Иванов П. К.

Паршек

 

1981.02.26

Учитель Иванов

 

Редактор – Ош. Редактируется по благословению П. К. Иванова. (См. Паршек. 1981.02.26, с. 115, 127)

 

      1. Я иду по своей дороге, а против меня идет человек совсем незнакомый, он меня увидел впервые, от меня стал уходить. Я – к нему, а он – от меня, и так ушел он. Я с ним встретился в другом месте, в таком месте, где люди были. Он не смог уйти от моего желания к нему. Я его хотел побеспокоить, у него спросить. Извинился перед ним, он остановился, меня такого слушает. Я к нему с большой своей обидой, его назвал «милый человек». Он меня тут понял, что я не такой человек, как он тогда сам подумал. Я сейчас для него оказался самый один человек в мире, не с таким намерением: «Он меня остановил, даже извинился передо мною». Его такое вот желание заинтересовало узнать: «А почему это так получилось с этим вот человеком? Он – образованное лицо, понял меня, что я в этом во всем обиделся.

      2. Его эта история убила. Он тоже извинился. «Я подумал не так совсем, – признался он мне, – это большая моя такая ошибка. Я подумал так: ты, то есть вы, не наш человек. По всему твоему виду я так и подумал. А теперь даже скажу об этом, много раз об этом расскажу: «Я глупый человек в этом». А с этим человеком можно всегда так встречаться, и с ним можно в любое такое время говорить. Он много знающий, на мое все может точно отвечать. От самых Адамовых лет, он знает у жизни, что делалось этими людьми».

     Из самого зернышка до самого верблюда – это дело все людское. Жили мы индивидуально сами собою, от других таких вот людей уходили, особенно от неимущих, бедных людей. Они были не такие, как были мы, богатые. Мы их таких у себя нанимали, жили вместе с ними, была неравная такая дележка.

      3. Ему я, как хозяин, подавал, чего хотел, а он без всякой обиды получал. Какая ему была такая вот его по договоренности радость. Я как таковой у жизни своей рос, богател, но не знал того, что мне будет за это вот дело. И не знали, что эти люди делали. Это прошлая история нашей самодержавной жизни.

     Мы с вами своим так не удовлетворились. В этом жили мы хорошо. Этому хорошему нашлись такие люди, они противоположно стали этому не доверяться, пошли политически эту путь обосновать. То сын родной слушал отца и шел в наймы к пану. А сейчас это дело сменилось совсем на другое. Стоял вопрос, царя-батюшку сменить на пастуха. А Ленин Ульяновых отца не послушался, стал политически добиваться своего теорией. Она ввела в это дело революцию, которая сделала в народе Советскую власть. Жизнь капиталистическая сменилась социалистической. То люди в жизни работали для себя одни, а сейчас это дело поломали.

      4. Взялись коллективно то же самое делать, чего делал царь. А сейчас пастух взялся за это дело делать. Техническим путем огородились, искусством, ввели химию. Умело научно стали на кусочки рвать горы, на реках делаем моря, ставим турбинные станции, тянем провод, даем ток. Это нам дало свет, мы прибавили ночь в труде. Это есть наше такое народное дело, то делать, чего делали. Мы до этого богатыми были людьми, так и до сих пор нас природа этим не сравняла. А как прибирала к своим рукам наши тела, так она и до сих пор прибирает. У нее выбора нет. Всех людей под одну гребенку она в свое время чешет. Мы, люди, поделались через природное дело чужими людьми. Со своим национальным делом ушли, не стали соседа любить, дружить. А пошли по своему желанию на ближнего соседа нападать, у него его добро отбирать, присваивать к себе.

     5. Это было мое, так оно и осталось моим. Земли своей не видать, есть свое только тело. Своего в людей такого не было. Все чужое природное, поэтому всему хозяина нет. Свои люди, они окружили себя чужим. На тело свое никто не пойдет войной. А на чужое? Каждый человек силен в этом, он пойдет, как на чужое, он будет прав. Чужое есть наше, их тоже чужое. Если бы этого не было в жизни нашей, такой войны в людях никогда не было. А раз мы с вами чужим окружены, то почему сила у жизни будет молчать?

     Люди национальные, все они чужие. Им права природа давала на любое государство нападать, по их возможности их добро, как чужое, присваивать и называть его своим? Это был закон такой уведенный в люди, он таким и остался.

      6. Это напрасное теоретические такие слова кричать на весь мир «не надо воевать», а сами не останавливаемся грабить природу, делать ее такой чужой, начиная от зернышка, кончая расположенным куском земли. Мы ее захватили силою, окружили, так хотелось нашим этим людям. Они этого в жизни захотели, этим в природе окружили себя. Они чужое кушают, чужим одеваются и в чужом живут, на чужом месте находятся. Говорят своим людям: «Мы свои люди, к нам ты, чужой, не подходи». Ты к нам в чужом виде приходишь, хочешь у нас чужое забрать. Мы его тебе не отдадим. Мы свои есть такие люди, за наше будем резаться до огня, будем за свое природное жечь. Это мы уже так в этом делали, безвинных людей на земле пожгли.

     7. А теперь мы на это дело. Нам готовили то, чего царские мерила сделали над Ульяновым первым сыном. Они его за право такое заставили у жизни расстрелять, это так сделал самодержавный царь. Он не был хозяин живых людей, а этим всем он распоряжался, как своими. Он был им чужой, как чужой с престола покатился, ему дорогу свои люди показали теперь. Природа, она имеет свое природное, мы его окружили. Говорим: кровь проливали за это, это наших отцов. А где же мой родной отец делся? Он мне это место по наследству дал. А все государства обоснованы отцовским местом, он не имел права оставлять чужое своему. А чужим каждый человек место присвоил, им козыряет: это, мол, мое. За него воюет как за свое. Это государство: «Люди они – наши, а вы – чужие совсем люди, с кем надо воевать».

      8. Между нами, всеми людьми, неизбежно война складывается во всех странах. Они против самих себя крепко вооружаются, делают оружие для нападения на чужих. Мы боимся, что на нас, как капиталистов, нападет со своим режимом Советский Союз. Они, коммунисты, не свои совсем люди. Меж нами и ими вечно неумирающая война. Как был враг, он между нами такими, так он и остался. Мы не знаем, он откуда берется, то ли мы его сами в этом вот создаем? Война была с фашистами, как будто мы победили врага в этом, а сами его как такового не нашли. Постреляли людей, можно сказать, напрасно. А на нас лежит в этом вина. Мы же есть коммунисты, двум классам не жить на белом свете. Оружие понаделали, только в ход его пускай.

      9. Мы криком стали в чужом деле рождаться. Я, как человек, такой же самый, как и вы, от чужого тела оторвался, в белый свет произошел, в чужой. Меня, как такового, чужие руки, они встретили. Стали за мною, как за чужим, люди совсем чужие, они стали ухаживать по своему физическому умению. Показывали, говорили, чтобы я чужое воспринимал. Я рос по минутам между природою, а люди ученые научили жить по чужому. И меня, такого маленького мальчика, учили чужому. Я чужое кушал, меня заставляли, кусочки я глотал. Мне в этом помогал воздух, без него ничего я так не сделал. Всему делу был он, как живое полезное существо. Без него мы, все люди, не сделали для себя такую одежду, она нами шилась, чужими руками. Ее примеряли на меня, делали фасоном, так хотели чужие люди.

      10. Они и дом для себя с чужого материала сделали, окна чужие ввели, двери чужие поставили. Для захода порожки уложили. Есть свои живые, обутые в чужие сапоги. Ты в них сюда, как в чужой дом, заходи. Тебе люди – совсем  чужие, они ходят в чужом. Им хочется – по их примеру и ты так живи.

     Я так жил, так у них учился. По их делу надо было, как чужое, делать. Тебя в этом любили, как чужого считали. Хотели, чтобы я был у них ученый человек, учился на генерала. Все дороги к этому меня вели, все люди этого хотели. А природа на их хотение ума не дала, сил я больше не имел. Научился в школе писать, решать, читать. Четыре класса всего прошел, и это было все чужое.

     11. Я по чужому следу пошел к пану в наймы работать. Люди совсем чужие этого хотели, чтобы я им в жизни как чужим помогал, они этого хотели. Я был парнем, молодым человеком, юношей. Если я чужих людей, их не буду слушаться, они меня не примут в свой гурт, в свое общество. Меня этому учили, чтобы я своего начальника знал и его как такового слушался, тогда мне будет чужая жизнь прививаться. Я чужим парнем между чужими людьми возрастал. Я был чужой человек, с чужим человеком уголь сеяли, со штабеля носили носилки вдвоем в бурт. Нам за это платили рубль. Мы работали от шести часов до шести. Уголь грузили, 1000 пудов – 302 рубля. Тяжело, но надо было в чужих людей работать. Люди чужие заставляли копейку, так я жил. То работал на верху, а то полез в шахту. По своему возрасту я сделался настоящим шахтером. Сначала на плитах в брибере вагоны ставил, груз – с пути, а порожняк на путь ставил.

      12. Работа была подходящая, 150 копеек, я их заработал. Нас двое: я, Илья Колгонов. После чего полез в лаву уголь лопатой швырять, приходилось вагоны гонять тяжелые. Свой это был труд, и в шахте воровал вагоны. Давал чужому дядьке жить, быть хозяином лавы. Наше дело такое: из вагона Бочарова вытащить, а в Санина вложить. Номерки отнести надо вагонщикам, чтобы был у них счет.

     Рубить на … приходилось, бурить, зарубку делать. И самое это главное – быть в лаве хозяином, отбивать уголь, крепить, клети ставить. Все это делалось нами, два человека: Федор Иванович и я. Нам платили два рубля 20 копеек. Жизнь была хорошая, только надо иметь для этого свое здоровье. А работа была жизненная. Убьет, и не спрашивай.

     Нам люди чужие подготовили штрек, они его направо, налево зарубили. Это хорошо, но плохо – был сверху сланец.

     13. Мы это все должны отбить и выдать уголь на-гора. Мы вдвоем полезли, по нему прошли, посмотрели. Надо наши руки. Что будет, знала природа. Нас – оттудова. Мы к… ход сошли, сели. Федор Иванович закурил – вся эта система рухнула, у нас лапочки потухли. Этим мы в чужом деле спасли свою жизнь. Ради меня это все сделалось.

     Я был братом приглашен на Штеровский завод, на бегунки молоть аммонал. Порох делал для снарядов. Между русскими и немцами разгоралась. Оказалось, что я – участник в этом чужом деле. Я делал порох для артиллерии. Меня как такового убрала природа. Она себя взбунтовала, сильным проливным окружила дождем. Моя смена – из двух часов дня. Всем природа не дала дойти при условиях на свою работу, от меня чужих людей оторвала. Кроме двух девушек, все не пришли на свою работу.

      14. Что было делать мне? Часы уходят, надо аммонал выгружать, а людей нет. Я этих девушек беру с собою, мы втроем выгружаем. А комиссия в лице англичанина Пусселя пришла расширять это здание. И полячка набралась смелости, она захотела в этом обидеть меня, как русского человека. Со смыслом заявила, что ее с боем заставляю выгружать. Пуссель был на стороне полячки, ни слова не говоря, дал команду французу Эмилю меня уволить. Я не смог всеми людьми этому делу доказать – чужие люди. Природа меня не забыла, а за это все послала на магазин сапоги хромовые забрать. Мы вдвоем с Ивановым Алексеевичем замок сломали кайлом и покойно все сделали. Никто не потыкался.

     Скоро на войну наш год царь призвал. Мы пошли не воевать, а кресты на грудь вешать или в кусты головы класть. Природа, этого она не сделала, а царя с престола убрала, большевика Ленина ввела. Этих французов, англичан большевики убрали вон.

      15. Паршек пришел служить не царю, а мужику Керенскому, такому человеку, как и все люди. Неизбранный, можно сказать, самозванец. Все этого хотели. Лозунг Ленина послал всех людей за землю воевать, у капиталистов их право отбирать. То мы сделали. А Ленин сделал землю общим делом, и так же заводы, фабрики. Нас, людей ученых и неученых, пригласил, как пациентов, идти и это делать – социализм. Советская власть – это есть мы, весь народ. Учил: делайся ученым, твори чудеса – будешь жить за счет этого всего. Чтобы чего-либо нового получить! Они, все люди, окружились чужим. Такие самые остались все люди на чужих местах. Дома заимели, и в дом, в этот двор тянули все, чтобы жить хорошо и тепло. От этого всего не хотелось уходить. А природа есть природа, она этого не хотела, чтобы так жил человек.

      16. Свои силы направила – холодное и плохое. Он не знал, что делать. В этом средств таких не нашел, чтобы сбавиться от этого всего. У него недостаток, это уже болезнь, да еще какая мучительная. Чтобы избежать – нельзя. Надо расстаться из чужим, а свое живое тело умертвить, положить его в землю, сделать прахом.

       Так это люди сделали до прихода на землю Паршека. Родился в 19-м веке, а во славу придет в 20-м веке, не чужим человеком, а своим живым человеком. Займет место свое живое естественное, азот. Это воздух, это вода, это земля, что нам дало все для нашей смерти. Мы умерли в этом. Нас природа держит всех в земле в прахе. Мы их сами закопали. А Паршек пришел на землю от этого дела спасти весь земной народ, его природа к этому подготовила.

       17. Он так жил в природе 35 лет, все он по нашему такому делал, убивал. Мои предки начинали с землянки. Развитие моей жизни – от цыпленочка, ягненочка, теленочка, лошадку. Самого большого бычка запрягал. Возил, продавал, покупал. Словом, прибыль эту я имел. Дом отцовский построил. Жили неплохо. Хотелось от этого всего лучше пожить.

        Люди вздумали на вольные земли поехать. Меня как такового выбрали ходоком от бедноты. Я был в деревне видный за свою способность, за свое коммерческое дело. Меня наши мужики не отгоняли, считали меня хозяином. Я лез вверх со своим таким развитием. За что только я не брался, проигрыша не получал. Все мне как таковому в моей жизни давалось. Я со многими дружил из-за моего такого умения. С Дона возил. Покупал зерно, молол на муку, его в Луганске продавал. С Таврии привозил. Все было хорошо.

      18. Были в пути бандитские грабежи с убийством. Меня оставляли, а другого убивали. Так бандит сказал: «Жаль твоей молодости». Я природой защищен. Я свое брал. Мне эта поездка много дала.

       Я – крестьянин, хлебороб, шахтер, заводчик, завскладом. Ведал, завхозом был, распорядителем комбикормов. По всему Союзу агентом доставитель лесопильного материала. Армянпромсоюз, экспедитор торговли ЦРК Армавир. В ОРС заготовитель при имени Ворошилова железной дороге. ОРС уполномоченный, централизованного порядка заготовитель, хозяин района. Откуда был сокращен администрацией, и вплоть до прокурора. Он вызвал психиатров светил области: доктора Покровского, доктора Артемова, профессора Николая Николаевича Корганова, учителя моего.

      19. Паршек с ними встретился. Он двое суток говорил, им доказывал свою идею. Они его не сбили с пути. Мысль моя, она не сбивалась. Я решился на все. Надо работать, а от меня труд отняли. Куда, кому я нужен? Да никому.

        А сам резко говорю. Вы, бедные, пребедные наши люди. Вы, ученые, такие бедно страдающие вот люди, вам надо в истории вашей на человеке диагноз, точная болезнь. По этому по всему – ваш стандарт, лекарства сколько. Вы делали свою ошибку, вы в больнице есть администратор. Больного везут врачу. А у вас персонал, за кого он держит руку? Да за своего начальника. Ты их держишь в штате, им за это деньги платишь. Хорошо сделает – благодарите. Скажите вы мне, пожалуйста, на мой такой вопрос назревший: кому этот больной  надо в его такой мучительной болезни?  Вы это должны по закону принимать.

      20. В больнице не грех человеку кончаться. Не я это говорю, моя идея противополагает вашей. Слово сказать больному, он вам, как ученым, верит. Какая огромная сделана людьми вам техника, какая огромная больница, какая у нее есть обслуга! На них белые халаты. Вы создаете всю свою историю на человеке. Ваше дело – у вас в руках. Все без вас не обходится. Нигде никак своим учением не предотвратите никакое заболевание. Вы – хозяин любой этой болезни, только бессилен в этом. Вам делают хоромы, чуть не воскресающие здания. Вы там профессор, вы там академик. А сколько там ассистентов. Всех врачей не пересчитать. А как был начальный больной, так он и остался больным. Вы же средств ему в природе не нашли, и не сможете на это вот иметь.

      21. Для живого естественного тела техника, искусство, химия негодны. Вы в этом деле технические, бессильные в природе люди есть.

       Человек – это есть для жизни все, мыслитель и делец. А вот он помощи не получает. Он в природе заболел, а к нам приехал лечиться. Мы его вину в природе не знаем. А история нам не сказала, что он будет вечно жить. У нас люди все умирающие, смерть над нами сильна. Мы не знаем, не ведаем, а что делать нам, чтобы жить? Мы окружены мертвым капиталом, чужое мы имеем. А с чужим – не со своим. Чужой с чужим, они воюют. Соседи близкие, а зло у них большое, не одолеть. Прибыль чужая природная мучит их. А природа есть природа, она ни у кого и ничто не спрашивает. Если захочет она чем-либо одарить, у нее силы есть на это. Захочет она обидеть – и это у нее есть.

