Иванов П. К.

Ты, я человек, я ли природа

 

1978.08.18 – 1978.10.15

Учитель Иванов

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

 

     1. Я, Паршек, хочу вот этими словами вам рассказать об этом, а что будет с нами впоследствии всего такого голодания, об этом всем нашем таком деле, что мы взялись так двое, и мы не едим пищи. Все наши вредные привычки исчезли, их уже нет меж нами и природой. Между нами осталась одна истина неумирающая в этом деле, она так и живет с нами. Мы хотим кушать, но у нас есть такое вот сознание, оно определяет бытие. Журнал «Химия и жизнь» разукрасил своими словами про нас, что мы есть люди такие в природе. Это нас двое Учитель и Валя, пошел третий месяц, мы не едим, похудели телом, но зато силы естественные остались при нас. Чужое ушло, никаких заболеваний нет. Мы не гонимся за весом, здоровья такого не надо. Природа за таких нас. Учитель просит ее, он умоляет ее, чтобы она была за нас. Надо добиться от природы легкого так, чтобы не болеть и не простуживаться. Вот мы имеем это в природе, и мы двое будем это иметь.

    2. Мы тоже есть люди вот такие, как все со своим делом. Нам хочется хорошего и теплого. Но кому из нас надо будет плохое и холодное? Нам вот одним. Наша дорога одна – не обижать природу. Мы любим ее, хотим взойти двое на этот Чувилкин бугор с мыслью, одной для всех, чтобы не кушать и не пить. Мы уже имеем это. А сколько дел есть впереди, их надо делать. У нас силы на это вот рожденные, мы их через людей обиженных, больных, стоящих в очереди. Они не гарантированы чем-либо заболеть. Это уже горе, это беда, а ей некому в этом помогать. Мы сами научились этому всему в природе, сделались в людях дельцами, помощниками в этих людях, тех людях, которые живут в природе тяжело. А раз люди живут тяжело, что может быть в этом хуже. Мы как таковые ушли  со своей системой, а прибегли со своими шагами, со своей любовью, с этим делом. Мы делаем, у нас получилось на Чивилкином бугре. Долго мы  готовились к нему, к такому месту.

    3. В нашем в этом вот селе Ореховке есть 760 дворов, все люди были хозяева. Они умерли в это время, нет ни одного. А земля вся вокруг лежит не тревоженная, она никуда не девалась. Почему это так вот получилось в жизни в природе? Ведь в природе даром ничего так не пропадает в жизни. А земля жила так, она так и до сих пор, ее качества живут неумирающие. А человек был этому всему хозяин, он мыслитель, сохранитель своего такого тела. Он много кушал, до тепла одевался, он жил в доме. Казалось, ему жить бы, жить в этом во всем. А стихия встретила его, на его тело послала неожиданно болезнь его недостаток. Он стал больно мучить его, человек стал теряться, силы его стали уходить. Он делался бессильным в этом всем, стал уходить с жизни с природы. Что ему в этом помешало? Он не делал то, что надо было, природу как таковую не любил, как от таковой уходил, боялся оставаться таким, прятался в условие, сделанное руками.

   4. Он считал сам себя живым, а все окружающее мертвым. А если все считалось мертвое вокруг, то мертвое не живет с живым. Чужое есть не свое, оно не обогревает. Нам надо иметь  свое тепло, мы сможем получить его в этой колдыбане, в этой вот ключевой воде, идущей возле этого бугра. Она не прекращала свои силы и не останавливала себя в этом. Мы купались в ней, в такой небольшой речушке, в этой колдыбане, детьми всегда только летом по жаре. А сейчас этот бугор, это место есть нас таких вот начальных первых людей. В этом Учитель так бодро взошел на него, на это место этого бугра. Вслед за ним взошла наша Валентина для всех. Она дала свое такое вот слово своего дела, как таковая мою идею поддержала, она поклонилась низко этому вот бугру, этому месту низко, до самой земли, и, как свою радость, поцеловала, говорила про Учителя свои милые слова.

    5. Это он есть наш спаситель всего мира в этом всем, нас всех ведет по этой вот дороге прямо в цель к жизни всех людей, чтобы они с нами вместе на вот этом бугре и остались вечно жить. Я, говорит Валентина, знаю о нем, что он есть Господь Бог всех царей, над всеми ими управитель, царь, из царей он царь, господин. Я есть тоже такая спутница его дела, не уступала, а взялась, сознательно не кушаю так, как не кушает наш Учитель. Это чистая правда, она не жила до этого вот прихода Паршека. А сейчас у нее есть такие силы, вся возможность. Всем людям надо  это дело доброе, и надо будет это дело делать, чтобы у нас это дело получилось, в жизни бессмертие. Вот чего этот бугор, это место нам, людям, принесет. Жизнь, но не смерть. Паршек приезжает сюда на этот бугор, на это вот место не впервые и не в последний раз. Все люди не гарантированы, они должны пробовать. Тут вся природная сила есть, сам сохранит себя от встречающейся стихии, от всех заболеваний. Мы, все эти вот люди, ездим от Кондрючего до села Ореховки. У нас одна мысль в одну эту сторону – святого духа в здоровом теле получить.

   6.  Мы есть такие вот люди, направленные в ту изложенную сторону, которая нас всех ведет к одному знаменателю. Наш бугор так изучается нами практически. Мы ходим разутыми по этой целинной Адамовской земле, спускаемся в колдыбаню, мы там купаемся в этой ключевой воде. А какой тут идущий по природе воздух. Люди не скажут плохо на это все, а всегда они будут стоять, как за хорошую такую сторону. Мы бываем там каждое воскресенье, это есть наш такой праздник в жизни. Мы сами создаем его не так, как все празднуют да пируют. Мы сознательно не кушаем и не пьем воды, а хотим передать это все свое другим. Он нами такими делается еженедельно каждый раз, мы чтим его как такового. Он держит нас таких у себя. Мы так и удовлетворяемся им, так, как сегодня, воскресенье 20 августа. Нас всех было 30 человек, все до одного человека были одного духа. Все мы, как один, разутыми ходим по нашей земле.

   7. Она лежит в природе от Адамовых лет, никем и ничем не занятая. А мы с вами босыми такими ногами. Мы все поклонились ей так вот низко, и душу с сердцем приложили, и поцеловать это вот место, как радость свою. Это рай наш. Мы прослушали голос Учителя, его сказанные слова от самой Москвы до самой  Ореховки с мыслью всех людей. Если бы не вот эти люди, и не мысль моя, я, как таковой, не был на этом вот бугре, и не говорил им про это истинно. У нас бы  того не получилось, как мы, все люди, согласились, и пошли в колдыбаню, мы купаться. Это не купание, а мы пробуждаемся. Мы не хотим болеть в природе, как болеют все живущие люди. Природа окружила их,  она ввела им то, что они хотели, чтобы в этом деле жили хорошо и тепло. Так мы и не хотели жить вот на этом бугре, что нам не позволяло всем быть, встречаться, как я встречаюсь с ними, я говорю с ними, рисую картину о прошедшем. Мы когда-то жили в этом селе в этих условиях деревенского порядка.

   8. А им сколько ни говори об этом, не так. Им если бы яблоко с кармана вытащил, и дал его тому, кто хочет его кушать. Наша вся это вот потребность нашего такого вот тела. История никогда не писалась об этом, и люди не знали об этом месте, и не хотели о нем знать. Это вот место Чувилкин бугор принадлежит телу самого Учителя,  сохранителю самого себя, и этому творцу без потребности, любителю всей матери природы. Она родила нас всех до одного такими. Она не хотела, чтобы мы брались за это вот, и мы делали это вот дело. И у нас получился живой факт из ягненочка, поросеночка, теленочка, жеребенка, цыпленочка, чтобы яичко такое от курочки. Каждый день мы брали прибыль, у нас есть она одна в нашей жизни. Это место возрастало, увеличивалось, о нем, как таковом, вновь появившемся в людях, заговорили, сделали, стали делать. Люди делают не одну, а много стали делать, это дело делается ими. Только мы сделали одно это вот, это все получилось, мы прибавили другую, а к другой – третью.

   9. Этому нет конца в людях, есть только начало. Лишь бы одно появилось, другое тут же сбоку, такое же самое, как и было. Но хочется сделать такое, которого не было. Человек был на это, рожденный природой. А к человеку другому создалось национальное государство самодержавие.

Такое царство царь батюшка стал отделять, управлять, частной собственностью огораживать. Богатство имеющееся не надо давать никому, надо стоять грудью за него. Это место есть мое индивидуальное, не подходи никто. Я есть царь этому государству, это мои люди, мое богатство, я распоряжаюсь ими. А на это царство другому царству неподходящее, чтобы оно отмерло, его не станет, этого в жизни не было и не будет.

    А вот это будет одно условие. Все согласятся с одним Учителем за его дело и учение, и начнут верить, поверят, начнут делать, это получится. А когда бугор произойдет в славу, люди ему как таковому поклонятся, и попросят его. Он нам всем будет одно неумирающее здоровье.  Это жизнь здорового характера, мы должны получить все на этом бугре. Он нас всех приведет к одному всему. Мы не будем придерживаться своего родного места. Место это будет для всех людей, одного общего характера. Мы будем одного идейного намерения одной жизни.

   10. Мы на этом месте, на этом бугре все общими силами добьемся в природе бессмертия, нас всех к одному приведет. Мы будем знать одного Учителя, как спасителя всего мира. Нам надо здоровье. А раз нам надо это здоровье, то больше не надо ничего. Мы не будем так простуживаться и болеть. Нас с вами этот бугор. Это место наше есть всех людей рай, вечно живущий на белом свете. Его как такового нашел в природе Паршек. Он проходил 46 годов по нему, да он продумал про это самое, что он делает, это его есть всему делу слава. Взять на себя одного человека в его жизни, чтобы он бросил все имеющие привычки, которые человека заставляли делать это дело рук человека. Человеку нет жизни без всякого дела в природе. Это есть их такая привычка в жизни, к завтраку готовится.  Прежде чем садится за стол, перед собой видеть свою деревянную ложку, сделанную кем-то. Она стала нас всех до одного этим вот кормить, мы наелись досыта. Мы с вами делаем это ежедневно, нас это условие окружает привычкою. Мы едим ежедневно, досыта наедаемся, это наша такая есть в людях природная привычка. Она делается нами всегда, чтобы жить.

   11. Наша жизненная в людях привычка, она живет один раз с нами, а другой раз она отмирает сама. Это государственное дело тюрьма общего характера есть такая индивидуальная привычка своего рода, сделана человеком в жизни. Это делается людьми, лишь бы один раз попробовал, и сделал, как это следует. Мы с вами недоделали это дело, в этом деле ошиблись. Люди судят нас за это вот взятое дело, но не сделанное нами. У них есть юстиция, она разбирается с этим делом. Человека родили для этого, чтобы жить. А живут люди в обществе одного намерения – в одно и в кучу грести. Потянешь к себе – это расхищение. Мы должны делать общего слога хозяйство, базу, чтобы было у нас. А когда у нас будет в базе, то и у нас всех будет. А когда мы потянем сами у себя, у нас государство истощает, будет бедное. Это не все есть. Здоровое тело будет здорового духа. А вот когда тело останется без всякой потребности, этот человек окружим себя сознанием, то тогда-то люди скажут свои сложенные слова: он заслужен этим. И он будет заслужен этим. Он сознательно не ел, не пил сознательно.

   12. Что хотите, то вы со мною и делайте. Я родился для этого вот всего. Умирать не надо, нам надо жить. Вот чего нам, всем людям,  бугор говорит. Довольно, мол, стоять в природе в очереди. Надо окружить себя в победе гарантией. Если бы это знал Гитлер, что против его такого шефства заступится за Сталина Рузвельт, Черчилль и др.  Они тоже капиталисты, у них было доверие больше к Сталину. Все это сделала природа. А Паршек был природа, он был воздух, он был вода, он земля. По этому всему Гитлер после насмешки. Паршека в Днепропетровске гестапо возило на мотоцикле. Гитлер в операциях с русскими больше не имел успеха. Враг в природе был Паршеком побежден. Он рылся в голове за это все его такое вот действие, которое делал Гитлер.  Он Богу верил, а сам украинцев отправлял на Луну. Этого всего есть свидетель Паршек, он был за партию, это сына право. А дух святой – это тело, здоровье у Паршека. Он не простуживался, он не болел. Его тело есть Бог, он русскому обиженному солдату помог. Паршек был у немцев гут. А раз гут, уже Бог Земли.

   13. Он помог обиженному, больному человеку, который стоял в очереди, ждал своего дня. Паршек не стоит, и не ждет его таким, как ждут его все. Он еще не пришел, а люди уже жарят, варят, кусками лежит, бери руками, зубами кусай, жуй, со слюной глотай с воздухом. Это твое благо, ты наелся, как бык, сделался здоров, надо поднимать тяжело. Паршек не этого характера, ему не надо будет никакой такой вот людской труд. Он и без него остается прав. Ему не надо ничего так делать, как делают все люди. Им надо село, хутор, город. Им  не надо бугор. Паршек на бугре, он уверенно говорит, что войны не будет. Теперь всему этому есть Паршек, он же природа. А без воздуха, без воды, без земли снаряд не разорвется, прицел не возьмешь, полета не станет. Вот чего нам сделал … Он расстрелял людей за их вину. Люди делают войну, они отвечают смертью за это все. Паршек прав, он сам это все сделал в труде, он эти рубежи завоевал, брал силу в природе, она его одарила своею любовью, своим делом на бугре. На этом месте я приму любого человека своими руками, свои силы ему дам, то тогда-то хоть в море в любое иди.

   14. Это письмо, это все дело посылаю для ученых, чтобы они истинно знали, что бугор есть все для жизни нашей всех людей. Мы там на этом вот месте, на этом бугре не одну потребность (оставим) в жизни. Мы введем в жизнь бессмертие. Мы, как таковые все люди, стоим на арене этого всего, Мы хотим от Паршека дождаться то, чего мы хотим. А мы не хотим умирать. Мы хотим жить так, как у нас живет Паршек. Он сам с нами вместе ездит на наш бугор, об этом вот говорит. Надо нам всем таким быть в природе живым, а не мертвым. Паршек родился для этого, он возрастал своим поступком в людях. Люди судили его за это все, а сами делают, это все воровали, теперь воруют. А как убивали сами себя, и убивают сейчас. Я вам всем прощаю за это, только не делайте больше. Будет для всех хорошо и тепло. Вот к чему мы идем. От человека исчезнет тюрьма, и не будет больницы. А будет в людях на бугре рай. Там никакого дела нет, чтобы дело там было, и его пришлось делать. Мы с вами в этом родились, и для этого вот дела, чтобы в жизни своей ежедневно привычку вводить.

   15. Завтрак вовремя делать, к нему своею мыслью надо готовиться. А без ничего и дело не сделаешь. А в деле делается живой факт. Из живого в мертвое. Пахучее и вкусное, ты его кусаешь, ты его жуешь, со слюнями его глотаешь, воздух, вода помогает. В одно такое место это все собирается, и хорошее вкусное делается в теле на непригодное, на вонючее. Само тело гонит это на землю. Она породила, она и взяла через свое все. Человек это все у себя сделал через свою потребность, своего рода похоть явилась. Люди стали делать людей, люди стали рождаться от людей в жизни для того, чтобы в природе так люди жили. Так в природе жить, одно время надо трудиться, а другое время надо кушать досыта. Это тоже есть привычка, она введенная. Три раза в день кушать до самого испражнения. Это тяжелая такая привычка, она должна когда-то лопаться.

   16. Ежедневно впредь. Всякого рода привычка делалась людьми для того, чтобы в ней гибнуть. Человек приучил сам себя командовать, распоряжаться людьми. Люди привыкли ему подчиняться одно время. А другое время человек пошел выполнять долг, он там ошибся, и там в этом деле сам погиб. Вина остается за тем человеком, кто это дело начинал. Он послал его туда, ни у кого не спросился, самоволие у себя заимел. А если он это сам сделал, ему никто не давал такого права, чтобы он делал это сам. Человек это дело сам в этом начал, его никто не заставлял, он послушал людей. Люди родили его, люди его встретили, он не претендовал. А люди научили его, он по следам пошел, он стал слушаться этих вот людей. Они послали его, он доверился им, они хвалились. Их это дело было сказать, они знали про это вот такое дело, там без ничего не проходит. Природа за это самое наказывает, человек без беды и горя не оставался в природе.

   17. Привычка гнала человека в бой с природой. Он привык делать это дело, взялся делать, недоделал, ошибся, и в этом деле погиб. Привычка заставила делать то, что делают в жизни какое-либо дело. Это людская есть привычка, она делается людьми для того, чтобы им в этом всем было хорошо и тепло. Такая привычка есть в людях, через что по природе идут вечно не умирающие привычки. Плохо и холодно жить, в чем человек умирает. Это тоже людская есть такая привычка, она сделана в природе, чтобы люди умирали. Ореховка, это хутор, это вот село, оно районный центр, области. А город Москва, центр Ленинград, Вашингтон, Лондон, Париж, Берлин. Люди в привычках там живут, да то они делают, чего делают все. Им в этом хорошем, теплом приходится каждому человеку. Где бы он ни жил, и что бы он ни делал в жизни своей, он идет со своим таким направлением, свое здоровье он теряет. Он идет вниз, а не вверх. Человек любой науки живет на своем месте, он имеет привычку.

   18. А привычка заставляет каждого человека, он их всех, чтобы они необходимо жили с привычкой. Она гонит их в бой туда, они идут туда, где им вредно. Они где бы ни находились, и как бы ни находились в своей жизни, их, как таковых, окружает привычка. Она рождает их в природе, она их учит, они в ней учатся. Беда с горем нападает, люди не имеют на это вот средств, чтобы избавиться от этого, и нет такого человека. Привычка есть очень сильная и обильна, она обижает нас, вот таких всех людей, они бессильные жить в этом. Привычка посылает стихию, люди умирают в ней. Они привыкли так жить, чтобы им было в жизни своей хорошо и тепло. Их такая вот привычка не любит плохого, холодного. Люди не радуются этому всему в жизни, ищут в природе такое оружие, самозащиту. Людям приходится искать ее, как таковою, делать. Она находится как таковая в природе из сырья, в продукт, а из продукта – в деталь, а из деталей складывается вещь, машина    

   19. Она не живая, а мертвая. Любой продукт растет в природе. Из любого продукта делают вкус, на что развивается аппетит. Человек делается в том деле жадный, он глотает то, что приготовил в жизни. Он кушает то, что люди ввели за свое такое время. Люди людям ввели деньги на то, что покупалось и что продавалось. Это есть коммерческая в этом деле торговля, кто кого как обманет. Один привез ненужное в доме продать, хочет другому навязать, а человек смотрит, интересуется, вовлекается, хочет это дело заиметь. Природа людьми покупается, природа людьми продается, введено на это базар. Никто ни за что не отвечает. Люди привыкли друг друга обманывать, обижать другого. Это люди, это болельщики, это дельцы своего рода, они ищут в природе, чтобы им так обогатиться. Он ищет в природе такой источник. Он закладывает в жизни своей такую силу, которая дала бы такую небывалую прибыль. Человек привык в природе копаться, он роется ежегодно, делает свой в этом тяжелый труд. Он копает, роет, ждет свой хороший урожай, не плохой, а хороший.

   20. У людей есть привычка ездить на базар, там все есть хорошее и плохое, только человека нет того, кто хочет плохого. Один человек, рожденный в мире, Паршек, он открыл здоровье человеку вечно без всякой привычки в жизни в природе. Это только Чувилкин бугор предрешит эту вот проблему, она на вот этом месте. Эти вот люди никогда не знали про него, и не хотели знать о нем таком. Он был не нужен никому, кроме одного пастбища какого-либо животного. Он ходил да пасся на нем, а он был в жизни в людях таким для жизни их полезен здоровью, так и в данное время. Он остался этим людям, этому человеку остался в своей жизни от отца родного наследством. Он ему, как сыну своему родному, нарекал жизнью это место, там должен жить одно время Паршек. Он заслуживал этого вот тогда. А сейчас его такая идея, она письмом вспомнила, и так заставила Паршека о нем

продумать, да промечтать за это вот такое место.

   21. Оно оказалось в природе, на него пришел Паршек со своим таким здоровьем. Он взошел на этот бугор и очень крепко закричал во весь голос на весь мир, на всю природу. Что бы люди эти ни сказали ему, этакому человеку, он ничего не делал. Его привела туда потребность этого всего. Он это делал сам в процессе всего. Он был непонимающее лицо, его учили папа с мамой. Его дело – это дело выполнять. Он был исполнитель. Он претензии не делал, его все вело к тому, чтобы в природе так без всякого дела не бывать. Люди стали делать то в жизни своей, она его заставляла слушаться старших. Они были администраторы такого дитя непонимающего. А что оставалось этому живому человеку делать. Он родился в жизни энергичным без всякого такого, чтобы его телу мешало. Он родился в природе в естественных условиях, люди подымали без всякой привычки.

