных  Ленин, Сталин, Маленков, Хрущев. Я был бы, но от этого отказался, как царь освободитель крестьян, его убили люди. Сейчас у нас на арене люди то делают в жизни своей, чем мы хвалимся. Особенно наши корреспонденты нам за свои действия, которые они проходят практически, нам хорошую сторону показывают. Мы смотрим, видим, учимся у них, как люди думают построить в природе сельское хозяйство, без всякой нужды. Мы хлеборобы, герои полей, выращиваем хлеба, разводим животных, фермы вводим, коров. Это проблема, из проблем проблема.

      62. Нам ученые строят план, показывают образцы, как человек должен от коровки взять молоко. Он разложил по всей своей площади намеченные планы, а на это все имеет большую технику. Она его возит, она ему делает на земле все. Его дело не забывать, а знать почву земли. Она человеку дает знать, когда ему надо приготавливаться, и что для этого приходится делать. Человек не забывает  и не делает плохого в своем возложенном деле. Он мало того делает, ему хочется сделать еще лучше от этого. Его цель и задача так землю … Вечером будет концерт дано нашим воинам, мы тоже смотрим.

      63. Жизнь на материке за счет природы, за счет условий. Мы живем, учимся, чтобы жить за счет мертвого и другого тела. Мы по природе бегаем быстро, смотрим, видим далеко, его ждем неплохим, как оно хоть редко, но бывает. А в природе не одно хорошее, а в нее плохого больше. Но мы в этом сами себя защищаем, своему не верим теплу, создаем его искусственно. А искусство меняет себя, то одно, то другое. У матери родной такое лежит перед природой дело. Они на это дело поженились, у нее есть муж, их двое, они родили человека. Мать проносила его девять месяцев до своего рожденного дня. Ему пришлось родиться как небывалому дитю. Мать встретила его как такового. Он испугался, закричал и стал по-своему смотреть, стал учиться говорить, стал ногами становиться. Это была радость матери.    

      64. Это место, где жила моя родная мать, она же нас таких всех породила. Нас как одного в здоровом теле она вырастила. Она нам свое выдуманное имя разрешила, как мать, нам дать. У нас всех свой был ангельский день. Это же в наших людей не какая есть в природе мода, а заведенная в этом деле жизнь. Мы девочки, мы мальчики никогда про свою мать такую, как она меня сызмала, как будто от всех она любила. Ей про нас никогда нас таких. А мы в материнских условиях, в таком месте, где мы с вами родились. Возле нашего дома рядом вечно протекала быстрая река. Всегда она в нас на глазах. Это наше всех есть купанье. На ней и гуси привыкли плавать. А для мытья всякой вещи это вода. Она нас своими волнами и своей быстротой держит в берегу.      

      65. Мы уставали вместе и ложились вместе с нею. Бывало, мать наша скажет нам: вы бы пошли да покупались в этой нашей реке. Она нас в г. Новочеркасском Тузловка окружает. По ней не одни люди скучают. Через нее сделаны, хоть редко, но мосты стоят. Наша мать, она не богомольная, как раньше матери были. У них устно в голове сидела такая мысль, что надо, как только устала с постели, сама умылась, что знает, о Боге помолилась. Ей никто не возражал. А потом мы один за другим устаем. Хотим спроситься, как идти до ветра. Она же мать наша родная. Всех нас девять, пять мальчиков, а четыре девочки. Она нас жалела, не выпускала без всяких черевик на двор. А бывало ждать очереди не ожидалось, с постели с прожогу да на двор дюже требуется. А черевики – обрезки из старых каких-либо сапог.

      66. Маме нашей не одно спасибо ей за ее заботу такую, которую она нам всем делала. Это было в нас в Сулине, в таком народном дворе, куда меня послали на самой большой скотской машине за провиантом. Очень много было идущих в эту сторону людей. Мне по пути попалось поднять сумку вишни. Я ее хотел кому-то передать. Спасибо, взяли женщины с детьми, с девочками. Они мне делали свой наказ, чтобы другим не уступать. Они были на мотоциклах, хотели вперед меня получить. А я там где-то задержался, им пришлось скрыться, уехали они от меня. Я бегу дальше пробежку, а мне как таковому дается встретиться …

      Я в этом вот в природе так родился. Разве мне приходилось от матери родной требовать.

     67. Мое тело, как и всех тела, они пришли на землю так, чтобы ничем никому со своим поступком не мешать. В природе дни приходили так со своими действиями любого нашего человека заставлять. Как оно делалось, делается и будет делаться, если мы свой назревший поток, он нами так рожденный. Мы стали от родной матери, от такой зависимой в природе потребовали. Ей сказали громко свои слова: ты же нас всех так вот родила, то изволь, пожалуйста, воспитай. Приходит день, в нем поднимается солнышко, а мы на него так внимательно смотрим. Нас ожидает свое пришедшее время, оно по материку так вот никогда не ходило.     

      68. Мать от детей сперва устанет, и то делает, что мы с вами не знаем. А потом нас назовет по имени, мол, пора пришла. Она хочет, чтобы все проснулись от своего любимого между нами сна. Какое это счастье построено для нас, таких материнских деточек. Мы с начала своей жизни так научились. Спать не хотелось, а мать наша нас заставила. Она с нами весь день напролет барахтаются. Она ночь проводила не так, как это следовало в жизни своей. Все это делалось через нас таких непонимающих. Люди, можно сказать, заслуживают ягненка маленького непонимающего, говорит мать. 

      69. Поэтому рано она встает, а поздно ложится. У нее такое дело перед ней такой. С первого дня наших родимых минут мать стала болеть, она и сейчас болеет о нас. Мы же делаемся шалунами, несамостоятельными детьми. Надо вставать по слову матери, а мы на кровати своей перекидываемся. Требуется это матери как родной. Ей не хочется, чтобы ее дитя какое зря было. Она все свои силы на это вот клала, чтобы своему дитяти какую-либо фасонную рубашку, на нас одела. Это у каждой матери в душе осталось, и так она осталась с этим. Сама не кушает, чего это надо, а дитя накормит досыта. 

      70. Мы, все люди, этому делу, одно считаем – свое хорошее и теплое. Из-за нашей такой бешеной вооруженной силы. Мы не знаем врага, какой он будет и откуда он возьмется, и для чего он придет. Мы не верим и не хотим понимать Бога. А он был, он есть, и будет в природе. Она хранит сама себя от зависимого человека. Кому будет надо его хорошее и теплое. А от холодного и плохого люди уходят, боятся, чтобы в это не попасть. Они думали об этом, что они делали и сделали, и что у них есть. Ему конца нема, и не будет им конца. Они крепко ошиблись своей верой, что перестали Бога признавать. А он не наше такое незнание, он и к нам пришел живым человеком. 

      71. Теперь он об этом мыслит и делает то, с чем люди встречаются. Они живут по людскому. Им, бедным людям, в природе не знать, какой есть враг, и для чего он придет к нам, и в каких условиях. Мы с вами ничего не знаем в природе. Она нам рождала и рождает, и будет она рождать такую для нас прибыль, которую мы при этом развитии получали. Природа этим, она не радовалась и не радуется теперь, и не будет радоваться она в данное время. А такого человека она родит, который родится со своей мыслью, он найдет свой ряд, будет противополагать своим умением, своим здоровьем.

      72. Он от природы получит силы и волю для того, чтобы себя как человека показывать таким человеком, которого в жизни люди не видели. Это для них поступок не людской, а самого Бога. Он эти качества на себе развил, они его окружают. Он не простуживается и не болеет. Его это умение подружить с природой, близко стать возле воздуха, воды и земли. Она его родила для этого опознания. Человек не стал считать природу для своего тела стихией. Она через любовь к ней сделалась другом вечно живущим, а не умирающим. Человек, как оно есть, и будет перед живым человеком, он привык у себя носить чужое и мертвое, которое вводило в жизнь искусственное тепло.

      73. Человеку это не помогает, а мешает. У него внутри нет естества, нет природного тепла. Есть один недостаток, это зависимая сторона, которую не признает природа. Природа, она ни от кого не зависимая. Если надо быть хорошему делу, она раскрывает свои ворота для этого, проходит, живет свое время. Надо будет плохому – природа тут как тут себя меняет. Она не умирающее тело, а человек в этом не живет, а умирает через свое чужое. Это не признается природой. А живое хвалится этим вот человеком, кто говорит, не надо нам брезговать, не надо нам уходить, как мы с вами уходим от природы.

      74. Она у нас такая нехорошая для нас всех. Мы ее считали, считаем, и будем мы считать эту природу, которая нас не жалеет, а берет и набрасывается на наши тела любыми заболеваниями. Мы в ней люди, зависимые от нее. А раз мы зависимые, мы бедные, без сил тех, которые будут надо. Это наше бессилие, чтобы с нею наедине бороться, мы боимся. У нас наша мысль говорит: надо нам всегда знать врага внутреннего и внешнего. К нему так готовится, как мы с вами научились делать такие приспособления, такое оружие, такую науку, которая не стоит на месте.       

      75. Сегодня введут в жизнь людскую одно техническое оружие, а завтра другое, чем мы другого человека стращаем. Показываем в природе такие эпизоды, которые мы с вами делали. Мы подготавливаем к этому вот опять героя, которых не оказалось ни одного. Вояк из вояк всех не будет таких через это дело. Мы находим человека обиженного, кто из-за нашего кармана, из-за нашего хорошего и теплого. Любого человека у нас стращает место. Мы боимся бандита, мы не хотим, чтобы между нами таким был. Почему он за это цепляется, разве это не правда есть на белом свете: в одного есть, а в другого нема. Что-то тут играет роль в этом.

      76. Вьетнам – маленькая страна, на которую обрушились сильные экономически люди. Из-за своего места один другого убивают. Не хотят своих людей, свою продукцию пускать в ход для уничтожения человеком человека. Пока богатейте, растите до своего сознания. Не природа рождает врага, а мы его создаем. Если бы мы с вами по Богу жили, мы б плохой мысли не имели. Что нам с вами дает здоровье? Не хорошее и не теплое нам дает здоровье – холодное и плохое, чем Бог огорожен. Почему он не держится за свое найденное в природе место? Бог уступает свое место. Будь добр, ты человек есть в природе.

      77. Он скажет свои слова. Это есть истина, она одна из всех. Нам природа откажет то, чего мы ждали и готовились. А теперь мы этого не дождемся, мы его не получим. Нас всех природа сведет. Мы поверим Богу и то сделаем, что нам не понравится. Бог хочет жизни, но не смерти. Тюрьму и больницу убирает. Надо проявить в природе учение Бога – никогда преступника не будет, болезнь упразднится, а народится между людьми любовь и здоровье. Все это сделает сама природа. Она на поля имеющуюся технику не допустит за то, что закаленному человеку не дают места. Я, говорит, свое между людьми посею. А я мое зернышко должен заложить в людях, они больные. Они жили, живут, и будут жить.   

      78. Только ты живешь по людскому, с природой воюешь. Убиваешь ты за свое место человека. Бог не такого характера. Он болеет о том, что мы, все люди, не гарантированы туда попасть. Мы такие же все, на очереди мы стоим и ждем мы того дня, той минуты, когда сможем оторваться от земной коры. Бог против этого начала, что мы первым человеком начали и то сделали, что мы с вами видим, но не верим Богу. Он просит природу, а в нее есть три основных тела. Это есть воздух, вода и земля, что самое главное нам создало. А теперь по просьбе Бога эта природа, она все развитие приостановит. Она сделает то, что мы от нее не ожидали. Есть в книгах написано. Придет такое время от всех времен, с востока этот человек на земле, она им не даст ни хорошего, ни теплого.   

      79. Мы не любим Бога, считаем его не человеком, он дюже плохо и холодно живет. Его идею такую ученые не поддерживают. А я как Бог верю природе. Она все сделает, лишь бы только на это был человек. Он такой, как не был никогда, такой, как есть между нами Иванов. Он на всей земной коре такой. Он может быть в природе в любое время живым. А все этого не смогут. Людей надо кормить, людям надо красота и жилой дом. А Иванов не признает в природе искусства, оно ржавеет, оно как химическое портится. А раз оно портится, значит непригодное к жизни. Человек – это своему телу хозяин.

      80. Он просит природу. Природа, дай мне жизнь, чтобы я жил в ней вечно не умирающий; и был я ученый для жизни своего тела, и также учил обиженное лицо, кто чем-либо болеет. Он теперь не болеет, а живет здоровым. Все это сделает своими силами природа. Она такой друг для Иванова. Что он не попросит, ему она идет навстречу и помогает ему. Он не лучше от всех, но свою форму не поменяет ни на какие-либо особенности. Он не стремится получить у себя богатство, или в природе так себе красиво петь, как поет песни любая наша молодежь. Она нашла у себя талант это делать, она делает, людям другим, слушателям, распевает. На это все люди учатся, заставляют человека в этом деле петь.

      81. Молодежь заинтересована этим, она живет красуется. Она на сцене все делает, готовит для своей жизни, чтобы у них была одежда, чтобы тело она своим фасоном украшала для того, чтобы перед другим было чем похвалиться. Пищу готовим по вкусу жирную, сладкую и много. А раз человек поедает, он уже считает, это для него хорошо и тепло. А в доме он в каком живет, одна есть благодать, построенная нами самими. Мы строим сами, это нам природа дает все, что надо. Мы очень крепко и тяжело в ней трудимся, устаем. Мы теряем в этом свое здоровье. У нас своего природного нет тепла. Как чуть что такое, уже зудит.

      82. Мне, говорит человек, холодно. А раз холодно получилось, уже надо искусственное, сделанное нами тепло на одно время. Это есть не спасение в жизни своей, которое молодежь завоевывает. Она с природой, с такою, как она есть, воюет. Рвет на кусочки, палит огнем, делает сталь. А из стали делает нож или станок, им вытачивает деталь. А из детали складывает машину, которая роет и сама закапывает. Она возит любые грузы и сама сгружает. На этой машине мы с вами катаемся, ездим взад, вперед на колесах. И также плаваем быстро на кораблях, летаем в воздухе. Защищаем свою родину от нападающего врага. У нас всякого рода войск оружие, и мы сильны физически все делать. Мы есть вся молодежь, люди, без ничего у нас ничего не получается.  

      83. Когда смотришь, видишь в природе не все, но частично. Как это старые люди поживают, на них на таких перестает смотреть молодежь. Они свою жизнь уже, можно сказать, оканчивают. За ними и природа не хочет смотреть, они непригодные люди, нехорошие для природы. А молодежь, она красуется, ликует, как никогда хочет жить. Ей все находят и хотят, чтобы она цвела и росла. Но жизнь они свою не знают. Люди хотели от Бога получить в своей жизни помощь, а он им не соглашался этого делать. Он был людьми забран и посажен в тюрьму, как Бог, его силам не давалось пользоваться правами. Его люди вернули, чтобы его сделать человеком и осудить. 

      84. Но людям не удалось его силы отобрать. Он стал искать свой выход. Судья была женщина, прокурор заставлял осудить его, но не удалось, он не стал с ними говорить. За это все, что сделали люди над Боговым явлением, Бог хочет осудить через природу. Она всему дело, не даст своих сил и возможностей, чтобы люди так жили, как им хотелось. Бог на землю не пришел шутить, ничего не делать, как это было. Он со своими словами, он Учитель, он учит людей, чтобы они учились для того, чтобы в жизни своей не попадать в тюрьму и не ложиться в больницу. Вот что идея приносит.  

      85. Чистая душа – чистое тело, оно хвалится перед всеми делом своим, говорит нам. Мы с вами заслужили то в жизни получить, чего никогда мы в жизни своей не получали. Я, говорит Бог, милый и неумирающий любимый друг по жизни есть, человек земли. Она меня такого одного держит без всякой самозащиты. Я мыслю не так, как мыслят все люди. Они для этого дела делают, чтобы у них было оружие, да еще такое, которое они у себя приготовили и держат для случая. Враг тот, о котором люди думают, он на такой рожон не полезет. У него тоже ум и живое тело, оно не хочет прежде времени погибать. Он ищет свой выход, чтобы нам так помешать, чтобы мы знали его и не собирались такую жизнь первоначальную человека.

      86. Это индивидуальность, она человека на земле держит за счет чужого добра. Мы и они люди зависимые в природе. Нам дай, мы с этого сырья все сделаем. Мы для этого дела живем, и то мы в природе делаем, от чего мы получаем холодное и плохое. Мы в деле теряем свое прежнее здоровье. А раз у нас не такое здоровье есть, то бессильные в природе с ней бороться. Это у нас его не отберешь, оно было, оно есть, и оно у нас будет при таком развитии. Мы люди не такие, как природе надо. Она от нас требует, чтобы мы учились в природе такому делу, от которого человек шел бы по дороге такой, чтобы не попадать в условия такие.

      87. Чтобы человек был крепкий, чтобы у него была на это сила воли знать эту природу не как врага. И не создавать его у себя своим умением, своей добротой. В природе меньше теплого и хорошего, чем в ней есть плохого и холодного. Мы с вами, все люди, пошли одной людской дорогое, не останавливаемся, идем и приобретаем. Кому? Сами не знаем. Считаем, нашей молодежи. Она для этого дела родится и будет сама творить то, что у нее получится. Это не жизнь их уходит от смерти, а мы, все люди, к этому прибегаем. Отцы с матерями, подумайте хорошенько об этом вашем деле. Вы же родились для жизни, а вас заставило условие вашей жизни потерять на веки веков свою жизнь.

      88. Вы тоже этого своим детям хотите? Вы их ведете по пути, растите, даете права такие, которые вами введены. Вы учите человека, чтобы он убивал за свое место человека. Это не жизнь ваша, а смерть. Вы сегодня убили, а завтра убьют тебя. За это природа, она тебя никогда не простит. За твою красоту, ты от нее ее получил, по-своему сделал. Говоришь: никто мне не помог, кроме как я сам добился этого. Одно время так пожил да помучился в природе, свои силы потерял и ушел бессильным в землю. Теперь там лежу прахом. А в природе такой никогда даром не проходит.

      89. На это вот рождается человек, об этом пишет. Он для этого делает в природе. Он не заставляет природу, чтобы она от людей терпела. Мы это время своими умами тянем. Мы к нему готовимся. У нас для этого есть все, чтобы с нашей землей совладать, чтобы с нее сделать хорошую, пуховую грядку. Она в себя принимает инвентарное зерно. Она имеет у себя влагу для того, чтобы этому зерну пораньше взойти и там свой корень заиметь, чтобы быстрее себя в воздухе показать. А потом дождаться дождя для поливки этой земли.   

      90. Все это делается людьми. Они хотят – это все в природе получается. Если бы не люди этой мысли, то природа никогда этого не давала. Они всю зиму просидели да продумали, все ждали да смотрели на этот холод, а к себе тянули теплые дни. А теперь родился человек противоположный, он не против всего нашего. Но мы, люди, плохие оказались для него. Он добился, он сам делает не плохое, а хорошее. Он между нами всеми родился. Не ворует и не убивает. Испытывает в этом сам, а потом практически другому передает. Говорит: это не мое, а природное. Люди сами этого в жизни хотят, чтобы не простуживаться и не болеть.

      91. А Бог сам добился этих сил, этих возможностей. А ему администрация мешает, не дала возможности трудиться. За что вам давать право продолжать в сей вашей жизни, которая ежегодно делалась и делается при таком виде, как мы в данную минуту эту жизнь в природе имеем. Это наше оружие, вся наша техника, вся наша снасть, она должна в свое время на свое место прибыть и свое дело делать. А этому всему природа ворота не открыла. Люди не смогут понять, почему это так получилось, что наша земля так от холода замерзла, а влаги, тепла мы от природы не получаем.                  

      92. Вот чего мы дождались. Нет того, что было. Солнышко стоит в одной поре, чтобы менялось, погода не меняется, держит землю мерзлого характера. Не допускает к себе никого, как только хочет. Мы очень много знаем, расширяем в атмосфере фронт, с нею мы воюем. Наши земные там дела. Хоть хотят этот грунт подчинить под свое умение, а в самих тело огорожено чужим, зависимы мы в этом деле. А раз мы в природе зависимы от нее, то мы тогда бессильны  с вами во всех условиях воевать. Наше такое желание, мы для этого вооружились. Любую машину сделаем и ее заставим, чтобы она работала, по указке самих нас, людей.

      93. Мы с вами на земле развили такую жизнь, которая нас там на этом материке не удовлетворила. Человек родился для жизни своей, а потом он от этой жизни, от живой, от холодной и плохой отказался. Пошел искать в природе лучшего. Он на земле не жизнь свою развил, а окружил себя мертвым, и через это он умер. Теперь лежит в земле прахом, чем природа не осталась довольная. Человек через дело рождает, потом ему дело делает в его жизни. Он это дело начинает строить, и до самого конца не доводит, ошибается в этом деле, недоделал, умер. Поэтому первый человек это начал делать, через это все умер.    

      94. За ним, за таким человеком все они пошли и стали делать, что делают в данное время. Они не живут, а в этом они умирают. Конца в этом не видать этому началу. Землю как источник мы оставляем, беремся мы за Луну. Она нас своими богатствами встречает, мы начинаем черпать лунные богатства. А на земле приходится в мешке умирать. Чтобы мы чего-либо физически в природе сделали, мы этого не начинали. За счет технического знания сами себя заставили летать на Луну, и там за счет техники мы приобретаем лунный не начатый никем никак грунт. Это не проблема человеческой жизни. Люди со своей наукой не сидят на одном месте.

      95. Их заставляет лететь на своих машинах в Арктику, а неудачно. Они там гибли, искали в природе тайну. Им природа ничего такого нового не открыла, чтобы человек остался в холоде доволен. Если только его как человека  в мешке не оставила там, то он прибыл на материк. И тут же, как все, свое дело начатое не закончил, как все, умер. То, что все, делает, в природе он ищет какую-то тайну. Он ее вооруженный не найдет. Как был холод, как была жара, они и на сегодня сами себя меняют, друг другу уступают место. А человек для этого он родился в природе живым, а сделал его условия жизненные, он в них умер.

      96. Он же на материке, он же в воздухе, он в воде приспособленный, живет за счет мешка. Если ему надо спускаться в воду, на человека одевают аппарат, и он с ним там летит. Нужно в Арктику лететь, он без мешка не остается. Мы, все ученые, этим огорожены, живем так, как все. От смерти не уходим, приближаемся. Вот что мы с вами за свое время, за 1972 года на человеке имеем. Мы его сделали зависимым в природе, сильно борющимся. Как чуть что такое, человек пошел под копыл. Ему дорога одна какая-то в природе есть. Температура, неприятная болезнь, он простыл. Он же был в одежде, ему приходилось кушать, в доме живет. А почему же он в этом заболевает? Он говорит, простыл. Живое тело, естественное не должно это получать.

      97. Иванов совсем этого не имеет. А как же он живет с нами вместе. Мы с вами, одевшись, наевшись, в доме поживаем. Нас за это природа где девает, как дельцов? Она с нами ни с кем не считается, какие бы мы не были на белом свете люди. Как бы мы с вами не учились и научились, сделались с человека инженером, профессором, академиком. Но им в этом во всем грош цена. Они же, как и все люди, бессильно помирают. А вот Иванова тело нам всем говорит. Мне надо уже давно при моих обстоятельствах умереть, меня ничто такое не защищает. Я один из всех независимый в природе ни от чего никак нигде. Естественный, природный живой, близок к ней. Для меня природа – это любимые друзья в жизни. Мы от них получаем неприятность, мы умираем. А Иванов живой человек, говорит таким, как вы, все люди: вам там места хватит.           