     22. А мы все хотим хирурга на это. Мы так надеемся на наш нож, и в этом мы ошибаемся. Режем, как цыплят. Надо нам в этом деле не большое здание. Чужая теория, она не ясна. Что знает чужой к чужому человеку врач? Он же сам чужой в этом человек, учит нас природному чужому совсем. Сам боится крепко холодной воды, стоит на очереди, ждет завтрашнего дня. Он в нем заболеет, да еще какой болезнью, и наука медицинская не поможет этой болезни. Это болезнь есть чужого характера.

     По моему такому выводу моего дела, чужого не можно опознать. Оно не признается, его в этом во всем есть хитрость, оно уходит со своим.

      Этого дела у Паршека не было. Он со своим живым телом лез в природе на гору. Он ученым своим всем доказывал.

      23. Его слова у жизни есть истина. Не ходил по снегу разутым, а потом уже так вот получилось в его жизни, он силы заимел. Ему некому доказать в этом, он практик. Человек смертного характера, за него природа. Он готовится ею. Он на селе работал и там принимал больных. Это первая встреча с учеными, они этого в жизни не видели и не слышали. Их заставил Паршек, на себе он базировался в этом деле. Его учила природа запахом ее естественного характера. Психиатрам не давалось легко обнаружить на нем болезнь. Она на живое тело природой не садилась. Паршек в этом гарантирован, он встречал дни без всякого выбора.

        А меня ученые бросили в природу. Я пошел прямо на Мясницкий район, держался Азовского моря. Мысль держал, чтобы сбросить чужое – всю причитающую одежду.

      24. А сам – в волны морские. Это значит, надо умереть? Меня не для того готовит в этом природа. Она меня такого вот раздела до чистого тела. Шел вон прямо там, где люди были. Со мною встретился старик нацмен, армянин. Он меня такого остановил, спросил, куда я шел? Я ему вкратце сказал: «В море иду». Он меня вернул, сказал: «Твоя жизнь впереди». Его слова, они сказаны истинно в природе. Она меня как такового вернула назад. Где тут взялось посеянная людьми пшеница, она мой бег приняла. А за мною уже погоня, милиция на машине, как это надо. На лошадях ездовые поймали меня. Мое живое энергичное тело привели к машине. Я посылаю верхового в яр за одеждою. Брюки, рубашка в портфеле. Поехал, привез. Вот чего психиатры своими умами сделали такому человеку, как я был.

      25. Вмешалась милиция, привели в Мясницк, в свой такой район в милицию, где был один дежурный. Лежал на полу тулуп. Я у дежурного спросил: «Разрешите мне в него завернуться». Не спать в нем, а думать. Голова развитая лазила по природе, по тем условиям, в которые я со своей идеей так попадал. Да еще это не все. Впереди очень много дел, да еще каких.

      Я – за обиженного, больного, за психического. Чтобы природа его не наказывала, надо предотвратить его такое заболевание, такое бедствие. А оно его мучило. Я этому всему спаситель, особенно здоровому человеку. Если бы у меня этого средства не было, что б я в этом сделал? Без природы я ничто. А когда за меня природа!

      26. Да еще заключенный, мученик от административного лица. Моя идея такая: от чужого надо отказаться. Сам в тулупе лежу. А в тулупе не спится, а думается.

      Я очутился на высоком кургане, а трактористы пахали землю, увидели меня такого, я был в трусах. Они ко мне так пришли, спросили в меня: кто я таков? Я им сказал: «Тот человек, которому приходилось в природе найти такие средства для спасения бедного, обиженного, больного человека». Они  заинтересовались мною. Их заставило меня пригласить в будку. Я когда входил в двери, то был на арене Сталин. Я туда зашел. Как у спящего сонливость, она меня окружила. Да еще кашей пшенной покормили. Я тут же уснул, на мое такое горе. Мне послышался голос крепко: «А кто вам давал такого права в будку пускать посторонних людей?»

      27. Я это услышал, касалось моей личности. Я, как пуля, оттудова выскочил, сам скорей в природу. Люди меня догнали, ловят, ведут к линейке, на пару лошадок усаживают в задок. Двое их. Один у меня спросил в насмешку. А погода, на мое такое счастье, светила луна. Ему хотелось знать, что было на небе? А я ему тут как тут стал рассказывать, а что делалось на земле. Советская власть, колхозы, совхозы, тракторы, комбайны. Словом, такой рассказ не по душе.

       Село генеральное расположилось, молодежь по улице гуляла. Нас они встречали, провожали, особенно меня. Я им был дикий. Скоро мы приехали в конюшню к конюхам, они от меня, как знали, не отказались, взялись беречь. А я по входу в дом обнаружил настоящее ружье. Спросил: «Что это такое?» Мне сказали: «Ружье». Я им: «Вели его убрать вон».

      28. Про все свое в деревни. Как меня мои друзья по воровству меда, они предали. Очень здорово прикладами били, да по селу водили. Мы танцевали. Скоро в этом наша ночь прошла, пришло утро. Я холодной водой умылся, вышел на улицу. По бульвару по плитам хожу, жду указания. А в самого такое дело: туча яблоком появилась, ради меня она упразднилась. Автомобиль пришел, и готовят к участковому. Я стою. Выходит из него солидный человек. Я в него: «Чья машина?» Он мне сказал: «МТС, я директор, – он говорит, – хочу, чтобы она тебя довезла». Я у него спросил: «А меня ты знаешь?» Он сказал: «Нет». «Да я, – ему говорю, – убил таких 50 человек». Он уехал от меня. Тут же на лошадях комсомолец доставил. Показал двери, где он находился. Я – туда, а он взялся меня крестить матом по всем швам.

      29. Я стал, стою, думаю: это воспитание деревенское такое. Он устал, я перед ним извинился и спросил: «Что это за портреты?» Сталин, Ворошилов, Каганович, Буденный. А он говорит: «Правительство». Вы так деревню воспитываете. У вас есть телефон в хозяйство РОССТРОЙОРС?

«Есть». Звони, спроси за Иванова Порфирия. Он вам скажет. Там Алимов директор, Берецкий, он по финансовой части.

     Тогда участковый за меня вмешался, прокурор отказывает, как беспризорника. И это у них не вышло, сам участковый пошел за меня.

       Я в хозяйстве. Меня провели в управление. А кому я там надо? Я выступил со словами: «Советская власть хороша по закону, но люди нехорошие». А меня в милицию в ГПУ. А я оказался свой, не чей-либо, не контрреволюционер. Меня так освободили. Кому я был нужен? Да никому.

      30. Я на старый базар. Меня ловят, как беспризорного, в приводную опять милицию. Если бы посмотреть на эту вот картину, она мною окружена – это не жить. Думали они одно – получилось другое. Люди в моем поступке ошиблись. Ведут общим сложным всех беспризорных во второе отделение милиции, и я иду туда. Только что в дежурку зашел, а ко мне уголовного розыска начальник подходит, спросил фамилию. Я ему сказал: «Иванов». Он меня к себе пригласил, там моя одежда оказалась. Я оделся. Он меня направил к Чернову, к председателю контрольной комиссии Азово-Черноморского края. Я туда к секретаря, он меня принял до прихода самого Чернова. Он вызвал психиатра Покровского. А что он знает по моей части? Я был для него первым таким человеком. Он стал меня изучать в письме.

      31. Я им, как ученым, не стал о своем всем так молчать. Вижу такую штуку, что они с этим делом не разберутся. Взялась за это мать-природа, она подготовила меня по природному жить. Не готовиться к завтра. А сегодня прожил, завтра нужен будешь, она тебя пожалеет. Это не техника, это не искусство или химия. Чтобы уметь на белом свете жить – воздух, вода и земля – три самых основных тела.

     Мы в этом начали маленькое дело делать, сделали его, показали, пригодилось. Мы сделали другое. А раз два дела на пути, за третьим мы в карман не полезем, сделаем мы так само. Мы же есть такие вот люди, на этом не остановимся. Из маленького будет большое. А когда оно будет больше, его можно будет использовать. Его заставлять можно. Он созрел, он пригоден к жизни. Любая ягодка, она с маленького цветочка показалась.

      32. Я – этому началу первый человек, с ними встретился практически без всякой техники, без всякого искусства, без химии. Человеку надо воздух, вода и земля. Наш человек такой, как он был до этого? Мы его рождали. Еще он не жил на свете так, мы ему уже приготовили пищу, и одежду мы ему сделали, дом построили. Жить бы, жить, а он заболел и умер.

        Нам надо – по-моему. Я им предлагал так родить, как оно должно быть – без всякой потребности. Мы так не рождали, и не пробовали мы без этого оставлять дитя. Мы этого права ему не делали. Считали, это не в моде оставлять без дела. Мы с вами привыкли делать. Хоть какое-либо оно, но мы должны что-то в жизни сделать.

       33. Я ученым свое то, что надо, наговорил, как это будет. Я останавливался на истине. Они задавали мне то, чего я знал, чего ответить. Они с моим новым согласны? Я от них ничего не хотел, чтобы они мне в чем-либо помогли. Это не их было такое дело. Они без природы – ничто. Так и я без нее. Это была их инициатива меня сюда в тулуп положить. Милиция, она ведет дело, которое я так начал.

       Все природа настаивала на этот вот путь. Я – противоположный всему делу. Я не за чужое, которое нам дает сама природа. У нее очень и много всего того, что будет надо нам всем. Особенно нашему земному такому человеку, где он поселился. И что он там делает? Его есть профессия. Какая она не была перед ним, он сам окружен чужим. Его как чужого держат в условиях чужих. Он ползает. Ему надо место лапой наступить. Уже он топчет не свое, а чужое. Так что свое – это его тело.

       34. Он от многих сам защищен чем-то. А прежде чем иметь это, нужно знание, способ. Он сделан с природы для природы. Она так в этом деле терпит до указанного времени, потом исчезает. Природа, она не живет долго, упраздняется в деле, какое оно не было, а себя видоизменяет с одного в другое. А воздух, вода, земля – неумирающие. В них мы это чужое, что нужно, находим, и с него мы любую вещь нужную делаем. Нам природа дает маленькое и большое для того, чтобы мы удовлетворились. А нам все равно этого мало. Мы этим больные. Думаем, лазим, ищем небывалое, все силы в этом кладем, а нам природа не дает. У нас на то развит большой аппетит. Мы бы поели все, но нет, чего кушать.

     35. Паршек для того родился, чтобы сам генерал отказался от армии, от дивизии – полковник, от полка – майор, от батальона – капитан, и лейтенант – от роты, и прапорщик – от взвода. Солдат никому не будет нужен. Это дело самого генерала – ошибка. В жизни врага не было, и не будет его. Он создался в этом деле, в этой науке. Мы для этого делаем всю причитающуюся технику, учимся быть таким. Когда мы это в жизни признаем, эту большую ошибку, самому генералу признать эту всех ошибку, войны ни у нас, ни у них войны не будет никакой. Некому приглашать солдата, и не будет того, кого слушать. Также делается всеми людьми, это же само дело, от чего приходится нам, всем людям, во всем отказаться. Это все чужое уйдет, его больше не будет между нами такими, по всему моему делу.

     36. Разве они с этим согласятся? Они вели через милицию к психиатрам в больницу. Они тянули в Ростов на Пушкина, где шефом был доктор Артемов. Он делал мое сознание. С моими такими словами он разве согласится? Паршек это вел, это он делал, чтобы в людях это получилось. А раз я попал в эту вот больницу, история моего прибытия осталась. Она представила в железнодорожный вокзал, ВТЭК, Солнцев был врач. Он мне за это дал своим определением 1-ю группу инвалида труда. Я их такого поступка испугался до крайности. Мы ехали с милиционером в Ростов, я ему сказал за наш приезд: «Природа встретит дождем с грозой». Так оно и получилось. А тогда не было, стояла засуха. А для меня природа слала условия на это вот дело. Так как психиатры на свое тянули, она не была с ними согласна.

      37. Она рождает мысль, но не врач. А моя мысль ведет всех нас к новому небывало. Это есть поток, он был, он есть, он будет. С этим вот выводом не согласится природа. Она сделать урожая такого, как люди думают, его не будет. Боговы слова ходят по земле – свой Гимн. Уже про это дело поют.

      Еще родимый в жизни вопрос. Детское содержание, за которое приходилось в людях самому оставаться. Я этому делу личной жизни есть практик. Это рожденное в жизни дитя спасти надо, сознание ввести. Всех детей попросить от имени Учителя, чтобы в жизни своей не делать ничего, особенно прекратить детскую похоть. Надо так поступить, желание у себя заиметь. А кому невмоготу – делай.

      38. Это наша будет будущая смена, она нами рождается. Не может знать, как по всему этому пришедшему делу по существу. Мы не хотели бы его рождать, это не в наших таких придуманных силах. Наше дело такое, делать приходилось, это люди так выдумали. Их заставила сама природа, чтобы эти вот люди для продолжения жизни рождались. Так в этом и делалось природой. Она всему делу была мастерица, этих людей свела, они этим занимались.

        А это дело, что я так сделал. Это мое такое, самим сделанное в этом, дело. Я имел и большую у себя эту похоть. Она у меня была развитая. А потом я это развитие удалил сознательно. Надо было делать это вот дело, но я ради этого всего не выпускал эту жидкость. Этим сам себя спас.

     39. Хоть ругайте, хоть браните, но так у жизни получилось. Я, если бы в этом не делал, уже с колеи с жизни сошел. Надо было в этом деле так не стоять, ногами босыми ходить по природе такой. Она не была такой вот, как она есть. Дни ее, приходят они неодинаково со своими силами. Он с собою брал хоть одного человека, и так же рождал для смерти.

       Я опознал в жизни то, что сделал для себя человек. Ему природа это дала через его труд. Он начал жить и то делать, чем он стал в этом сам защищаться. Он нашел в природе одно, он нашел другое и третье, чем одно время пожил да повольничал, как в чужом смертельном деле. Он ошибся, его природа своими силами за это наказала, ввела ему недостаток, без чего он жить не смог. Вот чего она сделала в процессе.

       40. Не надо такого вот человека рождать, а лучше этого живого надо сохранить.

      Мы его как такового не знаем, а кого мы с вами родили? Человека. А кто он будет в этом? Мы его рождаем так, как рождают все. А он мыслью своей окружен, идет по своей дороге. Куда она его приведет? Он даже сам не знает. Всем хотелось быть в жизни генералом, а он такой есть один из всех.

      Знаю я живого ходящего по природе, в нашем селе он жил. Красовался до своего такого времени. Ему наши селяне дали имя Петро Старчоков. Мужик своего соседа Кубаткина Бочарова Платона, кто жил возле своего отца. По другой половине жил Архипка Постеренок, Кирилов Николай с братом Дмитром. Знаю за Антона Бочарова, он жил по проулку возле колодца. Знаю Эпифановых, когда-то он был единоверческим священником.

   41. Запун Кирюха из своим сыном Федором, два подряд коваля Куляши да Сергей Бочаров, Павло Михеев, два брата Бочары, Илья Федотович, брат его Федор Лукьян, он же был торговец. Фонос с Тришкою Аникеев Фока, Ивлевы Писаряты, Артем звонарь, Ларион из своими дивчатами. Акулинка Максим, Емельян Демьянович со своими студентами Фомы Бочаров, Ясянова Иван, Горюха Егор Тимофеевич, Фома, Кобяк Василь Иванович и Федор Иванович, мой дядя; Егор Спепанович, наш по школе Учитель; Егор Сычев, Константин Шубиков; Елисеевы, Семен Кирила; Семен Кирила; братья Сивастьян, Василь Волковы. Чувилкин Трофим, Гришка Лопот, Федор, Луганские Свирид, Степан братья, Андрей с Василием, Козарев Потапов, Волох, Тихон сапожник,

    42. Кошталын Иван, Кобза Кирюха и сын Емельян, Мончики Иван Потапыч, Никит Степанович, Мураша, Иван, Павло Кивенек, Мишка Ипоралов, Павло судья Семен Ипоралов, Бирюк, дед Семен, Василий, Сашко Исаев, Гришка Игнат Антонович, Платон с Демидом, Эким портной, поп старообрядческий Элмиха. Колганы, Трошка Слесарев, Сидор Полехин, Коганин, Слесаревы, Аненковы, Копники, Яшка Бочаров, Василь Носов, Сычевы. Луганчата, Корней, Давид, Макар, Акила, Петро зять попа; немцы Пастушки. Мишин проулок, общее кладбище. Харлам, Михаил, Полехин, Григорий Бочарев, Родион, Карпо, Алексей Настеренок, Егор Слесарев. Аврам, Павло, Никита, Федот, отец Эким, ___

     43. Савка, другой Савка, Кондрат, Степка Полехин, Ефрем; Ивановы, Корней Иванович, мой родной отец. Я, Паршек, Федор Иванович, Дмитрий Сергеевич.

     Вы спросите у них, как в таковых людей. Жили они на белом свете, какие были они хозяева своего двора? Кто зря к нему не подходи. У него лошадка была, коровка и другие. Он жил хорошо. Когда его день пришел, он сдался. Как таковой без дела не оставался, хоть дорожку от снега он прочистил, это его была такая работа. А сейчас они все, эти вот люди, их зарыли в землю. Они лежат в прахе. Все они забытые, как один. Никто про них и не вспоминает, что они такие вот в жизни были. Друг от друга уходили, и не приходили в цель.

      44. А уход – это самое в жизни для человека дело, за это природа догоняет и сажает на тело свою язвочку, чтобы человек так ушел с колеи. Этого в жизни не было. Люди бросили свою такую вот жизнь только через дело своей такой жизни.

        Люди захотели на свое место прислать человека, чтобы он его своим телом заменил, чем человек ошибся. Другое лицо на свое место прислал. Эти люди этого покроя, сейчас они заменили нас. Эти умершие люди имели стадо коров, стадо быков, стадо лошадей, стадо овец да телят. У них были пастухи. Словом, жили мужиками. Они весну встречали кучею захватом, бежать в степь за землею. У нас в наших людей есть на белом свете в природе все: техника, искусство, химия.