    22. Ему жить нечем в природе, люди стали  его кормить, стали поить, уже это вот для него есть дело. Он стал делать его, как дело. Оно стало заставлять это дело делать ежедневно по несколько раз. Это не спасение в этом, а развитая его в природе техническая такая потребность. Уже это есть  дело его делать. От него не пахнет, а воняет. Процесс нехороший сделался в жизни, он совсем чужой, его своровали в природе, убили, съели, проглотили. В теле оно киснет, горит на непригодность, оно не дает никакой пользы в жизни, а как вонючее г… пошло по природе такой. Как оно получилось в этом вот человеке? У него заработал организм, он стал употреблять чужое природное, стал находить в природе то, что нужно для еды, чтобы наестся досыта, а потом надо отхаживаться. Это значит, жизнь пошла в природе на людях. Она образовалась техническая, в искусственном, она стала делаться химической для жизни этой. Люди жарят, варят, употребляют. Жизнь такая началась за счет природы, за счет дела. А в этом деле есть большая ошибка. Человеку приходится жить в неправде.

   23. Для чего человек родился? Он родился для жизни этой, а ему ввели это дело. Человек стал делать, стал творить. В людях развился враг за это убийственное дело. А в этом деле люди стали умирать. Люди стали эту привычку развивать. Она сделана людьми в природе и введена в жизнь. Мы не стали жить, как это надо, а стали умирать, мы так и будем умирать. А мы с вами не научились жить, как  надо будет жить, чтобы мы в этом не умирали. Паршек взялся за это дело, стал делать, 46 лет сам проделал с этой мыслью без всякого технического дела, без искусственного, и без химии. Естественно природа: воздух, вода, и земля, что Паршеку создало  жизнь. Он окружил себя ею, стал так жить, как люди не пробовали. У людей есть страх на это, люди боятся этого делать. Они считают: природа – это какая-то чепуха, ее можно обуздать, то есть ее можно заставить, чтобы она была все время в жизни источником. Человек рожден в этом деле, что он стал в жизни делать, и недоделал это, умер. Стихия встретилась с ним, беда окружила, и горе где-то взялось. А человек не нашел таких средств, и нет такого человека, чтобы он ему помогал.

   24. Он умер с этим самим. Паршек не зря избрал в этом всем это место, этот вот бугор, на котором приходится потребность убрать от людей, чтобы люди так не умирали. Это их такая вот привычка, они сделали ее такой, она положила всех их в могилу, все лежат в прахе. А если мы взялись за это вот дело, это дело стали делать, в этом вот деле ошиблись, недоделали, умерли на веки веков.

    29. Мы пошли, облюбовали, сделали это вот место своим, стали его прибавлять, туда притянули то, чего не следовало. Мы назвали своим, а потом мы пожили в нем и умерли на веки веков. Я, Паршек, со своей идеей, со своими словами выступаю во всем мире и во всех людях, чтобы отобрать тяжелую очередь, а ввести гарантию в деле. Чтобы мы, все люди, делали в жизни то, чтобы мы в природе не простуживались и не болели. Паршек нашел эти вот средства, их вводит людям всего мира, чтобы они на это все имели одного такого Учителя, который был бы для всего мира Учитель, он учит одному здоровью.

   25. Когда мы все возьмемся за это дело, и мы станем делать, то у нас не будет простуды и заболевания, а будет вечная жизнь в людях. Учитель учит нас, всех людей, этому одному. Меж нами не будет рождаться вражда, войн никаких через это дело не будет. Люди будут одного потока равны, национальностей в мире не будет. Тюрьма и больница исчезнут,  люди заимеют любовь с природой. Она простит им, как таковым всем людям, живущим на белом свете, за их сделанное дело. Люди ошибались все время, и в этом они умирали, их окружило такое дело. А сейчас люди будут делать в жизни то, от чего им станет в жизни легко. Учитель всех учит. Надо научиться жить, умирать не надо. Я попрошу вас, как таковых. Эдуард Константинович Наумов профессор ставил фильм в Москве в Министерстве иностранных дел 22 июня. Это истина в людях, она была, она есть, она будет в людях бессмертно. Желаю вам всем счастья, здоровья хорошего.

    Вы не умеете воспитывать молодежь, чтобы она жила. Откажитесь, а попросите Учителя. Он просит вас всех таких своей просьбой.

   26. Он упросил природу, умолил ее такую, которая пошла навстречу всему миру всем людям, и народила одного Учителя для всех нас, людей, чтобы мы жили, так жили, как не брались жить. Мы по Паршека делу не будем умирать. Учителя есть начало, и есть конец той жизни, которой не было. Учитель Иванов. 1978 года 20 августа.

    Нашему любому человеку надо согласиться с этим, ибо это жизнь наша вся складывается на этом вот Паршековом бугре. Его силы нашлись там. Это есть для всех людей средства, это спасение  в жизни всей нашей. Люди не хотят и не умеют, боятся это делать, их в этом устрашает. Это все делается в людях Богом, он проявил сам себя в своем деле. Вы, такие вот есть люди, привыкли удовлетворяться деньгами. Вы покупаете за них эту природу, вы продаете ее, через это вот свой карман, свое богатство расширяете. Вы растете в этом деле, у вас одно прибавляется, и другое где-то берется. Твой ум не силен об этом мыслить, он не силен этого вот знать.

   27. А раз ум уже не знает об этом, он забыл. А у меня есть такая мысль. Я знаю про всех людей, про животных, что они делают в своей такой вот жизни. Чтобы человеку жилось легко в природе, он того не делает, что приходится им всем делать. Их окружила техника, сделанная ими, искусственное, а химия введенная. Люди этим не живые и не энергичные, они утомительные, они живут в мертвом капитале. Они теряют там чувство жизненное, это их большая ошибка в этом, думать и хотеть хорошее и теплое.

    33. Но она не каждый раз удовлетворяет в этом во всем людей. У нее, как матери родной, две стороны. Одна хорошая, другая плохая. Она определяет людей по своим заслугам, она вознаграждает, она и плохим наказывает в жизни. Природа такая, она имеет у себя хорошее и плохое. Это наша молодость. Они, это дети, есть радостные в своей жизни со своим здоровьем. Паршек по их всему такому вот развитию. Природа родила их всех для такой вот жизни.

   28. Они не имели представления, чтобы знать об этом деле, что ему так или иначе придется в этом деле умирать. Он или она  родились отцом и матерью ради этого, они заставляют дитя своими силами. Он с первых дней своего начала жизни стал слушаться, это делать, что ему от этого дела делается вредно. Его как такового люди окружили своей привычкой, они ввели ему ее, как таковую, заставили ею так вот пользоваться.   

   Если бы дети знали об этом деле, что дети идут в жизни своей в бой с природой, они бы не пошли туда, и  не делали их дело это. Оно заставило их умирать. Они и до сих пор считают свою смерть, что она законом введена. Сами люди сделали ее, в процессе этого всего развили. Их дело одно – экономику создавать, деньги, за счет их надо жить. А чтобы люди знали об этом всем, что они своим этим покроем людей заставляют в этом умирать. Люди до сих пор не знают, и не поймут это все, что их держит тяжелая очередь. Для них день данного характера даром не приходит к ним, в нем нет запаса.

   29. В нем есть силы естественного характера, он думает жить в нем, вчера заложил мысль свою, приготовил, все у него есть, а  аппетита нет. Мы с вами живем своею мыслью, еще не жили, а приготовились. У нас есть запас, вся надежда есть на это вот. А с чем американский миллионер Даллес умирал? Он не спасся этим богатством. А где нам, таким голодранцам, кто нас, таких грешных вот, примет в рай. А Паршек нашел его без всякого такого, он окружил себя им. У Паршека нет того, что люди все имели. Он на бугре создал всем людям рай, там жизнь такая будет в людях без всякой смерти. На бугре того нет, что все люди имеют. У них на их месте есть капитал мертвого характера, он не дает человеку жизни. Человек в нем не живет, а умирает. Его тянет магнитом земля в могилу. Он, это человек, думал избавиться от умершего. Он выбросил его вон от себя, от живого тела. А если прибыль родилась в природе, то и убыль зародится в природе. Человек родился для жизни, а оказалось, он умер в ней.

   30. Это уже не жизнь живая, а смерть мертвая, она не дала человеку жизни. Он умер в своем таком богатстве в природе, в чужом, в мертвом. А чего же будет умирать Паршек, если он идет за весь мир, за свое человечество, чтобы оно жило, а не умирало? Вот что хочет Паршек – жизни, но не смерти. Вот какое в природе в людях проходит на этом человеке. Он есть своего рода мудрец, не хитрит в природе, а делает в жизни то, что надо в людях. Это есть привычки, введенные в людях от самого детства, они держат людей на белом свете один раз, люди живут хорошо и тепло. Им приходится в природе воровать, природу убивать, за счет этого всего приходилось жить. Богатство это вот прибавлялось, росло, увеличивалось, а тело живое падало в этом деле. И это дело шло не к жизни, а к смерти. Люди огородились чужим, сделались техническими, не жизнерадостными. Жить за счет этого всего невозможно, это принадлежит не своему телу, а совсем природе.

   31. Я написал статью Брежневу о своем теле, что оно рожденное в людях, таким вот оно должно быть для жизни, никогда не умирающее в этом. А оно должно всем людям бедным, нуждающимся, больным в беде и в горе помогать – это вот самое главное. Люди видят, люди знают, они хотят, чтобы Паршек сделал свое дело, чтобы легко. Этого люди никогда не добивались в природе, и не делали того, чтобы это вот в жизни получилось. Но они, все люди, этого хотели, чтобы им, таким людям, природа давала, но у них это дело не получилось. У людей было такое нехотение и неумение. Словом, их дело одно – это жить тяжело. Люди родились с самого первого такого вот начала. Ученый мир всех нас, земных людей, которые занимают свои места, которые им доверились делать. Человек должен быть полезным в жизни всей, который мыслит не об одной такой вот экономически развитой прибыли. Она нами, людьми, делается, это наша жизнь людей. Мы распоряжаемся ими, как подчиненными такими людьми, взяли на свой глаз, на все свое слово.

   32. Мы имеем таковых детей. Они у нас такие  бедные, нуждающиеся, они больные в нашем таком вот воспитании. У нас есть им садики, такие школы семилетки, десятилетки, техникумы, институты, университеты. Мы учим их сами своим таким широким знанием, мы принимаем их тела физически от родителей сами в этом. Нам хочется,  чтобы все наши дети были такими детьми, которых в жизни не было. Это будет наша в этом такая забота, которая учит всех наших детей.

    Мы тянем их по лестнице вверх. Наше дело одно – нас, всех детей, поставить на их такие вот ноги, чтобы они бегали на них так вот быстро по земле. И у них всех ум для этого развивался, чтобы они не были такими, как это вот в жизни делается. Мы, все дети, так живем, мы надеемся на это. У нас, всех людей, есть огромное дело авось, а она окружает и старых и малых. Мы, все эти люди, надеемся на авось. Будет хорошо – будем жить хорошо.

   33. А будет плохо, то мы останемся по плохому. Так у нас делалось, делается, и будет между нами так делаться. Дети большинство не удовлетворены тем, что надо. Им приходится оставаться в природе больными людьми в жизни. Каждый человек не получает по своему намерению быть в жизни таким человеком, как он и хочет быть. Это все желание, оно поднимает вверх каждого живого человека, но у него так это не получается. Люди делают то, что им всем делается вредно от этого дела. Люди ничего не делают для пользы в жизни человеческой. Одна погоня есть за хорошей и теплой жизнью, а она приводит к концу этой жизни. Приходит начало этому всему плохому и холодному, в чем человек умирает. Люди, сколько они об этом деле мыслили, они много делали со своими техническими делами, с искусственным, с техникой. Они потеряли глаза в жизни своей, их таких, как они были, уже нет ни одного человека. А сторона Паршек есть совсем другая, иная в жизни, она естественная природная.

   34. Воздух, вода, и земля. Что со мною таким вот рядом всегда, как я, живут для Паршека. Это такой день всегда идет, он знает хорошо про такую вот их встречу, которая заставляет людей к этому дню готовиться. Они имеют на это все такое приготовленное. Люди крепко верят этому всему, они надеются на это все. Прежде чем жить, они думают, они потом делают, за счет этого живут, у них есть такая надежда на это. Им хочется в этом жить, а природа берет и отбирает их такое желание. Она имеет на это все свои силы, берет их, как людей, наказывает. В ней люди так делают своим телом, они стали делать в природе свое то начальное первое в жизни, жадно кушали досыта. После этого они стали одеваться до самого тепла, а в жилом доме со всеми удобствами живут. Надо бы жить так, как это надо будет в природе человеку, а люди не получают этого.

   35. Их в этом во всем большая ошибка. А в этой ошибке люди легко умирают. Мы все такие вот люди, которые должны с этим делом согласиться, и поверить на живом факте. Нам надо помочь в человеческом горе или беде, она нам, всем людям. Она держит их всех на очереди, мы ждем это идущее время. Хотя день, он к нам приходит небывало и неожиданно как никогда, он может обидеть нас своими естественными силами. А мы есть для них искусственные, технические, в химии. Они сделаны руками с живого в мертвое, что и не дает в жизни точного. А вот худшее, самое плохое, это не может быть хуже в жизни от человеческой смерти. Она создана этим вот, люди развили на себе это вот в деле. Мы стали умирать, нас заставила природа. Она не захотела у себя видеть такого вооруженного человека. Человек боится природы, считает, она для него является в жизни враг, такая в нем зародилась мысль.

   36. Он ничего такого не делает в ней в жизни, и он ничего не умеет делать. Поэтому он гибнет в природе через это самое. У него мысль не такая, как она надо. Люди только родились, и уже они стали думать про то, что делалось в людях. Они стали уходить от других таких вот людей со своим знанием. Стали пролазить меж людьми для того, чтобы место высокое занять, и им таким в людях распоряжаться. Это такая мысль есть в людях  всех в природе. А как получается в этом, никто ничего не знает об этом, и никто не сможет знать, как это делалось по истории. В жизни Ленин теоретик старался своим знанием помочь в жизни крестьянам беднякам и рабочим, пригласил на это дело ученых, признал достояние всей земли. Человека государственного характера призвали на это все наше, чтобы он работал в нем, делал то, что хотел хозяин этой системы. Ленин призвал всех на эту борьбу, на это дело, чтобы люди учились, чтобы люди делали, от чего им было хорошо и тепло всем.

    37. Ленин сгорел со своим сам в новой экономической политике за свою такую мысль. Природа, люди убили его, эсерка Каплан убила. Он стал делать не то, что надо, в своей жизни, природа убрала его. Продолжатель Сталин был убийца людей. Ему была нужна партия, он старался ее сохранить, солдата гнал в бой за Родину, за Сталина. А сам не знал, что его ждет впоследствии. Как оно и получилось, и как оно получится. Сейчас мы, все люди всего мира, живем и боремся с природой, с условиями. Мы хотим, чтобы она  давала нам все то, что надо, чтобы мы в этом всем жили хорошо и тепло. Люди все свои головы сложили, им как таковым пришлось дождаться такого права, чтобы хозяином быть над всем природным богатством. Природа помогла нам найти таких людей, которые организованно посылали в бой с каждым делом, они хотели, чтобы люди наши все до одного человека не нуждались никакой особенностью. Люди хотели, чтобы им было, что кушать, и во что обуваться, одеваться до тепла.

   38. А дом жилой со всеми удобствами был. За это вот отцы наши, они дрались с самодержавием. Отца родного право отбирали, а вводили родного сына. Он ему, как отцу родному, претензии представил, как дитя. Ты, он сказал, меня, как сына, своего родил, заставил делать свое, делать то, в котором мне, как вновь рожденному человеку пришлось ошибиться. Это их дело, они сами это вот начали делать. А чтобы мы закончили это дело, у нас есть на это силы большие в этом. А вот того, что следовало нам дать. Мы ищем в природе самого вредного и большого врага. Мы готовили к нему все свои силы, всю свою возможность кладем  в своей жизни. Мы боимся его от других таких национальностей, которые претендуют на наше, что мы делаем. Им наша такая политика не по душе. У нас нет истины. Люди как были подчиненные, так они остались подчиненные. Они есть солдаты, выполняют долг командира. 

   39. Я не за администратора, за того человека, который родился для этого дела, он сам взялся за это дело, стал проворачивать эту работу. Он породил этого человека, стал заставлять, чтобы он делал его дело одно в природе. Надо было жить живому человеку. А тот человек, который его рождал в его жизни, вмешался со своим понятием и знанием, куда влезла и стала учить техника. Она стала показывать человеку, что можно будет делать, а что нельзя. Первое дело рук человека – это наша еда, мы смастерили ее в своем начальном деле из живого в мертвое, укусили, пожевали, проглотили. Он место свое занял  и стал там по-своему по атмосферному все делать. Это дело делалось нами, людьми, в природе, и мы бросали туда, сколько хотели. Это дело делают каждый раз, этому делу конца не видать. Сегодня надо делать это дело, и завтра надо это дело живое делать. А когда-то этому делу надо лопаться, приходить из годного в негодное. Природа, она такая есть в жизни.

   40. Это не делалось в жизни в природе, чтобы на одном месте простаивать. Само такое время приходило и уходило не в одно время. Это дело стало делаться человеком для его такой жизни. Она этим начиналась, ежедневно прибавлялось, делалось и упразднялось. Это все мы с вами сделали на самих себе. Это дело сделано для жизни  своей, а когда его сделали, посмотрели на него, стали уходить от него, стали думать о другом. Первое дело уходит, а другое рождается. Так и это все техническое, оно уходит от естества как живого. Живой человек овладел им, и хочет, чтобы люди были такими, как оно и должно быть, неумирающими, как наш дорогой Учитель.

   Моя победа есть. Я по делу всему есть самородок, а источник мой – это закалка тренировка. Я один тружусь на благо всего народа, учусь в природе, хвалюсь перед миром. Хочу истинно сказать самосохранение своей клетки. Мое здоровое, закаленное, молодое сердце есть, как 25-летнего человека. Выход мой в свете. Я не боюсь никакого врага, даже своей смерти. Если бы этого не было, я бы давно умер. Я есть человек земли, дышу очень крепко, а резко говорю не про какое-то чудо, а про природу, про практическое физическое явление. Самое главное, это чистый воздух, вдох и выдох, снежное пробуждение – мгновенное выздоровление центральной нервной части мозга. Знаю за больного, люблю его.     

   41. Душу и сердце его знаю, хочу помочь ему, через руки током убиваю боль. Это не слова говорят об этом, а все делается дело. Рука пишет владыка, никогда про это не забыть, очень справедливое. А просьба какая. Меня надо будет просить, будешь здоров. Кому это будет надо? Юноше молодому. Уважаемые, это имеет мировое значение. Природу как мать надо любить, хранить ее. Это будет чистая правда. Не болезнь играет роли над человеком, а сам человек над болезнью. Нам надо учиться у Иванова, чтобы не попадать в тюрьму и не ложиться в больницу, а жить свободно, не лезть на рожон. Какая будет слава, если мы низко поклонимся головкой и скажем «здравствуйте» дедушке и бабушке, дяде с тетей и молодому человеку. Эх, и жизнь моя тяжелая для всех, надо сердца свои закалить. Милые вы мои люди, мы гляньте на солнышко, на свою правду, свое выздоровление. Быть таким, как я есть, Победитель природы, Учитель народа, Бог Земли. Это было в людях, есть у них, и будет это. 

   42. Никто из рожденных людей не претендовал, чтобы его кормили. Он силком кормился, эту систему развил. Так человек приучил себя к этому времени готовиться. Еще время не пришло на арену, а в него запас сохраняется. Мы этим живем в жизни, на это все надеемся, его храним, как око. Считаем, это калорийный продукт питания. Учитель не признает это все. Он верит истине. Когда люди молодые приехали с Москвы и Киева посетить меня, как такового Учителя, а сами они не знали точный адрес. Где-то дворовая птица взялась в этом деле, она привела их, ученых, к воротам дома Учителя, а сама где-то делась. Сегодня пятница, 1-е сентября 1978 года, день детей и их родителей, он пришел к нам со своими первыми началами в жизни. Так отец сказал своему сыну, чтобы его сын родной учился, набирался знаний. Отец будет помогать ему в этом, чтобы сын его был ученый. Ему дадут такое место, он его займет и будет распоряжаться, он будет административное лицо по делу своему.

   43. Хозяин доверит ему, как ученому, это право. Это капиталисты хотели делать для своих детей, а пришлось нашему брату это теоретическое место занять. Это люди, ушедшие от своих простых людей, сделались технические, в искусственном, в химии. Они не верят природе, что между ними, такими вот учеными, родился естественный человек, не зависимый от них, а  полезный будет обиженному, больному, подчиненному человеку. Это он спасет их в этом всем деле. Люди бросят сознательно делать это вот, что делали. Никакого  подчиненного не будет в деле, оно уйдет само от человека. А природа сама будет: воздух, вода, земля – что сохранит живого человека. Паршек показывает себя вам как таковым, он терпит от холода и голода сознательно, это делает 46 лет. Он сознательно вводит для нас эту историю. Людям вводится она эвволюционного характера. Здоровое тело в человека имеет здоровый дух, то есть человек окружается Святым духом, как Паршек, так все наши живущие на белом свете люди. Они должны поддержать идею Паршека своим энергичным телом.       