      98. Это писание пишется мною, для того я его пишу, чтобы люди наши его как таковое читали, ему верили, и старались сами себя таким сделать. Я иду по такой дороге, по которой все люди не захотели идти. А она была, она есть, и будет она перед нами такими людьми. Мы же есть природа, да еще какая. Нас она посадила, и давай нас с вами заставлять, чтобы мы ее не любили. Это наша такая прямая дорога. Мы все время по ней едем хорошей дряхлой снастью. Мы теперь, все люди, сосредоточились и взяли теперь свою дорогу влево от нее. Мы стали тянуть по этой равнине по земле. Мы закладывали свой архитектурный самый лучший для этого дела материал, чтобы без всякой ошибки.

      99. Мы по этой дороге разрешали и давали полное право нашему водителю. Здесь вот по этой изложенной дороге любая марка нашего транспорта. Автомашины даже имели указатели своей остановки. Мы тут же рядышком расположились, на бережку этого Черного моря пляж городского типа. Возле Ревьеры остановка наша здесь первая. Можно сказать, в Сочи, куда наши все люди по этой начатой дороге любыми средствами хотят попасть, и при таком сияющем солнышке отдохнуть. Я, говорит одна любезная женщина интеллигентного характера, так она высказалась: я не люблю солнца.    

      100. Мне надо будет зонтик. И это мы, мастера этой дороги, делали, у нас на это есть заложенное искусство. Мы эту дорогу тянем не для чего-либо. Сбоку ее тут же рядом стоят огромные многоэтажные дома. Мы в них сами живем, сами все делаем со всеми удобствами. А в Сочи в центре есть первого класса ресторан, туда дорога одна для всех, имеющих средства. И тот, кто его знает, тот туда заходит.

      Я, Иванов, не этой дороги. Совсем не нуждающийся зонтиком. Самый простой в этом человек практический. Приходится бывать, просматривать даже, не нуждаться этим рестораном. А я как заслуженный человек в природе, идущий правой стороной, где нет ничего такого, как есть только одно сияющее солнышко. Оно печет мое тело жарко. Я был один из всех в мире приглашен в этот первоклассный ресторан, меня там люди без всякого солнышка покормили.  

      101. А когда эта дорога стала продолжаться, стало строительство за счет этого дела расти. Мне пришлось отказаться от любого проходящего ресторана. Он долго не будет сохранять без всяких средств. Это левая дорога, по которой мы, все люди, для этого пошли не так, чтобы одна дорога продолжалась, а возле нее люди со своим делом жили и его делали руками. Я, говорит Иванов, не такой, как все, чтобы на чем-либо на таком движущемся разъезжать и бывать там, где люди не были, а их доставила машина. Если это так я буду нужен природе, как она меня одного держит. Она и ко мне приходит, как она не приходила никогда. Чтобы я кланялся ей и просил ее, чтобы она мне давала одно и другое.

      102. Это ее плоды, мне они по моей дороге не нужны. Я не такой, как все люди, которым надо будет такая крепкая с асфальта дорога. Она нашего человека, зависимого от нее, привозит на любимое место. Там он нужен со своими руками, где открытые пласты есть, лежат недра, они ожидают к себе человека. Лишь бы он был физически здоров, его шахта примет, ему место по его специальности дадут. Научат, как сперва надо будет под этой землей, в этих условиях при свете работать. Эта обстановка, она тебя научит, даст твою ловкость, ты забудешь то, что ты делал там. Это твоя воля, твое физическое дело давать уголь на-гора. А там его нуждающиеся люди ждут, им он надо. Они его жгут, у себя держат огонь, им это надо. Они делают сталь, а из нее деталь всякого рода.

      103. Ими делается как таковая деталь. Она требуется левой стороне. Человека рождает условие, в котором неожиданно он маленьким дитем народился. Его как такового мать в своем теле живым естественным носила девять месяцев, а потом природа взяла на себя инициативу от этой матери отобрать как такового. По времени ему следовало прийти на землю и ухватиться за нее, как клещу. Стал ползать по земле, окруженный воздухом и водой. Его встретила человека развитая система предков наука, как будет надо человеку в дальнейшем жить. Его встретили люди предкового порядка, они уже были.

      104. По-своему по-ученому его как дитя встретили, своим умением его огородили. Мы так себя научили по природе своей мыслью лазить да присматриваться к ней, а что она у себя имела. Она себя стала показывать для человеческой такой зависимости, которую заимел человек. Он стал в природе нуждаться, у него проявилась его лично потребность. У него в теле разрабатывался аппетит, а вкус его выбирался. Что ему требовалось  в жизни, он не понимал для себя создать в природе цивилизованность, чтобы у него как у человека был какой-либо  собранный запас. Он его сперва не имел, его заставило это делать тело. Оно когда появилось на белый свет в природу своим живым естественным телом, его как таковое окружила воздушная обстановка, незнаемое дело в природе.

      105. Дитя эти качества в природе не видело, а слышало чувством, испугалось и закричало. Его предки услышали, стали на нем находить причину. Она – ему потребовались пища, одежда, жилой дом. Что ему без всякого воздуха не проглотить и не одеться, и в доме не жить. Мы ему представили право быть от этого дела зависимым человеком. Значит, ему в природе надо жидкость, он же ее у себя такой не имел. Чтобы эту жидкость проглотить, надо был воздух, чтобы с ним эту штуку глотать. Это уже процесс между человеком и природой. Человеческому телу понадобилась еда, понадобилась одежда и жилой дом. Эта потребность по левой стороне увеличилась, стала делаться людьми. Они с природой стали воевать.

      106. У них в природе на земле стало расти их сделанное хозяйство. Из кочевников они сделали юрты, а из юрт – хутора, села или деревню. А потом уже местечко, а из местечка – город, где кустари там своим делом разгуливали. Частная, индивидуальная собственность свои столы поднимала, говорила: вот мы, так мы. Купцы и дворяне создали у себя царя, сделали с народа национального царя. Нам нужна жизнь показная, чтобы на нашего царя, на такого капиталиста. Он нашего брата, тяжелого трудягу,  нигде  не жалел. У каждого человека была перед ним присяга. Как за бога, так и за него человек клал свою голову.

      107. Богатый был или бедный, они оба шли по одной дорожке в церковь богу помолиться. Для того они туда шли – свои недельные грешки замолить, чтобы их таких грешных бог простил. Они так и делали в деле его рук, голова не управлялась на это дело думать. Человек же нервничает, ему же хочется от своего партнера уйти. Он тоже видит, что делается на белом свете. Жить плохо никто из всех не желал. Каждый человек от этого недостатка бежал, он уходил со своим хозяйством. Ему как человеку надо его прибыль. Он смотрит на себя, как он на голове шапку носит. Если она у него на боку, то у него есть во дворе, чем можно похвалиться. И в кармане есть, чем поспорить. Я, он говорит, на все это село или город богато живу, и полагаюсь еще прибавить.       

      108. Ему, такому бедолаге, скупому человеку  в природе везло, как нарочно. Он сделался в городе коммерсант по своей торговле. А я промышленник, заводчик, или имею у себя большие угольные шахты. У меня люди это создавали, создают за мои средства, и будут создавать. Это левая сторона такой дороги, как мы ее за всю свою жизнь в природе так своими ногами протоптали. Мы знаем, кто как где живет при своих условиях. Сосед соседа знает хорошо тогда, когда у него какая-то родится беда, чем-то он природою наказан. У него родился во внутри в хозяйстве какой-то недостаток. Он загоревал, кому ты об этом пожалуешься или чего-либо скажешь? Только к этому близкому соседу, он тоже бедняк, в этом тянется.    

      109. Когда ему везло в жизни, хорошо было, тогда он молчал, он уходил от этого всего. Ему бедные зачем, если он живет хорошо, ему в жизни своей везет. Он рад этому, сам ни на кого не смотрит, а свое продвигает. Говорит: так надо делать, чтобы с этого всего получилось хорошо. Хочется гнаться, хочется догнать, хочется перегнать. Наше такое лежит левое хитрое, в этом деле дорога, руки в брюки ничего не делать, а чтобы получилось у него хорошо. Но это нам всем не дает хорошее, если не будешь делать ничего. Земля сама себя не ворочает, а ее люди научились быстро пахать, делать из нее хорошую грядку, как и все ее делают. Говорят: так надо делать. Предки наши сохою пахали, предки волочили деревянным к… Считали, в этом это хорошо. А теперь наша левая дорога всех нас заставляет ложиться в подушку, но не забывать про нашу матушку землю.

      110. Она нас в этом кормит, она нас поит, мы на ней все делаем. Хотим сказать за самих себя, как мы быстро поднимались на свои ноги. Мы пошли в школу учиться, перед нами стояла задача всех нас, чтобы научиться теоретическому знанию. Чтобы между людьми сделаться между всеми одним таким ученым, которому по его развитию дадут место. Пусть этот человек практически свое дело продолжает, он у нас на учете такой добрый делец, кому надо будет позавидовать. А такие у нас есть люди свое дело придумывать. Он на этом месте пробил свои зубы, умеет командовать, умеет жить с народом так, как не пробовали люди. А при хорошей команде люди свой дух поднимают.

      111. Они тоже идут по этой левой стороне, они видят эту дорогу, этот такт в жизни. Это молодежь старается, все свои силы в этом ставит. Его одна цель – сделаться таким дельцом, как у нас этот делец уже был. А теперь моя инициатива, этому делу быть. Я спортсмен, умею это дело продолжать. Моя эта работа делается мною так, пока есть здоровье, пока есть на это силы и умение, они прогрессируют по этой дороге. Это левая сторона, по которой все люди стараются попасть. У них одно – учиться, чтобы тебе от этого былого хорошо и тепло. Ты инженер, ты врач, специалист по материальности и по живых людях. Нам надо, чтобы стойкие, крепкие и красивые. На это будет надо ловкость, также человек должен быть в природе физически развитым, быть здоровым человеком.      

      112. Этой дороге больные люди не нужны. Эти люди убыточные для развития экономики. А дорога, она лежит такая по земле в природе, человек по ней бежит, спешит. Может, за свое умение, за доблестный труд он делается герой. Его люди вознаградили звездочкой. Он этим званием записал в красную книжечку, сделался настоящим коммунистом. Он политический человек, это его прямая обязанность за свое все, сделанное им. Он такой же, как и все люди беспартийные. Они со своим здоровьем не ушли. А как стояли на очереди, ждали своего пришедшего по порядку дня, так они и до сих пор стоят. Ждут, вот, вот ему или ей придется чем-то заболеть и поболеть одно время, пока силы уйдут.  

      113. А потом ему или ей придется умереть от такой жизни. Иванов раскусил эту крепкую косточку, понял, что эта дорога ведет человека по пути к хорошему и теплому. Но у нее два конца. А может ошибиться и попасть к людям нехорошей стороны. А в этих людей можешь найти законников, они воспитывают человека. Он их слушает, а бывает, и не слушает, возьмет и протянет свою руку в государство и сделает жертву. Человека для страха убьет, а сам ценности заберет, и это бывает. Его ловят, а бывает, проскакивает, и до сих пор его ищут, и так не найдут. А бывает, преступника ловят, перед ним дело разведут.

      114. Статью подберут, юстиция на стороне этого всего, не прощает, а утомленно держит этого человека, кто сидит в заключении. Он думает, он даже решается сделать побеги для того, чтобы это место оставить. За ним как преступником большая погоня, его догоняют. Он не сдается, а идет на жертву. Он это сделал, его убили. Вот что тюрьма у себя под замком держит. Умного кровожадного зверя. На это лицо все это делается, кто не живет плохо и холодно. Поэтому человек через него родился такой преступник, которого держат в условиях таких мучительных. Этому человеку доверия нема, ему не прощает юстиция, держит его под режимом до самого звонка. Это люди больные через материальную часть, у них ее нет, они сидят на пайке.    

      115. Его нельзя никак освободить, он тут же тебя убьет. Это воспитание левой стороны дороги, по ней ступает человек. Он для себя захватил удобную кору землю для использования своего источника. Это его есть рынок, торговля, продажа и покупка природы. Она терпит. Один продает, хвалит, а другой корит, покупает, ему хочется этого хозяина обдурить. Он продает, у него лишнее. А тому, кому надо, у него есть деньги. Он может эту вещь купить в любом месте. Но когда человек отрывается от этого места, он умирает. Ему уже не вернуться обратно, так говорят предковые люди. Они до этого времени жили хорошо, и жили они плохо. Но их обоих убила природа за их такой азарт.

      116. Вот что эта левая дорога человеку дала. Человек по ней ходил взад, вперед 35 лет, терял свое здоровье непрестанно, был от нее зависимый. А теперь уже пошел 38 год, как я, Иванов, поделился с людьми, взял правую, никем не занятую дорогу. Отцом родным было сказано: это мой родной дом Чивилкин бугор. Он меня заставил с ним наравне жить, он никем не занятый, он никаких плодов не дает. Человек для себя нашел дорогу, он ею как таковой огородился. Заставил в природе быть таким. Он сделался через свой поступок близкий к природе. Она его через это все, что он от этой мысли отказался. Он не стал гнаться, догонять то место, где условие огораживается лучшее от всех. Он не захотел этого делать, стал так жить в природе, как мы его одно время видели.

     117. Он между нами такой вырос. Мы его видели таким, как он одно время с нами вместе с природой воевал. Он таким не был разбойником, как мы сейчас без этого не обходимся. Нам надо для источника своей жизни воздух, мы приспособили воду, а землю заставили. Они нам это дело развивают. Мы на ней проходим теоретическое знание, учимся на профессора, на академика, повышаем в этом знание. Самое главное – следим за врагом, чтобы он на нас не напал вероломно. Чтобы мы в природе были сохранены в этом деле: одевшись, наевшись, и в доме чтобы удобно прожить. Чтобы было жирно, сладко.

      118. Это дорога, которую избрали все живущие люди. Они на земле для этого дела ползают, движутся, ищут в природе лучшего от сегодняшнего пришедшего дня. Им хочется с таким днем встретиться, в котором как никогда пришлось прожить легко, чтобы было от этого хорошо и тепло. Эта дорога, никогда она не оставалась без всякого физического труда. Он был, он есть, он и будет между нами, таким в природе тяжелым, таким вредным для нашего человека. Но поделать ничего, кроме как надо делать. А дел в природе уйма, очень много не начатых. Мы их не делаем, а собираемся делать. Это дело – для нас лежала история, быть человеку на северном полюсе.   

      119. Мы это дело начали делать на дирижабле Нобеля, выдели его экспедиции. Также полет разведку на Луну мы прокладываем. Хотим найти там такие вещества, за которыми надо будет прокладывать конвейер, и по нему будет идти на переработку нашим заводам на нашу потребность. Если мы там найдем такое нужное сырье, мы будем делать такие машины, которые будут туда летать и делать там посадку, и будут лунный грунт забирать и доставлять его на землю. А земля нам ничего такого не дала, кроме одного мучения. Труд, да не какой-либо введенный в людях, а физический тяжелый, от чего нам не делается хорошо и тепло. Мы хотим, чтобы нам в этом было хорошо.  

      120. А труд есть человека дело, его делает человек лично один. Это мало видно, один в природе не воин. Мы пригласили в бой воевать коллектив. Мы научились делать и сделали машину, ее пустили в ход для того, чтобы она нам технически через человека помогала. Человек ее оседлал, человек ее понимает, за нею, как за игрушечной, следит. Хочет, чтобы она для него так работала, как он хочет. Он в жизни ввел ток, электричество, техническую энергию. Она вылезла на фронт своего дела. Она светит, она крутит, она человеку не дает отдохнуть. Мозги человека не стоят на месте, а проталкивают сегодня одно перед нами, а завтра оказалось другое, совсем не такое, лучшее. То мы умы свои кладем при городском условии.

      121. Ученым надо будет то в природе искать. Земля большая лежит в своем пространстве. На ней можно кое-чего человеку такому вооруженному делать. Она нам открывает бассейны, мы их имеем, берем у них недра, тянем на-гора нефть. Все это нам дает огонь. Он палит на чугун руду. А из чугуна – железо, а из железа – сталь. Для того это все сделало для себя человечество, оно хочет, чтобы в природе человеку жилось хорошо и тепло. Мы, люди все нашей земли, свои умы расположили по своим местам, по кабинетам. У них есть для этого дела свои кабинеты, они связаны с высокой администрацией. Если что такое не так, то сюда на это место придут войска с оружием в руках для подавления этой эпидемии. 

      122. Для любого закона есть против. Но нужно так сделать в природе, чтобы твое осталось, а все чужое ушло. Отбирать и присваивать – это не идея Бога. Идея людская такая, с ничего надо будет сделать. Надо нам на земле развить зерновые, крупное хозяйство, мы это сделали. Надо животноводство заиметь, мы этого добились, завели коров. Даем молоко, с него делаем любую продукцию, ее людям продаем. Собираем у себя через них огромную, большую экономику. За счет этой экономики технически растем. У нас люди научились за счет своего труда. Мы танцуем, мы поем, мы разные соображения свои читаем. А мы их слушаем, сидим на своих местах. И до того мы досиделись, окончилось это людское творение. Надо бы еще сидеть, но само время пришло, этому конец. А уставать будет надо. А когда устали люди, уже пошли в разные условия.

      123. Мысли, их кто как куда направил. Один по одному развился, и не стало общего такого сдвига. Как он был направлен на пустой мяч, которого мастера, ученые в тренировке своим телом, своими ногами, физически развитыми. Для этого 90 минут бьют, с отдыхом. А чтобы забить, это бывает на это стихия этому мячу, заскочит он туда, как герой вскочит в ворота. А потом начинают туда другой мяч забивать.

      Так и это дело делается, лишь бы один на арену стал на свои ноги, и по делу его стал Бог. Этому человеку не запрещается. Можно делаться в этом деле любому человеку. То он делать должен, что делает Бог. У него идея не к такому труду, который будет или делают все люди. Они на это учатся, их будущее заставляет это начатое не бросать. У науки теоретической конца нет.       

      124. Люди на это учатся, чтобы чем-то распоряжаться, быть над этим местом хозяином. А раз человек хозяйничает, ему кто-то подчиняется и помогает жить. Это делалось, делается, и будет делаться не всегда.

      А когда другой человек, это буду я, Иванов. Я один единственный в природе человек свое место занял. На том месте стою, где это никому полного права не давалось, чтобы там быть, где Бог определяется. Бог то Бог, да не будь сам плох. Он говорит, надо своим поступком от природы заслужить. Люди есть природа, она хочет, чтобы человек такой в жизни между людьми зародился. Он должен обиженным больным помогать, нуждающимся. Кто чем и где нуждается? Это человек. А моя мысль в природе: рождению через свое тело помогать током, магнитом. Электричество, оно находится в любом живом теле, и у всех оно огорожено чужим, сделанным в природе своими руками. Это одежда, она тело не обогревает, а отбирает.  

      125. Болезнь в природе – на бессильном человеке. Она сможет заразить любого бессильного такого, как он одетым ходит. Его одежда отбирает у человека его тепло. Он сможет заболеть в любую минуту от такого человека. А от здорового, сильного в воли человека только можно выздороветь. Это было, это есть, это и будет. То, чем человек огорожен, и то, что он употребляет – это есть природное чужое; не живое, а мертвое. Никакой оно пользы в жизни не дает. А киснет и преет, делается в негодное, вонючее. А стены в доме не дают прихода природы. Она возле этого дома, воле этой хаты, как живое проскакивает, как будто не зацепляется за это тепло, которое делается. Оно делалось и будет делаться до того времени пока не забросит эту дорогу, этот такт. Мы по этой левой стороне сделались ученые теоретического знания, зависимые в природе, а бессильные в жизни. У нас природного естественного тепла нет.

      126. А человек, бессильный бороться в природе, это уже не вояк, а трус в жизни своей. Природу надо знать, как свою мать родную. С нею надо считаться, как с матерью родной. Она в своей жизни устает. А мы с вами не даем ей отдохнуть, а заставляем, своей техникой такой делаем, как мы хотим.

      1972 года 5-го марта ко мне к такому человеку через сделанное дело мной. Как это получилось, и как это получается в природе, что я на этой земле являюсь перед всеми людьми Бог? Кроме (этого), никак не назовешь мое тело. Оно вам всем скажет свои слова о том, что я до этого времени то же самое кушал. Гляньте на мои зубы, какие они стали после моей многолетней жизни. Я все время не переставал, кушал, и мне всегда хотелось кушать. Я тело свое не мог накормить.

      127. Только от стола, уже аппетит развивается. А сейчас моя практическая деятельность такая. Я не кушаю 42 часа. Считаю, лучше не может быть в этом деле. Есть такие выводы. Мне природа поможет одному остаться между людьми, совсем перестать кушать. Это будет, это сделается в природе на этом человеке. Он для этого есть Бог, ему природа в этом помогает. Он у нас таков один. Есть не хочет, боится таких кипучих холодных дней. За него воздух, вода, за него земля, вот она нам и сделает. Землю так не отпустит, как до этого времени было, а теперь этого уже не будет. Если я только между людьми являюсь Бог, то вся техника, сделанная руками человеческими, она не пойдет, ей нечего будет делать в земле. Влаги такой не будет, как она была.             

      128. 1972 года под 23 февраля в 12 часов 45 минут меня как Победителя природы и Учителя народа, как Бога земли сон будит. Я должен оставить в покое социалистических ученых и административных лиц в покое своим написанным произведением. Это закалка, это тренировка – наука всего нашего народа. Я и написал своим понятием, своей рукой. Это мой труд моей рукописи «Закалка и люди». Эта книжечка вступительная, она ищет человека независимого в природе, чтобы он как таковой. Человек – это закалка, а люди – есть природа. Она меня как автора заставила обратиться к нашим ростовчанам в союз писателей.       

      129. Они эту рукопись с большой душой прочитали, и сами взяли, с моим согласием, послали в Москву в издательство «Знание». А мне это издательство обратно по адресу присылает без всякой причины. Я беру на себя это все, еду в Москву сам. Захожу и от них требую причину. Они мне говорят: если у тебя родилась своя мысль, то ты должен действовать с места, с Ростовского областного издательства книги. Я туда к директору. Он мне говорит: надо рецензента, чтобы он был врач и литератор. Меня мой испытатель  психиатр в железнодорожной больнице работает врач Эдуард, Федорович Холодный. Он поэт. После того, как познакомились с этим материалом, я у него спросил: на что можно будет надеяться? 

      130. Он мне говорит: то, что ты пишешь или написал, может фантазировать любой наш писатель, это есть твоя писанина; а самое главное – есть живой факт, ты. И велел мою рукопись послать по почте в Ростовское издательство книги. А они должно не читали, тут же прислали, тоже без всякого. А я к директору, он мне так сказал: на твое написанное у нас нет ученых в области. Дает искать его в природе самому. Я тут уже применил на это струнку. Администраторы медицины, как науки, она меня  держала и считает душевно больным. Я в обком к товарищу Нестеренко. Пожелал, чтобы я ему рукопись выслал, сам не отрывался от его телефона 90690. Он говорит: читали ученые без моего участия.

      131. Дает наказ, чтобы я переписал. А моя просьба была перед ним – помочь. Помогите, укажите, что не так. Они молчат. Я написал солнышко, требуется маленькое, по привычке технической. А тут, можно сказать, не хотят, чтобы я сделался между читателями автором. Милиция, паспортный отдел не выдает паспорт. Я не являюсь уже гражданином, меня считают ученые душевно больным.   

      Если я со своим изысканием непригоден, то прошу прослушать сон мой. Я обратился в правительство за визитом, чтобы они меня такого выбросили за рубеж любого национального народа любого государства. Меня встречает хозяин человек, я был перед ним одет, он у меня спрашивает: можешь убирать туалет? Я и от этого не отказался. Он мне свой дает кусочек завернутой бумажки, как мое поручение.