      45. Все у нас для жизни человеку, оно имеется. Мы имеем все в жизни, только одного-единственного нет – от простуды и заболевания средств. Человек в природе не живет, а умирает. Нам, всем людям на нашей земле, не плюс, а минус.

       Я эти средства, эту всю возможность в природе нашел, ею окружил себя. Она у меня есть истиной для того, чтобы нашему земному народу без всякого Якова с душою и с сердцем передать. А они меня, такого вот у жизни мудреца с такими качествами, запрятали, чтобы я ими не владел. Они находятся в Ворошиловградской области, Лутугинского района, село Ореховка. В этой местности я, Паршек, родился.

      46. Это место Чувилкин бугор, отец мой родной по наследству его передал мне. Корней Иванович, у него бедность шахтерская окружала. Люди спрашивали: «А куда ты будешь девать Паршека, ему надо двор, ему надо хата?» А он им так ответил: «Вон, Чувилкин бугор!» Я его с людьми оформил, практически сделал на нем, пропел гимн:

      Люди Господу верили как Богу,
      А Он Сам к нам на землю пришел,
      Смерть как таковую изгонит,
      А жизнь свою во славу введет.    
      Где люди возьмутся на этом бугре,
      Они громко скажут свое слово.
      Это есть наше райское место,
      Человеку есть слава бессмертна.    2 раза.

 Эти куплеты поются в Гимне два раза.

        Ничто в этом деле не спасает в жизни человека: ни золото, ни серебро, ни какая-либо деталь. А воздух, вода и земля дали нам временно в природе жизнь. Мы в ней пожили да повольничали, а потом умерли на веки веков. Нас не стало.

      47. Уважаемый секретарь КПСС Лутугинского района, вам пишет Паршек из села Ореховка. Он  говорит о Чувилкином бугре, как об истине, которую указывает нам, живущим людям на земле. У нас есть все на белом свете, мы его имеем в природе. Она нам дала, в чем мы живем один раз, а второй раз мы простуживаемся, заболеваем. Поболели и умерли на веки веков. У нас нету на это все средств для спасения всего мира в жизни. Умирали, умирают, и будут умирать в этом деле. А я со своей идеей эти средства в природе нашел. 48 годов проходил, проискал босою ногою, нашел их, имею. Теперь хочу передать всему земному народу с душою и с сердцем без всякого Якова. Но вы со своею мыслью моему предотвращению от простуды и заболевания не поверили, посчитали, это все есть секта. Я ее вам передаю – походить так, как я проходил, чтобы за вами осталась эта истина, которую я нашел. Она теперь лежит в вашем районе, она ждет меня.

      48. Я, Паршек, должен на это место со своей идеей  так придти и свое дело практически всему миру всем людям показать. Если бы знали те люди, которые уже умерли, они бы мне поверили, вслед за мною пошли.

    Мой гимн моей идеи воссиял:

Люди Господу верили как Богу,

А Он Сам  к нам на землю пришел,

Смерть как таковую изгонит,

А жизнь во славу введет.                       2 раза.

Где люди возьмутся на этом бугре,

Они громко скажут слово,

Это есть наше райское место,

Человеку слава бессмертна.       2 раза

      Вот, уважаемый, за что я проходил эти годы – за жизнь, но не смерть. А вы ввели в мое дело какую-то секту. Пусть кто-либо из всех людей попробует. Эта дорога, она есть и будет всегда, если мы за нее возьмемся. Мы сделаем для всего такого мира. Мы перестанем простуживаться и болеть. По моему всему, смерти не будет, а жить мы научимся. Всему дело есть природа. Она нас не учит, чтобы мы так вооружались и злились друг на друга.

     49. А кто будет в жизни славен: капиталист или коммунист? А все мы живем не на своей земле, она чужая, но природная. Она фундамент держит любому такому строению. Мы орудие установили, чтобы им стрелять. Оно же по воздуху летит, снаряд делает перелет и падает. Чтобы точно. Не попадать не бывает.

     Как жизнь наша человеческая проходит? Не в один день помираем. Мы живем все в чужом, в природном. Она нас гонит с дороги за то, чтобы мы не убивали, не воровали, не присваивали к имени своему. Природа есть природа, она нам создает в жизни дело. Мы с вами делаем и в нем ошибаемся, горим в этом деле. Простудились, заболели, поболели, поболели, и умерли на веки веков. Нам, живым людям, героям в этом грош цена. Не жалеем сами себя. Мы имеем азот, воздух, воду и землю. А сами с этого делаем из природы. Сшили одежду и нею огораживаемся. Делаем красоту, вкусную пищу да со всеми удобствами дом. В этом жить бы, жить, а природа не дает. Нас таких убирает с дороги за наше все нами сделанное. Мы в нем живем,
как короли своего места до одного времени. А потом приходит такое нехорошее для всех время, мы теряем свое здоровье. А без него жить нельзя. Мы умираем. Вот что мы с вами сделали. Это наш такой поток, и больше у нас нет ничего. Старая история в этом.

     50. Паршек не за старое, а новое неумирающее. Вот чего он для нас ищет – человеку такую возможность неумирающую. Так это не ждите плохое в природе, а хорошее через Паршека придет. Желаю вам счастья, здоровья, хорошего. Я жив и крепок, вас не забываю. 1981 год 15 января.

     Вы приехали с академии. А для чего вы живете? Вы не на своей земле живете. Я, Паршек, – противоположный теории, противоположный политике, противоположный экономике. Я – за природу, за практическое, ее дело. Самородок. Мой источник – это закалка, тренировка. Я тружусь на благо всего мира людей. Учусь в природе.

      51. Хвалюсь перед миром. Истинно хочу сказать за самосохранение лично своей клетки. Мое здоровое закаленное молодое сердце – 25 лет. Выход мой – в свете. Я не боюсь никакого врага, даже своей смерти. Если бы этого не было в жизни моей, я бы давно умер. Я есть человек земли, дышу очень крепко, а говорю резко о природе, о физическом. Самое главное – это воздух, вдох и выдох, снежное пробуждение, мгновенное выздоровление нервной центральной части мозга. Я люблю и болею за больного. Душу его знаю и сердце его, как хочется ему помочь. Через руки током убиваю боль. Это нам говорят не слова, а все делается делом. Рука моя пишет, Владыка. Справедливость какая!

      52. А просьба какая? Меня надо просить – будешь здоров. Кому это будет надо? Юноше нашему молодому. Да нет, уважаемые. Это – это  мировое значение. Нам надо мать-природу любить, как око ее беречь. Болезнь не играет над человеком, а человек – над болезнью. Нам надо учиться в Иванова, чтобы не садиться в тюрьму и не ложиться в больницу, а жить свободно, не лезть на рожон. Какая будет слава, если мы, все люди, скажем свои слова: здравствуй, дедушка, бабушка, дядя и тетя да молодой человек! Эх, и жизнь моя тяжелая для всех. Поймите меня, сердца свои вы закалите. Милые вы мои люди, гляньте на солнышко, вы увидите правду, свое выздоровление. Быть таким, как я: Победитель природы, Учитель народа, Бог земли.

     За что же меня так люди назвали? Врага в жизни нет, Учителем стал, за здоровье учу их. А глаза открыл женщине, она так сказала: «Ты – Бог земли».

      53. Я об этом сказал в своих написанных словах. Я маленький самый начальный человек. Не признать того, чего есть. А золото, серебро – не спасаемое существо.

     Сыну как таковому отец в природе подарок в жизни преподнес, живое существо. Поймал в лесу соловья, самую маленькую птицу. Сделал ему клетку, посадил его в нее и повесил над столом. Он долго не пел свои песни, а потом стал петь всякого рода песни. Он пел до тех пор, пока у сына родилось сознание к соловью. Говорит отцу: «Давай мы его, этого соловья, выпустим». Отец от такой штуки не отказался. Этого соловья они выпустили. Он полетел в лес и запел уже не такие песни, как он пел – его окружила чистая воля.

     54. Сын своего отца не послушался в революцию. Царя-батюшку с престола снял, а Советскую власть ввел, переменил систему. То земля принадлежала помещику, а теперь – крестьянам. А заводы, фабрики рабочим принадлежат. Такая государственная политика за счет ученых пошла. Стали люди теории учиться, мастерами поделались.

     Как вот делец сделал ради всех наших людей из многих аристократов молодых юнкеров одного офицера царской школы. Он его охарактеризовал Святой Троицы Сергея за его такую способность в деле царя. Он своего офицера так побил. В офицера явилось желание обратиться к царю и рассказать о былом этого юноши. Царь у него спросил: «Кто же это он будет?»… Тогда велел его провести к царю. Офицер его царю доставил. Царь у него спросил: «Зачем ты это сделал?»

      55. Говорит: «Учусь ради царя, как Бога». Но такого бесчестия не встречал, я ему этого не прощу. Надо уволить, а ему дали …15 суток. Так оно и прошло между всеми. Ему пришлось закончить царскую учебу. Он стал офицер. Продолжать? А взял дорогу монастыря, Богу молиться, служить людям, а потом в одиночестве быть в келье. Когда его царь по приезду в монастырь хотел видеть за его такое дело, он искал в людях истину. Но крылась их встреча. Он ничего не понял, кроме одного пути – идти в люди, там умереть.

     А «Очевидное – невероятное». Профессор Капица принимает такое предложение, которое послужит получению тепла. Это они решили общим делом сделать для всего человечества всей жизни, чтобы обогревать всех этим теплом.

      56. Но чтобы один, это невозможно.

     Из этого всего вывод моей такой идеи. Чего люди ищут, чего они добиваются, если ни одного человека не родилось в жизни, чтобы от него была какая-либо в этом польза?

     Родился Христос для людской жизни, но скоро его за это одного в этом распяли. Его идея, она воскресла, пошла в высоту для того, чтобы от этого всего царство небесное заслужить, остаться в этом вечном  царстве. Это Христос всем хотел, но не получилось у людей. Они крепко ему верили, но выполнять это – у них сил на это не хватало. Пожелать другому то, чего сам не хочу иметь. Этого дела ни один человек, он у себя не сделал. Такое никак невозможно сделать в жизни.

     57. Природа – чужая мать, она имеет очень и много дел. Чтобы кому-либо от них в жизни своей отказаться, никак нельзя. Ибо чужое кушаем, чужим мы одеваемся и в чужом живем. Если это кому-то отдать, самому  не в чем жить. Мы с вами привыкли воровать, убивать, именем своим называть: «Это мое». А оно – природы.

      Природа сама бесконечная круглого содержания. Многонациональное общество. Все до одного человека могут жить со своим здоровьем и то там делать. Надо будет поучиться этому делу. Это делают тамошние люди, они так без всякого дела не остаются. Для жизни своей в природе им приходится затрачивать свои силы на что-то. Природа, она так без всякого дела тебе в твоей жизни ничего не даст. А сделаешь дело в этом – получишь. Сама природа себя показывает на твоем следу.

     58. Ты есть индивидуального порядка, проживаешь на своем избранном месте. Ты видишь, ты слышишь, сам себя в этом готовишь то сделать в этих вот людях. Они этого не ожидали, чтобы этот человек своим умом, своим таким развитием такое дело между такими живущими людьми сделал. Его дело такое в жизни есть, которое он достиг. На это все такое сделанное им дело не каждый человек пойдет. Он видит, он это слышит, о нем говорят. Такая дорога в природе есть, она свободная, своими действиями идет к жизни, если ты такой человек окажешься со своим таким вот желанием в таком виде, и проходишь по природе так, как проходил по природе наш русский человек со своим физическим здоровьем Паршек.

      59. 35 лет он так, как все  жили и живут. Всю свою молодость он отдал этой частной, индивидуальной собственности. Своего здоровья в этом не жалел. То он делал, чего люди вместе с ним делали. А когда по дороге, по своему пути встретился с природою один на один, говорил с нею.

     Она ему говорит свои такие слова в жизни: «Почему это так в людях получается: люди много кушают, до тепла одеваются, а доме со всеми удобствами живут; и в этом самом простуживаются и заболевают, поболеют, а потом они умирают?» Я стал с этим разбираться, нашел их на них такую ошибку. Они дело делали и недоделали его, умерли. Поэтому я с ними поделился: мое – мне, а их – им. Им – хорошее и теплое, а себе я взял холодное и плохое. И со своим этим же самым пошагал босыми ногами по природе искать не для себя истину. Она в жизни была надо. Он не бросил и не ушел совсем от людей.

      60. Как оно делалось другими людьми на сегодня? Собирается какая-либо группа людей бойкого названия. Это экспедиция с учеными да такими, с геологии, всего исторического характера. Они свой путь прокладывают в природе пешком в Арктику и природные льды. А сколько для этого экспедиций, чтобы найти золото, серебро, медь и другие какие-либо руды или горючее? Словом, надо техника и надо искусство и химия. Их провожают люди земли со сделанным оружием. Они землю бросают на время, для спасения с собою берут мешки кожаные с содержанием, словом, вооружены всем. Им правительство в этом помогает. Делают корабль – ледокол. Они покоем ехали, там жили в мешках, а на землю они приезжали умирать, расставаться с жизнью.

      61. А сейчас Космос вовлек ученых, в невесомости наши спутники делают свое дело, которое так не дало ничего, кроме личных наград и титулов.

       Я – от земли. Со своей экспедицией не бросал землю и не уходил от воды и от воздуха. А держался наших земных людей, которые мне в жизни нашей помогают за мое то, что для них средство нашел и им огородился. Это воздух, вода и земля – самые милые незабываемые, в любви не умирающие друзья. Где бы я только таким ни был, и что бы я ни начинал там делать, я получал от нее то, чего надо.

      62. Я ее упросил, как свою родную мать, чтобы она мне как таковому деятелю в мире людей, своими средствами помогала обиженному, нашему больному в природе человеку. Где бы он таким не был, и что бы ему ни приходилось в этом делать в дороге, он должен от этого всего от природы за свое обращение к ней с просьбою. Ему это дает у жизни легкое удовлетворение.

     Всему дело есть Паршек, Учитель всего народа всей жизни. Люди наши, они встречались со мною, они моего появления пугались, считали меня: я был для них ненормальным человеком. Считали: я на них должен наброситься и чем-либо их обидеть. Я небывало впервые на себе это делал. Боялся я природы, как и всегда.

     63. Я, Паршек, не бросал людей и не уходил от них, не подкрадывался, а вместе с ними завоевывал природные рубежи. Весна, лето вело к осени, к зиме, а тело живое проходило по условиям, где люди жили. Им как таковым приходилось гордиться чужим достоянием, они без чужого не смогли так оставаться. Их в этом вся хвала: покушал, наелся чужого, оделся в чужое до тепла. А в дом чужой в чужом заходит и там всеми благами удовлетворяется. Им как таковым приходилось о многом думать, а делать больше пришлось. Я это сам практически все делал. Но когда-то природа о них нам сказала, я свою мысль перевернул, стал находить дорогу иную, не такую, как она была. Я с людьми поделился, им оставил их, а сам взял свое. Не захотел хорошо и тепло так в этом жить.

     64. Где бы человек ни находился со своим таким делом, чтобы он так не делал у жизни своей, он делал в природе для самого себя. Чтобы он что-либо другому полезное! Человек своей жизни, он делает для себя. Его такая мысль ведет по дороге к себе, он другому не оставляет ничего, кроме одного ухода.

     Человек не сможет оставаться в своей жизни без всякого чужого. У него есть сделанная с природы вкусная пища, смастерена его одежда фасонная теплая красивая, построенный дом из материала. Все это сделано им самим, обдумано умом необходимое в его жизни. Он это все приобретает, как свое имеющее в своей индивидуальной такой жизни. Он хорошо знает за расположение всего года, а сколько в нем находится его причитающихся дней, какие они должны прийти? Самое главное, зачем они по природе такие должны прийти?

     65. Человек, на этот счет он готовится, с этим временем он должен встретиться. И с чем, для чего. Он только не знает об этом времени, будет ли он в нем жить? А сам к нему готовится с оружием в руках, он хорошо о нем знает. Если он в нем сделает то, что надо, у него через это все будет какая-либо в жизни прибыль. Он ею так радуется. Это, он считает, его добро, добытое им. Он этим вот в жизни своей богатеет. Это его все как в базе растет и одно за другим прибавляется. А раз в жизни это вот прибавилось, уже хлопот прибавилось, больше этому человеку в этом труда, о чем он как таковой человек не сможет забыть. У него мало, что этот день. Он должен на это место прийти в это время, только не таким и не с такими силами. Он тогда порадовал этого хозяина его прибылью, это не забывается.

      66. Моя идея этого вот дела боится в жизни своей. Она думает, ее кто-либо чем-либо обидит. Это такая штука для всего мира людей. Она истиной в природе нарождалась, чтобы человек эту мучительную в жизни систему. Это небывалый поток, старое уйдет, а новое придет. Умирать на веки веков исчезнет в людях. Эта техническая способность, искусство не будет делаться, химия вводиться не будет. Дело рук человеческих в людях не будут делать, а возьмутся все люди сознательные во всем.

     Если только будет нам надо эта острая стальная иголка или острое шило, этому всему делу потребуется молоток, топор или же пила. Все это сначала требуется делать, чтобы у тебя что-то такое было,  на что смотреть и считать, это твое такое есть. Ты бы ничего такого в жизни не делал и не считал это все своим!