   44. Паршек это делает, он один такой, да женщина Валентина идет вслед по пути. Это есть наше начало, а конца в этом не видать. Так говорит нам, всем людям, Паршек. Я как таковой есть один из всех начальный человек из самого бугра, мы ведем за собою всех наших таких людей, которые не сумели теорию себе так оформить, как сам Ленин получил знания политические за деньги. Он окружил себя средствами отца. Отец со своим режимом не хотел, чтобы его Володька был против царя. Это учение дает молодому человеку свой разум жить в природе, чтобы ему жилось за счет этого учения хорошо и тепло. Так оно и получилось между отцами и сынами. Отец имел средства, сына своего выучил, сын женился, стал жить своей семьей. А у отца мать умерла, кому отец надо, как сыну своему. Он – туда, а там невестка, чужой человек. Отец «завонял», его прогнали. Это хорошо, что закон заступился, суд пошел навстречу всему этому, заставил отца быть иждивенцем.

   45. Отцу дали элементы. А Ленин своей денежной идеей поставил детей всех на ноги, чтобы дипломы иметь у себя, как ученому человеку. Ему, как теоретику, верилось больше, чем какому-то беспартийному подчиненному человеку. Он был обиженный этим, его окружила беда и горе его, он живет тяжело, сам физически делает, он трудится, а другого сохраняет, вслед за ученым человеком со своим здоровьем горит. Ученый человек показал свое техническое, в искусственном, в химии. И по ней всех детей погнали в бой, они стали делать под диктовку ученых, чтобы люди поделались в жизни своей, от чего им было тяжело. Они стали в этом деле простуживаться, болеть,  люди стали в этом умирать, как и обычно в людей происходит эта картина. Ученым простительно, они люди заслуженные, они живут в людях за счет их физического труда. Они технические люди, теоретики, за счет денег они создали. Всех ученых научила отцова копейка. Он учил материально, был обеспеченный. Его учил отец, Ленин теоретик, ему помогла отцова копейка, он недолго жил ею.

   46. Паршек не учился так, как Ленин. Ему не нужно было административное место, учение, которое распоряжалось всеми людьми. Одним давал жизнь, от других жизнь отбирал. Он ввел новую экономическую политику, за счет денег жизнь новую создал. Пария – это есть Паршек, он ввел в жизнь эвволюцию, здоровое тело имеет здоровый дух. Читайте «Моя победа», она вводит нам всю правду. Меня  такого, как я есть, деньги не делали. Люди назвали меня за мою способность, я принял им Духа святого в жизнь. Пусть кто-либо такой скажет, что это есть неправда. Чувилкин бугор есть воздух, вода и земля, от времен Адама лежит, никем не занятая. Вот это есть людской рай естественного характера, где человек будет жить без всякой потребности вечно. Он не будет умирать. Эта идея делается не на деньгах, а все на сознательном бытии человека. Никого не будут заставлять. Видишь, что это за такой бугор, какое там сооружение. Мы знаем за них таких хорошо.

   47. Люди пользовались деньгами, это вот есть наша такая привычка в жизни собирать в кучу и ими так пользоваться. Мы захотим что-либо такое приобрести для своего пользования. У нас всех есть привычка за них богатеть, иметь у себя какую-либо живую худобу по части тягла за деньги. И люди строятся. Словом, вещь какую-либо покупают за деньги, мастерство какое либо приобретают в жизни. Люди стараются делать все в этом, но когда люди потеряют здоровье, то купить его не приходится. Люди легко теряют его в труде за деньги. Деньги – это горе, это беда есть в людях. Люди охотятся за ними, идут на всякое такое преступление, за них дело создают и начинают разбираться. Если человек виноват, его, как нарушителя, судят, ему дают срок. Люди отбывают за них в тюрьме, за них женятся. Словом, деньги создают легкое в жизни. Богатому человеку везет их как таковых приобретать.

   48. Людей нашли в природе за деньги, и им стали давать всевозможные вещества. Что может быть лучше в жизни. Мы нашли бугор, бесценное богатство,  оно дало нам продолжение. А с другой стороны природа открывает богатства золота источник, чем мы заинтересуемся. Люди там не получат этого, что дает бугор. На бугре истина одна, люди умирать не будут.  За золото смерть прогрессирует, это другая такая умирающая сторона, она нужна нашим людям. Они это все нашли, этим добром окружили себя, стали жить, его таким добром приобретать, в нем делают всякого рода дело. Это их большая ошибка. Она есть не спасительная сторона в этом деле, а губительная. Люди свободно умирают в золоте, они живут тяжело в этом деле, трудятся, свое здоровье люди теряют, из-за него люди помирают. Мы с вами давайте поделимся: Учителю – бугор, а все остальное золотое – людям.

   49. Вы распоряжайтесь эти добром, это ваше. А мое, говорит Учитель, бугор, неумирающее, вечно живущее место. Я нашел его, окружил себя им, мне как таковому ваше все не надо. Вы живите сами, а я буду жить сам. Хотите интересоваться моим, жить так, как я живу – пожалуйста. У меня нет золота, я не интересуюсь им, оно губительное в жизни. Это дело  человеческих рук, мы сами делаем его, как таковое добываем. У нас оно есть, но малое количество. Мы стараемся заиметь его больше, оно не живое, а мертвое. Оно не дает нам никакой жизни, мы с ним легко помираем, нас за золото убивают. А бугор Чувилкин, он отбирает от нас всю потребность людей. У нас нет никакой своей нужды в жизни. Мы не живем с золотом, деньги нам не надо. У нас так свое здоровье, оно нигде никак не продается, никто не имеет право его купить. А вот за золото, за деньги все люди стараются себя продать, и делать то, что их заставляют делать. Они это дело делают за золото. 

   50. Это сторона золотая, она умирающая. А Учитель нашел безденежную сторону, золота не надо. Нам надо Чувилкин бугор, он не за деньги сам себя показал Учителю. Ему надо не золото в недрах, ему надо чистая природа. Самое главное, чистый воздух, энергичная вода колдобани, и эта земля, которая  лежит на своем месте от времен Адама. Это вот место избрано мною в жизни для всех наших людей начальных, чтобы люди в жизни своей не заставляли, чтобы их условие просило малого и старого, чтобы они окружили себя покоем.  Людям надо сменить поток. Надо научиться жить по природному и пользоваться природным Святым Духом. Учитель есть человек Земли, дышит крепко, он говорит резко не про что-то такое, ему мертвое золото не надо, ему надо живое. Это место, этот бугор, он наш всех начальной жизни, чтобы жить нам всем там бессмертно.

   51. Учитель не ждет время вредное, у него оно одно полезное. Сегодня тепло, жара на дворе, завтра холодно, морозно. Я не кушаю, чужим не нуждаюсь, хвалюсь своим. Это мое тело, оно терпит в природе сознательно, просит всех людей как таковых, чтобы все люди за это дело брались, и делали то, что делаю я – терплю сознательно. Это не труд тяжелого характера, а жизнь бессмертная. Я учу людей не смерти, а жизни. Уже кончается третий месяц, осталось пять дней до этого, что меня спасает. Это наша такая человеческая жизнь, она должна окружить нас всех. Мы должны сделаться такими, как наш дорогой Учитель. Он не кушает, кроме молока, он кушает один раз в день. А Валентина употребляет меньше от этого. Мы все должны поклониться им и сказать им за это спасибо. Природа наша мать родительница, она есть наша мать, всех до одного человека родила, нам всем за все наше сделанное прощает, и больше наказывать не станет.  

   52. Люди все наши есть индивидуального характера в природе. Все мы живем так, как не хочет природа. Она ведет нас по пути той жизни, которую мы сами делали. После такого теплого, хорошего времени приходит на арену холодное и плохое, чему люди все не радуются. А когда это все уходит с жизни, мы рады встречаться с этим. Хотим, чтобы оно дало нам свою прибыль. Мы кладем на это свой труд, наше желание, от этого всего надо получить прибыль из самого маленького зернышка много зерен. Нам дает это все природа, она заставила нас думать об этом всем. К этому всему мы  готовились, чтобы встретиться с таким тяжелым трудом. Само положение заставило людей прибегнуть к этому всему. Мы бы ничего этого не делали, жизнь заставляет иметь у себя запас продукта. Еще мы не жили в этом, а в самих такая мысль нарождается, надо жить за счет этого всего.

Мы есть технические люди.

   53. Нас окружило искусственное, а химия введена. Это люди те, которые хотят в природе жить за счет средств существования. Люди за это вот учатся, они накапливают знания, чтобы жить приходилось за счет своего назначенного места. Теория дала им средства, которые им в этом разрешили. Люди захотели, чтобы ученые люди распоряжались ими. Эти подчиненные люди, их условие гонит в бой в природу, она посадила на это указанное место. Технические люди посадили его на это место, он заслужил по развитию это. Их окружило их условие, оно держит до своего времени. Человек надеется на это все, и он думает об этом, это место спасет его в этом деле. Ему платят за эту работу. Он так живет за них, он приобретает все  для себя. А в жизни ему надо продукт  питания, одежда фасонная, дом из строительного материала. Для человека все это есть чужое и мертвое.

   54. От этого всего нет никакого спасения в жизни, а есть людям развитая смерть. Что бы ты ни делал в этом всем, и как бы ты не делал в жизни, все равно ты считаешься нарушитель для природы. Ты есть виноват перед ней. А за твою вину перед природою естественное живое наказывается природой, она сажает грибок, язвочку. У техники нет средств, и такого человека нет, чтобы ему помочь в этом. Все люди помирают в этом деле, им нет спасения в этом. Так зачем так вот жить в природе. Мы же в этом простуживаемся, болеем. Нас никто не милует в этом. Как умирали, так и умираем, так мы и будем умирать. Спасение одно – Паршек на Чувилкинм бугре. Это не золото в деньгах, а естественная сторона: воздух, вода, земля.

   Дети вы мои, дети дорогие, вы мои дети. Я есть ваш один из всех людей спаситель всего мира вас всех детей, Учитель всего народа. Люди назвали меня Бог Земли. Я нашел в природе средства от самого злейшего нашего врага.

   55. Я не признаю наше с вами золото с деньгами, которое вас окружило кольцами при женитьбе. Вы живете, надеетесь на будущее ваше место. Оно вас встретит административным лицом, вы будете гнать в бой своих близких забытых друзей. Они отстали от вашего прогрессирующего. Это ни больше, ни меньше  ваши  будущие деньги, за что вам придет такое ваше время, вы дождетесь его. Оно кружит вас такой техникой, когда вы будете умирать. Вы, бессильные в этом люди, вспомните ваших отцов и матерей, они шли вашей дорогой. Я только один-единственный человек поделился с вами такими, взял плохое и холодное, вам не по душе так оставаться, как я остался Я уже не употребляю три месяца без трех дней. Я не голоден, как это люди делали, они оставались без еды. Я не иду на это вот в бой для этой вот смерти. Она окружает вас за ваше все, вы умираете в этом.    

   56. Она не держит вас за ваше психическое дело, она вас гонит с колеи. Вы есть люди бедного характера, ваши золотые кольца вас не спасли. Я имею у себя для этого свое сознание, терплю, не кушаю, не пью, как другие, а окружаюсь Духом Святым. Это мое такое дело есть, все оковы человеческой жизни разбить. Вот какая моя идея к жизни, но не смерти. Дети, куда вас, таких детей, гонят ваши отцы, матери со своей техникой, со своим искусством, с химией? В бой в естественное, в природу, в хорошие такие условия, где можно отыскать качества самые лучшие и ими воспользоваться одно время, ими надо пожить да повольничать, а потом надо умереть. Ведь такая возможность есть сознательно отказаться от этого пути, и взяться за самое плохое и холодное. Не надо бояться природы, не надо страшиться ее условий. Она родила тебя для жизни, она сохранит тебя в этом деле.    

   57. Я думаю об этом всем, я делаю уже 46 лет. А вот приходится сейчас  делать ради спасения всей нашей молодежи. Она опутана нами, стариками. Они нашли нам это золото, эти деньги ввели, мы живем из-за них. Они заставляют нас делать это дело. Если бы не это золото, не эти вот деньги, они нас заставляют в своей этой жизни наниматься, продаваться, идти во все такие условия жизни. Человек не жалеет сам себя, идет на все такие подвиги, он бережет свое место, боится его упустить, ибо это его есть золото, его деньги. Он за них  может пойти в любой бой, в любые условия, и сделать то, что надо. А природа  не дает этого, берет и укорачивает мысль и дело. А когда мысль не будет проложена, и дела никакого не будет. Гитлер проложил большую мысль в людях своей наукой, своим вооружение, своей техникой. Он думал стать воплотителем над всем миром, но он не знал природу, что она этого права убийственного не даст, она не дала ему успехов, чтобы дальше продолжать его задуманную мысль.  

   58. Она такого права никому не даст. Враг как таковой в людях никем не опознан. Он был, он есть, он и будет таким, может  хуже. А чтобы его не было такого, как мы все неуверенно делаем, не знаем его, а сами боимся, как бы не напал. Вооружаемся, считаем, мы будем в этом сильные. А когда так думают, то так не получается. Враг силен, он думает, он решает, а потом нападает. В этом есть авось, как у всех людей есть авось, на которое люди надеются. Удача будет хорошая – воспользуются, нет – так они останутся. Люди стремятся, но не всегда получается. А вот это дело, которое нами, этими людьми, еще не делалось. Учитель говорит нам, учит нас этому всему за Чувилкин бугор. Он сам это не для самого себя, а для всего такого мира. Люди ждут это, им такая привычка в жизни неясна, она заставила человека умирать. Как надоело это дело человека умертвлять. Не было средств, не было такой мысли.

   59. А сейчас  он эту мысль создал. Нашелся в этом человек, на это все есть Паршек. Он раскрыл эти силы своим делом, своей идеей бессмертия. Оно начинается из самого бугра, там есть бессмертная единица: воздух, вода, земля. А все остальное движущееся видимое, невидимое, живое, неживое принадлежит природе, людям. Они заимели это все в жизни, это все в природе развили. А чтобы остаться на веки веков так, как Паршек в людях бессмертно. Он пришел для всего мира к нашей молодежи их жизнь спасти, чтобы они жили так, как на сегодня Паршек живет со своим здоровьем, с духом святым. Его место его бугор есть единица без потребности, он не будет так умирать на нем, как умрут все остальные люди. Они в этом жаждут, они нуждаются, они больные. Люди пойдут на любое преступление, человека убьют, им безразлично кровь лить на всей нашей земле. Они попадают в моря, океаны для того, чтобы жить.

   60. Человеку по Паршековому надо прошагать в природе 46 лет все дни, да про это продумать. Люди наши земные, они за мое такое добро, которое я в них делаю, назвали меня. Я считаюсь Победитель природы, Учитель народа Бог Земли. Я не за какую-либо национальность, а за весь мир, все человечество, чтобы люди были равны, одинаковы, любили друг друга. Уже три месяца  подходит, вот, без двух дней, как сравняется моему сознательному терпению и умелому явлению в людях. Они дождались этого в жизни, их окружила природа своей такой любимой жалостью. Она простит им за все их сделанное. Так вот люди не будут делать на этом вот месте. Люди перестанут делать технически, искусственно, химия совсем уйдет от людей. Природа перестанет быть такой бездумной для людей, она сделается через такой людской поступок милою.       

   61. У нее не будут рождаться такие мысли, они будут уверены в этом всем, что время такое в жизни никогда не придет к людям таким. Для нас Паршек – это есть все в жизни. Он недаром преподнес нам этот бугор, эти условия. Он об этом месте, об этом рае думал, ходил по земле, а вот делать приходится сейчас в это наше такое время. Мы дождались такое время на земле, к нам, таким грешным людям, пришел вечно неумирающий рай. Чувилкин бугор – это есть природная для всего мира тайна. Мы приезжаем на него на автобусах, на машинах, нас возит техническая часть. А придет в люди на это дело такое время, люди узнают об этом рае. Они будут стараться своими ножками попасть на это место. И своим покроем, своей любовью он скажет нам, таким людям, свои слова, назовет нас всех милыми людьми, какие вы грешные во всем.

   62. У вас ноги не ваши, глаза тоже не ваши, руки делают не то, что надо. У них есть техника, есть искусство, химия, оно помогает вам, людям, легко умирать. Вы дюже грешные люди, вас всех, как вы есть на белом свете, окружила чужая, совсем мертвая копейка. Вы привыкли кочевать из жаркого в холодное, а из холодного в жаркое. Вы этим не удовлетворены. Вы не заслужили в природе славы. Мы когда приезжаем общими силами на бугор, на это место, нас, как святых людей, встречает природа. Мы, разувшись,  кланяемся ей, ее просим, чтобы она дала нам свое естественное здоровье. Она нас таких, как мы оказались перед нею. Это все произошло в жизни Паршека, он в природе один такой. Она учит его для этого всего. Ей, как таковой матери, тоже хочется сохранить тело человека, она крепко терпит в этом деле, у нее живые существа. Ей тоже надоело сохранять людские привычки. Она нам, всем людям, представила Паршека для этого дела, чтобы он упросил природу.

   63. Ми боимся соседа, поэтому имеем свое вооружение, свое дело в природе. Мы на собственном месте окружены своим страхом, такой жизнью, как мы живем. Гонимся друг за дружкой, смотрим через стену. Не дай бог у соседа  что-либо такое прибавится, а у меня этого нет – уже это есть в людях такая болезнь. Она заставляет человека думать об этом. Раз того здоровья нет в жизни, болезнь наша с вами нас окружила, мы много и долго мыслим об этом деле. Мы говорим об этом, как будто это дело будет надо нам. Мы с вами готовимся, делаем  человека техническим, его учим искусственного, вводим химию. Нам казалось, в этом всем деле эту проблему легко приходится совершить. Мы же с вами есть ученые люди, пускаем в атмосферу спутник со всеми аппаратами, техническими людьми, которые летают в космос. 

   64. А как не был на земле рай, святой дух, это человеческая жизнь продолжительная, вечно неумирающая. Мы не ищем такие качества этим космосом, и не хотим их искать. Мы есть ученые люди, зачем это нам надо. Паршек со своей идеей уже двумя ногами ступил на Землю для спасения всех людей. А они это ждут в природе и это хотят, а у нас не получается. Люди жили за счет чужого добра, так они живут до сих пор. Они в этом деле сами умирали, умирают, и будут они так умирать. А чтобы мы учились в природе жизни, у нас, таких людей, как мы, ученые, нет даже средств на это дело. И такого человека нет, чтобы он в природе так научился помочь обиженному, нуждающемуся, больному человеку в его деле. Космос делается техническими людьми пока для нас, таких людей. Это все ведра порожние существуют для жизни человека.     

   65. Люди не нашли на Земле такого рая, они так или иначе умрут. Они бессильные мыслить об этом. Он или она ничего такого не делают, чтобы жить. А они делают в природе, от чего любому человеку делается тяжело. Спросите в ученого, кому возможно будет поменять свой ум на физическую практику. Он умрет, но ничего так не сделает. А вот Пашекова такая практика, она неумирающая идея, она зародилась в людях, чтобы поток человеческой жизни сменить. Тяжелое должно уйти от людей, а легкое должно прийти. Такая дорога, которой все время шли наши люди, есть большая ошибка. Они стали думать об этом деле, как надо будет в дальнейшем жить. Эта предковая история не удовлетворила из самих первых  таких начальных дней.  

   66. Мы с вами стали делать для жизни. У нас получился на нашей земле мертвый строительный капитал. Мы стали жить в том, что сами сделали руками, это все чужое природное. Мы огородились им, это все стали сами защищать. Мы с вами думали, это жизнь наша, от которой не может быть, а мы стали умирать в ней, умерли, как и не жили в этом. За что? За наше такое вот дело природа умертвила нас. Мы умерли на веки веков, что и заставило людей в этом деле умирать. Мы с вами  нашли в этом не жизнь нашу, а смертью окружили себя. Природа гонит нас за это с колеи, за наше такое вот дело. Мы пошли в природу совсем не свое брать, а чужое. Она свое добро не давала нам так даром, она нас наказывала за наше все, сделанное нами. За хорошее – хорошим, а за плохое – плохим. Нам нужно было живое, а мертвое нам не надо. Мы развили сами эту историю.     

   67. Это место, которое облюбовали для жизни и присвоили именем своим, это будет не то, что надо человеку. Он облюбовал такое место, назвал своим местом, стал тащить в него живое и мертвое до тех пор, пока сам не ушел с колеи. Он умер, его не стало на этом месте, уже это место перешло по наследству. Я тоже был такому месту рад, старался, как и все люди,  окружить себя им. Все люди есть такие на белом свете, кроме одного меня, такого вот человека, кто не живет на белом свете так, как все люди. Зима идет с такими зимними днями. Все люди как один человек приготовились к ней, человек награбил своими силами чужого природного, на это место привез, спрятал, бережет его, как свое око. Надежда очень большая есть в этом деле, жить вот не придется за это время, об этом никто не знает, он только думает жить.

   68. И хочется жить так, как и всем людям. Но природа ему или ей все свое отдавала, живи только сам, как хочешь. А мы живем на белом свете так, как хочется, еще лучше от этого всего. Мы для этого широко учимся, мы делаем в этом  свое развитие, но основного мы  добились от природы, чтобы мы с вами не болели, не простуживались. И вот я на своей улице встречаю разного возраста, их так останавливаю, у них спрашиваю, в каком классе учитесь. Одна девушка заканчивает десятый класс. Мне, как таковому человеку, эта проблема ясна. Я спрашиваю у них, чтобы им помочь в этом деле. А она заканчивает классы своей школы, мне на мои слова сказала так. Я учусь хорошо, но вот тройки есть, это уже нехорошо. По-моему, эта девушка не интересуется балом, она даже не смогла ответить, почему это так, что дети все учатся неодинаково.