      132. Со мной должен встретиться с палаты депутат, который должен со мною с таким встретиться и поговорить. Этому отхожему месту были ворота отворены. Меня туда завел  с собой этот человек и передает неизвестную в человека их технику. Я просыпаюсь и поступаю перед своим государством не по душе. Я и моя вся практическая деятельность, она вам как таковым такая ненужная, то прошу Вас, передайте другим, тем людям, которые дадут свое согласие со мною вместе выбыть. Прошу Вас.

                                                              1972 года 23 февраля. Иванов

      А раз такой влаги природа не даст, урожая не будет. Что мы тогда скажем, и какую мы песню об этом запоем, и под что мы потанцуем?

      133. Мы же Бога не признали. Ученые его прогнали с жизни, не дали ему трудиться. Он у нас считается по этой части больной. Он ли больной, или мы все больные? Стоим на очереди, ждем своего дня, чем мы заболеем. Это неизбежная сторона, левая, умершая. У нас наша есть болезнь эта. С утра наступает, она нашего человека валяет. Без всякого хлеба и разной пищи, при холоде жить невозможно, замерзает человек. А почему же Бог этого и не требует. Он говорит: если я буду нужен природе. А они близкие друзья, они неумирающие в любви с Богом. Он просит природу, чтобы она ему дала жизнь и учение об этом людям написать. Бог кушать не будет тогда, когда свое место он займет. Он нам всем живущим на земле свои слова и скажет. А что вы делали до этого? Мы ему ответим: трудились для того, чтобы жить хорошо и тепло. А он нам скажет: идите трудитесь и живите хорошо, это будет ваша дорога.

      134. А моя дорога, это вы ее на мне сделали. Вы не дали мне, чтобы я работал, вы меня за это сделали больным и не разрешили трудиться. Чем жить, скажите мне, пожалуйста? Мы сами в этом виноваты. Мы его посадили в тюрьму как больного. Взяли сделали больного здоровым человеком, тунеядцем. На народный суд,  хотели осудить. Это хорошо было, что моя защита дала – с ними не разговаривать. Я так и поступил с ними. Они меня в Москву к ученым, опять туда в институт им. Сербского, где от моей болезни, которая не входила в рамки ученых. Опять ее признали и положили в республиканскую больницу в Казань. А в Казани люди лежат, они вечно там лежат, а я туда попал и там лежал до того дня, пока не прислали, выписали в Новоровенецкую.      

      135. А Ровенецкая психбольница, она меня практически проанализировала. Она держала зиму и лето, а потом весь коллектив врачей вел разговор для того, чтобы с больницы выписать. Они же ученые люди, я перед ними есть практик. На любой вопрос, касающийся моей болезни, я им реально отвечал. А писать писал я лечащему врачу Владимиру Васильевичу. Он же читал, он же понимал мое, что я сделал в природе. Я им говорю о своем, что я в природе сделал. Это не людская лежит по земле дорога. Она не совсем такая есть, как ее делают наши люди – это всем будет хорошо и тепло из нашего труда, из-за нашей борьбы в природе. Мы от нее получили то, чего у нас раньше не было, а сейчас есть. Мы видим на факте, что у нас есть и будет. Мы технически больше развитые. А какая у нас на это техника, мы ею горы ломали, гатили гребли, делали мы моря, разводили рыбу, делаем им подкормку.

      136. Также разводили скот. Мясо в отвал даем людям. Мы в этом богатеем. Это нам не все. Мы не думаем и не гадаем про то, что наши люди в этом умирают. Мы считаем, эта штука для нас есть естественна, как будто так и надо. Природу не обдуришь, она живая, у нее все силы есть такие, которые могут от этого отбиться. Надо нам сердце выходить, чтобы оно было молодое, здоровое, закаленное. Чтобы оно содержало в себя в теле энергичное тепло. Я это уже имею. Прочитайте «Мою победу». Через что мне такие даны природой качества? Через любовь к природе. А мы от нее уходим, бежим, прячемся. Говорим: природа, она есть враг наш. Мы с вами его не знаем, и не хотим мы понять, что он может в любое время и в любую минуту наброситься на наши тела, и каким угодно, он много раз. 

      137. Левая сторона человеческой жизни себя не оправдала. Наука медицина не удовлетворила человека своим искусством. Люди, которые живут и радуются сейчас в природе, они все до одного человека умрут, как и не были на белом свете, их не станет на белом свете ни одного. Они все зависимые в природе, им дай, да не мало, а много. У них прогресс в природе брать. А правая сторона, тоже она не начата человеком. Ему как таковому, эти условия не нужны, чтобы заставлять любое живое тело, чтобы оно помогало. Мертвым, мы все живем этим. Нас воздух и вода на машине по земле катает. А чтобы научит себя физически на ногах простаивать. Самое главное – это произвольные ноги, они всю жизнь человеку дают.  

      138. А мы как таковые люди всей нашей земли, смеемся с природы, харкаем ей в глаза. Корим как никогда, ее покупаем на золото с серебром, меняем, хотим в золоте жить, как мы живем. Воюем и убиваем за него. Вот что между людьми делается по левой стороне. А правая сторона никем не была занята спокон веков. Это только пошел на «преступление» всей человеческой жизни я, Иванов, Победитель природы, Учитель народа, Бог земли. Ему это все для людей, все развитие на человеке. Это его физическая сторона. Он сам без всякой техники сделал, закалился. Природа, она помогла. В ней воздух, в ней вода и есть земля. Это самое главное, все нам дало. А правая сторона не заставляла. А вместе близко, и с живым живое, никогда не умирающее, вечно живое.

      139. Оно было, оно есть, оно и будет между нами всеми. Природа, она только служит правдой Иванову. Он ею хозяйничает, просит ее так, как никто ее не просил. Враг немец хотел убить, а его упросили, умолили – значит этому жить. Говорят, человек – это самое плохое существо, оно пробирается, пролазит, через любые щели для того, чтобы добиться в природе хорошего и теплого. На одно время пожить да повольничать, как есть. Люди в этом копаются, а потом природа наносит ущерб  этому всему. Мы от нее естественно получаем ущерб, то есть стихию. Она там делается не на хорошую систему, а на плохую и холодную. Раз человек обессиливается, у него нет сил воли, чтобы жить без плохого и холодного.

      140. Я не говорю об одном каком-либо государстве. Я касаюсь всех людей всего нашего земного шара. Мы одним человеком сами себя так развили, как никогда, свою человеческую систему. Мы, все люди всего материка, так себя заставили от природы все брать для того, чтобы в природе было по национальному делу, прошла моя великая просьба. Я прошу вас всех, чтобы вы дали свое согласие пройтись по ваших возможных местах и с вашим народом поговорить, чтобы они знали такого рожденного у себя человека, кто не захотел нашей левой стороной идти. Он пошел по правой, и нашел на себе все чужое, как природное, сделанное нами самими. Наше дело такое: износить на себе как непригодную тряпку, и также с жадностью кусок хлеба проглотить, и там ему сделать окись, чтобы получилась из этого вонь.

      141. А вонь, она не дает никакой пользы для здорового тела. Природа для этого провела по внутреннему телу такой проход, чтобы плохое негодное выходило наружу в природу. Природа бы не хотела этого дела делать. Поэтому я, Иванов, прошу у всех для того, чтобы мне набраться сил воли и там своей ногой поступать, где нога человека не ступала. Мы этого развития и не пожелали, но ничего ты не поделаешь, природа сама тут как тут создала эти силы и их направила к ученым психиатрам. Они на нем, на таком человеке, ошиблись, его признать умалишенным. Он со своим здоровьем совсем не такой к жизни. Нашей левой зависимой стороной, по которой мы, все люди, шли, он не пошел. А сказал: эта сторона, она неправильная в жизни.

      142. Его жизнь заставила с нами не согласиться по одной дороге идти. Он тоже был такой же рабочий, такой же воин с природой. А мы, ученые люди данного времени, прогнали, не дали возможности участвовать. Я как таковой был сокращен с работы административно, а учеными признан душевно больным, невменяемым человеком. Куда, по-вашему, деваться? Собственности в природе не стало, а в социалистическом хозяйстве непригоден. Это хорошо, надо природе сказать спасибо за ее доброту, за тепло, которое она мне  ввела. Я стал постепенно отказывать себе от имеющегося добра. Я без головного убора не ходил, а теперь пошел. Мой волос почувствовал силу воли, потом самого себя. Это воздух его окружил.

      143. Я этим самим дал отпор врагу, то есть той болезни, через которую люди все умирали. Она бы меня давно встретила, если бы я не начал делать для себя это плохое и холодное. Я начал делать с головы. Было сперва страшно, не летом, а зимой. Всю бытность ходил в теплой шляпе, голову держал в тепле, считал, это закон. А когда прошел практически всю зиму, то я не стал верить никому, стал ходить без головного убора. Не скажу за то, что мне тепло, как в шапке, а мне холодно. Я слышу крепко этот холод, но он моему телу дает энергию тепла. Я начал продумывать после этого про обувь. Но я в жизни не ходил по снегу разутым. А в тебя рожденные качества, через природу я людям помогал в их здоровье. Они ко мне к такому обращались. Я даже сам ходил в межрайонную больницу в г. Армавире и там поднимал людей на ноги.             

      144. У меня такая лежит агитация. Не болезнь на человеком играет роль; когда человек по-моему учится моим делом, то роли играет человек над болезнью. Надо человеку поближе к природе. Бросить надо этим заниматься, чем занимаемся мы. Нам для наших тел необходимо надо, чтобы мы были огорожены тем, чем нас природа обидела, наказала. Мы остались в этом деле бедными. А раз мы небогатые в природе своим здоровьем, значит, нас природа обижает. Мы с ней воюем, хотим сказать, в этом сильные. Но природа есть природа, она нашего брата не устрашится свернуть в бараний рог. Мы с вами, все люди, считаемся бессильными, чтобы от нее отбиваться. Мы были в жизни бессильные, чтобы бороться с нею. 

      145. Мы, все люди, такие, на белом свете живем и думаем жить хорошо и тепло. Но мы не гарантированы от природы. А она имеет у себя две стороны: одна – людская, другая – Богова. А мы взяли и пошли по людскому. По-народному все шли, идем по той дороге, по которой шли мы все. И попадаем в неловкую сторону – это плохое, это холодное, чем все человечество не заинтересованно. Мы хотим хорошее и теплое, что нам мешает. А раз мешает, уже плохо. А раз плохо, то мы от этого умираем. Разве это хорошо, когда человек умирает? Мы, все люди, умрем, этого хуже нет в свете. А на свете в природе этого не будет, что делается на белом свете. Мне рассказывает сын человека, как это получилось. Рубль с головой Ленина пополам переломился. А милиционер возле был недалеко. Она у него спрашивает: почему это так получилось?

      146. Он говорит: я не знаю, как это получилось. Так и люди живут, но не хотят, чтобы умирал человек, а фактически умирает. Это все делалось, делается, и будет делаться в природе через нас, самих людей. Они это все на земле создали, наше с вами развитие. Все нам далось и дается через наш труд. Мы для этого дела трудимся, чтобы у нас было. Вот что людям требуется.

      А Бог это несет, он обязательно принесет не одной национальности. Всем людям надо Богу сделать, чтобы не было тюрьмы и больницы. А кто этому не будет согласен, ведь все люди от этого не гарантированы. Руки свои имеют, а ум тоже, глаза быстрые, ноги две будящие, они нас носят самих. И то мы носим на самом себе и в себе. Все это принадлежит природе. Она нам дает сырье, после чего эта продукция попадает в то место, где это все делается на более качественное. Она нам складывает машину, она делает агрегат.

      147. Я не один человек этого хочу, хочет весь мир, вся природа. Она не возражает себя переслать самому человеку, он обиженный все время в своей жизни. А в нашей такой, как сейчас она делается. А людям хочется в хорошей воде да при тихой погоде своим телом покупаться да поплавать, если только силы на это дело имеются. Вода – мой любимый есть друг через любовь свою. Ты как человек имеешь всегда свои шаги, а они бывают тяжелые и легкие для этого. Мы так свое время прожили да проходили и дошли.

      Я перед вами всеми кланяюсь, и вас всех благодарю за ваше приглашение, за заботу вашу, что вы меня не забываете, а помогаете. Всем вам спасибо. А теперь я должен вам сказать за свою супругу, за Ульяну Федоровну. Она у нас такая участница, как и мы с вами, она инициатор во всем нашем деле, ей надо сказать общими силами спасибо за ее сердце и душу. 

      148. Она нас встречает, она нас провожает всех, как своих близких людей, которые у нас бывают. Мы их принимаем, как своих близких родных. Мы все с нею делаем, чтобы нам всем было хорошо, чтобы мы били здоровые и крепкие. Спасибо вам всем, так Ульяна Федоровна нам говорит.

      А теперь надо пожелать свое общее хорошее труженице Евдокии за ее многолетнюю работу. Пусть она поживет теперь, так как ей выделена пенсия. За что надо ей послать самое хорошее здоровье.

      Я как Учитель всего народа всей жизни, один из всех нас пришел на нашу землю для того, чтобы природа в этом свое направление между людьми сменила. То люди жили плохо и тяжело, они умирали, их природа с земли прогоняла. Она им не давала возможностей жить. Мы не жили, а умирали.  

      149. А сейчас дело Учителя, он всех нас учит добру, но не плохому. В природе есть очень много хорошего и теплого, а есть холодное и плохое. Мы хорошее и теплое сами создаем, очень трудно к нам приходит. А вот плохое и холодное, оно нами не знаемое, когда и как оно придет. Мы с ним встречаемся редко, но метко. Наша мысль не думает об этом, а думает о том, чего это медленно приходит.

      Земля, она не равнина есть на этом материке, на этом вот месте. Этот вот бугор, он остался в истории через моего родного отца. Он был у меня бедный шахтер, трудяга. У него были дети, без одного десять. Я был у него вторым рожден. У него люди близкие по соседскому началу считались с ним, как с человеком труда. Он любил в своей жизни по предковому явлению выпить, не один, а в компании. А когда люди кучей, гуртом выпивают, у них в это время развиваются слова, один у другого человека могут спрашивать.

      150. Знаю хорошо этих людей, как они сами собою хвалятся. Говорят смело друг другу. И вот в это прекрасное время, когда эти люди уселись на свое место, на которое человек садился и был в своей жизни трезвый. Он этого не знал, он этого не делал. А сейчас ему пришлось на этом месте встретиться со своими прежними друзьями, с которыми он всегда встречался и с ними проводил свое веселье. Они могут здесь петь, они могут здесь танцевать. Они могут жить богато за этим вот столом. Этот стол, не один богач его накрывал кушаньями, не один в это время хитрил. А тут как тут мог появиться сюда и бедный человек, которого люди в этом месте делали. А когда они его таким столом сделают, на него, на белую скатерть, поставят в посуде еду разного характера. Особенно жирное, сладкое, что мы с вами видели, встречали, и всегда мы этой пищей досыта наедались.

      151. Да еще после такого в жизни дела для тебя, такого молодца. Особенно тогда, когда тебе подают своей рукой в твои руки рюмку водки. Ты для этого должно заслужил, ты в этом мастер, ждал такого случая. У тебя эта мысль не выходила с головы. Я, мол, туда, куда следует, недаром зашел и недаром беру эту рюмку. Я любитель этого дела. Люблю и уважаю такую компанию, ведь это то, что делают в этом деле люди. Их всех заставляет их условие.

      За это место, которое от Адамова времени. Оно таким было, таким оно есть, и будет оно таким, если мы с вами не возьмемся своей техникой или оружием. Мы сможем с этого места сделать любое техническое море, а в нем разводить любую рыбу. Или сделать грядку, которая делается для нашего зернышка, которое мы растим в течение одного года. Много этих зерен им надо. Комбинат мукомольный, он у нас на этом месте стоит.

      152. Это конвоирует по всем своим точкам. Мы с вами это место у себя окупили, сделали руками. Теперь этого места не будет.

      А я знаю хорошо это место. Его предки назвали Чивилкин бугор. Там на нем человека нет такого вооруженного, чтобы на этом месте приходилось мыслить как таковому о Луне. Ему, этому человеку, мало этого, что я имею, говорит земля. Она спрашивает у человека, у мыслящего на белом свете. Ты пробовал это место отыскивать без всякого такого оружия, своим живым энергичным телом? Это место – друг жизни вселенной, оно не умирающее никогда никак. А в мешке с оружием в руках мы можем спуститься на любом месте в океанскую глубину, и также в высоту небесных светил. Мы туда пускаем спутники тоже с оружием, с приборами. Мы видим, мы слышим, но не сможем физически этот Чувилкин бугор завоевать. Он не на Луне, он не на Юпитере.

      153. Он на нашей Земле. До него можно добираться любому маленькому и большому человеку. На этом месте есть ток, магнит и электричество. Это все есть в человека то же самое. Здесь человек не зависимый ни от кого никак. Подготовленный в этом деле воспринимать естественного характера. Что может быть лучше, если естество. Оно неумирающее, живет вечно. А искусство – это дело недоделанное, умирающее. Кому верить, закаленному человеку или в этом неподготовленному? Нам надо учиться не теории, а надо учиться практики. Природа физическая – это воздух, это вода, это земля. Вдох и выдох, снежное пробуждение – мгновенное выздоровление центральной нервной части мозга. Это вот место, о котором идет речь, не в ресторане, в который мы заходим за шесть рублей. И не столовая копеечная, в которую мы в день заходим три раза. Это наша мать природа.

      154. Она нам рождает всегда новое и новое для того, чтобы наш человек жил в природе хорошо и тепло. А к этому все наши люди стремятся. А как же человеку закаленному, как вот мне такому плохому и холодному приходится на этом вот Чувилкином бугре быть. Я там не защищаю сам себя и ненакормленный. Здесь жилого дома нет. Есть вселенная, природа мать. Она учит человека не смерти, а жизни. Вот какие дела проходят на этом Чевилкином бугре. Его захватил сам Бог. Это место, эти условия, где может человек становиться никогда не заболевающий. Он победитель природы, любого врага, у него сердце 25 лет человека. Ему приходится жить вечно. Он – любитель природы, сохранитель себя. Его друзья – воздух, вода, земля, кто нас создал в жизни все. Мы без этого жить не сможем и не имеем права.

      155. Вот что природа указала нам таким людям, дожившим до этого времени. Сам Бог на землю пришел. Он поет песню свою за плохую жизнь да за холодную. Он на месте на одном не стоит, и неодинаково оно бывает в жизни. Что сделалось на этом Чевилкином бугре? Само выхаживание своей клетки. Это все он сделал, заставил человека ему низко поклониться за его хорошую сторону. Он человека притянул и поставил на своем месте. Это не самовольный захват и не какое-либо явление, а чистый воздух, вода и земля. Они милые незабываемые друзья. В этом деле никто не виноват, как виновны мы с вами. Мы эту работу с первых дней начали делать, и эту работу мы всегда делаем, и будем мы на земле делать до того времени, пока нас не окружит своими силами природа. В нее есть красавица наша черная земля. Она от нас крепко терпит. Мы ее роем; что хотим, то мы с вами делаем. Это наше во всем желание, а при желании есть любовь та, которую мы имеем.            

      156. Она нам нашла между людьми этот на земле бугор. Он нам рождает человека. Он делает в природе то, чего человек никогда не имел права делать. У него мысль не такая, как у всех. Она на бумаге бежит, хочется ему про это написать. Это Чевилкин бугор, он у нас жил не тревожен, живет он сейчас, и будет он таким жить, как живет между нами всеми наше всех здоровье. Он Учитель народа, он учит нас всех одному. Это есть всего мира здоровье, а при здоровье жить можно хорошо и тепло. Мы с вами этого не имеем, и не сможем жить, чтобы не нуждаться ничем. Мы у себя для этого всего имеем Победителя природу. Это есть человека во всем мире любовь. Она хочет сказать нам: через это все не будет ни внешнего, ни внутреннего врага. А Бог земли – это есть нас всех судья за наше все имеющееся. Он нас осудит за то, что мы с вами в природе живем хорошо и тепло.

      157. Мы с нею воюем, мы ее рвем на кусочки. Заставляем, чтобы она нам давала все то, чего хотим. Нам Чевилкин бугор вслух устно говорит за это самое. В жизни обязательно это будет. Мы доживем, увидим все этого человека, а он такой между нами всеми есть. Мы его знаем с предков нашей жизни, но видеть нам не приходилось так, как теперь. Мы должны его видать, и сможем с ним один на один разговаривать. Учитель своим магнитом нас всех притащит. У него силы наши природные. Его – это есть вселенная сила. Он не хочет, чтобы жить одному. Он хочет, чтобы все там как один человек жил, так и проживали все до одного люди. Бог земли, умирать он не собирается, у него есть надежные друзья, кто этому помогает.   

      158. Он между нами есть один единственный человек в мире. Избрал свой путь такой, как никогда никто. Он взошел на этот бугор сам, без кого-либо, там простаивал. Его никто не видел, а сейчас он там живым человеком между нами всеми стоит на нем и нам свои слова по порядку ставит. Он пишет за то, что ему говорят люди. Они его видят во сне, видят его в наве. А теперь одно есть желание видеть его живым, таким человеком, как он есть, или должен перед всеми быть. Он живой, он энергичный, у него есть душа, у него есть сердце, у него есть естественное тепло. Он того в жизни не получает, что мы все можем получить. Мы в себя тепла такого не имеем. Мы бессильные это делать, что делает Бог. Он мыслит, как это будет надо сделать. Если это его дорога ведет прямо туда, куда это надо, дорога одна ведет к его жизни. 

      159. Бугор Чевилкин, он даром не пролежал, он своего времени между людьми дождался. Он сделался для всех нас, людей, полезным местом. На нем человек раскрыл всю свою в природе тайну. Она оказалась на человеке бессмертною. 38 лет приходится не по людскому жить, а по явлению Бога. Вот что природа в человеке сделала. Она из него как человека зависимого сделала независимого человека, кто будет силен в природе. Так воевать, как воюет Бог в природе. Он в ней капризничает, а как природу ценит. Это говорит. Не тайна есть в людях курочка маленькая в жизни или петушок красный гребешок. Не тайна есть ягненочек или теленочек, также лошадка. И не тайна есть сама корова, или бык рогатый. Есть тайна в природе этот бугор, на который должен выйти человек со своим лично здоровьем, и его должен передать как таковому такому человеку, кто должен туда прийти и сказать свои слова.

      160. Мне как Богу нечем людям доказать, если только за это не возьмется сама природа. Мы не верим и не выполняем его то. Мы его ждем не таким, как это делается. Кто нам не дал за всю зиму снега. Это чьи были намерения нас,  всех людей, обидеть. Думали мы, от бедности ушли. Сделали мы для этого дела полезную машину. Она нам пашет, она нам сеет, она нам косит, молотит, чистое зерно дает. А мы с вами его конвейером, не знаем, куда девать. Мы много его вырастили, у нас есть, что и куда продать. Мы за счет природы обогатились. Мы стали жить хорошо и тепло. Думали, что между нами, такими людьми, природа не будет с вами считаться.