      67. Место такое для себя было возле воды облюбовано, свою ограду пришлось поставить, и назвал именем своим. Эта земля лежала вечно, никем она не была занятая, а сейчас на этом месте для своей жизни дом небывалого характера, хату поставил на углу. Сбоку примостился сосед, и пошел рост этому всему. Не хата одна, а сделался хутор. Когда стало много хат, деревня, село образовалось. Сбоку такое же самое другое. Дорогу проложили, стали ездить, знакомятся. Хата не одна, а хат много. Из села сделался промышленный город, какое-либо ремесло люди выдумывали, что-либо на базаре продать. Словом, на местах жизнь людская пошла. Во дворе собака загавкала. А петух закукарекал, корова замычала. А лошадка заржала, свинья захрюкала, овца побежала. Без всякого дела не оставалось.

      68. Если это будет надо в жизни, земля не денется, мы ее присвоим, как свою. За нею станем так вот ухаживать, чтобы она была нам источником. Брали сено от нее, пахать стали, делать грядку, зернышко в нее сажали, а много зерен собирали. Закрутилось колесо. День прожили, протянули, а второй встретили.

     Пошла эта чужая жизнь, ею так окружили себя. И делать начали дело, сделали живой факт. Мы его в жизни такой вот получили. Из-за дела у нас завиднелись расположенные дома нашего такого места. У нас наше колесо, оно закрутилось в жизни. Не ждали дело, а мы его таким вот находили. Стали его делать, в чем мы жить стали не плохо, а хорошо. В земле мы уголь достали, руду железную нашли, сделали доменную печь, зажгли огонь, вытопили чугун. А потом сделали железо.

      69. На арене получился коваль делать деталь, смастерил плуг. Люди заимели на это скот, запрягли в ярма, надели хомуты, сделали вожжи, пришили постромки. Стали пахать землю, ее волочить. Что нужно в этом, сеять.

     Стали время ждать, а оно бралось где-то и приходило к нам не скоро. К нему мы готовились, для этого вот времени снасть сделали, чего нужно. А в день всего-навсего вот чего хотели люди – они гнались за природным богатством. Им не одна земля давала место, их окружили дела. Надо делать кушать, не один раз, а много раз, чтобы в запасе было также. И одеваться, не одна рубашка со штанами. А дом строится годами, все время делается ремонт. Так что совсем не делать это – природа разрушит, не даст жизни, ты будешь бессилен. Тебя природа, она так вот обидит своими силами. Она любит, чтобы у тебя было в жизни все.

      70. Это система этого развития первоначального маленького дела. Человек сам это видит, ему природа сама разрешила получить это в его труде. Он начался для этого делаться в жизни с природы. Она ему дала такое возможное дело сделать, хотя, может, и не так оно получилось. Но все же это дело, которое наметилось, мы, люди, его как таковые на этом месте так сделали. У нас кругло получилось, мы сможем этим вот сами хвалиться перед кем-либо и сказать свое слово: «Так это мы его начали так вот делать, оно у нас получилось». А раз на арене есть такое начальное, мы в этом сами себя заставили  на этом деле не останавливаться. Раз оно уже есть первое начало, то почему мы не будем делать другое какое-либо из всех, мы же
люди, да еще мы есть какие в этом мыслители? Оно в жизни нашей так начиналось. А чтобы ее такую приостановить и не делать это!

      71. Мы же для этого дела со своим умом народились в природе. У нас органичное физическое тело, есть у него ноги ходящие, руки что-либо делающие, глаза смотрят, уши слышат, носом дышат, а ртом зубами кусают, жуют, глотают. Словом, для этого всего надо по природе лазить пешком, по ней делать, чтобы в ней что-либо найти и его обдумать, а потом сделать как какую-то штуку или какую-то вещь. Она нам обязательно будет надо.

     Хата есть первое нужное строение, в чем нам приходится  жить и что-то в нем делать.  Мы на этом всем,  что мы с вами сделали, это не все. Хозяин облюбовал это место для жизни вечного характера. Это будет его имени, так оно и осталось. А к хате приставил коридорчик. А почему ему во дворе не сделать кухню?

      72. Эта хата заставила другую хату заиметь. А раз одно, то люди общего характера сбоку поставили другую хату.  Это все росло недаром. И так человек со своим таким развитием бежал, еще больше от этого дела захватывал. Ему все мало этого места. Он посматривал, ему и это вот хотелось захватить. А в природе не одно такое было, чем можно была воспользоваться. Это было в жизни нужное, чем человек заинтересовался, как своим именем назвал. А когда им это пришлось воспользоваться, то другому человеку там делать нечего. Он находил в жизни иные такие пути, сам это вот облюбовал, старался все свои силы на это вот дело класть. Это тоже любимая охота так в природе поступить, как никто этого дела не брался и не хотел он так вот в этом деле делать.

     73. Человек этого места: «Я его облюбовал». И стал на этом вот месте он ежегодно, его к этому всему охота, это любовь всему. Он его окружил своим таким именем. К этому месту чужому человеку не прийти. Все там делает, свой считается человек. Он знает это вот такое место. К нему он готовится не на один такой вот день, который шел, организовывался где-то от самого солнца. От самого албанца и китайца, от кого зависит такая жизнь. Она на этом месте зависит. Мы такие вот есть в жизни люди, которых ждет это место, как больного в этом деле любой национальности. Мы его так жаждем, хотим, чтобы оно таким было. Мы на нем сосредотачиваемся, хотим на нем свое такое желание в этом сделать.

     74. Наше любимое во всем дело. Мы о чем крепко думаем, гадаем? Об этом самом деле. Оно лучами солнца окрашено, живыми охвачено делами. Мы, все люди, как один этого времени у себя так ожидали. Для нас, таких вот людей, это время, мы его так дождались. Он и к нам пришел кормить нас игрушкой. Год. А в году эти дни расположены, 366 дней, они за собою ведут наше огненное. Как мы, люди все, думаем о солнышке? Это мы есть, те люди, которым приходится ложиться и вставать ежедневно. Мы, все люди. Свое место не бросится, а займется. Свое такое место, как  делалось до этого, так и будет на нем в жизни делаться. Оно нам таким будет надо. Мы с вами не забывали свое домашнее дело делать.

     Спали – были мы умершие во сне. Мы ничего так не делали, нам снился небывало наш такой вот дремучий сон.

     75. Это вот место, оно никому не помешало. А всегда оно рано будило. Они рано поднялись и пришли на это место делать. У нас, у таких людей, так оно делалось, и будет оно так всегда делаться. Это есть наше такое первое начало всей жизни, за что мы так таковые никогда не забываем. Хоть мы рано утром до светлого солнышка. Мы про него знаем, так хотели да к нему мы прислать…. Его мы делаем, как какую-то такую особенность. Мы его строили для самих себя, чтобы другие такие люди к нами приехали и своим умом так сказали о нас, умно создавших людей, сказали об этом облюбованном месте. Мы его избрали и поселились на нем своими усадьбами да своим этим построением. Какое, они сказали, это есть такое условие всей этой нашей жизни, умно сделанное из этого камня!

     76. А к этому вот месту приходилось добираться живою силою. Всю снасть на подводе доставляли, а она была необходима в этом деле. Земля требовала от нас, людей, оружия, чем приходилось на этом месте весь день напролет его заставлять делать это все связанное с землей. А живой скот, он его вслед за собою таскает, пашет, волочит. Зернышко закрывалось, а человеку приходилось этим же самим вовлекаться. Он для этого дела сам себя не жалел в этом вот месте. Ему казалось, еще сделать столько, сколько он в этом деле сделал сам. Ему надо добавить. А того нет, чего надо заиметь, у него, как у хозяина маленького такого начала. Он еще хорошо не окреп. Его эта природа не смогла живою силою окружить. У него пока сохраняется за собою еще недостаток этого сильного тягла, которым бы человек владел. Еще этот человек не сможет остаться  этим вот довольным.

       77. Я хотя так огородился, у меня есть техника, искусством огорожен, а химия введена, но обида есть одна – в  жизни своей боюсь природы. Самое главное, холода, видоизменяемого в атмосфере воздуха, холодной бушующей воды, изменяемого покрова земли. Считаю, это для меня есть какой-то большой  неизлечимый страх. Мы с ним наравне так живем. Если бы этого в жизни так не получилось! А то мы эту такую жизнь на этом месте начали и с нею всю бытность так живем, и нас это все в природе так интересует. От нее, такой матери, мы от нее получали. Она на нашу такую большую в этом деле просьбу никогда нам таким не отказывала. Ее это есть такая воля в этом деле все сделать в ней. Она даже такому делу всегда этому человеку поможет.

     Во дворе завиднелся скот, люди зажили хорошо. Земля обрабатывалась. После хорошего урожая паровала. Друг на дружку не смотрели. Много кое-чего мы заимели. И ягодка свойственная разрасталась, она пригодная к аппетиту,  интерес большой лазить по траве, а она глаза отбирает так.

     Это вот такое поселение людей на этом месте, село большого характера. Ему дали имя по природному явлению. Там был рост плодородного дерева ореха, так и назвали – Ореховкой. Я как таковой там природой родился от матери родной Матрены Григорьевны, а отец был Корней Иванович – шахтер. Мать моя – прялка той нитки, которая тянулась на цельную рубашку и штаны. Она пряла, она ткала, она холст создавала до самого белого цвета. Сама она кроила, сама шила.

      79. Делала красоту всем нам, детям. А их было девять ртов. Надо накормить и одеть. Все лежало на матери. Она купала, кормила, поила нас.

     Яблоко для еды, оно вкусное через одно появление своим видом. В природе оно долго на глазах висело, его никто не тронул. А сейчас оно поспело, ему приходилось от дерева отрываться и падать на землю. Оно больше таких сил в этом не имело, поэтому ему природа показывает свою дорогу. Оно этим самым, может через свою скороспелость, ему придется к этому человеку попасть в руки через его такой развитый аппетит. Он ему не рад, но ничего ты не поделаешь с таким вот развитием. А его природа как будто в хорошую сторону пустила. Человек, он на это место случайно попал, увидел лежащее такое яблоко, на него он так набросился со своими руками. Глаза это дело увидели, принялись это делать.

     80. Этим солнышко такую видимость на это время свое тепло создало по такой небывалой атмосфере. Стали по небу дождевые тучки собираться и свою мизерную каплю воды на землю бросать для любого растения. Такое влажное дело в природе. Землю мочило, от чего был вокруг тутошний аромат. Он воздухом напитался и лил вместе с ветром. А люди это действие услышали, стали от него как такового быстро уходить, кто какую нашел в этом защиту.

     Какая такая небывалая мысль строилась в этом на этой вот земле? То ли брать острую лопату для копания, в земле яму рыть? А палку пришлось топором изрубать, камня кусок от скалы отрывать. С этого всего надо нам смастерить какую-либо халупу. Можно сказать, перед нами всеми такая работа здесь оказалась, ее надо будет безоговорочно сделать.

     81. Вот какие дела у нас происходили на белом свете. Мы по этой вот дороге пробирались, ехали одно время. С нами встретилась бандитская шайка с обрезами. Остановили нас, ограбили, забрали деньги, вещи, а потом убили одного человека.

     А сад, он такой  с виду большой расположен плодовыми деревьями: яблонями, грушами и сливами, да терном …. За всем этим вот ухаживали наши люди. Они пушили землю и подрезали это вот самое негодное дерево, которое давало ежегодно свой изобильный урожай. Хозяин этого вот добра, он не управлялся, что с ним, с таким урожаем, делать. Его в этом заставляло на это все готовиться. Для этого всего чтобы была посуда, удобная для отправки, чтобы люди ею в своей работе, они легко управлялись. Эта тара делалась на этот счет умелым мастером, как никто ее для отправки сделал.

      82. Работа на этот счет в этих людей под руками кипела. Мы за эту вот продукцию жили, имели большие в этом деле деньги. Справляли одежду. Что у жизни своей, мы этим не нуждались.

     Если мы встретим день какого-либо праздника, у нас создавался пир. Мы любили к себе в гости приглашать близких знакомых по жизни людей. Они у нас, в таких добрых людей, часто с другой местности приезжали. Очень хорошо сами жили, их это в жизни своей хранило, они нужды в этом деле не видали.

     Природа, она нашему такому поклону, как мы его делали земле. У нас есть чем это место обработать, чтобы даром эта земля у нас не лежала. Мы с нею занимались, как только хотели. Есть чем приехать на это место и себя представить. Этого места мы хозяева. У нас есть приготовленная живая скотина, есть самая лучшая снасть.

      83. Мы за землею ухаживаем. Легко делаем из нее такую огромную хорошо обработанную грядку, в которую сеем зерно, не плохо, а хорошо, что в нашей такой жизни прибыль, она делается нами большая. На все достояние своих рук хватает.

     Нас в этом кормит, одевает природа. А в природе есть на это вот земля, она имеет свое место. Хозяин спит, ее как таковую с ума не выбрасывает. Она у него источник годового дела. Он ложится спать в мягкую теплую постель, а в самого мысль бегает. Он должен быть там-то, самое главное, зачем и на чем. Ему хочется в жизни так роскошно жить. Он не пьяница и не лентяй. А лучше было бы таким сделаться мужиком, самым богатым в жизни, чтобы его двор. Он был для его всего магнитом.

     Я, говорит мужик себе. У меня лошади так лошади. На все есть упряжь, если надо куда-либо поехать на чем-то. У меня для груза есть такая вот снасть. Есть возможность прокатиться на линейке.

      84. У меня есть пара лошадей: только возьмешься за вожжи – держи, чтобы не упал. А есть для этого волы, которыми можно пахать землю. Имею у себя батрака, чтобы он мне помогал, и это есть. А коров? Три. Самец, овцы, свиньи. А разная птица? Чего б я как таковой хозяин в жизни своей больше имел, но мне, такому мужику, больше не надо. Я живу таким человеком, как люди меня видят. Я рожден таким в природе. Здоровье мое хорошее. При таких обстоятельствах, при такой охоте, сам за что не возьмусь, у самого руки туда смотрят. Меня природа для показа родила. Это мой такой вот в жизни путь лежит для всех. Твоя такая любимая в этом деле охота, она никому из всех не запрещается, чтобы не рано ложиться, не поздно вставать. Как чуть что-то такое в твоей жизни, ты уже стоишь на ногах.  

     85. Ты же хозяин этому всему делу. А дело мое дала сама великая мать-природа. Я это все получил с цыпленочка, с ягненочка, с теленочка, с лошаденка. Зернышка заимел – я произошел с неопределенного в мужика-хлебороба самого тяжелого труда. Это все сделала с меня, такого человека, сама природа. Она людям это богатство для зависти показала, чтобы они за мной таким гнались. Им тоже хотелось у себя такое богатство в природе заиметь, но такой удачи, счастья они не заслужили. У них большое недоверие к природе. Она не сможет всех так одарять. Она дает это человеку одному, чтобы они на это обращали внимание и гнались за ним, как за таковым. Он у них был веха, воевал с природою так, как надо всем. А природа не сможет обеспечить так.

      86. Она дала все возможности одному всех бросить и от них уйти. Она для этого дела обогатила одного такого, а всем приходится гнаться за ним.

     Такое было в людях дело, это у них такая заразная есть между собой людская болезнь. Он живет возле своего близкого, можно сказать, родного соседа, сам поглядывает через стену. Его это дело мучит. «Не дай Бог, у него что-либо из живого существа прибавилось». Это невозможная увиденная в людях такая болезнь. Она делается не для жизни, а для смерти. Не привыкай в природе чужому завидовать. Ты сумей в своей жизни приобрести у себя такое имеющее хозяйство.

     Дорога одна, чтобы ехать на четырех колесах. А лошадку запряг в дроги, наложил всего, взял с собою на целый день еды. Хочешь, не хочешь, а работать будет надо. На это сегодня пришел день с такими качествами.

     87. Земля имеет свое такое место. Когда солнышко поднимается, от земли оно отрывается, мы это видим, стараемся мы на нем очутиться. Это лучи теплого характера. А в самого такая человеческая зависть. Этому соседу в процессе этого всего не цветет, а получается не то. Твоя зависть – твое дело рвется. У тебя эта недостача появилась, ты пал от соседа через твою такую мысль.

    Ты про это самое не думай, а больше старайся с душой и с сердцем делать. За тебя природа, никогда она так не забудет. А ты хочешь без всякого труда заиметь. Труд – всему дело во всем. А любовь – самое главное. Не сиди лишнее время и не старайся отдыхать. Бейся, колотись, а свое делай. Природа таких никогда не забывает, невидимо дает она.

     Смотришь, у тебя случайная такая прибыль. Ей, такой прибыли, все люди радуются. Они говорят: слава тебе, Господи, ты нам дал.

      88. У тебя есть все: прибыль и убыль. Это на все наше самое счастье. А счастье бывает у всех людей, и горе от них не уходит. Люди во всех своих страхах в жизни. Как они так вот имеют большое такое вот в этом деле свое стремление. Чем бы он в этом деле сам не жил, у него та в этом охота. Он взялся это дело делать, он в этом таком деле, себя так он в своей жизни никак не жалеет. Раз за это дело сам он взялся, и хочется ему это в жизни своей сделать. Это есть его в этом деле первое такое в жизни своей начало. Человек наш в этом во всем есть. Он не оставался в этом без своей такой  мысли. Сначала лазил по природе, он искал. А что ему было так надо, он долго не находил. Ему это в жизни своей так не давалось. А потом уже ему такому далось.