   69. Кто этому будет виноват. И на это сам учитель, который пошел на пенсию, он так сказал нам. Вина есть всех родителей и школы. А самое главное, вина в этом всем нашего учителя. Они учат всех детей, которые получают неодинаковые знания. Я спрашиваю, что делаете с отстающими? Учителя их ругают, они не хотят учиться. А кто учиться не хочет. У одного ум есть, а у другого его нет, он не идет ему в голову. Это не что-либо такое в своей жизни. Мы, все люди, родились в природе без всякого ума, чтобы что-либо такое знать. Рождается поросенок, ягненок, мы их встречаем, создаем им условия, их растим так, как наши предки делали. И мы создаем человеку условия, надо кормить, надо поить, надо одевать, и в доме надо жить. Мы вводим человеку эту жизнь своим умением. У нас есть на это в своей жизни приготовленные материальные средства.

   70. Еще не родились, а одежда есть, пища тоже есть, и есть место такое, где дитю тоже можно будет жить, чем дышать. Ему создали условия, он прожил день, другой настал. Природа встречает нас рожденных, она провожает нас такими, как надо. У нас силы прибавляются ежедневно. Мы для этого дела смотрим глазами, видим мы в природе, что там делалось, и что ими творилось. Уже мы этому учились, старались идти вслед за этим делом, это наша такая привычка. А раз мы делаем ее, она должна жить между нами. Мы  становимся на ноги, стараемся стать на них. Они – это самое главное в жизни, это ноги. Надо быть нам человеком клещом, он ползает по земле, он смотрит, он видит, у него чувства, он старается отведать. Уже это он научился делать, кусать зубами, жевать со слюной, глотать с воздухом, что-либо создавать, которое все люди делают. Они держат его там, оно киснет, оно горит для вони, это нами делается.

   71. Мы сами создали эту вонь, этого человека окружили этим. Я тоже был такой умирающий 35 лет своей жизни, хорошим и теплым окружал себя так, как все люди прожили да умирали. А 46 лет так думать, так делать для этого всего, не ради самого себя бросил всю еду. Пошло три месяца, как не ем пищу такую – это истина моя. Она проигрывает деньгами, я приобретаю свое здоровье за счет этого. Я обижен людьми, но зато природой награжден. Я иду по своей такой дороге, она ведет меня прямо в цель жизни. Я написал об этом всем две статьи Брежневу, это есть истина всему дело, живой такой факт, он между нами всеми людьми зародился. Это есть Паршек, он раскрыл в природе  все свое имеющееся на этом вот бугре, без всякой такой потребности на этом месте должен жить вечно человек. Я есть делец этому началу. Природная мудрость привела меня сюда, такого обиженного человека административными лицами.

   72. Под угрозой НКВД меня обстригли, обрили и сократили, и по моему делу моей работы вызвали психиатров. Покровского, Артемова и Н. Н. Корганова. Я доказывал им, как светилам области, своей идеей о человеке, что я есть такой вот в жизни человек, которого поддержал математик и физик ученый Игорь Хващевский. Он первую статью написал нам всем таким людям и вторую тоже написал. Идея жизни, поиски и воплощение. Хотите или не хотите, а идея жизни победит. П. К. Иванов. Читайте, понимайте, это ваши есть слова вашего дела. Если вы, все ученые, пойдете по моим таким вот практическим следам, я 46 лет так, как сказано Игорем Хващевским. У него гнили легкие, он воскрес из мертвых да и другие. Он свое бессмертие правильно оформил Брежневу в своих словах. Это есть жизнь Паршека, вечная, неумирающая на Чувилкином бугре. Люди все должны поклониться ему и попросить здоровье в Учителя. Учитель дает его нам в природе и даст нам его всем.      

   73. А мы за его, как ученого человека, практически сделанное дело взяли и ввели свой диагноз шизофрения.

Это наш, всех людей всего мира, за это дело. Люди узнают, сделают то, что сами в этом не станут делать. Паршеком сживется это все в жизни, после этого вот всего тюрьма исчезнет, а больницы не будет. Люди признают Паршека, как помощника в этом деле, станут поступать по Паршеку, то есть делать. Простуды не будет и болезнь исчезнет. Человек окружит себя своим здоровьем. Все привычки имеющиеся уйдут от людей, жизнь меж людьми воссияет. Я понятно говорил об этом, и до сих пор я говорю всем об этом всем. Один Хващевский разобрался с моей писаниной, взял написал две статьи. Ученым уже давно надо разобраться с этой идеей. Она своим практическим делом бьет всех.

   74. Он хорошо понял о Чувилкином бугре, он сам принимался на этом бугре через руки Учителя. Он понял это место, оно нам ставит человека на ноги без всякой потребности. Это Паршек, он играет роли в этом всем начале, это бессмертие я не доказываю. Это истина, она одна из всех. Паршек нашел ее там, ею окружил себя. Сейчас уже сегодня сровнялось ровно три месяца. Это только шаги первые такого вот начала. Я живой и крепкий, пишу об этом. Я говорю, делаю делом. А люди не хотят понять это дело. Я тут делаю это все не для самого себя. Я делаю для всего мира всех людей. Игорь Хващевский читает, он хорошо понимает мою идейную историю. Он выступает, доказывает всем нашим людям. А они, кто хорошо знает Учителя, его поддерживают своей мыслью, за Учителя говорят.

   75. Мы, люди этого характера, об этом много раз. Им хочется то, чего в жизни не было, а им так хочется. А природа, такая нехорошая мать, не удовлетворяет их, они стали недовольны в этом деле. Людям приходится своими ногами, своим умом, они ищут по природе. Им хочется найти и показать другим людям, как они к этому всему отнесутся. Я нашел в природе эти качества средства, окружил себя ими. Меня как такового люди ученые со своим полезным делом обнаружили своим умом. Они проследили, на практике своего горя испытали, согласились с моим мнением, что это всем нам дает в жизни легкое. Мы с вами через это все дело не будем простуживаться, и мы не будем так болеть. Сам Игорь Хващевский испытал на своем теле своего ума статью.       

   76. Он написал не об одном мне лично, он коснулся всей человеческой жизни. Ему надо начало первое, откуда эта история будет начинаться, и кто в этом будет инициатор. Он копался во многом, делал дело всякого рода, но он ошибся в нем и заболел, поболел, умер на веки веков, его не стало в этом. Поэтому я должен сказать об этом, сделанном людьми. Всем людям, живущим на белом свете всех национальностей, не приходилось удовлетвориться своим индивидуальным  придуманным делом, в котором вся техника, все искусственное, химия. Оно ничего такого не дало в жизни своей. Они старались, делали, все свои силы клали на своем таком фронте, всю свою возможность клали в этом деле, но чтобы от этой ошибки, которая в природе. Через это вся стихия создалась, а от стихии есть горе или беда.

   77. Никакому человеку не уйти. Как она была, так она будет в таком потоке. А люди все ищут в небесах, в Арктике, в природе какой-то рай. А рай человеческой жизни есть на земле не в золоте с серебром, а в воздухе и воде, на Чувилкином бугре. Это одно  из всех Учитель нашел в природе в людях, и он окружил себя этим. Это есть слава естественного порядка. На этом месте, на бугре ни одна нога человека не ступала для того, чтобы там находиться без всякой такой потребности. Она только вводится для жизни всего мира для людей. Они должны сделать это все и попробовать на себе. Это не наука, которая делается в природе делом. Сегодня она делается, завтра то же самое это дело продолжается. Одно такое не бывает в жизни своей, а другое какое-либо начинается так в жизни. Для науки Арктика ничего полезного не создала никому в жизни, кроме экспедиции.

   78. Там техническое вооружение большого рода, защита. Люди хотят найти то, что надо. Природа дает им техническое, искусственное делается, а химия вводится. Все это не то, чтобы нам давалось без конца и края, нам этого мало. Мы ищем и хотим найти в жизни в природе лучшее и экономное, чтобы у нас был запас. А в запасе нет спасения. Лучше и здоровее нет от естественного порядка, от тела. А раз в этом всем родилась наша привычка, она окружила нас так. Нам создали такой путь, такое дело в этом. Это все нам наделала на белом свете развитая нами  привычка, тяжелая такая в жизни. Мы создали свою мысль на это хорошее и теплое. Оно заставило нас, чтобы мы с вами рано утром до солнышка поднимались и брались за какое-то дело. Мы окружили себя в этом деле, нас научило это условие.

   79.  Мы пускаем сначала свою мысль, а потом беремся за какое-либо дело, оно перед нами не было, мы должны делать его. Привычка тянет во двор, что попало, и мертвое, и живое. Двор все принимает. А вот хозяина неживого выносят со двора. Все свои плачут, слезы проливают, а сами несут на общую квартиру на могилу, в землю закапывать. Это тоже людская такая привычка. Как это делалось, делается ими, и будет делаться таковыми. Мы привыкли так жить, как мы сами жили. Три раза в день садились за свой стол в жизни, которого мы накрываем. Люди заработали в своем деле. Им самое главное – хозяйка, она побеспокоилась своих людей досыта накормить. Они сами себе наготовили, для этого дела аппетит развивали, друг с другом говорили про это самое. Все люди делали это, природа держала их в этом. Она так любезно кормила их досыта, одевала всех до тепла.       

   80. Привычка заставляет делать все в жизни. Мы мыслим, мы делаем так, как и всегда делали, наше такое вот в жизни делать. Мы привыкли так жить. Этот вот день, идущий никогда небывало, а мы уже приготовились к нему. У нас есть к нему, что нужно для этой жизни. Она довела человека до того, чтобы он всегда думал об этом, а потом он говорил, потом сделал, что надо будет. Так природа говорит нам всем: меня обдурить невозможно, за счет меня нельзя жить и невозможно. Я есть энергичная, естественная и неумирающая ни от кого никогда. Вот что я хочу – жизни, но не смерти. А природа не хочет видеть этого у себя, это есть люди. Спросите в кого-либо из этих людей, он хочет умирать в жизни. Такого человека никогда не было и не будет. Человек хотел жить, но для этого ничего такого не делает и не умеет. Он так гиб, и будет гибнуть в жизни от своего такого незнания. Он боится воздуха, боится воды, боится земли. Он считает это все врагами своей жизни.   

   81. Игорь сражается с учеными за мою идею, он говорит о моем здоровье истинно, доказывает всему миру, что есть между нами такой Учитель. Он болельщик за всех людей, живущих на нашей Земле. Они стоят на очереди со своим таким счастьем. Ему приходиться дождаться пришедшего дня, а какой он придет к нам, с какими качествами, для этого заслуги какие будут для этого дня. Мы не знаем, с чем он придет. Это не бывало. Он приходит к нам, что-то приносит в этом, мы получаем от него такое. Бывает и хорошие качества, а бывает и плохие. Все в жизни делалось, делается и будет делаться, это не правда. Правда есть Паршек в людях, он русский человек практический. Он человек физически окружен, находится в естестве, криком кричит на весь мир о бессмертном человеке. Он не бросает землю, не плывет на ледоколе в Арктику, и не высаживает там подготовленную экспедицию людей там побыть одно время.      

   82. А потом вернуться на землю такими людьми, которые были до этого дела. Земля встретила их со своими потребностями. Она посылала их туда искать то, что надо будет для жизни. Они не нашли, вернулись назад со своим прежним аппетитом, с такою потребностью. Она притянула их живыми, чтобы они умерли так, как все. И также мы полетели в Космос за тем, чтобы там искать то, что надо будет, а на землю вернулись умирать. Так оно было, так оно осталось между нами. Враг как был, так он и остался. Мы вооружаемся лишь потому, что мы боимся другой какой-либо нападающей национальности. Международное право все дает людям. Сильный психически нападает на бессильного. Каждый живущий человек бережет свое место, как око свое. Люди живут на своем облюбованном месте, на том месте, где природа дает им для их жизни большую прибыль, они живут ею.

   83. Природа сохраняет его этим, дает ему жизнь в продолжении. Жизнь людей сохраняется за счет экономического богатства. Это не твое живое само сохраненное тело в условиях в природе. Игорь Хващевский говорит обо мне так уверено через мое все такое, что я так уверено для того, чтобы добиться от природы людям бессмертия. Паршек недаром взялся за это дело. Мы ездили коллективом несколько раз, нас возил туда автобус. Я, как Учитель, всходил на бугор, сам говорил этим всем людям про это. Они этому месту поклонились низко головками до самой земли, стали просить в этом Учителя, он стоял и просил их, чтобы они говорили свои слова: Учитель наш дорогой или наш любимый Учитель, дай нам свое здоровье. Учитель выступает перед ними такими, говорит свои слова им таким. Это только наше первое начало, сюда будут идти потоком, им будет такая слава.  

   84. Это место этого бугра есть людям новое небывалое, это значит, есть человеку без потребности. Она взялась на этом месте, люди так хотят. Так они делали в этом и хотят, чтобы Чувилкин бугор принимал всех наших людей. Они выпросили в природы свое то, что нужно. Люди вместе с Учителем получили свое такое благо, это наше такое дело. Мы все до одного поклонились на нем, сказали в один голос: Учитель наш дорогой, дай нам свое здоровье. Мы с вами просим это, умоляем тебя в этом деле. Наше дело такое одно из всех. Надо будет просить в этом. А просьба наша такая, чтобы мы в этом всем жили не так тяжело, а чтобы нам было легко и продолжительно. Это природа сделает нам сама, природа есть всему дело, сила наша. Люди делают в жизни то, что они никогда не делали. Это их такая великая просьба в жизни в природе.

   85. Люди не воруют в этом, они не убивают, а живут, они сознательно терпят от холода и голода. Это есть им не чужое, а свое энергичное тело. Людям тут ничего не делать, тяжелого не поднимать, все есть легкого характера. Все это есть в этом деле свое людское. Мы делали это дело очень много, в этом наша такая привычка. Деньги заставили нас собирать, они приобретают нам в жизни прибыль. Мы покупаемся за деньги, мы продаемся. Это наша такая привычка жить, мы не научились обходиться без них. Есть в кармане эти деньги, мы не забываем о них, думаем, что нам сделать за них. Деньги делают  человеку все, лишь бы он захотел. Если такое вот желание, оно с человеком разговаривает в этом всем. Ему надо жить, он человек мыслитель. Его дело заставляет обязательно сделать в жизни своей. Он задумал богатеть в этом деле, деньги наживать для себя.        

   86. Это есть мой такой небывалый сон в жизни. Меня окружил, как будто я в этом деле …Невесту только предварительно показали. Одно то, что люди говорили. А чтобы их видеть, этого не было заметно. Много знакомых таких вот, которых я знаю, они вели свой словесный разговор. Я, как таковой, был во всем. Они так представляли себя в этом деле, якобы ми, собравшиеся эти люди, так заставляли себя создать эту базу и ее показать, как делалось и хвалилось. Это дело делалось много времени. Люди как будто живые говорящие, но никого не слышно в этом деле. Люди сделали и окружили себя. А продукт был без всякой такой выпивки. Это дело стояло все время в голове. Это такое было с людьми такими, которые не уходили. Эта история, что делалось  с людьми, не выходила из моей головы. Это самое дело делалось во всем, мы имели его.    

   87. А дело то, которое в начале, это первое дело делалось для того дела, которое нам будет надо. Оно начиналось нами для нашей жизни. Мы заимели его у себя, и будем хранить это свое дело, как око. Мы на это дело так вот надеемся, считаем, это все должно нас всех спасти. Человек начинает думать из самого утра, чтобы в этом деле готовиться для завтрака. У нас, таких людей, это дело во всем приготовлено, как запас. 

   88. Этот запас сделан людьми прежде времени. Это все жизненное условие, оно нами хранится, оно бережется. Это жизненное условие готовится на весь год, как продукт. Это есть большое дело в жизни. Неполезная жизнь упраздняется мною, также мертвый строительный капитал рухнет. Также транспорт железнодорожный, автомобильный, шоссейное условие, водный транспорт, самолеты. Всякого рода дело человеческих рук – это все дело неживое, мертвое. От земли отрывается, куда-то девается, это нехорошее в жизни в природе дело. Оно окружает нас этим, мы живем в этом и психически капризничаем, в мешках проводим жизнь, а на землю возвращаемся умирать. Космос держит человека в невесомости, он оттуда не привез никакой пользы. 

   89. Хотя мы и делали в жизни в природе этими людьми экспедиции, чтобы наша наука со своим делом не стояла, они рвались туда в Арктику. Они хотели там найти в этом деле для своей жизни что-либо такого. Этого не пришлось добиться им, они гибли в этом деле. Если они не погибали там, они возвращались на эту вот землю. Она тянула их своим магнитом. Условие заставляло их так продолжать свою жизнь. Они там сделали свое все, и они похвалились этим перед всем миром, перед всеми людьми. Это все такое желание, которое они делали, они делают сами. Этому всему началу конца не видать. Оно было, оно есть в этом всем. Это неумирающее в природе место, где одни лютые белые медведи, они такие там водятся. Людям приходится там временно находиться в технических мешках.

   90. Они там физически не жили, природа не давала им там жизни. Люди гибли там, природа гнала их оттуда. Она такому человеку, как он себя представлял,… Он имел место, надеялся на снасть, на то приготовленное. Это оружие сделано с природы временного характера. Мы сами надеемся на это все, говорим, это спасительница моей этой жизни. А это все есть чужое природное. А природа теперь терпит. А раз она недовольна, а раз в природе есть неудовольствие, то это может помешать во всем. А людям мешает в природе, она и смерти страшнее, от нее и холоднее. В этом всем нет ничего нигде. Я, человек, думаю, я делаю. А в деле все то, что надо, получается по всей такой жизни. Она подсказывает всем людям, что надо жить в этом. А мы с вами не живем в жизни, это их дело. Они начали его для этого в людях делать, и получился через это все живой факт, это людская смерть, развитая на них.      

   91. Это история этой вот жизни. Мы сделали ее так на нашей земле в этом деле. Мы, все люди, стоим за то, чтобы люди жили в природе за счет этого дела. Людям так подсказывала в природе, а их мысль ничего не сделала. Они жили своим направлением, своей любовью к этому вот делу. Это дело начато нами в природе: свою руку подняли и эту вещь природную отобрали от дерева, и скорей в рот зубами кусать, во рту чувства заимели, а потом в этом… набраться, и человеку сделать в жизни то, чего в нем не было. Он присвоил все это чужое, проглотил, как свое, в кучу он его сложил. Говорит сам себе, лежи, гори в негодность тело живое, тебя, как мертвое, удалят. Это тоже человек сделал в природе дело. Это же есть такое первое начало человека в жизни в природе. Тело сделало гнилое вонючее, оно непригодное к жизни. Человек сделал это все. Природа наказала за это все, сделанное им, природа ударила по его телу такому.

   92. Сам человек сделал это, он начал это дело. И ему пришлось делать то, от чего ему пришлось холодно и плохо. Раньше в природе делалось меньше, чем мы делаем сейчас. У нас, ученых людей, лежала под руками Арктика со своими богатствами, с такой славой тянет человека. Природа хочет сделать человека таким, как и она. Рай человеческий в жизни в природе там, где есть вода, воздух и земля. Это есть не на льдине и не в Космосе, где требуется мешок и невесомость. Это все найдено для технического тела и сделано искусственно в химии. Воздух, вода и земля соорудили этого ледокола, этого спутника, но не дали полного права человеку получать от этого всего пользу для его жизни. Людям надо было для жизни земля, воздух, вода, которые имеет Чувилкин бугор. Он только имеет силы сохранить живого человека без всякой потребности. Это будет человеческой жизни неумирающий рай. Человеку можно жить одно время в этом за счет сознательного терпения. Он определит свое имеющее бытие.      

   93. Учитель говорит. Мною была подготовлена экспедиция на живом человеке. Была мать, она дала свое согласие для всего мира для людей такую историю проложить. Она делалась не для того, чтобы так даром обошлось или эта система исчезла. Она не какая-то начальная, это готовилось дорога эвволюции. Она ставила, чтобы на этом месте это все получилось. Такой простой человек с такими намерениями, он так никогда не рождался в уюте, он готовился к этому всему, чтобы такую идею провозгласить всему миру. Это не роды те, которые происходили раньше. Какая –либо в жизни старушка взяла на себя такую роль, чтобы люди после этого получились, такие роды в людях. Они делались людьми в этих условиях так, как это надо, человек рождался в природе природою. Она родила его для того, чтобы жить так, как это получилось. Ему, как таковому, делается людьми в жизни его.         

   94.  Если человек не родился на белый свет с таким вот намерением, у него в голове не сложилось то, что ему надо было. Он ничего не понимал в этом, и он ничего не знал такого, чтобы ему как таковому кушать из такой природы. Он еще не жил, а ему приготовили уже, его как таковое дитя стали пихать. Мол, ты обязан кушать эту приготовленную пищу. Они даже не знали, какой он будет в природе. Они психически стали административно распоряжаться им как таковым. Оно ведь есть наше дитя. Где же наша такая вежливость делась? Мы должны просить его в таком духе, это для него новое будет. А старое осталось позади. Мы делали его, мы будем делать ему это на Чувилкином бугре при условиях. Мы рождали дитя в природе живого, наша мысль не подсказывала нам, чтобы он жил так тяжело. Мы заставляли его все силком, у него вводился аппетит за счет нас одних. Он кормился досыта, а одевался до тепла. Все это делалось искусственно, химически как никогда нами, людьми. Мы будем отвечать за это все начатое.      