      161. А сейчас природа взялась за это дело, нам недаром этого человека преподнесла. Она нам родила для нашего разрушения. Она нам говорит: пожили много годов за счет природы, а теперь поживите за счет самих себя, как живет сам наш Иванов. Вы его прогнали с вашей дороги, он у вас оказался не таким, как вы, все люди. Ему природа дала свои силы воевать с вами. С вами говорит на русском языке. Он тоже работал и старался жить хорошо и тепло, но вы не пожелали. Вам захотелось его убить. Он пошел на такую ставку, по старым деньгам, 138 рублей, а по-новому 13 руб. 80 коп. Это уже сынова подбавила смерть, как за убитого офицера. Он погиб в отечественной войне за освобождение Ростовской области. А где же мне приходилось за это время бывать.           

      162. Бугор – это такое природное место, которое было в жизни своей отца, сыну предназначено, по истории всей, так как заслуженному у него дитю определиться и жить. Это было сказано им между людьми. А люди – это природа, между ними я, говорит Иванов. Тянет туда со своим делом. Там такого дела нет, как мы одно время готовились, и делали мы то, что нам надо. Нам надо в природе, чтобы было изменение. Мы не привыкли в одних условиях находиться. Так мы природу заставили, чтобы она нам показывала не одним цветом на нашей земле. Она одно время нам рождала то, чего нам в жизни надо, а другое она от нас отбирала. Она такая естественная мать. 

      163. Захочет по-своему сделать – она ни у кого не спрашивается. Обязательно на это дело родит героя. Природа наша такая от наших тел, умерших в земле, от прахов, она терпит. Как от потонувшего корабля в море на глубине, так и от человека. Природа наметила это место там, где нет никакого защитного себя условия. Там нет, чем и как делать пищу. И нет того, чтобы ставить для этого человека жилой дом. Этого человека, которому приходится это место занять, оно его тянет. Оно его ждет не с таким намерением, с которым пришел наш первый человек. Он свои шаги проложил для того, чтобы обязательно на своем обоснованном месте ему пришлось умереть из-за того дела, которое он начал делать.    

      164. Ему потребовалось в жизни оружие, он стал трудом его делать. А в этом деле получилась кустарная вещь, которой человек стал пользоваться, как своей. Он это нашел в природе и сделал руками, теперь у него это есть система. Не останавливаться на этом всем. Ему ум подсказывает, что в природе есть такие пространства, в которых человек не бывал, но ему хочется там побывать и это условие изучить. И там найти такое грунтовое условие, где была возможность человеку уцепиться. Он это ищет, он хочет, и он это делает. У него это наука, начатая спокон веков, с этим делом занимается. Одно время с природой повоевать, а потом сдаться. Так оно делалось, делается, и будет это делаться в природе человеком. Ему эта система не понравилась – родиться в природе, а потом надо умереть.

      165. Бугор этого у себя не имеет, он кровь живую, никому ее не пролил. А как он был в этом деле, так он и остался таким. Он хочет испытать на человеке, не на том, кто ходит в мешке, а том, кто ходит в чистом теле в естественном порядке. Он с природой так не воюет, как воюют все люди. Ему не надо будет то, от чего человек наш помирает. Он в этих условия, в которых живет, он дохнет, и будет при такой обстановке всегда дохнуть. Бугор Иванова просит, чтобы он у людей спросил: зачем они сделали, с пути убрали церковь? Она им помешала. А не мешает ли юстиция со своим таким законом? Его ввел богатый, имеющий человек, он сделал своим поступком преступника. Если бы он не торговал в природе природою.     

      166. На него, такого человека, в природе найдутся такие силы, от которых он не уйдет со своим таким намерение. Природу как таковую во вселенной не обдуришь. Она имеет две стороны. Одна – хорошее и теплое. Оно окружается только всеми людьми. Мы являемся режимными людьми, кто не гарантирован от тюрьмы. Можешь за все это сам попасть. Но мы все законно честные люди, по своим местам за свое сделанное мы им прощаем. Пусть они со своим намерением как никогда нам простят через Бога. Он преподнес в жизни такую любовь, через которую все наши люди избавятся от неприятностей. Торговать природой больше не будут, и болеть в природе не будут. 

      167. Мы с вами, все люди, без всякого солнышка не будем по земле шагать, это не наша дорога. А дорога лежит по земле прямо Бога. Я одно время, это было в Ростове, вспомнил про природу, которая нас всех за эту работу накажет. Это время к нам приближалось. Мы дорогу по земле в режиме изменили. Тот порядок, который имели, он от нас ушел. А вот свой новый худший ввели. Как мы хорошее и теплое время ждали. Он индивидуально, не технически, а кустарно. Нас заставляло условие, с чем мы тяжело повстречались. А теперь мы для этого дела вооружились, у нас ярмо ушло с хомутом. Мы сделали машину, трактор ввели, от нас ушло такое, чтобы земля оставалась незасеянная через недостаток.

      168. Мы этим хвалимся. Сделались такими хлеборобами в крестьянстве. Особенно административное лицо, ему дано права над своими людьми все делать, как и природа. Она между нами захочет дать плоды свои, она в этом не жалела себя, не жалеет сейчас. Люди по коммунистическому себя научили с природой воевать, в труде каждого человека заставлять свой уклад делать для общего блага. Хозяйство такое сделано людьми, им давай. Они для этого дела проложили дырку, чтобы хода для полей зарыть. Уголь-то надо брать сверх нормы, и на это люди соревнуются. И по природе по земле техника какая есть. Это не все для природы, не все есть. Нам дай не мало, а много.

      169. Природа терпит, она молчит, ничего нам не говорит за этот рожон. А мы  с вами лезем на рожон, готовимся своим ученым хозяйством. Такого дела, как мы поставили перед сельским хозяйством, никогда не было, чтобы коммунистического труда бригады имелись и то делали, что было им тяжело. Раньше держали все это дело с Богом, как будто его боялись, а сами делали то, что хотели. Богатые от бедных уходили. И сейчас одному по новому техническому дают человеку делаться миллионером, а другой тянется, не догоняет. Одного вознаграждают, а другой так остается. Все хотят, и показательно хотят делать, у них всех так не получается. Хорошее и теплое на человеке долго не живет, как бы его не делали на земле. Патриот, он тоже человек, и свое ежеминутно в природе теряет здоровье, и без всякого Бога ему природа не помогает, а мешает.     

      170. Вот что для нас всех, верующих и неверующих вояк, природа сделала. Чтобы мы знали: на земле есть Бог, он нами рожденный, между нами живет.

      В областном земельном управлении спросил как у старшего агронома: ну как ваше дело? Он показал палец большой, это значит хорошо. А когда у него Бог спросил: а подготовились ли вы встречать стихию? Он говорит: у нас техника, у нас люди. Она была, она есть без всякого движения. Земля устала терять свое здоровье, она начала умирать, не стала допускать эту огромную технику. Люди бессильные делать, раз земля не хочет давать то, что давала она. Люди что будут делать? Отпадать. Вот вам и суд будет, хуже огня. Бог это не сам ввел в жизнь эти качества, а это все сделали люди, обиженные в природе, больные. На очереди все стоят, а сами не верят ему, как таковому Богу.

      171. Он нас и не заставляет, чтобы мы ему верили. Он ждет людей, чтобы они его просили, умоляли. А они его держат в режиме, даже паспорта не дают. Так за что вам давать хорошее и теплое, если вы его гоните с жизни? Вам земля не даст плодов, что вы тогда должны сказать. Ваше дело – придется просить Бога, хозяин он один.

      22 марта случилось стихийное такое бедствие. Не хотелось писать, а надо так написать, чтобы люди знали за Бога. Он упал левой стороной над сердцем, крепко терпит теперь. Больно, но ничего. Холод хуже, да надо делать.

(далее стр. 171 – 176 не руки Учителя)       

      В нашем социалистическом обществе возникла в ученых людей мысль. Она их побеспокоит об этом подумать, как это нужно в нашем народе продлить жизнь. Мы знаем хорошо, что природа родила человека и заставила его одно время думать не о плохом, а хорошем.

      172. Всю жизнь мы свою с Богом в природе боролись, да просили его все время, чтобы он нам все давал и давал свое. Это нам сделал наш труд, мы его на земле развили своим техническим понятием, и вооружились очень крепко. Все это нас заставило делать наше богатство и экономическая в людях жизнь, которую мы вставили в режимные условия. Мы жили в частнособственническом капитале. Огораживались всю жизнь хорошо и тепло. Нас это не устроило. Мы добились политического… свой закон. То была буржуазная интеллигенция, а теперь совет. Мы ей дали полное право все делать. У нас, можно сказать, развита техника мы ею живем… Мы покупаем и продаем, что у нас есть. Мы в этом живем хорошо и тепло. Но нас природа за это все, сделанное нами, не пожалела. А отобрала наше личное здоровье. Мы стали умирать, как умирали и раньше.

      173. Но у наших ученых явилась своя мысль уйти от этого, то есть от смерти. И создали в своем режиме условия на человеке. Стали искать выход, между такими людьми продолжение жизни. Хотят такого добиться в природе, чтобы человек наш земной не жил на земле так мало лет. А сумел себя правдой продолжительное время жить. Как уже и было сказано учеными, что наши люди завоевали уже продолжительность жизни 70 лет, и предлагают еще завоевать продолжительность жизни от 100 до 110 лет. А где мы будем брать этих людей, на которых будем практиковаться, если мы, все люди, в природе зависимые от нее. Нам надо не плохая, а хорошая жизнь. Мы от нее получаем одежду, мы сделали жирную, сладкую пищу, и поставили на земле хороший жилой дом. Живи наш человек и пользуйся всеми правами. Скажите, пожалуйста, а где же смерть, откуда берется и как она девается, если человек умирает?

      174. Мы же жизнь построили для того, чтобы жить, а мы умираем. Почему же мы в природе этого не сделали, чтобы не умирать? У нас большая техника богатая. У нас природа богатая. Через это все наука на месте не стоит. Мы уже не знаем, куда же мертвого человека девать. Это же миллионное общество людей. Мы сами себя заставили класть в землю прахом. Почему же мы не хотим согласиться с учением Иванова. Он у нас один такой. За что же его люди назвали Богом? Он у нас Победитель природы. Он выходил свое сердце молодым, закаленным, здоровым, 25 лет человека. Он же у нас нашего не отнимает, даже желает всем хорошего здоровья. Делайте, живите хорошо и тепло. Новое имеющееся в природе между людьми ставит. Говорит: я не живу, как вы живете. Моя природа очень крепко холодная, и мне от этого хуже не может быть. Но от этого всего плохого и холодного мы получаем свое здоровье.

      175. Нам надо воздух, вода и земля. Мы хотим все это заставить, чтобы оно нас сохраняло. Это не искусственная сторона, но естественная, чем вот именно Иванов и занимается. Разве эти качества он нашел для себя. Он хочет все, найденное им, передать нашей будущей молодежи. Кто же из этих юношей откажется от этого всего, если это нам дает продолжение жизни. Мы ведь с вами развиваем жизнь в мешке. Физически мы ничего в этом не сделали. В ледовитый океан мы без аппарата не спускаемся, а в атмосферу поднимаемся в невесомости, а по земле не умеем даже босыми ногами ходить. Какие же мы есть люди в этом, если мы боимся природы.

      176. Мы считаем природу врагом. Для этого мы сделали оружие, пустили его в ход для того, чтобы им убивать, а из сырья делать продукт. Скажите мне, пожалуйста, спрашивает Иванов в ученых. За что она нас будет таких жалеть, если мы ее искусственным путем уничтожаем. Мы считаем себе: это закон. А если природа повалит человека, это горе. (дальше написано рукой Учителя).

      Эта тема была написана через мои мысли. Я их не смог скрыть в этом труде лишь потому, что этому человеку, обязательно ему быть, он у нас есть. Он был у моего врача Никогосовой. Она много писанину читала, читает, и хотела, чтобы ее не допустить к жизни. А человек живой энергичный наступает, ему хочется своим терпением врачам доказать. А врачи не слушали, он им охарактеризовал, от самого конца и края обрисовал картину. Дюже жестко критиковал, что мы, вся медицина, все ученые, ничего не сделали. Якобы вся наука, которая учит на земле людей, она физически ничего не сделала. В океан в глубину одевают аппарат, в атмосферу в невесомость летят, а по земле не научились разутыми ходить.

      177. Это их заело. Они спрашивают: веришь ли ты в Бога? Я им как Бог отвечаю: а видели вы его ходящим по земле? Нет, мне отвечает врач. Так вот я тоже такой человек, как и вы все, им говорю. Бога никто никогда не видал. А есть слова, между людьми проходят. Бог то Бог, но не будь сам плох. Я, Иванов, поговорил со всеми врачами. Как они меня поняли, материал у них, они разбираются. Разбирайтесь, это для вас есть новое, а для меня старое. Нам надо признать эти вот качества.

      А на завтра, 22 марта я был на горище, оттуда по сену стал спускаться, да не как акробаты ногами летят к низу, а как мяч футбольный полетел не ногами к земле, а головой. Боком левым об … ударился, разбил грудную клетку. Я кричу, не вздохну, лейте воды на меня. Три ведра лили, а потом мне дышать возможно стало. Я подумал: значит, конец моей жизни. Конец – это невозможно развернуться, против одного сердца. Люди советовали, люди сказали кто чего, а бок болит, развивает колючки. Если это пробовал на себе, пусть он скажет, хорошо. Страшные и мучительные боли, как граблями гребли с тела. Думал: сам поднимал, а теперь средств нет, не нахожу.               

      178. Что же я за делец, за человек такой. Все это народное снимаю, не хочу, а начинаю водой купаться. Отставил всю медицинскую науку, все народное, а взялся за природу, за ее средства. Я этого врага предупредил, он у меня изменил свое направление. Я летал, не поворачивался, а мне природа всех слабых показала, они уже готовились к отбытию на тот свет. Я стал, хоть и трудом, но крепко было тяжело. Но я повернулся и стал свои боли колупать физически до тех пор. Мне казалось, это муки мешок как никогда его забросил ногами. Вот что сделали воздух, вода и земля. Это милые незабываемые друзья, о чем я писал, и пишу об этом деле. А дело моих рук, всегда делали, делают, и будут делать только хорошее. Природа, на стороне она стоит делать в ней свое хорошее. Бог от своего не откажется делать человеку то, что будет надо. Человека мы нашли, поставили его на арену. Он у нас стоит, и то ему приходится делать, он делает. Ему надо пройти ворота для того,  чтобы  занять свое место.

      179. Если мы только, все ученые, за это возьмемся, сюда направим свою теорию, что это будет надо. Мы считаемся, по истории, все люди собственники, индивидуалисты, первые начальные у капиталиста. Кто уходил от бедного человека, он уходит и сейчас от него. А рабочему, бедняку так или иначе приходится идти по своему намеченному пути по коммунистическому, по коллективному для того, чтобы капиталистам доказать, что мы обиженные люди. Все время на нас были нападки, нам никто не помогал в жизни. Мы не нуждаемся, мы не признаем никакого Бога. У нас с вами золотые руки из природы делать какую-либо вещь и ее представить у люди, чтобы она в жизни своей помогала людям легко жить. Уже это не первого человека дорога, а второго, кто про это взялся давно думать, и решился этому всему теоретическому понятию доказать за ту дорогу, за ту путь, которую они делают для того, чтобы пожить и за счет этого всего легко пришлось умереть. Это наше, всех людей, не доказательство. Мы в этом проигрываем, и будем в природе проигрывать через нашу войну с природой.

      180. Нам всем надо как с матерью родной считаться. У нее есть все. Она может нам родить то, что ты никогда не подумаешь. Мы такие люди есть в жизни своей, то мы все начальные люди, первые верили в Бога, хотя мы не видели его, а поклонялись, просили. Мы через что жили по-разному, один другого догонял и перегонял. Но Бог не умирал, а заставил всех людей по зависимому жить за счет природы, за счет ее добра. Если мы с вами не будем этого делать в жизни, то в нас жизни никакой.

      Бог родился в природе так, как все люди. В деревне людской то он до 35 лет делал, что делают все. Это его было начало. Ему приходилось очень крепко болеть, а про свое не забывать писать. У него в жизни всей нашей молодежи, чтобы обязательно жить легко и хорошо, без тяжелого.         

      181. У Бога бок, сердце болит, ему не повернуться, не кашлянуть. А мысль работает, кому-то ее продолжать. Ему ли этим заниматься, чем он занимается. Это его условие, а при условиях любой человек на своем месте помирает. Бог никакой есть теоретик, у него есть практически выведенные в природе слова. Это картина, она нами сделана в процессе жизни. Люди не хотели учиться в природе, чтобы богатый бедному человеку помогал. Мы боялись его, хоронились. Уходили от этого человека, кто между нами жил в большом недостатке. Он жил сам, мы ему не помогали. Всегда это считалось мое между нами. Кто его смог отдать, свое имеющееся, если это приобреталось годами, а упразднялось днями. Мы на дворе своем как свою курочку заводили, ею на все село хвалились: вот мы, так мы, такие хозяева. Что захотели в природе для самих себя, то делали. Нам требовался во дворе для животных колодезь, мы его выкопали до самой воды.   

      182. Разве нашему человеку, да еще такому… Он у нас есть, он живет между нами такими не сам, ему помогают ученые. Если ему надо какой-либо прорыть фундамент, у нас теперь на это есть трактор. Сам роет, это в работе есть. А что бы хотел видеть у себя человек? Он рад бы сделаться любым над собою мастером. Он же учится, ему не грех сделаться инженером, он может быть врачом и любым руководителем, на что его учила партия. Человек без конца и края одно – учится и учится, чтобы быть специалистом любого рода. Он у себя имеет под руками технику и ею владеет. Это самое главное есть у нас развитие на человеке, это дело. Он может быть в природе таким, как все люди есть. Они зависимые в природе.

       Чтобы сделаться в природе независимым человеком, в жизни закаленным человеком, таким человеком, как наш русский человек, закаленный тренировкой. Он это сделал сам лично, без кого-либо. Ему никто не подсказывал. Он все примеры отыскивал сам и огораживался этим – быть сильным и великим. Он окружающим людям ученым практически доказал свою правоту. За его сделанное хорошее в людях люди назвали Учителем и Победителем природы. 

     183. Он имя, название получил в народе их. Они его ждали таким, но не смогли точно сказать, откуда он появится, и что он будет делать на людях. Он будет искать их в этом силы, они на них окажутся. Это люди жаждущие многого, и хотят еще больше получить. Дело Бога самое лучшее в жизни есть. Если я, человек, буду надо природе, она ни в кого не спросит, а свои силы применит в любом месте его сохранить. Бог – друг есть природы через их одну любовь к живому телу. Бог не спрятался, как все люди, от нее ушли. Так природу Бог просил.

      Эту болезнь я сам заимел через свою зародившуюся в природе стихийную ошибку. С горища с такого приходилось слазить по лестнице. Моя супруга полезла по лестнице, а я не захотел это ждать. В помещении лежало сено. Через него я заручился тем, что я знаю, как работать по а… Он для того ногами на перед, чтобы ногами опять на землю попасть. У меня это не получилось. Сено – это моя пружина, на которую приходилось прядать. А голова захватила вперед от ног, потянула за собой грудную против сердца. Как раз удар … с большой высоты. Можно было приз взять за это дело.

      184. Но тут эту ошибку допустил сам хозяин, он сделался разбитый, не дышит, не ходит. Это хорошо, что под боком у этого хозяина на этой дороге лежали природные средства, три ведра холодной воды. Я тут как тут очутился и сказал: этот враг, эта болезнь на мое тело опоздала напасть. А другому не жить. А мое тело такое оказалось на белом свете, которому надо будет всем стихийным людям поклониться за сознательное согласие испытать на себе. Не надо никакого на это хирурга или … не надо рентген.   

      Это любимые незабываемые друзья по всей жизни человека. Он родился в них, он ими растился, ему пришлось с ними воевать. Он тоже их крепко-крепко боялся. Из шляпы не вылезал, на голове ее носил. А на ногах – валенки с галошами, чтобы не протекали. На самом теле висел полушубок, красным цветом обвязан. Казалось бы, лучше быть не может такому красавцу, как был этот больной человек до этого. Люди этой болезни стали на пути, чтобы ему помочь, даже он кое-какие процедуры делал.

      185. А, в конце концов, ввалилась мысль в мою головушку, и стал я рассуждать. Какой же я был в природе делец, что сотни от меня поднимались, а то сам себя не смогу излечить. Это моему всему грош цена. Моя писанина, она меня практически учит верить истине, это природе. Она любимый друг ему по его делу. Он не живет так, как все люди. У него людской красоты нет. А дорогу нашел не нашу с вами, а он подхватил Богову. За это природа, она его ломленного ставит через воздух, через воду и через землю. Он живым на это все представляется. У меня мертвого нет, все живое энергичное. Здоровое закаленное молодое сердце 25 лет человека. Чтобы болеть, от этого удара пришлось, очень тяжело встречаться с отеками, болели, но ничего. Так говорит конек Горбунек: служба есть службою. Но она вся есть впереди, чтобы знал Иван дурачок. Так и я себя в этом показывал. Мое сердце для этого выхоженное. Я был в себя уверен, что я буду жить. Таких, как я, дельцов не встречал, чтобы они интересовались плохим и холодным. Это человека есть жизнь вечно не умирающая.

      186. Убирать, прогонять мы с вами успеем. Надо нам в этом жить. Один пока человек разбился, упал. Никто не скажет, что это хорошо. Плохо, но надо испытывать все физически. Ты же делец, из дельцов делец. На тебя смотрит вся наша социалистическая сторона. Ты истец этому всему, должен в природе раскрыть закон всей жизни человеческой. Вот что нам будет надо – жизнь, но не смерть.

      Люди сами это хотели видеть на себе, но у них это не получилось. Они не могли бросить такое хорошее и теплое. У них была жизнь, они стремились ее на земле сделать. Она нашего брата сюда тянула. Это для них были ворота, через которые им приходилось проходить. Он в этом всем любитель есть, это его такое перед природой начало. Взялся за нее делать – будь добрый, делай. Лень твоя не приведет ни к чему, кроме разрухи. Вот что природа нам показывает, она видит красоту и стелет ковер.

      187. Мы привыкли смотреть на наше дело, оно у нас проявилось из самого утра. Кто за что. А люди привыкли тянуть к себе первоначальный завтрак. Мы так всегда, как за каким-то делом гонялись, и всегда этого дела ждали. Нас в детстве кормила мама. Ей приходилось быть для нас спасительницей. Она нам одежду шила, нас наряжала, говорила нам, как своему родному дитю. Это только первый денечек, в котором всегда мы начинаем. А конца-краю не видать было, чтобы мы сказали за это. Жизнь начиналась, жизнь показывалась, а мы в этом жили, росли и богатели. У нас под руками было много, еще было больше, чем надо. Вот какая картина наша была перед нами. За стол садиться кому-то вперед, а кто-то садился сзади. Кушали то приготовленное, что было. Мы с вами у себя  старались заиметь для этого большую ложку, да побольше чтобы был кусок хлеба. Я, говорит хлеб, хочу, чтобы человек его скушал с аппетитом. Вот что требовалось от этого дела.                   

      188. А природа, как она была перед нами такими, так она и осталась. И солнышко сходило, и солнышко заходило, нам как людям было приятно. Эти весенние пришедшие дни нам приходилось по природе очень долго ждать. А я такой делец, в жизни своей физически занимался с моими милыми друзьями. Они близкие незабываемые в природе, без которых я не оставался. Только с постели поднимаюсь – берусь за душ, за пробуждение моего внутреннего тела, которое ушиблось до неузнаваемости. Я сейчас еще крепко болею. Мои клетки не осилили самого себя поднимать. Себя как такового трудно приходилось ставить на ноги. А когда мои ноги стали на землю, то тут уже не спрашивай у них, им давай ходу. Я их не перегружаю, даю им передышку, они мне будут нужны. Я ими хожу хорошо, но одно то, что болит бок под самим сердцем, он еще не зажил, мучительно оно воспринимается.        