     89. Он со своими силами собрался, это вот место облюбовал. Ему как таковому человеку понравилось на нем остановиться. Своей он частной собственностью окружил себя, его это место стало имени своего. Тут, на этом вот месте, все его жизненные условия, вся его такая возможность, за что только ты не возьмись делать. Твое одно – взяться. Кругом надо забором огородиться. И сюда чтобы никакая живая нога не попала. Для своей жизни домостроение он ввел, хату на углу поставил. Ворота для въезда своей подводы сделал, чтобы во двор себе тащить нужное, которое нашел в жизни, палку или камень. Это все он нашел, и теперь он его во двор тащит. Его такое вот дело одно для всех такое огороженное. Другой человек больше его заинтересован, сам за это больше всего сделал.

      90. С силами он взялся делать для себя это дело. Тоже он огородился, свою жизнь людям он в этом показал совсем иную. Он технический человек, вовлекся в искусство, химией огородился. Хочет сказать нам всем, это его прямая такая есть дорога, он по ней правильно так пошел. Ему в этом деле хорошо будет.

     Жизнь человека большинство проходит за счет источника земли. Он нуждается в этом деле. Ему надо чистый воздух, чистая вода и земли площадь, и ее имеющие недра. Он этим пользуется как источником, трудится в этом, старается быть в этом красивым человеком. Без чужого не оставался. Ему надо обязательно пища вкусная, ему надо фасонная, теплая одежда, и надо для самосохранения жилой дом – он в этом во всем должен жить.

     91. Никакая пища, никакая одежда, никакой жилой дом не спасение в жизни человека. Это все неживое смертное условие, временное явление. Условие дела  не по душе в жизни его.

     Людям как таковым требовались в их жизни одежда, пища и жилой дом. На это дело учились люди быть хлеборобом, сапожником, швецом, портным, плотником, кузнецом. Словом, такие мастера требовались людям. Редко, но люди себя учили на это дело. Одна беднота, она в недостатках жила да себя нанимала в наймы богатым. А богач этим рос. Он гордился и хвалился до тех пор, пока к нему не пролезет в его условия само горе и не наломает в его деле дров. А в природе не одно есть хорошее, чем человек пользуется, он этим радостно веселится. А стихия с несчастьем.       Оно свое горе принесло одному человеку здорового характера, ему нездоровье помешало как никогда.

      92. Он заболел, болеет один из всех такою болезнью, которая положила его одного в постель. Он стонет, лежит больной. В жизни ему плохо, он в этом хиреет, заканчивает свою жизнь. Он этим умирает и умрет. Другой такой же человек умирает и умрет. Без конца и краю начали умирать, и помрут все остальные.

     Как это вот зернышко развивалось. Оно когда-то так вводилось через природу людям, это вот начальная смерть человека. Потянула к себе земля магнитом сегодня одного, завтра другой где-то умер. Эта система ввелась природою за наше все чужое. Мы виноваты в природе, она за наш сделанный нами такой поступок.

      93. Мы это зернышко нашли в природе, его применили, в землю посадили для размножения прибыли в природе. А она за это самое на человека язвочку посадила, за то, что человек в природе прогресс сделал. Из-за этого всего жизнь людская в природе пошла – и тут же где-то взялась смерть. Человека радость, он прибылью окружил себя – тут же убыль где-то взялась, болезнь человеческой жизни. Она с пути его за это самое убрала. Так это в жизни в природе не обошлось за то, что сделал над природой человек. Он вскопал землю, туда посадил зерна, а эти зерна много дали зерен – уже это техническая такая сторона, совсем чужая, сделанная в природе в жизни его за счет природы, за счет ее условий и всех возможностей.

     94. Природа так зря свое тело не дает, за это твою жизнь отнимает. Она в этом деле массовом терпит, хочет сказать нам: «Чего вы ко мне лезете? Я жила и буду жить сама, без вас. У меня силы – естественные, а у вас – технические. Вы ко мне одиночно лезете, а я общими силами своими». Это, что делается в природе людьми. Это так нужно будет посмотреть в людях, а что получится из этого всего, что мы делаем? Это миф, по реке – веслом, так и жизнь у человека. На что горы с природы все мертвого характера на одном месте стоят недвижимо? А мы как таковые живем да еще так богатеем. Пируем да танцуем, поем. Говорим: это наше есть. А когда мы в этом деле помираем, кому это все причитающееся останется? Да другому такому смертному человеку.

      95. Буква, единица, зернышко, цыпленочек, ягненочек, теленочек, лошаденок, верблюжонок. Также сантиметр, четверть, аршин, сажень – все это есть начало жизни. А конец – одно маленькое заболевание. Мы в этом деле в природе заимели огромное развитие в жизни. У нас на нашей земле живое существо.

     Товарищ Шолохов, есть литературные слова мирового значения. Чем вы завоевали в своем деле такую вот славу? За счет ее вы живете в природе один раз. У вас на это ваше здоровье окружается тем источником, который течет без конца и края в природе. Вы им пользуетесь как таковым, но этим всем вы не удовлетворены. Вы технический человек, окруженный искусством, а химия твоя введена.     

      96. Но не на месте ты живешь, условие не твое, возможностей у тебя нет, чтобы за счет природы жить: за счет воздуха, за счет воды, за счет земли. Вы легко в этом помираете.

     Вы не один такой человек. А все люди хотят жизни, но ее нам природа не дает. За свое? А за наше, за чужое. Все люди в этом живут, но ошибку свою в этом деле не признают. Они через это дело умирали, умирают и будут они умирать. Славы никакой они в себя не завоевали, чтобы жить, а не умирать. Так, как и вы, уважаемый, со своею мыслью. Вы на этот счет не перестаете искать по природе средств таких, чтобы они пришли к нам и нас в этом спасли?

     Мы бы этого в жизни в природе не получали, если бы мы знали нашу мать-природу. Она родительница нас к жизни, но мы не захотели ее слушаться, перестали ее любить, ценить, хранить, как око ее. Она так говорит. Болезнь, она над человеком не играет роль. Человек - над болезнью.

     97. Вы помните, с вами в одном вагоне ехал в трусах Иванов. Вы ему предлагали выпить. Он сейчас не пьет. Вот у кого надо учиться, чтобы не садиться в тюрьму, не ложиться в больницу, а жить свободно, не лезть на рожон. Какая будет слава, если мы, все люди, скажем «здравствуйте» дедушке, бабушке да дяде с тетей, и молодому человеку. Эх, и жизнь моя тяжелая для всех нас. Вы поймите мое такое терпение, сердца вы закалите, милые вы мои люди. Гляньте на солнышко, вы увидите правду, свое такое выздоровление. Быть таким, как я: Победитель природы, Учитель народа, Бог земли.

      98. А вы – воспитатель всей нашей молодежи не к жизни, а к смерти. Вы для них чужой человек. В чужом одеянии, кушаете чужое, живете в доме чужом. А природа живая, но не мертвая. Она вас не любит, своим наказывает. Вы в ней жить долго не сможете, у вас к ней боязнь большая. Воздух, вода, земля – враги ваши, наносят вам заболевания. Вы не гарантированы, сегодня и завтра можете заболеть. Болеете. А умирать вы будете, и обязательно. Таков в природе закон всех наших людей. Им, таким героям, грош цена.

     Я, Паршек, 48 годов проходил, проискал место, условие да возможность. Чем окружил себя? Жизнью, но не смертью. Для вас всех эта дорога, не запрещено по ней идти. Природу, надо ее любить, она тебе все отдаст, как она мне отдала. Я встретился с нею как с любимым, вечно живущим другом. Она меня этим вот окружила. Я через ее силы умирать не буду. Моя жизнь – вечного характера.

     99. Если вы моему глазу не верите, то посмотрите своим глазом на всю создавшую революцию. Где подевались те люди, которые жили тогда? И эти герои, они также умрут на веки веков. Что мы сделали? Да ничего в жизни. Поделались техническими людьми, искусственным окружили себя, а химию ввели. Мы бессильные жить, на каждом шагу теряем свое личное здоровье.

     А я, Паршек, за сорок восемь годов мог умереть тысячу раз. А мне природа за это самое указала место и условия, возможность жизни бессмертной, вечной жизни. Вот чего я в этом деле нашел. Окружил себя воздухом, водою, на земле целинной босой ногой я поступал. Это мое райское место, а человеку слава бессмертная.

     Уважаемый вы есть писатель, своих слов художник, своему делу. За вами идти молодежи – для каждого человека это смерть.

      100. Ваш дом тяжелого характера.

      Но мы с тобою вдвоем шли по лесу. Видели дом, мы решили в него зайти узнать, кто же в нем есть? Заходим, а в нем направо, налево коридор, двери с надписью: «В эти двери можно заходить любому человеку. Чтобы там жить, то надо делать, чего делают все люди». А на других дверях тоже есть надпись. Тоже в эти двери можно заходить любому человеку, только в этой комнате надо поучиться, как будет надо жить. Когда научишься, то тут будешь жить вечно, умирать уже не будешь. В какие двери ты пойдешь, скажи? Дорога одна, никем незанятая, иди вслед за мною. Она бесконечная. Таким, как я ходил и до сих пор хожу, не для себя, а для всего мира всех людей.

     101. В пути этом через дело, сделанное тобой, тебя признают люди. Ты от них получишь имя за твои заслуги. Это дорога моя, она найдена мною, никому она не мешает, каждому она доступная. Вот какие мои дела, я их делаю, и буду я эти дела делать. В этом во всем есть жизнь, а смерти нема.

     От Вешеньки до Свердловска расстояние небольшое. Пустить свою людскую экспедицию, в которой можно сделать много полезного, но мы не сможем и не умеем. А у тебя есть силы административного характера. Я этого не смогу сделать, нарушить закон, право человека – этого у меня нет. Я смогу пользу увести этим людям. Они все стоят на очереди, завтра заболеют, они больные. Материально у них нужда, да еще она какая есть. Взял бы, да нет, где брать это самое.

     102. Разве это курение не вред всему? А человек курить перестает, что может лучше от этого? Голова болит, разве это хорошо? А потом болеть не будет. А самое это главное – надо предотвратить. Вот чего нам надо. А я средства на это нашел. Лишь бы человек это сделал, он будет здоров.

     Я в жизнь в природу не пошел больным человеком. У меня здоровье было природы. Я пошел в природу искать болезнь, чтобы она встретилась со мной. Где я не был, и каким я не находился, мое здоровье, так оно в меня и оставалось. Таким оно и есть сейчас. Я чувствую так, как люди, они в себя этого не имеют. У них тела все технические, бессильные так жить, как живу в природе я. Я не боюсь, не ухожу от холода и плохого.

      103. А всегда так живу. Вы меня можете видеть таким, как я есть. Это явление в людях – самая высокая квалификация. Она умеет жить, умирать она не будет. Все от такого поступка бежали вон, никому эта история не нравилась, люди этого не хотели видеть. Но природа это сама вводила людям. Это между ними завещалась любовь неумирающая. Чего хотел, того получил. Поток старого типа упразднялся, а новое нарождалось скоро в этом деле. Люди стали это дело признавать в жизни. Такая проходила понятливая вежливость, звучали слова между собою «здравствуйте», головку они клонили. Это вводилось по всей местности. Правда, она такая не была, а сейчас ее своим делом Паршек вводит. Если бы это не надо было, ее природа не вводила. Это моя такая между людьми проходит идея.

     104. Она начала свою такую работу делать из самых Кавказских снежных гор. От станицы Даховской до Коддах вела узкоколейная в лесу между горами, рекой Белая, Майкопского района. Это была моя такая работа между лесными артелями, союзов по договору наших производственных артелей «Строитель» и «Промбочка», кому требовался бук пиломатериал и клёпка. Мое дело такое по железной дороге с отделением, у меня под руками адресат, вагоны.

     Я во всех изложениях своей мысли кричу про природу, хочу с нею разговаривать на своем простом русском языке. Хочу у нее спросить причину жизни нашего земного человека.

      105. Он жил во всех технических условиях всей нашей матери природы, огорожен искусством, а химия введена, что ведет нашего человека к бессилию. Мы в этом живем, наше дело теряется и хиреет. А нового небывалого бессмертного человека написаны мною слова за идею мою.

Победа моя

      Я, по делу всему, есть самородок. А источник мой – закалка-тренировка. Я тружусь один для всего мира наших людей, учусь в природе, хвалюсь перед нею, истинно хочу сказать о самосохранении лично моей клетки. Мое сердце – молодое здоровое, закаленное, 25-летнего человека. Выход мой какой. Я не боюсь никакого врага, даже своей смерти. Я – человек земли, дышу очень крепко, а резко говорю не про какое-либо чудо – про природу, физическое. А самое главное, есть в жизни чистый воздух, вдох и выдох, снежное пробуждение, мгновенное выздоровление центральной нервной части мозга.

      106. Я люблю больного, душу знаю и сердце его, хочу ему помочь, через руки убиваю боль. Это не говорятся словом, а делается делом. Рука пишет Владыка очень справедливо. А какая просьба? Меня надо просить – ты будешь здоровый. Кому это будет надо? Нашему юноше молодому. Да нет, уважаемые. Это – мировое значение. Нам надо любить природу, как мать, хранить, как око. Не болезнь играет над человеком, а человек играет над болезнью. Нам надо учиться в Иванова, чтобы не попадать в тюрьму, не ложиться в больницу. Жить свободно, не лезть на рожон.

      107. Какая будет в этом деле слава, если ми с вами дедушке, бабушке, дяде, тете да молодому человеку скажем: «Здравствуйте»! Эх, и жизнь моя для всех тяжелая. Поймите терпение мое, вы закалите свои сердца, милые мои люди. Гляньте на солнце – вы правду увидите, свое выздоровление. Быть таким, как я: Победитель Природы, Учитель народа, Бог земли.

     А в истории Бог Отец, Бог Сын и Дух Святой – это жизнь человека должна быть. Она начинала делаться для того, чтобы отец одно время всеми подчиненными распоряжался, как своими детьми. Нанимал, куда хотел, туда он их девал. Это была собственность индивидуального порядка. Свое облюбованное в жизни место, они его берегли, как око. Не давали им как таковым никому воспользоваться. Как в самодержавном царстве, они его строили общими силами, чтобы за счет этого жил самодержавный царь-батюшка.

      108. У него были слуги, они жили не плохо, хорошо. За них как таковых держался сам царь. Он своих людей подбирал и им повадку по заслугам давал. 1917 годов эта вот история за счет земли людей, она так воспитывала. Дело это все вылилось из теории, противоречие теории. А ею владел в природе В. И. Ленин, он заставил людей организовано с оружием в руках против капитала. Людям надо земля, самое главное, за что крестьянин пошел с душою и сердцем воевать. А рабочий, шахтер, заводчик? Ему надо фабрика, ему надо шахта, ему надо завод. Они голодные, босые шли в бой, отбирали в буржуев право. Этим Советская власть пришла в России. А Советской власти надо будет социализм, такое право, как сейчас.

     109. У Ленина партия возглавляла. А партии надо были деньги, золото, серебро, поэтому новая экономическая политика пришла, с солдатом винтовка в руках по заказу. Ленин был теоретик, политик и экономист. Он по-своему хотел сделать социализм, это небывалое, новое государство. Он пригласил ученых строить это дело. Людям некуда деваться, пошли, как председателю народного состояния, это дело делать. Чему весь мир возражал, а он шел по своему намерению. У него политика народа. Он сделал то, чего в жизни было надо. За ним пошли вслед другие национальности. Он со своим лозунгом был прав, обвинял капиталистов как эксплуататоров, поработителей. А сами рабочие, крестьяне для себя строили жизнь.

      110. Как  не жил и не работал в этом деле, эмигрировал и в ссылках был, но свое взял. Обосновал такое государство, приняли его. А теперь не ладят, дерутся, друг против друга вооружаются. Стул богатый нельзя уступать. А Ленин не из богачей. А с народом, с винтовками в руках право у буржуазии отобрали. Ворота мы открыли Паршеку.

      Пишет из Киева инженер. Здравствуйте, дорогой Учитель. Пусть звучит в пространстве Гимн жизни.

      Люди Господу верили как Богу,

      А Он Сам к нам на землю пришел.

      Смерть как таковую изгонит,

      А жизнь во славу введет.

      Где люди возьмутся на этом бугре,

      Они громко скажут слово.

      Это есть наше райское место,

      Человеку слава бессмертна.

      111. Каждый раз, когда я пою Гимн жизни, дохожу до места «на этом бугре», меня подносит вверх, вводит восторг. А когда бегу, то я высоко-высоко подпрыгиваю при упоминании места «бугор». Поэтому я поставил после слова «бугор» три восклицательных знака. А восклицательный знак после слова «бессмертна» говорит о том, что им надо будет жить неумирающей жизнью на этом бугре. В конце Гимна после слова «бессмертна» я поставил три восклицательных знака, чтобы подчеркнуть значимость этих слов. За счет слова бессмертной жизни мы будем жить в духе неумирающей жизнью. Слово для нас будет жизненным источником энергии, вместо хлеба. А также слово бессмертие будет служить для спасения людей в их жизни смертной.

     Заканчивается 1980 год, второй год моей жизни под руководством Учителя. Пора отчитаться в своих делах перед Господом. Не буду ждать, пока меня попросят сделать это. Что я научился делать? Так только терпеть голод и холод. Хотя просил большего, и, по-видимому, получу прошеное.

      112. Первую мою зиму я самостоятельно решил  и добровольно снял зимнюю и летнюю одежду, стал зимой ходить в летнем костюмчике и в летних туфлях. Я сделал это с целью, чтобы помочь всем людям, стремящимся к жизни. А эту зиму я намерен перезимовать в рубашке. У меня есть здесь в Киеве еще два друга, которые ходят зимой в рубашках. Мы друг другу передаем силы, а начинали вместе. Я восхищаюсь Сергеем, который возмущается, что люди боятся терпеть холод и голод, что они простуживаются и болеют. А если его попросят, то их исцелит с помощью холода и голода. Он людей купает в Днепре. Вот только морозов не хватает, этого не хватает. А вот то, что люди оздоровляются, то это благодаря святому Духу. Слава дорогому Учителю и величайшее Ему спасибо за то, что Он  нам показывает путь к неумирающей жизни за счет Святого Духа. Мы просим природу, и она нам помогает.