   95. Ребенка, наше дитя, мы не рождали его таким и не хотели, чтобы оно было у нас нервное. Мы воспитывали свое дитя своим поступком, своим капризом очень тяжело. У нас есть свое, что захочу, то и сделаю, оно мое дитя. Я есть его родитель, что захочу, то и сделаю. И они делали то, что хотели в жизни. Это их воля была над своим дитем. Они что хотели, то и делали. Если она хотела продать его другому лицу, она его продавала. Это все делали деньги, а в деньгах играла роль природа. Она была во всем инициатор, этому человеку давала свою помочь, о которой не думали. Это был человек, с ним встретилась эта история, она хотела его удалить с жизни. Это все сами люди сделали в этом деле. Они хотели сделать это, а природа была за обиженного. А кто был такой обиженный в жизни своей для природы? Она хотела, чтобы Паршек взял на себя это самое. Администраторы набросились на него, как на нехорошего. У них была такая вот воля сделать в природе таким человеком, которого не было в жизни.  

   96. Такого поступка, такого дела не было в жизни в людях, чтобы между ними такими народился за свое добро к людям сам Бог – это дело Паршека. Он разобрался с историей, что она есть такая начальная в людях в жизни. Они не просили природу, как мать свою родную, а отнеслись к ней, как к мачехе. Ты, этакая мать, родила нас таких, пустила нас на белый свет, сумей нас таких обеспечить. Люди народили людей с глазами, с ушами, с руками, с ногами, с ртом, с носом – это все надо человеку. Ум есть, внутренность надо. Это человек, такое производство есть, он окружается нуждой. Ему надо одно в жизни, и другое надо, и третье, этому всему конца не видать. Одно начинает делаться, другое кончается, а третье бежит вслед, просится, чтобы мы начинали его такого. И его такого не смогли сделать, мы не сумели, мы оказались бессильные в этом.

   97. Мы не сумели сделать это дело так, как нам надо быть в этом деле. Мы договорились за него такого, дали слово тому человеку, а там что мы сделаем. А в самих ум оторвался, мы не сумели сделать это. Природа убила нас как таковых. Кто сможет жить с такими неумехами. У людей развивается ум, он силен жить, он живет в этом деле. Это надо будет для наших людей, последние слова нашей такой техники. Это Космос мы делаем для показателя. Пусть люди есть другие такие, как мы в этом деле. Мы со своей наукой, с такой идеей не сидим на одном месте, мы делаем в этом разведку в атмосфере, в Космосе, в невесомости. Мы бываем там, где люди никогда не пробовали быть такими. Это не земля, которая нас всех до одного человека держит у себя, как клещей. Мы ползаем своими ногами, видим глазами, берем руками, его несем, как груз, на себе. Мы хвалимся этим сами собой в людях. Это, мол, мы сделали такую красивую и нужную штучку в людях, она нужна нам.         

   98. Это машина, мы сделали ее для своей цели и пользования. Мы имеем ее как таковую, она есть у нас такая, она техническая, искусственным нами сделанная, химия введена. Она живет меж людьми, через дело жила. Я есть человек технический, если надо экспедиция в Арктику, мы должны ехать туда, то у нас делается подбор в самих людях. Мы готовим туда снасть нужную, особенно нам потребуется в деле мешок, шуба, чем мы нуждаемся, делаем сами, знаем хорошо. Долго или коротко нам придется сдаваться. Мы есть люди умирающего характера. Чтобы нам не умирать, этого не было в жизни. А будет такое дело, не за горами. Если люди захотят, они добьются. Все зависит от самих этих людей. Мы имели в природе такой поток, это наша развитая на нас привычка умирать.

   99. Мы с вами так не умирали в этом деле, но дело само заставило. Мы не жили так, нас условие так заставило, мы окружили себя им. Это наше горе, немощь, такая болезнь в жизни. А вот что мы с вами получаем в жизни. А чтобы нам жить, такого не дается нам. Паршек есть за жизнь человеческую, за продолжение. Эта история начиналась так из самого первого начала.  Это первое дело в жизни, что мы увидели такое в этом месте в лесу на плодовом дереве, фрукт яблоко заинтересовало. Это такое первое начальное дело, его люди сделали в процессе в жизни. Без этого техническое, искусственное и химии дело не получится. Паршек не за первое это яблоко обнаруженное, вид какой-либо заинтересованной вещи. Она стала тянуть к себе своею красотою, своим запахом.

   100. Над этим всем тело человека растаяло, оно заработало не на какую-либо пользу, а оно пошло сначала на самый плохой вред в жизни. Это человек сделал  такое первое дело. Он сделал его таким тяжелым в жизни, окружил себя им на все свое такое время, он стал заниматься одним делом таким. У него под руками природа преподнесла иное, совсем не такое, другое, чем человек заинтересовался больше от всего. Своим  умом, руками размышлял, ум был силен делать дело. Это дело люди обосновали, ввели в жизнь. Люди начинали этим это все продвигать. У них было в жизни такое колесо. Не сумели мы спрятать за эту гору свое такое солнышко дневного жаркого времени, как с другой стороны уже в этом начиналось. Мы были рады этому всему, старались одно проводить, другое встретить. Так нами, этими людьми, делалось и делается до сих пор. И будет оно так делаться у нас, таких людей, не на пользу свою, а на вред для нас всех. Мы есть такие люди, жили хорошо и тепло в этом деле.            

   101. Нас окружила история этим вот. Мы были рады, что нас, таких людей, это все удовлетворяет. Нас никто не беспокоит, нам никто из всех не мешает. Мы есть люди Советского союза, у нас есть источник нашей жизни. Для нас есть все: и кушать, и одеваться, и мы живем в доме. Это наша техника, наше есть искусственное и химия, с чем мы одно время живем, а вот в другое время мы умираем. С чем? Самое главное, в людях стоит на первом месте в их жизни – это смерть. А мы с вами живем в природе, мы надеемся на авось. Если мы будем жить, мы живем. Если умрем, так этому быть.

А избегнуть от этого мы с вами ничего не делали и не умеем делать. Это не Арктика и не Космос изложенный. Он делается людьми для того, чтобы они жили и делали то, от чего не было им вредно. А люди привыкли покупать здоровье за деньги. Мы находим по природе то, от чего телу делается плохо. Мы с вами мыслим, чтобы нам было в этом хорошо и тепло. Спрашивается, за что такое, если мы убиваем того, кого сами не умеем сделать. Мы не сумеем сделать яичко технически.     

   102. А курочку мы ловим да голову рубим. Мы встречаем зиму в чужом, совсем не своем, природное едим, природное одеваем, и в природном живем. Все это есть не живое, а мертвое. Хутор, село город окружен этим. Наши люди жили в этом, они так живут в этом и будут жить. Они верят этому и на это надеются. Они приобретают это, делают в этом запас, а потом реально расходуют его. Они верят этому всему как таковому в жизни, считают, это все есть спасение. Люди выращивают все лето, добывают эту природную прибыль, ее готовят, ее присваивают к своему имени, как свое добро, его берегут, его считают жизнью. Она делается людьми, у нее есть какие-то калории вечного дела. Это все ввели наши предки, начальные люди, которым приходилось начинать это дело из самого маленького такого дела.      

   103. Это дело начинал делать в природе сам лично человек. Он заставил себя поверить как таковому делу.

Люди начали готовиться к Арктике, к холодному условию за счет какого-то приспособления, стали делать защитную жизнь, которая стала служить помощью человеку в природе. Человек стал думать, что надо сделать в этом, чтобы побывать в этом холоде, в снегу, в зиме, в морозе. Это такое есть время в природе, оно для живого тела не привычное, ему надо защиту какую-то спасти себя на время. И вот люди стали думать, они думали об этом очень много, и все же пришли к мешку, там на снегу на морозе в таких условиях человек заставил быть сам себя, в таких условиях находиться. Людям понравилось, люди стали делать так вот прибыль, у них она получилась, им стало это жизнью, она стала понятна для них, они стали делать это дело.  Они стали пробовать в жизни, у них это получилось, у них Арктика завоевана этим. А вот голод в жизни, никто не хотел делать это. А в природе все есть, лишь бы человек захотел, у него есть на это большое и адское терпение на все.

   104. Тут как тут наука есть такая в людях в жизни. Она не стоит, там из одного дела начинается другое. Особенно в людях существует между их богатствами за свою собственническую землю, за место свое, в котором люди приучили себя так. У них водится и без всякого развивается, растет. А люди другие смотрят на это дело, видят, завидуют, их дело одно – на это все сказать. Мол, это есть тоже чужое природное, люди овладели им и живут себе спокойно сами. Люди решаются напасть на это все такое дело, их такие силы оказались не продуманные. Они напали на них врасплох, это оказалось им не по душе, как это делалось людьми. Одни отбирают у других, а что получится из этого, об этом никто не знает. У всех цель одна – воспользоваться чужим и присвоить к своему имени. Кто этим добром не захотел бы воспользоваться. Если силы есть, на все силы показывают людям. Мы делаем то, чего и не надо делать.

   105. Жизнь сама заставляет человека. Все это природа, она не хотела, чтобы человек делал это. А условие у человека само начинает и делает. Люди с людьми есть чужие, друг друга недолюбливают, у них родится между ними каприз, ненависть – это есть самое плохое в жизни, друг на друга нападать. И это бывает в жизни. А ведь новое необычное, это есть новое. Оно же для всех людей новое и небывалое, ходить по снегу зимою разутым так, как проходил по природе Паршек. Он ходит так уже 46 годов. Так ходить, так быть, как он заставил себя, таких людей никогда нигде не рождалось в жизни. И никто не делал это дело в жизни, чтобы себя так заставил оставаться без потребности, никакой пищи не видеть,  никому не сделать это. Он делает это не сам себе, он делает для всего мира всех наших людей. Паршек показывает всем нам такую штуку, всех нас уверяет. Говорит нам всем, таким людям. Мы тоже есть такие люди, как и все, которые хотят и думают про это самое.              

   106. Я считаюсь в этом деле первым человеком начать эту историю, она ведь так начиналась мною. Все есть за то, от головы до ног прятаться, уходить от природы, и досыта наедаться, а жить в доме со всеми удобствами. Чтобы кто-либо взял и оставил это все имеющееся, а взялся за то, за что взялся в природе Паршек. Этого мало, что он не стал одеваться, он же перестал так кушать, а потом жить в доме. Это есть Чувилкин бугор, он принял таким, как и не хотел сам видеть это, а пришлось неожиданно. Я взошел на этот бугор и крепко своим голосом закричал: победа моя. Пусть кто-либо такой возьмется за это дело и проделает то, что делали в этом деле. Я 46 лет так проходил да продумал про это. Только сейчас я надо в жизни. Природа не хочет, чтобы люди так умирали, как они умирают сейчас. Их такое большое незнание.  

   107. Мы с вами как говорим об этом деле Паршека. Оно такое как будто никому не нужное, это все, что делается им, дает пользу только ему одному в этом деле. Если мы все до одного человека возьмемся за это, и начнем жить по Паршековому и делать, то мы своим поступком, своей любовью вымолим природные такие качества, они пойдут на весь мир, на все человечество. Мы как таковые люди, станем делать вместе с природою то, что надо будет для всех людей. Это нам, всем людям всей нашей Земли. Она пожалеет нас, таких обиженных, больных страдающих, и простит нам всем таким людям за все наше плохое. Мы доверимся этому делу, как близкому другу, близко станем на пути.    

   108. Мы полюбим один другого и скажем, мы есть вечно неумирающие друзья. Мы не будем так ждать и готовиться к этому дню, как к выдающемуся в людях. Они сделали его для показания, в нем такое большое дело для жизни. Это дело теперь дает им свой достаток, свою продукцию. Они сделали это все, стали все близкие в этом деле вспоминать своих умерших. А сейчас мы не ждем этот день как выдающийся. Между ними нет никакой разницы, они не имеют заслуг. У них есть воздух, вода и земля да всходящее огнем солнце. Они поднимают все живые существа на свои ноги, и их, как произвол, заставляют ползать по земле, да отыскивать в природе что-либо от этого всего хорошее. Мы, все люди, родились природой для того, чтобы жить в природе хорошо и тепло. На это дело солнышко, близкое к нам, своими лучами, своим теплом окружает. Люди имеют свое чувство в этом всем, с ним соглашаются.    

   109. Раз им делается не плохо от этого всего в жизни своей, они ищут в жизни что-либо такое иное, другое дело попробовать. А дела не начаты по белому свету по природе, их приходится делать в природе. Человек находит в природе место на земле, она держит человека, как клеща, ему таковому ввела ум. Природа сделала глаза на лбу, прицепила руки, его ноги. Он есть человек, да еще он какой есть мыслитель, какие у него есть дела в жизни. Он сам идет на это дело и показывает свое. В такой жизни идет зимняя пора, на эту землю всегда ложится снег. Он не теплый, а холодная атмосфера, которая влияет на всех наших людей. Я живу в Сулине не для людей, они избирали председателя, это есть народ, он избирал его. Он зависит от  народа, люди сохраняли его своими средствами. Люди хотели, чтобы я был им такой помощник.

   110. Я послал больного к Нес…, чтобы он дал свое разрешение, чтобы я принял этого больного. А он был против этого дела, он убил мою идею, люди и до сих пор не принимаются мною. Я ничего такого не знаю между ними. Я не хожу между ними, такими людьми, таким, как они видели, но не соглашались с моим делом. Я делаю это все свое дело не для одного Сулина, не для одной Москвы, или русского народа. А это дело сделал Паршек для всего мира всех людей. Меня пригласят люди к себе те, которым я хорошо буду известен, кто я таков буду, есть меж ними. Я приду к ним в одежде и буду жить так, как все люди со своей гордостью, лишь бы мне жилось, как они все живут для себя, чтобы им было в этом хорошо и тепло. Люди пригласили меня, как полезного человека, чтобы я давал им свое здоровье.

   111. Я приеду к ним, таким знающим, я буду помогать им, как я делаю это. Люди никогда не забудут, есть, за что меня такого благодарить. За мое это все могучее, оно должно жить между людьми такими, как они и есть. Люди есть бессильные, они нуждаются во всем своем деле. Он заставляет человека, чтобы он делал в природе так, как делалось Паршеком дело, которое надо было нам таким всем. Вот что мы с вами сделали в такой жизни в людях. Я был завоеватель этого всего, народ взял в руки советскую власть, она садила людей на свое место. Люди распоряжались людьми, их как таковых заставляли, чтобы люди с первых начал делали в природе по указанию самого председателя. Они посадили его на свое такое место, сами оказались в тяжелой нужде.

   112. Природа прислала им на помощь мое тело живого характера. А люди пришли ко мне как таковому, меня стали просить. Я был рожден природой на это, меня не надо было просить, я рожден этому всему. Но закон есть закон. Раз они нуждались этим делом, то я послал людей своего города к председателю, чтобы он разрешил это сделать людям. Они пошли к Нескубоволу, а он отказал им, не дал, чтобы моя идея делала людям пользу. И я, как таковой человек, заимел принцип, за это самое всех своих людей сулинских не принимал. И по закону, я никого не имею права это делать. Но раз я пользовался этими средствами, я хочу, чтобы люди подхватили эти средства, и они делали так, как я сделал. Моя победа. Это есть дело. Это мое делалось мною в людях для людей. Кто меня, такого дельца, знает и ему верит с душой и сердцем.

   113. Они сделают это дело, дотронутся до моего такого тела, уже будешь от этого всего здоров. Мгновенное выздоровление. Это было, это есть, и оно обязательно будет в людях. Я открываю в природе истину, она нужна людям. Это быть без всякой такой потребности всем людям, это надо будет бессмертие. Чувилкин бугор, мы    

раскрыли его в жизни, там хотели родить такое дитя, показать его всему миру всех наших людей. Они должны воспитать это дитя новорожденное в духе сознания. Не мы должны его учить, что надо будет делать. Мы, все люди, должны учиться у него, как надо будет жить в природе, не болеть, не простуживаться, быть в жизни Победителем природы, Учителем народа, Богом Земли. Скажите, пожалуйста, все наши люди, от кого отбирается это право, чтобы этим человеком быть в природе? Такое дело, которое надо нам всем, мы обязательно должны делать в природе, чтобы с этого дела получился живой такой небывалый факт. Это природа, это люди до сего времени умирали по-своему и будут умирать.

   114. Если они будут делать в жизни своей, как он делали, смерть неизбежная, умирающие наши люди в этом. А Чувилкин бугор отбирает всю нашу потребность от нас, всех таких людей. Люди добьются, они перестанут умирать в жизни своей, а возьмутся за жизнь Учителя на бугре. Это не то, что было в жизни до этого. Мы с вами старались встречаться весною радостно, чтобы землю обрабатывать для грядки, чтобы зернышко вбросить в землю, чтобы прибыль в природе росла. Она удовлетворяет этим человека, он думает, он делает, у него это делалось запасом. Он делал его, готовил на зимнее время, когда прибыль ежедневно не бывает, одна убыль, чему люди не радуются, старается каждый день приготовить то, что нужно, и этим чужим природным прожить да проделать. Мы с вами также знаем, у нас все дни на пролете, еще не жили и не трудились, а все приготовили для этого времени.       

   115. Мертвое не может жить с живым. День – это атмосфера идущая. А весь продукт, сделанный людьми для жизни такой, как она делалась людьми. Они тянули это время, чтобы  к ним шло небывалое такое время в жизни. Оно приходит живым, а мы ждем его з запасом, мы надеемся на все это, верим, что ми будем жить в нем. А время такое не гладит нас по головке, с нами живет в этом натянуто. Природа, она есть воздух, вода и земля. А при этих трех телах, живущих на белом свете, жизнерадостное животное, разумное, хитрое для своей цели. Мы заставили, всех подчинили, сильный живет за счет бессильных. Они живут в природе так, как они не жили – в ярмо, в хомут до самого убоя. Люди подчинились людям, люди заставляли людей, учились от людей. Они брали свой пример и заставляли, условие не надо было делать, а дело само подсказывало человеку делать.

   116. Стал на свои произвольные ноги. У людей явилась их мысль спросить у Паршека, такового лица, деятеля в природе. А для чего ты это все делаешь, что ты отказался быть человеком техническим, искусственное не признал, и не ввел у себя химию, признал естество природы.  Паршек поверил воздуху, воде, земле, их с душой и сердцем полюбил на арене. Они стали жить, как милые друзья, друг друга стали любить. Природа оказалась на стороне Паршека. Она стала помогать ему во всей его просьбе бедным, обиженным, больным людям. Они стали удовлетворены, Паршеку сулят от себя свою неумирающую благодарность в этом. Все люди сулят тебе спасибо за твою такую заботу, что сделал все это, полюбил наши такие больные тела, их научил, что надо будет в этом делать, чтобы не простуживаться, не болеть в этом.            

   117. Я теперь спрашиваю у людей, как у них, где те подевались? Они же все, как один человек, ушли с пути жизни. Через что? Да дело. Сам собою взялся, и свои силы в этом всем представил. Сам человек не пытался и не пробовал это дело делать в жизни. Для него была в жизни своей Арктика, техническая сторона или же Космос в невесомости. Мы изыскиваем богатство этими путями, а чтобы их найти, как средства, мы не нашли. А здоровье свое ми потеряли в этом. А как его надо найти? Это сделано с природы  из сырья руками для того, чтобы им помогало в жизни такое дело, сделанное своими руками. Мы делаем его, как дело, оно надо будет нам в жизни. Это станция, хутор, поселок, этому есть такое начало в жизни. Мы сооружаем его своей техникой, хотим, чтобы там наш человек в этих условиях жил, как ему хотелось до этого.

   118. Он там жил за счет невесомости, это хранило его одно время. Он жил в этом, и надеялся жить там за счет этого. Вот чего хочет, это начало в жизни. А земля говорит человеку, чего ты хочешь, у тебя есть твое все, что хочешь. Самое главное, это есть в природе люди, им стало тяжело жить на земле. Они не удовлетворились этим всем. Стихия во многом мешает людям. По всему этому делу, людям надо будет жить, а природа не дает им таким, берет, нападает своими силами на их тела, вводит им немощь, это уже есть болезнь людей, она их окружает. Люди болеют, люди стонут в этом деле, они мучатся этим, а средств ми не нашли на это меж нами, наше такое горе, беда наша. Мы с вами умираем в такой технике. Что же мы есть за такие ученые. И до сих пор мы не отыскали для людей рай на нашей земле. А он у нас есть. Мы это не хотим отыскивать и не умеем.          