      189. Шестнадцать дней это проходит на мне такое мучение из-за народа. Они знают хорошо свое возложенное время. Если они упустят его и не станут в нем торговаться, и не забывать про такое идущее время. А в нем надо будет спешить делать начатое в природе. Она нам так эти дни не приносит. Мы с ними повстречались, с ними вместе живем и делаем то, что для нашей природы будет надо. У нее есть большое значение этого роста травы. А тут как тут мы свое имеющееся зерно сеем. У нас таких людей способности, они себя заставляют этим удовлетворяться. Люди целое лето возятся с этим делом. Им надо всходы, им надо влага, да самое главное в этом деле – солнышко чтобы быстро поднималось, скорее. Мы, все люди, на опыте учимся, только техникой стараемся ее сделать. Мы сами это делаем. Мы сами хотим, чтобы у нас был урожай, да не плохой, а хороший. Вот что природа у себя имеет: воду, воздух и землю, на чем человек все это делает.

      190. Вот чего моя болезнь в природе дождалась, она заставила в ней барахтаться. Вся наша техника, она вышла в поле сеять зерно для того, чтобы человеку было, за что браться. А в ней чтоб работать без этого труда, человек в ничего не сделает. Люди сами это у себя создают, им не хочется у себя не иметь. Мы знаем хорошо то, что делается природой. Она нам так никогда не дает и не даст, как нам хочется. Они думают, они совещаются, у них одна мысль – брать в этом много. Оби без этого чужого и мертвого не сумеют встретить этот день. Все они делаются здоровыми, у них умы размышляют и хотят делать то, что делают все. Разве человека нашего может кто-либо содержать. Если он видит в природе то, что он никогда не видел, он этим заинтересовался у себя заиметь. Я, говорит он, для этого избрал место такое, чтобы на нем жить и иметь доход большой. В природе играет роль жизненное место, хорошая площадь со всеми удобствами. Чтобы хозяйство велось, на это требовалось у себя  заиметь счастье, в котором родился этот человек. Ему приходилось жить так, как не жил никто.      

      191. Все люди себя в жизни показали имеющимися эпизодами своего геройства, а их за это народ наградил по заслугам. А где же моя такая спортсменская система осталась за мое сделанное в природе. Это закалка, тренировка, она есть физическая наука, она меня научила, как будет надо, чтобы человек в природе не простуживался, не болел. Это международное здоровье, за что человек должен быть вознагражден Нобелевской премией. За что?  От людей получил название Учитель народа, сам себя научил, и других тоже учит. А Победителем природы назвали его люди за то, что он победил врага внутреннего и внешнего. Уже ему дали самое последнее в геройстве название за продолжение жизни, так как ему пришлось завоевать в природе на людях продолжение жизни, за что ему люди дали общее сложное название Бог. Это только звучит одно слово, а дело у него – живой есть на человеке факт. Мы есть люди живые в природе, научились жить за счет природного добра. Одно время хорошо и тепло пожили, а потом умерли. 

      192. Нам в этом всем, наслуженному и незаслуженному человеку, в своем деле не плюс завоевание, а минус. Вот что мы от природы с вами получили в жизни, грош цена. А чтобы мы с вами взялись за это дело, за которое взялся наш Иванов! Он уже 35 лет со своей славой на арене. Если бы этот эпизод показать людям, как любая болезнь изгоняется человеком здорового характера. Если больной человек его потерял, у него его нет, он ходит взад и вперед больным человеком. А ему нашелся человек здорового характера, через себя пробудил. Током, электричеством убивает через руки врага, то есть любую болезнь. Это уже у нас есть, и оно между нами на человеке будет. Это все проводится нами на человеке практически. А теоретически все это действие описано. Наши ученые рецензенты эту рукопись читают, должны с этим согласиться, ибо это есть правда, из правды правда одна есть на людях. Ее делает в природе сам Бог.

      193. Вот что Бог на себе заслужил. Не слова сказанные, а все сделанное людьми. Люди есть все. Лишь бы они захотели, они в природе все сами сделают для того, чтобы между нами был земной Бог. Он никому не мешает, всем дает волю. Делайте, лишь бы было от этого всего хорошо. А мы впоследствии сами себя теряем, мы бессильные люди. Не умеем жить, поэтому мы  и умираем. А Бог так живет, как не жил никто в мире.

Желаю счастья, здоровье хорошее.

1972 года 2 апреля

Иванов

 

Набор – Ош. 2010.06. С копии оригинала. (1501).

 

    7204.02   Тематический указатель

Первый человек  1-5,93,94

Новый поток  7

Старый поток 8

Хорошее плохое  9,35,149,164

Закалка наука  10,128

Моя победа  10-12

Христос  29-35

Тайна в себе  42

Церковь  40

Природа и человек  47

Учитель история, начало пути  143

Война 41г.  40-51

Тепло внутри  63,81,125

Здоровье, болезнь   75, 123-125,142 

Бог  75-77, 121,146,148,155, 159, 164,

168,169, 183

Писание  98

Правая дорога  114,135

Чувилкин бугор  116, 152-160

Идея Бога  120, 121, 125,144

Одежда, пища  125

Закалка и люди  128,129

Человек творец  90

Левая дорога  135, 141

Ноги  135

Проход по мест.  140

Учеба  151

Чувилкин бугор  152, 157, 160,

Прощать  164

Нобелевская премия 191

Фильм

Содержание

Ушиб стихия. 1972.04.28.с.97.

Верблюд. Продолжение. 1972. 07.21.с.21.

Бык.1972.10.02.с.191.

Школьник. 1972.12.19.с.171.

 

Иванов П. К.

Ушиб стихия

 

22 марта 1972 года

Иванов

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

   1. Природа, она не видела, она не слышала, чтобы прийти и сказать за вперед этого дня. Ты знаешь, милый человек, для нас всех. Ми тебя одного знаем, что ты делаешь по природе в своем доме там, где мы жили. Да никогда мы об этом случае не подумали. Мы с вами меньше в природе прожили да продумали, а в голове держали мысль одну из всех. Это есть наука советского народа, они против природы вооружаются и вооружатся. Ему хочется доказать свою правоту. Природа, она сильная естественным путем. А мы, все люди, искусственно химию применили для того, чтобы горы переставлять. И с них надо делать моря. А на реках ставить греблю для использования воды через станцию электрическую. По проводам тянуть ток на любое место, чтобы здесь был свет и привод для какого-либо колеса. Ток точит, ток режет, током многие моторы работают. Это нам физически ничего не давало, и не даст человеку. Он зависимый в природе, бессильный, борющийся в природе бессильный.

      2. Ему надо природная сила воли, которая получается от природы человеку. Он для этого дела закалился, и крепко ему пришлось этого научиться. Это человек Иванов. Он говорит всей медицинской советской науке, которая много сделала, и хорошего. А вот одно маленькое зернышко она недоделала. На это дело обрушилась Иванова мысль, она его заставила делать. А в деле этом не получилась никакая болезнь. А природа вселенная мать  подобрала на это свои ключи, замок большой отворила как таковому человеку. Сначала взобраться на этот высокий чердак, и там свои дела проделать. А потом оттуда по акробатически вниз головой спуститься. И это надо испытывать сознательно такому врагу, как сам это сделал. Сначала слова не промолвил, и дыхание заложило. Это было моему мозгу хвала. Я потребовал на себя лить воду, пробудить тело.

      3. Сделать его начало, чтобы этому человеку победить его неожиданного в теле врага. Он уже достаточно хорошо свои силы проложил. А теперь ее надо как науку с дороги прогнать. Такому ушибу, не перевернувшись лежать, одна смерть. А меня природа учила, что будет надо делать, чтобы этой боли не было. Природа создала условие для того. Раз принадлежит падать, то надо упасть, ибо эта дорога, она принадлежит. По лестнице может любой человек спуститься  и залезть. А вот надо пригнуть неудачно, чтобы ушибиться, этого делать не приходилось никому. Вот и стал я учиться, на акробатскую дорогу себя привел. Думал, что мне такому человеку это сено послужит пружиной. Я падал здесь не много раз для практики. Так падать, как мне пришлось упасть на это место, не надо никому. Все это через нас, нуждающихся больных. Сколько их на белом свете есть таких людей. А они рождены в природе для нашей человеческой жизни.     

      4. Ему, как и всем людям, пришлось родиться с помощью одного воздуха. Он вслед за водою, которая промыла след, путем вытолкнут на землю. Где он стал смотреть, видеть, слышать и ползать по какой-либо равнине. Так и я по чердаку. А когда очутился на земле, мне стало крепко больно. Это физическая язвочка до перелома, эту язвочку я заимел. Ее никто не излечит, она естественная вокруг сердца. Надо просить природу, чтобы она помогла мне как таковому человеку от такого ушиба избавиться. Я кричу во весь голос, называю ее. Природа ты мать родная, я тебя прошу, умоляю, чтобы ты как помощница не давала из своего сырья, и не делала мне свою заминку. Сегодня надо и завтра надо, этому конца края не видать. Мы, все люди, нуждающиеся больные крепко. Нам дай не мало, а много. Мы в этом зависимые люди, без чего мы жить не научились. Мы, все люди, учимся в хорошую и теплую сторону.     

      5. А сторона такая. Знаю – пойду, нет – останусь на месте.

      Я вижу со стороны всего этого, в природе по красоте его стоит дом с окнами. На крыше покрашено железо, есть двери, в которые следует проходить. Мы так и поступили. Туда заходим в этом дом, как и обычно. Мы рассматриваем, по сторонам расположены коридоры. Направо дверь и налево дверь с надписью. Мы читаем: в эти двери можно заходить, в эту комнату, любому человеку, и здесь можно располагаться. Это на левой стороне, так люди жизнь свою построили. Они одно время пожили да повольничали хорошо и тепло. А потом, как и все до одного, умерли. А когда мы подошли к правой стороне. Здесь на дверях тоже буквы написаны. Сюда в эту комнату тоже можно заходить любому человеку. Только здесь люди не пробовали жить никак. А надо для этого поучиться жить так, чтобы с этого получилась жизнь иная, никогда не умирающая.

      6. По всей истории всего нашего уровня всей жизни, мы, как начали строить дорогу, по известному пути туда старались попасть. Нас, таких вот жизнерадостных к себе ждали. Мы с вами на одном месте крутились, вертелись целый год напролет. Встречали и провожали эти наши прекрасные дни со своим солнышком, со своим ветрами, которые не давали нам покоя. Мы знали время, его как такового ожидали, а оно к нам еле-еле приходило. Особенно нас всех таких радовала наша прекрасная, теплая, вся в солнышке весна. Она к нам приходила, не одни дни голого солнышка, она с собою привела с юга диких птиц. Они у нас господствуют, водятся, песни поют. А мы на это все смотрим, слышим, любуемся, говорим: значит пришла весна. И трава стала зеленеть, цветочки стали пробиваться. А мы как люди, имеющие снасть, с другим животным скорее все в степь на эту бессмертную землю. Она нас с самой осени ждала да говорила как хлеборобу.       

      7. А дело хлебороба одно – думать: а что надо делать, чтобы у него в этом году был великий урожай? Земля для этого дела, она как источник всей жизни человека. Он ее как собственность имел, про нее он не забывал мыслить. А что ему таковому человеку приходилось после урожая делать. Он ее, как око, у себя берег. И что хотел, то он делал на ней. Она ему не один урожай приносила. Она ему реки свои показывала, леса у себя имела, да всякого рода недра. Их приходилось с внутри на-гора тащить. Особенно уголь черный, с которого делали огонь, разводили его, и создавали чугун, железо и сталь. С чем этому хозяину приходилось легко управляться с нашими делами. Особенно с корой земной, ее нечем так скоро спахать. На это потребовалась на арену машина, мотор. А человек добился в ней такого знания, ее как таковую оседлать и управлять, ею все делать в крестьянстве. А крестьянство, сельское хозяйство находится на полях своего фронта.

      8. Надо хозяину на следующий год подготовить ее хорошо, и вовремя вспахать глубоко. Он к этому вперед готовился, говорил, надо вспахать. Он ее вспахал, для весеннего времени приготовил. Он в этом деле кует для себя золото. А когда у него в кармане есть золото, он  возлагает на природное добро. А его на белом свете какого только нет, и где его нет. Люди это есть природа, она для себя в этом деле приобретает. Только что свои силы представила, свое тело показала, а люди  тут как тут. На своих колесах по бездорожью сюда на это место наехали, как жуки. Со своей снастью, со своей живой силой. У него так, как мы у предков его кустарно развивали, так и мы сейчас физически спешим по природе практически сделать. У нас в руках есть набранное зерно в мешке. Мы его набрали в руку, давай его бросать по принадлежащему полю. А потом его надо забороновать, чтобы это было сделано пораньше. Мы дождались такое теплое время, оно нас окружило. Наше дело одно – надо в ней быстро делать.     

      9. Мы не спим сами собою, а все продумываем за то, чего не знали, а оно меж нами получилось. Разбил себя с чердака Иванов. Это же махина, тело его. Он про это никогда не ждал в свою голову. А раз получилось на живом факте, теперь терпи. Будут твои такие силы, которые твоему врагу дадут отпор. Ты поднимешься не ради самого себя, а ты поднимешься ради обиженных больных людей. Они за тебя знают не так, как за всех живущих на белом свете. Им надо природа, им надо воздух, им надо вода, им надо земля. Они этим пользуются, у них руки дорогие, у них ум золотой. А глаза быстро видящие, уши слышат далеко. Человек между мертвым живой, он кого-то боится, страх у него есть. Он в природе не воин, раз боится природы, раз страшится ее. Тут уже есть гибель, его чем-то природа накроет. Он где-то и как-то обязательно заболеет. Не так болеет Иванов. Он ударился боком, ему сейчас очень больно. Он переживает, говорит: это все надо и надо. Такой бой в природе никто не делал и не сделает, чтобы упасть с такой высоты. Это будет для всех нас чудо.

      10. И вот я такой же рожденный, как и все люди на белом свете родились. У них был водой обмытый след. А воздух вытолкнул на землю для того, чтобы по ней ползать, и развивать свою зависимость в природе. Такая есть наука, она развивается, и на одном месте не стоит. Ищет в природе тайну. Мы с вами искали в ней. Для того она нам была в жизни надо, чтобы двор наш был полностью развит. Я, как хозяин этого двора, хочу, чтобы на этом месте, на углу, был поставлен дом с хорошими удобствами. Как это делалось, делается нашими предками. Они жили кустарно, строили на земле свое индивидуальное собственническое хозяйство, в котором человек копался, рылся. Делал, прибавлял одно к другому строению, чтобы было, в чем жить, в чем держать. Я мальчик из мальчиков, из девочек. Один из всех в природе мальчик есть, которого след промыл водой, и воздух вытолкнул. Его приняла земля, как и всех детей, приняла на ноги ходить. Мы, все люди до одного, пошли по той дороге, по которой шли люди.

      11. И искали они для своей жизни какое-либо в природе дело, и стали его делать ежедневно. А потом мы это кустарное дело не стали делать, ввели техническое дело. Стали делать машиной, и недоделали. В этом зависимом деле долго не прожили, бессильно мы с вами умерли так, как наши все предки умерли. Их теперь нет. Они разве бы умерли, если бы они не были зависимые в природе. Им было надо, они нуждались. У них такая была болезнь, чтобы от природы одно брать и брать. Этому нет конца и края. Партия родила большевиков для того, чтобы старое дело переделать на другой совсем лад. За это дело, которое заставило первого человека делать и быть от этого дела зависимым. Он технически за это дело взялся, и хотел доказать природе, что он делает в природе, это его есть над нею победа. Как мы жили в природе, так мы живем сейчас.

      12. Перед нами лежит атмосфера, она одна из всех атмосфер атмосфера. Мы ее встречаем в любом и каждый раз, у нее сила одна. Она начинается, из-за горы показывает свое начало. Мы, все люди, этому свидетели, как было в природе тихо, ясное солнышко светило, теплота стояла. А туча свой черный хвост показала не на шутку. С одной взялся, где сильный ветер, пошел дождик. А где взялся град крупного характера, и выбил всю эту местность урожая. Люди не поверили, а когда пришли и убедились в этом несчастье, так и грибок, язвочка сел, и определился на тело совсем не больное. А раз природа на человека этот грибок посадила, это не на шутку, его не излечить. Нет ни у кого таких средств. И нет человека такого, кто бы этому горю помог. Это в природе лежит на человеке такой стержень. Ему медицина ничего такого не сделает, чтобы ему помочь. Она по этой части ничего не научились и не сделали. 

      13. У нас на этот счет большое развитое бессилие. Лишь бы чем-либо заболеть. А болезнь любая мучительная, у нее есть силы такие держать человека в этом. Этого человека, этого дельца в этом взяла и наказала природа. Он ошибся боком, его природа не зря этим наказала. Он скоро на арену вылезет со своей новой историей. Он написал «Закалка и люди». Это будет этот человек, которого ищет это дело. Он нашелся, его делу надо дорога, а ворота не отворяют. Он написал для этого дела «Солнышко», оно ему помогло отворить эти ворота. А места-то нет. Все мы мальчики, все мы девицы. И я такой же, как они рожденные природой. Мы обмылись водой, а воздух вытолкнул так, как он хотел на землю. Будь добр, принимай его или ее. И тогда его или ее веди, где им понравится. А в природе есть две дороги. Одна очень хорошая, мы ее от предков нашли, ею пользовались. Говорим: жизнь наша такая хорошая и теплая. Мы у нее живем один раз, наше в этом лакомство.

      14. А вот мы не подумали о другой, что она между нами есть. Она жила, она живет, она будет жить между нами такими вот. Мы сами в процессе ее создаем. Сами ее в жизни не хотим, а она лезет на нас. У нее природные силы. Она как на вредное сажает. Она не считается с его силами. Он отступает, начинает сдаваться, у него делается в теле его природный недостаток. Ему надо это, он больной человек. А раз он больной, у него такой грибок, которого обнаружили специалисты врачи. Злокачественность, она мешает жизни человека. Человек – это есть все для природной жизни. А ему наши ученые не ищут средства, и у них такого нет, чтобы нервную систему мозга пробудить. У них большое понятие об этом оставил Павлов. А чтобы человеку помочь в этом деле, у них нет ничего, кроме одной надежды на техническое знание, на химию, на свое искусство. Если ему не поможет шприц или нож, то тогда уже медицина бессильна с этим вот заниматься. Она его переводит в хроническое дело.

      15. Люди многие лежат по своим домам, а другие болеют на ходу. Они не хотят попасть в условия медицины, где врачи имеют свой режим, свое лечение. Людям тяжелое не прививается. Им надо покой, им надо природа, воздух, вода и земля. И надо им кушать. Им труд не надо. Они хотят жить, у них стремление одно к жизни. Но они недопонимают, что их это ничто такое есть в природе спасение. Они имеют одежду, они имеют пищу и жилой дом. Казалось бы, в этом месте не приходилось забывать, а оно делается наоборот. В этом месте по этим изолированным домам прогрессирует «Скорая помощь». Мы ее для этого ввели, чтобы нашего больного на дому забирать в больницу. А спросили вы у самих себя: есть ли болельщик между врачебным и средним составом, служащим, и у младших болельщик? Один из всех на больного человека, на его болезнь есть каприз. Лишь бы пришло время смены. Мы в этом обществе находимся. Это самая вредная работа с людьми с такими больными заниматься. 

      16. Если бы не приказ и не принуждение младшего персонала, работать некому было для этого больного. Ему он не надо сейчас такой. А вот он будет надо на любом и каждом производстве. Это человека обязательное дело. Оно никогда человеком не делалось. Если бы он такое дело нашел без труда обходиться, мы бы с вами никогда не пошли в труд. Нас с вами условие заставляет. Мы поэтому с вами делаем, нам это необходимо делать. Мы научились за счет этого жить. Если бы мы не делали с вами это дело, мы не жили. Вот что нас заставило этим окружить себя. А мы сами взяли, Бога с жизни прогнали. Он этого не испугался, а пошел в природу для того, чтобы окружить себя в ней холодно и плохо. Не стал никому мешать, а взялся за свое Богово. С людьми поделился, взял свою никогда не бывалую дорогу с противополагаемым делом. Всем хочется работать, всем хочется жить. Но как же быть Богу со своим делом, со своими между людьми эпизодами. У него их не было, он, должно, в кустах бузины пропадал. А теперь, если мы живем в природе хорошо и тепло.

      17. Вот чего я дождался. Жизни, но не смерти. Об этом очень рисуется эта моя картина. Она в жизни своей никем не бралась, и не хотели думать все люди. Их было в природе одно – сегодня дождаться дня, такого утра, как нами всеми это делалось. Человек встал, поднялся с постели и оделся, как следует находиться. Он свою красоту в жизни представил. Сделал слово свое перед богом. Он про это не забыл попросить благословение по части своей лично жизни. Ему приходилось жить и видеть в природе, что же делалось. В этом дне в этом начале он шел по дороге, увидел человека, такого, как и он, уже приготовленного к бою. По хорошему сказал ему: «Здравствуйте». – «Здравствуйте», – он ему ответил. А жизнь, сама она делалась и делается людьми для того весь этот день, который к ним таким пришел. Мы встретили, как и следует. Мы подготовились. Еще только утро настает, а люди приготовились кушать. У них уже печь горит, завтрак варится. А к этому всему мы тут как тут на месте приготовились.

      18. Нас на это дело не просят. Про это нам история говорит: кушать –  одно, а работать – другое. Это так получилось между людьми, они без этого всю жизнь не смогут. А день этот прожить очень тяжело лишь потому, что много дел. А их преподносит природа. Она так нашего брата заставляет, чтобы мы в ней работали. То есть делали, как делалось между живущими в этой местности. У одного дом, у другого тоже дом. А во дворе чего только нет. Все это давалось природой. А земля их вокруг села лежала по всем удобным местам, мы ее ежегодно при условиях делили. А когда было нужно, мы ее пахали, каждый хозяин свою пайку. Она ему ежегодно приносила с  собой урожай. Хозяин старался вовремя вспахать, вовремя забороновать, и зернышка в глубину посадить для того, чтобы скоро всходы поднялись. А когда зелень вся взошла, то тут требуется для этого всего погода. Не одно солнышко, чтобы создавало свое тепло. Тут требуется дождик теплый и тихий. Когда это дело проявляется, то рост этого всего радует всех нас. Мы это делали, мы ждали, у нас получилось.                           

      19. Мы такие были крестьяне, в этом проводили всякого рода. Лишь бы захотел, вот тебе где взялся поросеночек, он у нас по-своему заговорил. Мы этому делу близки, нам он ежедневно приносил свою прибыль. Мы все ждали. Как только поле с хлебом поспело, мы смотрели, и просили в это время жаркую погоду. Да чтобы она простояла не один день, а много дней. У нас на это был такой дух. Мы в это время считали. Это наш предковый годовой праздник, нас он никогда не проходил. После природного хорошего урожая мы не сидели сложа руки, чтобы ничего не делать. У нас наготове были косы, были грабли. У нас была для этого физическая своя сила, мы ее к этому делу берегли, и в ход мы ее скоро пустили. У нас стала ежедневно видна общественная работа. Мы были рады такой погодой. Они уставали, они ложились, но чтобы с головы вышло, мы этого не делали. А вот вперед про дни никогда не забывали. Вот вам вечерний звон, нашей церкви колокол. Мы уже знали, что это суббота. Просят нас, чтобы мы не забывали эту скошенную работу, которую мы делали ежедневно.