      113. И чем больше тех, кто просит, тем сильнее становится наша просьба, тем быстрее она удовлетворяется. Это я наблюдаю в жизни. Мы просим Учителя, и наша просьба удовлетворяется. Сергей сказал, что люди, по-видимому, упросят Учителя, что Леонид Ильич живет и здравствует до сих пор.

     Расскажу теперь, как я скинул зимнюю одежду и стал ходить зимой в летней одежде. Мне очень хотелось, чтобы люди жили, не болели, не умирали. И это желание стало осуществляться в жизни после личного знакомства с Учителем, когда я им был принят. Я просил у природы здоровье, и научить передавать его другим людям. Я просил здоровье Учителю. Я не буду здоров, пока не научусь оздоровлять других. А здоровье нужно всем, надо помочь всем людям. И в первую нужно помочь нашему дорогому Учителю оздоровить его ногу. Помощь эта может быть только  Святым Духом.

      114. Для этого нужно просить природу-мать свою любимую. Надо помогать другим людям, становиться на путь просьбы у природы. Я очень хотел, чтобы больная нога Учителя была здоровой. А для этого я сознательно терплю холод и голод. Ежедневно купаюсь в озере в Голосеевском парке в ледяной воде, бегаю по снегу босой, сколько могу терпеть. Это делаю и до сих пор. Я сбросил зимнюю одежду и обувь, стал ходить по-летнему. Слава Святому Духу. Если бы Учителю от моей просьбы стало легче, и Его нога оздоровилась. А ведь не один я прошу. Нога Учителя мне очень помогла. Благодаря  ней я стал здоров телом и духом, получил силы, новое сознание. Учитель недаром терпел все эти годы. Поэтому очень трудно Учителю оздоровить больную ногу, потому что если Учитель не будет терпеть боль, то другие люди не будут иметь возможность исцеляться. Если Учитель терпит боль  сознательно, то Его болезнь исцелить невозможно против Его воли. Но если Учитель попросит, то Ему обязательно  будет помочь. Мы просим и бодрствуем, нас много.

     115. Другое, что мне помогло – тетради Учителя. Я задался целью отредактировать три тетради Учителя, затем обнародовать. А пока я разобрался в тетрадях, их осознал так, что они стали моими родными. Я получил много мудрости, сознание расширилось. Эти тетради многие люди прочитали, ознакомились с идеей Учителя, для людей сейчас являются святой благой вестью, как в свое время был Новый Завет. Сейчас людям уже не надо читать Евангелию или Библию, а прочитать тетради Учителя. В процессе работы над тетрадями мне пришлось очень много обращаться к Учителю, спрашивать его. Этим я развил контакт и связь с Учителем, связь сердечную. 31 марта побывал у Учителя, показал ему тетради отредактированные. Конечно, я был очень рад, когда Учитель их одобрил и готов был их послать в издательство.

     116. А через месяц ко мне пришла идея испытать себя постом. Стал 42 часа, начиная с воскресения, кушать, а остальные дни недели проводил без еды и воды. У меня было предчувствие, что войду после этого в новое состояние, нужное для неумирающей жизни на Чувилкином бугре. Я был непоколебимо убежден, что иду на Чувилкин бугор. Это придавало мне огромные силы. Пять недель провел без еды, как было заранее задумано. Сдержал, победил. Это была истинная победа, она мне позволила многого достичь, сознание расширилось. Получил много картин  нашего будущего, все это я описал в своих тетрадях.

     Ко мне тогда пришла неумирающая идея, истина, которая дала мне жизненных сил. Между делом человека и его мыслями существует неразрывная связь, которая управляет его жизнью. Человек в своей жизни вынужден кушать, одеваться и жить в доме со всеми удобствами. А для этого надо беспрерывно работать.

      117. Это вызывает беспрерывную работу ума и мысли. А пока есть мысли, у нас есть мысль «я – тело». Это ложное «я» скрывает наше истинное «я», наше сознание. Для жизни человека познать свое истинное «я» – познать себя. Пока работает мысль, направлена на дело, истинное сознание не проявится. А чтобы сознание, или истинное «я» проявилось, нам надо прекратить работу мысли. В данный момент есть много способов прекращения, индивидуальных. Наиболее подходящим для людей в данный момент есть коллективный путь, не уходя от жизни. Без еды, одежды, дома, то ему мысли не понадобятся. А если мысль прекратится, то проявится сознание или истинное «я», а ложное «я» исчезнет. А жить без еды, одежды, дома и дела люди смогут, если соберутся в одно место все стремящиеся к неумирающей жизни.

      118. И как только люди соберутся в условленном месте для неумирающей жизни с готовностью жить за счет Святого Духа или сознания, то они тут же сразу получат истинное сознание. Ложное «я» от них уйдет, а останется только истинное «я», которое едино. И в состоянии истинного «я» они будут творить. Что захотят, то и получат. Эти люди соединятся сознанием, будет только одна любовь. Для этих людей наступит бессмертие. Когда я эту идею о будущем человечества, идею братства, открыл для себя, осознал, то тогда понял, что этому нас всех учит Учитель, это наш образец. Идея братства Учителя стала моей родной идеей.

     А теперь расскажу об имени своем и имени общем. Жить сознательно в состоянии истинного «я», которое едино – своего имени у нас не будет, а будет только имя общее. Паршек. Вообще, своего не будет. Но будущее само не придет, все надо сознательно приобретать. Каждому придется сделать усилие, чтобы оставить свое. Это относится и к собственному имени, которое каждому человеку дали люди.

      119. Это собственное имя как свое надо оставить. А каким общим именем мы должны называться? Именем первого человека, который нам здесь и теперь указал путь к бессмертию. Это имя Паршек. Оставить свое надо теперь и здесь, не откладывая на завтра и на потом. После майской победы над собой я оставил свое имя, данное мне родителями, и стал себя называть Паршеком. Люди по привычке меня называют именем, данным родителями. А я свой дневник подписываю именем Паршек. Не хочу присвоить славу Паршека, а хочу умножить славу Паршека. Прошу Учителя, прошу природу, чтобы стать таким, как Паршек есть. Могу совершенно истинно сказать, что имя Паршек я выпросил у природы.

     120. Майская победа привела меня к выводу, что родная пища человека – материнское молоко матери. С этого времени до сих пор я питаюсь молоком и молочными продуктами. Хлеба почти не ем. Молоко я выпросил у матери природы. Этим я остался очень доволен. С этого времени я впервые ощутил истинный вкус материнского молока. И тоже вспомнил, что Учитель также питался только молоком. Этому я не придавал большого значения, пока не осознал сам ценность материнского молока. Молоком мы будем питаться в будущем всегда. Молоко материнское будет всегда. А хлебом, овощами и фруктами нас природа обделит. Так почему же сейчас и здесь не приучить себя к молочному питанию? Употреблять в пище молоко – это просить природу. А всякая другая пища ведет к насилию, а насилия в природе не должно быть. Я очень благодарен матери-природе за ее подарок, так как молоком я остался очень доволен. Так, по-видимому, должно быть, и будет всегда. Мать природа всегда удовлетворит свое просящее дитя.

     121. В октябре мне пришла идея вечной молодости. Чтобы жить вечно, надо жить только в духе, ничего себе не присваивать, жить по принципу «Отдай». В такой жизни нет места для эгоизма, человек живет сознательно. Если человек отдает природе то, что от нее получает, он всегда вспоминает себя, он приходит к своему истинному «Я», к Святому Духу. Отчего обычно тело человека стареет?…кто заставил себя с физическим телом, привязывается к нему, боится его оставить, стремится его сохранить таким, как есть. А физическое тело недолговечное, разрушается и перестает существовать. Обычно человек не оживляет свое тело с помощью голода, холода. Люди не хотят переносить холод, голод, поэтому получается старость, болезни и смерть.

      122. Человек имеет множество старых больных клеток, которые могут простуживаться. Благодаря этому старые клетки могут накапливаться в организме, а из клеток состоят органы, системы и т. п. Накопление старых клеток – это страдание организма и его смерть. Необходимо ограничить (накопление) «старых» клеток в организме, и тогда их место займут новые, всегда молодые. Если тело ежедневно регулярно подвергать холоду, то старые клетки простуживаются. Но чтобы они не накоплялись, их надо сжечь как пищу. А для этого надо перейти на клеточное питание (голодание). Но процесс омоложения проходит очень медленно. Надо терпеливо делать многие месяцы. Если обливаться холодной водой и поститься 42 часа в неделю, то омолаживаешься через 50 недель. Итак, чем большая часть (клеток) теряется еженедельным постом, тем быстрее делается (омоложение).

      123. Это вычислено математически. Не правы те, кто месяц поделал, недоделал и бросил делать, не увидел результат этого. Регулярный еженедельный пост не истощает тело, а утраченная энергия пополняется во время оставшейся части недели. Вес тела и энергия остаются постоянны. Таким образом, человек, который живет без еды и одежды, не теряет, кроме своих цепей, и приобретает многие новые возможности.

     Благотворное омолаживающее действие оказывает на человека зима и холодная пора года. Зима – это источник силы, благодати. Где бы человек черпал силы для жизни, если бы не было зимы. А поэтому не следует прятаться от холода, от своего исцелителя в жизни зимой. Как любо посмотреть на человека, который ходит зимой в рубашке. Появление его вызывает неописуемый восторг и радость, которого многие стыдятся.

      124. А я знаю, что человек терпящий холод сознательно, делает это ради жизни, а не смерти, и им восхищаюсь. Хорошо зимой бегать, а не ходить. Бег согревает и быстрее выводит «старые» клетки из организма. Я зимою везде и всюду все время бегаю. Одеваюсь легко, рубашка, брюки и легкие матерчатые тапочки без носков. Так бегать зимой и приятно, и полезно, потому что это делается ради неумирающей жизни. А бег босым по снегу больше всего приносит восторг и радость, особенно среди людей.

     Поститься нужно решительно еженедельно. Если человек получил силы от 42 часов еженедельного поста по системе нашего дорогого Учителя, утвердился на пути к жизни, то он может поститься еженедельно и больше 42 часов. Поначалу надо делать точно по системе Учителя не менее года. А далее надо увеличивать время поста, сохраняя  энергию. Надо ускоряться в режиме, надо учиться обходиться без еды и одежды. А если в человека это получается, если он может полнедели обходиться без еды и воды, то он живет за счет своих сил и Святого Духа.

     125. А полнедели есть молочное. Если человек может больше обычного обходиться без еды, то он живет за счет своих сил, своего истинного «я». Такой человек своими действиями только прославляет великую идею жизни нашего дорогого Учителя. Слава Паршеку, который показал нам путь в жизни. Я много месяцев живу без еды: полнедели кушаю молочное, а остальную часть недели не ем, не пью. За это время не потерял вес тела ни одного килограмма, даже поправился. Сознание расширилось, хотя уже давно не читаю книги, а только пишу. Смерть изгонять, а жизнь неумирающую во славу вводить. Всему этому свидетельство мой личный опыт. После майской победы люди стали замечать, что я помолодел на 10 – 12 лет. Так что, о чем пишу, проверено моим опытом. Это не теория, а практика. Терпением только заимел здоровье, ради этого стоит терпеть. А в здоровом теле – здоровый дух. Я не тот, кто видит и слышит, а тот, кто есть.

      126. Буду делать дело Учителя нашего дорогого, чтобы смерть изгнать, а жизнь ввести для всех земных людей. Без этого дела для меня нет жизни, и не будет. Я очень хочу жить. Теперь у меня главное, хвалюсь, дело – установление нового потока неумирающей жизни. Эта идея теперь и моя идея. Если мы, все закаленные и заслуженные в природе люди, желающие жить, соберемся сознательно в одном месте, чтобы жить за счет Святого Духа, то он среди нас появится, и нас не будет покидать. Мы будем жить в месте со Святым Духом. А это любовь. Если мы будем жить без дела, чтобы кушать и одеваться, то и мысли исчезнут. И мы войдем в свое истинное, сознательное состояние, в нем мы останемся. Чтобы жить вместе сознательно, надо всем нам одно сознание, одно чувство, один разум, одна воля, одно устремление. Божественное сознание проявится среди людей только тогда, когда сознательно соберемся вместе для нового потока жизни. Где начало, там и конец. Пусть звучит в пространстве Гимн жизни.

       127. Люди Господу верили как Богу,

      А Он Сам к нам на землю пришел.

      Смерть как таковую изгонит,

      А жизнь во славу введет.

      Где люди возьмутся на этом бугре,

      Они громко скажут слово.

      Это есть наше райское место,

      Человеку слава бессмертна.

   Автор Валентин Александрович Ош. (Конец письма, Учитель написал новую Свою фамилию). Я этому делу по всей создавшей истории есть Учитель.  

     Идет речь одна из всех нас. Мы от него, как от человека от живого, не слышали и не видели у жизни его, чтобы он чужое брал, как кусочек хлеба, его кусал и жевал, со слюной, воздухом глотал. Да не видели, чтоб тряпка мертвая на теле висела. А в дом он заходил, там со всеми удобствами располагался, до тех пор он там находился, пока ему стало в жизни не так хорошо, его окружила система – плохое, холодное.

      128. Он в природе таких средств не нашел. А чтобы ему в этом природа естественно дала, он от нее ничего не получил в жизни, кроме смерти. Он умер на веки веков с этим делом.

     Навстречу всему этому делу пришел к людям Паршек для спасения всего мира людей. То, чем вы свое время занимаетесь, и что вы у себя имеете, это не мое. Для вас – ваше. А мое для меня есть, мое – холодное и плохое. Все люди этого не любят.

     А причем тут в этом деле я? Меня природа в этом изыскала, она ведь доверилась одному из всех, кто не пожалел свое имеющееся другому отдать. Любовь моя ко всему жизнерадостному в природе. Я к вам пришел не с золотом, не с серебром, а с живым естественным телом. Хочу, чтобы вы, все люди, последовали этому всему. Дорога моя, она ваша. Я не хочу так, как вы все умираете.

      129. Она была, она есть и будет, если найдется в этом такой человек, он оставит все свое такое достояние, а возьмется    за нашу мать-природу. Ее не будет такой, как она идет с утра рано росою.

     Он и к нам таким, как это надо, не приходил. Никакого запаса нет у него. Сроду на этом месте новое небывалое. А сейчас раскрыл свое имеющееся. Он ходил, он искал, а ему отец родной словами передал по наследству. Я был наречен этому месту. А сейчас за это дело проходил 48 годов. Мне природа это указала. Я должен ее послушать, дать свое такое согласие перед нею остаться таким, как она захотела, чтобы быть в природе Победителем врага. А он у нас живет в природе смертью. Люди от нее умирают, самое плохое на белом свете. Мы как таковые в этом деле бессильны жить.

     130. Дитя родили сами люди. Они его в природе через похоть свою создали для индивидуальной жизни, чтобы господство иметь над природой. Она им давала необходимое в жизни. Ему пришлось родиться в этом деле для жизни, а его люди заставили делать дело. Без дела человек не смог жить. А когда он пошел в дело, его заставили туда идти, то там он в этом ошибся и погиб на веки веков.

     Это такую жизнь сделали в природе люди, им захотелось земли. Она тут не виновата как таковая, ее заставили служить источником в этом деле. Она говорит людям: «Чего вы, такие люди, лезете ко мне, ибо я без вас могу обходиться? Я, планета земля, этого не хотела видеть от вас». Все время ежегодно каждый день напролет мы, как таковые люди, ездим в поле. Каждое зернышко этих плодов стараемся собрать, мы ими нуждаемся.

      131. Мы же есть люди этого вот порядка. Нам если природа не будет давать это, мы будем дохнуть. А раз мы это получаем, в этом деле трудимся.

     Все это напрасно. Так ли иначе, что мы в природе получаем, нам не дает никакой в этом пользы. Мы этим вот не удовлетворены. А как жили, так живем.

     Он будет жить, и до сих пор он свое дело не бросает. Это так день. За это место он никогда не забывает, как не забывает сейчас природа, она. Так ей приходится с людьми на арене этому всему то сделать, чего в жизни им не видать. Природа такая есть мать, она свою любовь, свое то, чего имеет. Это ее такие дары, они на человеке так ясно раскрываются как никогда. Они живут, и будут жить они так вечно, не для людей капризного характера, а этому всему.

     132. Дитя родили мы со своею похотью, а он у нас родился для жизни. Но чтобы жить, у нас как в людей пришла такая мысль: «Его надо с маленького так заставлять». Так мы его заставляли, чтобы он у нас что-то делал. Это маленький такой мальчик, он не родился, чтобы в этом начальном деле умирать. Его тело живое, энергичное. Ему как таковому жить надо, а он своим телом, своею душой окружен в природе чужим. Ему надо что-либо кушать, да вкуснее и больше. А одежка, она сделана из материала. Как бы лучше, фасоном и красивей, это людям надо. Также и жилой дом со всеми удобствами. Мы так в нем приучились не один день пожить. Мы это дело для себя делаем не на один день, не на одну неделю или же на один такой месяц, или на один год. Это все делается на десятки годов. А приходится человеку так жить до самого такого случая.