   119. Я окружен людьми со всех сторон. Они встречают меня, они провожают со своими природными болезнями. Они так хорошо заставили их. Учитель со всех сторон есть всей людской жизни Учитель. Он рожден природою для этого дела. У него любовь такая, она практически все для этого. Она окружила Паршека, пошла навстречу ему с воздухом, водою и землею, что самое главное в жизни. Учитель упросил природу, как мать, на это дело. Люди поняли его деятельной в этом, она есть одинакова для всех людей, Она заставила Учителя в этом. Он работает, его дело одно перед всеми такими людьми. Они пришли со своим горем, и ему со своим здоровьем поклонились, и сказали: «Учитель, дай ты нам свое здоровье» то, которое есть у тебя. Ты не жалеешь его, ты отдаешь его всем. Хочешь быть в жизни таким, как Учитель, он кланяется низко природе. 

   120. Он просит, умоляет ее, как таковую мать. Она всему дело, это она мать родная. Она родила нас всех для жизни, и хотела, чтобы жили в ней, но не делали их дело. Люди научили нас этому всему. Если бы мы знали, что это такое начальное дело. Мы этому делу низко  поклонились своей головкой в природе, и стали делать без всякого. Мы есть новые люди в этом деле, условия учат нас.  Мы делаем по предковому явлению. Люди наши взяли показали нам таким. Мы ухватились за это, стали делать наше это дело. Мы делаем его, из вкусного создали неприятное, с запаха создали вонь, вот что мы с вами сделали. Первое, рукой послали вкусный запах, его зубами окружили, это все жадно укусили, создали чувства, потом где-то взяли этот воздух, он заимел свою такую вот силу, туда хорошо внутрь послать в свое место. Оно делалось все время этими людьми, они долго думали об этом.

   121. Это есть самая хорошая одна из всех картина, она началась для этого вот. Из живого произошло мертвое, такое, как никогда. Мы сами это сделали, сами научились этого. Это дело создалось нами всеми, это картина на арене, мы увидели это. Разве Чувилкин бугор есть не система наша такая. Для этого всего все наши люди собираются, и они едут туда со своей мыслью, и они хотят сделать это, у них есть одно такое направление, что-то нам сказать про это. Я народился как раз в этом месте, так во всем деле произошел, как и все. Мы тоже произошли так само на этот белый свет. Я долго слушал вот этих людей, они стали говорить мне то же самое. Им казалось то, что надо будет нам. У этих людей есть такое самое дело, которому надо поучиться. Это надо нам всем, особенно Ореховцы должны сказать им об этом.    

   122. Ореховка есть большое село, сколько в нем было такого народу, там они жили, там они свое время прожили да проделали, особенно крестьяне хлеборобы. Они пахали эту вот землю. Она давала им, таким людям, свой урожай. Он делался самой природой в жизни, она есть самое главное, это земля, это вода, это воздух. Он кружил это все изложенное. Думалось человеком, это все. А раз это есть все, больше этого не будет. Мы все есть такие люди, которым приходится жить в таком месте. Мы, все люди до одного человека, на своем собственническом месте, с задуманным ими делом, все мы умерли, нас не оказалось ни одного. Мы лежим в земле в прахе. А все остальные люди, живущие на белом свете, стоят на своем месте и ждут идущего завтрашнего дня. А он придет к нам, таким людям, с какими силами, мы ничего не знаем об этом всем.        

   123. Мы с вами все до одного человека умрем, нас не станет за сто лет. Мы же есть люди временного явления, сегодня живем, а завтра нас не будет в жизни. Мы не люди, а просто на белом свете ничто. Учитель есть тоже в жизни человек, частица этой природы, мыслитель, мудрец этому всему делу. Он прислан природою в люди для спасения всех людей всего мира. Они не хотят сами умирать, им хочется жить на белом свете, но природа сильна за их такие дела. Они сделали в природе, они ошиблись, недоделали и умерли. Так все люди делают дело, в этом деле они умирают. Люди живут на земле мучительно, для них ад кромешный, психически ненормально спешат, в этом хотят захватить это все. У них такие глаза, руки прицеплены, ноги, они произвольно тянуть грабить в свой двор. Мы ошибаемся, а раз мы ошибаемся, она привела физически нас, таких людей, на свое место, где Паршек заставил сам себя физически окружить себя в природе в таких условиях, где люди таковые не хотели быть.

   124. Они не хотели даже смотреть на это место. Все они как один не удержались, а умерли на веки веков, их уже нет. А это место этого бугра как оно было, так оно есть вечно не исчезающее, оно сохранено в этой области для Паршека. Он раскрыл это место своим телом для жизни всего мира, теперь хочет остановиться на нем и сказать свое слово ура. Это вот рай земной жизни, где сам Пршек направил  свои силы ко всему белому сету. Он послужит раем для всех людей всего мира. Это есть наши люди, которым не спится, не лежится, одна мысль, она знает про это, свои слова ставит по порядочку. Она говорит людям, это мы с вами нашли эту жизнь, его такой славой окружили себя, с нею вместе живем.             

   125. Вот чего ми с вами, такие люди, добились в этом. Право Паршека произошло, бугор остался за ним, его силы на нем воссияли. Мы 1978 лет прожили да видели то, что делалось людьми в природе. Они творили чудеса для этого дела. Им готовилось за его сделанное задание, он должен сделать дело. А раз он сделает это хорошо, то ему будет определяться, за это все люди дарят людям, люди получают от людей дары, особенно тем людям, которым представлено выполнить это дело. Он должен получить за это свою принадлежащую награду. Люди видят все это перед собой, стараются сделать все это, как же так, очень трудно, но кому-то надо делать. Человек решается, он берет на себя это дело, хоть и трудно, но приходится делать это все, за что надо получить этот приз. Он является уроком, кое-кому он достанется, оденет, надо будет одному руками поднимать.     

   126. А самое первое, такая  задача лежит, она должна выполниться. Она дюже тяжелая, а надо было делать, в жизни все такое бывает, а приходится. Говорят так, если ты, человек своего рода, должен сделать это, тебя отблагодарят в этом. Это самая важная задача одна из всех. Если ты не сумеешь сделать это, твое дело гиблое, ты можешь погибнуть на веки веков. От тебя самого зависит, умелость твоя ценится добром. Мало, что ты видишь, ты хорошо знаешь об этом деле. Твое это есть неразрывно с тобой, твоя любовь. Если она захочет, она сделает, твое есть дело в этом. А когда мы сделаем его, обязательно получится. А когда человек сделает это все, он получит название за это сделанное. Люди прославят его, природа одарит их. Она есть такая в людях с такими примерами. В людях есть это же красота, она природная, она пришла и к нам таким.

   127. Мы любим на белом свете, чтобы люди хвалили нас таких за наше все, сделанное нами в природе. Она показала нам, она пихнула нас, чтобы мы пошли к ней и взялись за ее дело. А что будет с него, никто из всех живущих людей не знает об этом. Природа – это есть для нас самое большое счастье в жизни. Если бы самый первый человек не делал в жизни в природе то, что ему пришлось начать и делать, а то, что получилось в жизни его. Он не собирался умирать в этом деле, он делал дело.   

А в любом деле жизнь такая, как сам человек захочет. Он облюбовал для этого место, ему приходилось поселиться на нем и сказать на него, как на таковое место, назвать именем своим. Это место захвачено в природе. Я огородил его, построился на нем для себя, поставил жилой дом и другим таким. Животное держу, как свое добро, никому с других людей я не даю его даром. Это все прижал к себе. Я живу в нем не один, очень много людей живут так.  

   128. Как они жили, как они не были довольны этим, в чем они жили. Они завидовали друг другу, это было одно, а ненависть была меж собою, это другое. Природа просит со сне, чтобы все люди просили природу, чтобы она ради идеи предохранила Учителя. Его идея хранит нас всех. Через Учителя мы должны просить природу с душой и сердцем. Это идея Учителя, она родила в себя такую мысль, она хранит всех нас, таких людей, которые заслужили в природе быть всегда с Учителем вместе. Учитель дал всем силы для того, чтобы они хранили себя в этом на веки веков. Природа есть велика и много раз сильна во всех своих условиях, это надо для любого и каждого человека. А ему надо будет воздух, вода и Адамовская земля, что помогло развить всю нашу такую технику, такое искусственное дело, химию.

   129. Мы есть свидетели всему этому делу, это первое дело начали делать, сделали и, в конце концов, не получилось между человеком и природою. Она обиделась на нас всех, а ми, все люди, не удовлетворились. А раз мы стали недовольны, это есть первое начало всей нашей жизни. Ми сделали это для того, чтобы было, на что смотреть. Мы облюбовали это подходящее место своими глазами, на котором пришлось после кочевания остановиться, и умом обдумали, что придется делать на нем в лесу. Мы сидели в нем, и то приходилось нам делать. А дерево плодовое вовлекало. Мы приучили сами себя, это растущее красивое яблоко вовлекало ароматом такого яркого вкуса для человека. Меня охватило этим, я стал жевать, во рту образовалась слюна. Я долго не делал это в жизни своей, где-то воздух взялся на это дело.

   130. И тут же стал пустоту занимать, что-то из этого получилось. Нам надо было остановиться на своем месте, и свою такую работу внутри продолжать. Это внутри непригодно к жизни, зажженная печка. В нее добавляется с природы всякого рода свежее вкусное для пополнения. Это место горит, оно киснет, то есть происходит в непригодную единицу, которая внутри портится на непригодную вонь. Она делается этим в жизни своей один раз, оно не перестает день и ночь свою такую работу делать. Это все делается людьми в жизни свое то, что не надо. Мы физически трудимся для этого дела в природе, стараемся в этом деле не спать. Мы с вами ждем это время. Мы откуда-то тянем его, оно должно у нас таким прийти. Это природа, она есть живого характера, всегда не одинаковая, к нам приходит сюда такою. У нее не мертвая единица, в живые условия есть для жизни человеческой, все, что хочешь.

   131. Разве это становится ему мало. Он не перестает, а все он думает, он переходит с одного места в другое. Это есть его такое дело сегодня, он готовится, одну пищу кушает. Завтра он собрался другую какую-либо, чтобы поинтересней. Она берется в природе, ее дает земля, воздух и вода. Она заставляет менять характер в жизни. Он задумал поменять свое такое место, а оно находится в другом месте. Человеку хочется сменить это место на другое. Он придумал кушать досыта жирного, сладкого и много. Это есть его такая привычка в природе, она заставила его так делать в природе, особенно это пища. Человек сначала думает, люди много думают об этом. А вот делать приходится в природе еще больше. Что в этом есть хорошее, если люди вооружились своей силой.           

   132. Они ели фрукты, им было мало, перешли на землю,  она стала давать свои придуманные плоды. Люди стали добывать от земли одно и другое, стали в этом кушать, одеваться. Это была одна мысль делать, мы делаем это дело, ножом режем, чистим, варим огнем. Мы понимаем вкус, фасон, мы делаем теплое, мы признаем хорошее, ищем, хотим это. У нас в деревне жили мужики, сеяли хлеб, окружали себя землей, были хлеборобы. Им требовалась для этого снасть в жизни своей, и на это дело рождались люди. В этом селе был в земле в недрах уголь, его приходилось чем-то доставать. Уголь сам не лез на гору, люди добывали его своим умением, физически руками делали шахту, лошадью на барабане таскали, чуть не пальчиками это дело делали.  

 И на это такие люди рождались, были всякие люди. Природа рождала их, она вооружала их до зубов, давала делать чугун, из него железо, сталь. А из этого деталь получается, из этого всего мы делаем машину, мотор, силу лошадиную заменили технической.

   133. Людям надо сделать иголку, смастерить шило, быть в этом мастером на все руки. Я вам, как людям, расскажу о своем отце родном, о своей матери. Они сходились по любви только нас народить да надо прокормить. Нас было девятеро, пять мальчиков да четыре девушки. Все делалось вручную, сельское хозяйство было кустарное, деньги приобретал отец в шахте, шахтером был. А мать была крестьянка, ткачиха, выделывающая холст. Она кормила нас всех, как птичка, одевала, находила нам, кем, чем жить. Она была нам физический человек, трудилась, меня такого родила. Я, Паршек, вырастал в этом деле, видел, как люди уходили один от другого, в этом деле догоняли. Самое главное, что получилось в жизни из этого всего. Ни одного дня не проходило в этом. А слух мой был такой тогда, то церковь о мертвом, большом и маленьком человеке разно звонила. Один раз умер богач, одно время его прозвище было Сапун, по нем звонари прозвонили в церкви три раза.     

   134. А людям надо это все. Он говорит: «Хочешь жить – живи, но так жить, как на всю Ореховку». Эти вот Сапуны жили другие, не такие вот, от Сапуна меньше их жило очень много, таких, как Бирюки, и много других. Они жили так, они живут в своей жизни сейчас, они надеются на авось, будут жить. Мне как таковому жить в деревне в условиях таких, которые лежали, чуть не учили каждого человека из самого утра и до самого вечера. Нас не сажали на место, а все бегали с одного места в другое по этой местности. Мы хорошо знаем об этом деле, об этом начале. Мы были такие по возрасту ребята, кому что предстояло делать на этом месте. Я пас скотину в степи, считал своей обязанностью. Это была детская игра в природе, я был таким мальчиком в деревне, за кем была вся надежда в этом. Его есть  в жизни нашей  бабушка Александра. Мои это два сына Федор и Корней. Я пока после смерти дедушки.

   135. Я знаю эту вот деревню, эти три большие улицы да много еще переулков разного названия. Надо было их знать, они были нам, детям, обязательно надо. Мы там жили, хата в хату бегали. А когда нашему селу всему приходилось дождаться одно время, она тянула нас к себе со своей снастью. Она хотела, чтобы люди спешили к ней, ехали, старались поухаживать за нею. Один поднял себя рано, другой спешит за ним. Он так же, как другой, прибежал душой за поля к этому месту. Он сам не знал, а за что ему, такому азартному, делать, он есть психически больной в этом. У него лошадка, у него борона, у него зерно, у него пахота вспаханная под зиму осенью. А сейчас весна пришла на землю со своими теплыми днями, земля готова уже к обработке. Надо посеять зерно, потом боронами скородить, чтобы с этого получилась грядка, чтобы зернышка уцепились корешками и стали расти, как шуба для урожая. Это был хозяйский глаз, он смотрел, он видел на этой местности такую работу.

   136. Вся деревня, все люди в этом деле, в котором люди спешили сделать эту работу. Она делалась не для самого себя, она делалась тем людям, которые близко стояли к этому делу. Это дело делалось такими людьми, как Яшка Иларионов, он жил на середке. Он жил в этом селе через колдыбаню, дружил. Ежедневно они гуртом ходили  под Луганскую крутую гору, где расположилась нашей Горы колдыбаня, она бралась. Она береглась природой, нами, такими физическими детьми. Мы на этом косом горном месте давали знать за это дело. Мы там в жаркий день не старались отсиживаться в своих халупах. Мы же дети, да еще такие, своих родителей видели тогда, когда они возвращались вечером в свое родимое место. Каждый человек брался, он хотел жить в этом доме. Ему приходилось ежедневно рано уставать, поздно ложиться.          

   137. Все люди в деревне делали это в жизни ему, как человеку такому, живущему в прекрасных условиях деревни, где люди прогрессировали в жизни своей. Мы там своим кустарным поведением, своей силой с умом ездили на лошадях, на быках, которых окружали ярма, хомуты. А подвода прицеплялась оглоблею к затянутой клещи. Это была с кожи такая упряжь, она нас, людей, по такой местности, которая митовалась, как своя  Екатеринославская губерния, Славяносербского уезда со своим селом, со своею Ореховкою. Мы имели такой каменный грунт, особенно у нас по такой нашей земле тянулась с известковым камнем неумирающая баба, через которую приходилось переезжать на своих колесах. Я еду из села по вот этой прямой дороге через Ивкин мост возле Коленчева поместья, там у них был загаченный став, гребля, которая собирала для мельницы много воды. А Никита был мельник, он молол зерно на муку всем нашим крестьянам. Он в нашем селе такой был не один, своей водяной мельницей мельники были похлеще Никиты.

   138. Рядом тоже ливадчик был Кулеш со своею бородою, со своими сынами. Он не уважал своего соседа Т…, он жил похлеще меня, Кулеша. А рядом став был, на все село озеро находилось под горами. Дальше за межой жил Буханец, он имел маслобойню, бил людям масло, эта был на всю местность такой недобродушный хозяин. Он жил за счет этого всего, как и все люди, живущие на белом свете. Он верил богу, молился, в церковь ходил в Петропавловку за сем верст от нашего села. Она расположилась с южной стороны, за балками Щетовское панское село. Рабы были крестьянской жизни, а месте с ними жил пан, он поставил церковь для славы, звон ее был далеко слышен. Мы были этакие шахтеры своей жизни. Мимо проходили, возле ходили да продумывали про это дело, которое делалось в этой местности. Она родила эти села на далекой казацкой земле Ребрикова, Макидонова, Силезневка, Голубовка, Круглик. А наше село, ими окруженное, русскими бородачами, дедушками, бабушками, я родился от них.

   139. В этом селе родились селяне: Конка Писарь, Платон Бочар, Трошка Сидоров, Амросий, Иван Гаврюшка и другие. Я встречался с ними в детстве, мы делали в жизни своей то, от чего всему закону было не по душе. Мы были хозяева этого положения этого села, у нас была детская хитрость, она все время смотрела вдаль, отрывалась от своего дома, вечно стоящего на своем месте. И без устали бежал, куда, сам об этом не знал. Ты идешь туда, это дорога одна, по которой можно идти не раз, это от села до села, а сколько таких дорог, которые делались нами. Мы задумали да побежали, а время для нас, таких молодцев, как мы были на своих ногах, они не обувались в летнее время, были разутые. А бегать приходилось, от своего дома пробираться до соседского, а там надо будет по делу, твои родные поручили тебе свое, что им надо. А ты должен сделать в этом деле. Тебе сказали, как какому-то мальчику. А ты был рад, тебе, такому молодцу, такому мальчику, лишь бы кто-либо из всех взрослых сказал тебе.

   140. Твои быстрые произвольные ноги бегали взад, вперед. А сейчас они не останавливаются без всякого такого, одно бегут, стараются туда вовремя попасть, как посыльные. Ты же пацан, можно сказать, дитя тому всему молодцу, а он уже заигрался по пути, он забыл, зачем бежал. Ему не надо это дело, оно стала позади, зачем ему в этом деле кто-то, если с ним встретились такие друзья, по своему росту. Они увидели другую дорогу. То он бежал один в указанное место, а когда он прибежал до этого места, он вспомнил про свой вечно поставленный дом для жизни своей. Ему, такому подростку, рано приходится оставлять это свое место. Он родился на нем, стал на ноги свои наступать, он был уже взрослый мальчик, понимал, куда, зачем ему приходилось оставлять свой дом на время. У него была там родная мама, она нас всех кормила, растила, готовила наши такие нужные силы, кто-то должен воспользоваться ими.              

   141. Особенная бедность одна из всех, этакая бедность есть людей горе и беда, она окружила своей силой, она показала свой путь, и сказала своим голосом: иди, тебя, такого парня, одного из всех людей, ждет пан Лебедевской экономии. У него есть такое хозяйство лошади, их надо запрячь в арбы, завожжить, и ими надо управлять, дорога им надо в степь за копнами, а в скирду свозить – вот это моя материнская дорога. Я встретился с этим делом, стал воевать, слушался хозяина. Приказчик был такой, ему надо в этом деле люди послушного характера. Он попал в эти условия, эту работу делал. Он был пацан, ему было 15 лет, он уже трудился, он подчинялся, слушался. Это было такое время, дорога родная одна, кормиться надо будет чем-то. Люди заимели такую привычку, их дело одно. Сегодня день пришел понедельник, он есть первый начальный день в жизни недельной, он встретил меня в пана. Учиться нет, у него не приходилось, это была работа наша деревенская.       

   142. Мне дают пару лошадок в мое распоряжение, прикрепляют арбу, говорят, запрягай, вот хомуты с посторонками, заборки в дышла цеплять, вожжи в руки, кнут, айда в степь. Там погрузчики ребята бросают вилами в воз в арбу. А мое дело было одно – надо управлять со степи  во двор к скирде. Тут на этом месте люди заставляли сами себя за один рубль продаться. А скирда экономии росла людьми ежеминутно каждый день. Мы сделали очень много за эту неделю. Мы, люди, дождались дня. У нас есть руки на это, наш ум головы, то мы делали, чего не умели дома. А здесь деньги делают все, сено возят, кладут скирду, хозяина дело. Он едет по своей дороге, у него в голове одно – прибыль куда-то ему девать. А в людей есть базар, он бывает в городе ежедневно. У кого есть деньги, он хозяин этому карману, эти деньги складывает туда, как в свое место, говорит, то деньги мои. А за ними гонятся охотники, ходят профессионалы воры по карманам. Какая это людская прибыль в жизни.    

   143. Землю надо ежегодно пахать. Этого человеку мало. Он имеет у себя три пары волов, железный плуг, да нанимает в срок работника, чтобы он слушался его, надо будет этих волов напоить, накормить. Он досыта кормит их, а потом его закладывает в ярмо, у войцы плуг таскать. У людей есть привычка этих волов бить кнутом по бокам, чтобы они были добрые, целый день напролет ходит вместе со скотиною по этой местности, топчется. Ему хочется вспахать эту землю, чтобы она легла под зиму в снег и пролежала одно время. Да про нее подумать да погадать, что надо будет угадать посадить в этом месте. Это есть мое такое счастье, чтобы уродился на этом месте урожай. Мы ждем его, особенно просили мать великую природу, чтобы она посылала нам эти дни, чтобы сильные растущие вещества зародились на земле, которые прибыль несли. Мы очень долго ждали его в этом деле, а сами себя готовили убирать все это.  