      20. А теперь пришел и поклонился нам в ноги старый древний быт. Вот чего мы с вами дождались. Нас хоть это все заставит свое тело передохнуть. Мы верим и делаем в труде, без всякого бога не остаемся. Если это надо воды попить или надо покушать, или свою пайку приходится начинать, всегда к этому делу призываешь Отца небесного. Мы вместе с ним в любую дорогу собираемся, и делаем свои для этого шаги. Наша деревня ничья, мы так в ней родились, чтобы не забывать про весь вперед год. В нем много дней и ночей. Мы их встречаем, мы их провожаем в труде, и вот вам получается живой такой меж нами факт. Скоро мы покосили физически на этой местности спелый хлеб. Где он делся? За это время мы его повозили, вслед за этим самим мы помолотили, а потом повеяли. Чистое зерно сложили в амбар в закрома. Стали прибыль подсчитывать. Оказалось, много, много зерна. А оно всегда держит свою цену. Это хлеборобское золото, оно принимается покупателем в любой день. Ему цена бывает не всегда одинакова по прибыльному количеству.          

      21. Это зерно, она у нас в нашем селе приобретается. Мы его год растим. Мы ему дорогу знаем, куда определить. Город наш большой. А в нем люди денежные, богатые, имеют для этого. Мешки мы туда везем, там это зерно продаем  по изложенной цене, деньги получаем. Что надо в семью, мы покупаем. Делаемся богачами, чтобы не было у нас нужды. А в природе нужда есть на любом месте и в любом нашем человеке. Кто выразил свои вечно не умирающие слова, назвал из всех детей. Это были в природе мальчики, и были девочки вместе со мною. И вот нас всех живущих людей родила наша мать природа. След водой она обмыла. А воздухом окружила, и вытолкнула тело живое на землю для того, чтобы мы там по ней ползали. С нами встретились наши родные отцы и матери. Они нас, детей своих, посчитали бедными. У себя не имели, во что одеваться, и что кушать, и не было, в чем жить. Они как родители своим детям это все технически представили.      

      22. У них для нас оказалась одежда, пища и жилой дом, в чем мы стали жить и пользоваться правами. Мы крепко испугались. Нам показалось, это все чужое. Мы стали расти в этом собственном, индивидуальном. Мы в этом всем крепко нуждались. А раз нас окружило чужое, мы в этом стали добиваться от природы, чтобы она нам давала. Своего имени это было наше захваченное место, на котором мы определились, и стали свою частную собственность развивать на нашей земле. Мы кустарно для этого дела вооружались, лезли вверх, чтобы там достать себе жизнь хорошую и теплую. Мы от этого дела не отказались, взялись, нам предложенное дело уже делалось кем-то, и они недоделали, умерли. Что это их заставило получить, мы и до сих пор не провели свои к этому знания. Мы учились на это, проходили теоретические понятия. Прочитывали Карла Маркса труды в школе в другую иную жизнь, совсем не такую, как было надо. Он давал знать, как будет надо построить в мире одно государство на началах коллектива.

      23. Общее социалистическое хозяйство, оно нас ведет и к коммунизму через богатую базу. Мы, все люди, за это дело взялись, и делаем так же, как и делали все люди при царе. А сейчас мы делаем всем народом, и будем делать для того, чтобы зависимость на людях распространялась. Государство есть люди обиженного характера, а есть люди, не нуждающиеся ни в чем, им помогать не приходится. У них есть своя политика, у них есть своя экономика, она человека не жалеет заставлять. Тяжело делать в природе, она от него терпит. Человек в любом государстве от природы в болезни терпит. А мы, ученые, берем на себя инициативу, что мы есть отец и мать для излечивания разных болезней. Мы с вами не сможем избавиться от болезней, а беремся за чужое. Мы много кое-чего хотели. Но нам природа на наше желание отвечает так. Бога никто не видел, и не смог его видеть. А у каждого человека есть такое намерение у себя Бога заиметь. Но дело его очень тяжелое. Любовь надо иметь ко всему в природе, с нею не воевать. Это будет нельзя сделать.     

      24. А раз будет нельзя этого сделать, то почему об этом мыслить, о боге. Это люди ему верят, хотят, чтобы он их признал правильно. Бог даже не интересуется нашим, чего мы делаем. Он против тюрьмы, против больницы, он один чужим не живет и им не нуждается. У него природа, друзья любимые неумирающие. Это воздух, это вода, это земля. Они ему в любом направлении помогают. Бог никого не заставляет и никого не просит так, как ему приходится по холоду ходить, а красоты у себя на теле не иметь. Он независим от кого-либо, от природы. А всегда хвалится своим здоровьем. Говорит: это не мое здоровье. Мест на это дело хватит. Будь добр, для тебя есть все, лишь бы ты захотел быть Богом. Бог воспринял все имеющиеся на себе болезни, которые есть в природе. Он своими силами, волей дал им как врагу отпор. У Бога во внутри тепло есть природное, естественное, никогда оно не падающее, а всегда живущее, энергичное. Это значит, не теряющееся никогда никак. Что может быть от этого всего надо человеку?

      25. Если человек сделался в природе Богом, разве это будет для людей плохо. Он будет учить молодежь не плохому, а хорошему. История такая. Надо заслужить в природе жизнь своим поступком. Вот чего говорит Бог. За хорошее – хорошим, а за плохое – плохим. Бог является хозяин природы, он же и сохранитель всей жизни. Его желание одно – жить, но не умирать. У Бога такая мысль по пути ведет. Не чужим хвалиться перед природой, а своим живым энергичным телом. У него такие силы, с которыми ему легко приходилось справляться с нападающим врагом. Он часто его беспокоил. Ему хотелось свои силы на нем развить для того, чтобы телу Бога не жить. Этого враг не сделал ничего, кроме только ушел без всякого возврата. Бог никакого дела никому не разрешал делать. Это все сами сделали для своей жизни люди… Раз захотел, значит надо делать.

      26. Бог наш не сапожник шить нам сапоги с ботинками для украшения своих ног. Мы привыкли один перед другим хвалиться. Говорим: какие мы в этом люди, сделали такое дело. Эту кожу с другого животного сняли и на свои ноги надели. Также портной не Бог является, а человек, да еще мастер своих рук. А мы эту одежду таскаем всю бытность до тех пор, пока она не сгниет до самого конца. Бог не хотел, чтобы мы были крестьяне. Он их не учил, чтобы они сеяли хлеб. У них одна привычка – с природою барахтаться. И плотника Бог не учил. Учил сам себя человек любые дома или объекты ставить. Все это делали наши люди, им это требовалось. Разве Бог человека учил ругаться по-всякому, или курить табак, также пить вино? В этом деле тут Бог был не причем. Никто с ним наедине не встречался, и не мог с ним говорить. Разве он бы подсказал человеку быть над людьми барином, или между людьми быть купцом. У людей есть все, лишь бы они захотели.               

      27. Люди у Бога не спросились рано с постели подняться, и в путь определенную двинуть. На это рождалась у человека в голове мысль. Она никогда не подумала про такой мой случай, чтобы я прыгнул на сено, и не ухватился за что-либо для своего спасения. В природе такой есть человек живой, а вокруг его очень много мертвого дела. Ты себя в этом не подготовил. Ты хотел в природе жить без всякого тяжелого. У тебя так складывалось, чтобы жить, но тебя как такого взяла и определила как человека в его несчастье. Я тут небывало упал, и Бог в этом не помощник. Его дело там, где это случилось. Он никогда бы не разрешил сюда попасть. Бог хорошему, а от плохого он сам бежит. И тяжелая картина, чтобы вернуть свое прежнее здоровье, это бывает редкий случай. Я прошу природу, умоляю ее, чтобы она мне в этом помогла. Это же ее силы будут. Они должны мне в этом помочь.

      28. Эту болезнь, которую в процессе этого всего на себе пришлось получить. Она долго так до одного случая приходила. А сейчас привязалась, она хочет доказать свою правоту, что и это в природе бывает. Не на Боге, а на человеке таком, кто задался цели добиться от природы быть таким человеком, которого в жизни своей не проявлялось. Он должен быть между нами всеми таким, как его никогда не было. Он сам это сделал, такие силы развил для того, чтобы ими владеть. Это надо разбиться до основания. Мы так никто не пробовал делать, а я сделал. А вот это дело совершилось. Мне приходится одному человеку такому мучиться. Я не лежачий человек. У меня адские физические боли. Все это сделалось через всех таких ученых людей. Они по природе очень много времени ползали, искали, нашли, окружили себя, сказали: это мое. А раз мое, кому его отдашь, если это природа вся нас родила. В ней этого добра хватит, лишь бы человек в этом деле был.  

      29. Это крепко больной ушиб. Он мою ногу правую сделал одинаковой. Это был, он есть, и будет вечно не умирающий живой факт. Между людьми в природе никакой такой нет разницы. Добились мы одного – надо в жизни так трудиться, так биться в ней, чтобы было во что одеваться, и что кушать, да в доме жилом жить. Это такая наша есть в этом задача жить один раз. А второй раз жизни не будет, ты, такой человек, умрешь. Вот чего мы в природе сами добились. Стали в этом умирать. Сегодня есть, завтра есть, и послезавтра есть. А когда-то от этого многого надо лопаться. Ветряк – это мельница производства зерна, на муку мелит. И тот изнашивается, ломается от ветра, точится камень. И так не найти стойкости в жизни человека. Он же не сидит на своем месте, чтобы ничего не делать. У него дел не перечесть. Ему природа всегда дает, у нее их хватит, лишь бы было у него здоровье. Он в этом себя потеряет, и будет он бедным человеком в жизни.    

      30. И вот у нас у таких людей, как мы сейчас научились сами все для самих себя делать. Это такая сложилась картина. Надо было, чтобы за что уцепиться, и то мы должны сделать в природе. Для нас нужен во всем мире человек один из всех. Мы ему должны дать полное право через его испытательное дело. Он сам прошел все имеющиеся  болезни, даже совершил падение с горища. Поэтому он является Победитель природы, он является Учитель народа и Бог земли. Он виден издалека не таким, как все люди. Поэтому к нему пошли обиженные такие люди, которым надо была помощь. Он не захотел этим заниматься, как занимаются другие люди, знахари или ученые врачи в больницах, этим людям, которые сюда пришли за помощью. Или поможет, или нет, ему все равно. Уже он больной человек, ему надо искать в этом деле помощь. А получит, или нет, он будет после за это благодарить. А сейчас он больной, разбитый сам.

      31.  Я, говорит он, выпросил у природы эту низость. Это не что такое есть, как небывалое дело. Прежде чем надо научиться писать, то надо под руками иметь, что надо писать. А когда ты взялся за это дело, к тебе приходят люди живого характера. У тебя нет того, что люди первые имели. Они окружены все так же, как и все люди, мертвым. Учитель народа спросил у них как у людей: чем вы хвалитесь, что у вас много хлама, бурьяна, лежащего в земле праха? Это все нас бедность заставила. Мы не знаем, от чего умерли. А пришел сам конец этой жизни. Она заставила нас таких в этом деле окружаться. Мы как никогда в этом деле умерли. Нас заставила всех таких людей это получить. Мы умерли, нас не стало, за нами тысячи людей со своим незнанием идет, одни ушли. Мы говорим, чуть не хвалимся нашей советской наукой, она нам в природе много открыла, она нас поставила на ноги. Мы в ней как народ со своим делом, мы трудимся.

      32. Так мы со своей силой остались. Мы умело это сделали, вооружились крепко. У нас враг уже не пролезет, как это думается нам всем. Мы со своей идеей не сильны, чтобы под свое право весь мир подчинить. Мы обогатились крепко и экономически широко. Живем, сказать так. Как мы жизнь построили  свою, нет такого государства. У нас тоже своя политика, свой народ и экономика. Есть тюрьма, есть больница. Враг не искоренен еще. Как был внутри и с внешности, так он и остался. Наше дело сказать, что это мы сами сделали. Наше такое теперь дело надо делать. Что бы мы с вами делали, если бы мы этого не делали. Мы для этого рождены, чтобы делать. Подумаешь, сделали в жизни человека… Опять в этом стоят на арене мальчик и девочка. Я тоже вместе с ними. Нас в этом деле родила мать природа. Она нам свой след промыла, а воздухом нас окружила, из тела родного матери вытолкнул прямо на землю для своей жизни.

      33. Для того мы с вами туда попали. Это будет человека в природе дело. Нас оно с вами вместе с родителями заставило, чтобы мы сперва увидели этот живой факт. И с него крепко испугались, мы очень крепко закричали. Чуть свои слова им не скажем: для чего вы нас сюда прислали? Кто вам таким людям давал право этих вот детей безвинного характера в природе рождать? Нам так был ответ даден. Мы такие в этом деле люди, сами начали на человеке, на таком земном, кто сначала приложил свои руки, и для себя с природного сырья делал искусственную вещь. Для того мы эту вещь смастерили, чтобы она нам всем своей деятельностью помогала в жизни отыскивать по земле в природе что-либо от этой штуки лучше. Мы с вами и поползли по земле, стали отыскивать этого небывалого в жизни другого человека. Такого же самого, как мы с вами взялись за это дело, и сделали физически.

      34. Человека представили в жизнь его. Он у нас родился один раз для того, чтобы в природе жить так, как мы уже с вами научились. Стали в природе делать для себя своими руками, своим умом дело. Оно нам создало в жизни своей товар, как таковую в природе прибыль. Она нас таких окружила. Мы вместе с природой стали встречаться. Мы привыкли в этом. Нас заставила все это делать природа. Она физического явления. Все это делать практически, природу надо вокруг себя бояться. Мы в природе долго жили, и долго в ней искали это все, чтобы у нас было, во что одеться. Мы с вами побоялись условия в жизни оставаться без этого всего. Думали, что нас природа забросает камнями. А когда мы примерили на себя это, мы сделали. У нас между людьми и природой появилась красота. Формы фасонной одежда, мы ею заинтересовались. Стали людям ее делать за деньги, и стали ее всем продавать. Мы оказались в природе торгаши, спекулянты, купцы богатые люди.       

      35. Все это делалось в процессе самим  человеком. Без одного другое не бывает. Прежде чем нам наесться досыта, надо иметь свою для этого подготовку. Пища так без всякого труда не создается. Большую путь надо человеку, чтобы по ней в достатке жить. Источник был для этого земля, она нам давала все. Мы в ней имеем солнышко, для этого оно нам меняло погоду. Мы по природе лазили, искали, что было в жизни надо. Мы нашли огонь. А раз у нас стал сохраняться неумолкаемый, это огонь, он нам помогал в этом. Он нашим телам был строитель и сохранитель на этом вот месте. Человек делал для себя строение с природы. Для этого немало приходилось делать всякого рода дел, как человека живого сохранить.

      Я был весь разбит против своего сердца. Мне надо было умереть. Но природа, она всех мать, она нас родила, но такого, как был я в жизни, она первого родила для жизни. Не могла от этого уйти, чтобы не спасти этого человека.

      36. Это все, что мы с вами имеем, это не наше богатство, это все природное, не живое, а мертвое. А сколько его находится в природе. Мы его имеем чужое, но нам оно необходимо надо. Мы этим продолжаем жизнь свою. Мы думаем про это, как будет надо такую штуку удержать. А она не наша есть, человека, она есть природная. Мы ее кусочком захватили, присвоили к имени своему. Говорим: это мой огород. Моя есть усадьба, на которой я живу, как на своей. Что захочу, то и сделаю на ней. Это не все есть для нашего брата на нашей земле. Мы нашли, мы сделали, у нас таких это дело есть. Мы им хвалимся. Говорим: это наше есть. Что захотим, то и сделаем. Мы с вами за свою частную собственность воюем. Не так повернулся, не так сказал, а нам уже делается в этом деле нехорошо. А мысль какая есть у этого нашего человека мстителя. Как чуть что такое в его жизни, он уже наступает.

      37. Его близкий сосед смотрит через стенку. Увидел не то, что это следует. А у него нет того, чего надо. Ему требуется заиметь путем своего нелегального дела. Он или ночью, или днем старается у него украсть. Эти качества, они так и остались между нами чужими. Мы такой жизнью не удовлетворились, а она у нас делалась. Она делает человека одного сильного, а другого нет. И так это дело без всякого погибает. Я, говорит человек, жил хорошо, мне было тепло. Никого я не просил, никому я не кланялся. Если надо было сделать необходимое, у меня мудрости хватало. Я был делателей из делателей в природе. Но вот не поладил я с природой. Между нами завязался каприз, любви не хватило. Я палку взял, а она меня не боится, ползет, косится, ревет, хочет мое тело проглотить. Я-то живой человек сам себя защитил. Хочу жить, а ко мне пролазят силы такие в тело.

      38. Мы с вами на сегодня учимся, мы опознаем весь мир в природе. Закладываем для этого всю нашу технику. Не жалеем в этом сами себя. Горы наши становятся нам равнины. Мы их в облаках завоевываем. Наше все желание добиться от природы.

      Я 24 день и ночь в этом деле купаюсь. Это мои родные на это были силы, моя воля одна из всех. Я был в природе убит. Мне сон моего тела подсказал через мешок муки. Я его от себя гнал, как гонят люди от себя футбол. Это моя будет продолжительность моему выздоровлению, как я чувствую. Никогда я это больное место своим мозгом не забываю. Это одно из всех мест сделано мною. Это место природы, она пошла на мою такую просьбу, и стала, как неумелому, в природе помогать. Говорит она: ты будешь в природе падать с высоты, разбиваться как никогда в жизни.

      39. А я тебе должна помогать. Сам себя лечи. А кто это право имеет без природы, без матери основной себя на ноги так ставить. Это мы рожденные в первые дни люди, которые пришли в природу с нею воевать, чтобы ее качества завоевывать. Природа одно время даст, а другое время возьмет и отберет. Я, говорит она нам. Какая в зари расцветала  по утрам и вечерам. Мои силы в этом деле так показывали. А они находятся в любом и каждом человеке. Он сегодня взялся за эту намеченную дорогу, которая прокладывалась по этой равнине. Мы там физически шли, и с нами встречалось ясного дня солнышко. Мы от природы ждали в это время изменения для нашего дела. Я, говорит один другому, замечаю про этот год наступающий. Мы в нем очутились со своим вооружением, со своей техникой. Она нам такая будет нужно на каждом гектаре. Мы ею окружили себя, и хотим от нее отобрать большое количество прибыли. 

      40. Моя путь и дороженька где была, если под Москвой и Сталинградом была опутана немецкая армия. Кто в этом инициатор? Если меня за мою дорогу немец пригласил сам в Берлин. Я не ехал туда, как ехали все туда. Гестапо меня в этой операции окружило в Днепропетровске. Они не знали, кто я таков для них был. Их дело на мотоцикле мое тело по городу возить да присматриваться ко мне, кто же я был. И зачем к ним под руки попал. Вы что, гестапо, меня не понимали. Или я его как орган не знал. Он был для меня бессилен. Я сними, как с немецким народом, был Богом земли. С ними как с воюющими солдатами повстречался не для того, чтобы им помогать, как верующим в Бога. Он не был за то, чтобы человек на человека нападал. Богова идея была на стороне обиженного человека, куда входила коммунистическая партия. Он в ней родился. А капиталисты фашисты. 

      41. Если бы они знали так, как следует знать Бога из идеи его, они бы его убили. Они побоялись этого сделать. А Бог был у них в руках. Но они, как уже было сказано, не имели таких сил его с дороги снять. Сами знали, что Бог пришел на землю помогать бедному, больному человеку, мученику. А в то время фашизм коммунистов расстреливал, евреев убирал с дороги. Мы это делали сами, немцы говорили по-своему: коммуниста, еврея пук на Луну. Разве Бог им этого хотел давать полного права? Бог встретился с ними, на их заданный вопрос он прямо стоял за то, что победа будет не за Гитлером, а за Сталиным. Что я хотел бы по этой части сказать, немцы этого от меня ждали. Я им говорил одну истину, что Бог ни за того, ни за другого, имеющего у себя политику и экономику, свой режим. У Бога плохая лежит дорога, он за Красный крест, за здоровье всего национального народа. Он против эксплуатации, он против чужого добра.

      42. У человека отобрать, а врага с дороги убрать – это имеющаяся на белом свете болезнь. Бог испытал это все на себе, хочет всем внедрить. Разве немец, как раса белого народа, согласится с Богом по одной дороге идти? Их была в этом гордость всех своих врагов завоевать. Они понимали поступок Бога. Они видели на нем истину его в этом терпении. Он не зря был в Днепропетровск посажен в гестапо. Они с ним через переводчика говорил на каждую развитую ими тему. Вот чего они от Бога хотели. Их начатое самоволие, чтобы за ними осталось. Они против вновь рожденного человека коммуниста. Им он был для жизни иголка. Бог не боялся ничего такого в природе, за него она стояла горою. У Бога не хорошая и теплая дорога, как она была перед всеми. Богова дорога ни перед кем не скрыта, это плохая и холодная. Никто из людей этого не хотел видеть. А Бог пошел навстречу всем эту войну по просьбе людей русских. Оно делалось Богом. Бог на арене стоял, говорил всем: я не за то, чтобы были они или мы.

      43. То, чего думали немцы и хотели с этим остаться, Бог не пошел навстречу всему. Он не согласился с победителем. Врага не убивают на человеке. С врагом надо дружбу заиметь, его надо в деле выходить. Казалось бы, Бог этому помощник. Он является усмиритель. За эту встречу Днепропетровскую немцы инициативу свою проиграли. А когда немец поплыл со своим вооружением на запад, то Бог по просьбе народа русского поехал в Москву Сталина уговорить, чтобы войну замирить. Из врага сделать друга. Только что на вокзал Казанский приехали. А Бога начальник Литвиненко к рукам  взял, в институт имени Сербского определил, как больного. Бог настаивал: с врага сделать друга. Но все победители настаивали на том, чтобы убить зачинщика человека. Бог встретился по пути  своему с учеными, с психиатром, с самим одним из всех светилом всего советского народа, с Введенским. Он мог такую просьбу между собою и Сталиным провести, что народ просит закончить войну между двумя воюющими. С этого всего сделать друга.

      44. Введенский был на стороне Сталина и всех соприкасающихся воинов. Один Бог был против этого всего. Он говорил, так врага не убивают. Я, говорит Введенский, не уничтожитель на человеке врага, а сохранитель, чтобы он продолжался. Наши институты, наши больницы держат больного человека для того, чтобы он развивался. Наша советская наука медицина ничего хорошего не сделала, чтобы человек в природе не болел и не попадал впросак. Наша медицинская наука всего советского народа, она для веской помощи ничего не сделала. Она ввела в живое естественное тело совсем мертвое дело, введено это искусство. Ни одного человека естественно не спасла от этого. Не нынче, так завтра человек отмирает. Это его не качество. Качество тогда будет человека, когда он сам не будет в природе заболевать. Природа есть естественная, она живая, но не умирающая в своей жизни. Если только за это дело он возьмется и станет делать по природному, то он получит от нее одни заслуги, такие как никогда живые.            

      45. Вот чего природа хочет видеть от человека. Вечно не умирающего мира и дружбы. Я для этого дела не боялся фашистов, не страшился я их режима. Они возле моих ног других людей убивали ни за что. Я был в этом деле Бог, ужаса никакого не было. Я знал, что это все им окажется не красой, их погонят через мою мысль. Она лазила по Гитлеру, по Рибентропу, по Гебельсу. Об этом всем скажет наша всех найденная история. Я был между солдатами немецкой армии. Вы думаете, моя такая мысль между ними так без всякого проходила. Я был сам на коечке, а сам лазил там, где команда гитлеровского ума начиналась. Я тогда очень крепко считал и молчал через это дело, никому об этом не говорил. Наше дело эпизодами брало. А мое в тайне лежало. Я был тогда вне жизни. Меня поддерживала природа, у нее для этого были силы на все. Она делала людям эпизоды. Мы их делали для того, чтобы человек знал, что она есть такая великая одна из всех.  