     133. Мы все – такие люди, в своей жизни никак не гарантированные. Стоим мы все на очереди, ждем мы завтрашнего дня. Он к нам должен прийти. Каким?  Мы не знаем. А он так даром не приходит, а обязательно нам своим приходом что-то такое в жизни сделает. Он с собою кого-то из наших живущих людей, своими силами он накроет. У него для этого дело, чтобы не думать, но такого человека, его тело, чем-либо таким вот плохим наказать. То есть посадить язвочку или же грибок, от чего люди в природе еще не нашли для спасения средств. Человек заболел, болеет, он стонет в этом деле, а легкого нет. Он туда, он сюда, а ему хуже и хуже. Не находит таких концов, чтобы ему в этом было лучше. Природа, она как таковая, для него была в жизни такая, была плохая.

      134. Не забыла про него, про такого мученика. Он хиреет, он падает, ему приходит конец в жизни. Он дождался своего дня, отмучился, умер он. Его как такового этот день забрал с собой. И больше он не вернулся обратно никогда. Он же такой, как все живущие на белом свете. Никогда он не думал и не гадал в жизни этого вот получить. Всем людям в своей жизни свой день предназначен. Нет такого человека, чтобы он от этого всего избежал, в своем веке помирает.

     А Паршек со своей такой дорогой, таким путем, он к нам пришел не в том, в чем это надо. Он отдал чужое людям, а свое взял. Хотел уйти от людей своих – его природа так вот окружила: сильным дождем, грозою и молниями. Ему не давало ходу по задуманному. А он тут же это все бросает и возвращается назад – где-то взялось солнышко, стало тепло. Жизнь такая вот в людях открывалась. Я по этим условиям проходил.

     135. Это такое вот время, такой час, когда люди, настало такое вот время. Никто не хочет на это обращать свое такое внимание. Это, мол, не человек. Гонят его с колеи. Людям такой дюже вреден, им не по нутру, они этого совсем не хотят.

     Их как таковых окружила их экономика, они на это вот тяжело трудятся. Им природа дает. Они от нее сырье получают из недр, а доставляют в их заводы, они продукцию получают. Из этой вот продукции люди приспособления делают, деталь всякого рода на  какую-либо движущую и делающую машину. Она человеку такому. В процессе этого всего деталь изнашивается, становится непригодной к жизни, ее надо сменить. Люди для этого воду по проходу задержали, ее пустили через турбину, она вырабатывает энергию, ток. Направили это все по проволоке до самого места, где надо свет, лампочка.

      136. А возле этой вот лампочки ввели привод какого-либо станка, который режет на части железо и точит какую-либо деталь. Сооружения мы сделали на заводе. Трактор пашет землю, возит груз; словом, на колесах котится. Он с одного в другое место перевозит нужное. Это не живая сила, а сделана людьми в помощь себе для того, чтоб людям в жизни жилось за счет этого легко.

     Мы, все люди, перешли от ручного труда на технические такие условия, на горючее, на огонь. Это все сделал разум человеческой жизни. Лишь бы появилась на арену так вот одна эта штука, которую делают руки, мы не перестаем делать. У нас растут технические строения, растут построенные высокие дома. Люди в них живут сами, друг от друга через стенку. Не хотелось бы, но ничего не поделаешь. Жить нам хотелось бы от этого лучше в жизни, а само дело у нас мешает. Хочется сделать что-либо такого лучше.

     137. Паршек – обиженное в людях лицо в мире, он не взят на учет нигде никем. Если бы не за него природа, он бы не жил. А когда за него мать-природа взялась, она с него сделает в этом деле человека живого. Не такого, как он в природе есть. Он технический во всех своих таких делах. Он подчинен другим таким людям из-за своего большого незнания. Ему, как таковому лицу в своей жизни, сказали, чтобы он в этом деле послушался и то он делал, что будет в людях надо. А раз надо, его условия заставили. Он стал так делать, чтобы жизнь его продолжалась. Он это дело сделал с душою, с сердцем, старался сделать. А люди не оставили его так без всякой такой благодарности. Человек этим он остался доволен. Это их взаимное такое понимание в их жизни, без чего не обошлись они.

     138. Если только это в жизни видишь, такую историю, в такой жизни она должна между нами такими вот так делаться, а у нас иначе. Видят обиженного, бедного, нуждающегося во всех таких делах. Стараются его в этом деле нанять в свое подчинение, чтобы он делал то, чего ему было надо. Вот какие экспериментальные дела меж ними заводились: подчиняться, слушаться как какого-то хозяина своего. Он сказал, а ты должен делать. Это твое такое продажное дело. Не послушаешь – твое дело в этом деле пропало. А когда ты за это дело взялся делать, ты делай. Это все делается жизнью человека. Он окружил себя техникой, а искусство заставило, химия ввелась. Жили не за счет того, за счет природного богатства. Людям надо будет пища, людям надо будет одежда всякого рода и жилой дом со всеми удобствами. На это все потребуется тяжелый физический труд, большая забота.

     139. Наше такое время встречать и провожать этих вот людей. Они так жили, об этом думали, старались сами это вот найти. Им хочется иметь у себя такое здоровье, чтобы оно не терялось, а жилось в природе вечно – так думали  в жизни люди. А природа, она эти мысли не принимает, как таковых живущих на белом свете жаждущих. Им этого дела мало. Они таковой вот жизнью неудовлетворенны. Им надо. Сколько им хочется этого добра получить, этого дела, которое они начали делать? Они его имеют в запасе как свое имеющее. В природе есть, сколько будет надо человеку. Это лишнее, чем он окружается, ему как таковому принадлежит? Природа как таковая больше, чем следует иметь, ему  не дает.

     140. Люди промыслом так окружены. У них природа в любом месте есть источником. Возьмите камень отдельный, в лесу дерево тоже растет отдельно одно от другого. Земля, определенное место, облюбовано захватить. Мы это в жизни в свой прекрасный двор как свое добро тащим, это первоначальное дело делается нами. Это место нами облюбовано и самовольно, как свое, захвачено для того, чтобы на нем жить и свои дела там творить. Это так оно людьми для жизни своей введено. Мы на ней начали жить да свое хозяйство вводить. Это была моя курочка такая, она день по двору ходит, чем-то она питается, для своего прихода яичко снесет как таковая. Мы им как своим в жизни воспользовались, говорим: оно наше, в нашем дворе нашлось, его нам преподнесла природа. А мы, как таковые, сделались хозяева. Нам это продуктом она создала.

      141. Мы как таковую в жизни стали заводить. Без этой курочки не смогли мы обходиться. Стали мы цыпленочка иметь, выходили курочку, петушка, стало множество кур. Это одно.

     А другое. Люди говорят об этом, якобы я сам это все сделал. Меня никто в этом не заставлял. А кто может меня так заставить? Это невозможно это вот делать. Я пошел в природу искать для людей истину. То, что надо в жизни, я его нашел. Это здоровье, а  оно кому не будет надо? Здоровье это, оно одно для всех одинаково. Этого мало, что я в природе его нашел и им таким окружил себя в естественном порядке. Теперь хвалюсь им, говорю всем. Это оно дадено не мне одному. Раз я его имею в жизни, то я его не задержу. Это здоровье надо всем.

      142. Я его не жалею дать кому-либо. Мое такое рожденное в природе тело, этим поступком воняет оно? На него люди особенного характера не хотели смотреть. Они не туда шли. Они не хотели воспринимать мое: очень тяжелое. В холод надо идти от тепла, это невозможно. А Паршек не посчитался ни с какими особенностями, а только это надо. Природа не промолчит. Она гладит так по головке, как никогда, а от нее этим не уйдешь. Хорошее недолго в жизни так бывает в ней, и это плохое не уходит. Мы работаем не на плохую такую вот единицу, а попадаем мы впросак. Все это делает наше стихийное, рожденное природой горе. Чем-то ты как таковой в своей такой жизни проштрафился. Тебя она, как мать родная, за что-то обидела.

      143. Она так смотрит, как никогда, она тебя видит как обиженного в людях.

     Это говорит нам всем свои слова один из всех Паршек, ему пришло признать ту сделанную людьми ошибку, которая ими... Долго в этом деле копались, а чтобы это сделать, им так и не пришлось. Копались, рылись они, но чтобы сами себя удовлетворить, этого они не получили. Как только не приходилось заставлять себя жить не плохо,  а хорошо. Темных неграмотных людей приходилось бросать и от них бежать, они им крепко мешали. А когда они брались за это дело, их заставляло учиться. Быть в темноте? Грамотного, образованного в этом человека видно  издалека, что он что-то у себя знает.

     Карл Маркс в Париж приехал как таковым в жизни писателем. Его встретили люди такие же самые политически грамотные. Этим добром, этой славой восхищались, говорили, смеялись. А один из всех, видно, понимающий, видел впервые его, назвал «писатель».

      144. А Карл Маркс от этого не отказался, говорит ему: «Да». Он ему говорит: «Правду пишешь, а за нее не платят ни копеечки». Поэтому и истина нами, такими людьми.

     Нынешняя такая мысль, в мою голову она пришла для Вали, ее силам. Смерть изгонит, а жизнь во славу введет. Она такие силы заимеет, самостоятельно будет раковым людям помогать. Она набралась у меня, у Паршека. Валя имеет имя Паршек. Она прогоняет раковое заболевание от любого человека. Паршек ей свои силы передал для того, чтобы она так же само помогала обиженно больным. Они этого вот в жизни ждали. Это Божьи есть дары, которыми все заслуженные люди будут владеть через дело Учителя. Он с нами вместе, будет им помогать. Они будут вместе с ним возрастать.

      145. Эта Валя, спутница Паршека, она его как Бога обнаружила в людях одна из всех и старалась близко быть, чтобы за ним за таким ухаживать. Она супруге дала свое слово не бросать его, как такового Учителя. Он учил народ для их здоровья. Она у него как в Учителя просила, чтобы он им дал их здоровье. Валя, она же уже Паршек считается в природе, такой же самый, как и он есть человек. А по делу всему этому, они являются Боговым явлением. Это все самая высокая в жизни специальность. Это было, это есть, оно и будет в людях тогда, когда возьмутся за это дело люди и будут такие преданные и знающие это вот идейное дело. Никогда и никак не будут люди умирать. Этого люди обязательно в природе так добьются, за их истину они получат это – жизнь.

     146. Эту идею давно так ожидают. Она была, она есть в природе такой, как никогда живой жизнерадостной в этом деле. Мы как таковые люди есть в этом деле, сами это делаем в природе. Бережем, как око, ее, ценим, храним, любим, знаем хорошо, что она есть родная мать-кормилица в этом деле. Она нас одевает, она держит нас в доме со всеми удобствами. Это наша такая вот человеческая жизнь. Она в этом вот заставили всех таких людей на арене умирать.

     На этом всем деле наша наука медицинская выиграла, взяла на себя эту всю миссию, что она научилась на больном человеке его диагноз опознавать. А потом уже она в природе своим умением способ нашла, чем надо такой огонь затушить, и применила в этом деле стандарт.

     147. Болезнь не сажается человеком, а сажается природой разного характера. За природой гнаться не надо. Надо на этот счет от природы получить доверие да полюбить ее, как друга жизни, тогда-то можно с врагом воевать. Одно такое на этот счет и большое незнание к этому, мы мешаем этому вот делу.

     Наше дело. 1981 год – это 83-й год моей жизни. 20 февраля, пятница, она меня встретила таким, как это надо. Мы его видели, мы его видим живого, как он был. Это же он был и будет вечно с нами. Это же есть в жизни для всех Паршек. Его бережет во всем Валентина, как свое око. Любит тех людей, которые имеют свои тела живые, но не чужим одеянием одеваются. Эти люди, ее запахом они в жизни пахнут. Зачем все жизнерадостные условия прогоняются? Это есть великая мать-природа, радость это наша.

     148. Письмо тов. Бабушкину. Это вам пишет из провинции Ворошиловградской области Паршек. Я 48 лет проходил таким, как вы знаете, ради людей всего мира всех национальностей, которым на нашей планете пришлось прожить 1981 год. Но чтобы им пришлось удовлетвориться в этом деле, что они до сих пор делают, они не удовлетворились. Люди в природе пользовались источником сырья, у себя имеют заводы, дают метал. А из металла делается деталь, а из детали – машина. А на машине не тяжело пробраться от земли в Арктику и в Космос. Это все делается людьми нашей черноземной земли. Она рождает человека для жизни живым естественным телом. А мы этого не признали, стали добиваться техникой, искусством и химией. Это все есть чужое природное, неодушевленное, мертвый капитал, в ком мы, все люди, свое дело делаем для того, чтобы мы в этом деле пожили да повольничали, как это людьми делалось свое время один раз у своей жизни.

     149. Человек отправляется в Арктику и в Космос летит ради того, чтобы чего-либо новенького в жизни найти и им воспользоваться как таковым. Это все нужно здоровому человеку. А больного, не вооруженного быть там, земля тянет к себе, чтобы его так, как всех, умертвить. Это природа над людьми – неприятная такая мать. Она с нами ни с кем не считается, а приходит такой день, такое время для любого человека, с кем природа. Если захочет она его убрать с дороги, то у нее все для этого есть естественного характера. Отберет его физические силы и сделает  его бессильным в этом деле. Человек умирает, он больше не возвращается в жизнь.

      150. А мы с тобою рядышком в очереди стоим, ждем завтрашнего дня. А он и к нам даром не приходит, кого-то из нас одного своими силами окружит. Этого дела никто из нас не знает и не может знать.

     Паршек, он говорит. Против этого всего надо нам,  всем людям, добиться от природы нового потока в жизни. А мы с вами, такие люди в жизни, не знаем человека, а стараемся ему в его деле помешать. Чувилкин бугор, он даром не нужен никому. Для этого дела, чего сделал Паршек, надо доверие от природы получить, заслуги в этом. Она меня недаром вознаградила здоровьем. Через мое тело током проходят эти средства, которые обнаружил Паршек. На этом месте без всякой потребности человеку можно находиться, это мое, это место райское, человеку слава бессмертная. А мы рассказываем про Паршека не то, чего будет надо в жизни.

     151. Паршек – большевик. За его дело, что он был партизан, отца родного шомполами били белые. Ради этого всего Красная Армия осталась в Победе.

     Я, как Паршек, вношу людям такое предложение: надо жизнью удовлетвориться. Поэтому нам то, что есть у нас, это не спасение. Мы на это дело очень много и тяжело работаем, нас она, природа, так вот заставила. Без ничего чего-то не получается. А когда только камень поворочаешь, то и вода с него побежит.

     Это село или хутор, даже можно сказать за все это строение. Он свои корпуса не сразу выдвинул, а сначала одна хата показалась. И не один в этом человек, он сюда пришел участвовать в этом вот деле. Где на это дело взялся ремесленный человек со своим умением, он кузнеца заимел, ему приходилось делать, что нужно деревне: тяпка, топор, молоток, нож.

      152. А раз этому ремеслу приходилось так делать, то и сбоку сосед, столяром он себя показал. На рынок много поступило такого изделия, есть чего на этом базаре покупать. Люди это место прославляли мастерами. Они ими хвалились. В праздничный день за десяток верст на это место старались, лишнее что-либо есть ими выхоженное. Тут такой селился народ, ему приходилось свое умение показать. А деревня про это вот знала, что городу надо все из продуктов. А здесь покупали  в нужде. Люди затеяли между собою, такую  в природе они торговлю. Деньги  не стали держаться в кармане, человек старался их отвезти на базар. А кому  требовалась эта вот копейка, он старался что-либо такое лишнее повезти на базар продать. Это свое, он считал, это его чужое. А раз чужое, ему в своем месте не было свободного места. Ему приходилось его вывозить и хвалить как свое, ему нужны были деньги.

     153. А тот, у кого в кармане деньги, он их берег. А вещь подходящая, она требовалась ему. В него он покупает, дает ему деньги, он свое чужому продает. Свое добро из дома они вывозили, а чужим строили мертвый капитал, в чем они так дружно жили, старались приобретать. Им было надо первая хата да ограда кругом своего такого двора. Мы так живем своим селом, своим районом. Своя область, край у своей национальности. А когда беда с горем нападает, это стихийная наша смерть, мы уходим с жизни, а ложимся на веки веков в землю. Наше место занимает наследник.

     Где бы ты, как жилец, ни был или находился в пути своем, тебя тянет свое место. Оно тянет к себе. Он нужен был везде и всюду здоровым. А нездоровому человеку хоть уходи совсем с земли, он непригоден к жизни. Его люди такие все от себя прогоняют. Хочешь, не хочешь, а уходить надо.

     154. Такая экономика в людях, разрасталась она из малого, стала себя  так показывать. В природе рождались люди в таком чужом виде, они природу окружили так. Источник землю заставили они рождать. Она стала сырье давать. Из этого сырья стали готовить еду, всякого рода хлеб пекли, и для себя делали самозащиту одежду, из стройматериала дом создавали, своим его называли. «Это все мое, его трудом приобрел». Руду открыл, сделал снасть, что надо. Эта жизнь пошла расти. Собственностью индивидуально огородился – не подходи никто. Это была до этого времени частная индивидуальная в природе собственность, она человеком береглась, как око свое. Так оно делалось людьми в жизни, в случае какого-либо царского самодержавия. Конфликты люди делают в процессе,  родные братья.

      155. Тут уже не приходится смотреть ни на какие особенности. Даже смерть свою, и ту мы применяем за славу своей жизни. Мы дали свое слово идти на эту войну воевать, право царя защищать. У него такой есть строй солдатского дела с винтовкой в руках. Так же делалось у нашего злейшего (врага). Против врага какая-либо в этом вот армия, а в этой вот армии есть этому всему организатор командир. Его титул генерал дивизии, полка, роты, батальона, взвода, отделения. Его как такового слушались, его голоса: «смирно». Или «направо». Или «налево». «Готовься стрелять». Каждый солдат, он ему подчиненный во всех отношениях. Это в царя политический самодержавный  режим, чем царя от любого образовавшегося врага мы с вами должны жизнью сами защитить. Наша такая есть в природе национальность. Мы знаем хорошо царя-батюшку нашего.