   144. А дорога была, пешим ходом идти тяжело, одно село прошли, другое вот закончили, а до места мы дошли. А вот сейчас наше дело людское, оно лезет со своим тяжелым условием, но высоким делом, оно находится в процессе. Когда силы человеческие не падают, они держат их, и ими все делают, чтобы ему жить так, как приходится всем людям окружать себя. Они пользуются этим делом так, как все живущие люди со своим направлением. Они проводят это с такой небывалой радостью. Они надеются на это все дело. У них нет такого, чтобы про это неприятное думали в жизни. А оно само приходит, начинает делать в человеке. Он теряется в этом, ему делается плохо в этом деле. Он находил средства для этого в жизни в природе, люди теряются в этом всем.

   145. А когда они не знают, что им приходится делать, он уже делается не человек своей жизни, ему приходится сдаваться в этом деле, он не имеет у себя прежних сил. У него уже и руки не свои, и ум его не дорогой, а ноги его непроизвольные не носят так бодро, как они раньше носили до этого. Он сделался старый, он такой стал в жизни своей никому не нужен, его тело приходит в негодность. Теперь природа наказывает таких людей, как он. Она не за него, такие стали в природе силы. Я был раньше таким человеком, лезущим на гору со многими людьми, с вновь появившимися людьми впервые, таким хотелось внедрить свое имеющееся. Этого так не получилось меж нами. А люди хотели, чтобы я передал им свое имеющееся. Я говорил им так, если хотите быть такими, как я есть в этом деле, то делайтесь такими, как и я есть, раздеваться умейте. А природа такая, она есть для всех нас одинаковая, у нее есть воздух, вода и земля. Она лежит от времен Адама, она никем не занятая. Здесь на этом месте есть возвышенное место, которое окружено со всех сторон воздухом.

   146. Я должен опираться на природу, на людей, они должны природу просить. Природа откроет Учителю, как таковому, естественного характера ворота. Он пойдем живым телом по воде, полетит в воздухе, это будет,  и обязательно, это будет зонт, это легкие поднимут тело разума, когда все люди признают Учителя таким, как надо. Ему будет доступ во всем, тогда-то это будет в жизни. А сейчас люди этому не верят и не понимают. Это взято не из летающих птиц стальных, а все это взято с живого человека, он не был таким в природе, и не думал таким быть. А в данное время люди сами захотят, они это все потребуют от Учителя. Он начал в этом копаться, он должен закончить это дело в природе только для всех наших людей всего мира. Они не хотят умирать, а раз они этого не хотят, они умирают в этом.

   147. Кто сделает это все, как не они. Мы с вами видим в данное время Паршека на Чувилкином бугре, он раскрыл себя без всякой потребности. На этом месте родится такой человек, он не будет в этом умирать,  его сила такая. Он окружит себя этой славой Чувилкиного бугра. Слава небесному раю жила, она живет, и будет она так жить. Как ее сама  природа окружила, ей как таковой не приходилось деваться куда-либо от этого всего. Никакого такого изменения не было. Люди жили тут же рядом, никто не вовлекался в это место, в эти условия, это невозможно было сделать, кроме одного Паршека этого села. Он оказался между ними вор, большой преступник в этом деле, пчел разорил в природе, мед выбрал, а пчел убил. Это делали все люди, и они делают. А чтобы этого не делать, что сделал в то время Паршек.

   148. Луганская правда написала о нем, он обнародован плохим делом. А он хорошее сделал в людях, они молчат, за что он получил имя Бог в людях. Он помог горю и беде, враг любой стороны исчез в людях, его не нашли, он больше не прогрессирует. Паршек предотвратил его своим поступком. Враг от любой стихии бессилен воевать через дело Паршека. Паршек – это солдат, он был за русского солдата безвинного. Теперь администратор не найдет сил на него. Он потерял их на Гитлере. Гитлер хотел Паршека заморозить в гестапо, а природа оказалась на стороне Паршека. Он упросил природу, чтобы она помогла русскому солдату, чтобы он больше не гиб от шефства Гитлера. Так оно и получилось в войне. Превосходство было на гитлеровской стороне, а природа помогла просьбе Паршека. Гитлер пригласил Паршека в Берлин, а сам стал испытывать в этом. Всю ночь под 22 ноября 1942 года фрицы провозили на мотоцикле по морозу в Днепропетровске. Был Бог, они хранили его, как Бога, не стали тревожить.

   149. Паршек просил природу, чтобы она оказалась на стороне обиженного русского солдата. Его заставляли со всех сторон, офицеры гнали его в бой, чтобы он клал свою голову ни за что. Он был природа, Паршек тоже есть природа, она упросила природу. А теперь административное лицо боится в жизни своей самовольного захвата, жалеет упустить свое место, оно дает ему жизнь.  Он кладет все силы самого себя огородить, войска имеет, учит их, делает оружие им, деньги не жалеет расходовать направо, налево. Он считает, это все есть его спасение. Он бы сам разбил всех людей, под свое управление прибрал к рукам, но боится в жизни агрессию. А теперь зачинщиков стреляют за это все начатое. Так что Бог не велит нам, таким людям, место свое иметь в жизни. Бог говорит, становись сбоку и делай то, что делаю я. Я не занимаюсь чужим авось, а свое тело закаляю, и я прошу сам природу, чтобы она хранила меня такого своими силами, чтобы я не был таким человеком.

   150. Я есть такой же самый в жизни человек, желаю счастье, здоровье хорошее всем людям. Мы как таковые все живые люди, наше есть такое счастье в природе, такое есть здоровье, самое хорошее из всех. Оно жило в своей жизни. Она наградила человека таким именем, это будет в этом деле чистая правда. Она окружила себя таким хорошим добром. Мы увидели на земле зеленую растущую травку с беленькими цветочками, они имели ароматный запах. А люди эти, которые взялись за такое бушующее, поначалу поставили, что причиталось. То было приготовлено ими самими, стояли чашки полные всякого рода, была вкусная пища. Мы ее, такую подходящую, всю прибрали. Как будто оно и получилось так. Другой такой хотел видеть такое добро, но нам это не пришлось. Сегодня такая штука проходила в жизни, мы это все провели, ждем другое.                    

   151. А вот утром рано солнышко проходило по этому прежнему месту, как и всегда. Я, как человек, имел свою большую надежду на большую встречу. Мне предоставили аудиторию, где меня, как такового со своими словами, должен слушать ученый мир. Я ожидал вопросы от них, таких людей. А они даже не сумели чего-либо в меня спросить. Это их была ошибка, в чем они не знают своего близкого врага, а ищут его в Арктике. Они посылают туда экспедицию, сами остаются в мешках, а потом возвращаются обратно на землю в хорошее и теплое. А оно дается им самое плохое в жизни, за это люди умирают на веки веков. Это все не спасло их в жизни. Также Космос в невесомости спускает нам порожнее ведро для того, чтобы космонавт  возвратился и приземлился к земле, чтобы на земле простыть, заболеть, и в этом деле легко приходилось умереть. Ученым надо посылать первую экспедицию  к нашему солдату, у него спросить, зачем его забирали на эту двухгодичную службу.

   152. Кого защищать в этом деле, если враг – это его офицер, его место, которое приходится беречь. Он же завоеватель этого дела, он держатель этого всего. Надо в труд, в люди послать, у них спросить, на кого они трудятся, кому они отчисляют эту копейку и за что. Вот кому надо помочь, людям труда, они на своем месте трудятся за свою копеечку, им ввели такую зарплату. Хочешь, не хочешь, а работать кому-то надо будет. Это  в людях есть такое дело, особенно шахтера, он работает под землей, его лошадиный труд не учтен. Сказали, вот, мол, тебе такая-то зарплата, ты должен получать за работу. А работа есть такая работа, не ты, так другой. А работать кому-то надо. Мы с вами приучили людей заставлять как никогда. Они есть люди, рожденные для этого дела. Начальник сказал, что надо будет работать в этом деле. А работа есть всякого рода, любое дело насилие.      

   53. Это есть не вежливая просьба. Через кого люди помирают в этом. Это все сделали люди, административное лицо, которое родилось в капиталистов. Они ввели эту систему в люди, стали нанимать за свои деньги и ими стали управлять. Такое дело подхватили товарищи, люди революции, сыны родного отца. Не отец распоряжался сыном при самодержавном деле, а при революции сам сын взялся за это дело, стал командовать. Он говорит родному отцу, ты родил меня, то теперь корми, одевай до смерти меня такого. Так оно делалось в людях, так оно и до сих пор делается в людях. Они сами так приучили сами себя в этом заставлять. Люди подчинялись людям. Они старались бедность свою представить в жизни. Богатый не признавал бедного в этом деле, и не хотел знать его как человека в этом деле. Ибо в богатого человека били средства на это дело, бедному человеку оплатить за его труд, он считался богачом в людях.  

   154. А сейчас человека есть гордость в этом, он говорит, я, мол, есть богач через свои имеющиеся  деньги, а ты бедный в жизни. Мне живется лучше, чем ты такой живешь в жизни. Деньги в людей – это не спасение в жизни своей, а это есть временное явление жить хорошо и тепло. Человек живет в жизни своей в достатке, у него есть одно, у него есть другое, и третье есть вареное, есть жареное, сладкое, жирное, и так кусками. Все это дается трудом, он легко человеку не дается, ему труд  есть тяжелого характера, он теряет здоровье в нем, уходит с жизни с колеи. А чтобы его как таковое дело заиметь, это нам надо заслуги перед природою, надо делать пользу людям. Самое главное, в этом деле есть люди наши, им надо легкое в жизни, это покойное пробуждение холодной водой. Ее не надо бояться, она создает внутри в теле тепло. Он удовлетворен этим в жизни своей. Ему делается легко от этого всего. Человеку делается хорошо в процессе всего этого.

   155. Мы не хотели этого, а сделалось на этом целинном Чувилкином бугре, на этом деревенском таком месте, мы никогда не нуждались им. А сейчас это вот место оказалось для нашего дела послужит мерилом, он природою исцелит. В эти условия входит воздух, вода и земля. Можно за это 46 лет моей практики. Я мог 1000 раз умереть за это, и также другие могут.

А если рассмотреть да приглядеться к этому делу, мой выход в этом деле есть бессмертие. По этому делу всей нашей жизни в природе, через это все сделано природой, она этому делу не допустит свои силы. У нее будет своего рода поступок к этому всему. Она не будет считаться с человеком, как с другими. Она простит ему как таковому в этом всем, и сделается перед ним.

   156. Я должен сказать про это. Мы собрались сюда в эту в аудиторию для того, чтобы прослушать слова, сказанные о своей такой идее. Она говорит нам о том, что люди не хотят умирать. Они добились сами в этом деле с самого первого начала нашей жизни. Мы ввели сами, стали готовиться к этому времени. Нам нужно было одно и другое. Нас это все не удовлетворило, мы как таковые лазили, своим носом искали то, что требовалось в жизни, это не то, что было в нашей жизни. Мы со своим аппетитом, выработанным нами на своем облюбованном месте, нас условие заставило садиться и брать в свои руки. Это приготовлено для нас, мы заслужили от людей в этом всем, наше дело такое, ложка принадлежала моему имени, кусок хлеба лежал сбоку, он так ждал меня, и другие тоже такие люди.

   157. Я напишу вам, как таковым людям, свой очерк письма, как делалось это человеком в своем индивидуальном хозяйстве. У него была построена жизнь самого видного азартного человека. Он не мог забыть в своей жизни, чтобы не промыслить своей головой о любом нашем дне, пришедшем в году. А он приходит к нам на землю не в одно время и не одинаково. Его встречает атмосфера не одна, а много и разная. Чтобы этому всему человек был рад своим делом, это невозможно. У этого человека есть хозяйство, а в хозяйстве нужна не одна лошадка, и не одна коровка да овечка с поросенком, да теленочком. Он так думает про всех, он же ухаживает за ними, как за родными детьми, кормит, поит в свое время хорошим, чтобы она была довольна этим делом. Человек не бросает это все и не забывает думать. Когда он ложится спать, это животное стоит перед ним живое энергичное само собою, оно ждет хозяина.

   158. Если не знать этого всего и не делать, без всякого такого дела ничего не получится. Хозяин приобретает лошадку не одну. Для нее есть хозяин, он сделал хомут, шлею и супон гужи  для того, чтобы приделать к оглобле драги, вожжи, а сам садишься в подводу. Идет, как какой-то господин, а он не имеет господства во всем этом деле, он есть хозяин этого всего. Это все, что он имеет, это есть его дело. Он может ехать, он может пешим идти, и он может сделать все в жизни, это его есть никогда  не забываемое хозяйство. Он вовремя кормит его, вовремя поит и под него стелет всякое сухое, как за собою старается убрать, чтобы не было такой грязи, нечистоты. Она делается человеком, он сам желает это. У него есть это дело, есть такая гигиена, чистота одна есть в жизни человеческой. Это делает не один человек, это делают все живые люди, они живут в этом селе в этих условиях.  

   159. Лошадка, она лошадка нужна в хозяйстве, и нужна хозяину коровка, она ежегодно приводит хозяину теля. А хозяину есть такая прибыль человеческая, это природная такая прибыль,  она есть в людях радость, но ее надо сохранить в этом деле, как свое такое око. Это есть люди, живой такой факт, это живые вещества. А вот техника, деталь сделана нами, и сложена эта машина, человек опознал ее практически, он заставил работать ее умом. Она стала работать так, как хочет слышать и видеть человек. Ему хочется, чтобы его машина возила его одного и другого. Как человеку хочется видеть в этом хорошее. Кому признаться в этом? Сбоку другому. Он тоже сидит и думает об этом всем, чуть об этом не скажет, о хорошем. Он ничего такого не делает в жизни. А она сама везет человека водителя, и меня тоже везет. Какая небывалая красота есть для нас всех  в этом, это сделанная руками машина. А кто может сказать на какую лошадку, она нехорошая в самых лучших кругах.

   160. Я, говорит самая маленькая птичка соловей. Он залезет в самую гущу, и там свои задуманные песни поет нам, людям. Это было так, на этом месте проходило летом такой порой, когда соловью сделалось приятно в его такой жизни. Человек, он не видит это место, этого соловья не слышит. Он слышит, это все его такие песни да  такие разговоры, им кажется, в этом хорошо, так ловко нам, таким людям. Мы в это время так хотели, чтобы люди пели эти песни всегда, в этом лесу соловей пел их, они в природе часто, но не в одном месте. Они так пелись, они поются так чисто и ясно для всего такого дела. Мы редко проходили по такому месту, но таких ясных песен ми не слышали в жизни, и свистит,  чикает, и говорит, как будто он зовет тебя – одна прелесть.      

   161. А вот лягушка в воде кричит своим голосом, ей мало, этому всему завидует, ласки никакой в этом нет и тепла нет. А люди ищут в природе, чтобы им было хорошо и тепло. Это есть временное явление для них в жизни. Оно у нас, таких людей, с самого утра до самого захода этого сияющего солнышка. Оно не сразу приходит к нам, а оно медленно показывает себя, еле-еле себя поднимает. Оно идет своим тихим восходом до самого нашего первого завтрака. Оно заставляет сдаться нас, таких молодцев, и усаживает за стол, за приготовленный обед. Налито в чашки, и дадено нам в руки ложки, чтобы ми знали свое дело. Мы знали это место, к этому времени готовились, это наше такое дело. Не хотелось так аппетитно кушать, а когда за это дело взялся, где-то на это мое развитие взялось дело мое.

   162. Я расскажу вам прямо об этом деле. Ко мне, такому человеку, могут приезжать от всех национальных людей. Их, как таковых, заставило горе с бедой обратиться ко мне лишь потому, что у наших ученых нет средств в этом деле. Как  болезнь была, она так и осталась на этом месте. Это вот такое заболевание не исчезло, а наоборот, развивается при таком деле и будет так развиваться. Ибо наше, что мы сделали в природе, не оправдало нас, а больше от всего мы в этом гибнем. А сейчас природа открыла промыслы людям за это дело, которое делается в жизни. Мы обнаружили растущее дерево по сто лет. Они стоят отдельно друг от дружки, друг на дружку не похожи. Человек индивидуального характера подходит к нему, как хлыщу, свою мысль кладет, этот материал определяет.      

   163. У него в голове есть все, что из него будут шпалы, на пиле стройматериал подтоварник, он нужен в жизни ему. На это завод есть, производство. Это людская такая надобность, это костюм, шуба, рубашка, штаны – все это делается руками. Для человека надо ложка. С этого может быть чашка и стол, место, предназначенное для еды. Это требуется в жизни человеку. Он сам сделал это, место свое он облюбовал, обгородил, поставил дом, а в него ввел все удобства. Это дело есть не живое, а мертвого характера, с чего состоит весь хутор, все село, город сооружен, он принадлежит этому человеку. Человек живет в нем, он есть хозяин этого добра до одного случая. Мертвое не живет с живым. Мертвому невозможно сделаться живым. И от мертвого не наберешься сил, скорее свои силы потеряешь в этом. Если везде и всюду есть не живое, а мертвое, ты убиваешь жизнь.

   164. А раз ты убиваешь жизнь, воруешь ее, как свою, природа допускает, но терпит. Она же есть мать, родила нас всех, силу нам создала, заставила. Мы так тяжело  начали жить, у нас был очень большой недостаток. Мы жили, мы терпели, природа помогала нам. Мы с вами выиграли. У нас не было того, что надо было нам. До этого мы слушали родного отца, считали его вожаком в этом деле. Он же народил нас, для нас, таких детей его, слава. Мы есть его дети, наше одно – это выполнять, это введено для нашей жизни. Нам скажи, это есть правда. Нам надо делать, нам развили нашу жизнь, она для нас тяжелая. Раз мы взялись за это дело, надо делать. Я делаю людям благо, спасаю тело от смерти, чтобы люди жили в природе, чтобы они не болели и не простуживались. Их гарантия будет в этом деле. Они будут делать то, что надо делать.    

   165. Человек есть технический, он окружен искусственным, а химия введена в людях. По этому всему делу, люди стоят на своих местах, они ждут своей очереди. Она держит ее в себе в таком идущем дне, а он несет с собой стихию для человека. Человек сам виноват в этом, он ждет этого дня, а он с чем придет к нему. Если с хорошими качествами, это будет на это все его заслуги. Человек крепко верит себе, он не хочет и не умеет делать то, что надо. Это его незнание. Паршек призывает всех наших людей. Что в этом плохого на Чувилкином бугре, одна истина, она такая сторона в жизни. Он говорит всем людям. У меня нет вашего места, я не имею такое в жизни своей. Я не хоронюсь от вас таких, говорю всем вам, видите мою небывалую способность в природе, зима приходит.

   166. Вот что наша великая природа требует от нас, таких людей. Она недаром окружает Паршека своими силами. Это нечто такое есть на свете. Это не Арктика, которая тянет человека живого в мешке, он приехал в эти условия. Вся экспедиция ищет что-то в этом и хочет свое найденное нам в людях показать. А Паршек есть в этом всем без всякого мешка, без невесомости. Он был на чистой грунтовой земле чистым энергичным, живым, естественным телом, он был без всякого прятанья, он со своей любовью, свое такое есть желание. Чувилкин бугор окружен природою: есть земля от времен Адама, и также чистая вода ключевая, а воздух вечно несмолкаемый идущий, он меняет себя, делает свою атмосферу по месту. Люди есть бессильные встречаться с ней.       

   167. А Паршека дело одно – все принять, эту меняющуюся атмосферу. Она есть такая, как и для всех есть природа: воздух, вода, земля. А Паршек один старается, он со своим сердцем считается в людях мальчик. Ему приходится быть в городе Ростове по проспекту Буденного редакция «Комсомолец». Он договорился с главным редактором за статью,  написанную ученым математиком и физиком Игорем Хващевским.  Он изложил им ту истину, которая надо нам, всем людям. Игорь изложил мою мысль, мое дело практическое, всю идею, что надо будет всем людям. Людям надо рассказать о здоровье, оно нужно нам всем. А когда у нас нет его, мы окружены горем, нас убила беда.

   168. А у нас, таких ученых, нет средств, чтобы нам этим помогать. Игорь Хващевский не против, что люди хотели что-то найти своей экспедицией в Арктике, и он не против космического дела. Он не против Чувилкиного бугра, он практически испытывал на нем, там 51 человек испытывал это дело. Они прокричали громко свое ура, они сказали, в нем есть наша победа, сам Игорь сказал. Учитель принял его через свои руки, после приема он спустился с горы в колдыбаню, и там вместе с людьми скупался в такой холодной ключевой воде. Как им делалось хорошо, им было всем легко. Как же так, что об этом здоровом духе, здоровом теле приходится молчать. Я есть физик и математик, инженер в этом деле.