      46. Я был не согласен с их системой. Она как начиналась на белом свете на человеке больном, она и делается сейчас. Куда, если нет никакой на это дело надежды, кроме только одного человека, кто нашел в природе средства одни из всех. Они были и раньше, они есть сейчас такими в природе. Воздухе, воде и земле. Мы научились, как будет надо все это получить от нее. Она же человека пожалела, его тело. Она только может освободить. У нее все для этого есть свои естественные силы. Она властительница во всем этом. Болезнь людская, развитая ими, это есть их враг. А он уже побежденный в природе. Это все сделал сам в этом деле Иванов. Он не побоялся фашистов, чтобы на их территории  с ними повстречаться. Они всех ненормальных людей расстреливали, убирали с дороги. А вот почему они не стали беспокоить Иванова за его такой развитый поступок. Он был не против этого шефства. Воевать с людьми, это все люди хотели. Они сделали  у себя так. Иванов всем говорит, воюйте.

      47. А чтобы вы этого врага убили, вам этого не придется  сделать. Ибо враг человеческой жизни  для нас всех, для людей, лежит в природе тайна. Мы не сможем, у нас на это сил нет, чтобы ее в природе достать. И немцы, и наши от этого закаливания отказываются. Все говорят : гут. Это по-русски есть «хорошо». А сами боятся этой дороги, по которой ступает сам лично Иванов. 25 дней мучится, он для этого испытание делает. Ему больно, он терпит. Он уверен в том, что его тело – это есть полезный жизненный для всего человечества факт. Мы его не ввели в жизнь, чтобы им пользоваться. А говорим только: делайте. А сами в кусты хоронимся, тулупы надеваем. Они нам не помогают, они от нас отбирают тепло. Мы им пока временным явлением пользуемся. Так говорит медицина: теплее одевайся. Это будет твое здоровье. В институте не топилось здание, был холод стен. Это хуже, чем на дворе. Воздух имел видоизменение, а вода давала частично тепло. А здесь вот в этих палатах умершая температура, с которой приходилось быть.

      48. Он этим самим один из всех стал обогащаться, и искал выход свой уйти от этого совсем народа. С ними надо будет поделиться. Довольно так окружаться, как окружались мы всегда. Кушали досыта, а ходили мы в обряде так, как никогда никто, красиво, с фасоном. А в доме жили очень хорошо и удобно. Но мы в этом умирали. Это уже не жизнь наша такая есть. Мы должны с этим распроститься. Этому человеку не дали возможности так жить, как жили все люди. Мы с оружием в руках воюем с природой. А он себе в этом отказал, не стал по пути идти, а стал искать выход свой. Надо будет работать в таком хозяйстве, как работал он, а ему пришили халатность, якобы он неправильно купил клепку. А клепка покупалась в артели за наличные деньги, было поручено правлением. И так придраться закону не пришлось. Пошли дальше по пути. Я, говорит, в своем деле долго не ходил. Мне работа открывала ворота со своим делом. Я это дело знал, старался оформить практически.

      49. Но Иванова тело и здесь побеждало в этих условиях. Я старался по природе с каждым человеком. Как это так получилось, что ты такой между нами появился. Я, говорит нам, всем людям, этого сам в жизни не делал. Кто сам это без природы начинал. Если бы природа была по закону такая, как нужно будет нашему человеку. Он этим не удовлетворен, ежегодно жить так, как мы живем. У нас с вами облагораживает. Мы в нем не одинаково получаем средства существования. Вот чего люди все дождались. Они с этим делом никогда не соглашались. Мы как администрация на эту путь людей не поведем. А разве это будет плохо кому, если этот новый небывалый человек в природе встретился с такими начальными словами, которые между людьми стали жить. Они выступили против того, что делалось ими раньше. Мы, люди все, живые тела одеваем, и мы кушаем, и в доме живем. Это мысль, рожденная в одного человека, он с нею встретился  и стал устно не забывать.           

      50.  В природе дальше не терпеть от этих людей, которые задались цели прогнать человека совсем с труда. А кто же имеет такое право теперь, чтобы без всякого труда обходиться. Это только один Бог. У него в голове и под ногами  лежит природа, вечно не умирающая живет без конца и края. Это его милые друзья. Я рассказывал ученым, что мое дело моей идеи будет жить вечно не умирающее. Это человек, это живое мое тело. Они в разборе показали, якобы я ничего не делал, а писал за какого-то человека. Это было тогда. А меня прогнали вон подальше, чтобы я им не мешал. Я так и сделал в лице комиссии. Бросил мертвое, а взялся за живое. Весь город прошел по территории, никто не дал предназначение. Я шел в природу не с пустыми руками. У меня ум был дорогой. Я не мыслил, а что будет дальше. Я его строил меж собою всегда  плохим и холодным в жизни. 

      51. Если бы не была за меня такой природа, как она меня изуродовала, побила мои такие ребра. Я криком кричал, охал и охал. Это есть рожденная природой физическая боль. Она со своими силами беспокоит, как и всех таких людей. Это не что такое напало, а ты его сам сделал. Никто тебя такого не заставлял, а только заставила моя в этом стойкость. Или то, что меня заставило, будет одно лишь перед всеми, одна неприятность. Вот какие дела в этом. Кому живется хорошо? Тому, кто живет бедно, у него нет материального. А природа его очень много имеет. В деле через труд можно получить. А вы, люди, сами знаете про это дело, но не хотите понять и сказать другим людям. Мы две враждебные и воюющие стороны. Они просят крепко, чтобы им кто-то помог. А Бог им ввел большую в этом деле войну. Тот не прав и другой не прав. Обе они лезли на рожон. Им хотелось овладеть как никогда никто. Они этим воспользовались сделать то, чего будет надо.     

      52. Я с этим человеком воевал… А история построена на началах эпизодов. Они этого заслужили. Долго мы с вами по этой земле бились, а того, чего следовало, мы не добились, чего надо. Каким враг между нами  был, таким он остался. Его били со всех сторон, убили самих начальников. Они были виноваты за то, что им пришлось своих подчиненных заставлять. Они, по закону их действий, должны это сделать. Это их прямая обязанность на бессильного нападать. Они этого не понимали, что раса. Это евреи, они своего права не делали, чтобы так убивать, как убивали их немцы. Этим они не прославились. И русского человека они своим вооружением заставили крепко болеть, то есть терпеть. Бог не за сильного появился между нами такими, как мы его видели. Он не за то, чтобы самого себя защищать, того, кто в природе силой вооружен против бессильных людей. Бог говорит. Я видел, как наша армия без сопротивления на машинах бежала. Сами они уходили, а Бога с собой не брали.         

      53. По этому всему делу, был Бог прав. Он не хотел, чтобы эта война начиналась. Он хотел с этой воны сделать любимого друга. А у нас природа для всех людей враг. А для Бога была природа любимый друг. Он на нее не надеялся, как надеялись эти воины. Им была нужна площадь, территория. Им был нужен воздух и также вода. Они этим распоряжались, все в этом деле делалось, даже пускали по воздуху пулю. Им это требовалось, как какому-то человеку, кто хотел за счет этого завоевать. Бог ни за них, ни за тех. Он сводил их согласия мира. Но природа от этого всего терпела, она нашла в людях человека. По выводу и всему изложению всех мыслей для того, чтобы в природе наши воины, особенно воины, которым хочется повоевать. И в этом они должны между собою с душой и сердцем по человеческому договориться по части того, чтобы в природе не воевать. И сделать между собою такой мир и дружбу, который заставит от зависимости отказаться.  

      54. Мы вправе это между собою сделать, между людьми и природой любовь такую, как ее хочет у себя заиметь Бог. Он говорит. Мы этакие люди все не знаем своего близкого врага, который может сам лично народиться на любом и каждом человеке любыми видами. Он был, он есть, он и будет между нами такими. У нас он находится в теле.

      Я разве думал об этом ушибе. Я падал ногами вниз, а получилось, мои ноги, как о пружинную сетку ударились. А страховку акробатскую не знал, понадеялся на природу, которая к себе притянула, и дала то место, где я ударился. Не помалу, а крепко, о чем уже писал. Это моя была перед собою большая ошибка. Я ее сам сделал, и сам себя в природе излечил. Никаких медицинских особенностей, применял свое найденное в природе. Это воздух, это вода, это земля. Самые одни из всех есть милые неумирающие друзья. Они всегда встречаются и встречались, и будут встречаться с такими людьми, которые ищут не то, чего надо.

      55. А встретить любому и каждому человеку можно будет в природе на каждом месте своего дела любую неприятность. Хорошее, она редко попадается, а вот плохое никто не хочет. Я эту боль этого ушиба сознательно воспринял, и взялся за это дело сам лично своими особенностями восстанавливать свое тело. Так и ученым нашим надо за это дело браться, раз никем он не излечим. А я природою это изжил. Я эти качества никогда не видел и не слышал, чтобы они на таких людях распространялись. Это людские силы, они в этом деле сами в природе развили. И хотят, чтобы они были между нами. Это небывалый в природе уход. Самое главное, поступок, а мы с природой воюем. Мы с нее делаем всевозможные штуки. Вот чего люди нашли в природе – сырье. Из него сделали. Это их дело, которое сделало вещь. Ею хвалятся, она очень хорошая. У нее есть на белом свете все, лишь бы она была в этом. Ею можно пользоваться одно время. Это же сделанное руками  человека, он думал. Его это дело.         

      56. Ученые без войны жить не сумеют. У них одно – надо людям, чтобы они работали не плохо, а хорошо. Это их цель – заставлять. Надо будет сделать такое в жизни, чтобы оно было легкое и полезное в жизни. Я вам как таковым людям недаром сюда пришел. Я с вами всегда на пути встречаюсь, обо всем говорю, касаюсь природы. Она такая есть. Мы ее ждем, а она к нам приходит со своими днями, мы к ним приготовились. У нас на это есть снасть. Мы этим вооружились для этого дела. Надо было сэкономить. А мы скорей, мы спешим перед собою стол поставить. Стол любит, чтобы люди к нему готовились. Мы для этого хлеб печеный  нарезаем в ломтях, а к хлебу наливаем в чашку борща, сваренного с мясом, со всем достатком. Люди ждали в этом, приготовились употреблять. Как первое блюдо, его со вкусом поедают молча. А вслед за этим берутся за второе, и этому нашли место. Ждут от людей третье блюдо.

      57. Сорок лет прошло, проскочило, как эта мысль об этом встретилась. Я как человек в этом народился, без одного слова не обходился. А все думал и думал просто. И, в конце концов, человек от природы добился, она его встретила таким. Она ему позволила ходить без головного убора в любой атмосфере. Она его разула, он стал ходить без обуви везде и всюду по земле. Она все это мне дала знать о наших зародившихся людях, как они с природою воевали. Как им хотелось от нее отобрать то, чего им требовалось. У них был один из всех между ними, и большой недостаток. Они считались в природе зависимыми от нее. Они хотели освободиться и сделаться в природе независимыми. А делать приходилось очень тяжело. Враг человеку мешал, большое незнание. Ему хотелось сделать, совершить какое-либо удачное шефство на чужое место, которое имело у себя вечно не изменяемое  свое имя. Это такое дело было предков.    

      58. Они за это все свое вводили жизнь, какое-либо национальное нападение. Какую-либо в жизни сделать между собою убийственную жизнь за эту частнособственническую дату. Люди по-своему по национальному этой местности дали имя, она была их. Никто не имел такого права у них отбирать, это их было государство. А в нем были руководители люди, они этих людей за собою вели по-своему. Им казалось, это все, чего они имели, мало. Они за это дело не сидят на своем месте, так его берегут, как око. Говорят: это наше, мы его имеем. Как мы делали это наше вновь поставленное новое государство. У нас таких людей есть лозунг: «Кто работает, тот и ест». Мы ни на кого не нападаем и не хотим нападать на людей. Живите тем, чего имеете. Это ваше добро. Вы его от природы получили, и за счет этого вы живете. Это недостаточная сторона между нами на международном рынке. Ты приехал со своими товарами на это место торговать.   

      59. Все мы свои национальные маленькие и большие государства расположены на земле за счет своей хитрости. Мы живем за счет чужого. Нам, природа, дай. Мы должны иметь свою кошечку, свою собачку, свою лошадку, свою коровку, свинку, овечку и много есть другого. Кому сделали рынок. Ты можешь продать, ты можешь купить. Твое дело есть одно – за счет этого всего одно время хорошо и тепло пожить. Это каждое государство на это людей имеет. Они ищут в природе и делают свою необходимость. Их дело одно – чтобы иметь у себя природное  живое, им чтобы радоваться. Эта же природа есть человека жена, которую муж в жизни находит, и хочет ее возле себя такой сохранить. Он ее для этого дела держит, использует, как свою красавицу одну из всех.     

      60. Природа на это все идет им навстречу. Он делает, он думает, он хочет, он и ждет его. Это дело одно – быть в этом государстве. А раз ты в нем так живешь, то, будь добрый, по государственному делай. Государства обычай предковый имей. Хитрость не мода есть у людей, она природу не обдурит. У нее есть своя в этом вся сила. Она делает то, чего мы на земле видим. Она поставила на своем месте у каждого села свой хозяйский дом. Его огородили, как это следует. Из степи тянет во двор, чего только нет в природе. Она нам всем свое в деле показывает. Мы, такие люди своего государства, хотим жить только хорошо и тепло. Наша такая задача, долг лежит таков – чем-либо от другого человека отличаться. 

      61. А в природе, да еще в такой, в любом государстве, на арену приходят такие люди. Они циркачи, фокусники или просто какой-либо делец в этом. Люди все в этом делают, есть всякого рода герои. А быть простым и обыкновенным человеком, кто живет в природе тяжело в недостатках. У него нет того, что надо. Он на своем фронте без удовлетворения умирает. Я, говорит природа, не хочу, чтобы вы в своем таком государстве сохранялись хитро. Сами думаете, сами делаете и сами рождаете. Это небывало нам надо родить в природе, чего только она нам не рождала в человеческой жизни. Мы родились, как все люди рождались для своего дела. Человек не смог оставаться без всякой пищи, без всякой одежды и без всякого жилого дома. А на все это требуется труд, а в труде будет дело, его надо делать человеку руками. Он за это взялся, чтобы у него получился с этого живой факт.   

      62. Природа, она уже давно родила человека такого, кто бы стал сам защищать хоть одно на земле государство. Его нет, и не будет заслуженного в этом, чтобы его приходилось Богу оправдать. Нет такой национальности, которая бы заслужила перед Богом оправдания. Все люди не любят природу, не хотят жить в природе плохо. Все свою силу клали на фронте своем. Поглядеть, присмотреться к чужому и сказать свои слова. Эта штука сделана ими, она должна быть нашей. Раз у них есть такая вещь, она должна быть у нас. Мы все свои силы положили для этого дела и сделали это, чтобы у нас была такая вещь. Мы за это золото не пожалели отдать, а купили этот образец. Мы стали так жить, как не жил никто у нас. Такая природа оказалась для этого дела, через это мы стали еще лучше и легче жить. Один раз поживем да повольничаем, а потом так или иначе мы самих проводим  к бессилию. Мы свои тела теряем, делаемся в этом бессильные.

      63. Государство с государством жили очень хорошо и мирно тогда, когда у них между собой был лад. Сосед соседу во всем помогал. А когда разладили, у них пошла ссора, неполадки. Тут уже этому не поможешь. Хозяин, какой бы  он и где ни находился и как бы он ни жил, он не может оставаться, чтобы он был доволен. Чего-то, а не хватает. Так и хозяин хорошего звания, он старается в этом деле быть, чтобы хорошо. А ему мешает плохое. Ты и не увидишь, как оно и откуда возьмется, а обязательно свое покажет. Природа, она окружила все человечество, оно так себя заставило. Как никогда мы в недостатке живем. Как чуть что такое, уже говорят. Этот человек, которому пришлось это вот место занять и расположиться, как на своем. А раз эта земля принадлежит, мы на ней что задумаем, то и сделаем. Радость в этом деле вся наша. Мы долго с вами ждали, и, в конце концов, мы дождались день тот, который должен к нам прийти со своими качествами. Мы к нему приготовились, у нас на это созданное нами оружие. Нам им приходится все делать, чтобы у нас было рожденное, чтобы на этом месте сделать.     

      64. А в природе не одно поднимается солнышко, или начинающаяся до этого самого зорька. Мы к этому делу приготовились. У нас на это у самих созданная мысль. Она у нас для этого рождена, чтобы на этом месте сделать. Мы к нему приготовились. Вот, вот изменится в мире наша природа. Из утра произойдет обеденная пора, солнышко наше станет печь прямо в упор живое тело. А ветер если будет развит с востока, он нашему делу помешает. А потом вслед за этим станет к тому приходить, совсем потухнет, зайдет за гору солнышко. Его не будет видать всю ночь напролет. Это сделала сама природа. Она будет на стороне обиженного человека, она дает обиженному человеку прибыль. Она его так жалеет. Хочет сказать: ты не виноватый. А виновен в этом сам богач. Вот где лежит вся вина такая в человека. А человек всему дело в природе. Он у нас есть один в природе, лишь бы захотел сделаться в природе таким небывалым человеком, которого в жизни не было. Как у нас делаются …. Они стараются новое в жизни показать, это история небывалая.

      65. А разве природа не такая штука, не такая в этом деле сила. Она сможет с человека простого сделать Бога. Надо будет ему сила воли. У нее есть все, что хочешь. Бог говорит человеку нашему земному. Ты в природе каким родился? Мы, кажется, все родились одинаково живыми энергичными. Мы только попали в условия неприятные. Нас с вами встретил бой. Война, она нас заставляет делать. Мы от этого, сделанного нами, испугались. Говорим сами себе: куда мы такие люди попали? Здесь в этих условиях находятся люди не такие, как мы есть в данное время. Они вооруженные в свое, сделанное ими. Их заставила это сделать природа. Она такие дни у себя заимела, такую атмосферу, от которой человеку приходилось бежать. Он от нее спрятался, самое главное, ушел от пробы. Когда природа бушевала, она к нему пришла как живая вещь, с которой приходилось вместе жить наравне. А человек сам убоялся, пошел искать свой выход, в этом оставаться приспособленный. Мы стали знать и дожидаться этого дела.

      66. Нас природа заставила готовиться к этому вот делу. Он и к нам таким приходил. Мы в этом деле готовились всю свою жизнь. На месте не сидели, а все делали дело какое-либо. Нам потребовалось в природе защитное спасение самого себя. Она для этого посадила человека на вот этом месте. Она ему дала разум, а что надо будет надо сделать, чтобы в природе не так тяжело жить. Пришел день понедельник, а в нем приходилось начинать трудиться. Мы начинали трудиться. И вот было так, что люди побежали все, сколько их в жизни было. Они бежали одно время, прибежали на неплодотворную землю, которая их всех привела под одно одеяло, чтобы там думать. А я за ними тоже вслед побежал, их догнал, и сзади нож отнял. Тоже голову спрятал, слушаю решение, как же быть на этом месте. Говорят все люди: земля не принимает ничего. Все советовали на этом месте только сеять просо. Оно прибыль большую дает и полезное. Так людям пришлось за это дело взяться.

      67. Они стали жить по-новому и небывалому, их природа окружила. Они перестали много думать, особенно про первый день, про понедельник. Он был в неделе своей один-единственный день и начальный, без него дело никакое не обходилось в жизни своей. Мы так и поступили со своей такой мыслью, которая заставила нас всех об одном урожае мыслить. Мы без него жить не научились, как не научился я лично оставаться в природе без закалки-тренировки. Она не ждет это время, которое начиналось и кончалось без конца и края, как делалось нами, всеми людьми. Один копит, он их назвал…. А другой остановился на человеке том, кто никогда об этом долго не думал, что завтра придет к нам опять такой день, начальный в жизни. Мы с вами его начнем встречать так же само, как мы, все люди, ждали. Он к нам приходил так же само, как и ко всем людям. Мы его встречали не первым и не последним. Как это делалось в природе. Их было в своей неделе очень мало, один день, но зато эти дни по ней бежали.   

      68.?         

      69. Им надо чужое. А Учитель учит нас, чтобы мы этим не занимались, а взялись за свое тело, за живое тело. Ему дали волю и силу, чтобы совладеть с любым врагом. Вот чего моя идея преподнесла. Я разбился в дребезги, весь бок против сердца. Враг окружал целый месяц, я страдал от адских болей. Как мне приходилось тяжело с ним совладеть. Природа как такового человека, она для этого дела окружила. Она ему как сыну дала такое право, чтобы в ней так жить, как не пробовал ни один человек. Мало того, что он испытывал на себе все являющиеся болезни. А они у него в теле проходили, и в таком деле они должны пройти. Я, говорит Учитель народа. Прежде чем учить народ, надо научиться самому всему природному богатству, чтобы им воспользоваться как никогда, и полезно. Мы, все люди, жили до этого по-старому, по историческому, по тому делу, которое делали все люди. Так они всегда оставались.

      70. Но там наш Учитель брызнул высоко вверх через одну любовь к природе. Он полюбил врага. Он для всего народа есть это природа. Ее мы, все люди, считали, считаем, и будем считать перед человеком врагом. Она ему не сказала, чтобы он знал за ее нехорошую сторону. А в природе есть всякого рода жизнь человека. Его желание одно есть – ухватиться своим телом за хорошую жизнь. Да на нашей земле, как на источнике, так и на ней. Она тоже хочет  видеть у себя хороший уход и теплую погоду, тогда она очень много нам прибыли принесет. Зависит от нас самих. Мы хотим, чтобы она нам давала ежегодно каждый раз столько, сколько надо. Мы с вами взялись за это дело. Не в первый раз эту болезнь этого ушиба получили. А его приходилось Учителю легко изжить. Если бы не природа, не милые друзья, приходилось очень  тяжело впоследствии оставаться. Был первым – это воздух, вторым – это вода, а третьим – лежала для этого человека земля. Он по ней без всякого воздуха не пошел, и без воды он не стал бы чувствовать хорошо.

      71. Мы дождались Учителя, сына природы. Он родился от себя, такого человека. Ему как таковому человеку сделалась природа другом, да еще любимым. Как же так, что ему как таковому не помочь. Он же таков у нас один. Его люди, как отца, сына своего, прозвали в природе Победителем ее. От него ушли все нападающие болезни, не стали прогрессировать. И так же в течении одного месяца ушла эта разбитая болезнь. Он своим поведением, своей имеющейся силою между людьми доказал свою правоту. Люди, которые к нему обращались, они его считали таким человеком.   

      Одна из Магнитогорска женщина старушечка, она свои веки от глаз не открывала. А меня на этот счет прослышала, что между нами, такими людьми, зародился Учитель народа, Победитель природы. Ей пришлось писать ему письмо, в котором она его просила на этот счет, как Бога своего, чтобы он ей открыл глаза. Он до этого ни от кого не слышал, что он есть между людьми Бог. А в свою очередь дождалась после своего ответа. Он ей написал свое учение, как будет надо, чтобы не болеть, не простуживаться.             

      72. Она человек земли, она получила то, чего следует. У нее (глаза) открылись. Она ему, как Богу, пишет, и его называет:  «Ты есть светило всей земли, Бог для нас. Да ты меня заставил открыть глаза. Я стала видеть. Я стала быть в людях человеком. Для меня это природа вся. Я прямо, как женщина, прокричала по всей нашей матери природе. Это не человек данного времени. Характер этого человека не людской. Мы его теперь назовем Богом земли. Это есть Дух Святой. Он будет жить в природе, никогда не будет умирать. Его люди в этом поддержат. Он не будет делать так, как делают в природе все люди».