     156. Этого вот года 22 февраля, воскресения, да еще перед  XXVI съездом КПСС … молодые командиры всех разных войск. Я, Паршек, не был в это время таким человеком, хвалиться не стану. А что-то в жизни в природе сделал. Мне говорит природа. Я должен в этом деле быть таким человеком, которого не было. Мне холодно. А я иду в природу и прошу ее, как таковую. Это воздух, это вода, это земля, что нам, таким людям, дало то, чего мы имеем. А то, чего имеет Паршек? Мы эти средства не искали. А свою людскую силу, летную силу, ему мы показываем, как наши корабли, подводные лодки, самолеты разного вида прогрессируют в природе. Этим самым Паршек не радуется, он ищет своим телом истину, живое, никогда не умирающее тело. А прежде чем это иметь, то надо ему место найти.

       157. Попадаешь с горем в условие в какое-либо. А там есть этому всему человек, кто ведает этим хозяйством. Он имеет персонал, свой коллектив. Вся историческая система, она ухватилась за это вот маленькое дело. Стали землю копать, зернышко сажать.

     23 февраля съезд КПСС XXVI. Я, как таковой Паршек, свои слова – всем людям, чтобы они знали о моей идее. Она на землю пришла для того, чтобы от человека в его жизни смерть как таковую прогнать. А жизнь во славу ввести. 48 лет проходил, проискал это место, это условие, эту возможность, чтобы человеку пришлось жить без всякой потребности. Этого люди всей планеты  всего мира, они не слышали и не видели, даже не хотелось в природе этого искать. Им было надо в жизни одно и другое.

      158. Пожили на этом месте, повольничали, сказали сами. А теперь потеряли силы, захирели и умерли на веки веков. Паршек не за такую вот партию, не за такое вот дело. Оно было в людях от XXV съезда, и что есть? Определили, что самое главное в девяностых годах будет. Горе одно – потеряла партия выдающихся молодцев, которым головы свои склонили минутой молчания. Паршек, о всех он беспокоится, об умерших. Они в бою с природою свои головы сложили, как один, свое место заняли. Паршек против этого.

     Он за то место, за то условие, за ту возможность, которою окружил себя на Чувилкином бугре, там, где человек со своим желанием придет, и будет жить без всякой потребности вечного характера жизнью. Вот чего надо нам, всем людям, жизнь вечного характера всем.

     159. Это не истина партии. А вечно она так жила, она сейчас на Паршеке осталась. За что его заперли в дом в условия? Сиди, ничего не делай. Спасибо голове, рука Владыки пишет. Он оружие не имеет, воевать не собирается, а любовь к природе готовит, не смертью, а жизнью.

     Паршек – он мудрец, истину взял с собою. А неправду оставил позади – хутор, село, поселок, город. А пришел на простор природы Чувилкин бугор, райское место, человеку слава бессмертна. Это уже есть в сердцах и душе наших земных людей, они на это место в эти условия попали, все разувшие как один были, не потеряли свое такое здоровье, а нашли.  Все закричали громко: «Ура!»

     160. Партия хвалилась чужим, она хвалится чужим, и будет она хвалиться чужим. Паршек разобьет все чужие тела, а свое оставит жить его на веки веков, чтобы люди поняли его вечную жизнь.

     В заключение этого всего сказано в докладе Брежнева. Пришли пехотинцы, морские силы сказать свою уверенность в этом. Мы есть такие вооруженные силы начеку.

     Я, Паршек, ради съезда просил природу, чтобы она мне свое имеющееся в атмосфере явление какое-либо показала. Она самые изложенные в воздухе морозные дни показала. Этому всему природному делу все люди нашей земли были не рады. А для меня такое время пало на землю, это радость моя. Спасибо тебе, природа, я скажу.

     161. Эта система этой экономики разрасталась целиком и полностью нажимом режима. Человека заставляли, от него от такого потребовали, ему дали дань какую-то, его за это наградили. Золото, серебро делало этого человека. Он эту работу делал психически, ненормально. Он силы клал, старался ее сделать так, как ему хотелось. У него эта работа делалась для показания другим. Какой бы ни был такой труд, он любого нашего человека не удовлетворил. Он этим окружил себя, ему казалось, так оно должно быть по этому вот развитию, понял он. Этим трудом он долго не жил, его природа свалила, он поболел, стонал, сдался. Ему не приходилось так вот жить.

      162. Его как такового с почестями закопали, как и всех людей в этом деле похоронили. Где люди в этом деле подевались? Их эта история не спасла ни одного человека. Все люди техническими поделались, окружили себя искусством, ввели химию. Вот чего сделали они, сознательно силы свои потеряли. А чтобы их найти в этом!

     Это фронт человеческой жизни. Людям надо их сделанное в природе. Такой сделанный закон всем живущим людям: одному, избранному ими, подчиняться. Волю всего народа приходится делать. Так люди захотели, так они сделали. Их природа заставила в своей жизни это вот дело в природе делать. Они в ней  нашли источник. Чем возможно, приходится жить? Природою. В природе надо будет трудиться, делать телом. А труд – тяжелое дело. 

      163. Поэтому им приходится у себя вожака иметь, доверенного всеми людьми. А этот избранный человек у себя избрал слуг своих и потребовал дать дело народу. Эти слуги  так же, как и вожак, спускают насилие, делать надо людям. За деньги люди продались, их гонят в бой в природу. А природа, она для этого дела избрала вожака, она слуг поставила, чтобы организовать людей, их послать в бой для того, чтобы эти люди колупали, брали от природы добро и им как своим распоряжались, и этим всем удовлетворялись. Люди так делают, как и вожак. Он лицо умирающего характера, также и подчиненный. Умирают в этом все люди. Им надо природа, добро ее, чем они так пользуются. А они раз живут за счет этого добра, и в этом добре, как и все люди, умирают, они и будут в этом деле умирать.

      164. Они как таковые не будут жить. Их прибирала к рукам природа, и будет она их прибирать. Это не техника с искусством да химия, которая окружает всех наших людей. А естество, природа, она имеет воздух, она имеет воду,  она имеет землю. Это есть Паршека друзья, они во всем ему так помогают всегда, они ему говорят истинно. Он у природы, как у матери родной. Она ему доверилась своими силами, его одного избрала в жизни, чтобы ему так не жить, как живут все природным добром. Они всегда хвалятся, как люди, да еще они коммунисты. Они делали, делают, и будут так делать. У них это дело получается. Они говорят всем нам, другим людям, чтобы они тоже это делали. Им хорошо, но горе одно у них – не удовлетворились они в этом деле. Как бы  они не жили, и чтобы они так не творили, их в этом всем большая ошибка.                          

     165. Они ждали сегодня такой великий день. Этому открытию был назначен день. Куда собирались люди этого порядка? Чтобы сохранять это право, этот закон, которым окружили себя все избранные на этот съезд. И старались выступить, своим делом хвалиться. Как Ивановская ткачиха, она сказала. Ради съезда делала, и сделала она. А Бондаренко, секретарь Ростовской области, он внес свое предложение: «Без отстающих». Он свой народ гонит в бой, чтобы поскорей они ушли с жизни. Выступал Кубы правитель и Вьетнамский руководитель. Им надо говорить, для них Советский Союз – дойная корова. Не такие люди были в этом деле, не такие съезды были, и они также старались выступить, а их как таковых зашвыряют за клевету. Это на 8-м Чрезвычайном съезде выступил Любченко. Где делся? Знает Сталин. И Сталина нет.

     166. И также не будет таких людей подхалимов. Сам Брежнев сказал за анонимки, этого не надо делать. Критика как таковая должна быть, а это не должно.

     Весь съезд, все эти люди, они со своим делом приехали своим делом похвалиться в природе. Они говорили, они делали чужим, у них чужое получалось в природе. А в природе ученые люди построили план. А что они сделали за это время, что у них прибавилось? Эти годы известны дарами? Они захватывают вперед. А французский секретарь, он сказал за своих коммунистов: «Мы наблюдаем за Советским Союзом, как тут дела проходят». Бумага все терпит, а надо смотреть в люди, как у них дела такие происходят. Самые лучшие кадры выбираются, на них можно смотреть. А как там люди отстающего характера? Они дышат очень тяжело и хотят много. На них таких никто не хочет смотреть. Эта атмосфера не нравится никому. Все делается за то, чтобы было все.

     167. А в Болгарского секретаря нашлась душа к братьям, сестрам. А зачем нашим беспартийного? Мы – всему голова. Пусть капиталисты скажут, как мы с вами живем. Жили цари-поработители, стали мы жить, коммунисты. Нам таким непростительно, у нас техника большая, все искусство, наша введенная химия. Мы делаем то, чего в нас есть. Мы огорожены оружием, покойно так вот живем. Нация с нацией не дружат и не хотят мирно жить. Один против другого шли, идут. А как смерть их нападала, нападает, и будет нападать. Все страны, этим вот они окружены. Умирали, умирают, и будут умирать.

     А Паршек родился со своей идеей в среде коммунистов, им свое дело в этом показывает. Они Паршеку мешают, на него льют слова те, которых он их не заслуживает. А как был в этом деле Паршек, так он перед ними остался. Это человек жизни своего тела. Смотрит на их выступления, но не молчит.

      168. А моя такая в жизни есть обиженность. Я сижу в своем доме перед телевизором, встречаю всякого рода. Чего только нет в природе. А съезд XXVI, он в жизни собирался, и ждали люди славы.

     А я говорю, прошу я у природы свое, чтобы она мне взяла свое имеющее для всех, показала она про меня такого в жизни, о всей несправедливости. У них, как таковых, люди, нуждающиеся мной, спросили: «Как попасть к Иванову?» Они им отвечают: «Он лежит в постели, никого в этом не принимает». Я об этом слушаю, кем-то сказаны слова неправды. Какой я в этом человек есть! Мне мой прием запретила Советская власть, не дала этой возможности продолжать свое найденное в природе. Я в этом вот всем крепко болею, а тут еще где-то взялась неправда, бьют по голове, она меня держит в койке.

     169. Я как таковой обратился к природе, она меня слушает и дает мне в этом ответ. Я жду, что же она мне ради этого съезда в жизни покажет? Она нам, всем людям, дала: такие проходят в природе морозные дни, которых в это время не ждали. Весна на дворе, солнышко светит, но не греет. Моя просьба в этом не пропала даром. Природа много мне в этом говорит, но я того не видел до этого мороза, он нас всех окружает и окружит нас таких. Мы бедные такие есть люди, не хотим Паршека видеть, его слова слышать – это мудрость его. Паршеку природа уже сказала: в 1981 году урожая не будет, в 1982 не будет урожая, 1983 году не будет урожая, в 1984 году не будет урожая, а в 1985 году будет урожай. Всемирная война будет в 1983 году, два года продлится. Что нужно в жизни этой? Она мне так сказала: никакого такого хорошего с этого не будет, передает все силы на меня, на такого Паршека, на такого мудреца.

     170. Паршек по голове бьет людей хвастунов. Неправды не говорите, и не делайте в этом деле. Вы, все люди на белом свете до одного человека, живете и делаете в чужом добре, чужое совсем, природное поедаете, в чужом виде одеваетесь, а в чужом доме живете. Так почему вас должна за это мать великая природа жалеть? Вы в глаза ей харкаете и плюете, а самое главное гниет. Вы мучаетесь, все люди в природе не заслужены. Вас природа своими силами, она сможет в любое время года изуродовать в бараний рог. Почему же природа Паршековому телу такому в жизни, она ему так не наносит в его деле никакого горя, никакой беды? У него стихии нет такой, которая живет вместе с людьми, она их в жизни калечит и не дает им жизни. Она тех жалеет, кто ее жалеет.

     171. Природу не обдуришь, не обманешь, она свое имеющее брала, в любом месте возьмет. А мы еще гордимся, что мы так живем друг с другом, на таком расстоянии ненависть имеем. Это жизнь наша соседская. Через стену смотрим, у него с животных прибавилось – уже у меня есть зло этому делу. Я, мол, тоже так живу. Мне это не дается, чего далось ему? Мы, все люди всех национальностей, из себя сделали охотников. У нас – руки, у нас – ноги, глаза, уши. Своим телом мы пошли в природу отыскивать место, на этом месте стали делать маленькое дело, оно нам сделало в жизни снасть, оружие. Мы в природе нашли источник, покрой земли, пространство. Нашли уголь, зажгли, сделали из руды чугун, железо и сталь. У нас для всего этого в нашем производстве появилась иголка, шило, нож, ложка, топор и пила. Лес был, мы его стали рубить на стройматериал.

      172. У нас жизнь наша в труде пошла. Где взялась курочка, ягненочек, теленочек, лошаденок, верблюжонок с нами. Мы на себе развили такой могучий физический труд, стали искать в природе технику, где взялось искусство, нашли химию. Нам не страшно было загатить греблю, море сделать на земле.

     Революцию мы сделали, отца прогнали, а сына ввели. Природа нам дает все. Мы по плану этому делаем, наше дело – делать. А природе? Ей надо давать. Дело шло не к развитию, а к упразднению. Этот вот съезд, съехались в одно место люди нового характера с мест жизни, они приехали со всей планеты. Коммунисты своим добром, собранным в природе, перед вожаком своим они отчитывались, как их люди раньше имели и чего имеют сейчас? На будущее они создали план делу на десять лет вперед. Чем они дойдут? Своим делом. Их в этом ученый план – брать от природы все то, чего надо.

      173. Съезд, делегатов было 5002, они прослушали вожака, что он в жизни делает, какую он работу ведет, и что его люди в этом сделали? Он имеет опору на свое вооружение. Его богатство – это земля, причитающаяся им; воздух, идущий беспрерывно с конца в конец; а вода реками попадающая в океан. Мы в этих условиях живем техническими людьми, нас окружает искусство, химия введена. Мы экспедиции посылаем в Арктику, в космос, а на землю прилетаем умирать. Нас старость губит, мы стареем, хиреем и умираем. Как бы мы на этом съезде не выступали, какие мы на нем не были хвастуны чужим, а нас природа своею энергией гонит в теплое. Нами оно сделано, Кремлевские это стены. А за стенами лежит снег, мороз. Холодно нам. Солнышко светит, но не греет, а свое природное берет.

      174. Паршек упросил природу, чтобы она ему такое показала, которое он любит. Это природа: воздух, вода, земля – самые близкие неумирающие друзья. Что только не попросит в нее, она ему никогда не отказывает, всегда дает. Он просил природу, чтобы она ему, что надо в этом, показала. Это холод, мороз – Паршековы плоды. Его дело – босых ног, ходить по снегу. Его в этом деле слава. Ему не надо съезд, ему надо этот холод, мороз, а он на землю пришел для жизни. А съезд несет смерть.

     Ученый Александров, академик, преподнес съезду свое сделанное большое дело. А такая вот в жизни развитая стихийная смерть как была в людях, так она в их жизни осталась. Об этом съезд молчит. Их один есть фронт в природе – это животноводство. Против чего выступал, выступает со своим предложением найденного в природе.

     175. Святой Дух, райское место, слава бессмертная – вот чего надо этому съезду, жизнь, но не смерть. Этим делом съезд не заинтересован. Ему надо мясо, ему надо молоко и Краснодарский рис. Паршек об этом пишет, ему, как таковому мудрецу, не интересно ни угольная шахта, ни какой-либо завод какого-либо такого производства, ни какое-либо в жизни для дела сырье. Он против гребли, задержки воды. Никакой не надо в природе станции, Арктики с Космосом.

     Надо для естественной стороны для живого энергичного тела чувство, одно никогда в жизни ни в коем случае не бывает. Весна, лето, осень, зима – все это целое есть, одно, от какого не приходится так вот уходить, как мы делаем.

      176. Разницы для Паршекового тела в природе никакой нет.

     Есть разница, и очень она большая, между хатами и меж селами и городами, в которых приходится жить и своим этим местом хвалиться. А потом это место человека тянет, свой причитающийся день естественного характера наносит ему такой ущерб его прекрасной жизни. Он в своем фасоне теряет свое здоровье и с этим нездоровьем стонет, живет тяжело. Его окружает немощь, дух стал выходить, он заканчивает свою жизнь, он умирает на веки веков. Его живые люди делают предковые похороны, кладут на свое место. Он ждет прихода Паршека в жизни на землю для того, чтобы свое место занять, чтобы люди дождались его такого вот прихода для спасения всего мира людей. Они это место увидят и прославят его райским местом. Это место есть одно для всех живущих на белом свете людей всего мира. Его, Чувилкин бугор, нашел Паршек в своем родном селе Ореховка, Ворошиловградской области, Лутугинского района. Желаю счастья, здоровья, хорошего.

        

1981 года 26 февраля
Учитель  Иванов

 

Набор – Ош. 2010.06  С копии оригинала. (1501).

 

    8102.26  Тематический указатель 

Чужое: война  5

Медицина   19

Учитель история: 28,45

Начало пути  59

Учитель идея  31

Похоть  37,38

Соловей  54

Христос  56 

Сон  74

Чужое и смерть  92. 94

Шолохов   97

Бог отец, сын, дух святой  107

Письмо отчет Ош  127

Причина смерти  130

Благословение Вале  145

Неудовлетворение  131,151

26 съезд КПСС  155

Бугор  157,176