   169. Я закончил на отлично математический институт, закончил университет, физический факультет, мне недаром вручили диплом, чтобы я читал, решал и понимал. В этом деле, которое я испытал, я получил пользу, о ней молчать не приходится. Это все надо людям, я написал про это все нашим людям, и написал об одной истине, она рождена в людях. Я про это вот и написал, а это все мое теоретическое дело через Учителя, он послал его Брежневу, как правителю нашей страны, что у нас родился человек с такими качествами. Он есть больной человек со своим намерение. Знает хорошо больного человека, душу его знает, хочет ему помочь своим естественным умением, током своих рук – здоровое тело, здоровый дух. Люди прозвали его своим Учителем за его все хорошее дело, сделанное им. Он учит их, чтобы они исполняли его учение. Они были близкими к природе, любили воздух, воду, землю. Чтобы люди не уходили от этого всего, и делали то, что делает наш дорогой Учитель.

   170. Если бы этого не было в людях, оно бы туда, куда следует, не попало. Слово Учитель надо заслужить в природе. Мне, как таковому инженеру, доходяге в жизни, тоже сказали об этом всем. Я же инженер, этому не поверил как таковому делу. Я решил испытать это на себе, Учитель меня принял. У меня было выделение отхаркивания, я выплевывал литры. А он сказал мне так, полюби и сам себя, это твое есть все выделение, ты его в себе такое создал. Теперь это все добро, тобою сделанное, ты должен проглотить, это твое выделение, ты глотай его. Я согласился с этим, теперь оказалась правда. У меня отхаркивания нет, где это все подевалось, я не знаю. А когда мне показали дорогу, я должен пойти по снегу вслед за людьми, я умер на этом месте. Меня заставила в этом деле истина. Люди ходят, а я есть что не такой в жизни.       

   171. Имейте ввиду это дело, я сроду не ходил разутым по снегу, а теперь хожу. Как же так я буду молчать об этом чудесном деле? Я есть испытатель в этом деле, делец, из дельцов делец. Пишу правду об этом всем. Учитель Иванов есть, по делу всему, как его назвала женщина с Магнитогорска. У нее не открывались веки, глаза не смотрели. А когда она стала делать то, что сказал ей Учитель, она увидела свет. Она пишет ему письмо, его называет Богом Земли. Я тоже присоединяюсь к ней через свое все. Я со своим таким опытным испытанием, с такой вот практикой, с такой силой. В университете ведущего Неймана выступил на семинаре. Говорю за идею Иванова, она поставила меня на ноги. Я живу на белом свете через его учение, вам всем живой факт. Мною в статье это написано. Я не пишу о нем, как о человеке, я пишу о его деле, что он нам таким сделал. Он поднял не меня одного такого обиженного. Он говорит нам, всем людям, об их такой ошибке. Они стали делать это дело и не сделали, заболели, поболели, умерли.

   172. Этому бедняге больному человеку простительно. Он был больным, обиженным природою. Ему надо умереть. А вот тому человеку совсем здоровому, не больному. Он не делает ничего в природе в жизни. Он не умеет и не хочет, а сам стоит в очереди, как и все люди  живут, надеются на свое авось. Дает человеку одно и другое. Если человеку будет хорошо, он живет хорошо. Если ему будет плохо, он тоже живет плохо. Но жить надо. Как жить? Сама природа хозяйничает в этом. Она присылает человеку счастье, она окружает своей прибылью. А прибыль дает ему или ей природа, чем человек радуется, как новеньким. Она голубит ее как таковую или такового до тех пор, пока она не надоест, будет лишняя. Он будет думать, как расстаться с нею, пользы нет никакой, только надо убить как таковую, она не нужна. А раз от нее нет пользы никакой, держать  незачем такое существо. Оно не живет в людях, оно умирает скоро.      

   173. Я, говорит об этом всем Паршек. Люди интересуются мною, я встречаюсь с ними не для пустого дела. Я вношу им свое новое небывалое. Хотите жить по-моему, как я живу. Они знают меня, что я не такой, как они. Я тоже человек такой самый, как они. Они готовятся, они  делают свое такое дело. Зима, суровый климат не пришел, а мы уже приготовились. У нас есть одно, другое, третье. А я не имею ни одно, ни другое, ни третье, а живу лучше от всех. Я не стою в очереди, как они стоят. Я не жду дня, как они ожидают его. Еще не жили, а уже приготовились. А они будут жить так, как они хотят. Им хочется жить хорошо и тепло. У нас такое вот мнение у всех, но так почему-то не получается. Думаешь одно, а делается другое, удачи нет, что он хотел. Это была моя встреча в жизни неожиданного характера. Мы заехали в медицинский институт, в клинику психиатрическую, где я часто говорю с врачами.    

   174.  Я рисую им картину, что они ничего не сделали в жизни. Я называю их бедными людьми. Они слушают меня, а попробовать хоть на один денек  остаться, у них нет сил на это дело. А как же я так не живу, мне холодно, мне голодно. И я зашел бы в дом жилой, да удобно пожил, хочется, но одно – не хочу помирать в этом. Умру в естественном порядке, в воздухе, воде и на земле за счет сознательного терпения. Я бы так покушал. А кушать я кушаю то, что надо. Я хожу по той дороге, по которой проходят все люди. Одни идут со своими мыслями, я тоже долго думал об этом, ждал от Игоря такую маленькую весточку. Я послал написанное Игорем для всех наших людей. Если мы заслужили в этом деле от природы, она пожалеет нас. Паршек со своим здоровьем выступил за нас. Он так не уходит от природы, не кушает так, как мы обжираемся. У нас нет сознания на это.   

   175. Мы с вами есть такие люди со своим оружием, в руках нож, а хлеб, печеный огнем. Казалось, надо бы не кушать, а само условие заставляет. Мы сделали  для этого всего дело. Мы есть такие люди, нас условие само заставило наше дело делать, этот хлеб резать ножом по кускам. Мы поедаем природу. Мы есть люди технические, вооруженные люди. У нас есть техника искусственное, химия. Мы направили это все против природы физически по кусочку маленькому. У нас получается с этого башня Вавилонская. Она не удержалась в природе, рухнула, так наши индивидуальные места своего рода, они растут тогда, когда мы везем во двор всякого добра. А когда природа прекратит нам свое добро, этого добра не будет, нам жить нечем. Мы с вами, технические люди, не подготовились к этому сами, что приходится делать живому человеку.    

   176. Надо искать не такое начало, которое должно рухнуть в жизни. Это есть наши места, наша частная индивидуальная собственность, она не удержалась на нашем месте. Во двор нечего везти, природа не дает человеку, ему нет, чем продолжать свое дело. Нет того, что надо. Земля не дает плодов. Солдат не будет честно служить нашему генералу, нет, за что хранить это место. В нем нет никакого добра. А на нет и суда никакого не будет. Самовольный захват своего рода прекратится. Между людьми не будет подчинения. Административное лицо само уйдет. Паршек заимеет свое место. Эвволюция заимеет силу. Она избрала место не свое собственное, чтобы его присвоить, как свое индивидуальное место. Я не король этому природному месту и не царь своего народа, чтобы им распоряжаться. Я не отец своего сына и не сын своего отца в этой жизни умирающей. Я есть человек тот, который пришел с Востока для спасения всех людей всего мира, чтобы они жили.         

   177. Игорь, ты прислал мне телеграмму. Что там у тебя в Москве, очень тяжело работать? Ты начал сам это дело, ты понял истину. Я спросил о ней главврача, можно ли удалить истину? Он сказал мне: «Невозможно». Так и ты, милый друг по идее, должен так сказать. Если взялся за гуж, не говори, не дюж. За тебя есть все люди обиженного характера. Они есть в природе одни за нас, а за их есть наша природа, она нас, таких людей, защищает своими силами. У нее есть все, лишь бы захотела. У нее есть воздух, вода. Она дала нам все, даже родила человека. Это земля, она вооружила человека, чтобы человек воевал с ней. Люди технически огнем взрывают. А природа удаляет за это одного человека с земли, как непригодного. Люди нарождаются так, их большинство, а умирает меньшинство. Поэтому люди прогрессируют в своем деле в природе. Оно приводит именно к отмиранию.

   178. Игорь, когда я беру эту вот бумагу, начинаю рисовать свои слова о тебе. Ты есть для меня любимый друг в жизни нашей. Я живу с тобою неразрывно вместе. Я в Ростовской области, а ты в Москве. А расстояние по природе немалое. Хочешь попросить Учителя своими словами, мол, дай мне мое здоровье. Это не я сам делаю, а делает мать великая природа, у нее есть все в этом. А в ней люди поставили с воды моря, сготовили гребли, ввели турбину, стали энергию добывать током, проложили на каждое место, там приделали привод, включили ток. Сила такая любой системы, станок своего рода. Человек научился этим станком владеть, по своему искусству делает любую деталь на машину, все это делалось по размерам. Все это делалось для своей жизни. Он умеет делать это дело, старается эту деталь ввести в жизнь свою.     

   179. Игорь, Игорь, если бы ты знал хорошо об этом, понимал. Я прошу вас, но вы этакие не идете и не хотите, у  вас есть противление своего рода. А я сам, такой человек, ничего не делаю в этом деле, и ничего не знаю. Зачем тебе надо Арктика или Космос? Ты же родился живым энергичным где? На земле. Вода промыла тебе след, а воздух набрался сил от материнского тела, вытолкнул. А земля приняла ползать живым. А мы все, этакие люди, пошли вслед за техническими людьми. Нам потребовалось в жизни чужое природное, чем мы заинтересовались, вовлеклись техникой, искусственным, химией, и стали уходить от природы, от воздуха, воды, земли. Я имею возраст 80 лет, а я вернулся к первым начальным дням жизни, себя родить в природе без всякой потребности естественно. Воздух, вода и земля – это самые любимые неумирающие, вечно живущие мои друзья.    

   180. Они помогли мне сделать два мира людей, капиталистический и социалистический, право отца и сына. Я доказываю ногами своими. Они истинно хотят видеть здоровое тело и святой дух, Эвволюционного человека, всем нам полезного в жизни, вечно живущего. Мои ноги говорят, чтобы не было между людьми тюрьмы и больницы. Эта возможность есть, она была, она будет. Паршек, человек, борется за это. Он ищет жизнь на самом себе. Он хочет излечить ногу, а сил не хватает. Медицина слаба, не удовлетворила население своей потребностью, своим тем, что они делают. Все родились в природе одинаково, а разно умирают вояки в природе. Я родился в природе, в колдыбане по жаре смолоду купался, а сейчас я купаюсь по холоду, по снегу, по морозу чистым телом без всякой потребности. Люди кушают, едят досыта, обжираются до облегчения, а сами ничего не знают и не делают. Паршек, человек, не плюет и не харкает, живет за счет одного сознательного терпения. Ему хочется крепко кушать, он же человек, ему хочется одеться, ему холодно, но сознательно терпит.  

   181. Встанут все живые и мертвые, будут искать спасения. Игорь, сегодня пятница, 13 числа октября. Он со своими силами с истиной выступает, на весь мир кричит, доказывает правоту общего дела. Я, говорит Игорь, писал о бессмертии. А теперь сам Учитель скажет нам, всем живым людям. Мы умирать теперь не будем. У нас есть такое место, это наш бугор для всего мира людей. Мы пришли сюда на этот бугор для жизни открывать рай. Это место было указано моим отцом для вечной моей жизни. Это дело показало мне в пути, и только сейчас я разумел, что это такое мое в жизни дело, которое требуется свершить. Это мое село Ореховка, Лутугинского района, Луганской области, где я родился. Тут я, как деревенский парень,  воспитывался, все это делал, что делали все эти деревенские парни. Я был не лучше от них, а такой же деревенский забияка, пол дикого зверя. Лишь бы кто показал свой указательный палец, чтобы было не свое.

   182. День сижу за писаниной, мысль говорит об одном том же самом деле, что мы с Валей взялись за то, которое никогда не было между людьми. Им надо стол, им надо это место. А к этому человек есть со своим аппетитом, со своей ложкой и куском хлеба, с зубами, чтобы кусать, со слюной глотать. Этому всему способствовал воздух. Вкусное жирное и сладкое попадает в человека внутрь в самое плохое место желудок, самое вонючее непригодное горючее место, оно губит нас всех. Человек сосредотачивается силою мозга на это все и направляет его в природу. А природа есть обижена, мы обижаем ее со всех сторон. Снег не сумел сойти с земли, а мы со снастью с оружием в руках. У нас есть техника, живая сила. Мы пашем эту землю рано всухую пору, а весною делаем грядку, чтобы зернышко вбросить для скорого схода, это наша такая большая радость в природе.        

   183. Мы с вами только поднялись рано утром, не сумели помыться, свое лицо умыть, а в нашей жизни зародилась мысль такая. Четыре самых крупных вождя на Потсдамском совещании делали договоренность свою о родившем враге, как был Гитлер. Он заставил Сталина, Рузвельта, Черчеля, Деголя думать, как им разделаться с Гитлером. Он был для них такой враг, с которым они не находили средств, такого оружия, чтобы быстрее разделаться. Он угрожал большой опасностью миру всему. Пусть скажут спасибо Паршеку за его согласие, за его цель русскому солдату обиженному стоять на своем месте за Сталина, за партию. Он был обижен немцами напасть на его безвинное право. Паршек не побоялся немецкого приглашения в Берлин. Он ехал вместе с молодежью в Германию не ради того, чтобы посмотреть на немцев их обряд. Паршек ехал ради помощи русским.

   184. Он думал, как помочь своим двум сынам Андрею и Якову. Он дождался от немцев того, что им пришлось сомневаться, Паршеку надо правительственная виза самого гестапо, а он находился в Днепропетровске. А Паршека ссадили в Знаменке, передали полицаям, что их заставило отпустить в Днепропетровск за пропуском. Я ехал без конвоя. Это была их центральная украинская система гестапо. Он там всех украинцев стрелял, а меня послала туда украинская полиция. Она посадила в Берлинский поезд, он вез солдат и офицеров на фронт. Это было тогда, когда природа помогла русским солдатам. 22 ноября ночью 1942 года по просьбе Паршека он приехал в Днепропетровск вечером, не знал куда идти, вслед за солдатом в столовую, через переводчика с ними держал речь. А они кричали криком на мое все развитое дело «гут пан». Я желал им всем хорошего здоровья. Сам себе говорю, радуетесь моим поступком, будет вам «гут пан». Я иду в холод в природу, прошу ее, чтобы она осталась довольна.

   185. Я прошу природу так, чтобы она была на моей стороне, в природе просьба для русского солдата. Он был по истории призван генералом его такое место защищать. А я, как Бог всей жизни, не хотел этого. Сам Бог не имел места как такового. А это место имеют короли, цари, отцы, они окружили себя им, у себя заимели офицера, солдата, своего сына. Бог никому не давал этого права. А на его, как собственника, посылал такого врага, как шел со свой силой Гитлер. Ему не было таких сил техники, чтобы его приостановить. Это только Паршек попал к немцам, они возили его на мотоцикле по Днепропетровску, определили в политотдел, где господствовал Корниенко. Паршек встречался с ним, говорил. Он спрашивал у Паршека: как ты относишься к религии? Я сказал ему: как Ленин относился. Корниенко прикусил язык. А в гестапо сидели офицеры перед мною, всех 11 человек. Они уже знали свой проигрыш. Их заставляло спросить у Паршека, как Бога Земли: кто будет в победе? Я, Паршек, не боялся сказать им: Сталин. У них не нашлось слов говорить с Паршеком. Паршек имел свою прогулку на дворе на морозе.              

   186. А шеф-повара смотрели, они говорили «гут пан». А Паршеку надо каша, это они давали. Я удовлетворялся ими, был доволен. Было плохо одно – украинцев привозили утром, а вечером отправляли на Луну. И так они крутили, вертели, от бога не ушли, бронь дали до Ростова. Паршек ехал с офицерами, не боялся говорить через переводчика историю человеческой жизни. Ее никто не знает из самого начала, а как это получилось в жизни, что человек стал делать. Я у них, как ученых людей, спрашиваю об этом всем, откуда и для чего, и как это первое дело так начиналось. Это же дело всей нашей жизни сегодня делать, завтра делай. А чтобы ничего не делать, этого нельзя. Тело научило рукою владеть, подносить в свой рот, кусать зубами, жевать со слюной, глотать с воздухом, его посылать внутрь, чтобы там кисло, прело на непригодное вонючее дело, плевать в природу. А природа не что-либо такое: воздух, вода, земля – это существо живого энергичного характера. У нас человек мыслит, а потом делает.

   187. А дело создает живой факт. Мы садились за стол, для нас приготовили, просят нас, таких людей. А мы с вами рады стараться, распустили свои животы, как какие-то жрецы, набросились на это чужое, приготовленное кем-то, это пища. А мы, как лютые звери, хватаем руками, режем ножами, черпаем ложками в свой рот. Это такая наша привычка, условие заставляет нас это делать. Этого мало, что мы с вами кушаем досыта, а мы одеваемся до самого тепла в одежду  фасонной формы. Мы заходим в дом, где есть все удобства. Нам, таким людям, в таких условиях жить бы, нам таким жить в этом деле. Но нам за такое отношение к природе, мы воруем ее, тянем во двор, а если она живая, мы убиваем ее. Это есть не наша человеческая такая жизнь, через что мы делаемся воры чужого добра, убийцы живых тел.     

   188. Природа не жалеет  нас за это дело, она обижается на нас, она нападает, сажает свои язвенные грибки. А человек мучится тогда от этого дела. Люди не нашли средств  от этого, и нет такого человека, чтобы он был заслужен в этом, и в природе научился, как надо будет помочь нашему обиженному, бедному, больному человеку. Кто заболел, он дождался своей очереди. А другие люди здоровые ждут своего такого дня. А он приносит с собою такое заболевание, которого не было в жизни. Это человеком не думалось в жизни, а сделалось. Человек не предполагал этого и не хотел. А оно получилось в этом деле как никогда в жизни. Человек не хотел этого дела, он не делает и не хочет это сделать его. Это неумение – это есть болезнь в жизни.

   189. У нас пока нет этого, чтобы остаться на белом свете живым. А все такие люди говорят, лишь бы он заболел, долго не болеет. Как чуть такое случилось, уже он помирает. А теперь Паршек нашел место бугор, без всякой такой потребности любому человеку можно обходиться. Нам надо подготавливать себя в природе на это дело, как делал это все в природе Паршек. Он сделал все это осторожно сам постепенно, он сразу сбросил шапку, потом обувь и все остальное. Ему легко обходиться без этого всего, и ему не требуется еда. Он такой рожден природою пока один-единственный человек со своими такими силами, да вторая женщина Валентина Сухаревская, их пока есть двое. Они пришли на эту землю, чтобы в людях сознательно не появлялся заключенный и умалишенный. Паршек кричал криком за это все из 8-го съезда советов, за  свою эту идею, за это дело в людях.

   190. А его, как такового, привезли к Ежову, чтобы Паршек разговаривал с ним на эту тему. У него были психиатры врачи в белых халатах. Они Паршека, как таковое лицо  по истории. Он не входил в рамки ученых своей болезнью, таковых не было в людях. Они предназначили место Паршеку не на съезде слушать речь Любченка об Украине. А он рисовал до того, что Сталин показал ему дорогу неизвестную. А Паршека скупали, положили в «Матросскую тишину» говорить с врачами по этой части. Он говорил им, не боялся за это, что он добился в природе в людях славы. Люди прозвали его Победителем природы, в таком виде он приехал на Чрезвычайный съезд слушать речь Сталина. А врачи предотвратили ему как таковому одному из всех людей. Люди слушали его слова, видели, он предсказывал это за десятки лет.       

   191. Место генерала уйдет, места администратора не станет, когда Паршек займет свое место. Он скажет нам таким неверующим в него: отойдите от меня, сотворите то, что я, Паршек, сделал. Он сейчас выступает, говорит врачам незнающим и не умеющим ничего и никак. Паршек в Игоря в голове на таком расстоянии помогает ему, как ученому. Перед академиками в президиуме решается это дело. Игорь стоит горою за Паршека, как за истину заступается. Он у нас есть один-единственный человек. Игорь изыскал на себе эти теоретические силы, остановился на идее Паршека. Он знает об этом, об этом пишет, хочет сказать нам, всем людям, об этом. Речь идет о Паршеке не как о таком человеке, а как о Боге. Люди сделали его, люди поддерживают Учителя. Он учит их, чтобы они не простуживались, не болели, не умирали, жили вечно в природе. Вот чего Паршек хочет в людях, жизни, но не смерти.         

   192. Игорь ты Игорь, рука твоя владыка написала такую вот статью о Паршеке своим умом. Ты написал об этом всем, это есть истина. В Сочи на городском пляжу блюстительская сторона вытащила Паршека затонувшего сеткой. Желаю всем добра, счастье, здоровье хорошее.

 

1978.10.15. Учитель Иванов.

 

    7808.20   Тематический указатель

Голодание Учителя и Вали 1

Любить природу  2

Надо иметь свое тепло  4

Бугор оздоровляет надо всем 6

Бугор – это рай наш 7,11,17,35

Не умирать  14

Война 41г  14,15

Привычка 19,20

Надо один Учитель здор. 29

Что дает идея: не будет вражды,

Войны, тюрьмы больницы 29,30

Жизнь смерть 35

Плохое холодное  40 

Люди родились жить хорошо, тепло 108

Рай земной 124

Когда Учителя признают  146

Пробуждение  154

Заболевание рзвив 162

Мертвое и живое  163

Эвволюция  46, 176, 180

Война 184