      Их дело одно. Пришел последний день суббота, на арену поспешило воскресенье, мы его ждали и крепко на это надеялись. Друг с дружкой мы говорили. Но теперь наши тела отдохнут. Неделю целую проработали да пробились как никогда. Не увидели их, как эти дни проскочили. Мы теперь подготовились к новому небывалому первоначальному этому дню. Понедельник, он в этой недели был первый день.

      73. А вслед за этим днем шел день вторник, он тоже входит в эти часы. Я, говорит нам всем слушателям об этом деле. Мы, может быть, и не встречались с ними, и не захотели их видеть. Но беда наша такая, если мы с вами не пожелаем так трудиться. А мы все к нему приготовились. Даже маленькая девочка собралась, все свои куклы… Такой детский был порядок. Мальчику принадлежала большая палка, верхом сесть, как на лошадь. И он скачет, а в руке держит саблю. А нам, взрослым людям, не приходится быть детьми. Мы буравимся с тяжелым физическим трудом. Нам не приходится по бумаге пером писать да чего-либо продумывать, как за такую вещь в природе надо учесть. Ты роешь лопатой яму фундамента, начинаешь класть стену. У тебя получается строение без всякого математического значения. Ты сегодня делаешь, завтра тоже делаешь. А через всю неделю смотришь: совершилось как никогда это задуманное.

      74. А если мы в своей жизни пропустим эту неделю, не будем совсем работать, мы потеряем свою жизнь. Нас дни держат на белом свете. Вот чего нам в жизни принес этот начальный понедельник. Он лишь бы начал. А время само не стоит, бежит без остановки. Не успел начало в своей жизни сделать, уже … пол недели нет. А вслед за этим и суббота прикатила, значит, недели нема. Жизнь наша ушла. Приходится на порог становиться  и смотреть вдаль: а что нас там ждет. А им нет конца и края в жизни. А потом после этой первой недели идет неделя вторая. А за второй идет третья, за третьей – четвертая. А потом идет месяц, а за этим месяцем второй и третий до самого года. Идут они, а годам счета нет. Их столько впереди, не пересчитать. Зачем это будет надо нам такая несправедливая жизнь, которую мы продолжаем. Она нас всех за собою тянет. Мы с вами лезем на рожон, нас природа встречает вооруженными, мы с нею воюем.          

      75. У нас на это есть снасть, то есть наша могучая техника. Мы без нее ни шага, лишь потому она нам помогает. Мы ее чиним, делаем для того, чтобы она нам в жизни работала. Мы такое время знаем, оно к нам в году один раз приходит. Мы к нему готовимся встретиться с ним, чтобы в нем пришлось сделать. Мы зернышко в свое время сажаем в землю для того, чтобы оно попало во влагу. А когда мы это сделаем, то оно нам начнет рост показывать. Мы любим по природе искать то, чего нужно. Для нас прибыль есть в этом деле. Всходы нам показали свой массивный вид. Для этого нужна природа, чтобы она влагой окружила и солнышко создала. Вот зачем нам нужно в жизни земля. Мы на ней физически трудимся, закладываем свой на это труд. Это наша с вами забота. Как только снег убрался с земли, мы бросаем все на дому живое и мертвое. А сами думаем, сами гадаем, чтобы нам природа не забывала. Она обязана с нами, с людьми. Они близко живут и разговаривают.

      76. Я, говорит природа, если не буду себя менять, то нашим людям не будет чего в своей жизни делать. Мы привыкли очень тяжело работать, нас условие в это дело гонит. Мы с вами не живем, а умираем. Говорим сами себе как таковым. В природе нужно будет у себя заиметь то, чего будет надо. А его нам природа как таковым берет и отказывает. Я, говорит она, всему дело есть. Мать все на свете для вас родила. Мы, такие люди, с вами недовольные. Говорим, мы люди такие развиваем сами себя как таковых людей, чтобы мы с вами жили да веселились, жили хорошо и тепло. Это наша с вами будет жизнь, которую мы веками строили, и строим мы сейчас. Наше дело одно – в природе это время ждать. А оно к нам так скоро не приходит. Мы его у себя целый год ожидаем. Говорим своим вновь рожденным детям. Для чего вы такими рождены в природе? Вы к нам  таким пришли на смену. Мы от вас уйдем подальше вон, как уходи все наши люди.

      77. Вот чего мы такие люди есть на белом свете. Живем, живем, а потом надо умирать. Наше такое в природе дело, оно никогда нами не изменится, как мы думали об этом деле, и очень крепко мы его ждали. Мы опять начинаем с вами его так же делать, как делалось до этого. Не пришел еще на арену этот день, которого мы ждали, а у нас с вами в руках палка. Мы эту скотину гоним вон подальше. Говорим ей как таковой в жизни. Всю зиму за тобой такой ухаживал. Я думал о тебе, как и все в природе думают, гадают: вот, мол, эта коровка приведет нам бычка или телочку. У нас у таких людей, которые этим живут, ждут такой прибыли. Это не одно есть в хозяйстве. Прибыль дает ежегодно нам скотину, мы ее бережем, как свой глаз. А еще эта наша корова дает нам  молоко ежедневно, мы в нем купаемся. Это тоже про нас не забыла наша природа, как она не забывает про нас всех. Она нам рождает, она нас у себя сохраняет, нам дает через это здоровье одно из всех.           

      78. А мы тогда не знаем, куда его девать. Здоровому человеку не приходится на месте так без всякого дела сидеть. Я, говорит природа, такая живая вещь. Не пожалею сама себя в этом деле, а вам  дам, чего вы от меня хотите получить. Мы от природы получаем. Все живое рождается, а мертвое отпадает. Этому начала не видать, также не видать конца и края. Мы с вами меньше прожили, чем приходится нам жить.

      Жизнь наша вся впереди не людская, которую мы имеем. А жизнь к нам придет самого Бога. Он будет в природе господствовать. Не таким порядком, которого до сего времени имели. Мы должны поток изменить не на такой, как мы сейчас в этом деле имеем. Не надо заболевать, не надо простуживаться. А мы для этого ничего не делаем. Мы с вами в природе делаем то, чего не следует делать. Мы с природою очень крепко воюем. Ее живое тело ловим и присваиваем к себе, называем своим. И что хотим, то мы над нею делаем. Хотим, чтобы она жила между нами такой.

      79. Мы ее как поросеночка, как маленькое животное ласкаем, по имени его называем. Говорим с ним по-своему. Ты наш такой, мы тебя кормим, как себя. Глядим за тобой, как следует. Если это потребуется нашему хозяйству прибавить, мы все силы кладем, всю волю направляем. В этом говорим, надо. А нам природа помогает, как чуть что такое в жизни. Недолго это все делается в природе. Она является самой славной в жизни нашей. У нее есть для нас воздух, вода  и земля. Они нам в жизни создают все то, чего будет надо. Они помогают прибыль создавать. Если это будет надо, им не тяжело всех кверху ногами поставить. У них на это есть силы. Что хотят, то они сделают. В природе одно не бывает. Из маленького делается большое. Но из большого мы катимся вниз с горы. Я, говорит человек, на это все работаю, тружусь. Моя мысль не стоит на месте, она лезет в гору, поднимается до той высоты, до которой будет надо.

      80. Это работа, которую мы с вами всегда делаем. Мы бы с вами ее не делали, но наше такое условие в природе. Мы кушаем, мы одеваемся, мы живем в доме. Все это нам дает природа. Мы от нее все это получаем, как продукт, как товар и стройматериал. Она, может быть, и не дала нам в этом копаться, рыться, но мы так себя заучили. Мы без этого всего жить не научились, а научились умирать. На что нам это вот сдалось, что мы такую работу производим. Нас без такой работы природа не примет, чтобы мы такие рождались. Наше дело одно – надо родиться по такому закону, по которому все наши люди идут. Им требуется в их жизни земля. Ее верхняя кора, да недра всякого характера и промыслы. Любые есть озера, реки и моря, да леса, каменные карьеры, и песок с глиной. И это все для человека неудовлетворение. Мы ищем иное, чтобы от этого создавалась какая-либо польза.

      81. Вот чего мы в жизни своей нашли. Мы с вами в этом трудились, и очень тяжело. Если мы не будем по делу трудиться, то мы не сможем жить. У нас одно есть в природе. Мы для этого родились, чтобы одно время пожить да повольничать, чем есть возможность. А потом настанет такое время, надо будет умирать. Какие же мы в этом люди со своим знанием. Мы все сделали, но не сделали и до сих пор – у нас прогрессирует враг. Мы крепко вооружены техникой, она у нас бездействует. Мы не сможем сказать за врага о том, что он придет таким отсюда. Мы когда воевали с немцами, мы его как врага били, заставили его капитулировать с фашизмом. Мы завоевали победу над Германией. А все были завоеватели, они не знали о себе, что их ждет хуже, чем это получилось. Так оно и есть. Америка не расы, а расы не Америка. Жить одинаково не жили.

      82. И никто не будет жить мирно. Сосед соседу не доверяет. Бог не за это, что делает человечество. Оно идет на рожон. Об этом наши люди не знают, у них сложилась мысль своя. «Никто нам в этом деле не помогает. Живем мы и делаем в природе сами. Никакого в жизни нет Бога. Да и кто его таким видел, чтобы на нем остановится и сказать: да, вот мы видели, с ним разговаривали. Он очень много знает, и он может все делать. Так что в жизни своей говорить не приходилось встречаться с ним». Он говорит, есть Бог. Это Иванов, которому приходится поклоняться за его такое дело. Он сам не захотел этого делать, что делаем мы в жизни. Это не жизнь наша с вами есть. Сегодня пришел такой день, в котором надо будет делать то, чего научились люди делать в жизни для того, чтобы она между ними продолжалась. Мы этому труду верим, как богу. Стараемся мы это сделать. Наше дело физически быть начеку в этом деле. А природа, она тут как тут готова.             

      83. Уже у себя это дело, она показала нашей советской науке след. Люди поняли, что в природе нет конца этому. Мы с вами учимся. Хотим заставить своим оружием, чтобы наша земля нам давала и давала без конца и края свои качества. Мы их на земле имеем. Идем мы по дороге такой, по которой мы не ходили. Это наша в этом деле была разведка. Мы, все люди, надеемся на наш мешок. Мы не верим воздуху, мы не верим воде, мы не верим земле. А вот верим мы искусству, совсем мертвому делу. Вода не такая. То зерно, которое мы вырастили, оно тоже не такое. Его как сырье надо будет сделать в муку. В сто процентов белой пыли мы не жалеем воды, а у нас ее пока хватает. Мы с муки и воды делаем тесто, с которым мешаем сдобу. Мы это вот любим, стараемся на это развить свой аппетит. Так же само мы в этом всем копаемся, как мы кропаемся в природе с трудом. Он у нас тяжелый. Мы ему чего только на фронт не посылаем. Всю нашу технику для того, чтобы человеку в этом было легко.

      84. Даже сидит в стуле, имеет руль у себя, и через его он управляет машиной. Она имеет свои колеса, на них взад, вперед бегает, и за собою таскает железный плуг, или она за собой везет то, что будет надо. Рубали мы бревна в лесу, а звери на нас таких налетели. Мы были вооружены топорами, против них пошли. А природа на этот счет, она молчит, нам свои слова говорит на нашу войну с природой в лесу. Мы так с нею воюем, одно между всеми нужное выбираем, да острыми топорами рубаем. Говорим: это нам в строительстве надо будет. Мы с этого леса должны построить хороший, крепкий жилой дом со всеми удобствами. Это наша топорная работа, которую мы в деревне физически делали, трудились. А время шло, мы поднимались, росли вверх, учились в школе. Нам давалось в этом жить хорошо. Землю мы мерили,  зерном засевали, сколько следует. Спешили вложиться в это дело. Нас ждала природа.   

      85. Она не хотела, чтобы мы это делали. У нас такой у всех был запрос, чтобы друг дружку на белом свете догонять и перегонять. Мы привыкли в соседях это делать, особенно на вот этом прекрасном месте.

      Мне в моей жизни очень крепко везло. За что я ни возьмусь, то я легко делаю. А в семье моей, как в сундуке, все так сохранялось. Приучили себя с поля брать, а во двор тащить. Мы не считались ни с чем, лишь бы только пришло на землю утро, нас всех солнышко лучами своими окружило. Для того оно нам это делало, чтобы мы с вами пораньше вставали. Да в степь мы бежали, и на своем таком месте быстрее делали. Это наше такое время пришло, земля в покое не лежала. Нам приходилось с нею барахтаться в труде. Она нас одевала, она нас кормила. Мы в ней жили, размножались на свои молодые племена. Старые люди уходили с колеи.    

      86. Особенно в данное время, когда люди о людях крепко думают. У них на арене появляется в сельском хозяйстве в труде на земле новое небывалое. Они хотят, чтобы кусочек этот земли без всякого такого давал много прибыли. На это мы все люди живем, и думаем об этом живом умном человеке. Он из-за своего ума живет хорошо и  тепло. Мы за ним как таковым следим. Он начинает делать – мы тоже за ним вслед. Он ошибся на белом свете, заболел, умер как никогда. И мы это у себя ждали. Умирать не хотелось, но участь наша заставила. Мы, как и он, со своими силами потеряли. И также мы тоже потеряли силы. У нас силы таковые, как у него они были. Он с нами не хотел наравне жить, уходил от нас. А как мы за ним гнались. Он нас видел, он этого не хотел, чтобы мы, такие люди, его, такого молодца, догоняли. У нас тоже свои были силы. Это надо было сделать, а мы не смогли, нам природа не подсказала.

      87. У нее две дороги. Одна нас ведет прямо к хорошему, а вот другая нас ведет к плохому. Мы этого и не хотели видеть, но природа есть природа. Она наши умы повернула не в ту сторону. Дала нам разум, один для всех, любить природу, не уходить от нее. Вот чего пишет рука Владыка. Мы по этой дороге не ходили, а вот по этой пошли. Мы людскую жизнь признали, стали ее совершать. Мы стали с нею воевать на любом нашем месте. Как вот я пишу за свою идею, говорю. Кричу на весь белый свет о том, что нам нужен человек, который бы в природе не болел и не простуживался. Мы с вами должны это заиметь. У нас богатая на этот счет техника, она сможет этому человеку помочь. Особенно должна советская медицинская наука все свои силы на это затратить, и такое дело целиком и полностью поддержать. Я об этом пишу за этого человека, одного из всех. Моя писанина его нашла, в этом деле показала нам всем таким людям, что я таковой.

      88. Есть на белом свете один-единственный болельщик о недостатке. Я, говорит природа, давно ожидала такого закаленного человека, чтобы он был между нами таким. Практически не защищал сам себя, не уходил от меня, как отошли от меня все люди. Карл Маркс и Энгельс, они проложили тот путь для народа, который потребовался сейчас. Это природа, это воздух, это вода и земля. Маркс с Энгельсом не смогли возразить со своим понятием об этом деле, без которого жить ни одному человеку будет нельзя. Это самое главное в жизни. Это нам дало все, что мы имеем. Это наше богатство, самое главное, жизнь. Мы в ней богатели, мы все силы кладем на это дело. Не падать в природе. А всегда бодрым, здоровым надо жить. Нам природа помогает, мы в этом добиваемся, говорим. Наше человечество в этом деле копается, чтобы у нас было, чтобы мы имели для своей жизни  все. Мы окружены цивилизованностью, живем прекрасно, ничем не нуждаемся. Мы только побеждены врагом, чем в жизни страдаем.

      89. Это наше заболевание, наша простуда. Мы все в этом дельцы, помираем. Были до этого дела цари хозяева. Не нашелся ни один человек, чтобы его в этом спасти. Умерли, как и не было их, таких мудрецов. Пришли на смену люди политического характера, теоретики со своим понятием. Для жизни ввели революционный характер, стали за свое место драться. Стали доказывать друг дружке богатый и бедный. Говорят: это мое. А другие говорят: это мое. Как моя собственность есть. Когда мы здоровые и крепкие в этом деле делать, то нам нужно земля, надо вода и надо воздух. Мы без этого жить не сможем. Когда не болеем, живы и здоровые, мы никому не кланяемся. А когда нас враг окружит, мы начинаем уже мечтать об этом средстве. А оно есть в природе. Я Бог земли, испытал на себе все имеющиеся эти болезни. Я их полюбил в природе. Когда с чердака я падал, то мне казалось, я и это смогу победить. Время немалое было в этом лежать. Если бы не воздух, не вода, не земля, я бы погиб. Ставить приходится мой вечно родной праздник.               

      90. Мы к нему готовились встретиться и хвалиться тем, чего мы имеем. Был праздник народный по религиозному убеждению. Мы ему крепко верили. На могилы умерших ходили с водкой выпивать. Бог об этом мысль свою пропускает. Говорит: то, что мы в этом деле делаем, нам всем неплохо есть. Надо не это нам думать, что мы на этот праздник приходим к умершим родным, близким. Начинаем слезы распускать, свои слова говорить. Милые мои вы все наши люди, лежащие в своих могилах в своем прахе. Вы нас к себе тащите. Вы нам чуть не скажете вслух: у вас там на белом свете родился человек. Он Учитель народа, чтобы не болеть, не простуживаться. Он Победитель природы. Не боится даже своей смерти, он умирать не будет. Он Бог земли. Против тюрьмы, против больницы, он один за это думает. И хочет нас всех вернуть обратно в жизнь свою. У нас спросит: что вы в этом деле делали, и чего впоследствии мы получали? Мы все живые и мертвые ему скажем свою лишь правду. Мы трудились, из-за этого мы жили хорошо и тепло. А потом в этом мы потеряли свое тепло и умерли на веки веков. Это наше плохое и холодное привело. А вот когда Бог об этом стал мыслить.

      91. Его в этом привело жить плохо и холодно. Бог так один и поступил. Он хуже от всех живет, и холоднее ему. Он об этом пишет, хочет сказать. Полезное в жизни не исчезает, ему смерти нема. Он у нас не за то, чтобы мы делали. А у нас это получалось. Он не за тюрьму и не за больницу. У него учение для нас не такое, чтобы от него впоследствии получалось из-за этого хорошо и тепло. Мы поэтому вот и учимся, получаем свое знание на то, чтобы впоследствии закончить свою жизнь. Что может быть от этого всего хуже, на белом свете надо умереть. Он не за нас, не за нашу такую деятельность, которая делается в природе всеми нами людьми. Мы хотим, мы думаем, мы катаемся. Мы в природе за землю друг дружку убиваем. Наша война изложенная вся с природы. Мы без огня ни одну пулю не пошлем в ту цель, которую мы с вами обнаружили.

      92. Снаряд летит по воздуху машиной. Война делается в природе за счет ее, она создана ею на человеке. Без воздуха ни одно оружие не стреляет, ни одно орудие не пошлет свой снаряд. А сейчас механизация, мотор введенный, он без огня ни шагу, и без воды и воздуха не заработает. Все это дает человеку природа, она его убивает легко. Война начинается человеком, он продумал этот самовольный захватнический план. Ему надоела постоянная пища, он хочет ее сменить. Она ему надо… Он видит у себя большой достаток. Ему нет разворота что-либо другое сделать. Тишина ему в жизни мешает. Природа на этот шорох присылает для этого дела человека. Нового люди теоретики не принесли, их умы разложились между нашими людьми уничтожением. Все это делала наука, она не захотела держать себя в тесноте.

      93. Люди ученые обижаются, им в этом деле делать нечего. Руки, их захотели протянуть на чужие земли. Мы хорошо кушаем, ежедневно три раза принимаемся за еду. А мысли не останавливаем, идем мы дальше. Своего нам мало. По истории лежит путь, чужое надо будет захватить и воспользоваться, как своим воспользовался сосед его близкий. У него обнаружил лишнее, но чтобы сделать, не умеет. Его мысль такая: любыми средствами надо сделать. Мы живем через стенку, то его для меня есть чужое. А сделать будет надо. И вот он за ним следит, думает о нем, ходит вслед, как за хорошим соседом. А у самого волчья мысль: надо ночью, когда он спит. А я же не сплю, а все про это думаю, всю свою силу для этого направил, воля вся сосредоточена к этому делу.

      94. А он же об этом не знает. Рецензент не дает согласия, не хотят, чтобы на арене был между нами такой Бог, про которого пишет моя теоретическая история. Он должен таким быть за его такую практику, которую он делал в природе. А она очень плохая и холодная для моего тела. А психиатры говорят: «Он больной». У него такая психика, которую ни один человек не пытался попробовать, так, как все время делал Бог. Он человек с таким понятием, с такой силой и волей, которую не имел человек. А этого человека мое писание, это есть «Закалка и люди», физически представила. Это есть писание, оно может написаться на бумаге всеми людьми. Практика моего тела есть живой факт, от которого ты не отвернулся, а есть чистая правда на мне. Мы, все люди, живем для того, чтобы нам было хорошо и тепло. А, в конце концов,  есть в этом всем наша развитая смерть.

      95. Вот чего этот человек у себя нашел – жизнь свою. А мы с вами, ученые люди, встретились с этими словами, с такой практикой, которая нас с вами так испугала. Мы этому делу не поверили, что это есть на человеке правда. Она с нами не стала наравне жить, взяла с нами поделилась. Нам оставила сторону в природе хорошую и теплую, которую наш человек зависимо от нее развил. Нам понадобился воздух вода и земля. Стали на ней место облюбовывать, самовольно захватывать. И на этом месте стали сооружать хоромы, то есть поставили жилой дом, огородились, и назвали именем своим. Долго мы этим именем хвалились, долго на это имя другие люди смотрели, как на небывалое в природе богатство. Он его тянул с природы. Старался эту землю обработать. На ней сделать, чего будет надо. Я на этот чердак даром не полез.

      96. Меня заставила, как героя, по сену спуститься. Я так думал, а когда на сено прянул, то сено для меня оказалось пружиной. Я уже очутился головой вниз, а ноги вверх. Тут я ориентацию потерял, меня потянула земля. А на ней стояло лукошко, я и ударился с 4-метровой высоты, и крепко разбился. У меня были адские боли. Я в этом деле терпел и надеялся на природу. На воздух, на воду, на землю. Я был независимый от нее человек, жил плохо и холодно. Просил природу, чтобы она мне вернула свое прежнее здоровье. Это для меня самое главное. Не такого врага, не такую болезнь изгонял, а это мне нипочем. Я был уверен только в ней. Она меня родила, она мне дала жизнь, я ею живу. Она меня хранит в природе. Все ее для меня силы естественные, они меня хранили, они меня хранят теперь. Я буду уверен, что я не буду умирать. Гляньте на мое бронзовое тело.                            

      97. Ему не надо ничего хорошего и теплого, ему надо в природе плохое и холодное, чем он базируется. Хочу сказать. Это сторона моя рожденная. И хочу сказать всем нам: умирать я не буду. Поверьте моей жизни, моему труду. 

 

1972 года 28 апреля

Иванов

 

Набор – Ош. 2011.11. С копии оригинала. (1501).

 

    7204.28   Тематический указатель

Оздоровление   14

Медицина    14,15,44

Бога заиметь  23

Бог  Учитель 24-26,52-53,71,78,82

Дети, рождение   33

Истрия война 41г.  40-46,53

Новый поток  78

Наше условие в природе  80

Болезни, Бог  89

Война, природа  92

Хорошее, теплое. Смерть – самое плохое 94

Нобелевская премия  191